355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мойра Тарлинг » Настоящая любовь (сборник) » Текст книги (страница 13)
Настоящая любовь (сборник)
  • Текст добавлен: 8 октября 2016, 12:08

Текст книги "Настоящая любовь (сборник)"


Автор книги: Мойра Тарлинг


Соавторы: Барбара Босуэлл,Кэролин Грин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Откладывать больше нельзя. Пора войти в дом.

Рейф вылез из «гранд‑чироки» и побрел к своей двери. Наверное, Кэмрин и Кэйлин провели первые пятнадцать минут дома, готовя какую‑нибудь новую выходку.

Не успел он дойти до двери, как на подъездную дорожку въехал «сатурн» Флинта цвета шампанского. Рейф ошеломленно уставился на брата и двух блондинок, которые вышли из машины и направились к нему. Одну из женщин он узнал: Лорна Ларсон, с которой он познакомился в самолете. Ему казалось, что это было сто лет назад, а на самом деле всего лишь вчера утром. Вторая женщина, высокая и бледная, отличалась от Лорны разве что длиной волос.

Флинт выглядел вызывающе торжествующим. Рейф понял, что это месть брата за вчерашний разговор. Он назвал близнеца затворником и заключенным и, видно, попал в «яблочко»!

– Так вы и вправду существуете! – воскликнула Лорна, лукаво переводя взгляд с Флинта на Рейфа.

Флинт улыбался. Рейф выглядел озадаченным.

– Сегодня утром я завтракала в кафе «Редиссон», когда вошел Флинт. – Лорна поняла, что требуется разъяснение. – Конечно, я подумала, что это вы, Рейф. Но он сказал, что вы его близнец. Откровенно говоря, я не поверила.

– Она подумала, что я разыгрываю ее по старой поговорке: я не я и лошадь не моя, – весело добавил Флинт.

– Да, такое случается, – вяло согласился Рейф.

– Мы разговорились, – продолжала Лорна, – и выяснили, что мы оба трудоголики. Но в такое прекрасное воскресенье, как сегодня, не вредно отдохнуть.

Рейф вспомнил, что вчера она всунула ему в карман визитную карточку, сегодня подцепила брата. Женщина и правда старается изо всех сил. Но можно ли это назвать работой?

– Мне так и не удалось убедить Лорну, что я – это я, – подхватил рассказ Лорны Флинт. – Пришлось показать водительские права.

Рейф мысленно представил описанную сцену: брат пытается быть игривым и показывает права кокетливо‑скептичной Лорне. Да, роль трудоголика ему лучше удается, чем донжуана.

– Ну вот, теперь вы знаете, что он Флинт, а я Рейф.

– А я Николетта Клайн, – вступила в разговор вторая блондинка. – Очень рада познакомиться с вами, Рейф. Хотя у меня такое чувство, будто я вижу двойника. – Она хихикнула. – Двойное удовольствие, двойное развлечение.

Старая песенка, придуманная компанией, продающей жевательные резинки, заставила поморщиться обоих братьев. Всю жизнь им досаждали одни и те же рифы.

– Николетта работает в Сиу‑Фолсе, в филиале компании Лорны, – пояснил Флинт, улыбка снова вернулась на место. – Я подумал, что мы можем сегодня провести время вчетвером.

Рейф еле сдержал стон. Вне сомнения, Флинт воспринял вчерашние слова брата как упрек и вызов. И твердо решил доказать, что тот не прав. И не только себе нашел женщину на один день, но и брату.

Перспектива свидания двух пар близнецов вызывала У Рейфа почти ужас. Такого с ним не бывало со времен средней школы, да и тогда они редко вместе ходили на свидания. Еще хуже, что это было свидание с незнакомой женщиной. Николетта явно предназначалась для Рейфа! Флинт знал, как относится брат к таким встречам, потому что и сам не терпел их.

В эту минуту перспектива войти в дом и провести день в перебранке с Кэмрин и Кэйлин показалась ему бесконечно заманчивой. И пока он лихорадочно искал повод, чтобы отказаться от предложения Флинта, все разрешилось само собой.

Трент и Тони вприпрыжку влетели во двор с Холли, шагавшей за ними. Только в этот момент Рейф заметил машину Холли. Она припарковала ее на улице на противоположной стороне от дома.

