![](/files/books/160/oblozhka-knigi-uchenik-proklyatogo-si-378662.jpg)
Текст книги "Ученик Проклятого (СИ)"
Автор книги: Лилия Бернис
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 30 страниц)
Лилия Бернис
Ученик Проклятого
Глава 1
Восточный континент за время своего существования пережил немало потрясений, однако последняя катастрофа по своей разрушительной силе превзошла все предыдущие. За короткое время материк ушел под воду более, чем на сорок процентов. Жители были вынуждены покидать свои дома и бежать вглубь континента, понимая, что все это лишь временная мера. Рано или поздно океан должен был добраться и туда. Осознавая это, некогда правящая всем континентом крылатая раса фаиров первой эвакуировала всех своих сородичей, оставив бывших подданных утопать в хаосе растущей преступности и голодных войн. Воцарился звериный закон, где правили сильные, а слабые гибли, в том числе, для того, чтобы прокормить сильных. Каннибализм, насилие, работорговля и разбой за короткий срок в несколько лет превратились в обычное явление. В этот период появившиеся на материке темные маги, пришедшие с соседнего континента в поисках собственной выгоды, с трудом, но сумели установить некое подобие порядка, однако и их правление не продержалось слишком долго.
Говорили, что в то время на материк явился монстр, пожравший всех, обладавших сносным магическим даром, в том числе и темных магов. Тогда молодой бог, оказавшийся еще не признанным Хранителем континента, вступил в битву с монстром, прогнав его в сторону океана. Посадив Великое древо и отдав несколько приказов, Хранитель в облике крылатого змея отправился в погоню за этим чудовищем. Через время поползли пугающие слухи о том, что наступавший на материк океан неожиданно замерз, обратившись в простиравшийся до самого горизонта лед. В таком состоянии океан находился более двух недель, что привело к новым катаклизмам из-за резкого похолодания. К счастью, спустя две недели лед растаял так же быстро, как и возник. Говорили, что это явление было связано с битвой чудовища и Хранителя, однако никто не мог подтвердить или опровергнуть этой информации.
Увы, Хранитель также исчез, и никто, даже жрецы стремительно растущей церкви Крылатого Змея, не знал о его местонахождении. Тем не менее, материк с тех пор стал с поразительной скоростью восстанавливаться, словно его напитывали жизненной силой. Океан отступал, а его место вновь занимали леса и поля, в которые стали возвращаться звери и птицы. Постепенно жители континента также начали успокаиваться. Они больше не находились перед лицом неизбежного уничтожения, им больше не требовалось тесниться в центральных землях, так что начался обратный исход. Многие разбойничьи шайки, численность которых достигала нескольких сотен, а иногда даже тысяч грабителей, распались сами собой, так как большинство преступников встали на этот путь от безысходности, чтобы иметь возможность защитить и прокормить свои семьи. Увидев, что катастрофа закончилась, эти люди и представители иных рас возвращались в привычные им места обитания, снова отстраивая деревни и города. Разумеется, далеко не все разбойники вернулись к мирной жизни, многим, наоборот, понравилась вольная жизнь. Одной банде даже удалось устроить что-то вроде собственного государства, заставив обычных крестьян и рабочих платить им налоги. Другая страна, напротив, образовалась, сплотив обычных людей в борьбе против набегов преступников. Медленно образовалось некое подобие порядка.
Хотя каждый год появлялись и исчезали новые государства, войны уже не были беспорядочной резней и велись на уровне обученных армий. В эти смутные времена человеческий ресурс был наиболее ценным, так как работающие в полях и за ремесленными станками обычные люди стали залогом процветания любой страны. Рабочих рук все время не хватало, так что обывателей ценили и всячески берегли обе воюющие стороны. Ведь цель войны как раз и состояла в захвате этих работяг, поскольку после периода хаоса земли на материке было больше, чем населения, способного ее обрабатывать.
Именно в этот период на дне одного из многочисленных болот тускло засветились кроваво-красным цветом мелкие руны на узком лезвии необычно выглядящего меча. Клинок меча был всего около полуметра длиной, слегка изогнутый и казался скорее детской игрушкой, чем оружием. В сравнении с тяжелыми рыцарскими мечами, это оружие выглядело совершенно ненадежно. Тем не менее, люди определенной профессии за такой клинок могли бы даже душу демонам продать. И дело было не только в уникальной форме меча, но и в качестве стали. Голубоватый отлив на фоне уникального естественного узора, возникшего во время ковки, говорил о том, что этот меч был некогда выкован настоящим мастером своего дела из редчайшей и самой дорогой в этом мире лунной стали. Но если бы однажды вдруг стало известно еще одно качество этого оружия, то за него вполне могла разгореться настоящая война.
Этот меч обладал душой. И эта душа имела собственное имя.
Зиргрин не помнил, как именно оказался на дне болота. Он даже не сразу вспомнил, кем именно является. Просто в какой-то момент его странная спячка прервалась. Он ощутил свое тело, состоящее из хищного и чрезвычайно острого лезвия и рукояти с оплеткой из шкуры магического зверя. Внутри рукояти оказался огромный пространственный карман, к которому Зиргрин имел неограниченный доступ. Вот только ощущение непривычности такого существования не покидало его сознание до тех пор, пока он, наконец, не вспомнил свою личность.
Он умер, при чем, умер по своей воле. Да и не было у него тогда выбора.
Зиргрин был убийцей, инструментом, который создал бог Хаоса для своих личных целей. Ради исполнения этих целей ему пришлось проходить многочисленные трансформации, пока его душа не стала чем-то, что не могло существовать. А после завершения своей миссии он стал больше не нужен. Выбор убийцы был невелик: уничтожение его души или принятие проклятья, которое навеки запретит ему ступать в мир духовных существ. Конечно, проклятие было лучше полного уничтожения. Так Зиргрин оказался запечатан в собственном клинке, превратившись в его душу. Теперь он будет жить в такой форме до тех пор, пока не услышит зов перерождения.
Память восстанавливалась очень долго. Судя по всему, он пролежал в этом болоте не одно десятилетие в странном состоянии, когда чувство времени и осознание окружающей среды присутствовало, но мыслительные процессы не функционировали. Последнее, что Зиргрин мог вспомнить – это как его душу перенесли в меч, после чего сделавший это бог взялся за рукоять. Бывший убийца мысленно вздрогнул, вспоминая, какой блаженство он ощутил от прикосновения божества. Как сильно ему тогда хотелось признать бога своим хозяином и остаться в его руках навсегда. В тот момент этот естественный инстинкт меча так напугал его, что он каким-то образом вывернулся из держащей его руки. На этом воспоминания обрываются. Вероятно, бог Хаоса отправил его на Восточный континент, с которым у Зиргрина была неразрывная связь.
Теперь он не понимал, как дальше существовать в таком вот виде. В свое время ему не оставили выбора. Каждый раз его вынуждали принимать в свою душу все больше и больше разнообразных свойств, которые, слившись, сделали его изгоем в духовных мирах. Да он и сам не понимал, во что превратился. Став проклятым, он теперь будет жить в таком странном состоянии… И пусть пребывание в роли клинка ощущалось вполне естественным, одно Зиргрин решил для себя точно: это чувство безграничного желания покориться чьей-то руке больше никогда не должно подчинить себе его разум. Даже если признание кого-то хозяином было бы лишь временным, до момента его возрождения в качестве нормального разумного существа, он ни за что этого не сделает. Как бы естественно он не ощущал себя в роли меча, он, в конце концов, не меч! До своей смерти Зиргрин был представителем гуманоидной расы рептилий, называвших себя арханами. И в будущем он надеялся возродиться снова арханом. Признать кого-то своим хозяином? В конце концов, у него была своя собственная гордость, что бы не нашептывали ему инстинкты этого странного нового тела.
Однако находиться на дне болота не входило в планы Зиргрина. Сосредоточившись, он стал изучать свои возможности в качестве меча. Увы, большая часть его сил оказалась запечатана. Было ощущение, что использовать все это самостоятельно он не способен, однако, будь у него признанный владелец, он смог бы высвободить силы запечатанной души бывшего убийцы. К немалому огорчению Зиргрина, самостоятельно управлять собой и своими способностями он не мог.
К счастью, кое-что ему все же было доступно. Мелкие значки магических рун вспыхнули на лезвии, после чего меч словно окутал сплетенный из воздушных потоков кокон. Клинок очень медленно поднялся из трясины, после чего, используя свои чувства, определил ближайшее поселение разумных существ, направившись в ту сторону.
Управление воздухом в таком состоянии далось Зиргрину очень тяжело. Это отнимало у него столько душевных сил, что он несколько раз был готов снова рухнуть в болото. Ситуацию ухудшало еще и то, что его зрение больше не было человеческим. Он видел окружающий мир также, как видят его низшие элементали – в виде энергетических потоков. Если бы в прошлой жизни у него не было опыта с таким типом зрения, это могло стать большой проблемой. Но теперь ему предстояло привыкать к новым реалиям, поскольку даже звуки он слышал лишь при помощи какой-то странной смеси ментального дара и чувства вибрации. И ощущать мир таким образом ему придется еще очень долго.
Чувство времени у Зиргрина теперь было абсолютным. Он не мог запутаться, забыться или сбиться с пути, так как его сознание действовало на полную мощность. Ему не нужен был сон и пища. Пролетев с частыми остановками для отдыха четыре дня, он, наконец, рухнул в траву недалеко от какой-то деревни.
Теперь бывший убийца сильно задумался, что же дальше. К людям его влекло непреодолимо, в конце концов, оставаться в лесу на сто или больше лет, пока не сможет переродиться, было бы глупо. Он бы просто свихнулся там от одиночества. Но и среди людей что ему делать? Тем более, в такой забитой деревне, вокруг которой на двое суток конного пути не было никаких других населенных пунктов. Сейчас была ранняя весна, так что единственная дорога, ведущая из деревни, напоминала собой то самое болото, из которого бывший убийца с таким трудом выбрался. Надеяться перебраться в город побольше с какими-нибудь торговцами в такое время было бессмысленно.
– Вешка, смотри! – послышался звонкий мальчишеский голос.
К лежащему в траве мечу спешили двое местных мальчишек, одного из которых привлек тусклый отблеск лезвия меча. Ножны находились внутри пространственного кармана, встроенного в рукоять клинка, Зиргрин даже мог бы достать их оттуда и натянуть на себя, но ему, почему-то, совершенно не хотелось этого делать.
Пока одушевленный меч размышлял, как реагировать на происходящее, мальчишки уже оказались совсем рядом. Им было на вид лет по семь-восемь, и оба они восхищенно с недоверием уставились на непонятно как появившийся у деревенского забора удивительный меч.
– Ух ты какой, – выдохнул один из мальчишек, дрожащей рукой хватаясь за рукоять. – Тяжелый.
Мальчик с кряхтением поднял меч. На самом деле этот клинок считался достаточно легким, но для детей такой вес, разумеется, был ощутимым.
Зиргрин не знал, смеяться ему или плакать. У него была встроенная защита от чужих рук, внедренная в меч еще задолго до того, как туда была помещена его душа. Эту защиту бывший убийца мог использовать, чтобы избавиться от жаждущих завладеть завидным оружием. Вот только Зиргрин не мог контролировать мощность этой защиты. Электрический разряд, который создавался при запуске этой функции, легко способен оглушить тренированного рыцаря. Что касается ребенка – он может убить его. В конце концов, эти дети никак не вредили ему, так что и причин их убивать не было никаких. А Зиргрин не был моральным уродом, убивающим всех на своем пути без разбора. В итоге получилось так, что детские ручонки, цепко ухватившись за рукоять, потащили найденный меч в деревню.
– Покажем дядьке Рагоду, как думаешь, сколько заплатит?
– Жалко, – буркнул второй. – Может, оставим себе?
– Да ты что? Забыл, как тятя три луны назад нас обоих прутьями охаживал за то, что нож сестрин с кухни сперли? Не, оно, конечно, правда жалко, вот только что нам делать, если опять споймают? Та же Ласка снова проследит и расскажет. Тогда не только отберут меч, но еще сильнее накажут. Тятя говорил, что для меча выучка особая нужна, без выучки от него никакого толку. А вот если дядьке Рагоду продадим – так сможем волка магического у скупого Самосы выкупить.
– Того, что он вчера споймал? У него же лапу капканом перебило. Потому для купцов и не придержали. Если бы зверь себе шерсть зубьями не повыдергал, сидя в капкане, его давно уже прирезали бы, да шкуру сняли.
– И чего, что без ноги? Зубы-то все на месте. И тятя говорил, что волк молодой еще совсем. Его если правильно научить, он нас от всех защищать будет. Такой волк гораздо лучше меча. А здорового волка ты бы вообще смог купить?
– Нееее, – тяжело вздохнул мальчишка. – Их же купцам сдают за серебро…
– Вот и я говорю. Что толку от меча, когда можно волка купить, пусть и без одной лапы?
– Так может прямо к Самосу пойдем и поменяем?
– Ну ты скажешь! Да этот Самос отберет у нас меч, а потом скажет, что он всегда его был. Что ты докажешь?
– Вешка, слушай, а ты не боишься, что дядька Рагод тоже отнимет?
– Не, дядька Рагод хороший, обманывать не станет.
Тихо споря между собой, мальчишки добрались до небольшого домика, стоявшего в отдалении от других деревенских домов. Из кузницы слышался звон, так что искать дядьку Рагода детям долго не пришлось. Терпеливо дождавшись, когда звон прекратится, мальчишки осторожно вошли внутрь наполненной жаром кузницы.
Рагод был высоким могучим мужчиной. С философским выражением на суровом лице он как раз изучал только что выкованное лезвие косы. Увидев прошмыгнувших в его мастерскую ребятишек, кузнец хмыкнул.
– Ну и чего на этот раз удумали? Если пакость какую – забудьте, помогать не стану.
– Да не, – почесал затылок рассудительный Вешка. – Тут такое дело, дядька Рагод… Вот, нашли мы.
Мальчик аккуратно развернул рубаху, в которую завернул раньше меч, чтобы не привлекать внимания других деревенских. Кузнец, до того смотревший на детей с долей иронии, резко подобрался. Едва он увидел, что именно ему принесли, Рагод внутренне ощутил озноб.
– Где взяли?! – рявкнул на детей кузнец, не смея касаться меча.
По реакции Рагода можно было подумать, что ему принесли ядовитую змею, а не клинок удивительного качества.
– Так это… За деревенской оградой нашли в прошлогодней траве, – пискнул Вешка, испуганно вжав голову в плечи.
– Еще кто видел?
– Нет, дядька Рагод, мы сразу к тебе пришли. Думали это… На волка десять медяков дашь… Ну волка Самосова… Мы купить хотели.
– Положи его на стол, – указал кузнец на захламленный верстак. – Про то, что меч этот принесли – забудьте, вам понятно? Волка я вам куплю, но чтобы ни одна живая душа про меч никогда не узнала. А если я хоть от кого-то услышу об этом, то шкуру с вас сдеру. Ясно? Ну?
Под конец кузнец рявкнул на мальчишек так сильно, что они окончательно струсили.
– Мы никому не скажем, дядька Рагод. Никому и никогда не скажем.
– Хорошо. Теперь брысь отсюда. Про волка потом поговорим. А сейчас позовите сюда старосту. Скажите, что дело очень серьезное.
– Мы сейчас же найдем его! – воскликнул Вешка, после чего его словно ветром сдуло. Впрочем, второй мальчик проявил не меньшие чудеса исчезновения.
Кузнец Рагод, оставшись наедине с мечом, все еще не решался к нему прикоснуться. В свое время ему довелось побывать в довольно известной разбойничьей шайке. До того, как оставить кривую дорожку и вернуться к мирной жизни, кузнецу, как и многим в те времена, пришлось перерезать немало глоток. И навидался он всякого оружия, однако о том, что сейчас лежало перед ним, он только слышал разнообразные сплетни. Чем больше Рагод думал о произошедшем, тем сильнее хмурился. Как такое оружие могло вот так взять – и появиться возле деревни. Ох, не к добру все это.
– Звал, Рагод? – вошел в кузницу обеспокоенный пожилой мужчина с пышной, но не длинной бородой.
– Посмотри, что внуки твои притащили, Линкош.
Староста проследил взглядом за указательным пальцем кузнеца, после чего удивленно ахнул.
– Какой меч! Где мои паршивцы только нашли его? Это ж за сколько его в городе продать можно? Монет сто золотом? Где Вешка и Летик? Пусть скажут, где нашли, вдруг там еще такие будут?
– Линкош, ты совсем умом тронулся? – рявкнул Рагод на старосту.
Линкош в свое время, как и Рагод, жил дикой разбойничьей жизнью. Он очень быстро оценил реакцию кузнеца и подобрался.
– Ты в этих железяках получше меня смыслишь, в чем здесь проблема? Я вижу только, что это меч очень хорошего качества.
– Хорошего? – язвительно усмехнулся кузнец. – Да мы как-то оружейную фаирской императорской гвардии нашли и выставили. Так я тебе скажу, что даже там не было ни одного меча, который хоть немного мог бы сравниться вот с этим. Сто золотых? Линкош, этот меч стоит сотни тысяч золотых, если не миллионы! И знаешь, что хуже всего?
– Что? – выдохнул пораженный староста.
– Оружие это не для воинов. Это меч убийцы! А теперь скажи мне, кому и каким образом ты собираешься его продать?
– А, ну что за дьявольщина! – ругнулся в сердцах Линкош. – Если кто-то узнает про этот меч, то нашу деревню вырежут под корень из-за него.
– Вот и я о том же. Так как мы не имеем возможности защитить такое ценное оружие, никто не станет его покупать у нас. Отнимут просто, а потом вырежут деревню, чтобы никто никогда не узнал у кого этот меч оказался.
– Избавляться от него надо, – тяжело вздохнул староста. – От такой находки одни только беды.
– Не все так просто, – буркнул в ответ Рагод. – В нашу деревню уже два месяца никто не появлялся. Обойти ее в такое половодье невозможно. Откуда меч взялся?
– И откуда?
Рагод аккуратно взял с верстака клин и аккуратно ударил им по лезвию меча. До того с интересом наблюдавший за развитием событий Зиргрин не испытал никакого удовольствия от такого обращения. Из-за породившей красивый поющий звук вибрации душа бывшего убийцы невольно испустила ментальную волну, на которую отреагировали нанесенные на лезвие руны, вспыхнув тусклым красным сиянием.
– Это не просто меч, а зачарованный артефакт. Если в нем зародилась душа, то клинок вполне мог добраться к людям самостоятельно. Скорее всего, его хозяин сгинул в эпоху смуты в местных лесах или болотах, а оружие теперь ищет себе нового владельца. Вот только я бы скорее стал хозяином ядовитой магической твари, чем этому мечу. Если такой выкинуть – нет никакой гарантии, что он не вернется обратно.
– Ну что за невезение, а?! Где эти черти? Ну я им задам…
– Что толку злиться на детей? Если бы они его не нашли, то меч сам бы проник в деревню. И тогда замять сплетни вряд ли удалось бы. Твоим я велел язык держать за зубами, но и ты тоже строго запрети им это обсуждать, даже между собой. Кстати, я им волка Самосова подарить обещал.
– Ай, да к демонам волка! Я сам его выкуплю потом для них. Ты мне лучше скажи, что с находкой этой делать?
– Что еще делать? Меч непростой, уничтожить его, боюсь, даже мой горн не сможет. Цепь вязать к нему надо покрепче, чтоб не оторвалась, к цепи камень потяжелее – и в болото, где прошлым годом корова Илькина утопла.
– И то верно, Рагод. Сделаешь?
– Издеваешься? Я, в отличие от тебя, дорог в наших болотах не знаю, потому как не хожу туда. Нет уж, помогай мне, староста. Я зачем, по-твоему, тебя звал вообще?
Зиргрин, который терпеливо лежал на верстаке в надежде, что местные продадут его в город, оторопел, услышав, к чему пришли эти двое. Возвращаться на дно болота в планы бывшего убийцы не входило. Мысли лихорадочно метались в поисках решения проблемы. Кузница была закрыта, и самостоятельно выбраться из нее было просто невозможно. Но если он дождется, когда его цепью примотают к валуну – то может уже и не выбраться.
Рагод предусмотрительно не трогал опасный клинок руками. Вместо этого он воспользовался кузнечными клещами, чтобы перенести меч. В этот момент клинок испустил мощный разряд электричества, который прошел через клещи прямо в руку Рагода. Кузнец, получив мощный электрический разряд, отлетел на пару шагов, после чего рухнул без сознания. Вырвавшись из хватки, меч поднялся в воздух и полетел к двери, надеясь, что рано или поздно кто-то ее откроет. Например, староста, от страха забившийся в противоположный от меча угол.
«Просто выпустите меня. Я никому не причиню вреда», – послал Зиргрин усталую мысль в голову Линкоша. Ментальный дар был одной из врожденных способностей убийцы при жизни. Сейчас этот дар был ограничен, но его вполне хватало на то, чтобы поговорить с одним разумным на небольшом расстоянии.
Увы, староста, услышавший в своей голове вкрадчивый приятный голос с легкими шипящими нотками, испугался еще больше. В отличие от Рагода, Линкош был очень ограничен в восприятии окружающего мира. Он пришел в настоящий ужас, когда с ним заговорил клинок.
Зиргрин чувствовал себя совершенно бессильным. Он не мог самостоятельно выбраться из кузницы, как не мог убедить единственного человека в сознании помочь ему. Если бы его силы не были запечатаны…
К счастью, через некоторое время в кузницу постучала женщина средних лет с цветастым платком на голове, пришедшая позвать супруга к ужину. Не дождавшись ответа, она робко заглянула внутрь. Едва дверь приоткрылась, как Зиргрин немедленно метнулся прочь из этого неприятного места.
Оказавшись на свободе, клинок завис в воздухе, решая, что делать дальше. Он медленно поплыл в центр поселения, размышляя о случившемся. Деревенские были по-своему правы. Зиргрин раньше не сталкивался с подобными ситуациями и не понимал, какая пропасть их разделяет. В глазах бывшего убийцы такой клинок был бесценным, но не незаменимым. Однако в глазах обычного крестьянина это было катастрофическое сокровище, которое может принести беды в их дома одним своим присутствием.
Но и уходить в лес Зиргрин не собирался. Если бы не осознание того, как далеко другая ближайшая деревня, а также того, что там ситуация полностью повторится, он бы немедленно покинул это место. Однако в данной ситуации у него не было выбора. Пытаться добраться до ближайшего города? Скорость самостоятельного полета у него была даже медленнее, чем пеший шаг обычного человека. Как далеко он заберется в таком темпе? В конце концов Зиргрин полностью отбросил все сомнения. Ему нужно остаться в деревне даже вопреки воле местных жителей. Случится ли у них беда из-за него – еще неизвестно. Он должен будет, по крайней мере, дождаться прибытия торговцев. Зиргрин точно помнил, что принесшие его в деревню мальчишки говорили о том, что периодически торговцы сюда заезжают. А там вместе с ними можно будет добраться до ближайшего города. Чем он займется, когда туда прибудет, бывший убийца еще не решил.
В любом случае, Зиргрин открыл для себя неприятную истину. Став мечом, он теперь был совершенно беспомощным, практически не способным действовать самостоятельно. Но и над тем, чтобы позволить кому-то использовать его в качестве оружия, даже думать не хотелось.
Сейчас главным для него стало обезопасить себя в этой деревне. Заметив в центре поселения огромную колонну, возвышавшуюся над всеми остальными строениями, Зиргрин решил, что именно это ему нужно. Судя по украшениям из цветов у подножия и легкой энергии веры, местные почитали эту колонну в качестве бога. Однако духовный взгляд меча видел, что это не элементаль и не демон. Просто древний артефакт.
Приняв решение, Зиргрин собрал все имеющиеся у него силы, после чего вонзил свое лезвие в колонну. К счастью, камень оказался довольно ветхим, а сам клинок был создан из стали высочайшего качества, так что ему с первого раза удалось погрузиться в колонну по самую рукоять. Пожалуй, это было самым безопасным местом в деревне. Местные не посмеют разрушить колонну, а извлечь меч из камня против его воли будет фактически невозможно. К тому же, артефактный камень обладал собственной энергоструктурой, связавшись с которой, клинок мог укрепить колонну собственной энергией, сделав ее прочнее стали.
Потратив на путешествие и остальные приключения слишком много сил, Зиргрин вновь впал в странное состояние, когда все его мыслительные процессы оказались временно приостановлены. Лишь через пару часов он смог немного прийти в себя.
За это время в деревне произошел настоящий переполох. Некоторые местные жители попытались вытащить клинок из колонны, однако все без исключений получили мощнейший электрический разряд, отправивший их в беспамятное состояние.
«Передай всем, что я буду здесь, пока не придет тот, кого я признаю», – мысленно сообщил он ближайшему крестьянину. – «У вас не будет из-за меня проблем, пока вы не мешаете жаждущим забрать меня попытаться это сделать. Очень скоро обо мне узнают многие, так что не будет смысла уничтожать ваше поселение».
Зиргрин был убийцей, но он никогда не убивал без соответствующего приказа или оплаты. Местные крестьяне, к тому же, совершенно не годились в качестве его целей, так что ему было даже немного неловко из-за того, что навлек на них опасность. Однако и жертвовать собой ради людей, пожелавших его утопить в болоте, тоже не был намерен. В любом случае, его сообщение о поиске достойного хозяина было только отговоркой, причиной оставаться среди людей, спокойно дожидаясь реинкарнации. Даже если он не сможет попасть в город, здесь все же лучше, чем на дне болота.