Текст книги "Порочные цели (ЛП)"

Автор книги: Мила Кейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

28.Арианна

Губы коснулись моего лба, и я с трудом проснулась. Тело было как свинец, я чувствовала себя так, словно приросла к кровати. Не припомню, чтобы когда-то так крепко спала. Я открыла глаза и сразу почувствовала дезориентацию. Где я, черт возьми? Все было слишком смутным, поэтому я снова закрыла глаза. Я устала просыпаться в разных комнатах, разных городах и мотелях. Мне хватило этого на всю жизнь.

– Мне жаль оставлять тебя здесь вот так, но я должен ехать на каток. Тренер недоволен мной из-за вчерашнего, и мне нужно какое-то время быть пай-мальчиком, – прошептал Маркус мне на ухо.

Из меня вырвалось недоверчивое фырканье.

– Не знаю, был ли ты хоть раз в жизни пай-мальчиком. – Я снова приоткрыла глаза и увидела его лицо над собой.

Он уже был одет в тренировочную форму. В окно лился бледный свет. Общежитие «Геллионов». Маркус занес меня сюда прошлой ночью, закутанную в одеяло и в маске. Одному Богу известно, что подумали об этом остальные.

– Который час, вообще? – я зевнула.

– Еще нет шести, – ответил он.

Я простонала и приподнялась.

– Черт. Я хотела уйти как можно раньше, пока еще не рассвело.

– Хорошо, что не ушла. Попытка ускользнуть, пока я сплю, для тебя бы плохо кончилась. Я до сих пор не оправился от первого раза. – Он окинул взглядом меня и помятый хоккейный джерси, в котором я спала. – Может, мне все-таки остаться? Как ты и сказала... я не умею вести себя примерно.

Я решительно покачала головой.

– Ты должен пойти. После вчерашнего побоища на игре покажи тренеру Уильямсу, что ты сожалеешь.

Его рот растянулся в очаровательной ухмылке.

– Да, профессор, как прикажете. – Он поднял тяжелую сумку с пола. – Подбросить тебя до дома?

– Мотель находится в противоположной стороне от катка, – указала я.

Он пожал плечами.

– Ради тебя я могу опоздать. И чтобы было ясно... вчера все закончилось побоищем, да, но тот ублюдок Синклер меня оскорбил, а я не прощаю такого.

– Он оскорбил тебя? Это же просто треп; не позволяй ему залезть тебе в голову.

Маркус кивнул.

– Я знаю, и раньше никогда не позволял. Но он нашел тему, которая может превратить мое фирменное хладнокровие в пепел. – Он протянул руку и провел большим пальцем по моей щеке. – Это ты, Ари. Про меня могут говорить что угодно... как и про моего отца, или брата, неважно. Нас можно задевать. Тебя? – Маркус покачал головой. – Нет. – Его тон был смертельно серьезным.

– Нет? Просто нет? – подтолкнула я.

Он кивнул.

– Просто нет. Не на моей смене. Возвращайся ко сну. Если ты еще будешь здесь, когда я вернусь, я обещаю основательно трахнуть тебя и разбудить оргазмом.

Я заерзала. Боже, звучало заманчиво.

– Кто-нибудь увидит. Мне лучше уйти. Моя машина здесь. Я сама доеду домой.

Маркус изучающе посмотрел на меня, а затем тяжело вздохнул.

– Почему так получается, что первая и единственная женщина, о которой я хочу заботиться, не позволяет мне этого? – проворчал он.

Я рассмеялась.

– Карма, наверное?

Маркус схватил сумку и направился к двери.

– Так вот что значит любить кого-то сильнее, чем любят тебя? – продолжил он, открыв дверь и задержавшись в дверном проеме.

– Маркус! – тихо воскликнула я.

Он обернулся ко мне.

– Если это так, то, черт возьми, мне это совсем не нравится… но я стерплю. Ради тебя.

