Текст книги "Незримое око (ЛП)"

Автор книги: Нина Блазон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)

– Номер двадцать четыре, вон тот дом,– сказал он и тут же начал разуваться. – Если мы заберемся на гараж и дальше вверх по фасаду, то сможем пройти по крышам. Может, даже доберемся до скотобойни.

У Зое сердце ушло в пятки при мысле о высоте, но глядя на то, как Ирвес и его бело-серая тень элегантно забрались наверх, она вдруг испытала восхищение. Она сняла обувь и куртку и спрятала их за пустым цветочным горшком. Прохладный дождь окропил ее кожу, вызвав озноб. Джил уже ждал в двойном обличии: с одной стороны парень, улыбавшийся ей ободряющей и одновременно обеспокоенной улыбкой, а рядом с ним пантера, нетерпеливо ожидавшая, когда можно будет продолжить взбираться вверх. Несмотря на напряжение, Зое улыбнулась.

– Готова? – нежно спросил он. Она видела, как у тени-пантеры напряглись все мускулы. Однако Джил был спокоен и полностью сосредоточен на ней, как будто во всем мире не было ничего важнее его девушки. "И это я,– подумала Зое. – Это правда я."

– Не бойся, – тихо сказал он, хотя в его голосе отчетливо слышалось беспокойство за Зое.

– Я не боюсь, – ответиа она. – Я знаю, что ты не дашь мне упасть, что бы ни случилось. – В одно мгновение Зое успокоилась. – Иди вперед! – сказала она. – Я за тобой.

Джил помедлил, затем огляделся, словно инстинктивно ощущая, где находилась тень. Зое наблюдала за тем, как Джил и его тень сблизились и почти слилились друг с другом. Они забрались по стене гаража и стали ждать Зое.

Она стиснула зубы, разбежалась и прыгнула. Зое до сих удивляло как это было просто. Цепляясь за стыки и трещины, она даже не ощущала боли в пальцах, а тело казалось легким. "Или я просто стала сильнее"? – подумала она. Она даже не отваживалась мечтать о том, чтобы однажды без страха взбираться наверх, а сейчас это было – просто и понятно... врожденная последовательность движений.

Сосредоточившись, Зое перепрыгнула через широкий зазор между гаражом и стеной дома, почувствовала как играют мускулы при подтягивании наверх и без особых усилий забралась на крышу. Она ощущала босыми ногами мокрое кровельное покрытие и наслаждалась удивительно дурманящим ощущением высоты. Джил улыбался ей и на мгновение Зое даже забыла об опасности. В этот момент Зое поняла за что любила Джила, дарившего ей сейчас тепло: за его благоразумие, беспокойство и нежность, которую он так тщательно скрывал под своей вспыльчивой и мрачной сущностью.

Лазать от одного ряда домов до другого, действительно оказалось возможным. Проделав большой путь, они добрались до крыши близлежащго склада. Когда показалась старая скотобойня, они непроизвольно пригнулись и молча начали пробираться дальше. Выкрашенная белым боковая сторона здания во время дождя выглядела светло-серой и блеклой. Зое вспомнила как летом, в кинотеатре под открытым небом, она часто смотрела на ожившие картинки на этой стене: страстные поцелуи на шероховатой кирпичной кладке, танцевальные сцены, комедии... А сегодня – это был фильм ужасов.

Даже сверху было видно, что дверь в клуб "Cinema" была до сих пор запечатана и закрыта.

– Если бы Гизмо был там, он бы уже давно взломал дверь, – тихо сказал Джил.

– С заднего входа можно попасть на парковку, – прошептала Зое.

Ирвес фыркнул.

– Навряд ли он станет оставлять там фургон и как ни в чем не бывало заходить через дверь.

– Если только он заранее на начинил машину взрывчаткой – ответил Джил. Зое стало не по себе при мысли о том, что слова Джила наверняка не были шуткой.

– С другой стороны тоже есть вход, – тихо сказала она.

Ирвес отошел на несколько шагов назад и без предупреждения начал разбег. У Зое от испуга перехватило дыхание, она с удивлением наблюдала за тем, как он присел, с силой оттолнулся и перепрыгнул через пропасть между домами на распологавшуюся ниже крышу старой скотобойни. Капли дождя катились по его белой коже и покрытой струпьями ране от укуса, одновременно Зое увидела поблескивающий мех и гибкое тело хищной кошки, без усилий преодолевшее расстояние в почти пять метров. Ирвес молча приземлился на другой стороне и, не оглядываясь, сделал несколько шагов.

– Ты не обязана прыгать. Можем пойти другим путем, – сказал Зое стоявший рядом Джил.

Может, она бы с облегчением кивнула, если бы именно в эту секунду Ирвес не обернулся к ним. В его взгляде читались насмешка и триумф. Ну, что, осмелишься? И Зое приняла вызов.

– Все в порядке, – сказала она Джилу, отошла на пару шагов и разбежалась. Это было как на беговой дорожке, только безопаснее, легче и быстрее. Одна половина Зое удивлялась тому, насколько естественно управляла ею тень и как легко перенесла ее через пропасть, где под ней была лишь пустота, а в груди ощущение счастья. Зое приземлилась, тяжело дыша, тут же вскочила на ноги, повернулась и через улицу одарила Джила лучезарной улыбкой.

На небольшой, покрытой гравием стоянке, находились лишь разбитые, выпотрошенные обломки двух машин. От фургона Гизмо не было и следа.

Запрыгнув на скотобойню, все трое словно заключили пакт между собой, переговаривались только шепотом и взглядами. Вздернув подбородок, Ирвес показал вниз на второй выход, где висел почтовый ящик.

– Я пойду вниз, – прошептала Зое. Джил поморщился, но она опередила его, не дав высказаться против. – Я – провидица, – прошептала она ему.

– Мы пойдем вместе, – так же тихо ответил он. – Ирвес останется здесь и будет наблюдать за улицей.

Ирвес кивнул и расположился на краю крыши.

Спускаться вниз оказалось намного сложнее. Зое балансировала и осторожно передвигалась вдоль окон. На скотобойне было темно и пусто. Слой пыли на полу, по которому давно никто не ступал. Она разглядела накрытую мебель и измазанные краской столы. Летом на скотобойне жили художники из других городов, чтобы несколько месяцев поработать в "лагере для творческих людей", но сейчас все выглядело осиротевшим. На последних метрах Зое свесилась на руках с водосточного желоба и осторожно спустилась на гравий. Второй вход тоже был заперт на висячий замок и повсюду ощущался запах заброшенности. На почтовом ящике была приклеена визитная карточка Джуны Талбот, на которой пошли волны от влажного воздуха, а сам почтовый ящик был переполнен.

– Вымышленный адрес, – прошептал ей Джил. – Как мы и предполагали. Думаю, здесь мы ничего не найдем. Они нашли пристанище где-то в другом месте.

Зое сделала несколько шагов по парковке и огляделась. Дождь прекратился, не было ни ветерка. Но сосредоточившись всеми органами чувств на окружающей местности (мокрый гравий, старая известка, облупившаяся краска), она различила едва уловимый аромат, всего несколько молекул в воздухе. Парфюм?

– Мне кажется, они были здесь – сказала она. – Недавно. Но почему не опустошили почтовый ящик?

Джил пожал плечами и скрестил руки на груди. Зое обвела взглядом ряды близлежащих домов и попыталась мысленно объединить картинки. Сейчас был день, тогда в ее памяти была ночь. Она вспомнила как пробежала мимо разбитой машины. Значит она наполовину обогнула скотобойню. На пути встретились... женские лица. Зое закрыла глаза и обошла каждую сохранившуюся в памяти картину как в музее. Лица. Фары, узкие зрачки. И что-то на заднем плане. Светлая поверхность. Табличка! Теперь она вспомнила. Зое еще раз видела это во сне о Дэвиде. Это была сосредоточенность на одной единственной точке, на по-настоящему важном, на фоне чего все остальное казалось незначительным. Охотничья лихорадка.

Она открыла глаза и увидела на другой стороне улицы удлиненное, прерываемое входом во двор здание. Оно было заброшенным и закрытым, а над дверью висела старая, испачканная вывеска, мимо которой она тысячу раз проходила после посещения летнего кинотеатра: "Книги Рот".

– Джил, – тихо сказала Зое. – Я загляну к старому букинисту. Не своди глаз с улицы. – Было видно, что Джил колеблется, но бросив взгляд на заброшенный дом, он неохотно кивнул.

– Поторопись! – прошипел он. Зое бесшумно прошмыгнула через улицу, спрятавшись в кошачьей тени и заглянула в окно на первом этаже.

Пустое помещение со старомодными обоями на стенах. И все же, в воздухе что-то ощущалось...

Она заглянула в подворотню и вспомнила, что однажды уже бывала в этом букинистическом магазине с Эллен, когда он был еще открыт. На заднем дворе всегда была книжная барахолка.

– Зое! – прошипел Джил. Но она отмахнулась и дала понять, что никакой опасности нет. – Я сейчас вернусь!

Плотно прижимаясь к стене, Зое зашла во двор. Он был огромным и несимметричным, окруженным несколькими стенами домов. В трещинах между стеной и землей, из гравия росла трава. Дверь на другой стороне двора была не полностью закрытой. Зое прислушалась и попыталась что-нибудь учуять, но затем решила, что отважится заглянуть. Она прокралась вдоль стены до окна рядом с дверью, а когда заглянула в него, то застыла на месте. Ее вдруг обдало холодом и начало знобить.

Значит здесь!

В помещении стоял стол. На нем лежали сотовый и стопка бумаг. Даже отсюда Зое смогла распознать голубой логотип в заглавии. Ей захотелось с триумфом закричать, но она сдержалась. Осторожно поставив ногу на ступеньку, Зое приоткрыла дверь и принюхалась. Вне всяких сомнений. Аромат духов. Зое также вспомнила, что уже была вместе с Эллен в самом низу магазина и удивлялась тому, каким бесконечно длинным и уходящим вглубь здания было складское, подвальное помещение. "Гиены живут в пещерах",– подумала она. – Большими стаями. Они активны преимущественно ночью. А сейчас спят?"

Зое осторожно ступила на старый, облицованный керемической плиткой пол, и сделала шаг в комнату, ровно настолько, чтобы заглянуть в соседнее помещение. Пол был освещен дневным светом, дверь террассы вела в парковую зону, где Зое заметила поблескивание металлического цвета. Там был припаркован автомобиль! Гизмо? Нет, у него был белый фургон. У Зое с болью сжалось сердце, когда она поняла, чья это была машина. В тот же момент снаружи раздался шорох. Зое хотела спрятаться, но тут же ощутила позади себя чье-то дыхание. Она непроизвольно отскочила в сторону. Парфюм с древесными нотками окутал ее, заглушив все остальные ощущения. "Ошибка",– раздался крик в ее голове. Зое настолько сосредоточилась на задней двери, что совершенно забыла наблюдать за тем, что происходит позади нее. Она развернулась, готовая к бою, но застыла на месте. Иногда кошмары все же становились явью.

Рефлексы пантеры заставляли ее реагировать, но все что она могла, это лишь смотреть на гиену, стоявшую перед закрывающейся дверью. Зое была шокирова не столько тенью, сколько человеческим обличием, за которым скрывался хищник.

– Смотрите-ка, Зое, – сказала женщина холодным, дружелюбным тоном, в то время как гиена недоверчиво принюхивалась.

"Она не может знать, что я вижу ее тень! – пронеслось в голове Зое. – Расскажи что-нибудь! Хоть что-нибудь!"

– Здравствуйте, госпожа Талис, – слабым голосом сказала Зое. – Какой сюрприз.

– Это точно,– сухо сказала учительница и скрестила руки на груди. На ней был надет спортивный костюм и повязка на лбу, но на ногах не было обуви.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она. Это прозвучало вовсе не недружелюбно, скорее в голосе слышалось любопытство.

Зое сглотнула.

– Я... моя мама работает у доктора Рубио. Он дал ей кое-какие документы для фирмы, занимающейся недвижимостью. И я... я должна забросить их в ящик на старой скотобойне. Странно, что у этой фирмы здесь только почтовый ящик.

Это было похоже на бред?

Левый уголок рта госпожи Талис приподнялся в издевательской улыбке.

– Давай не будем разыгрывать здесь театр, Зое,– мягко сказала она. – Ты умная девочка и знаешь, кто перед тобой, не так ли? И ты уже давно в курсе, какая ведется игра. Иначе бы тебе вряд ли удалось нас найти. – Она довольно улыбнулась. – Те, кто действительно хочет принадлежать к нам, всегда нас находят. Или тебе рассказал Рубио, прежде чем мы заставили его замолчать?

Зое сглотнула и помотала головой. Внутри у нее все горело от разочарования и злости на саму себя. "Как я могла попасть им прямо в руки?"

– Почему? – тихо спросила она. – Почему вы убиваете?

– Это простейший способ заполучить территории, – сухо ответила госпожа Талис. – К тому же, это лишает нас необходимости постоянно защищать приобретенное. – Ее улыбка стала теплее. – Ты переживаешь, не правда ли? Не нужно. Тебе никогда не грозила опасность. Мы проводим тщательный отбор. Устраняем только мусор, а драгоценные камни храним. – Она нежно улыбнулась. – Ты хорошо нам подходишь, Зое. У тебя есть хватка и воля.

В голове Зое мысли сменяли одна другую. Она с содроганием вспомнила разговор в школе. Особенно одна фраза вдруг приобрела совершенно иной, ужасающий смысл: "Если Давид тебе мешает, я позабочусь о том, чтобы вы больше не встретились".

– Так вот для чего была нужна группа марафонцев, – тихо сказала она. – Это был тест. Таким способом вы выясняли кто из учеников относится к пантерам. Поэтому вам так важна работа в команде. В основе всего всегда была команда.

– Стая – это больше чем сумма всех ее членов, – добавила госпожа Талис. – Совершенно верно. Тебя бы здесь не было, если бы ты не решилась быть с нами. Мы – система. Мощная, хорошо слаженная система, в которой найдется место каждому, кто готов внести свой вклад во благо стаи. У каждого своя задача. Я была разведчицей. У других были свои функции.

Зое сглотнула. Нужно выиграть время! Задавай вопросы!

– Все девочки из группы марафонцев туда входят? – хрипло спросила она.

Гиена не сводила с нее глаз и Зое изо всех сил пыталась игнорировать ее. Однако взгляд хищных глаз госпожи Талис, зрачки которой больше не скрывались за контактными линзами, вызывал не меньшую тревогу.

– Конечно нет, – сдержанно сказала госпожа Талис . – А что ? Это так важно?

"Она чувствует,– подумала Зое. – Чувствует, что я боюсь."

– А как же полиция? – продолжила задавать вопросы Зое. – Что, если кто-нибудь нападет на ваш след?

– Они не смогут, – ответила госпожа Талис. – Для устранения неугодных у нас есть люди, которых полиция не сможет отыскать по анализу ДНК, потому что официально этих людей не существует. Можно установить, что убийца один и тот же, но его никогда не найдут. Потому что единственные "существующие люди" из стаи имеют безупречную репутацию. Никто и никогда не обнаружит отпечатки их пальцев на месте преступления. Вот такой простой принцип.

Снаружи с громким щелчком закрылся багажник. Зое вздрогнула. Остальные! Они идут в дом! У нее бешено заколотилось сердце. "Я должна выбраться отсюда! Немедленно! – подумала она. – Хоть бы Джил не попался им навстречу". Зое лихорадочно раздумывала над тем, насколько велик у нее был шанс добраться до двери, но затем ее взгляд упал на лестницу. Забраться наверх.

Хлопнула приоткрытая дверь террасы, послышалось шуршание пакетов, приближались шаги. Тень госпожи Талис повернула голову с мощными челюстями и на мгновение сосредоточила внимание на звуках. Зое среагировала молниеносно. В следующую секунду она уже была на средине лестницы. Позади раздался возглас возмущения, крик, и вот госпожа Талис уже наступала ей на пятки. Зое стиснула зубы и полностью погрузилась в тень. Она бежала по коридору, поднимая клубы пыли, слыша слишком близко за собой царапающие и клацающие когти гиены. Три двери, но только за одной из них Зое ощутила поток свежего воздуха. Она бросилась в пустую комнату, где стояли лишь массивные, сломанные стулья и беглым взглядом оглядела единственную возможность сбежать: старое продуваемое окно.

А за ним, на расстоянии нескольких метров едва позеленевшие ветви березы, единственного дерева во внутреннем дворе. Заноза вонзилась в ладонь Зои, когда она на бегу схватила стул, но не ощущая боли, она замахнулась и изо всех сил запустила стул в закрытое окно. Громкий звук разбитого стекла как кинжал пронзил уши. Зое выжала максимум из своих мускул и выпрыгнула в разбитое окно. Осколки задели ее голень, она летела навстречу дереву. Удар был настолько жестким, что у нее перехватило дыхание. На несколько секунд ее ослепило солнце, пронзила боль в плечах, а небо закружилось, когда над ней закачалась крона дерева.

Зое увидела в окне госпожу Талис, ее перекошенное от злости лицо, а рядом оскалившуюся пасть гиены. Зое даже на мгновение ощутила прилив безумного, неистового ликования. Она не может меня догнать!

– Жаль, – сказала госпожа Талис холодным, презрительным тоном. – Пришло время нам попрощаться. – Произнеся это, она резко крикнула во двор: – Карла!

***

Прошло слишком много времени. Я проклинал себя за то, что отпустил Зое и одновременно злился на нее. По прошествии трех минут, показавшихся вечностью, я решил больше не ждать. В последний раз оглядев улицу, я дал знак сидевшему на крыше скотобойни Ирвесу и направился к проходу во двор. Услышав как захлопнулась дверь машины, я насторожился. Гизмо? Нет, двери его автомобиля издавали более глухой звук и не закрывались так мягко. Ощущая беспокойство, я побежал. И не опоздал. Еще никогда меня так не ранил в самое сердце звук разбившегося стекла, раздавшегося в ушах. Перед глазами пролетели тысячи картинок Зое, тысячи ужасных сценариев того, что могло с ней случиться. – «Карла!» – резкий возглас и последовавший за ним с другой стороны дома крик Зое. Мои руки сами нашли дорогу, а тень помогла забраться на крышу дома (через два этажа) и на другую сторону.

Поначалу мне показалось, что я увидел вспышку, однако это было всего лишь солнце, отражавшееся от крыши светлого внедорожника. На гравии лежали пакеты с покупками, как будто кто-то их бросил. А потом я увидел Зое – она сидела на дереве! Нет, она не сидела – она боролась за жизнь. Черноволосая женщина только что преодолела последние метры до макушки дерева и бросилась на нее. Зое едва не упала, она отпрянула назад, увернувшись от когтей, почти задевших ее лицо. Но потом я понял, что это были не когти. В руке женщины что-то блеснуло. Нечто металлическое. Своего рода кастет, но с острыми, металлическими, боевыми когтями над костяшками пальцев. Зое уворачивалась от нападок женщины, но когда оружие полосануло ее руку, из нее пошла кровь. Зое вскрикнула и попыталась уползти. Но противница была сильнее. Намного сильнее!

Я бросился к водосточному желобу.

 – Эй! – выкрикнул я. Черноволосая резко обернулась. У нее было искаженное злобой лицо, но не от ее вида у меня застыла кровь в жилах.

Гэзель? Ромбовидное, красивое лицо, форма бровей и прямой нос. "Это не она"– убеждал я себя, но сердце не хотело в это верить. "Ты убьешь ее!" – раздался сумасшедший голос в моей голове. Зое простонала, когда стальные когти снова дернулись в ее сторону. Она так отчаянно пиналась и уворачивалась, что под ней треснули ветки. На шее Зое мелькнула красная полоска, превратившись в сеть мелких кровавых нитей. Она же умрет!

И в этот момент я закричал, закричал призывая тень, со своей яростью и решительностью, полностью осознавая, что мог стать убийцей. Я прыгнул изо всех сил, не раздумывая. Земля осталась далеко подо мной, я увидел мягкое, красивое лицо Гэзель, в которое готовы были впиться мои когти и клыки. Я с недоумением искал Зое, но потом понял, что меня целиком поглотила темнота.

Наступила жуткая тишина, я видел лишь колеблющиеся движения чего-то черного и пятнистого, медленно сгущавшегося как под водой: черные пятна на черной шкуре с рыжеватым оттенком. Лицо пантеры, когти, движения словно в зеркальном отражении, как будто я собирался прыгнуть на самого себя. Моя тень, черный леопард. Когда мы слились друг с другом, это было как утопление, только без страха. Я вдруг понял, что мог дышать. Воспоминания нахлынули как поток воды. Внезапно я увидел всё.

Париж. Пригород. Оцелот, тупое лицо андской кошки – и третьий, Халед, ягуар. Я увидел себя карабкающимся, испытывая смертельный страх и не особо владея своим новыми способностями. Видел как Халед без труда обогнал меня и замахнулся лапой. Я увернулся и соскользнул. Удар о перила, боль в ребрах. Его второе нападение, я отпрянул назад, когда он оказался рядом. Возглас удивления и стон и он падает, вместе с куском выломанного балконного кронштейна. Я посмотрел ему вслед, ощущая запах гнилой ржавчины и собственной крови. Я не толкал его!

Я продолжил взбираться по балконам, от одного к другому, пока не увидел Гэзель через окно балконной двери. Она лежала на диване в наушниках, ее мягкое, бледное лицо выглядело уставшим. У нее были закрыты глаза, но по дрожанию ресниц я понял, что она не спала. У нее на руках крепко спала моя маленькая племянница, а племянник играл на ковре гостиной. Моя первая мысль хищника: добыча. Однако до этого мгновения я не знал, насколько глубоко укоренился во мне кодекс и что требовалось благоразумие и решительность, чтобы отменить его.

Теперь я понял, что была и вторая мысль. Она гласила: защитить.

Под моими лапами надломились ветки и окружающий мир резко вернулся в поле зрения. Я перешел в атаку.

***

Это была секунда, когда Зое была уверена, что погибнет. "Карла – это та девушка на мосту",– подумала она. Убийца! Мощные львиные когти, которым она не могла противостоять дернулись в ее сторону и она непроизвольно закрыла глаза. "Пожалуйста, пусть хотя бы все произойдет быстро! – в отчаянии подумала она. Ударом ее смело в сторону. Зое поцарапала плечо о кору дерева, соскользнула и упала. Инстинктивно перевернувшись в воздухе, она приземлилась на четвереньки на гравий и стала наблюдать за разворачивающейся на ее глазах картиной.

Две хищные кошки ожесточенно боролись вцепившись друг в друга. Львица и пантера – Карла и Джил! Зое смогла лишь съежившись забраться под дерево и растерянно и удивленно наблюдать за происходящим. Джил совершенно изменился, как будто сорвался с цепи. Его всегда сдерживаемая мощь прорвалась наружу, как лава вулкана. И хотя его тень уступала по размеру и силе Карле, Зое еще никогда не видела, чтобы он так яростно и ожесточенно дрался. На Зое посыпались ветки, после чего обе пантеры упали на землю.

***

Руку пронзила боль, когда она задела меня когтями. Она была сильнее, намного сильнее! Но я был проворнее, а главное – разъяреннее. В моей груди словно бушевал источник лавы. Она не обжигала меня, напротив! Питала артерии и колотящееся сердце. Мой пинок по колену заставил ее закричать. Это был озлобленный, кровожадный рев, после чего опора под мной сломалась и нас потянуло вниз. Мы падали вцепившись друг в друга, не было никакого шанса высвободиться до падения на землю. За доли секунды я принял решение, перевернулся в воздухе, развернул ее и напоролся на железное кольцо с шипами. Там мы упали.

Удар как будто кувалдой, стон, тело львицы смягчившее мне падение. Возглас боли и сдавленная нога (но не моя). Я посмотрел на лицо девушки, которое казалось сливалось с лицом львицы и почувствовал, что вырвал у нее металлический коготь. Меня удивило, что я поборол ее. С ней было покончено! "Убей льва, Джил". Я чуть не рассмеялся. Сейчас я мог бы запросто полосонуть ее по горлу, но не стал этого делать. Ее глаза и брови все еще напоминали мне Гэзель. Но это была не она. Это ни за что не могла быть Гэзель. Потому что я не был убийцей. Я вскочил на ноги, держа в руке металлический коготь, оставил раненую львицу лежать на земле и обернулся. Как раз вовремя, чтобы увернуться от нападения гиены.

Мощные клыки гиены сомкнулись в воздухе, не поймав мою руку, после чего она с громким визгом отпрянула от моего металлического клыка. В следующее мгновение рядом со мной оказалась Зое, держа в руках оторванную ножку стула в качестве оружия. Одновременно она была в гибком и плавном теле кошки, прозрачная как призрак. На нас напрыгнула вторая гиена и Зое замахнулась на нее ножкой стула. Во время замахивания Зое занесло вправо и хищная кошка тоже потеряла равновесие. Это выглядело как синхронный балет, как двойное экспонирование в фильме. Только сейчас я понял, что видел! Ее тенью была пума. Было ощущение, что в это мгновение мы одновременно видели сон.

То, что я смог разглядеть, была серая фигура с мягкой, пружинистой походкой. Серая, как ее глаза, с черным рисунком на лице. Окрас был серебристо-серым, с контурными линиями черной и светлой шерсти вокруг глаз, носа и внешней стороны ушей. Подбородок и грудь были белёсого цвета, как туман. Стройная фигура, скорее всего южно-американская разновидность, возможно коста-риканская пума.

Значит, пума. В голове с каким-то безумием сменяли друг друга классификации всех видов кошек, в то время как моя тень продолжала хладнокровно бороться: "Пума отличный скалолаз и способна очень быстро пробегать короткие дистанции. Однако, когда ее преследуют, например волки, она предпочитает спасаться забравшись на дерево, чем бежать на длинное расстояние. Пума может прыгать на четыре метра в высоту и десять метров в длину". "Геркулес"– было моей следующей мыслью, пока я плечом к плечу с Зое отбивался от двух гиен.

Фаза 4.

Должно быть это был страх. Когда мы сталкиваемся с сильным страхом и впитываем его, он превращает нас в провидцев. Страх способствует нашему слиянию с тенью. Это ключ ко всему.

Обе гиены были слабее нас и отпрянули назад. "Если только их всего две", – подумал я.

– Ирвес! – закричал я. В то же мгновение остальные бросились во двор.

– О, нет! – воскликнула Зое. Сходу я насчитал четверых. Итого – шесть гиен. И львица – убийца, которая. к счастью, все еще извивалась на земле. У нее была сильно повреждена левая задняя нога. Зато остаток стаи был ловким и изворотливым. Когда они окружили нас, с оскаленными зубами и этим ужасным хохотом, я увидел человеческие фигуры: рыжеволосая и ее подруга, женщина в спортивной одежде и головной повязкой для защиты от пота, а также худая, бледная девушка, которую я никогда не видел.

А еще бизнесвумен из кафе и женщина, которую я однажды видел в метро. Та самая, с зачесанными назад волосами, только в тот раз на ней были солнцезащитные очки. И конечно Джуна. Сегодня на ней были надеты не туфли на шпильке и деловая одежда, а черные брюки, не сковывающие движений, и футболка без рукавов. Стая пахла подвалом, это был аромат старых книг в гниющих ящиках, мышиного дерьма и паутины. Убийственная смесь вперемешку с остатками парфюма. Обитатели пещер, активные по ночам. Без кодекса и каких либо запретов на убийство.

– Сзади! – крикнула Зое.

Я ударил Джуну металлическим когтем по плечу, однако они уже окружили нас. Затем начался танец жизни и смерти.

– Ирвес! – вновь закричал я. Времени размышлять больше не было. Настоящее закрутилось в водовороте из зубов, боли, агрессии и адреналина. Развернувшись тяжело дыша, я увидел, что повалил на землю рыжеволосую. Но все равно: долго нам не продержаться.

Раздавшийся вдалеке хлопок/взрыв словно ватным молотком ударил по барабанным перепонкам и на мгновение отвлек гиен. На двор упала тень. На человеческих лицах читалось недоумение. Тяжело дыша я посмотрел на верх и не поверил своим глазам: это был выход Юлиана, актера.

Он стоял на крыше, подняв руку в драматическом жесте и грохочущим голосом произнес на весь двор:

– Из всех чудес, которые я видел, самое большое – человеческий страх. Видите: смерть, судьба каждого человека, настигает его, когда приходит время.

