Текст книги "Распутье (СИ)"

Автор книги: Ольга Романовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)

– Прикройся! – Свен кинул мне свою прежнюю рубашку. – Нечего на тебя посторонним мужчинам глазеть. Простите, мессир, даже вам.

Обернувшись к мэтру Алидису, маг отвесил лёгкий поклон. Магистр фыркнул, но промолчал.

Дальше занялись правилами поведения. Говорил больше Свен, с оглядкой на меня, я только поправляла и дополняла. Правда, нашёлся раздел, где пришлось превратиться в докладчика: отношения между людьми. То есть как, что и кому говорить. В итоге пришли к выводу, что в качестве исключения переговоры в первый раз проведу я. Свен постоит рядом, поучится. Магистр сам хотел, но муж наотрез отказался отдавать артефакт и с гордостью сообщил, что неплохо ладит с местными. Опровергать похвальбу не стала, просто хмыкнула в кулак.

Не, я хорошая жена, я мужа не позорю, сам сумеет.

Скорректировав список товаров для закупки, обговорили денежную сторону. Разъяснила какие у нас деньги и предложила обменять золото в ломбарде на подлинные банкноты. Нет, Свен может подделать, но страшно. Вдруг поймают? С другой стороны, для обмена нужен паспорт, а заходить к родителям нельзя. Очень хочется, но пока нельзя: в дурдом отправят. С третьей стороны, без документов накроется вся наша коммерция.

Положим, исхитрюсь я купить образцы для серийного воспроизводства в Галании, только вот жить где? Мы туда не на один день. На улице спать? Вот-вот, подруг тоже стеснять нельзя, поэтому гостиница. То есть паспорт. Замкнутый круг.

Ладно, решим по обстоятельствам, главное, домой попасть.

* * *

Открыв глаза, огляделась. Надеюсь, нас не посреди улицы выбросило? Хотя тогда бы нас уже оглушило гудками и давно задавили: вряд ли автомобиль способен так быстро затормозить. Но звуков не было никаких.

Хм, пустырь. Разрушенный сарай, ржавый остов мотоцикла. Похоже, у Магистра вышла накладка: я представляла совсем другое место. А ведь мы воспользовались устройством учителя Свена.

Жутко не хотелось идти к этому типу, но пришлось. Думала, мэтр Орас опять разорётся, обвинит в чём-то, выгонит, но обошлось. Учитель просто глянул исподлобья, скупо поздравил и пожелал здоровья малышу. Уже разнесла сорока на хвосте!

Кайсы я не видела. Судя по срокам, уже в родильной комнате заперли. Знаете, раньше женщину на девятом месяце запирали в тёмном помещении, куда могла заходить только повитуха. Я уже не помнила точно, но делалось это из-за предубеждения насчёт родов. Мол, нехорошее это дело, а роженица – нечистая, чуть ли не сосуд дьявола.

Спрашивать не стала: с женой учителя мужа я ладила ещё хуже, чем с сами учителем, и вслед за мужчинами поднялась наверх.

Наверное, всё же нужно помириться с этим типом, не вечно же враждовать. Да и зря тогда я его дочь обозвала, немудрено, что мэтр Орас взбеленился. Я ведь Гедду никогда не видела, мыслила стереотипами.

Не откладывая дело в долгий ящик, набрала в грудь больше воздуха и прыгнула в омут.

– Мэтр, можно к вам обратиться?

Учитель даже головой не повёл. Пришлось повторить, добавив немного лести. На этот раз мэтр обернулся, только глянул так, будто вместо меня видел змею.

– Я поступила глупо и хотела бы извиниться. Ваша дочь, несомненно, достойная красивая девушка и найдёт себе лучшего мужа, чем Свен Гилах.

М-да, перед одним извиняюсь, как бы второй не обиделся. Но, вроде, Свен понял, ради чего я всё затеяла, правда, не верил в успех предприятия. Вон, как хмыкнул в кулак.

Учитель промолчал и отвернулся. Понятно, меня игнорируют. Хорошо, заметьте, я делала шаг навстречу.

И вот после того, как вчетвером: я, Магистр, Свен и мэтр Орас, – взялись за руки, и мессир активировал артефакт, мы очутились здесь.

Велев мужчинам немного обождать, направилась к сгоревшему сараю. Показалось, или за ним дорога? Так и есть. А ещё кладбище. Уже хорошо. Нет, не потому, что кладбище, а потому, что сориентироваться можно. Во-первых, по табличке, во-вторых, у людей спросить. Главное, чтобы спутники не вмешались.

Хотя, есть у меня догадки… Они подтвердились, когда мы тряслись в маршрутке. Вот в чём польза магов, так это в том, что они способны убедить водителя, будто мы заплатили.

Старая «газель» безбожно подпрыгивала на ухабах, а мои спутники жадно всматривались в лица людей, их вещи, пейзажи за окном. В маршрутку они тоже садились с боязнью, несколько раз переспросили, не опасно ли. В итоге первым запихнула Свена как уже знакомого с автопромом, велев провернуть незаконную манипуляцию с водителем.

Ладно, до города мы доберёмся. А вот дальше надо думать. Как ни крути, лучше заехать домой. Четыре нелегала – это перебор. Да и одеться нормально хочется. И деньги этим шалопаям показать надо. Попробую-ка я для начала обменять пару монет на деньги в ломбарде. Много не дадут, зато узнаем, как тут к галанийским деньгам относятся, сколько в них реального золота. Если спросят, откуда такие монетки, совру, будто ради баловства в клубе реконструкторов делали. Не запрещено, это ведь подделка настоящих денег преследуется по закону. А так – просто украшения, в ломбарде же и вовсе лом драгоценных металлов.

Присмотрелась к лицам спутников – зеленющие. Надеюсь, не вырвет.

– Ира, а это что? – шёпотом спросил Свен.

Он сидел так, будто аршин проглотил. Пришлось сжать руку, чтобы немного успокоился. А вот Магистр и мэтр Орас обойдутся.

– Это общественная повозка, только частная. Соединяет разные кварталы города, называется маршруткой, – терпеливо объяснила я. – Стоимость проезда написана вон на той бумажке, – указала на объявление в начале салона. – Или у водителя, то есть того, кто управляет повозкой, можно спросить.

Вполголоса, чтобы не привлекать излишнего внимания, обсудили виды общественного транспорта и номиналы денежных средств. Магистр с мэтром тоже навострили уши, но рук с невидимых кинжалов не убрали. Спасибо Свену, это он уговорил их спрятать оружие, меня эта парочка слушать не желала. Как же, убьют их, зарежут!

Так и доехали до метро, а дальше начался ад. Я и ругалась, и плакала, но никак не могла уговорить спутников подойти к турникетам. А ведь мы с таким трудом добыли жетоны.

– Трусы! – шипела я. – Вот возьму и брошу здесь. Тоже мне, великие маги!

Мужчины хмурились, ругались, но не двигались с места.

А, пёс с ними! Возвращаюсь домой, и пошла эта Галания! Забуду, как о страшном сне.

Развернувшись, решительно зашагала к турникетам. На полпути меня догнал Свен, ухватил под локоток и прошипел, что никуда не отпустит.

Маг внутренне подобрался, когда по моему примеру бросил жетон в прорезь. И замер в ступоре, пришлось даже прикрикнуть.

Представляю, что о нас думали остальные. Парочка сумасшедших! И ещё двое мнутся у стены.

Миновав турникет, Свен оглянулся, задумчиво глянул на него и как ребёнок пробормотал:

– Надо же, поворачивается!

Видимо, испугавшись, что мы уйдём без них, учитель с Магистром тоже приблизились к турникетам и, подсмотрев, как делают другие, преодолели-таки это препятствие.

Дальше – больше.

Свен судорожно вцепился обеими руками в поручень. Глаза у него были безумные. Я, стоя спиной по ходу движения, как могла, успокаивала мужа, приводила в пример маленьких детей, которые едут и не боятся.

А тут ещё голосовая реклама, объявления дежурной, море людей…

Бедняга молился. Про себя: видимо, не хотел ещё больше опозориться, и так я ругала.

Пародируя влюблённые парочки, шагнула на ступеньку выше и прижалась к Свену, обнимая. Постаралась покрепче, чтобы чувствовал поддержку. Вроде, лицо спокойнее стало, дышать начал не через раз.

Поглаживала по спине и шептала, что всё хорошо, люди по делам спешат, а голос – это не демон, а обычная женщина, говорящая через специальное устройство. Она разные услуги рекламирует.

