Текст книги "Золотой мальчик (ЛП)"

Автор книги: Пайпер Рейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 20 страниц)

Глава 56

Хейс

4 месяца спустя

Мы пережили первый бейсбольный сезон как одна семья. Не буду лукавить и говорить, что обошлось без нервов, но важно лишь то, что мы выстояли и остались вместе.

Сегодня утром я рано ушел из дома, оставив Лейтон досыпать. У нее первый выходной за три дня, а поскольку у меня сейчас межсезонье, подхватываю эстафету и даю возможность как следует отдохнуть.

Захожу в «Мариано», беру тележку и закупаюсь всем необходимым, чтобы устроить домашним сюрприз – праздничный завтрак. Открываю витрину с пончиками и выбираю: глазированный для Монро, шоколадный «Лонг-Джон» для Линкольна, шоколадный кекс для Лейк и сахарный для Лейтон.

И тут замечаю знакомую блондинку. Торопливо набираю пончики, кидаю коробку в тележку и пытаюсь незаметно улизнуть, пока та меня не увидела.

– Хейс? Хейс Карлайл? – окликает она.

Теперь на меня оборачивается не только блондинка. Если проигнорирую ее, буду выглядеть последней скотиной, и пресса тут же об этом разнюхает.

Я разворачиваюсь.

– Привет, Джулианна, – я мельком смотрю на ее левую руку – кольца нет.

Артур приходил на школьную пьесу Монро, и мы тогда гадали, почему Джулианны нет рядом, но решили, что это их личное дело, и расспрашивать не стали.

– Как семья? – спрашивает она.

Разумеется, она знает, что мы все еще вместе. Любому, кто заглянет в соцсети, попадутся на глаза снимки Лейтон с детьми на домашних матчах или наши общие фото с многочисленных приемов и посиделок с друзьями.

Я киваю.

– Все замечательно.

Она приподнимает левую руку, шевеля пальцами.

– Уверена, ты не удивлен.

Я лишь качаю головой – нет никакого желания вязнуть в этой драме.

– Я знала, что он изменяет. Просто не могла выяснить, с кем.

– Сочувствую, – роняю я, не понимая, что тут еще добавить.

Джулианна вздыхает.

– Ну, Лейтон, должно быть, счастлива. Дети теперь у нее.

Я прикусываю губу, чтобы не ляпнуть в ответ: они всегда должны были быть с ней. Артур все-таки отозвал иск, и Лейтон оформила постоянную опеку. Мы отметили это событие в новом дорогом стейк-хаусе – взяли с собой детей, ее родителей, тетю Ирис, моих стариков, Келли и троих парней. Жаль только, что тот счет оплатили не ДИКи.

– Впрочем, на сегодня назначено свидание. Если только не хочешь свести меня с кем-нибудь из товарищей по команде, – она смеется. – Фостер Дэвис похож на парня, с которым можно отлично провести время.

Улыбку приходится выдавливать через силу.

– Никто из них не спешит остепениться.

– То ли дело ты. Лейтон определенно вытянула счастливый билет.

– Хочется в это верить, но мне повезло куда больше.

Джулианна издает какой-то неопределенный звук – не то раздосадованный, не то прикрытый напускным дружелюбием.

– Какой ты милый. Ладно, мне пора. Передавай привет Лейтон и детям.

– Обязательно, – руки уже на поручне тележки, я весь в нетерпении поскорее укатить прочь.

– Пока, Хейс.

– До встречи, – я стараюсь идти ровным шагом, не выдавая желания пуститься наутек, но это был, пожалуй, самый неловкий разговор в моей жизни.

Я закупаюсь продуктами и еду домой на такси. Едва переступив порог, понимаю, что уйти в магазин было стратегической ошибкой.

Линкольн вовсю лупит мячом об стену, Монро вообразила себя целым марширующим оркестром, а Лейтон подпирает голову одной рукой, сжимая в другой чашку с кофе.

– Черт. Прости, – я невольно морщусь.

