Текст книги "Незримое око (ЛП)"

Автор книги: Нина Блазон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)

– Зое?

Голос был не более чем шепотом в шуме ветра.

– Здесь! – сдавленным голосом произнесла Зое. – На помощь!

Она разревелась от облегчения.

Ее снова тряхнуло, раздался щелчок, когда металл (застежка-молния?) ударился по одной из подпорок.

– Без паники! Спокойно, не делай резких движений.

Ирвес? Это был Ирвес? Нет, голос звучал по-другому. Но она не могла открыть глаза.

– Просто повернись налево, тогда ты сможешь взять меня за руку.

– Что? – в ужасе пробормотала Зое. – Нет!

Френч! Это на самом деле был этот подозрительный тип. Зое теперь вообще ничего не понимала.

– Посмотри через плечо, Зое. Я всего в полметре сзади тебя. – Его голос звучал не так как прежде, был более мягким. – Всего один маленький шаг, слева, сзади тебя есть платформа.

– Нет! – закричала она. – Ты с ума сошел? Я чертовски боюсь высоты! Как только я открою глаза или пошевелюсь, то сразу упаду!

По крайней мере сейчас стало понятно: пока Зое злится, ей удастся подавить панику.

Френч ничего не ответил. У Зое вдруг возник страх, что его присутствие ей просто привиделось. Но потом она услышала, как он втянул ноздрями воздух.

– Хорошо, оставайся на месте. Не пугайся. Я перелезу к тебе. Держись крепко, хорошо?

Зое едва снова не наорала на него, что у нее и так черт побери не было другого выбора, как вдруг снова ощутила тряску. На этот раз так сильно, что она уже подумала, что падает. Зое простонала от ужаса, но тут же ощутила руку на своей талии и прижимавшуюся к ее спине грудь Френча.

– Не бойся, – сказал он ей на ухо. – Я держу тебя.

Зое ощутила запах его кожи. Ирвес пах амброй, кожей и дискотечным воздухом. У Френча была более странная смесь – пустыня, сандаловое дерево и еще какие-то непонятные ей нюансы. Одно из них было беспокойство. Другое – холодная сосредоточенность.

– Ты сможешь сделать шаг, а я буду держать тебя? – тихо спросил он, обдав ее щеку горячим дыханием. В отличие от нее, он не дрожал, но его спокойствие пугало ее. Вместо ответа Зое только молча покачала головой.

Френч помедлил и огляделся, словно мысленно составляя план действий.

– Ты осмелишься хотя бы отпустить стойку?

– Нет! – выдавила Зое.

– Но я держу тебя, ничего не случится. Нам нужно сделать всего шаг до платформы. Там мы сможем сесть и будем в безопасности.

– Мы упадем, – прошептала она. – Оба. Ты нe сможешь меня удержать.

– Смогу, – ответил он с такой решительностью, что показался Зое еще более странным. – Я не уроню тебя, обещаю. Но ты должна отпустить руки. – Зое еще крепче вцепилась в стойку, но в голосе Френча послышались теплые, гипнотизирующие нотки. – Просто закрой глаза, если тебе так легче. А теперь отпусти левую руку и обними меня ею за шею.

– Френч, я...

– На счет три, ладно?

Было не так уж много вариантов. Руки Зое уже дрожали от напряжения.

– Один... – считал он спокойным голосом. – Два...

Зое судорожно вдохнула.

– Три!

Зое не знала, как у нее получилось. Это опять было похоже на прыжок во времени. Всего лишь две, три секунды. Она немного повернулась, и вот ее рука на самом деле обхватила его шею, а волосы Френча прилипли к ее мокрой от слез щеке. Запах Френча был таким сильным, что она больше не воспринимала запах лака и ржавчины на мосту.

– Хорошо! Теперь другую руку, – прошептал он. – Держись так крепко, насколько это возможно. Один... два...

Все произошло быстро. От удивления Зое даже не вскрикнула. Она лишь почувствовала, как отпустила руки и вцепилась во Френча, как они оба наклонились, Френч потянулся и одним рывком оттащил ее в сторону. Потом раздался металлический удар, и Зое жестко встала на колени. Две секунды снова улетучились в никуда. Под ними был металлический пол, они наполовину сидели, наполовину лежали, Френч обхватив, все еще держал Зое.

– Все в порядке. Мы на платформе, – успокаивающе сказал Френч. – Здесь достаточно места. Выдохни. А когда откроешь глаза, то смотри наверх, а не вниз.

Зое головой прижималась к ключице Френча, а ее руки сами собой обхватили его. Они дрожали от напряжения, как будто она несла тяжелый груз. Зое осторожно посмотрела вверх, и даже удивилась. Они находились не так уж высоко, как она предполагала. Над ними устремлялась высоко в небо стальная конструкция, удерживавшая мост. Должно быть, они сидели на нижней трети, там, где были плоские поперечные скрепы для стабилизации подвесок моста.

– Я... сюда не залезала,– жалобно сказала Зое.

– Еще как залезала. Ты просто этого не помнишь.

Зое осторожно взглянула на него. Восприятие "оголено": несмотря на темноту она видела каждую деталь.

Френч был бледным, однако улыбался ей. Тем не менее, по телу Зое пробежала дрожь. У него были карие глаза с огромными зрачками, которые были слишком темными и... овальными! Впервые она увидела, что они то сужались, то расширялись, вне зависимости от света. Эти темные глаза были с неким отливом, блестели словно золотинки. В памяти Зое всплыла картинка. Неприятное воспоминание о желтых глазах, но она не могла вспомнить ничего конкретного.

– Тебе холодно? – заботливо спросил он, погладив ее по руке, покрытой гусиной кожей. – Глупый вопрос,– сказал он больше самому себе, чем ей, после чего наполовину выпрямился.

До сих пор Зое думала, что самое страшное уже позади. Но сейчас, когда Френч расслабил руки, Зое опять запаниковала, еще крепче вцепилась в него и снова разревелась. Где-то глубоко в подсознании, ей было стыдно за свой жалкий вид и то, что она из себя представляла в данный момент: визжащая и плачущая от страха девушка, вцепившаяся в едва знакомого парня, которого только вчера она сама же и отшила.

Френч осторожно напряг мускулы, чтобы встать на колени. У него болела раненая нога, но он не подал виду и даже отодвинул ее в сторону, после чего сел поудобнее и притянул Зое к себе. Не успела она оглядеться, как уже сидела у него между ног, которые создавали защитный барьер справа и слева.

– Лучше? – спросил он. Она шмыгнула носом и смущенно кивнула.

– Я тебя ненадолго отпущу, ладно? Но ты не соскользнешь, я держу тебя коленями.

Собрав воедино остатки гордости, Зое неохотно кивнула. Френч осторожно убрал руки и потянулся. Снимая куртку, он изо всех сил старался не делать резких движений. Зое ощутила как ее укутала теплая флисовая подкладка его куртки, при этом ей пришлось наполовину отвернуться от Френча, чтобы попасть в рукава. Хотя так было даже лучше, теперь он не мог видеть ее лицо. – Где мои собственные вещи? – пробормотала она. – Мой сотовый...

– Ты потеряла их по дороге. Мы наверняка найдем их. – Он кашлянул и тихим голосом продолжил: – Я знаю, каково тебе. Ты думаешь, что сошла с ума. Любой умрет от страха, если с ним такое случится. Но этому есть объяснение. И это не твоя вина. Мы не в силах противостоять тому, что с нами происходит.

"Что с нами происходит? Безумие? – думала Зое. – Шизофрения? Раздвоение личности?"

– На тебя нашло затмение и ты потеряла сознание, – объяснил Френч. – В этом нет ничего необычного. Это просто... побочный эффект. У всех нас это есть.

Зое спиной отчетливо чувствовала, как билось сердце Френча – медленно и сильно, не так как ее, снова бьющееся учащенно и сбивавшееся с ритма. Сама того не желая, она начала неудержимо дрожать.

***

Ее тень все еще была рядом, я мог чувствовать ее. Слишком много близости для одной моей стороны, но слишком мало для другой. Это был совсем не подходящий момент, но я не мог иначе, кроме как вдыхать аромат ее кожи. На одну, две секунды я растворился в этом ощущении. Я стремился к ней и ничего не мог с собой поделать. Это плохо. Последнее, что Зое сейчас было нужно, это кто-то, не контролирующий свои чувства. Зое больше не отвечала, поэтому я просто крепко держал ее и молился, чтобы Гизмо поторопился. Зое снова задрожала сильнее, как будто у нее был озноб и от ужаса застучала зубами. Ко всему прочему, меня начало беспокоить то, что она находилась в состоянии шока.

– Ты спустишься отсюда целой и невредимой, – успокаивал я ее. – Кое-кто уже в пути, чтобы забрать нас. Нам просто нужно еще несколько минут продержаться здесь наверху.

Я прекрасно понимал, что она чувствовала. И прекрасно помнил, как сам впервые пришел в себя – на крыше панельного здания в пригороде Парижа, а подо мной, этажами ниже, на улице, пульсировали мигающие как яркое сердце огоньки скорой помощи.

В данный момент я был не совсем уверен, окончательно ли Зое пришла в себя. Поэтому я дал ей время оправиться, а сам с тревогой посмотрел на мост под нами. По нему ехали автомобили, какой-то одинокий велосипедист проезжал по нему через реку. Никаких следов Юлиана и двух других. Отлично.

– Кто это мы? – вдруг прошептала Зое.

Я сглотнул. Если бы я только сам это знал.

– Люди с неординарными способностями, – сказал я. – Мы живем обычной жизнью, а потом вдруг в один момент с нами это происходит. Ты наверняка уже сама заметила. Мы слышим и чуем лучше. Нам очень хочется мяса. А с наступлением темноты...

– ... я все равно кое-что вижу, – тихо ответила Зое. – Так же как сейчас.

Я лишь кивнул наслаждаясь тем, что ее гладкие волосы терлись о мою щеку.

– Звучит безумно, но время от времени... у нас проявляются задатки... кошек,– продолжил я. – Мы называем это состояние "тень", вторая натура. Не спрашивай откуда оно взялось, я и сам не знаю. В большинстве случаев его можно подавить в себе. Но когда у тебя... очень большие трудности, ты на время забываешь, что являешься человеком. – Я сделал паузу, прежде чем продолжил. – Когда ты смотришь на красный цвет светофора и он становится серым, ты понимаешь, что возникло это состояние. Кошки не различают красный. Находясь в другом состоянии, ты уже не мыслишь, по крайней мере как человек. Это ты и пережила только что. Ты существуешь только в своей тени. Живешь инстинктами хищника и ничего не помнишь.

 Я бы понял, если бы она закричала и начала противиться. Даже шоковая реакция была бы понятна. Я даже был готов к тому, что она посчитает меня сумасшедшим – как долго я сам искал разумное объяснение? Но она лишь деловито сказала: – Это многое объясняет.

На этот раз ее молчание усилилось настолько, что казалось до него можно было дотронуться. Я бы все отдал, чтобы узнать, что творилось в ее мыслях.

– Ты помнишь, как они за тобой гнались? – спросил я. – Иногда у нас остаются воспоминания перед тем как происходит "замыкание". Иногда мы помним короткие промежутки времени, когда находимся в состоянии тени, своего рода кадры из прошлого, без предупреждения возникающие в голове.

– Там... был блондин,– прозвучал тихий ответ. – И еще... несколько. Возле "Синема". Клуб был закрыт, но я этого не знала. Я хотела убежать, а они меня окружили. Мне... было страшно.

– Да, страх. Это как бы спусковой крючок. Так это работает. К сожалению. Мы называем это "перейти через мост". В начальной фазе ты считаешься бегуном и за тобой охотятся до тех пор, пока ты в панике впервые не спрячешься за своей тенью. Некоторым это стоит жизни. Тебе повезло, ты могла сорваться с высоты или попасть под машину. – Я откашлялся, прежде чем продолжил говорить. – Агрессия или страх, они в любое время могут вызвать переход в состояние тени. Но можно научиться подавлять тень. Можно научиться не попадаться на глаза другим, и держать тень в клетке. – Я говорил так, как будто хотел убедить самого себя.

Зое глубже опустилась в мои объятия. Это был момент, когда я несмотря ни на что мечтал о том, чтобы Гизмо еще на несколько минут задержали в дороге красные светофоры.

– Значит... у тебя это тоже есть. – Только по ее тоненькому высокому голоску я понял, что она пыталась забыть расстояние между ней и пропастью. Нормальные слова, дающие безопасную почву под ногами. Может она ощущала, что снова "скатывалась" в пограничное состояние. Все может быть. Кого бы не испугали такие новости? В любом случае Зое дышала так часто, что я боялся, что ее снова в любой момент накроет тень. Это было бы плохо. Очень плохо. На всякий случай я сжал своими руками ее кулаки.

– Да, у меня тоже. И у Ирвеса, и ... у некоторых других в городе.

– Ирвес тоже? – монотонно сказала она. – Значит, то, что мы познакомились, не было случайностью.

– Да. Мы оба знали, что скоро тебя ждет превращение. – "В гусеницу с одним крылом"? – три парня, которые гнались за тобой, тоже из наших. Всего нас тринадцать в городе. "Минус Барб. Плюс Зое". – То есть, с тобой четырнадцать.

Она по-прежнему дышала слишком часто и поверхностно.

– Поэтому ты все время следил за мной, – пробормотала Зое. – Тебе ничего не нужно было от меня.

Это прозвучало смущенно. Я наделся, что она не почувствует, как сильно забилось мое сердце.

– Да, – ответил я, трусишка Джил. – Поэтому я за тобой следил. Чтобы с тобой ничего не случилось. Ничего плохого, я имею в виду.

– Значит, ты "Пантера 92". А Морис...

– Номер 12.

– У тебя... ты всегда был таким? – спросила она.

Я едва не рассмеялся. Но это был бы горький смех.

– Несколько месяцев,– тихо сказал я. – И, к сожалению, я почти все помню.

Мужчина на улице. Много крови на мостовой.

Мой пульс участился до такой степени, что она должна была его почувствовать, и действительно, Зое немного напряглась. В тот же момент прозвучал сигнал сотового, лежавшего в куртке. Прежде чем Зое успела среагировать, я залез в карман куртки и достал мобильный.

– Ну, что там? Она с тобой? – прокричал Гизмо сквозь шум мотора.

– Да. Мы на задней платформе. Четвертая опора, с северной стороны. Давай быстрее!

– Я не могу остановиться на мосту, – невозмутимо ответил он. – Здесь закрыта одна полоса, а чуть дальше стоит полиция, там какое-то дтп. Я проеду до участка дороги с круговым движением за мостом и припаркуюсь за закусочной. Поторопись!

Положил трубку.

Ну, здорово. Я покосился вниз, пытаясь придумать план действий. Если Зое боится высоты, она не сможет никуда перелезть. Но если повезет, нам удастся добраться до пешеходной дорожки через другие платформы.

– Это был Ирвес? – спросила она.

– Нет, Гизмо. Это... друг. Он заберет нас.

– Мы что, должны в одиночку спускаться вниз? – от одной мысли об этом, у нее задрожал голос. – Почему бы тебе просто не вызвать пожарных?

– Если хочешь, я это сделаю. Но тогда тебе придется объяснять, как ты сюда попала. Они отвезут тебя в больницу, или сразу в полицию. Будут подозревать тебя в том, что ты употребляла наркотики или алкоголь. Ты еще под влиянием тени, по твоим глазам видно, что что-то не так. Зрачки хищных кошек меняются в зависимости от настроения. Стоит кому-нибудь из пожарных посмотреть тебе в глаза, то не избежать анализа крови. А потом они позвонят твоим родителям, чтобы те забрали тебя. Может даже кто-нибудь напишет заявление в полицию. Не думаю, что лазить по мосту разрешено.

Зое с трудом сглотнула.

– Никаких пожарных,– хрипло сказала она.

– Мы справимся и без лестницы, – успокаивающе насколько это было возможно сказал я. – До земли не так уж далеко. Я спущу тебя вниз.

– Как, черт побери, ты собираешься это сделать? – в отчаянии воскликнула она. Я немного отодвинулся, чтобы видеть ее лицо. Зое была на грани нового перевоплощения. Ее глаза были уже не серыми, а совсем темными, с красновато-золотистым отливом. Но она хотя бы шла на контакт, потому что когда я взял ее за плечи, она не сопротивлялась.

– Всего лишь несколько метров,– настойчиво сказал я. – Я понесу тебя. Тебе нужно просто закрыть глаза и крепко держаться. Ясно?

Зое по-прежнему мне не доверяла и я это чувствовал. Ситуация готова была накалиться в любой момент и я даже думать не хотел о том, что могло произойти. Поэтому я отпустил ее и встал, хоть и знал, что глядя на это, она оцепенеет от ужаса.

– На складе я каждый день таскаю ящики, которые в два раза тяжелее тебя,– сказал я. – И ты наверняка представляешь, что лазать я умею гораздо лучше обычного человека. А еще у меня нет боязни высоты.

В доказательство я встал и вытянул руки в стороны, балансируя на самом краю платформы, на ветру, трепавшем мои волосы.

Зое все еще боролась с собой.

– Ты работаешь на рынке? – тихо спросила она.

– Конечно, – ответил я. – Хоть нормальная работа и не вписывается в твою историю с уличным торговцем наркотиками.

К моему удивлению она покраснела.

– Все в порядке, – сказал я. – Я на тебя не обижаюсь.

Зое задумчиво посмотрела на меня.

– Как тебя зовут на самом деле?

Я не мог вспомнить, когда в последний раз называл кому-нибудь свое имя. Помедлив, я понял, что она действительно ничего обо мне не знала.

– Джил. Джил... Асевал.

– Это не алжирская фамилия.

– Нет, мой отец был французом. А мать магребинкой, она принадлежала к уважаемому племени Оледа Алаара Каледа. Наша родина находится на алжирских равнинах, на границе между севером и югом, у бедуинов. Ребенком я жил в двух мирах – в Алжире, и несколько лет в палатках кочевников у своих родственников.

Я вдруг словно почувствовал запах пыльной пустыни, козьего молока, кожи в палатке бабушки. Тоска по родине резко накрыла меня горячей волной. Я видел себя бродящим по площади мучеников в Алжире, вспомнил детские игры в улочках старого города, на кривых ступеньках на улице Касбах.

Сотовый нетерпеливо вибрировал. Я не глядя сбросил звонок Гизмо.

– Время идти, – мягко сказал я Зое. – Ну, так что?

Она явно боролась с собой, но к моему бесконечному облегчению прошептала:

– Хорошо.

Внизу с большими пробелами ехали автомобили. Мне нужно было выбрать момент, чтобы незаметно спрыгнуть за широкой главной опорой на пешеходную дорожку.

Зое чуть не задушила меня, когда я двигался вместе с ней по краю платформы. Пояс, которым я обвязал нас, врезался в ребра. Тяжелое дыхание Зое эхом отзывалось в моем ухе, но она крепко держалась, в то время как держась за стойку пытался удержать равновесие. Получилось даже проще, чем я думал, хотя я ощущал адскую боль в бедре, а ноги Зое давили на ребра. Восемь метров, прикинул я, полагаясь теперь на свое тело. Как бы сильно я не ненавидел инстинкты, иногда они действительно приносили пользу.

Последние метры я передвигался на руках особенно осторожно, прячась за опорами. В этом было преимущество, как часто наши действия оставались незамеченными потому что люди никогда не смотрели наверх, налево или направо?

Наконец мои ноги коснулись земли. Вибрации прошили стопы как поток информации: автомобили, шаги, движения подвесного моста на ветру.

– Открывай глаза, мы это сделали, – сказал я. Когда я отстегнул пояс, у Зое подкосились ноги, как будто были из резины. Но когда он хотел поддержать ее, она покачала головой.

– Все в порядке, – сказала она тяжело дыша, в очередной раз поразив меня своей сухостью и деловитостью. – Где припарковался твой друг?

Гизмо открыл капот, делая вид, что хочет что-то проверить. С убийственным спокойствием он закрыл его и открыл боковую дверь фургона.

– Привет,– сказал он. – Такси заказывали?

По меркам Гизмо кузов был относительно пустым. Несколько ящиков, много скомканной бумаги. Пустые пузырчатые упаковки, лопнувшие у нас под ногами, когда мы забрались между двумя ящиками. Я видел в зеркало заднего вида, что он наблюдал за нами и явно сомневался в том, что поступает правильно. Зое снова задрожала, но увидев, что Гизмо собрался ехать на юг, она выпрямилась.

 – Не в ту сторону, – сказала она. – Мне надо домой.

– К новостройкам за планетарием,– сказал я. Отражение Гизмо наморщило лоб и ответило кивком. Морис, я знаю. Гизмо резко затормозил на повороте и сделал крутой поворот, "киношный" поворот. Нас отбросило в сторону. Скользящий свет встречного грузовика осветил профиль Зое. Она выглядела невероятно усталой, стучала зубами, отчаянно цепляясь за настоящее. Я устоял перед желанием обнять ее.

– У тебя было также? – тихо спросила Зое.

"Еще хуже", – подумал я, но молча кивнул. Зачем пугать ее еще больше?

– До сих пор не понимаю, как я могла забраться на такую высоту.

– Все кошки не боятся высоты. Твоя тень знала только, что ты в опасности. Большинство кошек забираются наверх, когда хотят спастись. Когда за мной гнались по мосту, я забрался наверх по балконам высотки. – Сглотнув, я продолжил: – В последующие недели многое изменится. Изменишься ты, твое восприятие мира, твои привычки, а также тело. Это может выражаться в болях в суставах, иногда в головных болях. Это значит лишь то, что ты становишься сильнее и быстрее. И еще тебе придется научиться ... избегать других. Существую законы, которым мы подчиняемся. Если знать их с самого начала, то все становится проще.

– Почему это вообще существует? – крикнула она. – Как такое возможно?

Я лишь пожал плечами.

– Это я сейчас и пытаюсь выяснить.

Гизмо строго и с интересом посмотрел на меня.

– Это семейное? – в голосе Зое снова слышалась паника. – У моей матери это тоже есть? А у брата? Может у него это начаться?

 -Это не наследственное, – сказал Гизмо через плечо и с издевкой добавил, передразнивая Зое: – У брата это тоже начнется? Эй, это не болезнь, ясно?

Зое не спросила, но я понял, о чем она подумала: "Почему именно я?"

Какое-то время мы молчали, в то время как фургон Гизмо мчался по улице.

Зое смотрела на свои голые, изодранные ноги и руки.

– Мои вещи пропали, – жалобно сказала она. – И обувь.

– Привыкай, – последовал сухой ответ Гизмо. – Ты когда нибудь видела кошку в пальто? На тебе конечно не разрывается одежда как на Халке, когда наступает это состояние, но многие срывают одежду с тела, чтобы ничто не мешало бегу. Так что лучше тебе носить одежду без пуговиц. – Он добавил с ухмылкой: – Хотя лучше всего лазать совсем голой.

– Хватит на сегодня! – резко поставил я его на место.

Зое смотрела в окно. Когда появились краны, она сделала глубокий вдох, как будто подбадривая себя. Я нервно огляделся, прежде чем выйти из машины. Ну, что ж, если Морис появится снова, мы по крайней мере были вдвоем. Неправильно – втроем.

Зое немного помедлила. Она выглядела так, как будто хотела мне что-то сказать, но вместо этого просто вышла из машины. Остановилась посреди дороги и посмотрела наверх, на шестой этаж. Казалось, ей стало легче, когда она увидела, что в окнах не было света. Наверное, ее семья уже спала. Гизмо и я смотрели вслед Зое, пока за ней не закрылась дверь.

– Спасибо за такси, – сказал я через какое-то время. – Я твой должник.

– Без проблем, – ответил Гизмо. – Хорошо получилось, да? Ты и я... прямо посреди участка Мориса.

Две пантеры, одна мысль. Я посмотрел на свои новые дешевые часы. Около десяти.

– Да, неплохая возможность осмотреться здесь, – пробормотал я.

Глаза Гизмо сверкнули.

– Тогда чего мы ждем? Пройдем круг вокруг квартала и посмотрим на самом ли деле исчез Шерхан!

Гизмо был нетерпеливее и быстрее меня. Он включил все свои органы чувств и поэтому чуял и слышал лучше меня. Мы прочесали улицы в поисках знаков или отметин в виде царапин на домах. Ни следа. Одна лишь пустота. Ни малейшего запаха в воздухе. Через полчаса мы снова вернулись на прежнее место. Котлован зиял как черная морда с высунутым языком из строительного мусора. Запах гальки, глины с примесью песка, железа... Ничего подозрительного.

 Гизмо перегнулся через строительный забор и посмотрел на краны. Подняв верхнюю губу, он резко втянул воздух ноздрями.

– Чуешь здесь что-нибудь? – спросил я. Гизмо пожал плечами.

Его глаза блеснули как зеркало, когда он повернулся ко мне.

– Не знаю. Но раз уж мы здесь, надо бы осмотреть всю территорию.

– Стройку?

В следующую секунду Гизмо перелез через забор и прыгнул в котлован. Как и все кошки он мягко и уверенно приземлился на землю, а затем снова метнулся вверх. Я видел как он пересек котлован и на другой стороне перепрыгнул через следующий забор, к еще огороженной новостройке. Гизмо двигался так плавно, что казался мало похожим на человека. Я решил, что сегодня достаточно лазил и прыгал, поэтому пошел вокруг стройки.

Гизмо обошел вокруг крана, попробовал залезть несколько метров наверх и огляделся. Я переступил через ограждение и также попытался уловить запах. Порыв ветра донес до меня аромат отстоявшейся дождевой воды. А потом так резко сменил направление, что заскрипели шарниры крана и затрещала утяжеленная камнями куча брезента. У меня голова пошла кругом от того, что я учуял.

– Гизмо! Сюда! – прошипел я. Он прыгнул, поднялся и проскользнул быстро как тень птицы. В следующее мгновение мы кинулись на брезент и спустили вниз камни. Когда я поднял деревяшкой брезент с кучи строительного мусора, то увидел руку. Очередной порыв ветра откинул кусок брезента как одеяло с двусторонней расцветкой: снаружи грязно-белое, изнутри ужасный узор из красно-коричневых пятен. Потрясенные, мы некоторое время смотрели на Мориса, пока нас окутывал запах спекшейся крови.

– По крайней мере, Зое удалось спастись, – сухо подытожил Гизмо. – Он мертв уже несколько дней. Может даже ты видел его последним?

"Может это был ты?" – раздался у меня в ухе голос Рубио. Меня вдруг ужасно затошнило. Тяжело дыша, я попятился назад.

– Маловероятно, – пробурчал Гизмо.

У меня было так сухо во рту, что я едва мог глотать.

– Что? – спросил я слабым голосом, все еще находясь в состоянии шока.

– Ну, что ты его прикончил. Ты ведь об этом думаешь, так? Но тогда с чего ради ты спокойненько похоронил его, а потом как угорелый помчался к мосту, спасаясь бегством?

Он был прав. У меня все еще подгибались коленки, но я облегченно кивнул.

– Думаю, это сделал тот же, кто расправился с Барб, – хрипло выдавил я из себя.

– Я тоже так думаю,– сказал Гизмо и ногой поправил брезент.