Ненадолго возникшего замешательства хватило чтобы добраться до Зое, после чего двор заполонили остальные члены сообщества.

– Ирвес! – крикнула Зое. – Наконец-то!

Снежный барс промчался мимо нас. Хихиканье гиены-тени смешалось с возмущенным и одновременно испуганным криком Джуны, когда Ирвес вцепился ей в глотку. После чего ее крик перешел в вой от боли и ярости. Юлиан молниеносно спустился с крыши. Сиреневой полоской мелькнула Ева, а Клэр и Томас загнали гиену в угол. Если ад когда нибудь и кипел, то это происходило в этом дворе. Я тоже бросился на одну из гиен. Тело пантеры окутало меня как шкура Немейского льва Геркулеса – как теплая вторая кожа, защищавшая меня всеми чувствами и инстинктами.

Снова глухой удар и затем треск разбившихся стекол. Взрыв запаха гари. Я едва не задохнулся, настолько он был сильным. Бензин! В глазах гиены, которую я повалил на землю, читался ужас. Я непроизвольно проследил за ее взглядом и застыл на месте. Все было как в плохом кино. Черный дым поднимался в небо со стороны старой скотобойни.

А в разбитом окне антикварного магазина стоял разгневанный дух мести с горящими глазами, вымазанным сажей лицом и пеплом в волосах. В одной руке он держал канистру с бензином, в другой горящий факел. Только прищурившись я разглядел леопарда, скрывавшимся за Гизмо. В доме что-то треснуло и из окна неожиданно повалил дым. Густой и черный, он полностью окутал Гизмо. Гизмо швырнул пустую канистру во двор, вылез в окно и забросил через него факел обратно в дом. Гизмо укрылся под защитой стены от дыма, огня и осколочного дождя.

Гиены сгруппировались вокруг дерева с раненой львицей посередине. Гизмо мрачно мрачно посмотрел на них.

Ирвес среагировал быстро. Встав под окном, он обратился к гиенам, прорычав:

– У вас ровно двадцать минут, чтобы исчезнуть из города.

Сделав глубокий вдох, он сказал фразу, которую я никогда не забуду:

– Иначе мы позовем остальных.

Даже у меня по спине пробежали мурашки от его угрожающего тона. Ирвес всегда был хорошим игроком в покер, но сегодня переплюнул даже себя самого. Мы отреагировали инстинктивно, следуя его словам, как будто сговорившись. Юлиан встал рядом со мной. Клэр подошла ближе, а Ева угрожающе сузив глаза, расположилась рядом с Зое. Мы были одним фронтом, плечом к плечу, пантеры против гиен. И никто, я чувствовал это, не сдвинется даже на миллиметр. Идти или умереть – таков был посыл. С диким удовлетворением я наблюдал за медленно возрастающей паникой среди гиен.

Она проявилась сначала на человеческих лицах, в то время как тени одновременно пригнулись, а их шерсть встала дыбом. Запах духов, их прикрытие, давно испарился и мы почувствовали их. Это был острый запах пота от страха поражения. Джуна среагировала первой. Дрожащей рукой она убрала волосы со лба и сделала шаг назад. Это был знак для всей группы. Я почувствовал как сопротивление пало, словно плотина, которая ничего больше не сдерживала. Я вдруг увидел лишь кучку испуганных гиен и раненую львицу, которые бежали, спасая свою жизнь.

Мы подошли настолько вплотную, что они ощутили, что находятся в опасности. Победители могли вести себя расслаблено и никуда не торопиться. Побежденные, напротив, бежали с позором. Жалкая труппа, вынужденная где-то в другом месте искать себе новый город, новую территорию и место для охоты. Хищники с визитными карточками и в темных очках. Идеальная маскировка, но не для провидцев. Я смотрел вслед этим людям-гиенам. Они ковыляли к машине, даже ни разу не оглянувшись на нас. Девушку, которую я не стал лишать жизни, двое из них тащили по гравию. Ее тень, львица, хромала и тащила за собой поврежденную ногу. Вскоре в ночи послышались хлопки закрывающихся дверей автомобиля.