Текст книги "Проклятый наследник"

Автор книги: Лаура Кнайдль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 36 страниц)

Ли продолжал говорить непрерывно, в то время как с каждым шагом капитана возгласы в горящей деревне становилось все тише, а треск ломающихся под его ногами веток все громче. Зейлан прислушалась к голосу капитана. Иногда она воспринимала его слова яснее, чем в другие мгновения. Но близость Ли и его тепло девушка осознанно воспринимала каждую секунду. Она прижималась к его мощному торсу, и каждый вдох Хранителя облегчал раздирающую ее боль, которая становилась все тише. Раны и царапины на ее теле смыкались, разум становился яснее, и чувство головокружения, вызванное потерей крови, постепенно исчезало.

Наконец Ли остановился. На мгновение затуманенный разум Зейлан вдруг представил, что они уже вернулись на базу, но потом девушка увидела верхушки деревьев. Капитан Форэш медленно присел и положил раненую позади одного из кустов на влажной земле.

– Ты подождешь меня здесь? – спросил Хранитель, наклоняясь так близко, что Зейлан ощутила на своем лице его дыхание. – Я должен вернуться и помочь остальным.

Конечно, он должен был. Ли не мог бросить людей и подвести остальных Хранителей из-за нее. По той же причине она отослала обратно этого Хранителя – как там Ли назвал его? – Готара.

Зейлан медленно кивнула. Ее веки снова отяжелели.

– Иди!

– А ты будешь прятаться здесь?

– Да. – Ее голос был хриплым.

– И не двинешься с места?

– Нет, – сказала Зейлан.

На этот раз она послушается Ли.

– Я вернусь, – сказал он и окинул ее последним, пронизывающим взглядом, а потом встал, повернулся к девушке спиной и поспешил к полю битвы. Зейлан надеялась, что капитан Ли Форэш сможет сдержать свое обещание.

Глава 20 – Фрейя

– В терновом лесу возле Асканы —

Ветер трепал плащ Фрейи и задувал ей в лицо волосы, выбившиеся из косы. Казалось, будто бы порывы ветра, пахнущие дождем, хотели выгнать их из леса, запугивая скорым наступлением грозы. И поистине, эта ночь никак не подходила для прогулок по лесу. Луны были закрыты тяжелым облачным покровом, и в кромешной темноте леса вокруг Фрейи не было ни одного отблеска света. Только факел в руках Ларкина, горевший магическим огнем, пронзал тьму, создавая ореол теплого света.

Фрейя посмотрела сквозь деревья, в надежде увидеть хоть что-то, но ей это не удалось. Если бы Ларкин не был таким целеустремленным, она бы уже давно вернулась в Аскану. Некоторое время назад путники продали там свою лошадь.

– Скоро будем на месте, – сказал Ларкин. Он отвел в сторону слишком низко висящую ветку, и Фрейя пролезла под ней. Она напряженно вслушивалась в лес, но не слышала ни единого звука, которые подтвердили бы слова Ларкина. Вокруг царила обманчивая тишина, и кроме шороха шагов и свиста ветра, ничего нельзя было услышать.

Фрейя обхватила себя руками и осторожными шагами последовала за Ларкином еще глубже в лес. Принцесса не знала, как долго они шли, когда внезапно поднялся туман. Казалось, он появился из ниоткуда. Всего мгновение назад туман еще бродил по земле, траве и кустам. Но уже в следующий миг превратился в сплошную белую стену, которая поглотила все вокруг.

Свет.

Темноту.

Ветер.

Фрейя затаила дыхание. Шаги двоих путников становились все медленнее, и принцессе приходилось ощупывать Ларкина, чтобы убедиться, что он идет поблизости от нее. На самом деле она чувствовала, что Хранитель идет впереди нее, но видеть его не могла. Туман оставлял влажные следы на коже девушки.

– Что это? – спросила она и увидела, как маленькие облачка пара сорвались с ее губ.

– Мы скоро придем, – повторил Ларкин.

Желудок Фрейи судорожно сжался; не от страха, а от неизвестности. Принцесса вызвала в памяти образ Талона, чтобы напомнить себе, почему она здесь. Девушка готова была сделать все, чтобы найти его, и она не остановится и не сдастся, пока не достигнет своей цели.

Туман исчез так же внезапно, как и появился. Еще секунду назад Фрейя стояла посреди белой пелены, но уже после очередного шага от нее ничего не осталось, а позади девушки был совсем другой мир.

Фрейя раздраженно моргнула в пламени факела, закрепленного всего в нескольких метрах от нее. Глазам девушки нужно было привыкнуть к яркости, потому что все пространство было озарено светом. Пораженная, она огляделась и поняла, что вокруг больше нет деревьев и кустарников. Перед глазами принцессы раскинулись хижины и палатки, расположенные в виде аллеи. Люди, как в простой одежде, так и в изысканных нарядах, сновали между киосками. Торговцы так громко рекламировали свой товар, что Фрейя не могла понять, как она могла не услышать их криков в лесу. Воздух был насыщен ароматами еды, и Фрейя сразу поняла, насколько она голодна. Оглядевшись, она увидела двух артистов, которые развлекали публику трюками с огнем и мечами.

– Как это возможно? – Фрейя прищурилась и перевела взгляд с суеты, которую видела перед собой, на белую стену позади. Туман струился вокруг и не пересекал невидимый барьер, который находится на расстоянии вытянутой руки от Фрейи.

– Магия, – ответил Ларкин, потушив факел о землю. В нем больше не было нужды. – Рядом со Стеной ее воздействие сильнее. Здесь, на черном рынке, собираются самые талантливые алхимики страны. Они защищают этот рынок и его посетителей.

– Кто приходит сюда? – спросила Фрейя.

– Все. Темные люди. Хранители. Алхимики. Воры и мошенники. Похитители. Торговцы. Пираты. Нередко здесь можно повстречать и фейри.

Фрейя подняла голову:

– Фейри?

– Фейри, – невыразительно отозвался Ларкин. – Они доставляют товары из волшебной страны, но многие из них заинтересованы и в человеческих достижениях и переправляют их в Мелидриан.

Фрейя не могла поверить в то, что слышала. Ларкин говорил об этом месте и фейри, как если бы они были чем-то совершенно естественным и не запрещенным по эту сторону Стены. Тем не менее это объясняло, откуда Мойра взяла стеклянные подвески, спрятанные у нее в сумке.

– И давно существует этот рынок?

– Вероятно, с тех пор как была построена Стена.

Фрейя снова окинула взглядом рыночные прилавки.

Как такое место могло существовать годами, в то время как ее отец даже не догадывался об этом? Внимание девушки привлек циркач, который как раз в это время вонзил горящий меч себе в горло. Отвернувшись от него, она перевела взгляд на толстую женщину, которая продавала за своим прилавком все то, что даже Фрейя при всей своей любви к магии просто не выносила.

Заячьи лапы. Змеиная кожа. Петушиные головы. Молотый конский навоз и кости, которые в том числе могли быть и человеческими. Именно по этой причине Фрейя ненавидела Магию Земли, предпочитая использовать магический элемент огня.

– Ларкин?

– Принцесса?

– Разве вы как Хранитель не должны были запретить существование подобного места?

Ларкин прикусил нижнюю губу, будто хотел оставить этот вопрос без ответа. Тем не менее Хранитель знал, что он не может уронить достоинство принцессы своим молчанием.

– Хранители давно решили оставить этих людей в покое.

– Почему?

Он не мог взять ее в такое место и ожидать, что она не будет задавать вопросы. Она хотела знать все-все!

– По многим, прежде всего эгоистичным причинам.

– Каким причинам?

Ларкин колебался.

– Говорите же! Я не стану осуждать за это ни вас, ни других охранников. Я просто хочу понять. Если честно, мне это место очень нравится.

Фрейя говорила с абсолютной уверенностью, хотя даже не знала, что этот рынок может предложить. Но уже то осознание, что здесь существовали фейри, магия и люди, которые не осуждали никого из них, наполняло Фрейю детским волнением, которое охватило все ее существо. Сердце девушки забилось быстрее.

– Мы, Хранители, – не люди и не фейри. Мы – что-то среднее. Люди, наполненные магией. Большинство смертных нас уважают, но принимают очень немногие. Простые люди не хотят с нами разговаривать. Хозяева не хотят, чтобы мы пили в их тавернах. Женщины не хотят, чтобы мы лежали в их постелях, – сказал Ларкин, и голос его стал слабее и тише. – Но на этом рынке Хранитель может побыть самим собой. Мы можем расслабиться и, напившись вина, которое продают здесь фейри, забыться на несколько часов.

