Текст книги "Переиграть судьбу (СИ)"

Автор книги: Лана Лаврова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 24 страниц)

Простыня немного сползла, оголяя вершинки груди, и взгляд Даэля на минуту прилип к открывшемуся виду. Пришлось пощёлкать пальцами чтобы вернуть его внимание, а простынь я натянула до самого подбородка. Неудобно, конечно, но проходит разговор без сворачивания его в другую плоскость надо.

– Что будет с императрицей? Она же носит наследника, все на балу были свидетелями, что в нем течет кровь Эсс Арди.

– На казнь ее не отправят, – успокаивает меня василиск. Боюсь мой венценосный родственник такого бы не пережил, он действительно любит жену и брак их не был политическим. Он познакомился с ней еще будучи адептом академии, сейчас, конечно, понятно, что это было не случайно, как и с моим отцом, но чувства, давно наведенные заклятьем, снять уже не получится в любом случае. – Скорей всего направят в один из храмов для отречения от имени и принятия служения.

– Не слишком ли? По факту она не успела ничего сделать, можно просто сослать ее загородную резиденцию без права возвращения в столицу. Без Магур и Шанны она безопасна, они же были мозгом предприятия, а она просто пешка.

Но Даэль со мной не соглашается. История с возможным освобождением Тлена хоть и не вышла в народ, и о роли императрицы в ней известно лишь узкому кругу лиц, но есть вероятность, что Магур убила не всех своих приспешников. В том подвале, где она сжигала их на наших с Моррани глазах, были выжившие. Когда там появились люди Даэля, несколько из них подавали признаки жизни, правда, потом они бесследно исчезли из некромантской. Их, конечно, ищут, но маловероятно, что поиски будут успешными. И риск оставлять мать наследника на свободе слишком велик. К тому же кто знает, что Маруг успела подсадить и в ее плод.

– Ладно, в ваши политические дела я не лезу. – Сдаюсь под гнетом очевидных фактов. – Можно тогда увидеться с дядей, он места себе не находит, наверно. Да и я по нему соскучилась.

А еще очень хочу узнать, как у них обстоят дела с Азалой.

Эпилог

Я стояла в тени высоких сводов, вдыхая густой, пряный аромат цветов – казалось, будто сам воздух здесь был соткан из обещаний и надежд. Храм Единения дышал вечностью: бледно-розовый и голубой мрамор переливался в свете сфер, словно хранил в себе отголоски всех свадеб, что свершались здесь за минувшие века. Узорчатые рисунки на стенах шевелились, стоило кому-то пройти рядом, всполыхнув потоки воздуха, и они словно шептали свои благословения.

Дядя нервничал.

– Если ты не перестанешь дёргаться, начнет волноваться уже Азала, а ей сейчас, сам знаешь, любое волнение противопоказано.

Он перестал дёргать красные ленты, повязанные на запястьях, тяжело выдохнул и посмотрел в сторону невесты. Заметив его взгляд, та широко улыбнулась, и, кажется, ее улыбка немного успокоила дядю.

– Я все боюсь что это сон, – тихо пробормотал он, словно боясь спугнуть мгновение. – Что стоит мне расслабиться и отдаться счастью, как всё это рассыпется, как песчаная статуя.

Его сомнения были мне знакомы.

Сама я долго не могла свыкнуться с мыслью, что всё закончилось – моя помешанная на власти бабушка заточена в ледяных чертогах, как и Тлен, оставшийся на просторах Лимба томиться в своей тюрьме, а я смогла переиграть судьбу и разорвать порочный круг своих смертей.

– Поверь мне это не сон, – прижалась щекой к его плечу, сжав пальцами его ладонь. – Нам дали второй шанс, дядя, и не стоит бояться его принимать. Ты как никто его заслужил.

Дядя снова вздохнул, но теперь уже не от тревоги, а будто выпуская из себя весь накопившийся груз. Пальцы его на миг замерли, а потом он осторожно разгладил ткань ленты, словно этим движением пытался унять и дрожь, и сомнения разом.