Затем он вышел с ухмылкой, забрав мое сердце с собой.

По дороге в мотель я заехала в центр, чтобы купить фруктов и закусок, которые можно было бы хранить в мини-холодильнике. Мой желудок протестовал при одной только мысли о том, чтобы еще неделю завтракать черствыми кексами и растворимым кофе.

Я не могла так продолжать.

Я влюбился в тебя, именинница. Слова Маркуса, сказанные прошлой ночью, не переставали крутиться у меня в голове. Это было слишком для такой, как я. Я чувствовала себя Икаром, которого вот-вот низвергнут за попытку приблизиться к Солнцу.

Главная улица была великолепна в лучах раннего утреннего солнца. Лето медленно приходило в Мэн, и весь город расцветал. Скоро учеба закончится, и мне придется решить, остаться или двигаться дальше. Летом с деньгами будет туго, но я могла бы подзаработать, давая уроки игры на фортепиано. Моя первая зарплата была припрятана, как и остатки сбережений, которые были у меня, когда я приехала в Хэйд-Харбор.

Хотела ли я остаться? Вот в чем был настоящий вопрос, и он не давал мне покоя. Университет предложил продлить мой контракт. Преподаватель, которого я заменяла, подумывал уйти на пенсию. Я бродила по Главной улице, заглядывая в маленькие магазинчики, и взяла французский латте с ванилью в любимой кофейне. Люди здоровались и махали мне. За то короткое время, что я провела здесь, у меня появилось свое окружение. Меня приняли. Это стало слишком очевидным, чтобы отрицать. Я не хотела уезжать. Ни капли. На витрине магазина хоккейных товаров висела табличка, объявляющая, что они являются гордыми поклонниками «Геллионов».

Маркус.

Я не могла притворяться, что он не был причиной моего желания остаться. Главной причиной.

Я влюбился в тебя.

Следующим на моем пути попалось агентство недвижимости. Пока я проходила мимо, на окно повесили свежее объявление. Сдавался дом за городом, возле пляжа. Небольшой, слегка запущенный… но стоило мне его увидеть, как я поняла, что хочу в нем жить.

Я посмотрела на цену. Она не была заоблачной. Поддавшись порыву, я открыла двери агентства и вошла внутрь.

– Я хотела бы узнать подробнее об аренде доме, рекламу которого Вы только что вывесили.

– О! – агент улыбнулась мне, заметно удивившись. – Я как раз собиралась съездить туда и повесить табличку. Хотите поехать со мной?

Я замешкалась от неожиданности, после чего посмотрела на часы. У меня было время.

– Хорошо, конечно. Я Анна. – Я протянула руку женщине.

– Пиппа. Очень приятно. Сейчас только возьму ключи, – она засуетилась, собирая вещи.

В животе закипало волнение, пока я следовала за ней к машине. Всё это казалось безрассудным, диким… и, наверное, маловероятным, учитывая, что у меня не было рекомендаций. Но я все равно решила попробовать. Может быть, наконец пришло время снова чего-то захотеть. Может, пора позволить себе это.

Дом был не новым, но идеальным. Облицованный серыми кедровыми досками, выбеленными солнцем и морским бризом, он стоял как маленькая жемчужина между лесом, каменистым пляжем и водой. Внутри были широкие деревянные полы и белые стены. Перед стеклянными двойными дверями, выходящими на сверкающую воду, стоял просевший диван. Кухонные шкафчики были украшены резьбой, с облупившейся синей и белой краской, а столешница была того же оттенка полированного дерева, что и пол. Наверху стояла небольшая двуспальная кровать лицом к окну с видом на залив. Единственным другим предметом мебели был небольшой комод напротив кровати.

Несмотря на все это, стоило мне переступить порог, я почувствовала себя как дома. Я следовала за Пиппой по пятам и, без сомнений, она сразу догадалась, что я влюбилась в это место. Я не умела скрывать эмоции.

