Текст книги "Путеводная душа (ЛП)"

Автор книги: Опал Рейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 40 страниц)

– Я знаю, что ты видишь, кто я такой, – прорычал Мерих. – Со мной женщина, которой нужно поговорить с твоим народом, и ты впустишь нас внутрь.

Уши Рэйвин прижались к голове. Гламур на них не действует. Он обманывает только людей.

Она попыталась оттолкнуть Мериха с дороги, но тот не сдвинулся ни на дюйм ради неё, поэтому она втиснулась между ним и глазком ворот.

Ей было плевать, рассердит она его или раздосадует, или даже пострадает в процессе, отталкивая его. Он всё портил!

При таком раскладе они никогда не получат разрешения войти.

Мерих зарычал, когда Эльф втиснулась перед ним.

У него всё было под контролем, так что он не видел причин для её вмешательства.

– Пожалуйста, – взмолилась Рэйвин, ощупывая отверстие кончиками пальцев. Нащупав его, она откинула капюшон и опустила повязку, открывая глаза, брови и заострённые уши. – Я элизийка, и я ищу вашей помощи, чтобы вернуться домой.

Он ожидал, что мужчина, чьё лицо закрывала белая глиняная маска с красной полосой, идущей прямо по центру, немедленно отвергнет её. Вместо этого тот ахнул и отшатнулся, словно не мог поверить своим глазам.

Затем он подался вперёд и просунул руку в маленькое квадратное отверстие, чтобы обхватить её лицо ладонью. Это было опасно, так как Мерих мог легко переломить его руку пополам о раму окна.

Он обдумывал это.

– О боги… как ты сюда попала? – спросил он с благоговением.

Мерих не знал почему, но то, как доверчиво Рэйвин льнула к его прикосновению, действовало ему на нервы. Она наклонилась вперёд, обхватив пальцами нижнюю часть глазка, чтобы быть ближе к мужчине.

– Я случайно открыла портал хаоса на Землю. Я застряла здесь больше чем на полтора месяца и отчаянно хочу домой. Пожалуйста, впустите нас.

Глиняная маска мужчины повернулась, чтобы взглянуть на костяную морду Мериха сквозь сетку глазных отверстий, видя его истинную сущность, прежде чем снова обратиться к Рэйвин.

– Тебе всегда будут рады в наших храмах, – тепло произнёс мужчина. Затем его голос стал ледяным, когда он добавил: – Но он должен остаться снаружи.

Смех, который издал Мерих, был полон злобы.

– Она не отойдёт от меня ни на шаг. Либо мы войдём оба, либо никто из нас.

Рэйвин повернулась к нему с открытым ртом, словно собираясь возразить, но затем благоразумно закрыла его. Он уже ясно дал понять, что не потерпит, если она сбежит, бросит его или предаст.

Она закусила нижнюю губу, глубоко нахмурив брови. Затем она покорно опустила голову, прежде чем повернуться к мужчине.

– Пожалуйста. Он мой проводник в этом мире, – взмолилась она. – Он помог мне добраться сюда.

Мерих был готов поспорить, что под этой белой глиняной маской и закрытыми белой сеткой глазницами мужчина испепеляет его взглядом. Ему хотелось оскалить клыки, чтобы выглядеть ещё более зловеще, но они и так всегда были видны из-за отсутствия плоти на лице.

– Ты ведь знаешь, кто он, верно? Монстр.

Гнев закружился в груди Мериха, и он зарычал. Он, блядь, презирал, когда его так называли.

– Я предпочитаю термин Сумеречный Странник, ты, тупой кусок приманки для Демонов.

Даже легчайшее прикосновение ладони Рэйвин, легшей на его грудину, не смогло унять его гнев. Впрочем, он всё же склонил голову в её сторону.

– Да, я знаю, кто он, – заявила она; её спокойный, нежный голос сумел разрядить напряжение. – Клянусь Позолоченной Девой, он никому не причинит вреда. Я обещаю вам это.

Ей не стоит давать обещаний, которые она не может сдержать, – подумал он, откидываясь назад и скрещивая руки на своей мощной груди.

– Вот, видишь, – огрызнулся он. – Я буду безобиден, как новорождённый котёнок.

Мужчина посмотрел на каменный храм, прежде чем вздохнуть.

– Хорошо, я позволю вам войти.

Он закрыл маленькую дверцу, запер её, а затем занялся открытием ворот.

– Тебе не обязательно было так грубить ему, – упрекнула Рэйвин, очаровательно сморщив переносицу.

– Я не грубил, – огрызнулся в ответ Мерих, явно обиженный. Он прижал одну руку к груди, а другой указал на открывающиеся ворота. – Он первый начал.

Если он правильно помнил начало их взаимодействия, он попросил впустить их, а Жрец отказал ему. Мужчина, едва увидев его костяное лицо, тут же осудил его и решил, что Мерих недостаточно праведен, чтобы войти в их убогий храм.

Храм, на который он мог бы с лёгкостью взобраться и уничтожить всех внутри. И всё же он никогда не выбирал этот путь – хотя и обдумывал его много раз.

Видите? Он был совершенно добродетелен.

Не безгрешен, нет, но они не знали всей глубины его преступлений против человечества.

– Почему ты не сказал мне, что они видят сквозь твой гламур?

Сжав руки в кулаки по бокам, Рэйвин выглядела так, словно была в одном шаге от того, чтобы по-детски топнуть ногой.

Он пожал плечом, его голос звучал беспечно.

– Должно быть, вылетело из головы.

Не вылетело. Он просто знал, что за его вход всегда будет битва. Он не ожидал получить разрешение, даже с её помощью.

Жрец сразу же распознал, кто она такая. Должно быть, у их народов хорошие отношения друг с другом.

Она закатила свои глаза-звёзды с раздражённым стоном в сторону Мериха. Веселье наполнило его грудь; ему начинало нравиться намеренно раздражать маленькую Эльфийку. Она всегда реагировала очаровательным надуванием губ или милым хмурым взглядом.

С Мерихом никто никогда так себя не вел. Он всегда получал ненависть, страх или слёзы за свои действия, а её раздражённые вспышки были настолько лишены этих вещей, что ему было трудно не симпатизировать им.

Она никогда не проклинала его и не говорила с ним холодно. Она больше не пыталась причинить ему боль или убежать от него.

Вообще-то, он заметил ранее, что она почти жалась к нему в поисках защиты. Никто никогда не искал его защиты в толпе людей – обычно люди искали защиты от него.

Ему было любопытно узнать, выдаст ли она его людям сразу же, рассказав, кто он такой, чтобы сбежать от него. Анзули были рядом, поэтому он думал, что она может попытаться уйти к ним одна, если его окружат солдаты и стражники.

Она не использовала эту тактику и не попробовала альтернативу. Вместо этого она мудро позаботилась о том, чтобы он смог войти в храм вместе с ней. Казалось, она приняла холодную, зловещую тень его присутствия, нависающую у неё за спиной.

– Нам нужно поработать над твоими навыками общения, – проворчала Рэйвин, прижимаясь к нему, чтобы ухватиться за направляющую верёвку вокруг его талии.

Мерих хмыкнул, полностью не соглашаясь с ней. С его навыками общения всё было в порядке. Немного резковато, но он всегда получал то, что хотел, а это всё, что его волновало.

Створка ворот закончила открываться, и Жрец провёл их через чёрные железные ворота.

Там была небольшая ровная дорожка из серого булыжника, которая вела к десяти ступеням. Внизу появились две статуи существ нечеловеческого вида, напоминающие смесь кролика и водяного оленя.

Вокруг храма росло несколько деревьев, а травяное поле было пышным, словно его питали самой плодородной почвой и удобрениями.

На вершине лестницы стоял монументальный храм из серого кирпича и чёрного железа. Над чёрными железными двойными дверями был вырезан и сформирован витраж, изображающий мир, полностью и совершенно отличный от Земли. В солнечном свете он сверкал, и Мерих был уверен, что он разбрасывает свои краски по полам внутри.

Крыша храма была остроконечной посередине, но по бокам возвышались две башни с белыми флагами, на которых были нарисованы фиолетовые рунические символы.

Флаги соответствовали тяжёлой белой мантии, которую носил Жрец. Вдоль каждого шва были нарисованы фиолетовые руны, словно сама мантия была тканью защиты.

Когда они достигли двери, Жрец повернулся к ним и замер гораздо дольше, чем Мериху было комфортно. Было очевидно, что он переводит взгляд с него на Рэйвин, но его глиняная маска не давала никакой подсказки.

– Если желаете, – произнёс он, поворачивая глиняную маску к Рэйвин, – он может остаться с нами, но я был бы рад провести вас по храму.

Пока Мерих мог оставаться рядом с ней, чтобы они не могли строить козни против него, он не стал бы мешать ей принять решение. Он ждал, что она отойдёт от него, чтобы принять руководство другого – незнакомца, кого-то более человечного и менее… похожего на него.