– Мы встретили Холли, когда утром играли, и повели ее к Стинам знакомиться! – объявил Тони. – Миссис Стин сделала кекс и сказала, что нам тоже можно его есть. Шоколадный с шоколадным мороженым, мой любимый.

– Как ты сюда приехал, Флинт? – Вид Трента отнюдь не выражал удовольствия. Он хмуро разглядывал блондинок. – А это кто?

– Подруги Флинта, – объяснил Рейф.

Холли стояла чуть в стороне. Рейф подошел к ней.

– Они заехали, чтобы пригласить меня провести с ними день. А я как раз собирался сказать, что не смогу, потому что… – Он затаил дыхание и смотрел в глаза Холли, посылая призыв поддержать его, – мы уже договорились провести день вместе. Правда, – он откашлялся, – дорогая?

– Да, мы поведем детей в зоопарк. – К его великому облегчению, Холли поняла намек. – Дорогой, – весело добавила она.

– Класс! – Трент снова улыбался.

– Мы еще вчера хотели пойти в зоопарк! – Тони пришел в экстаз.

Выражение лиц Флинта, Лорны и Николетты менялось от удивленного до немного озадаченного и наконец раздосадованного.

– Почему бы вам не сбегать и не сказать девочкам, чтобы они готовились. Скоро мы все поедем в зоопарк, – обратилась Холли к детям.

– Кэмрин и Кэйлин поедут с нами? – недоверчиво спросил Трент.

– Конечно, – подтвердила Холли.

Мальчики вбежали в дом, отталкивая друг друга. Каждому хотелось первым принести новость. Через секунду из дома донесся визг и крики.

– В зоопарк? – Кэмрин пулей вылетела из двери. – Ты и вправду думаешь, что я… – Она замерла на месте, увидев стоящих во дворе людей. – Ой, что это еще за явление?

– Кэмрин! – дуэтом крикнули Рейф и Флинт, абсолютно одинаковыми голосами и с одинаковым выражением.

– Может быть, наступил момент для представления? – шутливо заметила Холли.

– Не утруждайтесь, – презрительно бросила Кэмрин. – Почему мы должны представляться? Я не хочу их знать и определенно не хочу, чтобы они знали нас.

– Флинт Парадайс, стыдись! Ты привел в дом, где живут маленькие дети, проституток. – Кэйлин, словно защищая, обняла мальчиков за плечи.

– Проституток? – Флинт побелел.

– Ты думал, мы не заметим? – Кэмрин издала усталый смешок. – Это же очевидно. Их волосы, их одежда… Какой нынче, девушки, тариф?

Лорна и Николетта растерянно молчали, явно ожидая помощи от братьев‑близнецов.

Рейф молча стоял, засунув руки в карманы брюк и мрачно уставившись в пространство.

– Какая наглость! Это уже переходит все границы! – взорвался Флинт, обращаясь к брату. – Эти маленькие паршивки потеряли всякий стыд. А ты еще молчишь, как воды в рот набрал. Мы же приехали к тебе в гости. Ну скажи, сделай хоть что‑нибудь!

Рейф тяжело вздохнул. По правде говоря, его не слишком взволновал оскорбительный выпад сестер против достаточно вульгарных дамочек, которые явились в его дом. Но Флинт прав, надо вмешаться.

– Дети, вы ошибаетесь, наши гостьи работают в области телекоммуникаций.

– О, нынче это так называется? – фыркнула Кэйлин и отбросила назад свои длинные темные волосы.

Рейф поймал взгляд Холли и покачал головой: мол, ну что тут будешь делать, я не волшебник.

– Флинт, по‑моему, будет лучше, если вы немедленно отвезете нас в отель, – холодно проговорила Лорна.

– В отель втроем? – хихикнула Кэмрин. – Во сколько это тебе обойдется, Флинт?

– Хватит, мерзкое чудовище! – Покраснев, Флинт шагнул к ней.

– Помогите! – Кэмрин нырнула за спины Рейфа и Холли. – Не подпускайте его ко мне. Я сегодня только что выписалась из больницы!

Холли с трудом удержалась от смеха, но Кэмрин действительно вела себя безобразно, и поощрять ее было нельзя.

