Текст книги "Король волков (ЛП)"

Автор книги: Лорен Палфриман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)

– Я хороший мальчик, – скалится он. – Заходи ко мне, сладкая.

– Да? – сладкий аромат ее розовых духов пропитывает спертый воздух, когда шаги приближаются. – А что на счет тебя? Говорят, ты Альфа. Это правда? Я всегда мечтала переспать с Альфой.

Оборачиваюсь через плечо.

К клетке Альфы прислонилась красивая женщина с длинными светлыми волосами. Ее губы накрашены ярко-красной помадой, а на щеках румянец. Темный плащ соскользнул с одного плеча, обнажая, что под ним ничего нет.

Она игриво хлопает ресницами, но альфа продолжает стоять к ней спиной.

– Нет? – не сдается она. – Уверен? А теперь?

Плащ падает на пол, открывая голое тело. Я замираю, глаза расширяются. Я никогда раньше не видела никого обнаженным. Мышца на скуле Альфы дергается, но его взгляд все еще прикован ко мне.

– Ну хорошо милый, – надувает губки. – Тогда наслаждайся зрелищем.

Отперев дверь соседней камеры, она неторопливо входит, покачивая бедрами.

– Вот так, детка, – злобно усмехается мерзкий волк, оглядывая ее с ног до головы. – Иди сюда. У меня кое-что для тебя есть.

Он толкает ее на колени, и моё сердце начинает бешено колотиться, когда она улыбается ему, запрокинув голову.

– Что она делает? Почему она…?

Альфа смещается передо мной в сторону, частично заслонив их от моего взгляда.

– Тебе пора, принцесса.

Его низкий голос не заглушает ни влажный хлюпающий звук, раздающийся секундой позже, ни отвратительный рык волка, доносящийся из соседней камеры. Всё тепло покидает моё тело, и я застываю на месте.

– Неужели она… своим ртом?

– Принцесса, – в голосе Альфы звучит приказ.

Но мое внимание вновь привлекает размытое движение в тенях соседней камеры, когда волк ставит женщину на четвереньки и набрасывается на нее сзади.

Если ты хочешь, чтобы с тобой обошлись как с дворнягой, это можно устроить завтра после церемонии.

Угроза Себастьяна всплывает в памяти, и сердце бешено колотится, словно птица, тщетно бьющаяся о прутья клетки.

Мужчина хрипит, ускоряя движения, его лицо искажает гримаса. Волосы женщины развиваются перед лицом, когда все ее тело дергается. Ладони скользят по грязи, а колени трутся о холодный каменный пол. Ей должно быть больно. И звуки, которые она издаёт…

Перед глазами пляшут чёрные точки.

Завтра ночью. Завтра ночью это произойдёт со мной.

Тьма сжимается вокруг, опутывает меня. Я не могу пошевелиться. Не могу дышать. Я в ловушке. Пленница. Я всегда пленница. Мне не спастись.

Кто знает, может потом я брошу тебя в псарню.

Стоны женщины становятся громче, пронзительнее.

– Вот так, – рычит волк. – Получи, грязная маленькая сучка.

– Да, – кричит она в ответ. – Да.

Возможно, я даже позволю этому альфе позабавится с тобой, раз уж ты лишила его добычи.

Горло сжимается. Я не могу сглотнуть. Не могу вдохнуть. Хватаюсь за грудь. Тьма окутывает меня, и я тону в ней.

– Принцесса, – рявкает Альфа. – Посмотри на меня.

Его грубый голос прорезает бурлящий водоворот, засасывающий меня.

Я медленно поворачиваю голову.

– Вот так. Смотри мне в глаза.

Он приседает, и мы становимся почти одного роста, своими большими руками он сжимает прутья между нами. Не знаю, когда он успел приблизиться.

– Глубокий вдох.

Я повинуюсь, и напряжение в моей груди ослабевает.

– Именно так. Вдох. Выдох.

Бушующие воды моих эмоций превращаются в легкую рябь, под звук его голоса.

– Вдох. Выдох.

Все кажется далеким. Ужасные звуки эхом разносятся по клеткам, но я продолжаю смотреть на лицо передо мной. Я продолжаю дышать. Выражение его лица нечитабельно.

– Вот и все. Теперь станет легче.

Его голос неожиданно нежен.

– Хорошая девочка.

Я будто возвращаюсь в своё тело.

– Ты в порядке?

– В порядке, – отвечаю резким, охрипшим голосом.

Но это неправда и он это знает, а значит я выгляжу слабой.

Отвожу взгляд, но он снова притягивает его.

– Я в порядке.

Он изучает моё лицо, а я его. Он моложе, чем я думала. За воинственным телосложением, слоями грязи и растрёпанными волосами, ясный взгляд и юная кожа. Ему, наверное, не больше двадцати пяти.

Шум позади него становится громче и быстрее.

– Тебе лучше уйти, принцесса. Парень в порядке. Ты поступила смело, придя сюда.

Я поворачиваюсь к Райану, он смотрит на меня со странным выражением лица.

Жуткий волк ревёт.

Райан морщит нос.

– Лучше бы я никогда сюда не приходил, – снова бормочет он.

Я делаю глубокий вдох, затем засовываю оставшиеся бинты и флягу с водой обратно в сумку. Натягиваю плащ, накинув капюшон на голову. Мне требуется две попытки, чтобы застегнуть его дрожащими пальцами.

Торопливо выхожу из камеры и запираю её за собой.

Альфа пересекает свою клетку, пока я прохожу мимо, его взгляд мрачен. Я уже почти отошла, когда он что-то говорит.

Я останавливаюсь.

– Что?

На мгновение я слышу лишь ужасный звук тяжелого дыхания из соседней камеры.

– Он тебя не тронет, – голос альфы едва слышен.

– Кто?

– Себастьян. Он тебя не тронет.

Его тон настолько тёмный, настолько уверенный, что я разворачиваюсь к нему, поднимая голову, чтобы встретиться с его взглядом.

– Он должен стать моим мужем, – тихо говорю я.

И снова, глядя на него, я вспоминаю суровые горы. Его поза властна, мощна, а лицо словно высечено из камня. Но глаза… эти глаза… что-то, похожее на раскаяние или сожаление, мелькает в них.

– Нет, – так же тихо отвечает он. – Нет, он не станет.

Его план побега включает убийство Себастьяна? Что-то внутри подсказывает, что я должна почувствовать хоть что-то по этому поводу. Печаль. Радость. Хоть что-нибудь.

Но я ничего не чувствую.

Интересно, превращается ли моё тело, этот сосуд, в который заточена моя душа, в камень? В статую, которую такие, как Себастьян, могут рассматривать. Бесцельную. Без желаний. Без чувств.

И всё же… пока Альфа смотрит на меня, внутри что-то шевелится.

Тяжело сглатываю. Затем отворачиваюсь, отвожу взгляд от жуткого волка и голой женщины и спешу к массивным железным дверям.

Я чувствую на себе взгляд Альфы, когда покидаю псарню.

Глава третья

Завтра моя свадьба, а я не могу уснуть.

Лежу в постели, натянув одеяло до подбородка, и слушаю, как завывает ветер за окном. Тени пляшут на потолке, а в воздухе уже чувствуется колючий холодок, в камине остались одни головешки.

Меня готовили к этому.

Меня учили быть прекрасной, безмолвной и покорной. Я выковала тюрьму для своей дикой и яростной души и ждала того дня, когда должна выйти замуж.

Крохотная часть меня лелеяла мечту, что однажды я встречу любовь, как у принцессы из сказки моей матери, что однажды я буду свободной.

Но я всегда знала, что счастливого конца для меня не будет.

Поэтому я ждала и боялась.

И вот этот день настал.

Завтра я выйду замуж за человека, который заставляет волков драться, как псов. Который грозился взять меня, как какую-то дворнягу. Чей хитрый взгляд заставляет мою кожу покрыться мурашками.

За человека, которого я не знаю и не люблю.

Он тебя не тронет.

Обещание Альфы звучит у меня в голове. Я должна кому-то рассказать о его словах. Должна сообщить, что он намерен сбежать. Должна донести, что он угрожал моему жениху. Он волк. Враг.

Но я лежу в темноте, слушая, как ветер воет за стенами замка.

И держу рот на замке, как и учили.

В конце концов, это была пустая угроза. Он не сможет сбежать.

Мы оба пленники этих стен.

И всё же, прежде чем сон окончательно овладевает мной, я бросаю взгляд на серебряный нож для вскрытия писем, лежащий на прикроватном столике.

***

Иногда мне снится, что я статуя в дворцовом саду.

Люди бродят вокруг, обсуждая мои изгибы, мою форму.

«Ее глаза выглядят почти живыми, – говорят они, – когда на них падает свет».

И все это время я в ловушке, внутри самой себя. Кричу. Но мои лёгкие окаменели, губы затвердели, а во рту вкус тлена. Никто не слышит меня. Никому нет дела.

А иногда я возвращаюсь в церковь и мне так страшно, что кажется, я вот-вот потеряю сознание.

Но я не плачу. Отец не любит, когда я плачу. А священник уже стоит передо мной с плетью.

– Я не грешила, – протестую я.

– О, дитя. Все женщины грешны. Твоя мать была грешницей, и ты тоже грешница. Разве ты хочешь, чтобы Богиня Солнца разгневалась? Нет? Хорошо. Повернись.

А иногда я бегу. Бегу по лесу так быстро, как только могу. Ветер развевает мои волосы, а под босыми ногами хрустят ветки. Я свободна, но мне страшно. Что-то гонится за мной по пятам, и я боюсь того, что будет, если оно меня настигнет.

Голос матери рикошетит от деревьев, когда я выбегаю в лунный свет.

– Проснись, Аврора.

– Проснись!

***

Мои глаза резко открываются.

Дождь яростно барабанит по стенам, а огонь в камине полностью погас. Когда зрение привыкает к темноте, я понимаю, что меня разбудило. Откуда-то из глубины замка доносится приглушённый крик.

Я хмурюсь, и моё дыхание выходит белым облачком перед лицом.

Снаружи что-то воет. Ветер?

Дверь в мои покои с грохотом распахивается, и я резко сажусь, вцепившись в простыни.

– Что происходит? – Слова застревают у меня в горле.

В комнату входит тот ужасный темноволосый мужчина из псарни. На нём по-прежнему зелёный килт, что и раньше, но теперь ещё и льняная рубаха с сапогами. От него несёт резким запахом, смесью пота и чего-то неприятного.

Его взгляд останавливается на мне, и в нём читается что-то хищное.

– Привет, милая.

Перед глазами проносятся видения его лица, искажённого и багрового, в тот момент, когда он овладевал той женщиной в камере.

По бокам от него стоят двое мужчин одетые в тот же зеленый тартан. Лысый – высокий и мускулистый, с тёмной бородой и серьёзным выражением лица. У второго – крысиные черты лица и мышино-коричневые волосы, свисающие до подбородка.

Кровь с их кинжалов капает на каменные плиты.

Моё сердце замирает. Время замедляется.

Один из них – мускулистый – закрывает за собой дверь.

– Ты был прав насчёт неё, Магнус, – говорит крысоподобный. – Она просто красавица. – Он шумно вдыхает воздух и усмехается. – Мм. Такая милая и невинная.

– Ага, – тонкие губы Магнуса изгибаются в уродливую ухмылку. – Но ненадолго.

Вскакиваю с кровати с балдахином и почти спотыкаюсь о покрывало. Хватаю нож для вскрытия писем с прикроватного столика и выставляю его перед собой. Хоть он сделан из серебра, это жалкое средство защиты против трёх кровожадных волков.

И они это знают.

Крысоподобный хихикает, пока Магнус приближается ко мне.

– Уходите сейчас же, – мой голос дрожит, – и лорд Себастьян позволит вам жить.

– Твой лорд сейчас немного занят, – говорит Магнус. – Здесь только мы… и ты. Я подумал, мы бы могли найти время, чтобы узнать друг друга получше. Что скажешь?

Мне хочется закрыть руками тело под его оценивающим взглядом, но я не могу опустить лезвие. Моя ночная рубашка слишком тонкая, и крысоподобный пялится на мою грудь. Где из-за холода затвердели соски.

– Убирайтесь. – шиплю я.

Магнус усмехается.

– Да ладно тебе, милая. Не нужно быть такой…

Дверь в мою комнату снова распахивается.

– Вон. – раздается тихое рычание из дверного проема.

Трое мужчин застывают.

На пороге стоит Альфа. На нём мятая белая льняная рубаха, высокие сапоги и красный клетчатый килт. Его лицо будто высечено из грома и камня.

– Вон.

Магнус сглатывает, прежде чем ухмылка возвращается на его лицо, и он поворачивается.

– Это просто небольшое развлечение…

– Сейчас же, – говорит Альфа.

Альфа больше всех троих, и в его глазах читается нечто, сулящее верную смерть. Магнус, кажется, понимает это и качает головой.

– Пошли, парни. Пора валить отсюда. – Он усмехается и с насмешкой кланяется мне. – До новой встречи, Ваше Высочество.

Альфа закрывает за ними дверь. У меня пересохло во рту, а голова кружится. Он мой спаситель? Или у него на уме что – то похуже?

– Ты ранена? – спрашивает он.

Поднимаю нож для писем и проклинаю свою дрожащую руку.

– Мне жаль, что так вышло. Весь их клан… – его зелёные глаза темнеют. – Они заплатят за это позже.

– Тебе нужно уходить.

– Да. Так и есть. – Он сглатывает, и его взгляд скользит от шкафа к полумесяцу в окне. В царящей между нами тишине, я слышу новые крики из замка. – У тебя есть тёплый плащ?

– Зачем?

– На улице холодно.

– Не понимаю, какое это имеет ко мне отношение, – говорю я, и мой голос звучит выше, чем хотелось бы.

На его лице мелькает сожаление.

– Да, ты понимаешь.

Безрадостный смешок срывается с моих губ, и я отступаю.

– Ты же не думаешь, что я пойду с тобой?

– Пойдешь, принцесса.

– Ты… ты не причинишь мне вреда, – говорю я.

Он вздыхает.

– Вот тут ты ошибаешься. Я не убью тебя. И пальцем не трону, как угрожали те подонки. Но ты пойдёшь со мной. И если мне придётся силой заставить тебя, я не могу обещать, что это будет безболезненно.

Прищурившись, я вздёргиваю подбородок.

– Я помогла тебе, раньше.

– Да, помогла. И я ценю это, принцесса. Правда. Но это ничего не меняет, я забираю тебя с собой.

Когда он делает шаг вперёд, я снова выставляю перед собой нож для писем.

– Назад.

Лезвие смехотворно мало на фоне его огромной фигуры, но он поднимает руки в умиротворяющем жесте.

– Пожалуйста, успокойся.

Эмоции, годами дремавшие во мне, просыпаются.

– Не смей меня успокаивать!

Все те разы, когда мой отец, или священник, или брат отмахивались от меня за то, что я посмела проявить эмоции, вспыхивают перед глазами, подпитывая ярость, растущую во мне.

– Ты приходишь в мои покои в середине ночи, – я рассекаю воздух лезвием, – полагая, что можешь похитить меня прямо из постели. – Сокращаю пространство между нами. – И ведешь себя так, будто я слишком остро реагирую?

Делаю выпад ножом для писем в направлении его живота, а он хватает меня за запястье.

Замираю, когда его мозолистая и сильная рука обхватывает мою кисть.

– Отвали от меня, – шиплю я.

Он выгибает мое запястье, и крошечное лезвие со звоном падает на каменный пол. Присев, он поднимает его. Морщится, когда серебро соприкасается с его кожей.

– Ты получишь это обратно, если будешь вести себя хорошо.

Когда он убирает его в карман, я бью его в грудь ногой. Он хватает меня за лодыжку, кладя другую руку мне на поясницу, чтобы удержать равновесие. Наши взгляды встречаются, и у меня перехватывает дыхание от эмоций, отразившихся на его лице.

– Что тебе от меня нужно? – спрашиваю я.

– Думаю, ты можешь помочь мне положить конец этой войне.

Качаю головой.

– Мое похищение лишь усугубит ситуацию. Ты себя погубишь, глупец.

– Если такова цена, которую я должен заплатить, чтобы спасти свой народ, я заплачу ее с радостью. Итак, как же это будет, принцесса? Ты возьмешь свой плащ и выйдешь из этой комнаты вместе со мной? Или же мне придется перебросить тебя через плечо? У тебя есть выбор. Не самый лучший. – Он передразнивает мои недавние слова, мрачно улыбаясь. – Но тем не менее, это выбор.

– Мерзавец. – Я качаю головой. – Ты же не думаешь, что тебе удастся выбраться из замка?

Я слышу крики и топот копыт где-то снизу.

– Видишь? Они идут за тобой. – Киваю головой в сторону окна, и прядь рыжих волос попадает мне в рот. – Если ты уйдешь сейчас, у тебя есть шанс…

Прежде чем я успеваю понять, что происходит, он уже на ногах, а я на его плече. Вскрикнув от неожиданности, колочу его по спине.

– Ты спятил? – рычу я. – С тебя шкуру живьем сдерут за…

Он распахивает мой шкаф, и слова застревают у меня в горле, в самый неподходящий для угрозы момент.

В данных обстоятельствах вид волчьей шкуры, висящей тут, не должен вызывать такую мощную волну вины в моей груди. И уж тем более я не должна так отчаянно хотеть объяснить ему, что она уже была здесь, когда я прибыла.

Волки веками нападали на мой народ, однако я не могу заставить себя согласиться с некоторыми из более варварских методов Себастьяна.

Он замирает, мышцы его спины напрягаются.

Затем он хватает другую шкуру и выходит из моих покоев.

Я снова бью его между лопаток, но уже не вкладываю в удар всей силы.

Возможно потому, что его настроение испортилось, и я испугалась. Или, возможно, крошечная часть моей души рада, что меня увозят от моей судьбы с Себастьяном, сколь бы страшен ни был этот волк.

– Тебе это с рук не сойдет, – все равно рычу я.

– Сойдет. А теперь замолчи.

– Куда ты меня везешь?

– Домой.

Глава четвертая

Крики наполняют замок, а свет факелов мерцает, пока меня несут через лабиринт каменных коридоров.

Я борюсь со своим похитителем, но его мускулистая рука лишь крепче сжимает мою талию.

Не знаю, куда бы я побежала, даже если бы вырвалась. К Себастьяну? К отцу? Был бы от этого хоть какой-то толк? Или стало бы только хуже?

Запертая, как в ловушке, я чувствую, будто что-то дикое во мне вырвалось на свободу. Оно бьется в моей груди, и я не чувствую той безысходности, что должна была ощутить. Гнев, который я заперла в клетке, когда умерла моя мама, горячей волной струится по моим венам.

Я не камень. Я не статуя.

Я пламя.

И вышло так, что именно этот мужчина, этот зверь, заставил меня это понять.

Бью по спине Альфы.

– Отпусти меня, ты, чертов ужасный громила! – Волосы попадают мне в рот. Я бью босыми ногами, но попадаю лишь по воздуху. – Пусти! Ты умрешь за это, ты кошмарный… – Я обрываю сама себя, когда мы поворачиваем за угол.

На полу, в луже крови, лежат двое стражников. Альфа переступает через тела, и мне приходится смотреть вниз, на их безжизненные лица, пока он продолжает идти.

Реальность моего положения обрушивается на меня.

Эти мужчины опасны. Они убийцы. Они волки.

Конечно, быть похищенной с родной земли врагами моего народа хуже, чем остаться. Конечно же, хуже. И всё же…

Альфа ныряет в один из проходов для слуг, словно он знает, куда идет, даже если я заблудилась, внезапный крик фрейлины пронзает мои уши. Она ловит мой взгляд, когда мы пробегаем мимо, и бросается в противоположном направлении, при этом ее темные волосы выбиваются из-под чепца.

Альфа отсюда не выберется.

Его бросят в темницу до полнолуния, а потом сдерут с него кожу заживо.

То, что пробудилось в моей груди безумствует. Сердце бешено колотится.

– Она побежала за помощью, ты, чудовище! – шиплю я ему. – Всего в паре минут отсюда дежурят охранники.

– Да? – говорит он тихим голосом и ускоряет шаг, почти сбегая по лестнице для слуг. – Спасибо.

Впиваюсь пальцами в его плечи, цепляюсь за мускулы, мое тело подскакивает на его спине.

– Я не… Я не пыталась тебе помочь! – взвизгиваю я.

Хоть и задаюсь вопросом, правда ли это.

Альфа сворачивает налево, затем направо, вырываясь в более широкий коридор. На стене которого, я узнаю фреску с воинами, убивающими волков. Она изображает нашу победу в Битве Зверей столетней давности и находится рядом с западным вестибюлем.

Он почти на свободе. Почти…

– Стоять! – мужской голос прорезает тишину.

Альфа замирает. Впереди коридор преграждают двое стражников. На их щитах изображен символ Южных земель – солнце. Люди моего отца.

– Это принцесса? – недоверчиво спрашивает один.

Второй усмехается.

– Ох, я тебе не завидую, пес. Ты знаешь, что здесь делают с такими как ты?

Лязг мечей возвещает о том, что в коридор за нами врываются еще трое стражников. Я резко втягиваю воздух.

– Не убивать его! – раздается голос одного из них, крепкого мужчины с серебряной звездой Пограничных земель на нагруднике. – Лорду Себастьяну наверняка захочется провести с ним время.

Тело Альфы напрягается.

– Тебе придется подождать, принцесса, – тихо говорит он.

Резко выдыхаю, когда он, опускает меня вдоль своего тела, и ставит на каменный пол. Стража атакует, но все словно замирает. Его взгляд впивается в мой, и глаза такие же зелёные и живые, как сам лес.

Не беги, словно говорит он мне. Не беги.

Он отталкивает меня в сторону. Я прижимаюсь к фреске, пока он уворачивается от взмаха меча. Хватает нападающего за голову и с силой выкручивает. Зал заполняет отвратительный хруст, и, прежде чем следующий стражник успевает опомниться, альфа швыряет в него бездыханное тело, отбрасывая того к стене. После чего с рыком бросается в атаку.

Кровь, мускулы и сталь мелькают передо мной, пока он сражается с тремя мужчинами одновременно.

Он – сила природы. Альфа наносит удары, блокирует и уклоняется от каждого смертельного удара. Пронзает одного солдата его собственный клинком, затем впечатывает другого в противоположную стену, разбивая его голову о камень с такой силой, что люстра над ним дрожит.

Всё моё тело трепещет, будто решение, которое я принимаю осязаемое и живое.

Мне нужно бежать.

Но я не хочу оставаться в этом замке.

Передо мной два пути, и я стою в нерешительности. Не зная, какой выбрать.

Альфа поднимает с пола меч и с силой вонзает его под подбородок очередного стражника, заставляя кровь хлынуть изо рта.

Ужас этого зрелища заставляет меня признать: Альфа – убийца.

Я бегу по коридору направо, мои босые ноги шлепают по холодному камню. Волосы развеваются сзади, а длинная ночная сорочка путается в лодыжках. Дыхание сбивается, сердце бешено колотится.

Я бегу сломя голову, в панике. Это место для меня новое, и, хотя оно должно стать моим домом, оно холодное и незнакомое. Я заблудилась в каменном лабиринте, где рыщет зверь, и не знаю, как выбраться.

– Принцесса, стой!

Оборачиваюсь.

Альфа стоит в коридоре позади меня. Его рубашка промокла от пота, а мускулы напряглись, туго натягивая рукава. Медленно и осторожно он идет ко мне. Словно хищник, пытающийся не спугнуть добычу.

– Принцесса, неужели ты действительно… – Он замолкает, внезапно насторожившись, будто услышав то, что недоступно моему слуху, и резко обвивает рукой мою талию. Мое дыхание учащается, когда он затягивает меня в тёмную нишу, прижимая спиной к своей груди.

Я чувствую каждый мускул его торса и учащенное сердцебиение. Его дыхание у моего уха горячее и прерывистое. Его запах заполняет ноздри – жар, пот и горы. Он опьяняет меня. Замираю, хотя чувствую как кровь пульсирует во всем теле, а пульс грохочет в ушах.

Крик поднимается в моей груди, но он зажимает мне рот рукой.

– Найдите её! – рявкает лорд Себастьян. – Найдите ее немедленно! Она моя невеста, и я не потерплю, чтобы её похитили! Если они посмеют прикоснуться к ней, осквернить её, она больше не будет представлять для меня никакой ценности! Вы поняли?!

Я чувствую, как в груди Альфы зарождается тихое рычание.

На мгновение наши дыхания учащаются, пока Себастьян всего в нескольких шагах разглагольствует о важности моей чистоты. Медленно Альфа убирает ладонь с моего рта. Словно бросает мне вызов закричать.

– Она нужна мне с нетронутой добродетелью! Вы поняли? – почти рычит Себастьян. – Найдите её! Найдите её!

– Слушаюсь, милорд.

Голоса затихают.

Я медленно выдыхаю. Мгновение никто из нас не двигается.

Альфа убирает руку, и я отступаю. Его лицо мрачнее грозовой тучи, когда он смотрит вглубь коридора.

– Ты действительно хочешь остаться? – спрашивает он.

– Какая разница? Я везде буду пленницей.

– Да, – он проводит рукой по затылку. – И я не могу обещать тебе, что в Северных землях не будет опасно. Мои сородичи не жалуют людей. Но я клянусь, что буду защищать тебя. – Он сглатывает. – И я дам тебе выбор. Беги сейчас и я не пойду за тобой. Или пойдем со мной, и никто не тронет тебя. Клянусь Богиней Луны.

Он протягивает мне руку. Я дрожу, пока решение растет в моей груди. Моя душа грохочет в своей тюрьме, дикая и вопящая.

Взгляд Альфы непоколебим. Как будто у него нет сомнений в том, что я выберу.

– Чего ты хочешь от меня? – спрашиваю я.

Он проводит зубами по своей нижней губе, словно решая, говорить ли правду.

– У Себастьяна кое-что наше. Мы хотим это вернуть.

Горько усмехаюсь.

– Хочешь потребовать за меня выкуп. Думаешь, он пойдет на сделку.

– Да, – подтверждает он.

И вот он. Мой «выбор». Два пути, что лежат передо мной.

Выбор между двумя мужчинами. Двумя убийцами. Двумя чудовищами.

Вот только выбором это никак не назовёшь, не так ли? Я снова всего лишь приз. Предмет, который передают от мужчины к мужчине. Внутри меня нарастает истерика, вырываясь из моего рта маниакальным хихиканьем.

– Но вот, – выдыхаю я. – Вот в чём дело! Что ж, ты слышал, что сказал лорд. Если меня осквернят, я больше не буду представлять ценности.

– Я буду защищать тебя не поэтому.

Смотрю на его раскрытую ладонь, затем окидываю взглядом коридор, в котором скрылся лорд Себастьян.

– Я слышал, что он тебе сказал, – тихо произносит Альфа. – На боях. Когда я смотрю в его глаза, в них удивительно много гнева. – Я обеспечу твою безопасность. А потом освобожу. Клянусь.

Не знаю, то ли это слово «свобода» заставляет моё сердце биться чаще, то ли выражение его лица. Несмотря на то, что я статуя, а статуи не двигаются, мои пальцы подергиваются по бокам.

– Клянусь, принцесса, – говорит он.

И сквозь адреналин, что пульсирует у меня в крови, начинает формироваться мысль.

Если я смогу собрать сведения о Волках, возможно, я наконец-то докажу отцу, что я не просто трофей, который можно выиграть.

И если я помогу отцу выиграть эту войну, Себастьян ему будет не нужен.

Возможно, мне удастся избежать судьбы на своих условиях.

– Что Себастьян забрал у тебя? – спрашиваю я.

Позади раздаётся щелчок, и Альфа смотрит мне через плечо.

– Отойдите, миледи.

Стражник хватает мою руку, толкая себе за спину, направляя мушкет на Альфу.

– Пули серебряные, так что не делай глупостей. Руки за голову.

Альфа медленно поднимает руки и складывает их на затылке.

– На колени, пёс.

– Постойте… – начинаю я.

– Всё в порядке, миледи. Он будет наказан. Я разберусь.

Решение, тот самый выбор, что бурлил у меня в груди с той самой секунды, как я увидела Альфу, наконец вырывается наружу.

Срываю факел со стены и бью стражника по голове. Ожидаю, что он рухнет на землю без сознания так же, как стражи в историях, что в детстве мне рассказывала мать.

Вместо этого он лишь хрипло кряхтит и поворачивается ко мне. Легкое недоумение на его лице сменяется гневом.

Я отшатываюсь, роняя факел.

– Что это значит? – лицо его пылает гневом. – Неужели ты… спала с ним? Та, что спит со зверем…

Альфа бросается вперед, ломая мужчине шею, затем отталкивает его тело в сторону.

Он протягивает мне руку.

Делаю глубокий вдох.

Я делаю это ради своего королевства, говорю я себе. Не потому, что даже с пятнами крови на манжетах и грязью на лице, стоя над телом моего убитого гвардейца, он смотрит на меня с добротой.

Никто не смотрит на меня с добротой.

Вкладываю свою руку в его.

Его ладонь тёплая и шершавая, когда его пальцы смыкаются вокруг моих решая мою судьбу. И лишь тогда на его лице мелькает тень замешательства. Возможно, это лишь почудилось мне, так как в следующее мгновение он слегка улыбается.

– Пошли, – говорит он. – Сюда уже идут другие.

Вместе мы мчимся по коридору в западный вестибюль. Дверь уже открыта, и ночь падает на клетчатую плитку пола.

Я чую запах соснового леса и мокрой от дождя травы. Холодный ветерок щекочет кожу, такой свежий, что я буквально чувствую его вкус.

Завывает ветер, а может, это ждут волки.

Вместе со зверем я вырываюсь из лабиринта.