Мерих не был настолько глуп, чтобы не принять реальность: Рэйвин была близка с ним только по необходимости. Он был её единственным вариантом последнюю неделю, так что, получив выбор, который большинство сочло бы лучшим, почему бы ей не принять предложение?

Он ожидал, что она отстранится и уклонится от него, словно он и его чувства не имеют значения. В их понимании, с чего бы «монстру» переживать?

Она колебалась, её ответ запоздал, но она крепче сжала веревку, которую держала.

– Нет, меня всё устраивает.

Мерих повернул голову, его глазницы вспыхнули ярко-желтым от удивления. Она выбрала его, и странная гордость наполнила его грудь.

Возможно, для неё это мало что значило, но она дала ему крошечную крупицу того, чего ему никогда не давали раньше: принятие, не основанное на его собственном обмане.

– Вы уверены? – настаивал Жрец. – Я уверен, вам было бы комфортнее с…

– Она сказала, что ей нормально со мной, – прорычал Мерих, подавляя желание обнять Рэйвин за плечи и собственнически прижать хорошенькую Эльфийку к своему боку. – Поторопись и открой дверь.

Жрец быстро повернулся и распахнул черные железные двери.

Мускусные благовония обожгли ему горло, но запах был приятным, несмотря на перенасыщенность, когда он окутал его.

Хотя снаружи храм был сделан из унылого камня, внутри он казался теплее и гостеприимнее благодаря деревянной резьбе, выгравированной на листах древесины. На каждой поверхности задней стены стояли свечи разных цветов, а также большое кольцо из них в самом центре святилища.

Черные тканевые гобелены свисали с потолка, на них фиолетовым цветом был написан язык, которого он не понимал.

Он думал, что всё будет светлым, с большим количеством белого и фиолетового, но внутри храма было темнее. Черный, казалось, был их предпочтением, словно они чтили и упивались его тьмой.

Это было полной противоположностью тому, как они одевались.

При их входе небольшой хор в дальнем правом углу резко замолчал, как и человек, который оторвался от чтения текста, чтобы посмотреть в их сторону.

Никто из них не носил масок, прикрепленных к их поясам петлей, и Мерих заметил тех же людей, которых видел много раз.

Цвет их кожи был похож на человеческий, волосы тоже, но их три светящихся глаза выдавали, что они принадлежат к совершенно другому виду. Два глаза располагались там, где у человека, но у них был ещё один посередине, прямо над переносицей.

Все три глаза двигались синхронно, и они часто светились розовым, голубым или золотым, с вертикальным зрачком.

Мерих знал по опыту, что если убрать всё, кроме их масок, они выглядят как люди. Если вскрыть одного, их кровь была красной, сердце и лёгкие такими же.

Именно их лица отличались, как и их запахи.

Все ахнули, увидев возвышающуюся фигуру Мериха. Один даже выбежал через боковую дверь, чтобы покинуть святилище. Если бы не благовония и его повязка на носу, он был уверен, что от них всех разило бы восхитительным страхом.

Боковым зрением он наблюдал, как Рэйвин подняла свободные руки, чтобы размотать повязки на голове, давая свободу двум толстым белым косам.

Эхом разнесся шёпот. Если он слышал их любопытство по поводу Сумеречного Странника и Эльфа, он не сомневался, что и она тоже.

Жрец подвел их к центру свечей на полу, где Мерих осмотрел рунический круг, не только нарисованный, но и вырезанный в земле. Нежелание входить в него наполнило его, так как такая магическая символика могла быть использована, чтобы навредить или поймать его, но он всё равно вошел.

Поведение мужчины ранее дало ему понять, что они не причинят вреда Рэйвин, учитывая его благоговение и желание помочь ей. Если бы они напали на Мериха, они бы знали, что это может подвергнуть её потенциальной опасности.

Он надеялся, что они останутся мудрыми.

На всякий случай, однако, он предупредил:

– Попробуйте выкинуть что-нибудь, и вы заставите Эльфа пожалеть, что она пришла сюда.

Спина мужчины напряглась, как и у Рэйвин.

Жрица с темной кожей цвета олененка и прямыми черными волосами вбежала в святилище; её мантия, черная, а не белая, развевалась позади неё. Она резко затормозила, её глаза ярко вспыхнули розовым, прежде чем вернуться к своему обычному тусклому свечению.