– И ты тоже милая. – В его глазах на миг блеснули слезы. – Ты выгрызла этот шанс для нас двоих, я никогда не устану тебя благодарить. Ты вернула мне любовь и…

– Хватит, – мягко останавливаю его. – Все уже закончилось, не хочу даже об этом вспоминать. Сегодня твой… ваш с Азалой день и забудь обо всем.

Он кивнул, сжимая мою ладонь, и вновь устремил взгляд в центр зала.

Там словно воплощение рассвета, стояла невеста. Её платье цвета утренней зари струилось и колыхалось при каждом едва уловимом движении, будто само небо решило стать её нарядом. На ее запястьях жрица храма заканчивала повязывать такие же красные ленты, которые в скором времени свяжут с лентами, украшавшими занятья дяди. Для ритуала Единения Душ, во время которого они должны будут обойти пылающий древний очаг.

Его негасимое пламя не металось яростно, а горело ровно, спокойно, будто знало, что ему суждено гореть дольше, чем живут королевства. Оно было символом долгой жизни – не просто долгих лет, а жизни, наполненной смыслом, страстью, болью и радостью. И сейчас это пламя отражалось в глазах невесты и всех, кто пришёл разделить этот миг.

Гостей было немного. Только самые близкие друзья и родные, пожаловал и наш венценосный родственник. Выглядел он, несмотря на всё случившееся с ним, вернее, с его женой, довольно неплохо. Императрица… Пока еще она носила этот титул, должна скоро родить, только после этого с ней будет оформлен развод, и ее отправят в ссылку в одно из дальних имений нашей семьи. О нем случайно вспомнил дядя, а император посчитал подходящим местом для заточения своей будущей бывшей супруги. Ребенка, если верить лекарям, то будет девочка, решено было оставить во дворце и не отправлять вслед за матерью.

Всё вроде бы закончилось, надо выдохнуть и наслаждаться счастьем, как я и советовала дяде, но, как всегда, это «но». Инфидра. Она так и не явилась просить свою плату за помощь. Я одновременно и страшилась ее прихода, не зная, какое свое желание она захочет исполнить через меня, а с другой стороны, мне надоело постоянно находиться в состоянии ожидания, и хотелось поскорее со всем покончить. А она мариновала меня как жертвенное животное для ритуального костра.

Отвлекшись на мысли, чуть не пропустила момент своего участия в церемонии.

Жрица уже стояла у очага, сжимая в одной руке ленты дяди, в другой – Азалы, и буравила меня тяжёлым взглядом.

– Простите. – Прошептала одними губами, хватая мешочек с землей в одну руку и длинный подол платья в другую.

Для церемонии требовалась горсть земли, над которой будущие супруги произносили несколько дней подряд брачные клятвы.

Вытряхнула землю себе на ладонь и по сигналу от Жрицы кинула ее в огонь.

Земля ударилась о языки пламени с едва слышным шипением – и вдруг вспыхнула коротким, но ослепительным золотом. Пламя подхватило эту землю, впитало её, и негасимый огонь вдруг заиграл новыми оттенками – в нём мелькнули тёплые рыжие искры, будто сама жизнь обещала быть щедрой к этому союзу.

Увидев, что огонь принял их клятвы, Азала улыбнулась и незаметно коснулась рукой живота. О том, что она беременна, пока знала только я. Загаданное мной желание исполнилось, уже только из-за этого я готова была сказать Инфидре спасибо.

– Кажется, не опоздал? – Аромат морозной свежести и хвои окутал меня привычным коконом.

– Почти успел, – развернулась в кольце рук Даэля, обхвативших меня стальным капканом. Из этого капкана я бы не выбралась ни за что на свете. – К счастью для тебя, это не наше свидание, и портить букет невесты о твою грудь я не собираюсь.

Букетик из хризалисов, перехваченных атласной лентой. Азала сама лично собирала в оранжерее, подбирая каждый цветок для гармонии друг с другом. Было бы кощунством отхлестать им Даэля, а вот подаренными им букетами в качестве извинений за опоздания или вообще забытые свидания он от меня частенько получал.

– Скажи спасибо своему начальнику.

– Вернону⁈ В чем на этот раз вы не сошлись во мнениях?

За прошедшие месяцы я активно занималась своей карьерой в области защиты, бралась за сложные, порой обречённые на провал дела и ныряла в них с головой, стремясь либо обелить имя обвиняемого, либо убедиться в его виновности. В последнем случае я не отказывалась от дела, а доводила его до логического конца – осуждения и заточения преступника.

– Он хочет, чтобы ты возглавила новый отдел Доследовния. – Тут внутри все встрепенулось, торжество отошло на второй план. Вернон как-то обмолвился что грядут перемены в ведомомстве и меня они коснуться в первую очередь. Правда, дальше он свою мысль не развил, оставив меня томиться в неизвестности. – Он уверен, что тебе с твоим даром и напором хватит сил его потянуть.

– А ты сомневаешься? Считаешь, он ошибается, и я не потяну!

Меня нисколько бы не обидели его сомнения, я адекватно оцениваю свой опыт и опыт других, тех, кто более достоин, наверно, занять это место. Та же Сира например. Правда, сейчас она была больше поглощена самим Верноном, чем работой, их отношения развивались куда стремительнее наших с Даэлем. Пару дней назад они съехались, а на пальчике подруги сверкало кольцо, явно намекающее на серьезность намерений моего начальника.

– Сомневаюсь… Я… – Он весело хмыкнул, сжимая меня в объятиях. – Нет, я нисколько не сомневаюсь в тебе Лира. Просто не хочу, чтобы моя будущая жена пропадала на работе, что с твоим энтузиазмом непременно будет ежедневно.

– Мы же договорились, что не будем торопиться. Пока только свидания, на которые ты часто опаздываешь.

Шутливо ударила его по плечу и поцеловала. Поцелуй вышел легким, почти невесомым. В нем была не страсть, а ее обещание на будущее.

Я сама решила не торопить события. Мы узнавали друг друга постепенно, шаг за шагом, открывая новые грани наших характеров. У каждого из нас были свои острые углы, и мы учились сглаживать их – не спеша, осторожно, будто шли по тонкому льду, который с каждым днём становился всё крепче.

И с каждым днем убеждаюсь в своих чувствах, а Даэль начинает осознавать что меня можно полюбить не только за красивую мордашку, но и просто как человека. Я часто вижу, как он смотрит на меня, словно сравнивая созданную в голове картинку со мной настоящей и всякий раз он верит своим глазам, а не придуманному образу.

– Но свидания нас когда-нибудь приведут к логическому концу, ведь так? И это, – он потер пальцем мое запястье с пока ещё блеклым узором повторяющим его рисунок татуировки. – в скором времени даст всем понять, что ты моя.

Иччари. Вот о чем он говорил. Разорвав связь с Тленом, я активировала другую. Ту что могла когда-то соединить наших с Даэлем предков, но соединила нас. Она уже давала о себе знать. Она уже давала о себе знать: каждое прикосновение отзывалось не просто теплом, а чем-то родным, будто по венам текла не кровь, а сама память рода. Лёгкий разряд пробегал от кончиков пальцев к сердцу, и в этот миг я слышала шёпот, которого не мог слышать никто другой, – отголоски голосов, живших столетия назад.

Церемония завершилась под радостные аплодисменты и поздравительные возгласы гостей. Даэль подхватил меня под руку и повел к счастливой паре, пока к ним еще можно было пробиться. Он вручил подарок, при виде которого у дяди расширились глаза от неожиданности – в стеклянной коробочке окутанной чарами лежала лоза редкого сорта винограда. Того что все считали канувшей в лету ещё во время божественной войны, но на землях василисков сохранилось несколько виноградников. Я как-то обмолвилась Даэлю о страсти дяди к виноделию, и он решил, что это станет подходящим подарком.

С наступлением ночи торжество продолжилось и сместилось в сад, украшенный фонариками и факелами с живым огнём.

Я бродила по освещённым дорожкам, наслаждалась прохладой после душного зала и тишиной. Только звук моих шагов да щебет ночных птиц не делали тишину оглушающей. Но даже эти звуки разом стихли. Подол платья взметнул налетевший ветер, а по коже ударило волной холода.

– Пришла за долгом.

Мне не надо было оборачиваться – за моей спиной стояла Инфидра.

– Люблю умных людей. Я знала, что не ошиблась в выборе Лира.