– Владелец довольно гибкий, но ему потребуется хотя бы одна рекомендация от предыдущего арендатора.

– Я никогда не снимала жилье. Всегда жила с семьей, – ответила я.

– Хм, в таком случае, рекомендация или характеристика от предыдущего работодателя – это лучшее, что Вы можете предоставить, но гарантий нет. Все будет зависеть от других претендентов и того, насколько их рекомендации окажутся сильнее.

– Конечно, – пробормотала я, испытывая мучительное разочарование. Конечно, это был не отказ, но и далеко не согласие. – Большое спасибо, что привезли меня посмотреть дом. Я пройдусь пешком, – сказала я ей. Мне не хотелось покидать это прекрасное тихое место так скоро.

Пиппа помахала на прощание и уехала, подняв облако гравия.

Я спустилась к пляжу и села на камень, уставившись на море. Прошли месяцы с тех пор, как я последний раз была у воды. В детстве я часто ходила на побережье. Мы жили недалеко от океана, и пляж был моим убежищем… пока Дейл с друзьями не выяснили, где я прячусь. Тогда всё было разрушено. Теперь, глядя на чистую, спокойную воду, во мне шевельнулась надежда, что однажды я снова смогу испытать то чувство… болезненная, драгоценная и такая хрупкая, что одно неверное движение могло разбить ее.

29.Арианна

Я ушла с пляжа и через какое-то время вернулась в город к своей машине, все еще припаркованной у агентства недвижимости. Нужно было ехать в университет, но это утро казалось каким-то особенным. Будто внутри меня что-то переменилось, что-то значимое.

Я хотела остаться. Впервые за очень долгое время я хотела чего-то большего, чем просто выжить.

Я завела мотор и влилась в утренний поток машин. После просмотра дома у моря возвращение в «Ночную сову» казалось настоящей пыткой. Жизнь в мотеле – не для слабых.

Припарковавшись, я взглянула на часы, а затем вышла из машины, пытаясь прикинуть, сколько времени у меня осталось на сборы после незапланированной остановки. Я не смотрела по сторонам. Впрочем, даже если бы смотрела, это не изменило бы того факта, что я толкнула дверь прямо в кого-то. В кого-то, кто стоял рядом с моей машиной.

– Ой! Простите, – затараторила я, чувствуя себя ужасно. Я вышла из машины и обернулась, чтобы посмотреть, кого ударила.

Я замерла, пот мгновенно выступил на лбу. Дейл Спенсер не был крупным парнем. Но то, чего ему не хватало в размерах, он с лихвой компенсировал злобой и агрессией. Его лицо было мне знакомо, как собственное. Словно мои недавние мысли материализовали его, или сам факт того, что я впервые захотела чего-то для себя, вызвал вселенскую коррекцию. На одну драгоценную секунду я забыла, что мне не позволено мечтать. Не позволено надеяться. Похоже, пришло время напоминания – и судьба выбрала худшее из возможных. Увы, он был не призраком из моих кошмаров, а самым настоящим человеком из плоти и крови. Та ночь в итоге не убила его. Я никогда еще не была так разочарована.

– Давно не виделись, Арианна. – Его голос был вырван прямиком из моих худших воспоминаний.

Увидеть брата спустя столько месяцев было шоком. Время, проведенное в одиночестве, не пошло ему на пользу. Он выглядел изможденным, его лицо было красным и покрытым пятнами, глаза налиты кровью. Я видела, как Дейл пил все больше и больше с годами, но, похоже, употребление алкоголя начало по-настоящему сказываться на нем только теперь. Он выглядел затравленным, преследуемым и, больше всего, разъяренным.

Разумеется, он был в ярости.

В конце концов, я обыграла брата в его же игре… и теперь, полагаю, он здесь, чтобы свести счеты.

Я сделала шаг назад, но бежать было некуда. Тогда открыла рот, чтобы закричать, но звук так и не сорвался с губ. Дейл вцепился рукой в мои волосы и резко дернул голову в сторону, ударив ее о крышу машины. Перед глазами взорвались звезды.

– Ты оставила меня умирать, Арианна. Пришло время вернуть должок.

Мы были одни на парковке. Не было никого, у кого можно было попросить помощи, никого, кто мог бы противостоять худшему тирану и абьюзеру, которого я когда-либо встречала.

Он вырвал из моей руки сумку и обыскал ее в поисках ключа, а, когда нашел, вцепился в мою руку так крепко, что у меня не было шанса вырваться, и потащил через парковку к номерам. Мой был прямо перед нами.

Я должна была кричать, но всякий раз, когда пыталась, он тряс меня так сильно, что я кусала язык, а зубы стучали.

– Даже не думай, сестренка. Просто делай то, что тебе говорят – как ты привыкла.

Дейл быстро открыл дверь, втолкнул меня внутрь и сам ввалился следом, тяжело дыша. Он запер дверь за собой и, развернувшись, провел руками по сальным волосам.

– Вся эта долбаная хуйня из-за тебя.

Я отползла назад, упираясь ладонями в грубый ковер, озираясь в поисках телефона. Даст ли он мне позвонить? Конечно, нет. Но я должна была попробовать. Я провела всю жизнь, позволяя этому ублюдку помыкать собой, и устала подчиняться.

– Где деньги, Арианна? – спросил Дейл.

Я наконец заметила телефон и бросилась к нему, когда он шагнул ко мне. Носок его ботинка метнулся прямо к моему лицу – и свет погас.

– Тетя Арианна, – донесся до меня по телефону шепот племянницы.

Я села в постели, моргая в темноте своей комнаты.

– Что случилось?

– Мамочка… Она поругалась с папой... она... она не встает.

– Я еду. Уже в пути. – Страх мгновенно сжал горло.

Я вскочила с кровати и натянула на себя одежду. Мой брат жил со своей семьей всего в нескольких кварталах от меня. Меньше чем через пять минут я уже пронеслась по их улице, взлетела на крыльцо и ворвалась в дом.

Еще слишком рано. Мы были почти готовы к отъезду. Деньги по наследству, о которых я недавно узнала, должны были поступить на счет лишь завтра утром… а вечером мы собирались уехать, когда Дейл отправится в бар с друзьями. Слишком рано.

– Есть кто дома? – я напряглась от страха, что брат все еще может быть здесь.

– Тетя Арианна? – тоненький голос раздался с верхушки лестницы.

Я взбежала по ней, забыв об испуге. Крепко обняла Лулу, а потом отстранилась, чтобы посмотреть на нее. Под ее глазом уже проступал синяк.

– Что случилось?

– Я пролила воду. Надо было пить быстрее. Папа всегда говорит, что надо просто пить, а я не послушалась, и вода пролилась на его газету…

Слёзы катились по ее круглым щечкам. Я легко могла представить, что произошло дальше. Почему они сидели и ужинали после десяти вечера с семилетним ребенком, я понятия не имела, но точно знала, что Дейл всегда заставлял семью ждать его прихода, чтобы поесть. Ублюдок наслаждался тем, что морил дочь голодом до тех пор, пока сам не соизволит вернуться.

– Где мама?

– В своей комнате.

Я крепко обняла ее.

– Подожди здесь, я схожу за ней.

Я пошла по коридору, чувствуя, как страх заполняет каждую клетку моего тела. Этого момента я боялась слишком долго. Ночи, когда всё зайдет слишком далеко. Одна секунда – и возможность помочь уйдет навсегда.

Я добралась до спальни и вошла внутрь. Ноги Клэр безжизненно свисали с края кровати.

Собравшись с духом, я двинулась к ней. Я не могла позволить, чтобы это повторилось. Мы были так близки.

Я приблизилась к кровати. Клэр лежала лицом вниз, тело раскинуто. Присев рядом, я откинула волосы с ее лица.

– Клэр, это я, Арианна.

Она молчала долгую мучительную секунду, и казалось, будто мир перестал вращаться.

– Я в порядке.

Ее хриплый стон вызвал слезы на моих глазах.

– Я вырубилась на секунду… сейчас я в сознании, но, думаю, рука сломана, и, возможно, ребра.

– Я вызову скорую.

– Нет. Никакой скорой. Ты же помнишь, чем это закончилось в прошлый раз… Друзья Дейла из полиции всё ему рассказали, и он стал еще хуже.

Я промолчала. Мне нечего было ответить, потому что это была правда. Мы жили в коррумпированном городке, где шериф и его подчиненные раз за разом покрывали своих старых дружков. Хотя мой брат и ушел на пенсию раньше времени из полиции, официально – ради того, чтобы открыть собственное детективное агентство, а неофициально – потому что слишком часто напивался на службе, его все равно считали «своим».

– Тогда я отвезу тебя в соседний город. – Я подсунула руки под нее и осторожно приподняла.

Она кивнула, морщась от боли, и прижала руку к груди.

Брат издевался над своей женой с того момента, как она забеременела. Мне было восемнадцать, я заканчивала школу и еще жила с ним. Стало только хуже, когда родилась Лулу, но к тому времени все уже оказались в ловушке. В ловушке города и продажных копов, готовых закрыть глаза на побои, в ловушке материнской беспомощности – когда на руках младенец, а муж контролирует весь семейный бюджет, в ловушке равнодушных соседей, которые отводили взгляд при виде женщины, толкающей коляску с двумя фингалами под глазами.

Послышался тихий всхлип – Лулу застыла в дверях, ее глаза расширились от ужаса при виде крови, заливавшей лицо матери.

– Все хорошо, малышка, все хорошо.

– Какого хуя ты тут забыла? – голос Дейла превратил мою кровь в лед.

Я развернулась, но не достаточно быстро. Пощечина брата отправила меня и Клэр на пол.

– Папочка! – закричала Лулу, ее глаза округлились от страха.

– Вон отсюда! – рявкнул он на неё и шагнул ко мне. – Ты тупая сука, вечно создаешь проблемы. Сегодня я узнал, что ты пыталась забрать бабушкины деньги без моего ведома.

В завещании бабушка выделила мне внушительное состояние, которое должно было храниться в трасте до моего двадцать четвертого дня рождения. Я терпеливо ждала, когда настанет время забрать их. Эти деньги были нашим единственным шансом сбежать. Без них я не могла увезти Клэр и Лулу куда-то в безопасное место, подальше отсюда. Это было невозможно. А потом, когда время почти подошло… Дейл узнал. Черт его знает как, но узнал. Наверняка адвокат проболтался. Мой день рождения прошел, и когда Дейл потребовал деньги, я сделала единственное, что могла, – запутала всё в бесконечной бумажной волоките. Со временем он перестал ежедневно проверять, сняты ли ограничения. Клэр и я решили уехать, как только деньги будут у меня, и это должно было случиться завтра.

Завтра. Мы были так близки.

– Она оставила их мне, – выплюнула я. Мне были нужны эти деньги. Без них не было бы нового начала для Клэр и Лулу. Не было будущего ни для кого из нас.

– Мне плевать! Они мои. Они должны быть моими. Я терпел их дряхлые рожи слишком долго.

– С чего бы? Ты ненавидел их, это было очевидно! – вырвалось у меня, годы гнева и обиды вырвались наружу.

– Да что ты говоришь? – взбесился Дейл и ударил меня так сильно, что перед глазами потемнело.

Я пошатнулась, ударившись о стену. Голова кружилась.

– Ты такая же тупая, как и они. Старики были настолько глупыми, что не смогли сделать техосмотр вовремя. Ты знаешь, как легко инсценировать отказ тормозов?

Я уставилась на Дейла в ужасе, зрение прояснилось.

– Ты… – начала я, трагическая авария, забравшая любимых бабушку и дедушку, вернулась ко мне в тошнотворном слайд-шоу из смятого металла и опознания тел в маленькой холодной комнате. – Ты намеренно покалечил их? – Я не могла осознать это. Несмотря на то, что знала, насколько ужасен Дейл. Несмотря на то, что понимала, на что он способен, я никогда не подозревала его.

– Покалечил? Я убил их. Пришло время получить то, что мне причиталось, а эти тупые ублюдки никак не хотели умирать.

Слезы катились из моих глаз, затуманивая зрение.

Я слышала, как Клэр двигается. Мельком увидела, как она бросилась по ковру к Дейлу с тяжелой лампой в неповрежденной руке.

Она замахнулась на него, но брат легко увернулся и сбил ее с ног.

Затем он навалился на нее, оседлав ее талию, его мясистые руки нашли ее шею и сдавили.

Клэр закашлялась, задыхаясь.

– Мамочка! – закричала Лулу.

– Ты должна умереть, сука, все вы должны умереть, чтобы я наконец-то мог спокойно жить на свое наследство. – Его руки сжимали шею Клэр, как железные тиски.

Дейл убил бабушку и дедушку, единственную семью, которую я знала. Он отнял у меня всё.

Перед глазами заплясали звезды и черные пятна. В тот момент на меня нахлынуло так много сожалений. Я жила в его тени. Позволяла страху перед ним контролировать меня так долго, что у меня не осталось ничего своего. Ни парня, ни друзей, ни работы... ничего. Мне следовало сбежать, как только я стала достаточно взрослой, но я осталась ради Клэр и Лулу… я мешкала слишком долго, и теперь мы все за это заплатим.

Вязальные спицы Клэр лежали на прикроватной тумбочке. Я не думала. Мой разум был пуст. В одну секунду я наблюдала, как Дейл душит жену, а их ребенок кричит в истерике в углу. В следующую у меня в руке уже была спица, и я вонзила ее в спину брата.

Дейл крякнул от неожиданности, и его руки ослабли. Клэр отчаянно втянула воздух в легкие. Кашляя, она откатилась прочь. Дейл грузно рухнул на бок, пытаясь вытащить спицу из спины.

– Ты... ты думаешь, ты можешь убить меня? – он рассмеялся.

Но он забыл, что у меня оставалась другая спица. Вторая вошла ему в шею. Я ударила изо всех сил.

Лулу закричала, и ее крик прорвался сквозь туман в моей голове.

– Возьми меня за руку, – произнес чей-то голос. Клэр.

Все вокруг продолжало плыть, голова гудела. Клэр пришла в себя настолько, чтобы встать. Ее горло было в синяках, одна рука безвольно свисала, и она выглядела полумертвой. Но невестка протянула мне здоровую руку.

– Мы уходим.

Дейл катался по полу, под ним растекалась лужа крови и впитывалась в ковер. Он умрет? Сколько ему осталось?

– Арианна, это был либо он либо мы. Ты спасла нас, – сказала Клэр, ее голос звучал тверже, чем когда-либо прежде.

Я сглотнула ком страха и боли и кивнула.

Лулу стояла в дверях, тихо плача. Клэр откинула волосы и вытерла окровавленные руки о брюки. Сломанная рука болталась вдоль тела – видно было, как ей больно, но она выглядела такой сильной, стоя там над телом мужа-тирана, вернув себе контроль впервые за долгое время. Она повернулась к дверному проему и обняла Лулу.

– Что теперь? – спросила Лулу приглушенным голосом, который звучал так по-детски, что это разрывало мне сердце.

– Теперь мы уходим, милая. Мы уже ушли, – сказала ее мать, и на сей раз это были не просто слова.

Мы действительно ушли.