Текст книги "Проклятый наследник"

Автор книги: Лаура Кнайдль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 36 страниц)

Глава 32 – Ларкин

– Нихалос —

– Я скоро вернусь, – объявил Ларкин, взглянув на принцессу еще раз перед тем, как выйти из комнаты.

Фрейя снова легла в свою постель. Натянув одеяло до подбородка, она стеклянными глазами наблюдала за Хранителем, с легкой улыбкой, которая наверняка была бы более лучезарной, если бы не яд эльвы, который все еще терзал ее тело.

Благодаря травам, которые Ларкин купил у целительницы, самое худшее Фрейю уже миновало, но должно было пройти какое-то время, чтобы к ней снова вернулись силы и она могла смешаться в фейри в городской толчее. По недовольному лицу Фрейи было видно, как сильно ее огорчало это состояние. Девушка как можно скорее хотела покинуть это жилище, исследовать Нихалос и найти своего брата. Ларкин мог понять ее стремление. Только желание Фрейи найти принца привело ее сюда и подарило свободу Хранителю, но девушка пока не была готова продолжать поиски, и он не позволит ей подвергать опасности свое здоровье.

За время пребывания у Стены Ларкин видел сотни пострадавших от нападений эльв. Укушенные или оцарапанные мерзкими тварями, не все из них остались в живых. Принцессе повезло – и ему тоже. Он даже не представлял себе, что случилось бы, если бы Фрейя умерла на его руках. Этого мужчина никогда бы себе не простил. Хранитель поклялся защищать ее своей жизнью, и он был готов это делать, тем более Ларкин сейчас ненавидел то обстоятельство, что ему необходимо покинуть девушку. Но принцесса попросила его достать карту города Нихалоса, чтобы использовать еще одно заклинание поиска.

– Что может случиться со мной в этой комнате? – спросила Фрейя.

Ларкин не знал, с чего начать, ибо он ни капельки не доверял этой Неблагой фейри. И все же мужчина оставил свои мысли при себе. Потому что теперь он знал упрямую принцессу достаточно хорошо, чтобы понять, что она не примет отказа, когда речь идет о ее брате. Ларкин закрыл за собой дверь и еще раз дернул за ручку, чтобы убедиться, что замок надежно закрыт. Конечно, это не помешает фейри войти в комнату, но, по крайней мере, создаст хотя бы небольшое препятствие.

Старая фейри за стойкой, охраняющая вход в «Сияющий путь», кивнула Ларкину, когда тот спустился по лестнице вниз. Мужчина на ходу поздоровался с ней, мысленно интересуясь, подозревала ли слепая фейри, что Хранитель привел с собой человека. Три постоялых двора отказали ему и Фрейе именно по этой причине, несмотря на тяжелое состояние принцессы, отчего мнение Ларкина о фейри Неблагого Двора совсем не улучшилось. Хотя у него всегда были проблемы с Неблагими, и большинство Хранителей, которые когда-либо имели «удовольствие» проводить время с этими фейри или посещали Нихалос, разделяли его точку зрения.

Благие фейри на первый взгляд выглядели более отсталыми, может быть, даже более дикими, чем Неблагие, но обладали честностью, порядочностью и могли открыто выказать свое противостояние, в то время как фейри Неблагого Двора стали бы улыбаться тебе и обнимать, но только для того, чтобы вонзить кинжал тебе в спину. Зная это, Ларкин осторожно шел по богато украшенным улицам города. С крыш домов свисали гирлянды из цветов, обвивая окна и двери и украшая скважины, которые качали чистую воду на поверхность. Но это великолепие было притворным и служило, по мнению Ларкина, только попыткой скрыть настоящую личину Нихалоса, которая проявлялась тогда, когда он присматривался или, в некоторых случаях, прислушивался получше.

– Это полуэльф? – прошептала Неблагая фейри, когда Ларкин ступил на одну из многочисленных торговых улиц города. Здесь он должен был найти карту Нихалоса для принцессы. Хранитель остановился, чтобы сориентироваться, так как его последний визит в столицу Неблагого Двора состоялся еще несколько десятилетий назад. Тогда он сопровождал прадеда Фрейи, когда тот хотел переговорить с королем Неваном о расходах на стражников на Стене. Конечно, переговоры провалились.