Она встала передо мной, удивив своим внешним видом. Заплетённые в косу волосы были перекинуты через плечо, соблазнительное тело было заковано в жесткий корсет и кожаные брюки.

– В каком выборе? О чем…

Не ответив, она взмахнула рукой, вынуждая меня замолчать.

– Знаешь, как мне надоела роль Хранительницы. Наблюдать, как мои подопечные живут, совершают ошибки, принимают недальновидные решения и понижают величие рода своими действиями. Но скоро это закончится. С моей помощью род Эсс Арди воспрянет…

– Так мы вроде не загибаемся…

– Молчи и слушай. – Она гневно сузила глаза и вскинула руку. – Ты… Вернее, ваш с василиском сын даст мне новый статус. Вот это наденешь ему на палец после его первого крика, – она сняла один из перстней с крупным желтым камнем и вложила мне в ладонь, – и позовёшь меня.

– Нет… Я не буду вмешивать ребёнка. – Разжала пальцы, и кольцо упало на садовую дорожку, рассыпая желтые всполохи.

Инфидра недовольно цыкнула на меня и нагнулась за кольцом.

– Ты его и не вмешиваешь, Лира, а дашь ему шанс стать еще одним великим представителем рода. А мне его Советницей.

– И все⁈ Это твоё желание… стать советницей?

Не верилось, что всё так просто. Где-то обязательно должен был быть подвох.

– Да и все. Я ведь не крови твоего сына прошу, а просто место рядом с ним. Надо же кому-то помогать возвеличивать наш род.

Она вздохнула так, будто вся тяжесть мира лежала у нее на плечах, а она, бедная и несчастная, взвалила на себя эту ношу ради спасения остальных.

– Так получается, ты помогла мне из-за этого. Но если это будет сын Даэля, то ты будешь каким образом ты возвеличишь род Эсс Арди? Тогда уж род Э’Торн.

– Какая разница, – она махнула рукой перекидывая косу за спину. – Главное возвеличу, к тому же в нем будет не только ваша кровь. Не забывай, твоя бабуля баловалась божественной кровью, в твоём ребёнке будет ее частичка, как, впрочем, и в тебе. Не зря же ты пережила Арку Жизни. Тут не только мое вмешательство помогло.

– И призвать тебя я, скорей всего, не сама додумалась. Не так ли?

Она усмехнулась, хитро улыбаясь.

– Я же говорю что люблю умных людей. – Склонила голову продолжая смотреть на меня хитро поблёскиваюзими глазами. – Не разочаруй меня. Я буду ждать, Лира. Не забудь… С первым криком.

Она исчезла. Звуки вернулись, заполняя тишину щебетом птиц и далёким звуком голосов с идущего своим чередом торжества. На моем пальце, рассыпая желтые брызги, светилось кольцо. Ещё недавно блёклые узоры на запястьях вспыхнули серебром – и теперь они пульсировали в такт моему сердцу и не только моему.

Где-то в груди, чуть левее, отзывался чужой ритм ровный, тяжёлый, будто биение огромного барабана, доносящееся сквозь толщу воды.

Я резко вскинула взгляд и натолкнулась на его. Даэль стоял у края дорожки и смотрел прямо на меня. Его глаза потемнели, стали почти чёрными, а на виске билась тонкая нить чешуи – в том же ритме, что и узоры на моих руках. Между нами протянулась невидимая нить, натянутая до предела: каждый удар моего сердца отдавался в его груди, каждый выдох отзывался в его лёгких.

Он сделал шаг ко мне, потом ещё один, будто преодолевая невидимую преграду. И когда его пальцы наконец коснулись моих, серебро на коже вспыхнуло ослепительным сиянием.

Я не знала, что будет дальше, кроме того, что у нас будет сын. И моя спасительница вознамерилась стать его Советницей чуть ли не с пелёнок. Интересно, какать он будет тоже по ее указке? Представив это, я улыбнулась.

Но я не хотела об этом думать. Не сейчас. Сейчас было только это мгновение – его рука в моей, пульсирующее серебро и мир, который вдруг стал одновременно слишком большим и слишком тесным, потому что в нём существовали только мы двое.

И кажется дальше нас ждёт еще много интересного, Инфидра не даст нам заскучать