– Ты оделся! – Монро подбегает и тычет в меня пальцем.

Я расстегиваю куртку, показывая, что под ней все та же пижама.

– Ты был на грани, – замечает Линкольн. – Мне тоже весь день в пижаме ходить?

Я целую Лейтон в щеку.

– Иди в кровать. Я сам со всем разберусь.

Она качает головой.

– Не-а, веришь или нет, а после трехдневной смены я по этому дурдому даже скучаю.

Я поворачиваюсь к Линкольну.

– Сегодня Национальный день семейных пижам, так что снимать их запрещено до вечера, – я принимаюсь разбирать пакеты, попутно закидывая батончики «Твикс» в ящик со сладостями.

– Притащил с собой холод, – Лейтон оставляет кофе и обнимает меня со спины, просунув ладони под футболку. – Моя личная печка.

Стоит погоде испортиться, как у нее тут же леденеют руки, и Лейтон почему-то решила, что я единственный, кто способен их отогреть.

– Пончики! – объявляю я, и Линкольн с Монро тут же прилетают на кухню, выбирая те, что повиднее.

Мы разрешаем им перекусить перед телевизором, я разворачиваюсь к детям спиной и притягиваю Лейтон в объятия.

– Не люблю просыпаться без тебя, – в ее голосе все еще слышны отголоски сна.

– Я тоже. Но банда накормлена. Мы могли бы улизнуть наверх.

Она тихо стонет, и член напрягается под тонкой тканью пижамных штанов.

Как раз в этот момент из комнаты спускается Лейк – в пижаме и с какой-то коробкой в руках. Монро тут же бросается к ней навстречу и, затормозив у подножия лестницы, оглядывает сестру с ног до головы. Она одобрительно выставляет большой палец вверх и возвращается к пончикам.

– Что в коробке? – спрашиваю я.

Лейк переводит взгляд на Линкольна и Монро, кивком указывая в мою сторону.

– Ребят?

У детей расширяются глаза, и они гурьбой бегут обратно. Линкольн пытается перемахнуть через диван.

– По мебели не лазить! – прикрикивает Лейтон.

Лейк протягивает коробку мне.

– Вроде не день рождения? – я недоуменно хмурюсь.

– Мы в курсе, но... в общем, сам увидишь, – она снова кивает на подарок.

Глаза Лейтон уже на мокром месте – сразу ясно, что она знает, что внутри.

– Это какой-то розыгрыш? – осторожно встряхиваю коробку.

– Нет, – смеется Лейк.

– Оттуда ничего не выпрыгнет?

– Да нет же. Открывай, – она буквально впихивает мне коробку в руки.

Я снимаю крышку и принимаюсь разворачивать папиросную бумагу, каждые несколько секунд поглядывая на семейство. Но все партизански молчат, не выдавая секрета.

Монро разлеглась на кухонном острове, подперев подбородок ладонями. Линкольн прыгает от нетерпения, а Лейк настойчиво кивает, всем видом призывая: «Просто открой уже».

Я откидываю последний слой бумаги, и к горлу подступает ком, а глаза застилают слезы. Отступаю на шаг и только качаю головой.

– Ты заслужил эту награду, но раз там заседают одни идиоты, мы решили напомнить: для нас «Золотую Перчатку» выиграл ты, – по щекам Лейтон вовсю катятся слезы.

– Ты знала? – выдавливаю я.

Она кивает.

– Идея ребят. Я только помогла с исполнением.

Я достаю из коробки бейсбольную перчатку, которую они целиком залили золотой краской из баллончика.

Меня снова прокатили с настоящей «Золотой Перчаткой», но в этом году поражение совсем не жжет, потому что я вдруг осознал: то, что ждет под этой крышей, я в любой день предпочту любым триумфам на поле.

– Даже не знаю, что сказать, – я сгребаю Лейк и Лейтон в охапку и машу рукой остальным, чтобы Линкольн и Монро тоже присоединились. – Спасибо, родные.