– А другим вином вы напиться не можете? Голова не болит?

– Нет. Наша способность исцелять не позволяет это сделать.

– А сегодня вы тоже собираетесь напиться? – спросила Фрейя.

Ее брови взлетели вверх. Каким был Ларкин, когда был пьян? Сохранял ли он в таком состоянии присущую ему жесткую осанку, достоинство и преувеличенную внимательность, с которой он, казалось, смотрел на весь мир?

– Сегодня я просто хочу купить меч, – сказал Ларкин.

Он водил ее по черному рынку, и девушке представлялось, что она погрузилась в абсолютно другой мир. Принцесса никогда не видела ничего подобного, не говоря уже о том, чтобы так чувствовать. Воздух казался наполненным волшебной вибрацией. Фрейя чувствовала напряжение в животе и щекотание в кончиках пальцев. Девушке хотелось достать из сумки стеклянные подвески, чтобы посмотреть, будет ли здесь волшебный огонь реагировать по-другому. Со всеми заботами о Талоне и опасениями по поводу поездки Фрейя совсем не думала о том, как выглядит волшебная страна и как Мелидриан повлияет на ее собственную магию. Девушка хотела испытать, изучить, почувствовать это: силу, которой она была лишена в Амаруне.

Осмелев от неприкрытой магии и увлеченная всем происходящим, Фрейя откинула капюшон своего плаща, чтобы лучше видеть окружающее многообразие. Здесь не имело значения, кто она такая и узнают ли ее вообще. Все здесь были равны. Сторонники магии и преступники Короны.

– Я хочу что-нибудь купить. Сувенир, – сказала Фрейя и начала рассматривать прилавки. Ей нужно было что-то маленькое, практически незаметное, что-то такое, что она сумела бы спрятать под замком в своей комнате, когда вернется во дворец. Если вернется. Принцесса хотела оставить у себя напоминание о магии, которая, как оказалось, существовала и в Тобрии.

– Вы хотите что-то конкретное?

Фрейя покачала головой и остановилась перед палаткой с одеждой. Все наряды были сшиты из самых необычных тканей в самых великолепных цветах, которые когда-либо видела принцесса. И все же одно платье особенно привлекло ее внимание. Оно было без рукавов, а лиф был полностью закрыт, до самой шеи. Верхняя часть наряда искрилась серебром и вся состояла из крупных чешуек, напоминавших змеиную кожу. Широкая юбка платья привлекала взгляд нежно-голубым цветом шелка.

– Вам нравится? – спросил голос рядом с Фрейей.

– Оно прекрасно, – повернулась принцесса к женщине.

– Хотите примерить? – спросила торговка. Ее волосы, завязанные в узел, были спрятаны под черным платком. Губы женщина подкрасила темным цветом, так же как и глаза. Она вся была темной, как тень, которая, казалось, не вписывалась в это светлое место, и все же ей это удавалось.

Фрейя снова посмотрела на платье.

– Что это за ткань?

– Юбка сделана из шелка, а верх из стальных нитей фейри. Оно не только красиво выглядит, но и сослужит хорошую службу в бою.

Женщина сняла платье с крючка. На мгновение показалось, что торговка хотела отдать наряд Фрейе, но потом она передала его Ларкину и показала, что его нужно держать у груди. Он сделал это без колебаний, и Фрейя не смогла сдержать улыбку.

– Готовы? – спросила женщина.

– Да, – ответила Фрейя, не сразу сообразив, что вопрос адресовался скорее не ей, а Ларкину.

Женщина вынула кинжал из своего одеяния и, не раздумывая, всадила его в грудь Хранителя. Фрейя вздрогнула, и сдерживаемый вскрик вырвался из ее горла. В мыслях она уже представила, как хлынет кровь. Но ткань платья не покраснела. Девушка моргнула и уставилась на Ларкина. Углы его губ дернулись вверх, и женщина тоже улыбнулась Фрейе.

– Это броня, – гордо заявила она. Торговка спрятала свой кинжал и забрала наряд у Ларкина. – Платье защищает от любого не магического оружия. Хотите его купить?

Да.

– Нет, – сказала Фрейя, с сожалением качая головой.

В Мелидриане, где, вероятно, каждый фейри владеет магически выкованным оружием, такая одежда не сможет ее защитить, не говоря уже о том, что платье даже не поместится в ее сумке. Может быть, однажды Фрейя сюда вернется и тогда обязательно купит его.

Ларкин и принцесса попрощались с женщиной и углубились в рынок, который был больше, чем показался девушке вначале. Всякий раз, когда Фрейя думала, что они достигли конца проулка, следовали новые палатки и прилавки. Некоторые из этих киосков, очевидно, предлагали обычные вещи – инструменты, маски, песочные часы, в то время как в других продавали странные и волшебные вещи – куклы с заостренными ушами, чьи глаза следили за каждым движением, скульптуры изо льда, который не таял, несмотря на жар пламени факелов, растения, которые никогда не прекращали цвести, и расчески, которые благодаря наложенным на них заклинаниям, заставляли волосы расти.

Фрейя понятия не имела, сколько сейчас времени или как долго они уже бродят по рынку. Запрокинув голову, девушка видела только тьму, но, как и туман, эта темнота выглядела слишком плотной и идеальной, чтобы быть настоящей. За пределами рынка солнце уже могло взойти. Фрейя не знала, так это или нет, но в данный момент для девушки это не имело никакого значения.

Взгляд принцессы был прикован к прилавкам, и куда бы она ни посмотрела, она снова и снова видела что-то новое для себя: новую магию, новые чудеса, новых людей… новых фейри?

Фрейя никогда не видела ни одного из них, но безумно хотела этого. Поэтому принцесса жадно вглядывалась в каждого прохожего, будь то мужчина или женщина, молодой или старый, прежде всего оглядывая уши, которые у фейри должны были иметь заостренную форму. Ларкин разглядывал пару кожаных перчаток, которые якобы делали своего обладателя умелым в бою (не то чтобы он в этом нуждался), когда Фрейя в нескольких метрах от себя заметила не фейри, а палатку, в которой продавали картофель, жаренный на шампуре. Ароматный дым поднимался над грилем. Какая-то женщина как раз покупала три таких шампура, горячих и хрустящих, с толстым слоем сливочного масла. Фрейя обожала такой картофель, и ее желудок заурчал.

– Вы проголодались, – сказал Ларкин.

Она застенчиво улыбнулась:

– Немного.

– Подождите здесь!

Прежде чем Фрейя смогла возразить, Ларкин был уже на полпути к другому киоску. Она проследила за ним и увидела, что Хранитель стал в очередь за женщиной, держащей в руках кричащий сверток. Судя по ушам, она тоже была человеком.

– Привет, – вдруг раздался мелодичный голос рядом с Фрейей.

Она повернулась. На том месте, где только что находился Ларкин, стоял молодой человек. Глаза девушки метнулись к ушам мужчины. Заостренных кончиков на них не было, но это не делало юношу менее экстравагантным. Его внешность сияла красотой, такой ослепительной, что ее невозможно было бы выразить словами. Смуглая кожа отливала бронзовым блеском, а темные волосы были сплетены в изящную косу, причем отдельные пряди, оставленные у лица, обрамляли его мягкими волнами. Узкий нос украшало изящное золотое кольцо. Фрейя перевела взгляд на полные губы молодого человека, которые соблазнительно улыбались, напоминая девушке о том, что юноша, кажется, что-то сказал ей…

– Привет, – произнесла она, моргая. Может ли юноша быть таким красивым от природы или этому человеку помогла магия? В таком месте она бы не удивилась…

– Сколько ты за него просишь?

– Простите?

– Твой охранник, – он указал на Ларкина. – Сколько ты просишь за него?

Фрейя взглянула на незнакомца:

– Я не понимаю.

– Сколько золота. Вы хотите. За вашего Хранителя? – повторил незнакомец, выговаривая слова очень медленно и с преувеличенным значением, словно до нее плохо доходило.

– Вы серьезно?

– Конечно. – Незнакомец прислонился к стойке с перчатками, скрестив лодыжки.

Только теперь Фрейя заметила, что он был одет в какую-то униформу из красных и коричневых тканей. На поясе мужчины висел меч, и не меньше дюжины колец украшали его пальцы.

– Так сколько ты за него просишь? – повторил мужчина. – У меня есть золото. Много золота. – Он заколебался, затем наклонился вперед и прошептал так, как будто хотел рассказать ей свой секрет: – Или, может, ты хочешь не золото, а чего-то еще? Я могу наградить тебя другими способами.

Фрейя сделала шаг назад.

– Ларкин не продается.

Незнакомец засмеялся.

– Мы все товары на этом рынке, и у каждого есть своя цена. Я видел, как он служит тебе и повинуется, так ответь, какую цену ты просишь за него? Сто золотых монет? Двести?

Фрейя наблюдала за юношей, и невольно ей стало интересно, какой была его цена. Сколько монет понадобилось бы, чтобы девушка могла назвать этого красавчика своей собственностью?

– Больше золота, чем ты когда-либо будешь иметь, – ответил незнакомец на невысказанный вопрос, словно прочитав ее мысли.

– Ларкин не продается, – повторила Фрейя, взглянув прямо в карие глаза юноши. – Ни за все золото мира, ни за что другое.

Мгновение незнакомец неотрывно смотрел на нее, потом вздохнул:

– Жаль, мне бы такой человек, как твой стражник, очень бы пригодился в экипаже.

Он оттолкнулся от прилавка, намереваясь уйти.

Но, проходя мимо Фрейи, он снова остановился, позволив своему взгляду блуждать по ее телу. От красавца пахло морем и корицей.

– Если ты передумаешь, принцесса, ищи меня в порту Асканы. Спроси Элроя!

Фрейя прикусила язык. Он узнал ее? Однако, прежде чем двушка могла обратиться к новому знакомому, Элрой уже исчез в толпе. Она вытянула шею, чтобы посмотреть ему вслед, но никак не могла разглядеть его в рыночной сутолоке.

Какой странный человек, подумала Фрейя.

Ларкин вернулся к ней всего через несколько мгновений, держа в руках два шампура. Темная тень набежала на его лицо, когда Хранитель встретился взглядом с девушкой.

– Что случилось? – спросил он грубым голосом.

Ларкин настороженно озирался, мышцы на его руках напряглись.

– Ничего, – ответила Фрея и взяла один из шампуров. – Просто один незнакомец, который узнал меня и…

Она прикусила язык.

– И что?

– И хотел купить вас у меня.

Лицо Ларкина осталось бесстрастным.

– Вы сделали это?

– Что? Нет! – дрожащим голосом ответила Фрейя, покачав головой. – Вы же не товар.

– На этом рынке все – товар, – парировал Ларкин с той же интонацией, с которой говорил Элрой.

– Я надеюсь, вы не решите продать меня.

Выражение лица Ларкина стало мягче, напряженные мускулы расслабились.

– Я никогда не смогу продать вас, принцесса. Вы бесценны.

Фрейя почувствовала, как все внутри нее согревается от этих слов, даже несмотря на то, что где-то в глубине души она понимала, что они прежде всего отражали убеждения верующего, которые придавали ей для Ларкина особую ценность.

– Спасибо! И просто чтобы вы знали. Я бы никогда не продала вас. Вы слишком нужны мне.

Ларкин отвесил поклон:

– Я вас не разочарую.

– Я никогда не сомневалась в этом, – сказала Фрейя, улыбнувшись. Она подавила желание протянуть к Ларкину руку, чтобы дотронуться до него и показать, насколько он был для нее ценен.

Ноги Фрейи уже болели, когда Ларкин сказал, что пришла пора покинуть рынок. Хранитель целеустремленно провел принцессу сквозь толпу в сторону большой палатки насыщенного кровавого оттенка. Вход в нее был завешан тяжелой тканью. На которой золотыми буквами было начертано: «Клинок победы: без возврата, без обмена».

Магазин напомнил Фрейе оружейную комнату в королевском замке. Она впервые увидела то помещение через несколько дней после исчезновения Талона. Роланд проводил ее туда, чтобы уверить, что гвардия была вполне способна защитить принцессу и оставшуюся часть королевской семьи. Фрейя вспомнила топоры и мечи, висевшие на стенах, луки и арбалеты, копья и кинжалы, доспехи и защитные щиты – она никогда не видела столько угрожающе блестящего металла в одном месте.

Арсенал оружейной палатки не мог сравниться с тем обилием, что хранилось во дворце, но это не делало его менее впечатляющим. Палатка, которая со стороны казалась не слишком большой, внутри приобрела, казалось, более впечатляющие размеры, и Фрейя задалась вопросом, было ли это тоже следствием магического воздействия. Сотни мечей свисали с кронштейнов, которые рядами выстроились у стен шатра. Однако цвет этих клинков ничем не напоминал типично серебристый оттенок кованой стали. Лезвия мечей были мутно-синие или матово-черные. Должно быть, эти мечи и были тем самым волшебным оружием, о котором говорил Ларкин. Однако мечи не были единственным видом оружия, выкованного фейри. Выбор варьировался от ножей и копей до кинжалов, и у Фрейи не было ни малейшего сомнения в том, что этого оружия в руках умелых воинов хватило бы, чтобы с легкостью изгнать из замка Роланда и всю королевскую гвардию.

В дальнем конце палатки у одной из витрин стояли двое мужчин. Один из них был одет в фартук торговца оружием. В руках он держал два одинаковых кинжала и показывал их второму человеку, который стоял к вошедшим спиной. Одежда его была сшита из коричневых и зеленых лоскутов, а в руках у человека была трость с набалдашником в форме черепа.

Мужчина в фартуке поднял глаза, и широкая улыбка мелькнула под его темной бородой.

– Фельдмаршал Вэлборн, какой сюрприз видеть вас здесь.

– Приветствую вас, Энун, – ответил Ларкин, не торопясь разубеждать торговца.

Фрейя подняла руку для приветствия, но застыла, не завершив жест, когда второй мужчина повернулся в профиль. Длинные волосы цвета жидкого золота не могли скрыть кончиков его ушей. Фрейя затаила дыхание. Девушка не могла ничего с этим поделать, она уставилась на мужчину – на фейри. Аккуратные черты лица были словно выточены из камня. Фейри встретил взгляд Фрейи самыми голубыми глазами, которые она когда-либо видела, и его губы, нежно-розовые, словно созданные для поцелуев, скривились в намеке на улыбку.

Человеческую.

Фейри выглядел таким человечным. Фрейя знала из рассказов, что фейри, в отличие от эльвы, внешне почти не отличались от людей, но такого сходства девушка никак не ожидала. То, как фейри двигался, смотрел и как кивнул ей, ничем не напомнило ей животных-зверей, о которых предупреждали легенды. Фейри повернулся к оружейнику и что-то сказал ему; Фрейя не поняла. Бородатый мужчина вставил оба кинжала в ножны, прикрепил к поясу и передал его фейри. Тот поблагодарил и передал торговцу деньги. Фрейя наблюдала за этой сделкой с выражением удивления на лице. Снова и снова ее взгляд устремлялся от идеального лица фейри к его ушам, которые были далеки от совершенства, но, несмотря ни на что, прекрасны в своем своеобразии.

Внезапно Фрейя почувствовала прикосновение к своей руке и подняла взгляд. Ларкин. На мгновение она полностью забыла о существовании бессмертного Хранителя, и теперь он тянул ее в сторону, потому что девушка застыла перед входом в палатку, преградив путь фейри. Движения магического существа были грациозны и напомнили Фрейе о боевом стиле Ларкина. Наверное, именно по той причине, что она нашла что-то знакомое в его облике, девушка решилась заговорить с фейри, когда он собирался покинуть палатку.

– Знаете ли вы человека, которого зовут Талон?

Ларкин издал предостерегающее шипение, и Фрейя краем глаза заметила, что он показывает на кинжал, который девушка все еще носила под плащом.

Фейри остановился, но к принцессе не повернулся.

На мгновение Фрейя подумала, что он просто пойдет дальше и проигнорирует ее вопрос. Принимая во внимание реакцию Ларкина, так было бы лучше для всех, но Фрейя не хотела упустить свой первый шанс найти Талона.

– Нет, я не знаю никого, кто носил бы такое имя, – ответил фейри, не поворачиваясь, голосом нежным, как перышко, и в то же время режущим, как лезвие.

Не взглянув на Фрейю, он покинул палатку.