Человек, который выбежал ранее, был позади неё, и он врезался в неё так сильно, что они оба едва не упали вперед. Их ноги скрипнули, когда они споткнулись и выпрямились, груди обоих вздымались от тяжелого дыхания.

У Жрицы, одетой в черное, к поясу была привязана другая маска. Она была полностью красной, с золотым треугольником там, где, как он думал, был бы её третий глаз, если бы она её надела.

В ней было что-то особенное, когда она быстро успокоила дыхание, осматривая их. Она расправила мантию, подняла подбородок и грациозно пошла вперёд.

Она другая, – заключил Мерих, осмотрев её. Её плечи были расправлены, словно чтобы передать чувство превосходства. Она, должно быть, какой-то лидер.

Жрец, который ввел их внутрь, повернулся к приближающейся Жрице. Поскольку он снял маску при входе, он закрыл все три глаза, скрестил правую руку на животе и приложил боковую часть указательного и среднего пальцев левой руки к своему третьему глазу.

– Святая надзирательница, – поприветствовал он, его тон был легким и полным глубочайшего уважения. – Я понимаю, почему вы были встревожены, но я уверен, вы понимаете, почему я разрешил им войти.

Её губы были сжаты в сторону Мериха, и он скрестил руки в ответ. Он кивнул мордой в сторону Рэйвин.

Её пристальный взгляд не исчез, её глаза оставались на его костяном черепе, даже когда она повернула лицо к Эльфу. Затем она широко улыбнулась Рэйвин, вероятно, зная по её зрачкам-звездам, что та не сможет этого увидеть, но всё равно сделала это.

– Здравствуйте, меня зовут Майя Шелтьер. Я святая надзирательница храма города Эшпайн. – Её голос был глубоким, лишенным женственности, но излучал доброту и уважение. – Могу я спросить ваши имена?

– Я Рэйвин Дэйфарен, а это Мерих, – ответила Рэйвин, подарив ей свою улыбку.

– Приятно познакомиться, – сказала Майя, не сводя глаз с Рэйвин. – Никогда в жизни я не думала, что буду удостоена чести встретить элизийского эльфа. Мы, Анзули, не приветствовали ваш род веками. Что вы делаете на Земле? Великая перемена наконец наступила?

В голосе женщины звучала надежда. Это даже осветило лица тех, кто притворялся, что не подслушивает их эхом раздающийся разговор.

Улыбка Рэйвин погасла за один вздох, и её голова опустилась, словно от стыда.

– Нет. Мне жаль, но я не эмиссар моего народа, – ответила Рэйвин тихим голосом. – На самом деле я одна из восемнадцати членов совета Синедрус, конкретно одна из трех глав научных отделов.

Мерих откинул голову назад от удивления, не зная, что Рэйвин была наделена властью или была ученым. Её характер уже казался слишком игривым и легким для такой профессии.

С другой стороны, что он мог знать? Его предположения основывались на стереотипах, учитывая, что он никогда раньше не встречал ученых любого рода – кроме, может быть, себя самого. Он догадывался, что то, чем он занимался, было теоретической работой и исследованиями, так как он всегда знал, что ему понадобится чертов портал, чтобы выбраться из этого мира.

Любой человеческий лидер, которого он встречал, обычно был холодным и бесчувственным, несущим бремя своего народа.

– Пока я работала в своей лаборатории, – продолжила Рэйвин, – я случайно создала портал хаоса и перенеслась сюда, на Землю.

Полные надежды выражения лиц Майи и Жреца исчезли, но Майя была той, кто выглядел по-настоящему обеспокоенным. Она даже немного побледнела, что только подчеркнуло яркость её светящихся розовых глаз.

– Мне искренне жаль, но если вы пришли сюда в поисках пути домой, мы ничего не можем для вас сделать.

Мерих слышал, как сердце Рэйвин споткнулось, прежде чем бешено забиться. Она шагнула вперёд, её лоб сморщился в замешательстве, и, как он подумал, даже в страхе. Подавляющий запах благовоний в храме делал почти невозможным для него чувствовать что-либо отчетливо, без сомнения, даже если бы он снял повязку с носа.

– Что вы имеете в виду, ничего не можете сделать? – спросила Рэйвин, в её голосе звучала дрожь. – Ес-если вы отведете меня к вашему порталу, вы должны быть в состоянии перенаправить его в Нил’терию. Я уверена, что смогу вам помочь.

Майя кивнула головой Жрецу, махнув левой рукой, и мужчина поклонился, прежде чем уйти. Он был отпущен, и как только он ушел, она отбросила любое превосходство, которое держала.

Её плечи поникли, а подбородок опустился ровно настолько, чтобы больше не выпирать.

– Многое произошло за триста сорок три года с тех пор, как ваш народ был здесь в последний раз. Наш портал исчез, и мы, Анзули, которые остались, застряли здесь сто девяносто три года назад.

– Как? – спросила Рэйвин.

Мерих, решивший не вмешиваться в разговор, который имел к нему мало отношения, наклонил голову, заметив надлом в её голосе.

– Наш главный храм был атакован в ходе того, что мы считаем целенаправленным набегом Демонов и Джабеза, Короля Демонов. – Майя отвернула голову, глядя в пустоту; её глаза опустились с очевидной грустью.

Плечи Рэйвин сжались, словно у кого-то, кого поймали с поличным на преступлении или лжи, что было странно, так как обычно она была такой прямой и открытой в своих выражениях.

– Когда Демоны начали входить в портал, те, кто был в Анзуле, решили навсегда закрыть его, чтобы защитить наш мир от наводнения ими. С тех пор у нас не было контакта с нашим народом, никакой помощи или поддержки, и с каждым поколением мы слабеем. Мы начали заводить детей с людьми, чтобы избежать смешивания одной и той же генетики. Ещё через поколение или около того мы полностью потеряем способность творить магию. Некоторые уже рождаются без третьего глаза или свечения, и сейчас мы можем делать немного больше, чем создавать продвинутые лекарства и простую защиту для людей. Наша миссия здесь проваливается, и скоро людей будет некому защищать.

– Н-но вы всё ещё можете производить магию, верно? – взмолилась Рэйвин, поднимая лицо; в опущенных уголках её глаз читалась мольба. – Может быть, я смогу помочь вам открыть новый портал, и мы оба свяжемся с нашими мирами. Мы можем привести сюда больше Анзули на помощь.

Майя вздохнула, качая головой, её черные волосы танцевали при движении.

– Лишь редкие немногие из нас могут даже управлять стихиями. Те, кто может, становятся святыми надзирателями, но наша сила ограничена. Потребуется, чтобы все святые надзиратели на этом континенте объединились, и тогда нам нужно будет надеяться, что ты сможешь начертить правильные навигационные руны, чтобы перенести нас в наши миры. Ты знаешь конкретные географические координаты Анзулы или Нил’терии, которые были бы самыми безопасными?

Рэйвин сжала юбку своего серого платья обеими руками, ткань смялась от того, как крепко она её держала.

– Ну, нет. Магия порталов запрещена для элизийцев. Все наши тексты, касающиеся её, были запечатаны.

– Анзула бурлит и льдом, и лавой. Если бы ты открыла портал в один из наших многочисленных вулканов, ты бы обрекла нас на смерть. Что касается Нил’терии… смогла бы ты точно открыть портал в безопасное место?

– Я уверена, мы могли бы придумать способ, – поспорила Рэйвин, но Мерих уже понимал, к чему всё идёт.

Всё предвкушение, волнение, гребаная надежда, которая росла в нём, пока он упорно путешествовал к этому храму, скручивались в узел отчаяния.

– Возможно, я могу помочь, – предложил Мерих. – Я способен производить магию и могу помочь Эльфу. Я уверен, есть способ, как мы все можем работать вместе.

Он бы отдал и сделал всё, чтобы достичь их коллективной цели. Черт, он бы отдал каждую каплю крови, если нужно – ничто не было слишком высокой платой.

Майя впервые с момента приветствия посмотрела на Мериха. Её взгляд был острым и полным ненависти, глаза блестели от малейшего намека на слёзы.

– И как именно ты получил свою магию, Сумеречный Странник? – почти прорычала она сквозь стиснутые зубы.

Его глазницы вспыхнули более глубоким красным, и рычание, вырвавшееся из него, было злобным и нечестивым, эхом отражаясь от стен их храма.

Взгляд Майи исчез в тот момент, когда её глаза вернулись к Рэйвин, решив игнорировать само его существование. Она так и не дала ему времени озвучить его черствый ответ.

– Это не имело бы значения. Мы уже перепробовали всё, и мы знаем, что ничего не можем сделать. Я хочу помочь тебе, но если ты не хочешь, чтобы мы исцелили тебя или дали амулеты, мы мало что можем сделать.