Переполненный чувствами, я целую их в макушки.

Запаса нежности у Лейк хватает ненадолго, поэтому она довольно быстро выскальзывает из общих объятий. Следом Монро вспоминает про пончик, а Линкольн убегает к телевизору. В итоге мы с Лейтон остаемся на кухне одни.

Я не свожу глаз с золотой перчатки, а Лейтон кладет голову мне на плечо.

– Они пришли сразу, как только ты узнал результаты. Думаю, дети чувствовали себя немного виноватыми, – я пытаюсь возразить, но Лейтон качает головой. – Я сказала: нет, наша семья всегда на первом месте. Бейсбол – на втором. И да, тебе бы очень хотелось получить признание, но теперь другие приоритеты.

– Лучше и не скажешь, – я снова приобнимаю ее за талию. – Удивительно, правда? Как круто может измениться жизнь за такой короткий срок, – я обвожу взглядом комнату, где возятся трое детей.

Линкольн пытается вырвать пульт из рук Лейк, а Монро, не желая оставаться в стороне, лезет в самую гущу потасовки. В конце концов спор переходит в крик, и кто-то из них закономерно получает тумака.

Лейтон оставляет меня, чтобы во всем разобраться.

Я наблюдаю за ними из кухни, и сердце щемит от счастья. Забавно: можно годами гнаться за тем, что кажется пределом мечтаний, а потом выяснится, что ты и близко не там искал.

Успокаивая Монро, Лейтон оборачивается и мерно покачивает ее на руках. Наши взгляды встречаются, и мы улыбаемся друг другу в унисон. Эта жизнь – все, о чем я когда-либо мечтал. Просто об этом не догадывался.

Эпилог

Келли

5 месяцев спустя

Сезон начинается на следующей неделе, поэтому мы собрались у «Пипера», чтобы отпраздновать день рождения Деккера и Фостера, что довольно странно, учитывая, ведь они почти не разговаривают друг с другом. Тем не менее, мы заставили их прийти и заказали каждому по отдельному торту.

Оглядывая комнату, я так и хочу похлопать себя по плечу.

Хейс обнимает Лейтон за талию, уткнувшись носом ей в шею, и нашептывает вещи, которые, уверена, мне лучше не слышать. И ведь даже не догадываются, насколько я была не против того, чтобы они сошлись.

Конечно, хочется получить признание за свои труды, но пусть лучше думают, что это судьба, провидение или что-то в этом духе. Они свято верят, что где-то есть тот самый, единственный человек, предназначенный только тебе, и вот нашли друг друга. Как по мне, так полная чушь, но, глядя на них, я почти готова поверить в предначертанность.

Они всерьез думали, что я не замечала, как годами сохли друг по другу, но ценю, что они уважали меня настолько, чтобы не пытаться переступить черту. Поэтому, когда увидела их вместе в день похорон Скай, я поняла: время пришло. Лейтон нуждалась в Хейсе, а Хейсу нужно было понять, что жизнь не ограничивается одним бейсболом. И, смею заметить, все сложилось просто идеально.

– Чему ты улыбаешься? – спрашивает Лейк, роясь в моей сумочке в поисках косметики и подкрашивая губы помадой.

– Тому, что они ни о чем не догадываются. Они здесь только благодаря мне, тебе... ну, то есть, нам.

Она улыбается и смотрит на Хейса и Лейтон, которые любуются тем, как Монро играет в пинбол с Деккером. Линкольн тем временем соревнуется в дартс с Фостером и Истоном.

У Лейк к этому природный талант. В тот день почти не пришлось ей объяснять, что нужно сказать Лейтон, чтобы та наконец поняла: она отталкивает любимого мужчину только из-за детских травм.

– Ты собираешься рассказать? – спрашивает Лейк.

– Не-а, пусть думают, что сами до всего дошли. Но боже, какие же они упрямые.

– И не говори, я с ними живу, – она закатывает глаза так, как умеют только девочки, стоящие на пороге подросткового возраста.