– Давайте войдем в дом, пока они попрощаются. – Она обняла Кэмрин за плечи.

– Вы видели зверское выражение лица моего второго брата‑полукровки? Если бы не Рейф, он снял бы с меня скальп! – драматически выкрикивала Кэмрин, пока Холли вела ее в дом. Кэйлин и мальчики шли гуськом за ними.

– Снять скальп – для тебя это еще слишком мало, Кэмрин, – кричал вдогонку Флинт. – Тебя надо…

– Флинт, не оскорбляй ее, – перебил его Рейф. – Ты взрослый, а она еще ребенок.

– Где вы видите ребенка? Эти дряни скоро вам детей нарожают, – фыркнула Лорна.

– И мы не намерены тратить наше драгоценное время на их перевоспитание, – поддакнула Николетта. – Флинт, мы хотим немедленно отсюда уехать. – Она и Лорна поспешили к машине Флинта.

Братья остались вдвоем.

– Ты видишь, почему я ни с кем не встречаюсь, – сухо проговорил Рейф. – Дети чувствуют скрытую угрозу. Они думают, что если в нашем доме появится женщина, то она убедит меня вышвырнуть их вон. Каждый раз, когда я пытался куда‑нибудь пойти погулять… Могу только сказать, что твои девушки легко отделались по сравнению с моими предыдущими пассиями.

Рейф сам удивился собственной проницательности. Как все сразу встало на свои места. Почему он раньше не мог этого сообразить? Видимо, на него подействовали психологические уроки Холли.

– Ты обратился к этой девушке «дорогая», и дети съели это, не поморщившись, – сощурив глаза, Флинт посмотрел на брата. – Кто она, Рейф? Ты не говорил, что с кем‑то встречаешься.

– Потому что я не встречаюсь, – пожал плечами Рейф. И это часть правды. Их отношения с Холли не подходили под такое определение. – Но чтобы ответить на твой вопрос, ее зовут Холли Кейзел, и мы… друзья.

Конечно, друзья. Они могли разговаривать, помогать друг другу… Хотя сексуальное влечение, разгоравшееся между ними, не соответствовало простой платонической дружбе.

– Друзья? – Флинт не клюнул на его ответ. – Друзья, ха! Она называет тебя «дорогой», ты ее «дорогая». Никогда не слышал, чтобы ты какую‑нибудь женщину так называл. И я не слепой, вижу, как вы смотрите друг на друга. Просто пожираете глазами.

– Пожираем глазами?

Резкий, нетерпеливый гудок прервал разговор.

– Тебе предстоит тяжелый день, Флинт, – не без сочувствия произнес Рейф, – может быть, лучше сходишь с нами в зоопарк?

– У меня дела. Как только я завезу эту пару в отель, а это произойдет очень скоро, – пробормотал Флинт, – я отправлюсь прямо в офис.

Рейф вошел в дом и нашел Холли стоящей на коленях на кухне и ласкающей Кристофера. Собака с обожанием смотрела на нее, повернувшись на бок и выставив свой огромный живот. Когда Рейф подошел ближе, собака вскочила и угрожающе зарычала.

– Не волнуйся Кристофер, это Рейф, а не его злой близнец, – успокоил его Трент.

Пес зарычал и на него.

– Послушай, брось эти глупости со злым близнецом, – попросил Рейф. – Флинт вовсе не злой. Вы нарочно раздражаете его, и он выходит из себя. И в который раз.

– Флинт ненавидит нас, – быстро отреагировала Кэйлин. – А мы не любим Флинта вместе с его подружками‑проститутками.

Наблюдая, как Холли кормит Кристофера собачьими крекерами, Рейф еще раз проанализировал недавнюю сцену. Интересную мысль высказал Флинт. Дети приняли Холли. Значит, они не воспринимают ее как угрозу. А как бы они отнеслись к ней, если бы узнали, что у него закипает кровь от одного лишь взгляда на нее?

Стоя над ней, он видел в небольшом вырезе на летнем платье ложбинку между грудями. Он вспомнил прошлую ночь, ощущение нежной упругости ее грудей и стоны наслаждения.

Острое желание пронзило его. Кожа покрылась испариной, брюки сразу стали тесны.

– Спасибо за поддержку. Я ваш должник.

– Тогда я пойду собираться. – Холли протянула Кристоферу последний крекер. – Утром я звонила в компанию. Сегодня грузовик с мебелью не придет. Так что для меня самое лучшее – это отправиться в зоопарк. Иначе придется сидеть в мотеле и смотреть телевизор, что мне совсем не по душе.

Все сегодняшнее утро Холли с опаской думала о предстоящей встрече с Рейфом. Но они без всяких усилий приняли спокойный товарищеский тон. А мучительного и неловкого эпизода в мотеле будто никогда и не было.

Холли потрепала Кристофера по холке и встала.

– Думаю, не стоит нам вшестером втискиваться в одну машину. Лучше поедем на двух, – слегка прерывающимся от волнения голосом проговорила Холли. Слишком близко подошел к ней Рейф! – Кэмрин, Кэйлин на моей. А вы, Рейф, с мальчиками на своей.

– Мужчины отдельно, женщины отдельно? Типичный пример дискриминации по половому признаку, – поддразнил ее Рейф.

– Я не имела этого в виду, – запротестовала Холли. – Если хотите, мы можем и поменяться.

– Холли, а можно я поведу вашу машину? – прервала ее Кэйлин. – У меня есть водительские права.

Холли тут же кивнула в знак согласия, интуитивно догадавшись, что девочка попросила разрешения с намерением вызвать спор, а вовсе не надеясь его получить. Теперь же, когда ее просьба была выполнена, она почувствовала себя сбитой с толку. И Рейф тоже.

– Вы серьезно? Почему вы позволяете ей? Они уже разбили окно и телевизор…

– Если правоохранительные органы штата Южная Дакота выдали Кэйлин ученические водительские права, то она имеет законное право сесть за руль в присутствии опытного водителя, разве не так? А без практики она никогда не научится управлять машиной, – резонно сказала Холли.

– Все правильно, – согласилась Кэмрин. – Но ехать с Кэйлин – сплошная нервотрепка. – Она пожала плечами. – Я лучше поеду с Рейфом и мальчиками тоже. Как ни отвратителен мне зоопарк, я хочу добраться до него живой и невредимой.

– Будьте осторожны с Кэйлин, – пробормотал Рейф, хмуро глядя на обе машины. – У нее есть склонность резко давить на тормоз.

– Я не боюсь начинающих водителей. Из всей семьи только у меня хватало смелости ездить с кузиной Хэйди, когда та получила ученические права.

Холли нервно теребила кончик «конского хвоста». Напряженное выражение на лице Рейфа граничило с враждебностью.

– Скажите Кэйлин, чтобы следовала за мной, – бросил Рейф и направился к машине. Холли последовала его примеру.

Поездка с неопытным водителем именно то, что ей нужно для того, чтобы вновь стать рассудительным и мудрым доктором Кейзел, которая никогда не бывает ни ревнивой, ни напуганной, ни глупой.

– Дорогая, чем ты занималась в этот уик‑энд? – Каждое воскресенье, когда Холли вечером звонила домой, мать с надеждой задавала этот вопрос.

– Вчера я с соседскими детьми делала покупки для школы, – весело ответила Холли. – Через два дня они пойдут в школу. Потом мы обедали в новом китайском ресторане, который открыли в городе. Сегодня мы ходили в кино и жарили во дворе сосиски. Я всего час назад вернулась домой.

Холли очень весело провела эти два дня, но ее мать осталась недовольна.

– Ты провела весь уик‑энд с соседями?

– Почти, мама.

– Опять? Холли, уже почти месяц после приезда в Сиу‑Фоле ты проводишь с ними все свободное время. Дорогая, это прекрасно, что ты такая хорошая соседка. Но ты не думаешь, что это выброшенные впустую дни?

– Мама, завтра я пойду на барбекю к Стинам. Они живут через несколько домов по нашей улице. Я сделаю твой знаменитый картофельный салат. Ты ведь знаешь, все просят твой рецепт. А сейчас я как раз режу картошку.

– Ты тратишь слишком много времени на соседей. – Комплимент не вернул матери бодрого настроения. – Дорогая, ты должна почаще выходить в люди и знакомиться с симпатичными одинокими мужчинами.

