Текст книги "Личный лекарь вражеского генерала (СИ)"
Автор книги: Настя Ильина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)
Глава 34
Лагерь генерала Севера встретил нас запахом дыма, металла и крови. Раненые лежали прямо на земле, перевязанные кое-как, и их стоны смешивались с криками лекарей, мечущихся между телами. Я сжала зубы, заставляя себя не смотреть по сторонам, но сердце разрывалось от каждого звука.
Юй Чжао стоял у шатра, отдавая приказы. При нашем приближении он обернулся – и я увидела, как его лицо исказилось яростью. Взгляд, метнувшийся к Линь Яню, был полон такой ненависти, что я невольно шагнула вперёд, заслоняя собой генерала.
– Таков и был ваш план, генерал Линь? – голос Юй Чжао звенел сталью. – Усыпить нашу бдительность мирными переговорами, а потом напасть? Сколько ваших людей уже перешли границу? Сколько мирных жителей погибло, пока вы изображали доброго посланника?
– Я не знал, – голос Линь Яня был спокоен, но я чувствовала, как дрожит его рука, сжимающая мою. – Клянусь, я не знал.
– Не знал? – Юй Чжао шагнул вперёд, и я увидела, как его пальцы сжались на рукояти меча. – Ты генерал Даяо! Ты принц! Как ты мог не знать, что твой брат задумал?
– Так же, как ты не знал, что твоя наложница – демоница, посланная уничтожить тебя! – выкрикнула я, выступая вперёд. – Предательство бьёт больнее всего, когда приходит от тех, кому доверяешь!
Юй Чжао замер. Его глаза расширились, вглядываясь в моё лицо – лицо незнакомого парня со шрамом.
– Сяомин? – выдохнул он, узнавая. – Ты... зачем ты здесь? Зачем ты с ним?
– Я с ним, потому что он не виноват! – я сжала кулаки, чувствуя, как к горлу подступают слёзы. Раненые, крики, кровь – всё это было так похоже на тот кошмар, из которого я выбралась. – Его брат, король Даяо, приказал убить его в горах. Когда не вышло, использовал его как прикрытие, отправил сюда послов, чтобы усыпить нашу бдительность. Линь Янь не знал! Он так же, как и мы, жертва этого безумия!
– Не заступайся за него, Сяомин! – голос Юй Чжао сорвался, и я увидела в его глазах ту же боль, что терзала меня когда-то. – Даяо всегда были хитры! В прошлой жизни они подослали мне ведьму, которая разрушила мой брак, подчинила мою волю, заставила... – он запнулся, сглатывая ком. – Заставила меня убить тебя. Убить собственного ребёнка! А теперь они снова здесь, снова несут смерть, и ты хочешь, чтобы я верил ему?
Линь Янь молчал. Не оправдывался, не защищался – просто стоял, глядя на Юй Чжао с той же болью, что и я. Он понимал. Понимал эту ненависть, эту ярость, это желание найти виноватого.
– Не все в Даяо хотят войны! – крикнула я, чувствуя, как срывается голос. – Его хотели убить свои же! Он рисковал жизнью, чтобы спасти соль и не дать разгореться конфликту! Он...
– Я поеду на поле боя, – перебил Линь Янь, выступая вперёд. Голос его был твёрд, хотя я видела, как побелели костяшки сжатых кулаков. – Если это моё войско, то я смогу остановлю их. Если же сюда пришла южная армия, то я приведу своих людей, и мы будем сражаться на вашей стороне, если потребуется.
Юй Чжао смотрел на него с недоверием. Слишком много ран оставила прошлая жизнь, слишком глубоко залегла в его душу ненависть к Даяо. Генерал жалел, что когда-то поверил Лиджуан. И теперь наверняка считал, что повторяет свою ошибку.
– Я не верю тебе, – выдохнул он. – Как я могу верить?
Я шагнула, вставая между ними, чувствуя, как сердце разрывается от невозможности выбора. Два мужчины, которых я любила по-разному. Две судьбы, переплетённые болью и кровью. Они должны были стать врагами, но могли стать союзниками, если бы...
– А-Тан! – я обернулась к брату, всё это время стоявшему в стороне. – Останься с генералом Юй. Помоги здесь, с ранеными, с организацией. Но в пекло не лезь, слышишь?