Мы обе смеемся, привлекая внимание Лейтон. Она склоняет голову, глядя на нас. До конца вечеринки нужно рассказать о той заднице, в которой я оказалась, но это может подождать.

– Главное, не забывай всегда использовать с Хейсом реверсивную психологию. Скажи, что он на что-то не способен, и он воспримет это как вызов, – я пожимаю плечами. – Он такой с самого детства.

Лейк выпячивает губы, разглядывая их в карманном зеркальце.

– Уже поняла. На днях сказала, что он слишком слабый, чтобы вынести мусор, и он доказал обратное, сделав работу за меня, – она усмехается отражению.

– Умная девочка.

– Эй, Келли, может, притормозишь с косметикой? – кричит Хейс через всю комнату.

– Отстань от нас. Мы обсуждаем парней, – я толкаю Лейк локтем. – Смотри и учись.

Выпуская Лейтон, он делает шаг в нашу сторону, но та тянет его обратно.

– Парни тупые и воняют, – бросает он.

Вся комната взрывается смехом.

– Говори за себя, – отзывается Истон.

В подсобку заходит Руби.

– Шоколадное молоко, – она с подчеркнутой силой ставит стаканы на стол.

Монро соскальзывает со стула и подбегает к Руби, останавливаясь прямо перед ней.

– Руби, а у тебя есть бананы?

Бросаю взгляд на Лейтон.

– Я думала, она завязала с этими Национальными днями?

Они с Хейсом смеются.

– Теперь переключилась на Национальные дни еды. Сегодня День банана.

Руби треплет Монро по каштановым волосам.

– Нет, но я пошлю кого-нибудь из друзей сгонять за ними.

Лейтон делает шаг вперед, а Хейс тащится за ней, как марионетка на липучке.

– Руби, не стоит. Я куплю по дороге домой.

– Да брось, им не помешает размяться, – она выходит из комнаты.

Я откидываюсь на спинку стула.

– Пытливые умы интересуются: когда вы начнете плодиться и размножаться, тоже впишетесь в эту семейную традицию с именами?

Деккер, Истон и Фостер поворачиваются к ним.

– Ты беременна? – Истон округляет глаза.

– Нет. Она имеет в виду мою семью и их одержимость тематическими именами, – Лейтон встречается со мной взглядом. – И нет, на мне эта традиция закончится.

– Что еще за традиция? – спрашивает Деккер. – Знаю, что в семье Теди все имена детей начинаются на «Т».

– Прямо как в семье Лейтон. Они все на «Л». Лили, Ленни и Лейтон, – я загибаю пальцы.

Хейс разворачивает к себе Лейтон.

– Я и не знал. Ты никогда не рассказывала.

– Просто к слову не приходилось, – отвечает Лейтон и снова поворачивается ко всем. – Моя мама и ее сестра – Лили и Ирис. Цветы. Мы – на «Л». А Скайлер продолжила традицию с этими тремя.

Лейтон улыбается, глядя на детей, словно вспоминая Скай с теплотой. Знаю, путь был тяжелым, но она проделывает огромную работу, чтобы исцелиться.

– И как же Лейк, Линкольн и Монро связаны между собой? – хмурится Деккер, будто пытается разгадать головоломку.

– Улицы. Лейк-Шор, Линкольн и Монро, – уверенно выдает Истон, довольный догадкой.

Я издаю звук неправильного ответа из викторины.

– Мимо.

Он подмигивает, я качаю головой и улыбаюсь. Вечно флиртует.

– Вообще-то, Лейк – в честь озера Мичиган, – объясняет Лейтон. – Линкольн – в честь Линкольн-парка, а Монро – в честь гавани Монро.

– Черт, – тянет Фостер, запрокидывая голову. – Ты влип, Карлайл. И как выкрутишься?

– Самое сложное – имя должно вписываться в тему. Так что придется найти четвертую достопримечательность Чикаго, – подкидываю я дров в огонь.