Свена заинтересовало новое слово – «реклама», вот и нашла, чем отвлечь мужа от тягостных мыслей.

«А те двое пусть мучаются, – мстительно подумала я, глянув на окаменевшую, истово молящуюся уже вслух парочку. – Нечего было на меня орать, унижать и прочие нехорошие вещи делать».

Когда сходили, подхватила Свена под руку, чтобы не упал.

А вот те двое споткнулись. Хмурились и нехорошо так на меня смотрели. Видимо, из-за того, что со Свеном вожусь. Извините, тут титулов нет, всеобщее равенство. Кстати, надо бы напомнить, а то включат аристократов. Впрочем, народ быстро на место поставит. Им всё равно, дворяне, маги ли. Только не хотелось жертв среди населения. Честно, если б Магистр с учителем угодили бы в «обезьянник», не всплакнула бы, я о соотечественниках пеклась.

До платформы дошли с приключениями. Маги прилипли к мраморной облицовке, гадая, сколько денег на это потратили и как же богата наша страна.

Дальше велела всем взяться за руки и безропотно выполнять мои команды, даже если непонятно и страшно.

Ох, надеюсь, в поезд файерболл не запустят и с платформы не упадут!

– Никакой магии, никакой агрессии! – зло прошипела я, обращаясь к Свену. – Остальным тоже передай. Без моей команды даже не дышать. Начнут возмущаться – вперёд, обратно в Галанию.

Свен кивнул и отвёл мужчин в сторонку, что-то втолковывая. За это время успело пройти два состава. Один загудел – так маги аж подпрыгнули. Руки рефлекторно вскинулись, но, к счастью, без последствий.

До меня донёсся обрывок разговора:

– …но она же женщина! Какой позор! Я понимаю, вы, Гилах, но мне!

Кто бы сомневался, мэтр Алидис и здесь хотел командовать. Даже интересно, сколько прожил бы до того, как застрелили.

Что-то я кровожадная. Всё из-за нервов. Даже захотелось подойти и пригрозить, что скормлю чудовищам. Поездам, то есть.

– Глойева колесница! – Свен не ругался, он констатировал факт.

Муж опасливо жался к столбу и не сводил взгляда с зева туннеля. Остальные стояли тут же, заняв круговую оборону.

М-да, станция открытая, представляю, как им страшно.

– Ты мне веришь? – сжала руку мужа и заглянула в глаза. Дождавшись кивка, продолжила: – Мы сейчас подойдём к краю платформы и сядем в вагон. Повторяешь то же, что я. Не молишься, не ругаешься, не шарахаешься. Если очень страшно, обними и уткнись лицом в волосы. Остальные пусть тоже не показываю, что боятся. И, самое главное, от меня ни на шаг!

Не знаю, что уж там наплёл Свен, но дальше мужчины вели себя как овечки. Хмурые овечки. Обступили меня в вагоне, отгородив от толпы. Хоть какая-то польза. Обычно все толкают, а тут благодать!

От метро решила прогуляться пешком. Далеко, но троицу нужно с миром знакомить, показывать, рассказывать.

Учитель Свена вскоре забыл, что со мной не разговаривал, и нарушил монополию мужа на вопросы. У меня уже язык отсох отвечать. А вот Магистр больше слушал и поглядывал по сторонам. Он держался чуть в стороне; с лица не сходило хмурое выражение.

Мне же приходилось следить за всеми, словно воспитательнице в детском саду, ставить парами перед пешеходными переходами. Вот за руки не держались, это да, иначе косо бы посмотрели. Вряд ли мужчинам бы понравились обвинения в нетрадиционной ориентации.

Но вот уже и родной двор.

Сердце забилось чаще.

Что там ждёт? Вдруг я или Свен в розыске? Но отступать некуда.

– Тут живут мои родители, – остановившись, объяснила остальным. – И я тоже до недавнего времени жила. Вы – друзья моего мужа. Молчите, ничего не трогаете, копируете, тьфу, – совсем забыла, они такого слова не знают, – повторяете поведение Свена. Понятно?

– Послушайте, госпожа Гилах, – недовольно начал Магистр, но я не желала слушать очередное: «Женщина, твоё место на кухне».

Скрестив руки на груди, заявила:

– Так, либо вы слушаете меня, либо делаете всё сами. И тут вы никто, а я не безродная бродяжка. И магия в решении конфликтов не поможет. У нас есть оружие, которое любые щиты пробьёт.