– Нет, Хранитель. Посмотри на уши, – ответила другая фейри. Она понизила голос и начала деловито рыться на прилавке швейного магазина. При этом она рассеянно пропускала свои пальцы сквозь выложенные на витрине ткани, в то время как ее любопытный взгляд то и дело возвращался к Ларкину и выражал все что угодно, но только не радушие.

– Еще хуже. – Фейри, которая заговорила первой, сморщила нос. – Чего он здесь хочет?

– Я слышала, что принц Киран пригласил их, – сказала вторая фейри, и имя принца в ее голосе прозвучало с большим отвращением, чем слово «Хранитель». Это заставило Ларкина насторожиться. Неблагие фейри были высокомерным народом и гордились своими правителями, по крайней мере до сих пор. И все же ожесточенный тон голоса фейри подсказывал Хранителю, что принц Киран не заслужил благосклонности своих подданных. Знали ли Томбелл и Хранители о недовольстве фейри? В любом другом случае это было бы пустяком, который и в самом деле не должен был их интересовать, но у такого народа, как Неблагие фейри, накопленное недовольство могло быстро перерасти в насилие, которое поставит под угрозу Соглашение между странами.

Собственно, Ларкин мог бы не обращать внимания на это обстоятельство. Он больше не был Хранителем – или, по крайней мере, служба на Стене больше не входила в его обязанности. Тем не менее мужчина не мог двинуться дальше и проигнорировать разговоры фейри.

– Хотелось бы знать, что творится в голове принца, – ответила Неблагая фейри, вернув красную ткань, которую она якобы рассматривала, обратно на витрину. Забыв о Ларкине, она перенесла теперь все свое ожесточение на Кирана.

– Не только тебе. Он безумен.

Фейри разочарованно покачала головой:

– Они не должны позволить ему стать королем.

– А кто будет править вместо него?

– Совет? Олдрен? – она пожала плечами. – Любой подходит для этой задачи лучше, чем Киран. Он еще слишком молод, и не забывайте о годах, которые он провел у эльв. Это не может пройти бесследно.

Ларкин знал о похищении принца вскоре после его рождения, но на Стене так и не узнал, что с ним стало. До своего освобождения из темницы он даже не знал о кончине Невана. Король еще не мог считаться старым для фейри, и на самом деле был еще слишком молод, чтобы умереть. Что с ним случилось?

Ларкин решил это выяснить, но для этого у него еще будет время. Сейчас Хранитель хотел как можно скорее вернуться к принцессе. Он нервничал, не зная, все ли с ней в порядке и как подействовал на нее яд эльвы. Мужчина хотел бы опуститься перед ней на колени и послать молитву королю, но знал, что Фрейя не одобрила бы этого. К тому же он сам считал, что неправильно было бы возносить молитвы отцу Фрейи, в то время как Ларкин испытывал к Фрейе такие неуместные чувства.

Ларкин все еще ощущал покалывание на своей коже в том месте, где его щеки коснулись губы девушки, но он был бы идиотом, если бы считал, что за этим жестом Фрейи кроется нечто большее, чем благодарность. Как только принцесса найдет своего брата и Хранитель благополучно вернет ее в Тобрию, она бросит Ларкина и даст ему то, что сама называет «свободой». Но Ларкин не мог быть свободен, ведь в Смертной земле он был беглым преступником. Мужчина всегда находился бы в бегах, без дома, без семьи и без людей, которым он важен. Ему пришлось бы в одиночку придавать смысл своему одинокому существованию – но как это можно было сделать? Ибо чего стоила жизнь без друзей, с которыми можно было ее разделить? И Ларкин не знал, готов ли он завязывать новые знакомства, зная, что этих людей не станет уже через тридцать или сорок лет. А ему придется жить.

Глава 33 – Зейлан

– Туманный лес —

– Ненавижу этих тварей, – процедил Ли, стиснув зубы. Он вытер предплечьем пот со лба и поднялся над тушей обезглавленной эльвы, отдаленно напоминающей петуха. Тварь была примерно в три раза больше этой птицы; ее оперенье было идеально черным и блестящим.

– Ты не единственный, – сказала Зейлан, вытаскивая платок из сумки, привязанной к седлу ее лошади, чтобы вытереть кровь эльвы с меча. Она еще не совсем привыкла к этому оружию и скучала по своим лунным ножам-полумесяцам, но, к счастью, могла отсекать головы и магическим мечом.

– Жаль, что мы не можем их съесть, – бросил Брион, который еще до нападения эльв заговорил об ужине, и отшвырнул голову эльвы носком своего сапога в заросли. Он был одним из Хранителей, выбранных фельдмаршалом Томбеллом для своего сопровождения в Нихалос. На первый взгляд Брион с его седыми висками и глазами, окруженными тонкими нитями морщин, казался старше большинства Хранителей, и при этом он, в возрасте всего шестидесяти лет, был, пожалуй, почти самым молодым из их группы; моложе была только Зейлан.

Ли вздрогнул от отвращения.

– Я бы не стал есть этих тварей, даже если бы они на вкус были как мясное рагу моей бабушки. – Воспоминание сгладило его перекошенное от отвращения лицо. – Ну или только в этом случае.

– Я бы не стал рисковать. Если, конечно, вы не хотите отравиться, – сказал фельдмаршал.

Зейлан бросила ему платок, которым протирала свой клинок, чтобы Томбелл тоже мог очистить свой меч от крови эльвы. Но не только оружию довелось испытать на себе последствия предпринятого похода, Хранителям тоже приходилось переносить напряженные сражения с эльвами и тяготы путешествия, которое продолжалось вот уже несколько дней.

С лошадьми они должны были дойти до Нихалоса давным-давно, но за пределами Свободной земли, несмотря на наступающую зиму, их встретил палящий зной. Душный воздух затруднял продвижение вперед. Путникам приходилось все чаще делать остановки, чтобы дать лошадям отдохнуть и напиться. И еще были эльвы. Эти надоедливые маленькие твари, которые, очевидно, существовали только для того, чтобы усложнить им жизнь. С тех пор как Хранители миновали Стену, Зейлан постоянно чувствовала их взгляды на своей коже. Как тени, движимые тьмой, существа следовали за ними на каждом шагу. Лошади нервничали, Хранители постоянно были начеку с оружием в руках, но эльвам каждый раз удавалось застать их врасплох, нападая из засады. Казалось, что магические существа затеяли игру: кто первым доведет Хранителей до безумия? Пока что награду могла получить эльва, которая два дня назад чуть не стоила Зейлан левой руки.

Тварь пробралась к их лагерю ночью и уничтожила все припасы, пока Хранители спали. Брион проснулся, инстинктивно выхватил меч и обрушил его на эльву, всего в нескольких сантиметрах от руки Хранительницы, и если бы девушка только дернулась, то потеряла бы все пять пальцев, оставшись только с обрубком руки.

В ту ночь Зейлан не сомкнула глаз. Она плохо спала еще и потому, что эльвы так воздействовали на нее. Они делали людей параноиками и наполняли их головы страхом и паникой. Зейлан чувствовала ускоренное сердцебиение в груди с момента первого нападения тварей, которое уже не успокаивалось после того, как Хранители покинули Свободную землю. В отличие от Томбелла, Ли и остальных Хранителей девушка не находила утешения в том, что скоро они достигнут Нихалоса. Она снова придет в себя, когда вернется в Смертную землю. Даже если ее попытка еще раз пересечь Туманный лес может окончиться неудачей.

– Разобьем лагерь здесь, – сказал Томбелл, запрокинув голову. Небо было еще ярко-голубым, но скоро тени станут длиннее и в лесу стемнеет.

– Зейлан и Ли, вы собираете хворост. Брион и Ивар, вы отправитесь на охоту, может быть, найдете что-нибудь неядовитое. Леннон, ты позаботишься о лошадях, а ты, Фергюс, строишь вместе со мной лагерь на ночь. Понятно?

– Понятно, – эхом откликнулись Хранители и принялись за работу.

– В каком направлении? – спросил Ли. Он поправил кожаные ремни на предплечьях, которые, по-видимому, были такими же горячими и так же липли к его коже, как и у Зейлан. Девушка указала на запад: там она слышала плеск воды. Правда, реки и водоемы всегда представляли опасность, так как они манили к себе и эльв, но Зейлан нужно было срочно вымыться, и притом везде. Послушница надеялась улучить несколько минут, хотя Ли не выпускал ее из виду с самого начала путешествия. По-видимому, Томбелл попросил капитана стать ее няней, чтобы девушка не наделала глупостей.

– Эти эльвы до сих пор лишают меня рассудка, – сказал Ли. Он наступил ногой на большую ветку и поднял ее, разламывая пополам. Обе части он подал Зейлан. – Неудивительно, что фейри предпочитают собираться в городах, чем жить здесь.

Довольно долго они шли на запад, собирая каждую ветку, пригодную для костра. Хранителям пришлось пробираться сквозь чащу, ведь проложенных троп в Туманном лесу не было. С ветвей деревьев свисали лианы, и массивные стволы были сплошь увиты их побегами. Если бы Зейлан не ожидала увидеть за каждым из этих стволов притаившуюся эльву, она могла бы назвать Волшебную страну прекрасной. Растения радовали глаз своей насыщенной зеленью, мшистая почва была мягкой и податливой, а цветы, над которыми порхали разноцветные бабочки, сияли самыми яркими оттенками. Собирая дрова, Ли рассказывал ей о нападениях и других инцидентах с эльвами на Стене. Он объяснял маневры и действия Хранителей во время таких нападений. Это могло считаться одним из видов теоретического обучения. Но эти рассказы, конечно, не могли заменить тренировки, которые Зейлан пропускала из-за этой поездки. Каждый день она спрашивала себя, что могли сегодня узнать остальные послушники, пока сама девушка сидела в седле до тех пор, пока ее бедра не начинали гореть.

Внезапно Зейлан услышала, что плеск воды, который доносился до ее слуха, стал громче. Сделав еще несколько шагов, они прорвались сквозь густой лес и вышли на поляну, которая была красивее всего, что Зейлан до сих пор видела в Мелидриане.

Шум исходил от водопада, опускающегося с высоты нескольких метров в глубину, у подножия которого лежало лесное озеро. Вода была настолько чистой, что, несмотря на отражение окружающих озеро деревьев, можно было легко рассмотреть его дно. Непосредственно рядом с водоемом находилось первое здание, которое увидела Зейлан после того, как они вошли в Мелидриан, – храм. Он был сооружен из светлого камня и блестел в сиянии солнца. Дверь храма была открыта, а внутри Зейлан узнала очертания мертвых эльв: зарезанные, обезглавленные и сожженные, их туши лежали на окровавленном полу.

Ли вытащил меч.

– Оставь хворост на земле! – приказал он, понизив голос.

Зейлан повиновалась и потянулась за своим мечом. Что-то при виде мертвых эльв обеспокоило девушку. Сначала она не знала, что именно, но потом поняла, что обстоятельства гибели тварей были довольно странными. Фейри поклонялись своим богам. Они были благодарны им за владение магией. Никогда бы они не убили эльву ни в одном из своих храмов и тем более не оставили бы трупы так непочтительно лежать у ног своих богов.

– Это были люди, – заключила Зейлан.

– Или стражники, – ответил Ли и с опаской поднялся по ступеням, ведущим ко входу в храм. Зейлан последовала за ним, оторвав взгляд от эльв, чтобы посмотреть на остальную часть храма. На полу были отчетливо видны следы пожара, а стены были испещрены черной кровью эльв. В центре помещения стояли пять статуй, но только четыре из них были ухожены, в то время как пятая выглядела старой и выветренной.

– Что, по-твоему, здесь произошло? – спросила Зейлан, пробираясь мимо одной из скульптур, чтобы убедиться, что за ней не скрывается эльва, пережившая схватку.

– Я предположил бы, что эти люди искали здесь укрытие и были атакованы эльвами. – Ли присел около одной из мертвых тварей на корточки. Они выглядели совершенно не похожими на тех созданий, которые до сих пор встречались Хранителям на их пути.

– Видимо, они сбежали.

– Или их тела были растерзаны уцелевшими эльвами.

Зейлан засомневалась в этом, потому что красной крови не было видно нигде, только черная. Это, в свою очередь, подкрепило догадку Ли, что, возможно, здесь поработали Хранители. Ни один обычный человек не мог без ущерба для себя выдержать такое нападение. Только что это значило? Обычно Хранители не проникали так глубоко в Нихалос и, главное, без ведома фельдмаршала. Даже отдаленные базы, которые были меньше основного опорного пункта, обязаны были сообщать Томбеллу о подобных вылазках.

– Пойдем, – сказал Ли. Он вернул меч обратно в ножны и смахнул пот со лба. Его светлые волосы были мокрыми от испарины. – Остальные, наверное, уже заждались.

– Ты хочешь просто уйти? – недоверчиво спросила Зейлан и опустила глаза на мертвую эльву. – Разве не стоит хотя бы пытаться найти людей, которые сделали все это? Скорее всего, они оставили какие-то следы в лесу.

– Это не наше дело.

– Но что, если они ранены?

– Тогда это все равно не наше дело. Наши обязанности заканчиваются за границей Свободной земли и Мелидриана. Люди знают, на что идут, когда проникают в Бессмертную землю.

Словно сами по себе, руки Зейлан крепче обхватили рукоять магического меча. Она не могла поверить тому, что слышали ее уши. Хранители существовали, чтобы оберегать людей, фейри и эльв друг от друга, и Ли просто хотел, чтобы эти бедные души были поставлены под удар? И даже если это были Хранители, которые без ведома Томбелла пришли в Мелидриан, им после такой схватки наверняка потребуется помощь. Что, если с кем-то из них случилось то же, что и с Готаром? Воображение послушно нарисовало перед внутренним взором Зейлан незнакомого ей Хранителя, бледного и слабо опирающегося на трость. И, судя по всему, у чужаков не было с собой целебных трав, как те, что Зейлан уложила в седло перед отъездом. Она должна была…

– Забудь! – прошипел Ли так резко, что Зейлан пришлось прервать ход своих мыслей.

Она раздраженно моргнула.

– Что я должна забыть?

– То, о чем ты сейчас думаешь.

– Я вообще ни о чем не думаю.

Многозначительно приподняв правую бровь, Ли скрестил руки на груди. Его взгляд был непреклонен, и глаза были такими светлыми, что в ярком дневном свете казались зеркалами. Зеркалами, в которых даже сама Зейлан видела отражение собственной лжи. Девушка вздохнула:

– Хорошо, ты прав, но мы не можем просто оставить этих людей…

– Мы можем и сделаем это, – прервал ее Ли.

Он опустил руки и вплотную подошел к Зейлан. Она могла ощутить исходящий от него запах земли и пота.

– Это не наша битва. Это путешествие и без того достаточно опасно, чтобы мы отправлялись еще и на поиски Хранителей или людей, избравших для себя этот путь самостоятельно. Нас ждет Нихалос.

– Нихалос может подождать.

– Зейлан, – произнес Ли строгим голосом, который он лишь изредка использовал в отношении девушки. В тот момент перед ней стоял капитан Форэш, а не ее друг. – Я приказываю тебе не ходить на поиски этих людей. Учитывая, что ты здесь только потому, что уже нарушила один из моих приказов, я посоветовал бы тебе на этот раз меня услышать. Или ты хочешь пропустить еще несколько часов тренировок после нашего возвращения к Стене, потому что тебе придется чистить туалеты?

Зейлан стиснула зубы.

– Хочешь?

– Нет, – рыкнула она, все еще напрягая челюсть.

Ей совсем не нравилось, что эти люди предоставлены сами себе, но Ли был прав. Она не могла позволить себе еще одно нарушение правил, и кем бы ни были эти чужаки, они оказались здесь не случайно, потому что невозможно было случайно оказаться так глубоко в лесах Мелидриана.

– Хорошо, тогда мы договорились.

Ли, улыбнувшись, повернулся и вышел из храма. Зейлан бросила последний взгляд в сторону мертвых эльв, прежде чем последовать за ним. Капитан опустился на колени перед хворостом, который они собрали, и поднял его.

– Ли?

Хранитель повернул голову и посмотрел на нее через плечо. В его глазах отражалась усталость, словно он предполагал, что девушка хочет продолжить спор о чужаках. Но Зейлан не собиралась этого делать.

– Да?

Зейлан указала на водоем позади себя.

– Ты дашь мне пять минут?

Он нахмурился:

– Для чего?

– Чтобы помыться.

– Это необходимо? – Ли неуверенно посмотрел в сторону леса и наклонил голову, прислушиваясь к подозрительным звукам. Не сказать, чтобы это как-то помогло. Чаще всего они слышали эльву уже тогда, когда видели ее перед своими глазами.

– Необходимо. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы я измазала все седло своей кровью.

Глаза Ли расширились, когда он наконец понял, о чем идет речь.

– Понимаю. Естественно. Я… эммм… подожду здесь?

Для мужчины, который только что отрубил головы двум эльвам, он вдруг очень смутился.

– Спасибо! Я быстро.

Он кивнул и поспешно повернулся к ней спиной. Зейлан повернулась и побежала обратно к озеру, когда голос Ли заставил ее остановиться:

– Будь осторожна!