– Нет, потому что мы не будем этого делать, – Лейтон строго смотрит на Хейса, но я-то вижу, что игра уже проиграна.

– Спорим, вы ничего не придумаете, – бросаю брату еще один вызов, за который тот просто не сможет не ухватиться. Это слишком весело.

Хейс закусывает губу, глубоко задумавшись.

Лейтон шлепает его по животу.

– Мы не будем этого делать.

– Они должны сочетаться. Мы не можем назвать детей Лейк, Линкольн, Монро и Фил, – он смотрит на нее умоляющим взглядом.

– Во-первых, я не собираюсь называть нашего ребенка Филом.

Они продолжают препираться, а Лейк смотрит на меня. Мне нравится эта маленькая сообщница.

Братья Дэвисы задувают свечи, и мы едим торт. Невольно гадаю, что каждый из них загадал. Уверена, желания были абсолютно противоположными.

Вечер подходит к концу. Монро засыпает, устроившись на коленях Хейса, пока они с Деккером пытаются придумать имя для ребенка, который даже не зачат.

А тем временем... моя рука невольно ложится на живот, но я тут же гоню эту мысль прочь.

Пора. Я и так слишком долго откладывала.

Истон и Лейк соревнуются, кто наберет больше очков в пинболе. Фостер смотрит с Линкольном матч «Фэлконс», объясняя правила хоккея. Отдам Фостеру должное: Линкольн и правда выглядит заинтересованным.

Я достаю телефон и пишу Лейтон сообщение, чтобы она вышла на улицу.

– Я скоро вернусь, – говорю, засовывая телефон в задний карман, и выхожу из подсобки. Возможно, стоило попросить Лейтон встретиться со мной в туалете, но не хочу рисковать, что кто-то случайно подслушает разговор.

К счастью, «Фэлконс» играют на выезде, поэтому в баре не так многолюдно, как во время домашних матчей. Когда Лейтон присоединяется ко мне перед зданием, мы остаемся одни.

– Что случилось? – спрашивает Лейтон, подходя ко мне и разглядывая отражение в стекле. – Я выгляжу старой. Думаю, стресс от материнства дает о себе знать.

– Ты прекрасно выглядишь. Слушай.

Она натягивает кожу вокруг глаз и хмурится, когда отпускает ее.

– Лейтон!

Она резко поворачивает голову.

– Что? – оторвавшись от стекла, она обеспокоено смотрит на меня.

Ладно, момент настал. Ты сможешь.

– Я беременна.

Ее челюсть отвисает, и Лейтон несколько секунд смотрит на меня, прежде чем приходит в себя.

– Что? Когда? От кого?

Только Лейтон способна выпаливать вопросы один за другим, даже находясь в шоке.

– Я сделала тест.

– О боже мой. Келли, кто отец?

Я прикусываю губу, потому что так хочется все рассказать. Хочется вывалить историю целиком, но он должен узнать первым. Поэтому рассказываю ровно столько, сколько могу, учитывая всю сложность ситуации, не называя конкретных имен.

– Это один из парней внутри.

Она хмурится.

– Один из тех стариков за барной стойкой?

Я смотрю на Лейтон, и она смеется.

– Поняла, – она снова смеется. – Мое оправдание – я спала от силы часа два, – она качает головой. – Просто для ясности: ты имеешь в виду, что отец ребенка, – она указывает на мой живот, – это либо Деккер, либо Фостер, либо Истон?

Я киваю.

И у нее на лице все написано.

Все очень сложно, и брат просто слетит с катушек.

Прежде чем кто-либо успевает сказать что-то еще, дверь бара распахивается, и на улицу вываливаются все парни вместе с детьми.

– А вы что тут делаете? – спрашивает Хейс. Он подходит и обнимает Лейтон за плечи.

– Просто вышли подышать свежим воздухом, – я одариваю брата улыбкой, надеясь, что она не выглядит натянутой.

Он кивает и переключает внимание на Лейтон.

– Дети захотели в зоопарк Линкольн-парка, и я сказал, что должен посоветоваться с тобой. И эти придурки решили увязаться с нами, – он кивает в сторону Истона, Деккера и Фостера, столпившихся у калитки, ведущей к дому.

– Вышибала, иди зацени! – кричит Истон.

– Конечно, наверное, мы успеем выкроить пару часов до закрытия, – отвечает Лейтон, а затем смотрит на меня. – Пойдешь?

Я бросаю взгляд на троицу парней, пока Хейс направляется к ним.

– Думаю, просто поеду домой. Как-то неловко находиться рядом, пока он еще ничего не знает, – последнюю фразу произношу тихо, чтобы услышала только она.

Лейтон понимающе кивает.

Монро и Линкольн подбегают к нам, берут за руки и тащат к парням.

– Да что такое? – со смехом спрашивает Лейтон.

– Сами посмотрите, – это все, что отвечает Линкольн.

Хейс держит в руках картонную табличку, и когда мы подходим, он разворачивается, чтобы показать ее.

Хлев

Стойло

Загон

Дагаут

– Ну, дамы, что скажете? – Истон указывает на табличку в руках Хейса.

– А разве имеет значение, что мы скажем? – спрашиваю я.

– Конечно, имеет, – мягко улыбается Деккер, и я отвечаю тем же.

– Да кому какое дело, как это называть. Ладно. Дагаут так Дагаут. Решено, – заявляет Фостер, глядя на меня.

Этот парень бесит меня добрую половину времени, но тут не могу с ним не согласиться, поэтому лишь пожимаю плечами.

– Согласна.

Хейс встречается взглядом с Лейтон.

– А ты что скажешь?

Она улыбается и кивает.

– Думаю, отныне это место будет официально называться Дагаутом.

– Идеально, – Хейс наклоняется, чтобы поцеловать Лейтон, что вызывает дружный разочарованный стон у всей троицы детей.

Это и правда идеально, как и жизни моего брата и лучшей подруги. Жаль только, что моя собственная жизнь превратилась в такой бардак.

¹ Название «Чикаго Кольтс» закрепилось за бейсбольным клубом в 1890-х годах, так как в составе тогда было очень много юных игроков.

² Престижная ежегодная награда в мире бейсбола, которую вручают игрокам, проявившим выдающееся мастерство при игре в защите.

³ Специализируется на ловле мячей, которые подает питчер. Располагаясь за домашней базой «домом» (база, на которой стоит игрок кэтчер), кэтчер имеет обзор ко всему полю и поэтому считается ведущим оборонительной игры команды.

⁴ Турнир на выбывание с участием 12 команд (по 6 от Американской и Национальной лиг), определяющий чемпиона сезона.

⁵ Фанатки (обычно молодые девушки), чей интерес к игре продиктован не столько любовью к спорту, сколько симпатией к самим игрокам.

⁶ Игрок защищающейся стороны, находящийся в игровом поле.

⁷ Располагаясь на игровой площадке во внешнем поле, игроки-аутфилдеры выполняют оборонительную функцию. Основная задача аутфилдера – поймать мяч, брошенный игроком противоположной команды, и переправить по возможности своему игроку, который находится во внутреннем поле, тем самым избегая перемещения мяча в аут (за пределы внешнего поля).

⁸ Очень сильный удар бэттера (игрок, который отбивает подачи), благодаря которому он смог не только перейти на вторую базу, но и обезопасить себя от быстрого вывода в аут. При выполнении таких ударов у атакующих игроков (раннеров) есть время перебежать на следующие базы и принести своей команде победные очки.

⁹ Зона на бейсбольном стадионе, предназначенная для расположения команд.

¹⁰ База, на которой стоят бэттер и кэтчер.

¹¹ Ситуация в бейсболе, когда нападающий выходит из игры, садится на скамейку запасных и ожидает своей очереди выхода на поле.

¹² Часть бейсбольного матча, в которой команды поочередно играют в защите и нападении. Всего бейсбольная игра состоит из девяти иннингов.