Мэтр Алидис проглотил рвавшееся с губ ругательство и сплюнул под ноги. Мэтр Орас тоже не обрадовался подобному положению вещей, а вот Свен обнял и ласково шепнул:

– Веди. Никто не спорит, тут ты хозяйка.

Глава 20. Земные радости

Вести всю эту толпу в дом – глупо. Родители и так на нервах, решили, наверное, что Свен похитил и убил. Поэтому если увидят хмурых мужиков странной наружности, точно полицию вызовут. Поэтому со мной пойдёт только муж. Он и с лифтом знаком, и с родителями тоже. Да и разговаривать может.

Вслушиваясь в пиликанье домофона, гадала, чем объяснить своё исчезновение. И следы в ванной, заодно. Нет, вроде, я всё подтёрла, но вдруг остались?

Свен угрюмо молчал, подозрительно посматривая на устроившихся на детской площадке спутников.

Не глядя, нащупала руку мужа и сжала. Тот пожал ладонь в ответ и неожиданно заверил:

– Я помогу, не бойся.

Будто угадал мои страхи.

– Чем же? – устало поинтересовалась я, гадая, ответят ли мне. – Ты нашей жизни не знаешь.

– Я твоего отца знаю. И вообще, это моё дело, Ир…ина. Ирина, – уже без запинки повторил он, будто смакуя моё имя.

В итоге в парадную вошли вместе с собачником. Он косо на нас посмотрел, но впустил. Зная, что выглядим подозрительно, полезла целовать мужа и шептать ему разные глупые нежности. Ошарашенный Свен не противился, а, наоборот, пользовался моментом. Зато собачник успокоился: воры так себя не ведут.

Родителей дожидались под дверью. Я сидела, привалившись спиной к обивке, Свен стоял. Он первым заслышал шум шагов и легонько толкнул меня.

Мама шла из магазина и выронила пакет при виде воскресшей дочери. Она попятилась и закричала. Больших трудов стоило успокоить маму и убедить, что я живая и невредимая.

После внимание родительницы переключилось на Свена. Он узнал о себе много нового и всё на повышенных тонах.

Маг слушал, слушал, а потом впечатал:

– Вы ошибаетесь. И прекратите орать, как торговка.

– Ну, попробуйте, объясните, молодой человек, что вы сделали с моей дочерью, – мама с вызовом упёрла руки в боки. – Или я тут же вызываю милицию. Тьфу, полицию.

– Я спас вашу дочь, а потом женился, – спокойно ответил Свен. – Весной понянчите внука.

Сдал с потрохами!

Взвыла, с укором глянув на мужа. Ну хоть о беременности мог промолчать, хренов счастливый отец!

– Внука? – мама захлопала ртом, как рыба, а потом накинула на меня: – Ира, ты беременна? От этого?! Он тебя изнасиловал, бил, давал наркотики? Доченька моя!

Хм, как бы кое-что из списка правда, но Свен давно рукоприкладством не балуется, осознал и перевоспитался, поэтому на все вопросы честно ответила:

– Нет. А беременна – да. Мы со Свеном в июне поженились. Не в России. Ох, мама, тут только всего произошло! Даже написать было некогда, да и впутывать не хотела. Там такие бандиты!

– Какие? – маме поплохело, если б не Свен, упала б на пол.

Поблагодарив мужа взглядом, предложила обсудить всё за чаем и, помекав, обмолвилась о друзьях.

– Они нам очень помогли, мам, без них бы убили. Видишь ли, я нечаянно в мафиозные разборки вляпалась. Ну, увидела, чего не надо. Они выследили, бежать пришлось. А те ребята… Долго объяснять, но теперь мне ничего не грозит. Можно им будет у нас переночевать?

Родительница закатила глаза, и я решила замять тему. Ничего, побомжуют товарищи. Да и не хоромы у нас. Со Свеном, положим, кое-как на моей полуторке устроимся, благо теперь могу с чистой совестью использовать мужа как матрас, а вот из остальных койко-мест только диван. «Маловато будет!» – как говорил герой одного известного мультфильма.

Попросила Свена поднять и донести пакеты, а сама протиснулась в дверь вслед за мамой.

Эх, опять врать! Но нельзя не врать, в дурку же сдадут.

Как и предполагала, разговор с мамой вышел сложный. Она кричала, плакала, твердила, что я ей столько нервов вымотала. Мне оставалось только кивать с понурой головой.

Свену рот открывать запретила и, достав нужные продукты, отрядила готовить. Это муж умел, мясо доверить можно. Гарнир сама сделаю. И салатик.

Честно говоря, надо бы и тех двоих во дворе покормить. Как там они? Но домой приглашать нельзя. Значит, пусть Свен еды снесёт.

Чёрт, и как теперь? Ладно, будет им съёмное жильё. Сейчас спросим Яндекс, он знает всё. И пробегусь по страничкам соцсетей, вдруг кто согласится поселить этих оболтусов на даче.

Накричавшись и наплакавшись, мама накапала себе корвалолу и попросила изложить свою версию событий. Только без вранья.

Мы сидели в гостиной. Свен подозрительно притих на кухне. Ох, не поторопилась ли я, не устроит ли благоверный взрыв? Как зажечь, я показала, краткие ЦУ дала, но ведь маг даже не ребёнок…

Забеспокоившись, заглянула и, хмыкнув, всплеснула руками: ест! Сидит и жуёт колбасу. Культурно, заметьте, то есть не батон кусает, а куски отрезает. Шматы даже. Такими темпами этот индивид весь запас продуктов сожрёт.

А про мясо не забыл?

Далее последовало восклицания: «Мама мия!» и «Сама идиотка!» и спасение обеда.

Нет, Ира, сама виновата, с головой нужно дружить, а не пускать готовить средневекового мужика. Ему, кстати, и скормила то, что поджарил. Съел! Порой мне казалось, желудок Свена способен переварить всё, что угодно. А ведь завтракал перед переходом, навернул будьте нате.

– Свен! – простонала я, глядя на то, что осталось от колбасы. – А другим оставить?

– Тебе куска жалко? – обиделся муж. – Ты меня сегодня в гости к Глойю таскала, натерпелся на всю жизнь. Вы точно не демоны?

Свен подозрительно посмотрел на меня и отложил в сторону нож.

Пожала плечами: ему виднее, и продолжила спасать обед. Муж же сверлил глазами спину, потом подошёл и поинтересовался:

– Как?

Судя по тону, опасался, что родные сдадут полиции.

– С переменным успехом. Хочешь, поразвлекай маму, дамский угодник, – хмыкнула я, любуясь выражением лица мужа: сначала недоумение, потом осознание смысла выражения и, наконец, угрюмое: «Через мой труп!» – Расскажешь, как любишь, как женился, ребёночка сделал. Ей с ним сидеть, между прочим, в твоих интересах заручиться поддержкой.

– Зачем сидеть? А ты куда денешься? – Свен туго соображал, не в силах уследить за нитью разговора.

– Учиться буду. Или решил, будто брошу институт, перееду на ПМЖ в Галанию? – я действительно планировала восстановиться и получить диплом. – И ребёнка туда не отдам, пусть растёт в нормальных условиях. Опять-таки тут обучение, здравоохранение…

– Говори проще, я не понимаю, – недовольно буркнул муж. – Специально мудрёные слова выдумываешь, чтобы дураком меня выставить?

Хотела брякнуть: «Зачем выставлять?», но вовремя передумала. Не оценит Свен шутки.

Тут на кухню заглянула мама, искоса глянула на зятя и поздоровалась. Тогда, на лестничной клетке, она на такие мелочи не разменивалась. Это хорошо, контакт налаживается.

Толкнула мужа в бок: давай, мол.

Свен церемонно поклонился, видимо, от волнения, чем вогнал маму в ступор.

– У них так принято, – поспешила объяснить я.

– Ира, Ириша, ты куда попала? – взяв за руку, взволнованным шёпотом спросила мама. – Ты никогда столько не врала, а как познакомилась с этим, – она недобро зыркнула на Свена, – изменилась. Точно, секта!

Во мне боролись сердце и здравый смысл. Последний советовал лгать дальше, чтобы состряпать хоть какую-то правдоподобную историю, второе подталкивало сказать, как есть.

А во дворе Магистр с учителем Свена, впустить бы надо.

И я решилась. Плевать, мама и так истерит, ничему не верит, хуже не будет. В конце концов, муж – маг, энергия пока на максимуме, Врата откроет. Не сам, разумеется, – с помощью товарищей.

Оставив родственников общаться, отправилась за спутниками. Они и так наверняка злятся. Как бы я ни шпыняла и ни командовала, в Галании мэтр Алидис отыграется, с ним нужно дружить. Да и Врата открывал он.

Учитель Свена… Вот его бы оставила ночевать на детской площадке. Крайне неприятный тип. И мириться отказался, принципиальный. Раз так, друзьями всё равно не станем, нечего и пытаться.

Маги встретили шипением: «Где тебя носит!» Магистр сидел на скамейке, широко расставив ноги и положив на них руки, мэтр маячил за его спиной.

Извинилась, объяснила ситуацию и пригласила в гости.

– Госпожа Гилах, – Магистр придержал за локоток и развернул к себе явно не для благодарностей, – то, как вы вели себя в той подземной повозке, вы понимаете, что это не допустимо? Я не ровня вам, госпожа Гилах, – голос его звенел, постепенно набирая силу, – даже не ваш муж. Если тот позволяет женщине командовать собой, его дело, но меня извольте уважать.

– Безусловно, мессир, – согласилась с выдвигаемыми претензиями, – только, боюсь, в этом мире всё не так, вас никто слушать не станет. Но обещаю обращаться к вам со всей возможной вежливостью. Сейчас мы идём в жилище моих родителей. Не хочу вас оскорбить, мессир, но там лучше на время забыть о титуле. Их в нашем мире нет.

Ну да, немного покривила душой, но ведь иначе мэтр Алидис всех «построит». Надо ж с него спесь немного сбить?

В каждом монастыре свой устав. В Галании я молчу в тряпочку и подчиняюсь, тут, извините, не выйдет.

Обоих магов заинтересовал ключ, которым открыла дверь в парадную. Магистр даже выпросил посмотреть и после долго в недоумении вертел «таблетку» от домофона. Учитель Свена с интересом заглядывал через плечо. Мэтр Алидис силился понять, как работает эта штука, проверил на чары и, не доверяя мне, попросил снова закрыть дверь. Открыл уже сам и пробурчал:

– Ничего не понимаю, обычный металл!

– Может, как раз необычный? – мэтр Орас пытливо глянул на меня. – Как, госпожа Гилах.

– Необычный, – не стала спорить. В конце концов, в Галании таких сплавов нет. – Но там ещё секрет. Я его, увы, не знаю, мастера надёжно хранят.

Магистра такой ответ устроил. Он вернул ключ и милостиво разрешил вести дальше.

Хихикнула в кулачок при мысли о лифте и сразу решила: первой не войду, чтобы не пасть жертвой безумных магов, крушащих общедомовое имущество. Если что, я их просто в парадную пустила.

– Это подъёмник. Нужно войти и нажать число нужного этажа, – коротко объяснила принцип действия, махнув на лифт. – В первый раз всё проделаю я.

Маги подходить не торопились, осматривались и вынесли вердикт: холл очень странный. Магистра заинтересовали почтовые ящики, учителя – двери в квартиры, пришлось объяснять. В итоге наш мир обозвали бедным: каждый покупает угол, а не строит дом, и беспечным: вдруг кто тайное письмо вытащит?

В лифт всё же пришлось войти первой: мэтр Алидис настоял. Только убедившись, что меня не сплющило и не съели, маги шагнули следом, быстро так, по-боевому. И так же быстро выскочили на нужном этаже, еле скрывая страх. Ладно, помнится, Свен больше пугался.

Квартира тут же подверглась нещадной критике, но тут Магистр добрался до дивана и на некоторое время потерял дар речи. Свен же, мявшийся в дверях кухни, утащил учителя в ванную – показывать блага цивилизации. Хорошо, он уже этим пользоваться умеет, других научит, а то мне как-то неприятно объяснять незнакомым мужчинам принцип работы душа и унитаза.

– Это кто? – мама ткнула пальцем в новых гостей.

Задумалась, гадая, как их представить, но мэтр Алидис успел опередить. Спасибо, назвал маму госпожой, а не женщиной, с него сталось бы. Помнится, в фильме «Пришельцы» так к особам слабого пола и обращались.

Мама опешила, а потом поманила меня на кухню. И первым вопросом, разумеется, стало сказанное шёпотом, чтобы не услышали мужчины:

– Они сумасшедшие?