Мерих поднял череп к потолку, пытаясь изо всех сил сдержать мстительный рев, нарастающий в глубине глотки. Если бы не Рэйвин, он, возможно, уже уничтожил бы этот храм за его полную бесполезность. Они не заслуживали быть маяком надежды для людей.

Когда что-то расстраивало его, у Мериха возникало глубокое желание стереть это с лица земли, уничтожить и покалечить всё, что породило его гнев, чтобы он мог с гордостью восседать на руинах.

Он этого не сделал, потому что по какой-то глупой причине не хотел расстраивать Эльфа.

У него также не было желания рвать когтями или кусать её, как он хотел сделать с каждым Анзули, стоящим сейчас в этом святилище, хотя она и позволила ему поверить, что есть шанс на свободу. Она была центром того, почему он чувствовал себя таким опустошенным. Она была причиной того, что невидимые руки ярости массировали его мозг, и всё же у него не было ни капли гнева по отношению к ней.

Они оба застрянут на этой гребаной Земле. Рэйвин не была ключом, который он искал; она была так же потеряна, как и он.

– Х-хорошо. Я придумаю другой способ тогда, – уступила Рэйвин. – Спасибо.

– Ты, блядь, благодаришь её? – рявкнул Мерих, опустив голову, чтобы посмотреть на неё с недоверием. – Она абсолютно ничего не сделала, чтобы помочь тебе, так какого чёрта ты её благодаришь?

Рэйвин повернулась к нему и одарила самой фальшивой улыбкой, которую он когда-либо видел. Её губы дрожали, словно хотели скривиться.

– Потому что так поступают, когда кто-то вежливо сообщил тебе о ситуации. – Она повернулась обратно к Майе и склонила голову. – Думаю, нам лучше уйти.

– Уйти? – огрызнулся Мерих. – Вот так просто? Ни одна из вас не собирается подумать о возможной альтернативе? Мы здесь всего десять минут – должен быть другой путь.

– Я уже сообщила вам, что мы пытались, – холодно ответила Майя. – Альтернативы нет.

Рэйвин потянулась вперед и похлопала его по боку, пока не нашла веревку. Она дернула за неё.

– Пожалуйста, Мерих, – прошептала она дрожащим голосом, повернувшись спиной к Майе. – Я хочу уйти.

– Рэйвин, – взмолилась Майя, потянувшись к её плечу. – Ты можешь остаться здесь. Я знаю, ты переживешь всех нас, но мы можем попытаться сделать твою жизнь комфортной здесь, на Земле.

– И-извините, но я должна узнать, есть ли другой путь.

Рука женщины сжалась.

– Пожалуйста. Я прошу тебя остаться. Нам очень пригодилась бы твоя помощь в защите людей. Другие фракции Анзули оценили бы твое руководство так же, как и мы. Мы терпим неудачу, и мы умираем здесь.

Её белые косы упали вперед на плечи, когда она сжалась.

– Пожалуйста, отпустите меня.

Когда женщина этого не сделала, Мерих схватил её за запястье и сжал, зарычав. Она поморщилась, затем посмотрела вверх на его сферы, темнеющие красным.

– Твой спутник – монстр, и часть причины, по которой численность Анзули стремительно сокращается. Я боюсь, если ты пойдешь с ним, ты узнаешь, насколько злым может быть его род.

Жрецы и Жрицы двинулись вперед, но отступили, когда он поднял череп в их сторону и оскалил клыки.

– Подойдите ближе, и…

– Мерих, стой, – тихо потребовала Рэйвин, и всё же это прозвучало твердо и непоколебимо. Он резко повернул голову в её сторону. – Пожалуйста. Просто уведи меня отсюда.

С хрюканьем он оттолкнул руку Майи, и та почти упала назад.

Единственная причина, по которой он повел их к выходу, заключалась в том, что он видел, как она дрожит, а её темная кожа казалась пепельной, словно она устала или больна.

Ладно. К чёрту. Мы уйдем. Мерих ударом распахнул тяжелую черную железную дверь. Что мне теперь делать?

Он искал сотни лет способ покинуть Землю, и он не нашел ни одного ответа. Если он не смог найти его, как она сможет?

И что ему делать с Эльфом, который у него теперь есть?

Тот, которого он странным образом чувствовал себя обязанным… оставить. Она всё ещё могла помочь ему найти путь. Это было бы лучше, чем по-дурацки ходить по континенту, который он уже обошел много раз кругом.

Он был уверен, что именно поэтому он не даст ей сбежать или почему он не убьет её прямо сейчас.