¹³ Одна из четырех точек на внутренней площадке бейсбольного поля.

¹⁴ Завершенный ход отбивающего против питчера, фиксирующий попытку отбить мяч.

¹⁵ Игра слов. ДИК (dick/DIC(исходя из оригинала)) – в переводе с английского «член». DIC складывается из сочетания первых букв в имени трех игроков.

¹⁶ Игра слов. ХЭД (head/HED(исходя из оригинала)) – в переводе с английского «головка». ХЭД складывается из сочетания первых букв в имени трех игроков.

¹⁷ Пятая, финальная база в форме пятиугольника, расположенная в углу игрового пол.

¹⁸ Бросок питчера, прошедший через страйк-зону и не отбитый бэттером.

¹⁹ Штрафные очки.

²⁰ Несильно отбитый бэттером мяч, катящийся или прыгающий по траве. Обычно при выполнении такого удара бэттер сразу отправляется в аут (выходит из игры).

²¹ Один из игроков команды, который отбивает подачи питчера. Основная задача – как можно сильнее отбить мяч и по возможности перебежать на базу номер один.

²² Бросок мяча питчером в направлении дома.

²³ Размеченная прямоугольная зона позади домашней базы, где кэтчер обязан находиться до момента подачи мяча питчером.

²⁴ Специализированная площадка в форме сектора, разделенная на «инфилд» (внутреннее поле с четырьмя базами) и «аутфилд» (внешнее травяное поле), ограниченная линиями.

²⁵ Игровая позиция в бейсболе. Шорт-стопом называют игрока обороняющейся команды, находящегося между второй и третьей базами.

²⁶ Ситуация, когда бьющий выбывает из игры после получения трех страйков.

²⁷ Строки из песни Aerosmith – «Back in the Saddle» (1976)

²⁸ Верхний предел проходимости для экстремального сплава, характеризующийся чрезвычайно сложными порогами, высокими водопадными сливами, опасными «бочками» и узкими проходами.

²⁹ Популярный в США неофициальный календарь праздников, посвященных самым разным вещам: от еды (День пиццы) до хобби или явлений природы.

³⁰ Выход из игры после трех страйков.

³¹ Тактика убеждения, при которой вы призываете человека к действию, прямо противоположному тому, чего вы на самом деле хотите.

³² Любой точный удар по мячу, который позволяет бьющему добежать до базы.

³³ Возвышение в центре инфилда, с которого питчер производит подачи.

³⁴ Игра слов. Фамилия героя – Баттер (butter), что с английского переводится как «масло».

³⁵ Зона, где запасные питчеры разминаются перед тем, как вступить в игру.

³⁶ Тип «ломающейся» подачи в бейсболе, характеризующийся медленной скоростью и резким дугообразным падением мяча вниз и в сторону от бьющего.

³⁷ Разновидность быстрого броска (фастбола) в бейсболе, который при подлете к дому резко уходит вниз или в сторону руки питчера.

³⁸ Тип броска, выполняемый на высокой скорости, при котором мяч резко отклоняется в сторону (горизонтально) и вниз по мере приближения к отбивающему.

³⁹ Тип подачи, при которой питчер бросает мяч с максимальной скоростью по прямой траектории (с минимальным отклонением) в ловушку кэтчера.

⁴⁰ Возвышенная земляная площадка в центре инфилда, с которой питчер выполняет подачи.

⁴¹ Специализированный релиф-питчер (запасной подающий), который выходит на поле в концовке матча (обычно в 9-м иннинге) для защиты небольшого преимущества в счете.

⁴² Специально отведенная зона на бейсбольном стадионе, где запасные питчеры (реливеры) разминаются и готовятся к вступлению в игру.

⁴³ Тип подачи, выполняемый с максимальной силой и скоростью (обычно 90–100+ миль/ч или 145–160+ км/ч)

⁴⁴ Ситуация, когда бьющий (беттер) получает право бесплатно пройти на первую базу.