– Сяомин, что ты задумала? – Тан-эр шагнул ко мне, но я уже повернулась к Линь Яню.
– Мы едем к твоим ребятам. Вдвоём.
– Нет! – выдохнули одновременно Юй Чжао и Тан-эр.
– Сяомин, это безумие! – генерал Севера схватил меня за руку, что не ускользнуло от ревностного взгляда моего возлюбленного. – Если это ловушка, если он...
– Если бы он хотел меня убить, то уже давно сделал это! – я вырвала руку, глядя ему прямо в глаза. – Я не позволю этой войне продолжаться. Слышишь? Не позволю!
– Оставь её, Юй Чжао. Теперь Сяомин моя невеста. Она сама может решать, как поступить. Я никому не позволю навредить ей, даже если придётся поднести меч к горлу собственного брата и стать предателем родного королевства, – вступился Линь Янь.
Юй Чжао колебался. Я видела эту борьбу в его глазах – между ненавистью и доверием, между прошлым и настоящим.
– Дай нам отдохнувших лошадей, Чжао-эр, – попросила я тихо. – Пожалуйста.
Мужчина очень долго смотрел на меня, молчаливо пожёвывая губами. Потом кивнул – резко, отрывисто, словно прикладывая для этого все силы, произнёс:
– Дам. Но если ты не вернёшься, Сяомин... если с тобой что-то случится... Я спалю Даяо, уничтожу каждого жителя... и мне всё равно – мирные они или нет.
– Я вернусь, – пообещала я. – Мы вернёмся.
Через несколько минут мы уже мчались на отдохнувших скакунах, оставляя позади лагерь, полный боли и страданий. Ветер свистел в ушах, срывал капюшон, трепал волосы, выбившиеся из пучка. Линь Янь скакал рядом, и я видела, как напряжено его лицо, как сжаты губы.
– Спасибо, – выдохнул он, не оборачиваясь. – За то, что веришь мне и поддерживаешь. Из-за предательства моего брата ты могла отвернуться от меня, но не сделала этого...
– Я всегда буду верить тебе, – ответила я. – Решения твоего брата тебя никак не касаются. Это груз его вины, не твоей.
Поле боя открылось перед нами внезапно – холм, за которым клубилась пыль, звенела сталь, кричали люди. Линь Янь осадил коня, вглядываясь в знамёна.
– Это мои, – выдохнул он с облегчением. – Слава богам.
Он пришпорил коня, я поспешила сделать тоже самое. Мы летели вниз по склону, и я видела, как воины оборачиваются, как узнают своего генерала, как опускают мечи в недоумении.
– Остановитесь! – голос Линь Яня прозвенел над полем, заглушая шум битвы. – Все остановитесь! Сейчас же!
Воины замерли. Те, кто был ближе, опустили оружие, глядя на своего командующего с изумлением. И тут я увидела Ли Сана – он выехал вперёд, забрызганный кровью, с безумными глазами.
– А-Янь? – голос его дрожал. – Ты... ты жив? Боги, ты жив!
– Ли Сан, что здесь происходит? – Линь Янь спрыгнул с коня, шагнул к нему. – Почему вы напали?
– Нам сказали... – Ли Сан сглотнул, и я увидела, как по его щеке течёт слеза, смешиваясь с кровью. – Нам сказали, что тебя убили в Цзинь. Что посланников убили, что соль украли, что император объявил войну. Мы... мы пришли мстить, А-Янь. За тебя.
Линь Янь закрыл глаза на мгновение. Я видела, как дрогнули его плечи, как сжались кулаки. Потом он выдохнул – долго, мучительно – и заговорил:
– Это ложь. Всё ложь. Король... мой брат... он всё подстроил. Мирные переговоры были прикрытием, чтобы напасть, когда Цзинь меньше всего этого ждёт и готовится к свадьбе. Он хотел войны. С самого начала хотел.
– Но... – Ли Сан смотрел на своего генерала, не веря. – Зачем? Зачем ему это?
– Не знаю. – Линь Янь покачал головой. – Может, сошёл с ума от власти. Может, кто-то внушил ему эту мысль. Неважно. Важно другое – мы не можем продолжать это безумие. Цзинь сильна. Мы не победим. Будет только бессмысленное кровопролитие. Тысячи смертей. Ради чего?
Ли Сан молчал. Воины за его спиной молчали. Тишина повисла над полем, тяжёлая, как надгробная плита.
– Сворачивай войска, А-Сан, – приказал Линь Янь. – Возвращайся в лагерь. Я поеду во дворец.
– Во дворец? – Ли Сан дёрнулся. – А-Янь, ты с ума сошёл? Король... он же...
– Знаю. – Линь Янь поднял руку, останавливая его. – Но кто-то должен поговорить с ним. Кто-то должен попытаться остановить это, пока не стало слишком поздно.
– Я поеду с тобой, – выдохнула я, спешиваясь.
– Сяомин, нет. – Он шагнул ко мне, сжал мои плечи. – Во дворце опасно. Меня там могут...
– Затем и еду, – перебила я, глядя ему в глаза. – Там может понадобиться лекарь. Или воин. Или просто тот, кто будет рядом. Я не оставлю тебя, Янь-Янь. Никогда.
Он смотрел на меня долго, очень долго. Потом притянул к себе, прижал к груди так крепко, что, казалось, хрустнут рёбра.
– Безрассудная, – прошептал он в мои волосы. – Самая безрассудная девушка во всех землях.
– Знаю, – улыбнулась я сквозь слёзы. – Но ты любишь меня именно такой.
– Люблю, – выдохнул он. – Больше жизни.
Ли Сан кашлянул, деликатно отворачиваясь, и я услышала, как он отдаёт приказы воинам. Бой прекратился. Пока – только здесь, только на этом участке. Но самая главная битва ожидала нас впереди... Его Величество вряд ли так просто отступится от своей идеи разгромить Цзинь. Кто внушил ему уверенность, что он сумеет сделать это?
– Ты уверена? – спросил Линь Янь, отстраняясь и заглядывая мне в глаза. – Уверена, что хочешь поехать со мной во дворец? Это может быть дорогой в один конец.
– Знаю, но если всё так, то мы встретим этот конец вместе и точно будем знать, что сделали всё возможное, чтобы добиться мира между двумя государствами. У нас нет иного выхода, Янь-эр...
Конечно, я боялась... Любой человек боялся бы на моём месте. Я представляла, что случится самое плохое, что маме будет тяжело справиться с этой ужасной новостью. Но такова жизнь – никогда не знаешь, в какой именно момент закончится твоё спокойствие.
Снова забравшись на коней, мы ещё раз окинули взглядом поле боя, пропитанную кровью землю. Как же сильно я хотела предотвратить эту бессмысленную резню... как сильно мечтала об этом, но не получилось.
– Генерал, может пойти войском на дворец? Если король действительно сошёл с ума...
– Нет, – холодно отрезал Линь Янь, перебивая своего преданного брата по оружию. – Ли Сан, это воспримут как мятеж. Я не могу рисковать своими людьми. Мы должны быть осторожны.
Ли Сан молчаливо поджал губы. Я видела, как ему тяжело давались следующие слова: – Братья, возвращаемся в лагерь! Приказ генерала.
Воины тяжело вздыхали, возмущённо перешёптывались, явно желая сопровождать Линь Яня ко двору, но ослушаться его приказа не могли.
– Пора, – кивнул мой генерал, и мы пришпорили коней, ведь впереди ожидала долгая дорога. Дорога ко двору, пропитанному ядовитыми интригами и заговорами.
Мне хотелось верить, что наследник сумеет помочь изнутри. Он точно станет достойным правителем Даяо, который приведёт своё королевство к миру и процветанию, и мы могли помочь ему взойти на престол. Пусть раньше положенного, но он мудр не по годам. Этот подросток способен на большее, чем его глупый отец. Я вспомнила осознанный взгляд кронпринца, вспомнила, как он защищал меня, узнав, что я не просто девушка, а даос. Не разозлился и не велел казнить, а помог бежать. И предупредил о происходящем во дворце, отправив пусть и запоздалое письмо. Уверенность, что он станет идеальным правителем, крепчала, а я радовалась, что однажды сумела спасти ему жизнь.
Глава 35
Кони едва держались на ногах, когда мы въехали в небольшое поселение, находившееся на половине пути ко дворцу. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона – предвестник тяжёлого дня, а может, и тяжёлых времён. Линь Янь огляделся, принимая решение.
– Остановимся здесь. Дальше ехать нельзя – загоним лошадей, да и сами свалимся с седел. Нам нужно отдохнуть, ведь неизвестно, с чем придётся столкнуться во дворце.
Я кивнула, чувствуя, как каждая мышца тела ноет от усталости. Мы мчались без остановки с самого утра, остановившись ненадолго лишь в лагере Юй Чжао. Тело превратилось в один сплошной комок боли, но мысль о том, что впереди ждёт встреча с королём, не позволяла расслабиться. Покосившись на своего генерала, я почувствовала, что ему ещё хуже моего. Он толком не оправился от ранения, но уже успел столкнуться с разбойниками, которые «украли» соль. Он нуждался в отдыхе больше моего.
Постоялый двор выглядел скромно, но опрятно. Хозяйка – дородная женщина с яркими синими глазами и цепким взглядом – встретила нас у порога.
– Добро пожаловать, путники. Вам нужна комната?
– Да, – Линь Янь шагнул вперёд, доставая кошель. – Две, если можно.
Хозяйка покачала головой, разводя руками:
– Простите, господин, но у нас только одна свободная комната. Ярмарка в соседнем городе, все постоялые дворы забиты. Если хотите, могу постелить в общем зале...
– Поищите ещё, – Линь Янь нахмурился. – Мы заплатим вдвойне, втройне, только...
Он боялся оставаться со мной наедине в одних покоях? Эта мысль заставила меня негромко хохотнуть. Мой генерал такой благородный мужчина... Уж не думал ли он, что в столь опасные времена я позволю ему оставаться где-то в одиночку? Нам нельзя было разделяться... к тому же – я слишком соскучилась по нему, чтобы сейчас отпускать от себя.
– Братец Янь, – я шагнула вперёд, пряча усмешку. – Мы не первый раз будем делить одну комнату на двоих. Чего засмущался? Или боишься, что братик Бао займёт всю кровать и будет слишком громко храпеть тебе под ушко?
Хозяйка прыснула в кулак, старательно пряча улыбку.
– И то верно, господин. Друзья – они и есть друзья. Нечего церемониться. А если этот парнишка ваш слуга, так только скажите, в покоях для слуг я найду ему укромный уголок.
Линь Янь бросил на меня быстрый взгляд – в нём смешались укор, нежность и что-то ещё, тёмное и глубокое, от чего у меня перехватило дыхание. Но он лишь покачал головой и кивнул:
– Ладно. Одну так одну.
Комната оказалась небольшой, но чистой. Широкая кровать, стол у окна, пара табуретов. Линь Янь закрыл дверь и прислонился к ней спиной, глядя на меня. Я уже стянула плащ, поправляя сбившуюся повязку на груди – маскировка требовала постоянного внимания.
– Сяомин, – голос его звучал хрипло, низко.
– М? – я обернулась, встречаясь с ним взглядом.
Генерал сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Остановился в шаге от меня, глядя сверху вниз.
– Рядом с тобой я теряю контроль, – произнёс он тихо. – С каждым разом всё труднее сдерживать желание обладать тобой. Сделать своей. По-настоящему. Понимаю, что сейчас должен думать совсем о другом, но вижу тебя, и всю выдержку теряю.
Щёки вспыхнули огнём. Я опустила глаза, но тут же заставила себя поднять их – я не трусиха, в конце концов.
– Янь-эр, сейчас рядом с тобой Сяо Бао. Странствующий лекарь. Ты не можешь воспринимать меня как свою женщину. Разве я не похожа на того паренька, что однажды спас тебе жизнь? Совсем?
Я надула губки, строя обиженное выражение лица. Янь-Янь усмехнулся – горько, нежно, отчаянно.
– Не могу ли я представлять рядом с собой странствующего лекаря? Глупая. Ты в любом обличии – моя Сяомин. Моя невеста. – Он шагнул ещё ближе, и я упёрлась спиной в стену. – Хотя после всего, что сделал мой брат... после того, как он предал всех... я не знаю, захочет ли император Цзинь отдавать тебя за меня. Помолвка может быть расторгнута.
– Не говори так, – я положила ладони ему на грудь, чувствуя, как бешено колотится сердце под моими пальцами. – Император поймёт. Ты не виноват в том, что сделал твой брат. И мы остановим его. Вместе.
Линь Янь закрыл глаза, прислонился лбом к моему лбу.
– Сяомин... – выдохнул он. – А если он не захочет сдаваться? Если потребуется... переворот? Ты готова к этому?
Я молчала. Слово «переворот» висело в воздухе, тяжёлое, как надгробная плита. Свергнуть короля для Линь Яня значит поднять руку на кровного брата. На того, кому ты когда-то беззаветно верил.
– Янь-эр, – прошептала я, обнимая его. – Я не знаю, что будет дальше. Но что бы ни случилось – я рядом. Мы справимся.
Он прижал меня к себе так крепко, что, казалось, хотел вплавить в свою грудь, сделать частью себя. Я чувствовала, как дрожит его тело, как напряжены мышцы, как тяжело ему держать эту маску спокойствия.
– Я беззаветно верил ему, – голос Линь Яня звучал глухо, приглушённо. – С детства. Он был моим старшим братом, моим примером, моей опорой. А оказалось... оказалось, что всё это время он носил маску. И я не знаю... не знаю, что теперь делать. Как поступить правильно.
Я погладила его по спине, как маленького, хотя он был выше меня на целую голову. Это я оставалась хрупкой малышкой в объятиях своего генерала.
– Мы поймём, когда придёт время, – прошептала я. – Сейчас главное – отдохнуть. Набраться сил.
Стук в дверь заставил нас вздрогнуть и отшатнуться друг от друга.
– Господа, – голос хозяйки звучал взволнованно. – Там внизу... какой-то странный старик спрашивает вас. Говорит, дело не терпит отлагательств.
Мы переглянулись. Кто мог знать, что мы здесь? Мы не оставляли следов, не спрашивали дорогу...
– Идём, – Линь Янь взял меня за руку, и мы спустились в общий зал.
Старик сидел за дальним столиком, опираясь на трость. Сгорбленная спина, седые волосы, падающие на плечи, глубокие морщины, изрезавшие лицо. Я не узнала его сначала – а потом сердце пропустило удар.
– Старейшина?!
Это был он. Глава даосов из Цветочной долины. Но каким же он стал... Когда я видела его в последний раз, он был полон сил, несмотря на возраст. Теперь же передо мной сидел глубокий старик, словно проживший не один десяток лет после нашей встречи.
Он был вынужден убить собственную дочь в наказание за предательство, которое она совершила. И теперь он страдал сам. Наказывал самого себя за то, что не смог дать ей должное воспитание? Нет... сердце отца болело за родного ребёнка. Она нарушила правила, предала своих же, чуть было не стала причиной гибели собственной маленькой сестры и желала захватить власть в Долине, но... Она была его дочерью. Глубоко в душе я понимала его отчаяние и жалела. Если бы мои силы помогли ему справиться с этой болью и вернуть себя, то я не задумывалась бы даже, но... среди даосов есть куда более сильнейшие целители. Даже им было не под силу справиться и помочь Главе.
Линь Янь бросился к нему, помогая подняться, усаживая поудобнее.
– Старейшина, что вы здесь делаете? Как нашли нас?
– Даосы видят больше, чем простые смертные, – голос старика звучал тихо, но твёрдо. – Садитесь. Времени мало.
Мы послушно опустились на лавку напротив него. Хозяйка принесла чай и быстро удалилась, почуяв, что разговор не для чужих ушей.
– Один из моих людей получил видение, – начал Старейшина, сжимая трость побелевшими пальцами. – Страшное видение. Даяо захлебнётся кровью, если не свергнуть короля.
– Но почему? – выдохнула я. – Зачем ему война?
– Он не властен над собой, дитя. – Старейшина перевёл на меня тяжёлый взгляд. – Лиджуан. Она не просто демоница – она тёмный практик высшего уровня. Вместе со своим отцом, генералом южных границ, они планируют полное подчинение Даяо. Король – лишь марионетка в их руках. Они внушили ему эту жажду войны, эту ненависть к Цзинь. Лиджуан поставила на него всё, собственную жизнь. Она ни перед чем не остановиться, пока у власти нынешний король. Мы видели её силу. Все свои практики она готова положить на захват трона, но если что-то пойдёт не по её плану, она уничтожит себя изнутри, ослабнет. И тогда будет возможность нанести финальный удар.
Линь Янь побелел. Я видела, как сжались его кулаки, как задрожали губы.
– Лиджуан... – выдохнул он. – Та самая, которую дядя пытался мне навязать в наложницы?
Та самая, что однажды вошла в дом моего супруга и лишила меня жизни. Я слишком хорошо помнила её лицо. В этой жизни она не оставила попыток избавиться от меня, натравила на меня А-Лань...
– Она самая. – Старейшина кивнул. – Третий принц был лишь пешкой, сам не понимая этого. А король... король потерян. Если его не остановить, война унесёт тысячи жизней. Даяо в итоге падёт, а Цзинь обескровит себя в этой битве.
– Что мы можем сделать? – спросила я, чувствуя, как внутри закипает решимость.
Я не могла позволить бессердечной ведьме и в этой жизни помешать мне жить так, как хочется, не могла дать ей и малейший шанс навредить невинным. Она должна была ответить за все свои злодеяния, сгинуть под натиском собственных тёмных сил.
– Даосы помогут всем, чем смогут, – Старейшина посмотрел на Линь Яня. – Если ты готов сразиться. Если готов поднять руку на брата ради спасения народа.
Линь Янь молчал долго. Очень долго. Я видела, как в его глазах борются любовь и долг, верность и правда. Потом он поднял голову, и я увидела в них ту самую сталь, что делала его великим генералом.
– Я готов, – произнёс он твёрдо. – Ради мира. Ради людей. Ради неё. – Он посмотрел на меня, и в этом взгляде можно было разглядеть всё, что он не решался озвучить. – Я остановлю брата. Даже если придётся... сделать то, чего не хотел бы никогда.
Старейшина кивнул, и в его глазах блеснула слеза. Он лучше всех остальных знал, каково это – напасть на родного человека, чтобы добиться справедливости.
– Тогда завтра мы выступаем. Даосы будут ждать вас у ворот дворца. А теперь отдыхайте. Силы понадобятся.
Он поднялся, опираясь на трость, и медленно побрёл к выходу. Я смотрела ему вслед и думала о том, какую цену платят те, кто решается на битву с тьмой. Слишком высокую, но если мы не сделаем это, мир может утонуть в хаосе, в кровопролитной страшной битве.
Линь Янь взял меня за руку и нежно сжал, пока посторонние не смотрели в нашу сторону.
– Ты не передумала? Ещё есть время вернуться. В Цзинь сейчас тебе ничего не будет угрожать. Уверен, Юй Чжао сдержит слово и в этой жизни он позаботится о тебе.
В голосе Линь Яня прозвучала непривычная дрожь, словно он готов был отпустить меня ради моей безопасности, отдать другому, но я не желала этого.
– Нет, – ответила я, глядя ему в глаза. – Я с тобой. До самого конца.
Он улыбнулся – устало, но искренне. Мои слова подкрепляли в нём уверенность в нашей победе. Он готов пойти против родного брата ради меня, так кто я такая, чтобы отступать из-за страхов?
– Тогда идём спать. Завтра будет тяжёлый день. Я отправлю Ли Сану послание. Раз уж нельзя справиться иначе, то моё войско нам потребуется. Не хотелось мне втягивать их в это, но ничего иного не остаётся. Уверен, сейчас армия генерала юга оберегает дворец. Нам не прорваться так просто.
Я кивнула. Сон сейчас действительно был необходим. Даже если у нас не получится заснуть... хотя бы просто позволить телу растечься по постели и расслабиться.
Войдя в нашу комнату, Линь Янь лёг на кровать, а я устроилась рядом – как тогда, в горах, когда мы только начинали свой путь. Только теперь между нами не было недомолвок, лишь доверие и любовь. Невольно вспомнилось, как я задремала на его плече под действием сонного снадобья Даяо... в тот момент я ненавидела генерала и жалела, что спасла ему жизнь, а сейчас так радовалась этому.
– Сяомин? – прошептал Линь Янь, когда я уже закрывала глаза.
– М?
– Спасибо, что ты появилась в моей жизни.
Я улыбнулась в темноте.
– Спи, мой генерал. Завтра нам потребуются силы. И когда мы победим, то скажем друг другу многое, что так долго держали в себе.
И мы уснули вдвоём, в маленькой комнате на постоялом дворе, накануне битвы, которая могла изменить всё.
