Текст книги "Отставной экзорцист. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Михаил Злобин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 30 страниц)

Бросив взгляд туда, где должен сидеть Витька Грошев, я обнаружил лишь выключенный монитор и пустое кресло. Н‑да… надеюсь, он хотя бы отпросился у Ольшанской. Потому что если сбежал, то она ему может устроить проблемы.

Неловко, конечно, с этой Янталь вышло. Эта ядовитая змея умудрилась найти именно те слова, которые ранили парня в самое сердце. Даже и не знаю, радоваться или печалиться, что принял участие в этих разборках. Уж больно тяжким вышло для Грошева столкновение с реальностью.

Однако я надеялся, что в конечном итоге прозрение поможет незадачливому воздыхателю избавиться от своей навязчивой мании. Пускай не сейчас, но позже. Время лечит любые раны. Уж мне ли об этом не знать.

Оказавшись на улице и дойдя до угла, за который работники «Оптимы» привыкли бегать на перекуры, я стрельнул там у первого же попавшегося сотрудника сигарету. Тот поделился, не выказывая недовольства. И даже никаких комментариев не отпустил, когда я попросил ещё и зажигалку.

Видимо, моя хмурая физиономия не располагала к общению или шуткам.

Глубокий вдох. Лёгкие наполняются горьким дымом, от которого нестерпимо захотелось раскашляться. Но я удержал его в себе. Голова закружилась, в глазах потемнело, а ноги стали каким‑то ватными. Появилось ощущение, что меня сминает, как мокрый картон.

Ух, ни хрена себе. Это курево настолько крепкое или с непривычки так придавило?

Как бы там ни было, но всё вернулось в норму за считанные секунды. Вторая затяжка уже не вызвала никаких спецэффектов. Поэтому я прислонился спиной к бетонной стене и поднял взгляд на небо.

Да‑а, дерьмовенько начался этот год. Двух недель от него не прошло, а событий свалилось столько, что на целую книгу хватит.

Но, в принципе, не так уж всё и безнадёжно. Выселение, разумеется, трудно назвать положительным моментом. Попривык я уже, что до работы можно за пятнадцать минут пешком добраться. Но теперь, видимо, придётся больше времени на это отводить.

Тем не менее, у меня больше нет необходимости покупать лекарства и оплачивать визиты сиделки. Эта статья съедала значительную часть зарплаты. Но, как бы цинично не звучало, эти траты ушли вместе с Палычем.

Высвободившейся доли в моём ежемесячном бюджете вполне должно хватить на съём небольшой однокомнатной квартирки. Возможно даже где‑то не слишком далеко от «Оптимы». На своих двоих, конечно, не набегаешься, но и по два часа на дорогу тратить не придётся. Поэтому в финансовом плане для меня мало что изменится.

Отправив щелчком пальцев окурок в урну, я потопал обратно на тринадцатый. Меня там ждал ещё целый вал неразобранных заявок. Но всё фигня. Где наша не пропадала, да, Мороз?

Глава 23

Алексей вздрогнул и проснулся. Вокруг темнота, под головой мягкая подушка. В узкую щель меж двух неплотно прикрытых штор льётся бледный мертвенный свет уличного фонаря. Он дома. Волноваться не о чем. Но отчего же так тревожно на душе?

Стараясь не разбудить свою избранницу, Зорин протянул руку и погладил её по плечу. Но наощупь тело супруги оказалось невероятно твёрдым, словно высеченное из дерева. А потом женщина вдруг дёрнулсь так резко, что мужчина аж подпрыгнул.

– Даша⁈ Даша! Что с тобой⁈ Ты слышишь меня⁈ Ответь!

Алексей попытался перевернуть жену на спину, но не смог. Её мышцы неестественно окаменели и застыли в одной позе.

Едва не кувыркнувшись с кровати, Зорин схватил мобильник с тумбочки и вернулся к супруге.

– Дашуля! Дашулечка, очнись, пожалуйста! – затряс он её.

Но она снова не отреагировала. Продолжала неподвижно лежать, будто манекен.

– Твою мать, да что же это такое⁈ – в отчаянии схватился за голову Алексей.

Трясущимися пальцами он принялся набирать номер скорой. К счастью, там подняли трубку практически сразу, всего через два гудка.

– Диспетчер двенадцать‑три, слушаю, что у вас произошло? – прозвучал в динамике серьёзный женский голос.

– Алло! Алло, девушка, с моей женой что‑то случилось! Я не видел такого раньше! Она вся оцепенела и не реагирует ни на…

Продолжение фразы застряло в горле, поскольку Дарья снова дёрнулась. Но на сей раз в неверной игре слабого света Алексею почудилось, будто её глаза распахнулись, и на него уставился преисполненный испепеляющей злобой взгляд.

Можно долго рассуждать о том, что в состоянии стресса всякое мерещится. Однако Зорину в прошлом доводилось бывать в таких передрягах, когда от выбросов адреналина начинало буквально коротить. Но даже в таких ситуациях он сохранял трезвость мышления.

Поэтому мужчина был уверен, что ему это не показалось . Алексей знал свою супругу больше пятнадцати лет, она попросту не могла смотреть так . И дело не только в глубоких тенях, что исказили лицо избранницы и превратили его в нечто неописуемо пугающее.

Алексей хотел попробовать посветить на жену экраном телефона, чтобы развеять сомнения, но что‑то останавливало его. Срабатывал какой‑то внутренний стопор. Примерно такое же полумистическое чувство несколько раз спасало жизнь Зорину во время военной службы. Будто ангел хранитель дёргал за тревожный колокольчик. И в такие моменты либо под ногами обнаруживалась прозрачная леска растяжки, либо угрожающий блик оптики вражеского снайпера в далёком оконном проёме.

Вот и сейчас мужчина не сумел пересилить себя. Словно глубоко в подсознании предвидел фатальные последствия своего поступка.

– Замолчи немедленно, мясной ошмёток, иначе я вырву твои конечности, – прохрипела женщина искажённым до неузнаваемости голосом.

– Д… Даша? Т‑ты чего? – опешил Зорин.

– Алло? Я вас слушаю! Говорите! Что у вас случилось? Алло? – пыталась тем временем достучаться диспетчер до потерявшего дар речи Алексея.

Но он не мог ответить, поскольку всё его внимание было приковано к супруге. Дарья, или то, что ей завладело, медленно села в кровати. Даже двигалась она как‑то неправильно. Судорожно и резко, будто кукла на ржавых шарнирах. Пальцы скрючились, голова склонилась набок, плечо дёрнулось к подбородку… за таким было по‑настоящему страшно наблюдать.

– Алло⁈ Мужчина, вы тут? Назовите адрес, я направлю к вам бригаду! – продолжал тараторить динамик телефона.

– Ад… рес? – глупо переспросил Алексей.

В этот момент его жена медленно покачала головой, не сводя с Зорина жуткого немигающего взгляда, который прожигал душу даже сквозь темноту. Бывший начальник личной безопасности «Оптимы» вдруг ощутил, как у него дрожат руки. Ладони вспотели так, что мобильник едва не выскальзывал.

– Да, назовите адрес, к вам приедут! – настаивала диспетчер скорой помощи.

– Н‑нет, не надо, из‑звините, – пролепетал Алексей и сбросил вызов.

– Верное решение, смертный червь, – Даша улыбнулась, и от вида этого ужасающего оскала мужчине стало дурно.

Он смотрел в глаза супруги, словно в наполненные мраком пустые колодцы, на дне которых ворочалось нечто противное, злое, непостижимое. Они выделялись непроглядной чернотой даже на фоне темноты. Оттого иступляющее отчаяние сильнее навалилось на Зорина.

– Кто… ты? – слабо выдохнул Алексей.

– Тебе на самом деле не хочется этого знать, мясной ошмёток, – утробно прорычала Даша.

– Верни мою жену! Слышишь⁈ Чем бы ты ни было! – заставил произнести себя мужчина.

– Какая смелая букашка! – разразилась Дарья нечеловеческим булькающим смехом. – А иначе что?

– Я… я…

Зорин замялся, не понимая даже, как ему себя сейчас вести.

– Жалкий тварёныш, ты ничтожен в своём бессилии, – с нескрываемым наслаждением проговорила женщина. – Я бы с удовольствием растерзал тебя на мириады кусочков, но она этого не хочет. У нас уговор…

– К‑какой?

– Ты не узнаешь. Никогда. Не вздумай лез‑с‑с‑сть, если ваши никчёмные жизни хоть каплю для тебя ценны.

Алексея от сюрреалистичности происходящего уже медленно затягивало в пучину беспомощной истерики:

– Я не понимаю… куда лезть? Что за чертовщина⁈ Где Дарья⁈

Супруга явно собиралась что‑то ответить, но тут снаружи комнаты раздались шаги.

– Мам, пап, у вас всё хорошо? Вы что, ругаетесь? – послышалось из‑за двери.

Алексею стало ещё страшнее. Это их дочка! Она не при каких обстоятельствах не должна здесь находиться…

– Лиза, назад! Не надо! – прокричал Зорин, вскакивая с постели и стремясь к выключателю.

Пружинная ручка скрипнула ровно в тот момент, когда Алексей зажёг в комнате люстру. На пороге возникала заспанная мордашка двенадцатилетней конопатой девчушки, которая щурилась от неожиданно яркого света.

– Пап, ты чего? Ночь на дворе, давай потише, а? Мне в школу завтра…

– Прости, зайка, папе всего лишь кошмар приснился, правда?

Звуки такого знакомого и родного голоса заставили Алексея перебороть страх и вновь посмотреть на кровать. Слава богу, Даша теперь выглядела как обычно. Разве что белки глаз приобрели отчётливую нездоровую красноту.

– Д… да, просто кошмар, – с некоторым запоздание повторил мужчина.

– Иди спать, доченька, всё хорошо, – добавила супруга.

– Ага, как же, прям «хорошо…» Я бы так не сказала, – по‑подростковому саркастично буркнула Лиза, исчезая в коридоре.

Алексей слушал, как девочка шлёпает босыми ногами по полу, и не решался раскрыть рта, пока она не захлопнула дверь в свою комнату.

– Даша? Это ты? – неверяще спросил муж, делая шаг к постели.

– Да, родной, теперь я. Ты напугался?

– Что это б‑была за чертов‑вщина? – начал заикаться от волнения Зорин.

– Тс‑с‑с, успокойся, Лёшенька, всё хорошо, – ласково проворковала Даша и спустила ноги на пол.

Она подошла ближе, чтобы погладить супруга по руке. Алексей в первое мгновение дёрнулся, но потом всё же позволил прикоснуться к себе. Через некоторое время, убедившись, что это действительно его любимая жена, он прижал её изо всех сил.

– Ой‑ой, тише, дядюшка медведь, раздавишь же! – пискнула Дарья.

– Пожалуйста, Дашуля, объясни, что с тобой происходит? – взмолился Зорин, не разжимая объятий.

– Тебе не о чем волноваться, Лёшенька, уверяю, – уклонилась от прямого ответа избранница. – Давай уже спать, м? Я так устала.

– Но… но… ты знаешь, что сейчас было?

Алексей отстранился и испытующе посмотрел на возлюбленную.

– Извини за это. Такого больше не повториться, обещаю, – заверила она. – Если тебе нужно, мы обсудим всё завтра. А сейчас потуши, пожалуйста, свет, ладно?

Мужчина долго колебался, не решаясь нажать кнопку выключателя. Но потом всё же пересилил себя. Он готовился к какому угодно развитию событий, однако ничего не произошло. Дарья с самым безмятежным видом улеглась в постель пожелала супругу спокойной ночи и уже через минуту сладко засопела.

А вот Зорин не мог уснуть до самого утра. Он лежал, вздрагивая от каждого шевеления своей благоверной, и боялся, что неведомое жестокое создание вернётся вновь. Но, слава всевышнему, до самого рассвета так ничего больше и не произошло. А с появлением в комнате первого дневного луча, Алексей с изрядным облегчением погрузился в беспокойный прерывистый сон.

* * *

Я стоял на пороге квартиры, где самая обычная семья Бугровых прожила свои годы. Будь я настоящим Петром, то наверняка бы нашёл в этой просторной двушке кучу памятных вещей: семейных реликвий, дорогих сердцу безделушек, фотоальбомов, грамот, благодарственных писем, подарочных сервизов и прочего нажитого скарба, который люди обязательно пакуют с собой, когда переезжают.

Но я не собирался тащить на себе бремя чужого прошлого. Нет смысла за него цепляться. Вся моя жизнь в этом мире уместилась в одну дорожную сумку. Шмотки, ботинки, телефон, да полимерная кобура с «Самумом» и коробка патронов. Вот и все мои пожитки.

Их я перевёз по новому адресу за одну поездку на такси. А теперь вернулся, чтобы проверить, не забыл ли чего нужного. Хоть здесь я и прожил последние несколько лет, успев изрядно ко всему привыкнуть, забирать с собой ничего не стал. Ни кружки, ни ложки, ни завалящего магнитика.

В общем, своего здесь я больше не обнаружил. Поэтому со спокойной совестью запер дверь, бросил ключи в почтовый ящик и вышел на улицу. Уже стемнело, вокруг ни души. Прохладный зимний ветер взъерошил мне волосы, вынуждая поднять повыше воротник моего потрёпанного и не по сезону лёгкого плаща. Шапку что ли купить? А то снег хоть и редко бывает, а уши от холода всё равно в трубочки заворачиваются.

В кармане завибрировал телефон, отрывая меня от размышлений о насущном. Я извлёк мобильник и увидел, что звонит Фирсов. Ну, давай послушаем, чего скажет…

– Приветствую, майор, что интересного? – ответил я на вызов.

– Здорово, Бугров, я с новостями, – с ходу объявил полицейский.

– Ну‑ну, давай, не томи.

– С тобой Щукин хочет завтра встретиться. Что скажешь?

– Для начала поясни, кто такой Щукин? – попросил я.

– Бугров, мать твою за ногу, ты чего? Генерал‑лейтенант Щукин – руководитель городского управления МВД! – высказал Фирсов таким тоном, будто я всё его командование должен поимённо знать.

– Понял. Во сколько меня ждут?

– В девять утра. Сможешь?

– В выходной – без проблем, куда подъезжать?

– Не переживай, тебя доставят, – уверенно заявил собеседник.

– Я надеюсь, не в автозаке? – подозрительно уточнил я.

– Если настаиваешь, я легко тебе организую такие почести, – мрачно пошутил полицейский.

– Ну ты и весельчак, майор, сдохнуть можно, – угрюмо отозвался я.

– Ладно, в общем, я тебя услышал, Бугров. Диктуй, откуда тебя забрать.

– Чуть позже напишу, а то я свой новый адрес ещё не запомнил.

– А ты что, переехал? – сразу насторожился Фирсов.

– Вынужденно. Со служебного жилья попёрли, – нехотя признался я.

– Хм… ну ладно, тогда жду, – вроде подуспокоился офицер.

Телефон в моих руках снова завибрировал. Я мельком глянул на экран и чуть не поперхнулся, увидев на нём фамилию «Зорин». Думал, по доброй воле он никогда меня не наберёт. Походу, рванула мина, о которой я его предупреждал…

– Всё, майор, отбой! Чуть позже скину адрес!

Я торопливо попрощался и ответил на звонок с параллельной линии:

– Слушаю, Алексей Аркадьевич.

– Пётр, мы можем снова встретиться? – глухо изрёк Зорин, опуская приветствие.

– Случилось то, о чём я предупреждал? – нахмурился я.

– Вроде того…

Сука, так и знал… вот почему люди не воспринимают мои предостережения, пока не произойдёт какая‑нибудь лютая срань?

– Есть пострадавшие? – спросил я, ожидая услышать неутешительные вести.

– Н‑нет… вроде, – без особой уверенности проговорил Алексей. – По крайней мере, я не знаю о таком.

– Хм… ну ладно, даже это звучит обнадёживающе. Мне приехать?

– Я… кхм… не уверен, – замялся собеседник.

– Тогда какого хрена тебе нужно⁈ – разозлился я. – Снова утешения ждёшь?

– Понимаешь, Пётр, тут всё непросто…

– Да уж мне‑то можешь не рассказывать, – пробурчал я.

– Давай для начала поговорим? Мне надо разобраться в этой… в этой…

– Послушай, Зорин, я уже всё сказал, и других слов у меня для тебя нет, – припечатал я. – Если ты…

– Извините, это вы Пётр Бугров? – вдруг преградил мне дорогу какой‑то тип.

– Алексей, повиси пару минут, – бросил я в трубку и воззрился на незнакомца. – А ты ещё кто?

– Просто ответьте, вы Пётр Бугров или нет? – повторил он.

– Ну допустим. Чего надо?

– Да ничего, мудила, – неприятно ухмыльнулся непонятный субъект.

И в тот же миг я почувствовал, как что‑то холодное упёрлось мне в затылок. Беспощадное осознание обожгло мозг. Да вот только мышцы за ним не поспевали. Я едва согнул колени, намереваясь отпрыгнуть с линии огня, но тьма уже погребла мой разум.

Выстрела я не услышал, но щелчок бойка будто бы успел отпечататься в памяти. А пугающе отчётливый хруст костей собственного затылка вполне могло для меня услужливо дорисовать угасающее сознание.

Я провалился в ледяную пустоту. Липкую, как разлагающийся труп. Она поглотила меня подобно зыбучим пескам и пропустила через себя. Некоторое время я трепыхался в этом наполненном миазмами гниения пространстве, где не было ни конца, ни начала, а затем неведомая сила вытолкнула меня оттуда.

Мать твою, до чего же мерзкие, но уже знакомые ощущения…

Я рывком поднял голову и сдавленно выругался. Мне сразу стало ясно, куда угодила моя душа. Преисподнюю вообще трудно с чем‑то перепутать.

Тотчас же внутри шевельнулся Валаккар. Его голос, обычно вкрадчивый и тихий, теперь грохотал торжествующим набатом:

«Твой бог проклял тебя, смертный. Но это не беда, ведь я могу занять его место…»

Конец второй книги.