– Да нет, мам, – вздохнула я. – Если бы! И муж мой маг, и эти тоже. Самый настоящий, не фокусник. И, увы, я ничего не курила.

Чтобы добить, добавила:

– Они из другого мира, а там средневековье, поэтому телевизор пока не включай: испугаются?

Мама осела на табуретку и попросила новую порцию корвалола. Затем ощупала мой лоб и вкрадчиво предложила вызвать доктора и полицию.

– Свен, – крикнула я, – мама не верит, что ты маг. И что из Галании тоже. Деньги покажи, подарки, меч. И наколдуй чего-нибудь. Например, Малые Врата открой из кухни в гостиную и маму проведи.

– Не надо! – вскрикнула родительница, с неописуемым ужасом косясь на Свена. – А ведь нормальным человеком казался, пусть и со странностями. Ох, Иронька, за кого ты замуж вышла!

Пожала плечами. Не до выбора было.

– Так делать? – нетерпеливо переспросил муж.

Даже возмущаться не стал, видимо, понял, не из баловства прошу.

– Делай, – вздохнула я, – только меч мне в руки дай, чтобы мама тебя за маньяка не приняла.

На стол, звеня, высыпались монеты, на колени матери легли подарки со словами: «Для уважаемой тёщи». Я сама выбирала: сапожки, которые и у нас зимой носить можно, браслет и отрез шерстяной ткани.

Меч оказался тяжёлым, удержать не смогла, пришлось опереться.

А вот идти в воющую дыру мама категорически отказалась, зато захотела выпить. Я по известным причинам компанию составить не могла, да и родительнице не дала, отпоила чаем.

– Убедилась?

Мама молчала. Ошарашенно щупала ткань, разглядывала самодельные швы на обуви, деревянные гвоздики, грубую чеканку монет, а потом пощупала Свена. Тот стоически выдержал, только выразительно косился на меня: нормально ли?

– Человек – это уже хорошо, – пробормотала мама. – То-то так странно разговаривает… Но он точно не того?

Она растерянно взглянула на меня, потом бездумно провела пальцами по лежавшей на коленях материи.

– Появление вашей дочери, госпожа… – Свен отчаянно пытался вспомнить мамино имя, пришлось подсказать, – Ельена Анат…

Мотнул головой, сделал глубокий вдох, но вымучил по слогам:

– Ельена Ана-тьо-льевь-на, для меня тоже стало полнейшей неожиданностью. Мы её за ведьму приняли.

Кажется, Свену тоже полегчало оттого, что не приходилось врать. И нахальства в муже прибавилось: жадно облизывался на мясо и хватанул-таки кусок хлеба.

– Ты его не кормишь? – нахмурила брови мама.

Вместо ответа пригрозила Свену: не позорь, и получила в ответ:

– Вряд ли твоей матери жалко еды для зятя. Но если даже так, я заплатить могу.

И всё это с видом оскорблённого достоинства.

– А те, за стеной, кто? – мама вспомнила о других гостях.

И шёпотом, наклонившись, добавила:

– Если они бандиты, моргни, полицию вызову.

Улыбнулась и заверила, гости – хорошие люди. Один учитель мужа, другой – важная шишка в мире магии.

– А беременность? – упавшим голосом спросила мама. – Надеюсь, он тебя не?.. Просто так рано, неожиданно.

Сколько всего свалилось сегодня на её плечи! Жалко, но сама же правду просила.

С ребёнком сама понимаю, кому, как не маме, знать, что замуж я до окончания института не планировала, а тем более рожать. Но человек предполагает…

– Все вопросы к мужу, – кивнула на Свена. – Ничего такого он не делал, наоборот, провернул в лучших традициях: в первую брачную ночь. До этого ни-ни! Какое там изнасилование, не целовались.

Погрешим немного против истины, но совсем чуть-чуть ведь. До свадьбы всего один раз было и то после бегства. Поцелуи, ими Свен тоже не баловал, до помолвки вовсе, после тоже не особо.

– Хоть что-то! – поджала губы родительница. – Когда рожать-то?

Подсчитала по пальцам: в конце февраля – в начале марта. Точнее в Галании скажу, по таблицам, когда день свадьбы узнаю.

– Ясно, – мама кивнула. – Совсем недавно, значит.

– Неизвестно от кого – и сразу беременная, – неодобрительно пробормотала она и сгрузила подарки на диванчик.

– Послушайте, – не выдержал Свен и угрожающе скрестил руки на груди, – я не позволю отзываться о себе в таком тоне. Ирина, – может же, шельма, – моя жена пред очами Ио, я её не насиловал и способен обеспечить достойное существование. Если на то пошло, я люблю её.

Мама кивнула – а что ещё на такое скажешь? – и предложила мне сходить в магазин, докупить еды.

– А то не прокормлю эту ораву. Они ведь ненадолго? – с надеждой спросила она.

Кивнула и обещала: всего на пару дней, пока закупки делают.

В магазин отправились вместе со Свеном. Рискованно, конечно, оставлять галанийцев наедине с мамой, но нести тяжёлые сумки не собираюсь, а ни мэтр Орас, ни тем более мэтр Алидис палец о палец не ударят. Заодно для дела полезно: не таскаться же мне постоянно с этой компанией, пусть Свен привыкает.

Мама же сообразила для гостей простенькие закуски и отнесла в гостиную. Надеюсь, они её не съедят. Достопочтенные мэтры маму. Но, вроде, Магистр не грубил с порога, да и с его положением мозги должны быть.

Лишь бы папа до нашего возвращения не пришёл! Ему я объясню ситуацию лично и под маминым прикрытием.

Набрали всего, в основном мясного. Ну, и выпивки для мужчин: они привыкли к алкоголю.

Свен с интересом вертелся возле полок, даже позволил превратить себя во вьючное животное. Его поражало всё: разнообразие, свет, упаковка, а вот вкус вызывал скепсис: вспомнилась колбаска, да и тут разрешила сок попробовать, всё равно оплачу. Ещё бы, маг привык к натуральному. К сожалению, нашей цивилизации оно не по карману: слишком дорого и слишком много народу нужно накормить малыми средствами.

Стоя на кассе, неодобрительно посматривала на мужа. Он, как маленький, вертел головой, не стоял на месте. Приходилось постоянно отлучаться и рыскать в поисках любопытной Варвары в штанах. И если б только рыскать – отбирать всякие блестяшки, которые брал Свен.

– У вас шоколад едят? – я вертела в руках плитку известной марки, недорогую, но съедобную.

На Земле шоколад узнали после открытия Америки, но, может, в том мире какао-бобы растут? Есть же, вроде, картофель. Вернее, некий овощ, очень похожий на картофель.

Оказалось, ничего такого нет, и я смело положила плитку в корзину. Дома ещё кофе всем сварю.

В квартире царила атмосфера настороженности. Все сидели в гостиной и молчали. Поднос с закусками опустел: не побрезговали.

Мама обрадовалась моему приходу, забрала покупки и радостно сбежала на кухню. Я же осталась в пасти льва, то есть с тремя галанийским мужиками.

Диван оккупировали мэтры, но я таки нашла выход: устроилась на подлокотнике со стороны Магистра. Сесть рядом не решилась. Вот пригласит, тогда.

Свен телохранителем замер сзади.

– Занятные люди! – после некоторого молчания протянул Магистр. – Только отчего твоя мать так на нас смотрела? И на каком языке она говорит?

– На русском. У Свена артефакт есть, он понимает, а вам, если хотите общаться с местными, мессир, придётся учить язык. А смотрела мама так потому, что никогда прежде не видела магов. В нашем мире магии нет.

– Совсем нет? – подал голос учитель Свена. – Ты хочешь сказать, – он обвёл рукой комнату, – сделано без магии?

Кивнула.

– Ну да, у нас наука развита. Есть бытовая магия. Электричество называется. Ей любой может пользоваться.

– Так уж и любой! – недоверчиво хмыкнул Магистр. – Даже ты?

Вместо ответа встала и включила свет. Эффект вышел ошеломительным. Маги подскочили, кинулись что-то проверять, только Свен стоял спокойно. Он-то уже видел. Я же с облегчением плюхнулась на диван. Сами встали, он теперь свободный.

– Это невероятно! – пробормотал мэтр Орас, позабыв, что со мной не разговаривает.

Обернулся ко мне с горящими глазами и незамутнённым восторгом ребёнка. Указал на люстру, сиявшую электрическим светом, и выдохнул: