Текст книги "Ищу настоящего мужа (СИ)"

Автор книги: Ольга Тимофеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)

 Глава 5

– Прошу, – открывает мне дверь и пропускает внутрь.

– Это что?

– Учебный класс.

На стенах какие-то плакаты, разная форма одежды, противогазы. Хвост мой будет мешать. Значит, сегодня без противогаза.

– Что первое надо научиться делать пожарному?

Мммм… вероятно, тушить.

– Пользоваться огнетушителем? – пальцем показываю.

– А ты ещё не умеешь?

– Умею.

Чего там уметь… правда, я никогда не пользовалась.

– Хорошо, – но он ведется и верит. Вот что значит уверенность. – Первое, надо научиться быстро переодеваться. – Подводит меня к пожарному костюму. – Наше время двадцать семь…

– Мой рекорд сбора на свидание с принятием душа и укладкой, – показываю ему на пальцах, – двадцать минут. Так что не рассказывай мне, что такое быстро.

– Секунд.

– Что секунд?

– Переодеться надо за двадцать семь секунд. Укладку можно не делать.

– Сколько?

– Двадцать семь секунд.

– Я за это время только смогу решить, что мне надеть.

– Тогда ещё есть время перевестись в другой отдел.

– Ладно, что надо надевать?

– За тебя все решили, думать не надо будет. Уже минус двадцать семь секунд. Одежду подобрали. Надо только переодеться. Когда надо ехать тушить, то особо времени на раздумывания нет. Мы просто переодеваемся и едем.

– Слушай, ну можно в машине переодеться? – рассматриваю безразмерную боевку. Сапоги, штаны на подтяжках.

Я как клоун в этом буду.

– Я, например, за рулем, переодеться у меня точно не будет времени. По регламенту в населенном пункте мы должны доехать до места возгорания за десять минут. Так что в свои рекордные двадцать все равно не укладываются. Никто не будет ждать при пожаре, когда ты переоденешься.

– Да нереально за двадцать семь секунд.

– Скажу тебе, что это только “тройка”, на четверку надо двадцать четыре, а на пятерку уже – двадцать одну секунду.

– Ты прям все знаешь? Женат на инструкции, что ли?

– Гражданским браком. Порядок такой. Сапоги и штаны, потом подтяжки. Следом куртка-боевка: молния до верха, клапан. Подшлемник. Каска. Подтяжка ремешка. Краги в рукава. Ремень/карабин.

– Запомнила?

– Снизу вверх, – веду по Ренату взглядом в таком же направлении. На шее замечаю цепочку с каким-то жетоном, но долго рассматривать времени нет.

– Пробуем. Чтобы сэкономить время на надевании сапог и штанов, заранее их готовим, чтобы одеть за один заход.

– А мой же размер будет?

– Будет, но до этого ещё далеко. Ты базу выучи. Раздевайся, – кивает мне.

– Я дома потренируюсь.

Сейчас. Ага. Дам я себя рассматривать в белье. Не для тебя кружавчики надела.

– Может, все же в бухгалтерию?

– Отвернись.

Губы расплываются в улыбке, а улыбка, как в глянцевом журнале.

– Куртку снимай и разувайся. На это будем одеваться, – засекает мне время. – Ноги в штаны. Подтяжки, – натягиваю. – Боевка. Молния. Клапан – до щелчка.

Осматриваю на себе этот огромный чехол.

– Как в этом вообще можно что-то делать?

– Подшлемник.

– Я как кот в пакете.

Тянет и сбивает мне прическу.

– Нет-нет-нет, – останавливаю. – Я поняла.

– Хвост не годится.

Дальше сам помогает: ремень, перчатки огромные.

– Как в этом вообще можно что-то делать? Я же как пингвин. Чего тушить?

– Если бы меньше говорила и комментировала, то, возможно, бы уложилась в две минуты. Так только две ноль четыре. Порядок запомнила?

– Да.

– Теперь тренируйся сама.

– Ты хочешь сказать, что вот это все можно надеть за двадцать секунд.

– Да, – пожимает плечами.

– Не верю, – расстегиваю ремень и снимаю боевку.

– Придется.

– Докажи.

Смотрю на него с вызовом.

– Давай так, я доказываю, а ты в другой отдел идешь, – забирает у меня куртку.

– Нет.

– Ты же тут не сможешь.

– Смогу.

– Что ты сможешь? Тут надо рукава тяжелые таскать. Людей из пожара доставать. Одеваться за двадцать секунд.

– Смогу.

– Вот я прям чую, что это какой-то спор или вызов, а потом время на тебя потратишь и ты уйдешь.

– У меня контракт. И тебе какая разница? Тебе платят за то, что ты на работе. Вот и делай, что говорят.

– Окей.

Пока я раздеваюсь, он разувается и скидывает рабочую куртку.

– Время засекай.

Достаю телефон. Открываю секундомер и одновременно камеру.

– Смотри и молчи.

Он ставит комплект "как на выезде": штаны сидят на сапогах, краги в рукавах, куртка раскрыта.

– Готова?

– Да, включаю камеру, – раз-два-три, – командую и включаю секундомер.

Два быстрых шага – и он уже внутри "штанин". Подтяжки щелк. Куртка взлетает, молния, клапан. Подшлемник – одним движением. Каска – ремешок затянут. Краги ныряют под рукава. Стоит передо мной "боевой".

У меня приоткрывается рот. Закрываю.

– Стоп, – выключаю секундомер и камеру. – Вау. Двадцать одна, – разворачиваю к нему экран.

– Пятерка.

– Это какой-то турборежим?

– Это практика, – раздевается. Каждый день. Пока мозг думает – руки одеваются.

– Я так не смогу.

– Как вариант можешь в этом ходить все время и не переодеваться. Но… если научишься… на свидания будешь собираться быстро, – усмехается мне. – Давай ещё раз сама пока без времени. Надо запомнить, что за чем.

Опять натягиваю на себя сапоги.

– Что за имя у тебя странное, Исса? Родители так назвали?

Так я тебе все и рассказала…

– У тебя так-то тоже имя редкое, – пока влезаю в эти дурацкие сапоги, штаны сползают вниз. Подхватываю их, надеваю, подтяжки. Куртка. С ремнем долго вожусь не могу попасть в разъем.

– Минута пятьдесят шесть. Ну вот, уже рост. Так по чуть-чуть и до двадцати семи хотя бы добраться.

– Третий круг.

– Может, все уже? Я как бы научилась.

– Двадцать семь секунд.

И по зданию раздается громкий сигнал.

– Я на вызов. Ты тренируешься… – бросается к двери и скрывается, оставляя меня наедине с этим костюмом.

Стягиваю его, выглядываю в окно.

Времени прошло, ну минута максимум, а красная машина с сигналами выезжает из гаража.

– М-да.… – до двадцати семи мне ещё далеко.

Их нет часа два. Я пару раз ещё переодеваюсь, записываю себя. Потом выкладываю рилс, ожидание-реальность.

Читаю комментарии под прошлым роликом.

И снова открываю камеру.

– Короче, ребят. Я стартую челлендж: Найти мужа за 30 дней. Иначе папа выдаст меня за “надежного подполковника”. Спасайте любовью. #ИщуМужа #30Дней"

Сажусь на широкий подоконник.

– Хотя, знаете, богатая девушка может склеить любого. Правда, в том отделении, куда я попала, есть только один свободный мужчина. Но с ним не интересно, потому что мы уже познакомились раньше. Поищу кого-то, кто ещё меня не знает. Продолжение следует.

Выключаю. Выкладываю.

Не работа, а мечта…

И следом телефон оживает. Роман.

Расстались же… чего звонить теперь?

 Глава 6

– Да, – принимаю вызов и опираюсь спиной на откос.

– Лара, я не понял. Это что за… “ищу мужа”?

– А что мне нельзя искать мужа? Мы расстались.

– Мы взяли паузу.

– Ты, может, и взял паузу, Ром. Я рассталась.

– Ну, ты что, обижаешься? Случайно же вышло.

– Ром, что тебе надо?

– Давай встретимся сегодня?

– Я работаю.

– Пффф, ты?

– Да. Я.

– Где?

– В МЧС.

– Хорошая шутка.

– Это не шутка, Ром.

– Лар, ну какая работа… Если тебе денег не хватает, то я дам. Увольняйся и возвращайся. Я понял, был не прав.

– Ром, мне идти надо. Все, пока. Думаю, ты точно найдешь, на кого потратить свои деньги.

– Ну, прости ты, один раз всего было.

– То есть ты месяц прям ни-ни ни с кем.

– Да, по тебе скучал.

– Ещё поскучай. Я теперь работаю. И найду себе мужа нормального.

– Там, что ли? Ты знаешь, сколько они зарабатывают?

– Как показала жизнь, деньги заработать и любой дурак может, а вот настоящим мужчиной вырасти это сложно.

– Лар…

– Пока, Ром.

– До скольки работаешь?

– До утра.

– Ну, правда…

– Все, пока. И отпишись от меня, а то изойдешь же весь.

Отключаюсь.

С Ромой познакомились три месяца назад, тоже на каком-то вечере, куда папа с собой позвал. Закрутилось как-то все быстро. У него свой бизнес и сеть магазинов питания. Денег не жалел, подарки дорогие дарил, в рестораны водил.

Только, как оказалось потом, не меня одну.

Наверное, поэтому на расставание не потребовалось ни одного бумажного платочка.

Я ещё пару раз надеваю и снимаю эту пожарную форму. Двадцать семь секунд. Я девочка-то физически подготовленная, но все равно мой максимум пока сорок девять, что, конечно, очень много для их норматива.

Ничего, будем отрабатывать.

Я записываю ещё видео как пытаюсь одеться. Один раз падаю. Путаю последовательность, забываю подшлемник. Позже смонтирую.

Пока вожусь с этой формой, замечаю как возвращается красная машина. Вернулись…

Интересно, когда уже меня на выезд возьмут? Вообще мне надо ездить, если не тушить, то хотя бы смотреть. Как там да что. Кто меня увидит на пожаре, как я тушу, с ума сойдет.

Спускаюсь вниз, чтобы встретить их. Ренат разворачивает машину, медленно заезжает задом в гараж. Проезд же широкий. Что там…. так и хочется подтолкнуть, чтоб быстрее. Я люблю скорость повыше. Хотя эта бандурина много и не развивает, наверное.

– Как дела? – встречаю свою команду.

– Потушили, – кивает Иван Андреевич и уходит.

Вроде с ними, а вроде как и нет. Все быстро куда-то расползаются, кто с журналом, кто с одеждой.

И вроде как и неудобно лезть.

Ренат выпрыгивает из машины последним, обходит и открывает задний отсек.

– Я уже справляюсь за сорок девять секунд, – довольно хвастаюсь.

– Надо двадцать семь, – сухо отвечает и достает какой-то инструмент.

– Я расту.

– Когда вырастешь, тогда и хвастайся. Пока нечем.

Боже, какой зануда!

Берет рукава и растягивает.

– А что ты делаешь?

– Ты на сегодня порцию информации получила. Отрабатывай. А то мозг закипит, – переводит взгляд на голову. – Волосы ещё цвет поменяют.

На какой?

– Хахах… Как смешно.

– Тебе информация про рукава пока не нужна

– А мне интересно.

– Интересно, возьми инструкцию и почитай, – обходит меня и щелкает в кабине чем-то. Один из насосов оживает.

– А что так сложно рассказать?

– Мне надо сделать после пожарное обслуживание машины. Воду пополнить, пену промыть, рукава разобрать, стволы проверить. Не мешай.

– А можно я помогу?

– Слушай, дай мне сделать быстро. У тебя другое занятие. Отработать норматив.

– Я тут хочу. Мне же тушить пожар надо, я не знаю, что тут где.

– Тут тяжелое все, куда тебе.

– Я знаешь, сколько жму?

– Сколько ты жмешь? Пять килограмм?

Вздыхаю. Сложно будет.

– А подтягиваешься сколько?

– Меня сюда не по блату взяли. Я все нормативы сдала.

Ну, почти не по блату. Но спорт, правда, сама сдала.

– Так сколько подтягиваешься?

– Я сдавала отжимания, но раз девять-десять подтянусь.

– Да ладно….

– Хочешь проверить?

– Хочу.

– А что есть где?

– Есть у нас спортзал. Сейчас машину убери и проверим сольешься или нет.

– Проверяй. Так чем помочь.

– Попробуй вон тот рукав поднять.

Хватаю ближайший. Он холодный, скользкий, тяжелый, как змея после ливня извивается и выскальзывает.

– Перчатки надень рабочие. Там в ящике, – кивает на стол.

Натягиваю. Тяну этот рукав. Тяжелый, но я молчу. Сейчас… показать ему слабость. Не дождется.

– Там вода внутри, – буднично. – Спусти остаток.

Делаю, как говорит.

– Теперь сматывай "в змейку". Пятка к носку, не перекручивай.

Пытаюсь.

– У меня не "змейка", а "питон-бунтарь", – шучу, вытирая нос рукавом перчатки.

Ренат встает рядом, двумя движениями кладет аккуратно. Так у него все идеально выходит.

– А что это за марка пожарной машины?

– Мерседес.

– Ого.

Цокает языком и закатывает глаза.

– Ну, какой мерседес? Камаз.

– А сколько в него воды помещается?

– Пять тонн воды, пено-бак – поменьше.

Рассматриваю машину изнутри. Никогда их не видела.

– А это что за стрелки? – стягиваю перчатки и показываю пальцем на циферблат.

– Манометры. Слева – всасывание, справа – напор. Если "печаль" – все тонем. Если "слишком радость" – рукава рвем. Поэтому нужна "золотая середина", – показывает, как подкрутить кран.

– А ты только водишь или ещё тушишь? Или только воду подаешь? – ловлю моменты, когда он не бурчит, а хоть что-то рассказывает. Мне же контент нужен.

– Все могу и водить, и тушить, и воду подавать.

– Универсал.

– Машину вожу только я, а все остальное умеют все. Так, знаю тебе занятие. Иди за мной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Другое дело!

– Это рукавные головки, – показывает на ящик. – Протрешь, проверишь резинки. Если целые, складываешь сюда, порваны – сюда. Не перепутай.

– Хорошо.

Сам берет маркер и на одной коробке пишет: “живые”, на другой “мёртвые”.

Слежу за его пальцами, как все делает. Они у него грубые такие, рабочие, но так все делают ловко, что можно на этом медитировать.

– Поняла?

Перевожу взгляд ему на лицо.

– Да.

На подбородке у него черная полоска от сажи, которую так и хочется стереть.

– Ренат, воду наполнил? – но Иван Андреевич возвращается в гараж “очень вовремя”.

– Заливаю, пену прогнал, магистраль чистая.

– Вань, я журнал заполнил, – кладет на стол Алексей. – Сейчас рукава развешу просушить.

Я разбираю эти резинки. Когда заканчиваю, возвращаюсь к Ренату. Он как раз заглушает насос, протирает панель, закрывает отсек.

– Все? – кивает мне.

– Да.

– На, держи тогда тряпку, – кидает мне. – Протри поручни и кабину снаружи, где руками хватаемся, там грязь.

– Я не уборщица.

– Ты – стажер. Сегодня в роли "уборщицы". Мы пока пообедаем.

Серьёзно? Мне мыть машину?

– А может на автомойку съездим?

Я даже свою не мою, а тут мыть эту громадину выше меня в два раза.

– А ты для чего? Это тоже норматив. Намыть машину.