Холли не стал говорить матери, что одинокий мужчина живет за стенкой.

Мать полагала, что дочь проводит столько время с семейной парой, а Холли не разубеждала, ей так было проще.

И потом, у нее с Рейфом совсем другие отношения. Он даже ни разу не попытался поцеловать ее после первой ночи в Сиу‑Фолсе и эпизода в мотеле. Они стали друзьями. Но вряд ли это можно объяснить матери. Она никогда не понимала дружбы дочери с Девлином Бреннаном. «Холли, запомни раз и навсегда, для незамужней женщины дружба с мужчиной – пустая трата времени». Так что незачем разочаровывать мать рассказами о ее друге.

К тому же она и сама не до конца понимает своих отношений с Рейфом. Ей было уютно и приятно в компании Рейфа. И в то же время между ними всегда царило интригующее и сладкое напряжение. Она постоянно ощущала его присутствие, реагировала на каждое движение, улыбку, жест, перемену настроения.

А когда Рейфа не было рядом, она думала о нем, вспоминала их встречи и даже – стыдно признаться! – фантазировала, сочиняя сцены, о которых мечтала, причем все они основывались на том ужасном вечере в мотеле.

– Да, мама. Расскажи, как идет подготовка к свадьбе Хэйди. Надеюсь, без сучка и задоринки?

– Началась было какая‑то неразбериха, но Хонория все уладила. Великий день уже недалеко! Очень скучаю без тебя, Холли. Мы все надеемся, что ты вернешься к нам.

Острое чувство вины кольнуло Холли. Она еще не решила, поедет ли на свадьбу. Хотя оправдательную историю уже сочинила. Пациент, склонный к самоубийству, с осложнениями в брюшной полости, которого она просто не может оставить.

Внезапно послышались удары в стену.

– Мама, извини, кто‑то стучит в дверь. – Не объяснять же матери, что соседские мальчики тарабанят по стене. – Можно я перезвоню тебе попозже?

Холли не поняла, то ли мальчики просто играют мячом, то ли пытаются передать ей какое‑то сообщение азбукой Морзе.

– Иди открой дверь, Холли. Даже я слышу стук, такой и мертвых разбудит. Можешь не звонить мне сегодня. Поговорим на следующей неделе.

Холли заспешила к соседям и позвонила в дверь. Через секунду ей открыла Кэмрин в джинсовых шортах, в сногсшибательном нейлоновом топике цвета морской волны и с бейсбольной битой в руках.

– Слава богу, вы пришли! – воскликнула Кэмрин. – Я никогда не обращала внимания на всю эту чепуху с азбукой Морзе и не знаю, как дается сигнал SOS. Поэтому просто била в стену битой в надежде, что вы поймете – у нас беда.

– Что случилось, Кэмрин? – К ударам мяча в стену Холли уже привыкла. Но барабанить битой?

– Рейф говорит по телефону с Треси Крайдер. – Кэмрин схватила Холли за руку и втянула в дом. – Матерью Трента и Тони. Он в своей комнате, а я подслушала в кухне, где у нас параллельная трубка. На нас движется большая беда, Холли.

– Какая беда?

– Треси заявила Рейфу, что хочет выгнать своего психопата любовника и забрать мальчиков к себе. Рейф попытался урезонить ее рассуждениями о законах, правилах опеки, суде и прочей ерунде. В ответ Треси начала плакать. Холли, мне жаль ее. – Темные глаза Кэмрин сверлили Холли. – Знаете, мальчики любят маму. Они скучают по ней, хотя и не говорят об этом.

– Да, я понимаю. Все дети любят своих матерей, какими бы те ни были.

– Вы не знакомы с Треси, а я знаю ее. Неплохой человек, только сломленный жизнью. Она родила Трента в шестнадцать лет! И верит в разные глупости, типа того, что у настоящей женщины всегда должен быть рядом мужчина. Кошмар какой‑то! Она любит мальчиков, но стоит поблизости появиться мужику, как она сразу обо всем забывает. Вы бы видели этих идиотов, ее партнеров.

– Да, ты права, положение серьезное, – спокойно заметила Холли. – Мальчики знают, о чем говорят их мать и Рейф?

– Нет. Они даже не в курсе, что она позвонила. Я велела Кэйлин занять их чем‑нибудь. Они в нашей комнате слушают свои идиотские диски. Слышите? – Сверху доносился страшный грохот. – Не могу поверить, что Трент потратил карманные деньги на весь этот отстой!

Холли вспомнила некоторые из музыкальных дисков самой Кэмрин, которые она слышала, но воздержалась от комментариев.

– Ты хочешь, чтобы я забрала мальчиков к себе, и они бы не узнали о звонке? – спросила Холли.

– Нет. Я поведу их в «Молочную королеву» есть мороженое. А вы останьтесь здесь и поговорите с Рейфом. Вы должны объяснить ему, что ему нужно действовать заодно с Треси, а не против нее. Вы должны сказать ему, чтобы он не обращался в суд. Холли, вы единственный человек, кого он слушает.

– Есть один момент, Кэмрин, который бы мне хотелось прояснить. Но он может тебя обидеть. – Холли не отпускала ее взгляда. – Ты, как мне думается, рассматриваешь случившееся с точки зрения борьбы Треси против Рейфа за своих мальчиков. Мать и с детьми против могущественного клана Парадайсов. Тебе не кажется этот сценарий немного знакомым?

– Bay, вот это настоящее наблюдение психиатра! – Кэмрин не только не обиделась, но выглядела восхищенной. – Если не считать, что это не вся правда. Я, честное слово, не хочу отрывать мальчиков от Рейфа. Даже если их мать прогонит своего сожителя и возьмет мальчиков к себе, они, по‑моему, должны обязательно часто видеться с Рейфом. Он для них самый близкий человек, заменивший отца. Он нужен им.

– Скажи, тебе когда‑нибудь хотелось, чтобы твоя мать позволила познакомиться с отцом? – спросила Холли и приготовилась к потоку проклятий в адрес Бена Парадайса.

– Иногда, – как само собой разумеющееся подтвердила Кэмрин. – Но у мамы начиналось что‑то вроде нервного приступа всякий раз, как произносили его имя. Поэтому Кэйлин и я не говорили о нем. В первые дни, когда мы приехали сюда, я пересмотрела все фотографии. Снимки, где он с нами, маленькими. По‑моему, он хороший человек.

– Ты никогда не признавалась в этом Рейфу или Флинту с Евой, – заметила Холли.

– Флинт и Ева брызжут слюной, стоит Кэйлин или мне заговорить о Бене Парадайсе. Так смешно наблюдать. – Кэмрин усмехнулась. – И не притворяйтесь, Холли, вы бы тоже хохотали, если бы было можно. Вам тоже не нравятся братец‑близнец Райфа и их сестричка.

– Это не совсем правильно, – неуверенно возразила Холли. – Я их почти не знаю и поэтому не хочу делать поспешные выводы.

– Ну а они не церемонятся с вами, Холли, и вы им не нравитесь! – весело воскликнула Кэмрин. – Ева вас боится. Она жаловалась Рейфу, какой, мол, будет кошмар, если во время психиатрической практики ее приставят к вашему пациенту. Она уверена, что вы превратите ее жизнь в ад. Она думает, что вы чокнутая. Настоящий псих.

– Но почему? – удивилась Холли, почувствовав себя немного обиженной.

– Потому что вы наш друг, Кэйлин и мой. Раз мы вам нравимся, значит, вы сумасшедшая, правильно? А Флинт уверен, что вы активистка какой‑нибудь феминистской организации. Вы встали на нашу сторону и даже выразили готовность помочь нам заполучить оставленные отцом акции.

– Почему бы тебе не подумать о работе в полиции? У тебя настоящий талант собирать информацию, – спокойно сказала Холли.

Она немного растерялась. Когда в первый месяц соседства с Рейфом ей доводилось встречаться с Флинтом и Евой, те старательно избегали ее и замолкали при ее приближении, исподтишка обмениваясь многозначительными взглядами.

Холли не видела в этом ничего личного. Она объясняла подобное поведение их застенчивостью и затворническим образом жизни. Оказывается, они просто отвергали ее. Должно быть, Кэмрин догадалась, о чем она думала, поскольку подбадривающе похлопала ее по плечу.

– Не огорчайтесь из‑за двух дешевых клоунов. Они ненавидят всех по‑настоящему классных людей. Холли, можно взять вашу машину, чтобы отвезти детей поесть мороженое? Если мы сейчас уедем, вы сможете поговорить с Рейфом. – Кэмрин состроила уморительную гримасу. – Он будет сейчас в ужасном настроении. Если он сейчас расскажет мальчикам о звонке Треси, это может плохо кончиться. Их не должно быть под рукой, пока он не успокоится. Да и вам понадобится время, чтобы ваша психиатрическая магия подействовала на него.

Девочка пришла к верному заключению, подумала Холли.

– Если я позволю тебе взять машину, обещай, что ты поедешь в «Молочную королеву», а не к реке или…

– Когда же мне перестанут читать нотации и вспоминать об этой дурацкой реке, – вздохнула Кэмрин.

– Сколько раз я должен повторять? – донесся сверху голос Рейфа, злой и нетерпеливый.

– Кэмрин, по‑моему, надо быстро увозить детей, – решительно сказала Холли. – У меня дверь не заперта. Ты знаешь, где лежат ключи от машины. Возьми десять долларов из бумажника. Он наверху в…

– Я знаю, где, – заверила ее Кэмрин.

Все четверо детей много времени проводили в доме Холли. Она догадывалась, что любопытные подростки знают все, что у нее есть. Довольно неприятная мысль.

Через минуту девочки, Трент и Тони уехали, а Холли неуверенно поднялась по лестнице и постучала в дверь спальни Рейфа. Он открыл, и она заметила, что трубка лежит на месте. Тяжелый разговор с Треси был закончен.

Увидев Холли, Рейф расплылся в улыбке, глаза вспыхнули, сердитое выражение сменилось счастливым. Обычно он встречал ее легким кивком, но сейчас он откровенно радовался ее приходу.

У Холли замерло сердце. Если бы он открыл объятия, она бы, не раздумывая, бросилась к нему.

– Я думал, вы готовите салат для барбекю Стинов. Вы хотите попросить каких‑нибудь овощей или специй?

– Нет. – Холли понимала, что, стоит ей начать разговор, и эта чудесная улыбка исчезнет. Как неприятно! Но она должна.

Холли отвела взгляд и принялась рассматривать разноцветный коврик‑талисман, сплетенный в виде паутины с отверстием посередине и украшенный бусинками и перьями. Рейф купил его в музее искусства и ремесел коренных американцев. Считается, если повесить такой коврик в изголовье кровати, к спящему будут приходить хорошие сны, так как плохие запутаются в паутине и к утру исчезнут.

Хорошо бы и мне повесить такую ловушку для снов, подумала Холли. А то ей никак не удается самой справиться с эротическими снами.

– Что‑нибудь случилось, Холли? – Сощурившись, Рейф изучал ее лицо.

– Кэмрин попросила у меня разрешения взять машину и отвезти мальчиков есть мороженое, – начала она.

– Похоже, у нее истощается фантазия, – засмеялся Рейф. – Обычно у нее более оригинальные выдумки. – Он подошел ближе к Холли. – И она пришла в ярость, когда вы ей отказали? – Он коснулся ее щеки. – Я прошу прощения, если она обидела вас.

Любое его прикосновение вызывало у нее бурную чувственную реакцию. Спасибо еще, что ей удавалось держать это в секрете от него.

– Рейф, я подумала, может быть…

– Не хотите же вы сказать, что готовы дать Кэмрин на вечер машину? – недоверчиво перебил ее Рейф.

– Ммм, я…

– Вы же знаете, ей запрещено выходить из дома, только на почту, где она работает. – Его лицо посуровело. – Она и Кэйлин наказаны до начала занятий в школе. Никаких развлекательных мероприятий. Мы же с вами пришли к обоюдному согласию, что это справедливое наказание за ту поездку к реке. Помните?

– Конечно, я помню. Но Кэмрин предложила отвезти мальчиков в «Молочную королеву», а это для девочки такого возраста вряд ли можно назвать развлекательным мероприятием.

– Разговор про «Молочную королеву» всего лишь уловка. Холли, если вы дадите Кэмрин машину, она прямиком отправится на встречу с бандой дебилов и малолетних преступников, которых называет своими друзьями. Никакой машины!

– Рейф, Кэмрин очень беспокоилась, что мальчики услышат ваш разговор по телефону с их матерью, – перешла в наступление Холли. – Я согласилась, что будет лучше, если она увезет их из дома, пока вы не успокоитесь.

– Я спокоен, – прорычал он.

Тишина в обычно шумном доме оглушала. Рейф выскочил из комнаты и побежал вниз по лестнице.

– Где дети? – рявкнул он на бегу.

– Несколько минут назад они уехали есть мороженое. – Холли не владела магией простых решений сложных проблем, несмотря на веру Кэмрин в ее способности психиатра.

– Есть мороженое? Но как вы можете верить в подобную чушь! – Рейф резко повернулся к ней. – Эти девчонки как заключенные, бежавшие из тюрьмы! Кто знает, что они выкинут? Кэмрин запросто может отправиться на водопад и там кататься на доске для серфинга! Ей все что угодно может прийти в голову! Проклятие, Холли, вы забываете, что они еще не взрослые…

Рейф замолчал. Холли открыла дверь, чтобы идти к себе.

– Откуда она знает, что я говорил с Треси? – наконец дошло до него. – Ведь я поднял трубку и перевел звонок к себе. И я говорил, закрыв дверь.

– Ничего из того, что происходит в этом доме, не может укрыться от Кэмрин, – сухо пояснила Холли. – Рейф, в этих вопросах у нее очень развиты инстинкты. Она обещала…

– Что?! Она шпионила за мной? А вам, выходит, пообещала быть паинькой, и вы ей с поклонами вручили ключи от машины! – Кратковременная передышка закончилась. И Рейф снова задыхался от бешенства. Он схватил Холли за плечи. – Я на такие хитрости не покупаюсь, Холли. Вы знаете, я не тупица.

Она попыталась собрать всю свою выдержку в кулак. Странно, ей всегда хватало терпения, когда взрывались пациенты. А гнев Рейфа словно подпитывал ее раздражение.

– Вам трудно поверить, Рейф, что Кэмрин действительно заботится о мальчиках? – процедила она сквозь зубы. – Вы считаете, что она одурачила меня и я напрасно вручила ей ключи от своей машины?

– Я хочу точно знать, какая у вас цель? – Он сильнее сжал ее плечи. – Я требую, чтобы вы ответили.

Вопрос мог бы ее озадачить, если бы не сведения, полученные от Кэмрин. Флинт и Ева пытаются убедить брата, что она чокнутая злодейка, устраивающая заговор против их семейного клана.

Неужели Рейф начинает принимать параноидальные рассуждения родственников за правду. «Я хочу точно знать, какая у вас цель?» Его слова все еще гремели у нее в ушах. Она представила, как Парадайсы обсуждают ее, совершенно неправильно истолковывая каждое ее слово, каждый поступок.

– Моя цель? – Холли вскипела от возмущения. – Ладно. По‑моему, пора выложить карты. Я радикальная феминистка и собираюсь освободить Кэмрин и Кэйлин от вашего мужского гнета. И в этом, конечно, вижу выгоду. Главное – захватить контроль над акциями, оставленными вашим отцом. Вот тогда‑то мы и внесем разрушительный хаос в бизнес! Не могу дождаться этого счастливого дня.

Она стряхнула с плеч его руки и бросилась в свою половину дома. В дверях она на секунду остановилась и бросила через плечо:

– Да, а в свободное время я строю планы, как разрушить медицинскую карьеру Евы. Просто для забавы. А все потому, что я чокнутая. Мне нравится ломать людям жизнь. Это единственная причина, почему я пошла в психиатрию. Меня хлебом не корми, дай только внести хаос в головы людей. Признаюсь, именно поэтому я и подружилась с вами. Так хочется и из вас сделать такого же психа, как я!

Холли выбежала из дома, хлопнув дверью, и бросилась к себе. К черту Рейфа Парадайса! К черту их всех! Ну не всех, конечно, а только Рейфа, его братца и сестрицу, страдающих паранойей. Они думают, будто она в заговоре с подростками против них!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю