Текст книги "Порочные цели (ЛП)"

Автор книги: Мила Кейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 24 страниц)

37.Арианна

Я не помнила, как прошел остаток дня. Он пролетел в отвратительном тумане. Как только группа Маркуса ушла, я поняла, что слухи о фотографиях распространятся по кампусу, вероятно, уже к концу дня.

Я сидела в пустой аудитории и смотрела на лес за территорией кампуса.

Всё развалилось так, как я и предсказывала, когда появился Дейл; было глупо думать иначе.

Я снова и снова прокручивала в голове слова Маркуса. Он знал мое настоящее имя – значит, познакомился с Дейлом. Ничего удивительного: мой брат был мстительным типом, и всегда искал способ разрушить мою жизнь, даже отступая. Но Маркус сказал, что я использовала его? О чем он вообще говорил?

Я проверила телефон. Ничего. Я звонила и писала ему около двадцати раз, но ответа не получила. Он не хотел разговаривать со мной. Мое внимание переключилось на стол. Там лежала связка ключей – ключ от машины и от номера в «Ночной сове», а также мой ключ от камеры хранения на автовокзале.

Как только мой взгляд упал на последний, я поняла.

Нет. Нет. Нет.

Я вскочила, схватила связку и бросилась к двери.

Десять минут спустя я припарковалась у автовокзала и вбежала внутрь.

Вокруг зоны камер хранения была полицейская лента. У меня упало сердце. Мимо прошел сотрудник, и я подлетела к нему, напугав.

– Что здесь произошло? – торопливо спросила я.

– Какой-то псих взломал один из шкафчиков поздно ночью, когда никого не было.

– Он попал на камеры видеонаблюдения? – спросила я, оглядываясь по сторонам.

Сотрудник покачал головой.

– Камеры вечно ломаются.

Я отошла от него, паника и отчаяние подступили к горлу. Я направилась к дверям, вышла из прохлады кондиционера на дождливую улицу, запрокинула голову и закричала. Я не могла сдерживаться ни секунды дольше.

Я кричала до хрипоты в горле. Это длилось недолго, но в этом крике было всё: каждая капля страха, гнева и разочарования тем, как сложилась моя новая жизнь. К счастью, переулок за автовокзалом был пуст, так что никто не стал свидетелем моего срыва.

Дейл украл деньги Маркуса. Очевидно, он следил за мной, наблюдал, где я собираюсь достать деньги, и я сама всё упростила: вынула сумку из ячейки, а потом снова спрятала. Он забрал деньги Маркуса, и Коул поплатился за это. Коул Бэйли лежал в больнице – и всё из-за той сумки.

Неудивительно, что он меня ненавидел. Я тоже себя ненавидела. Чувство вины навалилось на меня так сильно, что я не могла дышать. Маркус явно думал, что я отдала деньги Дейлу добровольно. Одна только мысль об этом была невыносима.

Я села в машину и поехала обратно в кампус. Общежитие «Геллионов» было как всегда полно людей; я поднялась к квартире, где ночевала на прошлой неделе – казалось, это было целую вечность назад. Мне было плевать, кто меня видит и что думает. Беспокоиться о том, что люди узнают о нас, теперь казалось бессмысленным.

Я постучала в дверь и стала ждать. Когда я уже начала думать, что дома никого нет, дверь открылась.

Ашер Мартино уставился на меня, его темные черты лица напряглись, когда он увидел, кто стоит перед ним.

– Маркус здесь? – спросила я, когда он не отреагировал.

– Нет, – сказал Ашер и начал закрывать дверь.

Я сунула ногу в щель, чтобы остановить ее, и оттолкнула обратно.

Мартино смотрел на меня с приподнятой бровью.

– Где он? – спросила я.

– При всем уважении, профессор, почему я должен говорить Вам? – спросил он, его голос был полон угрозы.

Я сглотнула ком разочарования и стыда в горле.

– Потому что мне нужно поговорить с ним, это важно.

– Если только Вы не можете вернуть его брату здоровый мозг или наколдовать сто тысяч, я не думаю, что это так важно. А теперь убирайтесь отсюда, – жестко сказал он и захлопнул дверь.

Я стала стучать по ней.

– Пожалуйста, мне нужно поговорить с ним. Мне нужно, чтобы он понял, что я не сделала это нарочно. Он должен знать, что я никогда бы так не предала его.

Мои крики встретила тишина. Никто не открыл. Меня выставили за дверь, буквально.

Я совсем не спала той ночью, вместо этого лежала без сна и смотрела в потолок. Мне нужно было поговорить с Маркусом; я хотела знать, как Коул. Я ходила в больницу, чтобы попытаться узнать сама, но мне не дали никакой информации.

Рано утром я решила прекратить попытки уснуть, оделась и вернулась в общежитие. На этот раз никто даже не подошел к двери, когда я постучала. Может, стоило поехать в дом в лесу, где я встретила его брата? Или снова в больницу?

Я выехала из главных ворот университета и повернула машину в сторону города. На длинной, пустынной дороге рядом с «Кулаком» появились мотоциклы. Целых пять. Они ускорились позади меня, и двое проехали так близко, что я чуть не задела их.

По спине пробежало напряжение, когда они замедлились передо мной. Было ясно, что они хотят, чтобы я остановилась.

Я свернула на обочину, не имея другого выхода. Высокий широкоплечий мужчина слез с одного из мотоциклов и подошел к моему окну. На нем был шлем, но все равно я знала, что это не Маркус. Он двигался не так. Мужчина наклонил шлем к окну, и я опустила стекло.

– Едь за нами.

Это не была просьба. Страх ударил меня в живот, но я последовала за мотоциклами к «Кулаку». Должно быть, это были «Гончие Харбора». Может, Маркус будет там. У меня не было особого выбора, кроме как поехать с ними и выяснить, чего они хотят.

Я свернул на стоянку возле бара, где все началось, и заглушила двигатель.

«Ты можешь преодолеть трудные дни... с помощью позитивного мышления», – раздался голос Горация с приборной панели.

Я скучала по нему. Спасибо, Гораций, но я не думаю, что фантазии о счастливой жизни вытащат меня из этого дерьма.

Дверь открылась, прежде чем я успела до нее дотянуться, и надо мной нависли пять байкеров. Меня охватил настоящий страх.

– Сюда.

Очевидно, думая, что я могу попытаться сбежать, они окружили меня со всех сторон и повели к зданию.

Было темно, а окна почти полностью закрыты ставнями, так как бар еще не работал. За барной стойкой горела лампа, но это был весь свет.

– Почему вы привели меня сюда?

– Потому что я не в состоянии гоняться за тобой по всему городу. Так что спасибо, что пришла ко мне. – Коул Бэйли сидел в кабинке в глубине зала.

Он выглядел не менее устрашающе, чем неделю назад, когда мы впервые встретились, за исключением повязки сбоку головы.

– Пожалуйста, садись, – коротко сказал он.

Когда я замешкалась, он вздохнул.

– Это была не просьба.

Рука надавила мне на плечо, и я опустилась на стул напротив президента мотоклуба.

– Предложите нашей гостье выпить, – приказал Коул.

Кто-то передал мне стакан воды. Мой рот пересох от страха, а голос стал скрипучим. Я быстро проглотила жидкость и облизала губы.

– Знаешь, когда Маркус трахнул тебя здесь, я не придал этому особого значения. Мой брат – популярный парень. Конечно, он никогда раньше не развлекался в баре, но все бывает в первый раз. Но потом он отвез тебя в дом. А это… это уже другое. Тогда я начал обращать внимание.

Во рту снова пересохло. Кто-то долил в стакан воду из кувшина, и я сделала большой глоток.

– Я не хочу причинять тебе боль, но не могу позволить Маркусу погубить себя ради тебя. Он – единственное хорошее, что вышло из моей семьи… за все поколения. Ты понимаешь, да?

Я кивнула, отвлекаясь на легкое покалывание во рту. Я почти не ощущала язык, он онемел. Потом зачесалось лицо.

– Ты… д-дал м-мне что-то? – смогла я произнести сквозь распухшие губы. Мой взгляд упал на пустой стакан.

Господи, можно ли быть еще тупее?

Я выпила всё, что они мне дали, как идиотка.

– Вопрос в том, профессор, взяла ли ты что-то? Что-то мое?

Я обмякла на стуле, голова закружилась.

Где-то вдали послышался шум. Мой мозг словно перегрелся и растаял. Я чувствовала себя удовлетворенной. Я полностью расслабилась. Все тревоги прошлой недели упали с моих плеч и перестали иметь значение. По правде говоря, это было облегчением.

– Что здесь, блядь, происходит? – раздался глубокий, знакомый голос.

Внутри меня взорвалась радость.

Маркус был здесь. Это было последнее, что я успела осознать, прежде чем всё погрузилось во тьму.

38.Маркус

Проснувшись и обнаружив, что Коул ушел из дома, я почувствовал новый приступ тревоги, которая и так не давала мне покоя.

Когда мы вернулись домой накануне вечером, он отправился спать, а Мэддокс остановил меня и протянул жилетку.

– Это твоего отца.

Я уставился на изношенную кожу.

– Не шути насчет вступления в клуб. Если ты настроен серьезно, покажи это Коулу.

Я посмотрел на жилетку и провел пальцем по нашивке. МК Гончие Харбора. Клуб был постоянной частью моей жизни, хотя я изо всех сил старался его избегать. Он всегда был поблизости, готовый поглотить меня целиком. Наследие моего отца и бремя брата. Моя судьба?

Этим утром я накинул тяжелую жилетку и отправился на поиски Коула. Чертов идиот вообще не отдыхал, вопреки предписаниям врача, и, похоже, рисковал навредить себе еще больше.

Я нашел байкеров из его ближнего круга в «Кулаке». В этом не было ничего странного, но войти туда и увидеть происходящее, было шоком, от которого я никогда не оправлюсь.

Ари обмякла на стуле, выставленная перед моим братом так, словно он был ее судьей, присяжными и палачом.

– Что здесь, блядь, происходит? – рявкнул я, проталкиваясь через парней.

Они отступили, как только поняли, что это я.

Коул встретил мой взгляд и пожал плечами:

– Я хотел увидеть, кого ты покрываешь.

Итак, он знал. Ну разумеется. Коул всегда знал всё, что люди хотели скрыть. Я отвернулся от брата и присел рядом с Ари. Она была без сознания, ее голова болталась из стороны в сторону.

– Что ты ей дал? – резко спросил я, эмоции бурлили в груди. Протянув к ней руку, я нащупал пульс, не в силах сопротивляться искушению прикоснуться к ней и убедиться, что она в порядке.

– Ничего особенного, просто кое-что, чтобы она расслабилась… и стала честной, раз уж у тебя с этим большие проблемы, – тяжело вздохнул Коул.

– Она не имеет к этому никакого отношения, – попытался я, но видел, что он мне не верит.

– Что ж, подождем, пока она придет в себя, и спросим у нее, ладно? – просто предложил он.

Ари слегка покачнулась и наклонилась влево, соскальзывая со стула. Гейдж протянул руку, чтобы поймать ее, но я бросил на него злобный взгляд и подхватил сам.

– Не трогай ее. Никто не прикасaется к этой женщине, кроме меня, понял? – сказал я ему низким тоном.

Он невинно поднял руки, и я перевел взгляд на собравшихся.

– Все хорошо слышали? Эту женщину никто не трогает, кроме меня. Если вам нужно что-то спросить у нее, спрашивайте меня. Если вам нужно отвезти ее куда-то, спрашивайте меня.

Я опустился на колени и взял ее лицо в ладони. Ее глаза приоткрылись, подарив частичку моего самого любимого вида в мире. Как только она узнала меня, ее лицо расплылось в широкой улыбке.

– Это Маркус. Маркус здесь, – сказала она мягким голосом.

– Верно. Я здесь, детка. Я все еще здесь. – Я убрал свободно свисающие волосы ей за ухо.

– Я не могла найти тебя, – прошептала она, ее улыбка сменилась выражением отчаяния. – Я везде искала, но не могла тебя найти.

– Теперь я здесь, – ответил я, чувствуя, будто мое сердце сжимается пополам.

Вчера я был в ярости, а сегодня уже скучал по ней. Может, любить кого-то – просто осознавать, что независимо от поступков этого человека, твои чувства останутся прежними? Я понятия не имел, но что-то темное внутри меня отступило, стоило оказаться рядом с ней. Словно я вернулся домой.

Ее затуманенный взгляд скользнул по моей жилетке, она нахмурилась и покачала головой.

– Не носи ее. Надень форму вратаря. Ты – вратарь. Ты отбиваешь все шайбы.

Она явно была не в себе, но в этой ее хрупкости было что-то бесконечно милое.

Ари ткнула дрожащим пальцем мне в грудь.

– Сними это. У меня есть джерси, я тебе одолжу, если хочешь.

– Есть? – пробормотал я.

Она кивнула.

– Мой парень подарил его мне.

Да, именинница. Твой парень. Похоже, в глубине души Ари не списала меня со счетов за то, что я вел себя как мудак на презентации.

– Узнай, где деньги, Маркус, – приказал Коул с другого конца стола.

Я сдержал резкий ответ и вместо этого сосредоточился на Ари.

– Красавица, мне нужно знать, что случилось с деньгами в сумке, – обратился к ней.

Я знал, что она отдала их своему брату, но «Гончие» понятия не имели.

Ари покачала головой, по ее нежному лицу потекли слезы.

– У меня больше нет сумки, – призналась она.

– Кому ты ее отдала? – настаивал я. Не было смысла оттягивать неизбежное. Я надеялся уберечь Ари от последствий, но мой брат не собирался так просто отказываться от денег.

– Никому. Я бы никогда ее не отдала, – возразила она и имела наглость выглядеть оскорбленной этим вопросом. – Никогда, – повторила она и ткнула меня в грудь. – Разве ты еще не знаешь этого?

Да. Я думал, что знаю, но, похоже, я ошибался.

– Но мой брат не спрашивает разрешения. Думаю, он следил за мной. Дейл никогда не спрашивает разрешения, когда делает что-то. Он обещал, что разрушит мою жизнь. – Она тихо засмеялась, но смех был горьким. – Полагаю, он добился своего.

– Так ты отдала деньги брату? – попытался прояснить я.

– Нет, я же сказала, что никогда бы этого не сделала. Я не хотела, чтобы Коул пострадал, – сказала она.

– И почему это? – поинтересовался я.

– Потому что он брат Маркуса, – сразу же ответила Ари тоном, который ясно давал понять, что, по ее мнению, я уже должен знать ответ. – А я люблю Маркуса, – прошептала она.

И мое сердце остановилось.

– Я люблю его… я никогда раньше никого не любила.

Чувство взаимно.

– Как твой брат получил сумку? – вмешался Коул, взяв на себя инициативу, когда понял, что я потерял дар речи.

– Как он получил всё в жизни? Обманом, воровством и подлостью. Он взломал камеру хранения и забрал ее, – выпалила Ари и обмахнулась рукой. – Мне жарко. Вам, ребята, не жарко?

Она схватилась за свой свитер, пытаясь стянуть его.

– Это просто легкий наркотик, – успокоил меня Коул, когда я посмотрел на него с подозрением.

– Я его ненавижу. Я убью его. Если он вернется, ему конец. Я смогу это сделать, – теперь она бормотала. – Надо было прикончить его в первый раз.

Я помог ей снять свитер через голову и отбросил его.

– Твою мать, – пробормотал Коул.

Я откинулся назад и посмотрел на Ари.

На ней была тонкая майка, открывающая руки и верхнюю часть груди. Они были покрыты синяками и ссадинами. Тьма распространилась по моей груди. В комнате воцарилась полная тишина. На ключице был круглый след, слишком ровный, чтобы быть чем-то другим, кроме ожога от сигареты.

– Твой брат сделал это? – Я с трудом контролировал голос, и только многолетняя самодисциплина помогала мне оставаться совершенно неподвижным.

– Это его врожденный талант, – вздохнула Ари и снова покачнулась в сторону.

Я тут же оказался рядом, чтобы поймать ее, пока она не упала. Она прижалась головой к моей груди.

– Почему ты не сказала мне, именинница?

– Это не твоя проблема. Я не хочу использовать тебя для решения своих проблем.

Ее слова заполнили пустоту во мне, которая горела дольше, чем я мог вспомнить. Я заправил ей волосы за ухо, а она продолжила:

– Кроме того, я устала быть слабой. Я не хотела, чтобы ты видел меня такой. Всю жизнь я была его жертвой, и мне было все равно, кто об этом знал… до тебя. Я хотела быть кем-то другим для тебя. Я просто хотела быть собой… твоей именинницей. – Она повернула лицо, чтобы посмотреть на меня. – Но ты злишься на меня. Я всё испортила.

– Нет, не злюсь, и ты ничего не испортила. Я был идиотом, в этом нет ничего нового, но на этот раз я обидел тебя. Я заглажу свою вину, красавица, или умру, пытаясь.

Коул наклонился вперед.

– Куда ушел твой брат?

Ари моргнула, ее зрачки уже стали более отзывчивыми. К счастью, похоже, она не приняла слишком много той дряни, что дал ей Коул, – лишь ровно столько, чтобы расслабиться. И, слава богу, эффект быстро проходил.

– Я не знаю, – прошептала она и повернулась к Коулу. – Но Маркус знает.

Все перевели взгляды на меня. Я поднял бровь, глядя на Ари.

– Знаю?

Она кивнула и положила голову мне на плечо.

– Я спрятала трекер из своей сумки в его ботинке. – Затем она закрыла глаза и крепко уснула.

Я поднял ее на руки, осторожно встал, после чего отнес в заднюю комнату и положил на кровать, где мы впервые были вместе. Ее лицо было таким мягким во сне. Я стоял над ней и смотрел на темные следы на ее коже, запоминая. Ее брат ответит за каждый из них.

Подсчитав в голове все повреждения, которые я планировал нанести будущему мертвому ублюдку, рожденному от той же крови, что и Ари, я вернулся в бар.

Коул разговаривал с Гейджем и Мэддоксом. Все подняли глаза, когда я подошел. Коул задержал взгляд на моей жилетке. Я не мог прочесть выражение его лица.

Гейдж усмехнулся.

– У твоей девушки есть смелость и мозги. Я одобряю.

– Отлично, теперь я могу спать спокойно по ночам, – сухо ответил я другу брата, и он закатил глаза.

– Так ты взял вину на себя за эту женщину потому что…? – тихо спросил Мэддокс.

– Потому что она моя. Никто ее не тронет, никто даже косо не посмотрит на нее. Подмешивать ей наркотик в воду? Если бы у тебя уже не было сотрясения, я бы тебе его устроил. – Я недовольно посмотрел на Коула.

– Успокойся. Она сама выпила воду, мы не заливали ей в горло.

Я перевел убийственный взгляд на Гейджа.

– Скажи мне еще раз успокоиться после того, как опоил наркотиком женщину, на которой я собираюсь жениться. Давай, блядь, вперед.

– Хватит. Где ее брат? – спросил Коул.

Я оторвал тяжелый взгляд от Гейджа, достал телефон из кармана и быстро открыл приложение для отслеживания.

– Он недавно пересек границу с Канадой, все еще движется на север.

Коул кивнул, потирая костяшками нижнюю губу – признак стресса.

– Ну, и какой план? – спросил я.

Коул покачал головой.

– Для тебя плана нет. Ты останешься здесь и поможешь своей девушке прийти в себя.

– Ни хрена подобного. Ее брат заплатит за то, что сделал, и я лично за этим прослежу.

Коул прищурился.

– Что, ты теперь Гончий? Хочешь отказаться от всего, что было так важно для тебя долгие годы?

– Есть вещи поважнее. Он должен ответить за то, что сделал. Я еду с вами, и ты меня не остановишь.

Коул изучал меня долгое мгновение, затем кивнул.

– Ладно.

– А вот тебе не стоит никуда ехать. – Мэддокс положил руку на плечо Коула. – Никаких поездок или физической активности. Я не готов быть презом.

– Это значит, что титул перейдет ко мне? – пошутил Гейдж, за что получил мрачный взгляд от Мэддокса.

– Они правы. Ты не можешь ехать. Я поеду вместо тебя, – сказал я Коулу.

Он открыл рот, чтобы возразить, но я покачал головой.

– Ничто из того, что ты скажешь, не изменит моего решения. С одним агрессивным ублюдком мы справимся. Предполагать иначе – это оскорбление для меня и твоих парней, – указал я Коулу.

Брат вздохнул. Ему не нравилось оставаться в стороне от дел «Гончих», но на этот раз даже он понимал, что мы правы.

– Ладно, но я хочу быть в курсе всего, что происходит, будьте на связи.

– Будем.

Я встал, чувствуя, как во мне бурлят гнев и предвкушение. Я собирался выследить брата Ари и заставить его истекать кровью. Мне не терпелось отправиться в путь.

– Давай отвезем твою девушку к моей сестре. Салли присмотрит за ней, пока она не очнется, а потом проверит ее травмы, – предложил Гейдж.

Я кивнул, не раздумывая. Ари нуждалась в безопасности и отдыхе, пока я буду вдали от нее сводить счеты.

Думаешь, это заставит ее простить тебя за трюк с презентацией? — прозвучал насмешливый голос в моей голове.

Я не ожидал, что она простит меня. Я целенаправленно пытался оттолкнуть ее, причинить ответную боль, и я облажался. Но об этом я мог побеспокоиться позже.

Прямо сейчас где-то разгуливал мужчина, совершивший непростительное преступление – поднял руку на женщину, которую я люблю.

Теперь он заплатит за это.

39.Арианна

Я открыла глаза, когда Салли поставила стакан воды на маленький столик рядом со мной. Потянувшись к ней, я коснулась ее запястья.

– Черт! Ты меня чуть до инфаркта не довела, – ахнула она и отступила, стряхивая воду с руки. – Ты проснулась? Я думала, ты проспишь как минимум всю ночь.

– Я проснулась, – пробормотала я и села. Тело казалось неестественно тяжелым, словно я спала очень долго. Кроме того, ребра болели, напоминая, что мне нужно как можно скорее сходить к врачу. Из-за того, что Дейл взорвал мою жизнь, я отложила эту простую задачу.

Он украл сумку с деньгами, и теперь «Гончие» знали об этом. Воспоминания постепенно возвращались: как я зашла в бар в сопровождении байкеров, Коул Бэйли с повязкой на голове, звук голоса Маркуса где-то вдалеке.

– Я все знаю, так что можешь не утруждать себя пересказом. И для протокола: я буду добавлять слабительное в чили в «Кулаке» несколько недель, чтобы отомстить придуркам за то, что они накачали тебя наркотиками. Это неприемлемо. – Салли скрестила руки на груди и покачала головой, на ее лице отразилось раздражение.

Я кивнула. У меня сложилось впечатление, что парни из клуба особо не заморачивались насчет правил.

– Я в порядке. Веришь или нет, но это не первый раз, когда со мной такое случается с тех пор, как я приехала в Хэйд-Харбор.

Салли подняла бровь.

– Какого черта? Кто-то еще накачивал тебя? Кто?

– Один из тех, кому тоже плевать на правила. – Я потянулась в разные стороны, насколько могла осторожно.

– Нам нужно поехать в больницу, проверить твои травмы. Ты сейчас как лоскутное одеяло, – встревоженно сказала Салли.

– Это может подождать. Поверь мне, ни одна из них не требует вмешательства, всё заживает нормально. Говорю по опыту.

Салли уставилась на меня и медленно покачала головой, а затем удивила меня, сжав переносицу, словно пытаясь сдержать слезы.

– Прости, просто… ты напоминаешь мне маму. У нее и моего отца были не самые лучшие отношения, и никто об этом не знал. Никто не подозревал, потому что она так чертовски хорошо умела делать вид, что все в порядке. Она была сделана из стали… как ты.

– Нет, это неправда. Я много раз сгибалась и ломалась. Мужество изменить что-то я нашла только тогда, когда это коснулось тех, кого я люблю.

Салли наклонила голову.

– Но, даже когда это касалось только тебя, все равно страдал человек, которого ты любила… или должна была любить… ты сама.

– Да, может, в этом и проблема. Ладно, где твой брат? – спросила я у Салли.

Она села на край кровати.

– В пути на север, думаю. Тот, за кем они следили, похоже, остановился, так что они выехали.

– Ты знаешь, куда? – быстро спросила я.

Салли кивнула, а потом с тревогой посмотрела на меня, когда я встала.

– Сагеней, Квебек. Но почему ты спрашиваешь?

У меня пересохло во рту. Недалеко от того места, куда, как я подозревала, сбежала Клэр. Он шел за своей семьей, несмотря на деньги, которые украл в Хэйд-Харборе.

– Нам нужно поехать за ними.

– Что? Почему?

– Потому что в этой истории есть нечто большее, чем они знают. Дейл едет за своей женой и ребенком. Они не могут оказаться в эпицентре всего этого. Не могут!

Салли достала телефон из кармана.

– Я позвоню Гейджу.

– Мы можем позвонить по дороге, – возразила я.

Я видела, что Салли собирается отказаться, и взяла ее за руки.

– Ты не обязана ехать со мной, но я должна. Это моя история, мой брат, моя невестка и племянница. Мне нужно быть там. Я должна довести дело до конца.

Салли помедлила еще мгновение, но, кажется, заметила решимость в моих глазах.

Она кивнула.

– Хорошо, позвоним по дороге.

Поездка казалась бесконечной, пока наша машина мчалась по темному шоссе.

Я звонила Маркусу снова и снова, но он ни разу не ответил. Он поехал с ними, я знала это. Возможно, я ничего не соображала, но образ его в жилетке «Гончих Харбора» навсегда врезался в мой мозг.

Почему он надел ее? Зачем? Он не был Гончим, и никогда не хотел им становиться. Все это казалось неправильным.

– Гейдж знает о жене и ребенке, не волнуйся. – Салли посмотрела на меня. – Хотя я думаю, они не единственные, о ком ты беспокоишься.

– Я не хочу, чтобы кто-то из мотоклуба пострадал из-за меня. Я взяла сумку, это было глупо. Я увлеклась… забыла, что жизнь всегда меня подводит. Мой брат постоянно все портит. Я действительно позволила себе думать, что он мертв. И от этого мне стало так хорошо, – тихо призналась я. Впервые я произнесла эти проклятые слова вслух.

– В этом нет ничего постыдного. Слушай, я знаю таких, как Дейл. Он похож на моего отца, и если кто-то и заслуживал несвоевременного несчастного случая, так это он.

– Но всё равно я не хочу быть человеком, который желает кому-то смерти. Это просто… ужасно.

– Нет, это по-человечески. Он ужасен. И, полагаю, карма реальна, потому что теперь твой брат связался не с теми людьми. Он думал, что крадет у тебя, а украл у «Гончих», – Салли улыбнулась мне. – Так поэтично. Он сам подписал себе приговор.

Я проглотила ком напряжения в горле и кивнула. Тот факт, что люди, более сильные и способные, чем я, наконец-то разберутся с Дейлом, был слишком хорош, чтобы быть правдой.

Я больше не одна в этом.

– Но опять же, у меня есть чувство, что ты беспокоишься не о том, что «Гончие» разберутся с Дейлом. Дело в Маркусе, да? Один определенный Геллион запал тебе в душу.

Я покраснела и уставилась в окно.

– Не понимаю, о чем ты говоришь.

Салли рассмеялась.

– Да, конечно! Если бы я и раньше не подозревала, то твое виноватое выражение лица подтвердило бы всё. Ты и Маркус. Вау. Не могу поверить в это… хотя, нет, могу. Он красивый, веселый, интересный... ты заслуживаешь того, кто заставит тебя смеяться.

– Он студент! – напомнила я ей. – Он на пять лет моложе меня.

– Если его это не смущает, то и тебя не должно… хотя я слышала, что на днях у тебя на лекции был переполох.

В голове промелькнули воспоминания о презентации и внезапном появлении тех проклятых фотографий. Черт. Это было ужасно.

– Маркус, конечно, веселый и сексуальный, но он может вести себя немного безумно. У всех Ледяных Богов такая репутация. Ты в порядке?

– Не могу сказать, что не заслужила это. Я солгала ему о Дейле и обо всем остальном. Я начала эту глупую игру с сумкой.

– Но наверняка не без повода, не забывай.

– Да, но он открылся мне... а я не ответила ему взаимностью. Я не знала, как, и теперь... я сама дала Дейлу возможность встать между нами.

– Как ты думаешь, он теперь знает всё о твоем прошлом?

– Думаю, он догадывается, какой была моя жизнь до Хэйд-Харбора. – Я провела рукой по груди. Одна только мысль о том, что Маркус, Коул и его друзья-байкеры видели доказательства того, что сделал мой брат, вызывала у меня слезы. Я всей душой не хотела, чтобы меня считали жертвой, а теперь…

– Хорошо, он видел синяки, но знает ли он всё? Ты поделилась с ним своей историей?

Я покачала головой. Нет. Даже сейчас показывать самые темные части себя было нелегко. Я не была уверена, что вообще способна на это.

– Ну, может, с этого и начни, – предложила она.

– Что в университете говорят про фотографии? – спросила я, желая сменить тему.

Салли фыркнула.

– Ничего особенного, только то, что это было горячо. Лица Маркуса не было на фото, и никто никогда не осмелился бы высказывать предположения о Маркусе Бэйли, которые нельзя подтвердить. На самом деле большинство вменяемых людей вообще не связываются с Ледяными Богами.

– Приятно получить подтверждение, что я официально сумасшедшая, – вздохнула я.

– Не знаю… может, тебе и нужен был кто-то вроде него, чтобы пробить те высокие стены, которые ты выстроила. Мы познакомились совсем недавно, но я сразу поняла, что ты милая, умная и добрая… но закрытая. Кажется, тактика Маркуса сработала там, где никто другой не преуспел.

– Он особо не оставил мне выбора, – сказала я.

– Он целеустремленный парень… или одержимый, выбирай сама. Так что мы будем делать, когда приедем? – спросила Салли.

Я взглянула на GPS. Мы приближались. Нервы вытеснили из головы все опасения по поводу Маркуса.

– Не знаю. Мне нужно убедиться, что Клэр и Лулу в безопасности.

– И Маркус, верно? – Салли бросила на меня косой взгляд.

– Перестань. Он взорвал мою жизнь и не давал мне ни минуты покоя с момента нашей встречи. Он как ураган. Я подставила его брата, а он, скорее всего, добился моего увольнения. Может, нам стоит закончить всё прямо сейчас, пока мы случайно не сожгли город.

Салли с улыбкой покачала головой.

– Думаю, у Маркуса на этот счет другое мнение, но посмотрим… Он не производит на меня впечатление парня, который отказывается от того, чего хочет. Или кого.