– А зачем ее намывать, если опять скоро поедем.

– Сплюнь ты. Поедем скоро….

– Все равно вымажешь.

– Сказали делать – делай, не спорь. И да, – Ренат бросает через плечо, – в следующий раз, когда машина сдает назад – не стой на траектории. Сбоку. Я тебя видел, но так не делай.

– Я видела, куда ты едешь.

– Мне спокойней, чтобы ты подальше стояла. Так как что там у тебя в голове, пока не ясно.

Чего?!

– Нормально у меня все с головой.

– Тебе сколько лет?

– Это некорректный вопрос девушке.

– Так сколько?

– А зачем?

Набирает глубоко воздух и выдыхает.

– Вот мой сын девятилетний такие же вопросы задает и так же спорит.

У него ещё и сын есть? Ммм… Жена, значит, тоже есть...

– Ты меня что, с ребёнком сравниваешь?

– Провожу параллель с сыном и у меня вызывает сомнения твой возраст мозга.

Чего?!

– Хам, – кидаю в него тряпкой. – Сам мой свою машину.

 Глава 7

Тряпка летит точно в него, и Ренат, не моргнув, ловит ее в кулак.

– Ты, мне кажется, не совсем понимаешь, куда пришла. Тут не только пожары тушат. Здесь есть хозяйка – техника, инструмент и за всем этим нужен уход. Поручили – делай. Не хочешь – бухгалтерия тебя ждёт. Если им, конечно, нужен такой работник.

От его тона и серьёзности даже плечи расправляю.

Ну, я же в пожарные шла, а не в уборщицы.

Хоть бы одна морщинка на его лице улыбнулась… Но нет, смотрит, ждет моего выбора.

Блин, меня если выгонят, то пока другую работу найду, уже месяц выйдет и папа уже не отстанет.

Вздыхаю и иду к Ренату. Он вытягивает руку и закидывает тряпку на пальцы.

Тиран.

Замахиваюсь и срываю.

– Обычно за такое сразу выговор. Но так и быть, дам поблажку на возраст и пол. Ещё раз полетит в меня что угодно, я докладываю выше. И ты тут больше не работаешь. Первый и последний раз, чтоб такое было. Поняла?

– Так точно, – передразниваю его же тоном.

– Выполняй.

Молча иду к машине. Нашелся мне командир. Дома папа, тут этот. Не думала, что и тут все прям по струнке ходят. Ну, чистая же, чего ее натирать!

– Колеса тоже мыть надо?

– Тебе нет. Поручни, ручки, двери кабины.

– Спасибо, что хоть колеса не надо мыть.

Стою с этой тряпкой, как школьница у доски.

Осматриваю свой новенький костюмчик. Вымажусь же. Жалко будет.

Мажу взглядом по стенам. В углу – вешалка. Снимаю чью-то широкую рабочую куртку без имен и нашивок, накидываю поверх своей футболки, затягиваю манжеты. В ящике нахожу резиновые рабочие перчатки.

Маникюр бы не испортить. Только сделала…

Подхожу к кабине и начинаю медленно натирать.

– Да, – оборачиваюсь на резкий голос Рената. С кем-то по телефону говорит.

Развели тут дедовщину… Если меня уволят, то я папе пожалуюсь. Пусть проверят их. Что это вообще такое!

– Я разрешил, – так же спокойно и резко отвечает, как мне. – А я отец.

Тру тихонечко, обхожу машину, чтобы вообще забыл про меня. Прям жуть, как хочется какой-то его секретик узнать и выведать. Как с таким характером люди живут?

– Ты из него мужчину хочешь вырастить или барышню… Вот они пусть и танцуют, а мы будем на футбол ходить… Сам отвезу… Возьму я справку. И не надо делать из этого сенсацию… Так давай я его заберу. Делов-то… А ты работаешь где-то, чтобы алименты платить?.... Не смеши.

Выглядываю из-за машины.

Ренат ходит из стороны в сторону.

– Это я тебя лишу родительских прав, если будешь мешать ребёнку нормально развиваться. Всего хорошего. Послезавтра забираю… Меня не волнует, мой день.

Отключается.

Значит, по ходу не женат всё-таки, просто общий ребёнок. Но мужчина с ребёнком… Такое себе. Чужого принимай, люби его как своего.

Скрываюсь за машину, залажу на подножку, протираю снаружи резинку окна, уплотнитель, паз под ручкой, стекло.

Получается, у него сын есть. И с кем-то его делит. Вероятно, жена. Раз кольца нет, значит, всё-таки она бывшая.

Если он тут так за каждую пылинку выносит мозг, представляю, как он дома ее доставал. Интересно даже, как у него дома. И смешно, если там бардак холостяцкий.

А в этом что-то есть. Сейчас он уйдет, а я тут посижу в телефоне и отдохну.

– Долго ещё? – басит сзади Ренат.

От неожиданности дёргаюсь, нога срывается с подножки.

– Ой!...

Соскальзываю вниз. Секунда и свободное падение.

Ну все. Гипс, кровать, костыли мелькают перед глазами…

Но меня ловят. Жестко и точно держат за талию.

И буквально врезаюсь ему в грудь. Одной рукой хватаюсь за плечо, второй за его шею.

Теплое мятное дыхание перебивает запах его туалетной воды, смешанной с ароматом дыма.

У него темные ресницы, с зеленцой глаза, над бровью след от шрама.

Кончиками пальцев ощущаю колючий ежик на затылке. Пальцы невольно сдвигаются ниже на цепочку на шее. Холодок металла пульсирует в подушечках пальцев. Он еле заметно вздрагивает.

Опускаю взгляд.

У него дергается кадык.

– Откуда ты такая свалилась на нас, недарэка?

– Кто? – отталкиваю его и следом сбрасываю его руки со своей талии. – Ты чего пугаешь?

– Хоть что-то можно тебе поручить? – поднимает с земли мою тряпку. – Чтобы без споров и травм?

– Пока ты не пришел, всё нормально шло.

Взгляд цепляется за нашивку на его боевке. Воронов Р.А.

– Ты тут уже полчаса мусируешь то, что можно сделать за десять минут.

– Как умею, так и делаю. Нормативов тут вроде бы ты не задавал. Сказал тщательно. Вот я и мою тщательно.

– Следующий раз буду ставить дедлайны.

Осматривает машину.

– Нормально. Ну что, теперь в спортзал?

– А вообще обед не положен разве?

– А ты устала?

– Не важно. Положено же?

– Покажешь, как подтягиваешься и иди обедай.

– Так время же….

– Ты опять споришь?

 Глава 8

Спортзал их пахнет резиной. Не спортивный клуб, конечно, но турник есть, брусья, канат, маты. В углу гантели и пару гирь.

– Ренат, ты ещё и тренером подрабатываешь? – подкалывает его Никита и освобождает турник.

– Нам с ней пожар тушить, я бы лучше проверил способности. А то скажешь ей лезть на второй этаж, а она подтягиваться не умеет.

– А ты умеешь? – интересуется Ренат.

– Да.

– Хвалю, – улыбается мне и без этого «я совершенство».

Скидываю рабочую куртку. оказываюсь в одной футболке и брюках. Кладу его на стол возле стены, включаю телефон и камеру, чтобы записать свою тренировку.

– Сейчас и проверим. Так, сколько тебе лет?

– Это некорректный вопрос?

– А какой корректный? Ваша дата рождения?

– Двадцать шесть.

– Значит так, в двадцать шесть норма подтягивания на отлично четырнадцать раз вроде.

– Я стажёр, – автоматически.

– Не важно, нормативы для всех равны. Разминайся и поехали. Посмотрим, «сколько ты можешь».

Вытираю вспотевшие руки о брюки. Выдыхаю.

Поднимаю руки и понимаю, что турник у них чуть не под потолком.

– А чего так высоко? Я не достану.

– Ой, горе… – закатывает глаза Ренат и подходит ко мне.

– Давай подпрыгивай.

Не спорю. Прыжок. Он за талию меня как пушинку поднимает вверх.

Вис. Вдох.

– Отпускай.

Отпускает.

Раз – пошла.

Два. Три. Четыре – локти горят.

Пять – держусь зубами.

Шесть – уже «уууу».

Семь – дрожит спина.

Восемь – дотягиваю, тихо шиплю, но подбородком дотягиваюсь до перекладины.

Выпрямляю руки.

– Ещё раз давай, – подначивает Ренат.

– Не могу, – на выдохе.

– Можешь!

Выдыхаю и тянусь. Мышцы горят, но сил хватает только, чтобы до середины подняться.

Разжимаю руки и спрыгиваю. В последний момент только чувствую его руки снова на талии. Придерживает, чтобы не упала.

– Ну что, стажер, восемь из четырнадцати.

– А ты сам четырнадцать подтянешься? А то все такие крутые на словах, а как до дела доходит. Так тоже только десять.

– А мне по нормативу и надо сделать десять раз, представляешь?

– Чего это?

– Возраст.

– Ты пенсионер, что ли?

– Ага, скоро.

Ренат подпрыгивает и подтягивается. Чисто. Без рывков. Раз. Два. Три… Десять – даже дыхание ровное. Пятнадцать – лицо сосредоточенное.

Мышцы на руках так напрягаются, что нельзя не залюбоваться.… Спину бы ещё посмотреть. Красивая, наверное…

Двадцать – плечи камень. Двадцать два… двадцать три… двадцать четыре… двадцать пять – с идеальным касанием перекладины ключицей. Спрыгивает, не хвастаясь.

– Ещё вопросы есть?

Моргаю, заканчивая разглядывать его руки.

– Нет.

Конечно, куда уж девочкам с мальчиками…

– Только… Когда мужчина мерится силой с женщиной – это не про силу, это про слабость.

Ведет бровью и усмехается уголком губ.

Первый раз, наверное, когда не чтобы посмеяться надо мной, а что я его уделала.

– Слушай, Ренат, – кивает Никита – ну, для девушки и восемь это за глаза. Некоторые и один не могут.

– Но к нам-то некоторых не берут, – отвечает ему и переводит взгляд на меня. – К нам лучших берут.

То ли подкалывает, то ли комплимент делает. Фиг поймешь его.

– Конечно, – расправляю плечи.

– Слушай, Исса, а кто твой отец? – Ренат идет к окну и берет одну из бутылок с водой. – Ты там напугать меня им хотела?

Ой… А они что не, знают? Как так?Ну, мне конечно приятно было бы им тут похвастаться, но может, уже отойти от привилегии папиной фамилии. К тому же это такие, что могут и не оценить.

– Никто, я просто так сказала, думала сработает.

– Но ты же мне телефон давала поговорить, – усмехается и отпивает прямо из горлышка воду.

Я тоже хочу. Но моя вода где-то в рюкзаке, а с ним пить из одной бутылки я не буду.

– Ну сказал бы тебе левый мужик, что он например, начальник полиции, ты бы поверил сразу?

– Да хоть президент. Мы дома тушим и людей спасаем. Любой праздник может это подождать.

– Пить будешь? – протягивает мне свою бутылку.

– Нет, не хочу.

– Вот теперь можешь идти на обед, – закручивает бутылку и ставит на подоконник.

– А вы?

– А мы отдохнем.

– Я тогда тоже….

– Ты иди тренируй двадцать семь секунд.

– Хорошо, – сразу натягиваю улыбку и не спорю. Кивают мне и уходят.

Ну, теперь можно и ролик смонтировать с моей тренировкой.

Захожу проверить свои рилсы, а там директ взрывается от сообщений. Читаю от друзей сначала. Все высмотрели где-то Рената и закидывают просьбами скинуть его соцсети, чтобы подписаться и второй вопрос, он и есть будущий муж?