355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ник Картер » Американский Шерлок Холмс » Текст книги (страница 4)
Американский Шерлок Холмс
  • Текст добавлен: 4 августа 2019, 23:30

Текст книги "Американский Шерлок Холмс"


Автор книги: Ник Картер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 122 страниц)

Рудольф яростно вскрикнул, выхватил из бокового кармана нож и занес его над беспомощным Диком. Но прежде чем он успел нанести удар, раздался выстрел и меткая пуля из револьвера Патси раздробила руку преступника.

* * *

Диана поняла, что отнекиваться не имеет смысла, и с беззаботным видом созналась во всем.

Она познакомилась с несчастным Файрфильдом только для того, чтобы иметь возможность убить его. Поужинав с ним в ресторане, она, налив ему в вино несколько капель опия, хладнокровно заколола его, когда он крепко спал.

Совершенно хладнокровно она села на электрический стул.

Рудольф бесновался в своей камере, как помешанный и в конце концов разбил себе череп об стену.

Оливетта была судом оправдана, так как ее нельзя было уличить в соучастии.

Дик скоро оправился от впрыскиваний морфия.

Но он изменился. Веселый юноша стал неузнаваем. Он спокойно и сосредоточенно исполнял свои обязанности и стал молчаливым. В день казни Дианы он стал еще более задумчив.

– Я нравился ей, – бормотал он, – не понимаю только, каким образом в таком дивно прекрасном теле могла жить такая преступная душа.

Амазонка

I

Человек неподвижно сидел на берегу небольшого пруда и, затаив дыхание, наблюдал. Это был крупный мужчина со слегка располневшей талией, коротко стриженными волосами и тяжелым, покрытым морщинами лицом. Но как любой из индейцев, живущих в джунглях, он мог часами сидеть терпеливо и тихо. Жили и двигались только его глаза, мгновенно фиксирующие любое колебание в зарослях болотной травы и камыша. Гигантские кузнечики перепрыгивали со стебелька на стебелек, оводы и личинки роились на поверхности воды. Но человек следил за другим замершим существом, приготовившимся к прыжку с листа водяного гиацинта: тяжелые черные крылья его были плотно сложены за спиной, мощные клешнеобразные челюсти венчали восьмидюймовое тело. Человек уже видел этих гигантских жуков в действии, видел, как они легко переламывали карандаш своими сильными челюстями, способными до кости прокусить человеческий палец. Неудивительно, что их называли жуками-титанами; они и были титанами в мире насекомых, уничтожающими жертвы, намного превосходящие их по размерам.

Испарина струйкой сбежала по толстой шее человека, но он не пошевелился. «Вечное пекло, – проворчал он про себя, – вечный проклятый давящий зной, вечный липкий пот». Он так и не привык жаре, хотя уже почти двадцать лет торчал в этом преддверии ада.

Внезапно глаза его сузились: огромная зеленая лягушка с белесым брюхом, пересекая пруд, приближалась к водному гиацинту. Она двигалась короткими рывками, выныривая на поверхность, чтобы ухватить стрекозу или водяную личинку.

Человек наблюдал, как лягушка подплывает все ближе и ближе, жирная, с набитым брюхом, вся поглощенная своим занятием. Она уже достигла водяного гиацинта, на мгновение ушла под воду, затем вынырнула вновь на поверхность и медленно поплыла в зарослях слабо колышущихся листьев. Жук-титан молнией промелькнул в воздухе, словно выстрелив сильными задними ногами. Острые клешнеобразные челюсти вонзились в тело лягушки чуть ниже шеи. Лягушка, почти в три раза превосходящая жука, рванулась было назад. Ее мягкая плоть все еще содрогалась от удара. Погрузившись в воду, она метнулась несколько раз, вновь выпрыгнула из воды, но ей не удалось сбросить с себя противника. От боли лягушка вновь взвилась в воздух, почти преодолев в прыжке расстояние до берега, но похожие на кусачки челюсти гигантского жука вонзились в нее еще глубже.

Все было кончено в одно мгновение; тело лягушки, еще живое, судорожно подергивалось, а жук уже начал кромсать свою жертву.

Мужчина шлепнул себя по колену, издав то ли клич, то ли смех, и сдвинул маленькую шляпу из пальмового листа на затылок. Вот как это будет, – сказал он себе, поднимаясь на ноги и улыбаясь тяжелой жестокой улыбкой. Да, именно так все и будет, повторил он, смахивая испарину с шеи. Как этот жук-титан, он будет только тихо сидеть и ждать. Они обязательно придут, у него есть все основания быть уверенным в этом. Если ЭТО так важно, как он думает, американцы должны появиться с минуты на минуту. Ему остается только ждать, ждать, пока они сами не свалятся ему под ноги. А если они не придут… тогда все теряет смысл, не стоит дней, а может недель ожидания в этих проклятых богом, алчных, всеядных джунглях.

По пути домой, когда он брел, возвращаясь в деревню, на тропинку скользнула ядовитая черно-желтая коралловая змейка. Он плюнул в нее, и она исчезла в спутанных зарослях. Он растер ладонью испарину на лбу, хлопнул на шее мошку, привлеченную запахом пота. Чертова жара, злобно ворчал он. Нигде не было от нее избавления, днем и ночью, в дождливый и сухой сезон – она была всегда. Конечно не следовало бы ударяться в запои, но с другой стороны, пил он чтобы хоть немного забыться от этого угнетающего зноя.

В деревне человек миновал низкие стены старых зданий католической миссии, добрел до маленькой хижины и опустился на верхнюю ступеньку деревянной веранды. Почти мгновенно в полумрак дверного проема возникла женщина с висящими плоскими грудями ниже пояса обернутая в нечто, напоминающее юбку.

– Гин, черт тебя побери, – злобно зарычал мужчина, поднимая тяжелую толстую руку, – ты что, до сих пор не научилась?!

Женщина отпрянула, скрылась в полумраке, в следующе мгновение возникла вновь с бутылкой, заполненной прозрачно жидкостью. Мужчина взял бутылку, следя взглядом, как она возвращается в дом.

…Он купил ее пять лет назад в одном индейском племени. Сейчас он подумывал, не вернуть ли ее обратно. Она стала для него ничем, пустым местом. Он овладел ею прошлой ночью, облегчил себя, но она осталась ничем, бесчувственным телом. Ему не доставляло теперь удовольствия даже бить ее.

Он сделал длинный глоток джина и откинулся назад, лениво думая, не узнал ли об ЭТОМ кто-нибудь еще и не появятся ли другие. Впрочем, это не имело значения, кроме того, что лишний раз подчеркивало всю важность происшедшего. Все они будут беспомощны, как младенцы, здесь, в стране Амапа, они будут брести наощупь как слепые, будут дергаться, словно рыба на крючке. Даже он, Колбен, не мог бы сказать с уверенностью, что он знает джунгли, но он знал их лучше кого бы то ни было, за исключением тех племен, которые каким-то образом умудрялись жить в этих глухих местах, не обозначенных ни на одной карте.

Он облизнул толстые отвисшие губы в предвкушении близкого мига торжества. В конце концов это его единственный шанс, возможность выбраться из этой смердящей адской дыры, иметь деньги, а значит, и все остальное. Он вновь засмеялся грубым резким смехом, вспомнив о жуке-титане и лягушке. Да, ему остается только ждать.

Они придут, и он, Колбен, будет готов к встрече.

В это же время, почти за пять тысяч миль от Колбена, в центре Вашингтона, с таким же волнением ждал другой человек, нетерпеливо глядя в окно на хитросплетение машин и автобусов, мчащихся по площади Дюпона.

«Он должен быть уже здесь, – пробормотал человек, кинув взгляд на большие настенные часы, – где его черти носят».

Человек наклонил угловатое худое тело вперед, всматриваясь в мчащиеся по кольцу автомобили. Его глаза были затемнены стеклами очков в металлической оправе. Сколько часов он уже потерял, пытаясь найти своего главного агента… Дэвид Хоук нетерпеливо перебрасывал незажженную сигару во рту. Он почти застонал, вспомнив, как все произошло. Исчезновение выявилось уже через несколько минут после обычного 12-часового звонка агента в штаб-квартиру. Они сразу же попытались засечь его, перезвонив на квартиру, но там никого не было. Несколько более поздних звонков не внесли никакой ясности, поэтому оставалось только ждать, пока он сам не свяжется с ними. Как бы то ни было, очевидным было только то, что агент Номер 3 находится в Вирджинии, неподалеку от штаб-квартиры. Он выполнял задание, которое на профессиональном жаргоне называлось «охотой на лис». Если он действительно все еще охотился на лис. Хоук простонал снова и тряхнул головой. Его вечно настороженные глаза впились в маленький голубой «триумф», вынырнувший из потока машин. Он увидел высокого красивого мужчину, вышедшего из автомобиля, белокурую головку, потянувшуюся к нему для поцелуя, тонкую руку, машущую вслед. Фигура мужчины с перекинутым через руку твидовым пиджаком удалилась большими уверенными шагами. Хоук провожал ее взглядом до тех пор, пока она не исчезла из его поля зрения. Тогда он вернулся на свое место за столом и стал ждать.

Через минуту мужчина был уже в офисе. В следующее мгновение его ладная мускулистая фигура уже комфортно расположилась в кресле.

– Она настояла, чтобы подвезти меня, – сказал Ник Картер, – кроме того, это ее машина.

– То, что это ее собственность, не вызывает сомнений, – вежливо откликнулся Хоук.

– Верно, – согласился Ник.

– И ее лошадки.

– Тоже верно.

– Возможно, и лисы тоже ее?

– Возможно.

– Как охота? – Серые стальные глаза были непроницаемы.

– Неудачно, – ответил Ник так же бесстрастно, – если Вы говорите о лисе.

– Естественно.

Хоук откинулся назад и впился острым изучающим взглядом в своего главного агента, Ника Картера, официально Номер 3, одного из самых непостижимых людей среди всех, носящих звание «убийца-профессионал». Парадоксально, но это звание давалось тем, кто знает не только, как и когда убивать, но и во имя чего. Номер 3 мог все. Боже правый, он всякий раз доказывал это. Но в то же время это был человек, готовый в любую минуту выкинуть самый немыслимый фокус, и Хоук спрашивал себя, почему все это проявилось не в ком-то другом, а в таком опытном и цивилизованном агенте, как Ник Картер.

Димрест, проведший годы в Замбези, мог бы, конечно, помочь, но он был болен, а все вокруг словно сошли с ума, прося немедленно сделать что-нибудь: армия, ВВС, лаборатория по разработке нового оружия… теперь к этому присоединилась еще и НАСА. Все они навалились разом, не считая тех, кто еще только собирается.

Он посмотрел на Ника, терпеливо ожидающего продолжения разговора.

– Мы кое-что потеряли, – начал он. – И мы знаем, где. Тебе необходимо только найти потерянное и привезти сюда.

Ник улыбнулся. Он уже знал, что когда Хоук выбрасывает шар так небрежно, как бы невзначай, то это значит, что положение крайне неприятное и щекотливое.

– Звучит просто, – откликнулся Ник. – Почему бы не привлечь Главное управление по доставке?

Хоук двинул незажженной сигарой и пропустил эти слова мимо ушей.

– Я хочу сказать, что это не такое уж сложное задание, Номер 3, – начал он снова. – Все просто и непросто, в зависимости от того, как к нему подойти.

– Расскажите мне о той его части, которую Вы назвали «непросто», – улыбаясь, ответил Ник. – Это как раз то, что всегда меня очаровывает больше всего.

Хоук кашлянул, прочищая горло.

– Начну с начала, – произнес он. – Лаборатория по разработке нового оружия создала нечто, имеющее исключительно важное значение для Америки, – электронный мозг, весящий всего два фунта. Его можно приспосабливать почти везде, можно легко перемещать и проделывать с его помощью работу, требующую усилий нескольких громоздких компьютеров. В данный момент он может перевернуть весь принцип противоракетной обороны. Как ты знаешь, такая защита сейчас основывается, в первую очередь, на принципе теплочувствительности; при этом система противоракетной обороны улавливает тепло от ракеты противника. Этот же электронный мозг будет более действенным и эффективным, более гибким: он не будет зависеть от теплочувствительности, которую можно замаскировать или исказить помехами, так как основан на молниеносном расчете курса вторгшейся ракеты противника.

Ник вздернул бровь, давая понять, что оценил устройство.

– Такую вещь вряд ли можно потерять, – прокомментировал он.

– Вряд ли, – согласился Хоук. – Она и не была потеряна. Электронный мозг находился на борту самолета, где проходил испытания на влияние разницы температур в различных точках планеты. После завершения первой серии испытаний самолет взял курс на Антарктиду и полетел над Южной Америкой. В это время и поступил этот бредовый сигнал бедствия от пилота. Что-то вдруг случилось, мы точно не знаем, что именно. Пилоту удалось только передать, что он бросил электронный мозг на парашюте, и дать точные координаты места падения. Затем самолет взорвался, и на этом все. Он сбросил электронный мозг над бразильской территорией Амапа.

Ник нахмурился на мгновение, вспоминая.

– Амапа, – произнес он задумчиво. – Это к северу от дельты Амазонки. Вполне вероятно, что это одно из самых влажных мест в мире, территория, совершенно не исследованная и нигде не обозначенная.

– Верно, – отозвался Хоук. – По грубой прикидке это сотня миль к северу от экватора. – Он встал, потянул из ящика вниз большую карту, и она бесшумно опустилась, как экран в кинотеатре.

– Это где-то здесь, – сказал он, обводя маленький квадратный участок на карте. – Ближайший населенный пункт – Серра-ду-Навиу, городок, обозначающий начало участка. Вокруг него джунгли, куда отважились зайти только несколько человек, но никто из них не вернулся обратно.

– Я улавливаю суть, – ответил Ник. – Но имеет смысл все-таки провести тщательные поиски, даже в самых влажных непроходимых джунглях, тем более, что есть довольно точные координаты места падения.

– О да, с этим все в порядке, – сказал Хоук, возвращая карту, на место.

– Но у нас есть еще кое-что. Как ты знаешь, в этой игре несколько действительно важных секретов. Русские знают, что мы проводим какие-то таинственные испытания, и догадываются о том, что бы это могло быть. То, что они «вели» наш самолет и то, что они слышали переданную пилотом информацию, сомнений не вызывает. Можешь быть уверен, они пошлют команду на поиски электронного мозга. По нашим данным, наш самолет могли «вести» также и китайцы. Тебе предстоит не только найти его, но при этом и опередить всех. И конечно, не дать ему попасть в чужие руки. С помощью этой штуки мы вырвемся лет на десять вперед.

– Похоже на охоту за падалью, к тому же в компании с настоящими падальщиками, – подумал вслух Ник. – Если эти джунгли не убьют нас, мы убьем друг друга.

– У нас есть для тебя сюрприз, Номер 3, – сказал Хоук. – У нас есть проводник, знающий эти джунгли. Такого не будет ни у кого. Тебе надо встретиться с отцом Остином в католической миссии Серра-ду-Навиу. Несколько лет назад вождь одного индейского племени принес в миссию свою маленькую дочь. Она была при смерти, но отец Остин вылечил ее пенициллином и другими современными чудодейственными препаратами. Через отца Остина мы договорились, что дочь вождя будет твоим проводником. Старый вождь, очевидно, все эти годы ждал момента, чтобы вернуть долг отцу Остину.

– Спасибо, но лучше опустить этот вопрос, – ответил Ник.

– Почему? – ощетинился Хоук. – У нас есть возможность создать определенное преимущество для тебя!

– Преимущество?! – Ник начал перечислять: – Играть в сопливую няньку с какой-то грязной чучелообразной туземкой, у которой дырка в губе, на птичьем английском?! Или, еще лучше, на языке жестов?! Это дополнительная обуза, а не преимущество! Я просто сплю и вижу, как мне придется ждать ее, пока она вызывает дух джунглей, чтобы посоветоваться с ним, или как она бежит при звуке выстрела моей «Вильгельмины», а я пытаюсь ее вернуть. Нет уж, спасибо, но я сам найду себе проводника.

– Я советую тебе, Номер 3, все-таки связаться с отцом Остином и действовать по плану, – холодно отчеканил Хоук. Ник ухмыльнулся, представив, что может означать «совет», данный таким тоном.

– Да, сэр, – сказал он. – Все будет так, как Вы хотите, всяком случае, сначала.

– Я связался с Лабораторией спецэкипировки, – произнес Хоук, вставая. – Конечно, у Стюарта было немного времени, чтобы подготовить все для тебя. Но я хочу убедиться, что хотя бы в плане экипировки с тобой не возникнет сложностей.

Ник проследовал за шефом мимо закрытых дверей по длинному коридору, в конце которого была комната, где их уже ждал начальник Лаборатории спецэкипировки. Он кивнул Нику с серьезной миной. Конечно, особые устройства, поставляемые лабораторией, много раз уже помогали Нику в экстремальных ситуациях, но он никогда не мог удержаться, чтобы не поддразнить коллег, особенно Стюарта: уж слишком они были непреклонны и чертовски серьезны.

– У нас действительно мало что есть для тебя, старина, – начал Стюарт. – Мы не знаем, с чем ты столкнешься. Это не тот случай, когда надо подготовить для тебя эффектный выход из игры.

– Сойдемся на склянке с противомоскитной жидкостью, – весело сказал Ник, – или на средстве от паразитной гнили на случай, если я вдруг решу остаться в джунглях.

Хоук бросил на него суровый взгляд, и Ник осекся. Стюарт протянул Нику красивый белый сафари-жакет.

– Специального назначения, – с гордостью произнес он, – водонепроницаемый, к тому же почти невесомый. В левом его кармане несколько предметов, похожих на хлопушки. Это очень сильные вещества. Если их взорвать в воздухе, насекомые получат сильнейшее раздражение и предпочтут тотчас же убраться подальше. С правой стороны лежит пакет для оказания первой помощи. Это в основном противоядия и иголки для инъекций. Ну и, конечно, у нас есть для тебя первоклассные ружья и веревки… и, боюсь, на этом все.

– Давай перейдем быстрее к действительно важному, Стюарт, жестко бросил Хоук, – я думаю, Ник уже знаком с системой возвращения Фултона?

Ник кивнул. Первоначально система Фултона использовалась ВВС для спасения приземлившихся в джунглях или в лесистой местности людей. В основном она практиковалась во Вьетнаме. Затем ее приспособили для подъема сброшенных тюков и оборудования. У приземлившегося пилота или уже был, или же ему дополнительно сбрасывался особый шар с длинными шнурами, наполняемый гелием. Шар поднимал его вверх, где его подбирал самолет-спасатель НС-130. Самолет НС-130 имел особый, похожий на ножницы нос, состоящий из двух стрел, которые расходились, когда надо было зацепить шнуры, прикрепленные к объекту. Как только шнуры зацеплялись, стрелы соединялись и, вращаясь, наматывали объект. Стюарт протянул Нику небольшой квадратный пластиковый пакет с петлей на конце.

– Здесь самонадувной гелиевый шар со шнурами, – объяснил он, – а также маленький транзисторный передатчик. Он настроен на необходимую частоту, так что ты сможешь передать нам сообщение тотчас же, как найдешь электронный мозг.

Хоук вмешался, говоря быстро, жестко, подчеркивая каждую деталь спецснаряжения, включая и систему Фултона. Ник улыбнулся. «Неплохо», – подумал он. Если на финише придется действительно так туго, то в конце концов он сможет спасти хотя бы электронный мозг. Ему самому в этом случае система пользы уже не принесет, и тогда – Ник это осознавал – он не сможет вернуться никогда. Он так и останется там, высоко ценимым, признанным, но – увы – навсегда вне игры.

Как только Ник уложил ружья в ручные кейсы, Хоук закончил небольшой инструктаж.

– Собери все необходимое, – сказал он, – самолет ВВС доставит тебя на небольшой аэродром близ Макапы. Оттуда ты доберешься на джипе до Серра-ду-Навиу. А дальше – сам. Удачи тебе, Номер 3.

– Спасибо, сэр, – ответил было Ник и тут же решил воспользоваться искренней теплотой этой минуты. – Дочь старого вождя остается в плане?

– Свяжись с отцом Остином, как запланировано, – взгляд Хоука тут же стал ледяным. Когда он становится таким, с ним бесполезно спорить – Ник знал это. И отступил вновь.

– Будет сделано, сэр, – сказал он, уже направляясь к лифту.

II

Было уже позднее утро, когда Ник добрался до Серра-ду-Навиу, а солнце еще не прожгло плотный туман, тяжелой белой пеленой накрывший джунгли сверху. Сам городишко, по которому Ник медленно шел, напоминал насыщенный влагой оазис, вырубленный в джунглях, последний аванпост на дороге в никуда: это был не столько городишко, но более всего вызов, брошенный тропикам. Главная улица была широкой и немощеной, по обеим сторонам ее громоздилась целая коллекция деревянных строений различной степени обветшалости. Свиньи, гуси, полуголые амазонские индейцы и орды голых ребятишек образовали беспорядочно движущуюся вдоль улицы массу. Ник рассматривал все строения, пытаясь найти среди них гостиницу. К его удивлению, на ней была вывеска. И тут же он увидел, что является далеко не единственным гостем, прибывшим в Серра-ду-Навиу. В глубине облезлого, линялого холла стояла группа – Ник быстро сосчитал – из шести человек. Плотные, квадратные мужчины, стриженые «под ежик», в белых рубашках и широких брюках – все они несли печать матушки-России. Ник снова пересчитал их и улыбнулся про себя. Обычный экспедиционный корпус. Они завязнут в первом же болоте со всеми своими продовольственными припасами, подумал он.

Портье за стойкой оказался пожилым мужчиной с усталыми глазами, со следами когда-то прямой горделивой выправки.

Экс-колонизатор, резюмировал про себя Ник, доживающий здесь остаток жизни в вечном страхе столкнуться лицом к лицу с новым, чуждым ему миром.

– Много работы? – спросил Ник, регистрируясь.

– Точно так, – ответил клерк. – Группа минералогов. Кажется, русские. И еще группа китайских геологов, прибывшая ночью накануне. Удивительно.

– Минералоги и геологи? – Ник уже не мог сдержать широкой улыбки. – Что бы это могло означать?

– А Вы, сэр? – осмелился, наконец, старик.

– Я? Я только заберу посылку отсюда, – ответил Ник и заметил, что сбитый с толку старик неодобрительно смотрит ему вслед.

…Он медленно шел по улице, стараясь отыскать здание католической миссии и вдруг почувствовал, что за ним следят. Звериное чутье, составляющее одно целое со всеми остальными его чувствами, заставило сразу насторожиться. Он обернулся, пытаясь определить источник этой тревоги, и увидел мужчину, стоящего на ступеньках деревянной хижины, а точнее, жалкой лачуги. В ответ на пронзительный взгляд мужчины Ник окинул его холодным взглядом. Это был крупный сильный мужчина, его руки напоминали низкорослые деревья, лицо от постоянного потребления джина навсегда приобрело красный оттенок, а маленькие глазки были холодны и пронзительны. Они удивительно сочетались с неподвижным жестким ртом. Ник заметил едва различимую вывеску на лачуге позади мужчины:

ШКУРЫ – ПРОВОДНИК – ТОРГОВЛЯ

Х. КОЛБЕН

Жадный взгляд мужчины означал более чем любопытство по отношению к пришельцу. Нику доводилось встречаться с таким типом людей: в основном это были дезертиры, беглецы, скрывающиеся от всего мира, люди, живущие только там, где никто не задает вопросов и не ждет ответов.

Ник продолжал идти, всеми чувствами ощущая присутствие опасности, необъяснимой, непонятной и безотчетной, но – несомненной. Вновь в нем заговорил этот инстинкт, эта способность увидеть опасность до того, как она проявит себя, чутье, выручавшее его не раз в прошлом. Он остановился перед индианкой, толстой и приземистой; ее висячие груди подрагивали всякий раз, как она усаживалась за уличный лоток для фруктов. Полуобернувшись, он снова быстро посмотрел на мужчину по имени Колбен и увидел, что к нему уже присоединился другой, черноволосый, темнокожий, с огромным носом. Этот второй тоже наблюдал за Ником, в то время как Колбен что-то тихо говорил ему. Ник отвернулся и пошел дальше – живой предмет обсуждения – вдоль длинной низкой стены, окружающей здания миссии. В конце оштукатуренной стены оказалась крошечная калитка под аркой; Ник толкнул ее и очутился в маленьком прохладном саду.

Перед ним за выложенной гравием аллеей возвышалось главное здание миссии, затем дорожка круто сворачивала и исчезала позади дома, где был разбит небольшой цветник. Помимо этого большого дома здесь находилось еще и деревянное строение поменьше, на площадке перед которым играли ребятишки. Два одетых в белые рясы священника стояли среди детей, наблюдая за ними, а седоволосая женщина сверялась с именами по списку. Очевидно, при миссии была также и школа, в которой работали миссионеры.

По гравиевой аллейке Ник подошел к дверям главного здания. Внутри его оказался большой прохладный вестибюль, конец которого занимала старинная тяжелая деревянная кафедра. На кафедре сидела, взгромоздившись на нее сверху, девушка и лениво просматривала журнал. Она подняла глаза, приветствуя вошедшего, и Ник остолбенел, как при виде чего-то неожиданно прекрасного. Его поразили ее глаза: глубокие, темные озерца, ласковые и зовущие. Кожа девушки нежного рыжевато-коричневого цвета имела слегка розовый оттенок, придававший ей особую теплоту и трепетность. На ней было короткое платье-блузон нежно-розового цвета, и Ник окинул быстрым взглядом ее ноги, длинные, с тонко очерченными икрами. Она соскользнула с кафедры, и он смог теперь разглядеть ее всю, стройную, с узкой талией, высокой грудью, упруго натягивающей розовое платье. Волосы девушки, струящиеся блестящим черным потоком, были закручены на затылке и открывали длинную грациозную шейку. Чертовски хороша, заключил Ник. Здесь, в Серра-ду-Навиу, она казалась бриллиантом в луже грязи.

– Могу ли я Вам чем-нибудь помочь? – произнесла она живым и звонким голосом с милой отрывистой интонацией английской школьницы. «Возможно, она одна из учительниц в миссионерской школе», – подумал Ник и ощутил горячее желание стать снова учеником.

– Мне надо увидеть отца Остина, – сказал он. Глубокие жидкие озерца тепло засветились.

– Могу ли я спросить, кто вы? – вежливо откликнулась она.

– Ник Картер, – ответил он, и ему показалось, что ее взгляд стал жестче.

– Первая дверь вниз по коридору, – ответила она своим чудным голоском.

Ник пошел в указанном направлении и, дойдя до открытой двери, оглянулся: она как ни в чем не бывало сидела на своем месте и продолжала лениво листать журнал.

– Войдите, мистер Картер, – позвал чей-то голос, и Ник вошел в маленькую комнатку, чуть больше кельи. Но его натренированный взгляд сразу отметил книжный шкаф, небольшой рабочий столик, стул и книги, в беспорядке разбросанные повсюду, даже поверх койки, стоящей у стены. Его приветствовал священник в белой рясе.

– Никакого чуда, мистер Картер, – произнес он. – Просто здесь хорошо слышны все голоса в вестибюле. Я ждал вас. Ваши соперники уже прибыли и с минуты на минуту отправятся в джунгли.

– Знаю, я их видел, – ответил Ник. – Во всяком случае я видел русскую команду. Слишком много и их самих, и багажа. Я же хочу идти налегке – один.

– И ваш проводник, – сказал отец Остин. – Она будет вашим главным преимуществом над соперниками, но даже с ней это рискованное дело. Вы можете не выбраться, еще меньше шансов у вас найти электронное устройство.

– Я вижу, мой шеф уже был на связи с вами, – проворчал Ник. Вот и доверяй старой лисе. Хоук всегда исходил из убеждения, что Ник сможет очаровать и заворожить даже кобру, и не оставил ему ни малейшего шанса.

– Да, – продолжал отец Остин. – Он изложил мне ваши взгляды и попросил напомнить вам инструкции.

– В таком случае у меня нет возможности отделаться от нее, уныло произнес Ник. – Но если она убежит от меня, когда мы двинемся в джунгли, то я за нее не отвечаю. Я полагаю, с ней можно общаться? Хотя бы на птичьем английском?

– Она не убежит, – ответил священник. – Она согласилась на это только из чувства долга перед своим отцом и соплеменниками. Но мне кажется странным, что вы сомневаетесь в ее знании английского, ведь вы уже общались с ней.

Священник тонко, многозначительно улыбнулся, а в его глазах заплясал смешок. Ник почувствовал, что у него отваливается челюсть.

– Вы смеетесь надо мной, – сказал он.

– Вовсе нет, – ответил отец Остин, – поднимаясь и направляясь к двери. – Тарита, – позвал он, – зайди сюда, пожалуйста.

Вошла девушка, красиво выгибая длинные ноги, скользя гибко, как ивовый прутик. У Ника вырвался глубокий вздох, когда отец Остин представил ее.

– Знакомьтесь, это Тарита, – произнес священник. Ник глянул в ее бездонные карие глаза, в которых теперь плескался огонь. Она улыбнулась, но в ее безупречном выговоре сквозил лед:

– Глубоко сожалею, что так разочаровала вас, мистер Картер.

Ник нахмурился:

– Я не уверен, что понимаю вас.

– Я имею ввиду, что не обладаю дыркой в губе, комками грязи, очаровательным птичьим английским.

– Теперь понял, – Ник поморщился.

– Возможно, с птичьим английским у меня что-нибудь получится, – ласково сказала она. – Ты, большой малый, джунгли долга-долга уходить. Уже лучше, мистер Картер?

– Думаю, я действительно большой глупый малый, – усмехнулся Ник. Огонь в бездонных глазах выплеснулся, и она разразилась смехом, который, казалось, осветил всю комнату.

– Приношу свои извинения, – сказал Ник. – По правде говоря, вы совершенно не соответствуете тому образу, который мне нарисовали.

– Ник прав, – вмешался отец Остин. – Было бы нечестно не накачать его сполна. Но, конечно же, Тарита вряд ли является обыкновенной рядовой дочерью вождя племени. Возможно, она и не была бы таковой никогда. Видите ли, после своего выздоровления она показала такие способности и ум, что мы отправили ее учиться в Швейцарию, где она получила образование и воспитание. Сюда же она возвращается только чтобы провести каникулы со своими соплеменниками.

Слушая священника, Ник все время ощущал на себе пристальный взгляд девушки. Он посмотрел на нее. Их взгляды встретились, и он прочел удовлетворение в ее глазах.

– Продукт двух миров, – сказал он. – Тарита. Прекрасное имя.

– Спасибо, – она таинственно улыбнулась. – Это только одно из моих имен. Добрые сестры из школы Сент-Мишель в Лозанне дали мне сразу по прибытии христианское имя Тереза. Теперь меня нигде, кроме Амазонки, не называют по имени Тарита. Но я люблю их оба.

– Я буду называть вас Таритой, – сказал Ник. – По крайней мере, здесь это имя более уместно.

– Вы, конечно, останетесь с нами ужинать и спать, – произнес отец Остин. – Здесь вы сможете без помех поговорить с Таритой и обсудить ваши дальнейшие действия.

– Я не хочу причинять вам беспокойства, – пояснил Ник. – Кроме того, я уже снял комнату в отеле.

– Этой хибаре? – фыркнул отец Остин. – Выпишитесь из нее. У нас много комнат. – Он коротко вздохнул и пояснил:

– Комнаты, как видите, небольшие, но превосходно оснащенные; кроме того, у нас вы найдете одно значительное преимущество, – он указал на длинный сифон с сельтерской водой. – Такая бутылка стоит и каждой комнате. В этой сумасшедшей жаре может взбодрить только вода с газом. К тому же она безопасна, в ней нет примесей, загрязняющих всю здешнюю воду. И, конечно же, ее всегда можно с чем-нибудь смешать.

– Вы убедили меня, отец, – ответил Ник. – Я вернусь в отель и соберу вещи – их не так много.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю