Текст книги "Переиграть судьбу (СИ)"

Автор книги: Лана Лаврова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 24 страниц)

Annotation

Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.

Хотела избавиться от соперницы, а избавились от меня.

Перед смертью прошлое открыло мне свои тайны. Те, кто, как я думала, погиб по нелепой случайности, были убиты.

Но и в моей смерти не все так однозначно и я буду не я, если не вырву себе второй шанс на жизнь. Даже если придется заключить сделку с кровожадной и мстительной Хранительницей Рода.

Когда одной злодейке благоволит другая, все получится. Врагов ждёт мучительная смерть, а бывший возлюбленный будет сгорать в огне страсти. Уж я то постараюсь ему это обеспечить...

Переиграть судьбу

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Эпилог

Переиграть судьбу

Пролог

– Шевели ногами, – сильный толчок в спину едва не сбивает с ног. Каким-то чудом мне удаётся устоять и не полететь лицом в брусчатку. – Шевелись-шевелись, не хочу на обед опоздать. Сегодня у Варгуса будут ребрышки, а они долго в меню не задерживаются.

Конвоир за спиной смачно причмокнул от предвкушения.

От упоминания еды мой желудок свело от голода, а рот наполнился слюной, которую я с наслаждением сглотнула. Я бы сейчас и от ненавистной когда-то каши не отказалась. Да кто ж мне ее даст…

Кормили меня последний раз дня два, а может и три назад. Все остальное время давали только воду, и ту затхлую и вонючую. Сегодня даже ее не дали.

Меня пошатывало при каждом шаге, в босые ступни впивались мелкие камушки боль от которых я не замечала. По сравнению с тем что я уже испытала это так…пустяки. Цепи, свисающие с рук, позвякивали отдаваясь в ушах похоронным набатом, но я стараюсь держать спину прямо, а голову высоко словно не на казнь иду, а минимум на светский раут.

Солнце далеко не ласково касалось открытых участков кожи.

С момента моего заточения прошло наверно месяца три, не меньше.

Волокли меня тогда по едва избавившейся от снега земле, под неустанно накрапывающий дождь. Сейчас же солнце в зените и нещадно обжигает кожу, а в воздухе растекается лёгкий аромат цветов и трав. За стенами тюрьмы разбит небольшой цветник, чтобы радовать глаз тех, кто дожидается своей участи в холодных стенах камер.

Хотелось бы в последний раз и мне взглянуть на буйную красоту природы. Но, спасибо одному слишком рьяному менталисту, что чуть не поджарил мне мозги, пытаясь вытащить из моей памяти воспоминания того злосчастного дня. Его стараниями я почти лишилась зрения, теперь лишь мутная картинка перед глазами, разбавленная черными мушками.

Успеваю затормозить ещё до того, как это приказал сделать конвоир. Он видимо думал что я не увижу стоящего на пути мужчину в черной судейской мантии сжимающего в руке трость с набалдашником из белого оксара – камня что считается покровителем законников.

У меня самой было кольцо с таким камнем, да только это никак мне не помогло.

– Лирана Эсс Арди, – резкий голос заставил напрячь зрение и посмотреть на повернувшегося ко мне судью, – вы обвиняетесь в покушение на жизнь фресы Э’Корс и убийстве наследника династии Арди. Даю последний шанс признать себя виновной и очистить совесть перед казнью.

Холодный взгляд синих глаза впился в меня подобно стае озлобленных рыксов – мелких, песчаных грызунов с южных земель. Мне не раз приходилось чувствовать его на себе находясь на скамье подсудимых, но к ощущениям что он вызывал так и не привыкла. Сердце подпрыгнуло к самому горлу желая покинуть мое бренное тело раньше чем оно испустит дух. По спине вдоль позвоночника словно холодной плетью стеганули, заставив колени задрожать. Но я лишь сильней выпрямила спину вскинув подбородок не желая демонстрировать свое поражение.

Интересно она здесь? А он?

Наверняка.

Так и хочется повернуться в сторону мест для желающих насладиться казнью. Увидеть его в последний раз. Но меня останавливает возможность увидеть рядом с ним ее.

Сжимаю кулаки, цепи издают тревожный звон.

Если бы я хотела убить эту мелкую гадину Шанну, она бы точно не выжила. И никакая императрица, бросившаяся спасать ее, меня бы не остановила.Я хотела лишь показать ей, где ее место вызвав на поединок «достоинства». Он не запрещен в империи и входит в Кодекс дуэлей с регламентированными правилами, ни одно из которых я не нарушила.

Почти.

Я не обезопасила себя пригласив свидетелей.

Дура.

– Я не признаю себя виновной, – произношу громко насколько хватает сил. До меня доносится ропот раздраженных голосов.

Полюбоваться моим падением собралось видимо много народа.

Стервятники.

– Вам был дан шанс. Ну, что же… вы сделали свой выбор. – Нехорошее предчувствие разливается внутри от его слов и тона. Очень уж радостный он. – По распоряжению императора Диомара Эсс Фэнор Арди смертная казнь пройдет с использованием арки Жизни.

Бьющееся в самом горле сердце камнем падает вниз. Ноги подкашиваются. От падения спасает дернувший меня за руки конвоир. И как ни странно, но я ему сейчас благодарна. Собравшиеся стервятники только и ждут увидеть меня сломленной и ползующей на коленях.

Ирония. Не иначе, что арка, лишающая жизни, буквально развоплощающая душу без возможности ее перерожденя носит название – Жизнь. У ее создателя было то еще чувство юмора.

Но самое страшное не это… я не особо жажду перерождения. Люди более спокойно относятся к этому факту, в отличие от тех же василисков, драконов и прочих двуипостасных.

Развоплощение лишит меня связи с родом, не даст душе встретиться с почившими родственниками. Родители… я не увижу их даже после смерти.

Сил нет даже на слёзы. У меня и жидкости то в организме не хватит, чтобы проронить хоть одну слезинку.

Как же я ее не навижу.

Злость горечью растекается на языке.

Арка все ближе. Сквозь муть в глазах вижу ее плавные очертания, наполненные магией, светящиеся руны и ощущаю, как земля под ногами вибрирует от ее мощи.

Особо не церемонясь, меня толкают вперёд. Руки вздергивают вверх и цепями приковывают к арке. Магические импульсы кусают кожу. От боли до крови прикусываю губу. Моих криков они не дождутся.

Не знаю сколько уже длится эта пытка. Минуту, две…час. Ощущаю себя одним кровоточащим куском мяса.

Говорят перед смертью перед глазами проносится вся жизнь.

В моем случае только кровавая пелена и нарастающий гул магического потока из арки.

Едва шевеля искусанными губами пытаюсь напеть песенку, что в детстве пела мне мама.

Тихо, тихо диск луны крадется…Скоро, скоро ночь придет…Ярких снов щепоткусеребристый луч подарит дочери моей

Кашель не дает закончить, горло сводит от болевого спазма.

Белый свет бьет по глазам. Ну вот и все.

Мне не страшно. Если только самую малость.

Жмурюсь, внутренне готовясь к финальному витку боли.

Будет в снах тех много света,радости и смеха.

Принц там тоже будет и на крыльях ночи в башню прилетит….

Тихий, мелодичный голос продолжает напевать строчки из песни.

Мама…

Распахиваю глаза. Так ярко что хочется снова зажмурится и ослепнуть.

Я вижу.

Чётко.

Передо мной сотни арок, внутри которых мелькают картинки из моей жизни.Они калейдоскопом сменяют друг друга.Вот я падаю с лошади, а папа подхватывает меня и кружит. Мама с тетей уже в другом отрезке памяти бегают за мной по саду в попытке нацепить на меня ужасное розовое платье.

Сердце колет при виде тех, кого уже нет.

– Дядя, смотри там белоцвет, – оборачиваюсь на свой детский голос. – Идем, надо загадать желание.

Маленькая я на пухлых ножках в голубых сандалиях резво чешет к большому цветочному вазону на портальной площади. Ручонки тянутся к цветку на мясистом стебле, увенчанному белоснежной головкой из мелких лепестков.

– И что же ты загадаешь?

Дядя догоняет меня и опускается рядом на корточки.

– Братика. – Отвечаю и вижу как гаснет улыбка на губах мужчины. – Хочу чтобы тетя подарила мне братика.

Шепчу и касаюсь пальчиками бутона. Тот искрит и осыпается нам под ноги белоснежными искрами.

Обхватываю дядю за шею и смеюсь. Желание сбудется. Тогда я верю в это.

Ещё минута и мои родители, тетя которую я очень любила – погибнут. Едва войдя в кольцо портального перехода их разорвет от сбоя в Искре артефакта.

Нет.

Кидаюсь к арке. Хочу остановить их, предупредить понимая что все это тщетно. Это уже было и изменить ничего нельзя. Мне остается только наблюдать.

Первым линию перехода пересекает отец. Внутри кольца пульсирует магический поток. Следом, как только внутри вспыхивает зеленоватое свечение, мама с тетей делают шаг. И тут же яркий алый всполох пронзает пространство.

Стоп. А это что было?

Мое внимание привлекает мужчина, стоящий чуть поодаль от остальных. В момент активации портала он бросил на землю цветные бусины. Не достигнув земли, они растворились, и в тот же момент произошел разрыв портала.

Так это не случайность.

– Их убили. – Шепчу, оседая на пол.

Тело наполняется легкостью. Я еще дышу, но каждый вздох даётся с трудом.

Я не могу просто исчезнуть. Не могу. Я должна отомстить. За родных. За себя, в конце концов.

Мысли хаотично мечутся в голове.

Времени все меньше.

Тело почти не ощущается.

Воспоминание приходит неожиданно. Старая история, рассказанная мне дядей про одного из нашего предка. Тот заключил сделку с Хранительницей Рода.

Как же ее… Ифида… Или… Инфидра.

Губы едва шевелились, но мне хватило сил прокричать ее имя.

Последнее, что увидела – силуэт женщины в золотом платье и маске из черного орахнита.

Надеюсь, я успела.

Глава 1

Первыми я почувствовала запахи.

Яркий аромат хвои смешивался с морозной свежестью и нотами парселя.

Зимний цветок особо ярко раскрывал свой аромат с наступлением первых холодов.И вот этот холод отнюдь не нежно ласкал обнаженную кожу. Покусывал как изголодавшийся зверь дорвавшийся до свежей плоти.

Было страшно открывать глаза.

Последнее, что всплывает в памяти – это черная бездна глаз Хранительницы.Мне все же удалось ее призвать.Весь ее вид вызывал одновременно и трепет и страх. Высокая и изящная как хрустальная статуэтка, серебро волос окутывало ее подобно платью и лишь глаза не вязались с ее нежным образом.

Неожиданно быстро она согласилась исполнить мою просьбу. Без торга и уговоров которых как я думала мне не избежать. Единственное, что не оговорили – плату. И сейчас я боялась что это мое упущение может выйти мне боком.

Поэтому и не спешила открывать глаза.Но пришлось.

За спиной кто-то или что-то зашевелилось и спустя один мой вздох на бедро мне легла довольно тяжёлая и прохладная рука. Ее я уже увидела распахнув от неожиданности глаза.От вида замысловатой татуировки меня бросило в жар.

Узор начинался на внешней стороне ладони от большого пальца, обвивал запястье и заканчивался на изгибе локтя. Очень знакомая, как и мужчина на чьей руке она серебрилась маня прикоснуться к ней.

А может в этот раз повезет…Пальцы сами потянулись к узору.

Затаив дыхание коснулась прохладной кожи, очерчивая витиеватый рисунок провела пальцами до запястья и разочарованно выдохнула.

Ничего. Ни единой искорки не пробежало по рисунку, а сам он не изменил цвет. Надежда оказаться его иччари не появилась даже после получения второго шанса на жизнь.

Мое прикосновение видимо было не таким уж и невесомым. Не успеваю вскрикнуть, как взмываю в воздух и тут же оказываюсь под тяжестью мужского тела. И весьма недовольного.Тяжелый взгляд зеленых глаз с вытянутыми зрачками скользит по моему лицу, губы поджаты и воздух вокруг нас становится все прохладней. Истинная магия снежных василисков может до смерти заморозить. Маленькое облачко пара срывается с губ стоит мне расслабленно выдохнуть.

– Доброе утро, Даэль. – Мурлычу и скольжу ладонями по груди мужчины. Его сердце под моей ладонью бьется ровно.– Не могу согласиться Лира. Проснуться с тобой в одной постели не сулит ничего хорошего, а тем более доброго.

Его слова бьют не хуже пощечины. Кажется в тот раз они были другими, но не менее жесткими. И тогда я вспылила. Вышла из себя, чем еще больше настроила его против себя.

– А ночью тебе очень даже нравилась моя компания.

– Не обольщайся, не используй ты зелье «страсти» ничего бы этого не было.

К этим словам я была готова. И даже его удивило мое спокойствие.

Он смотрел уже с интересом ожидая моей реакции.

– Кажется ты забыл что оно работает только если оба испытывают хоть какие чувства.

– И это правда. Будь он равнодушен я бы от него и поцелуя не добилась, хоть весь пузырек дав ему выпить. А тут одна капля и мы едва до спальни успели добраться. – Так что не обманывайся Даэль, ты хочешь меня. Просто признай это.

Не могу удержаться чтобы не позлить его. Притягиваю к себе и целую. Не нежно, а яростно и жестко. В поцелуе нет сладости, а только горечь и боль. Его пальцы сжимают мои бедра до боли, точно останутся синяки. Но мне плевать. Температура в комнате падает на несколько градусов. Он точно зол.

Я начала поцелуй, а он его закончил.

Оттолкнул и резко поднялся с кровати.

– Выметайся, Лира. – Его зрачки пульсируют, то стягиваясь в тонкую ниточку, то расширяясь. Не так уж он и равнодушен. – Еще раз используешь зелье и твоя фамилия тебе не поможет. И про чувства это полная чушь.

Через минуту он скрывается за дверями ванной.

Выдыхаю и падаю на подушки. На губах все еще вкус его поцелуя. Улыбаюсь, а хочется смеяться во весь голос и кричать.

Я жива!Жива и и этот шанс я не упущу.

Убираться говоришь.

Даже не подумаю.

Первым делом надо найти одежду.

Обвожу взглядом спальню: на прикроватной тумбочке ночная сфера внутри которой закручивается снежный вихрь, по светло-зеленым стенам скользят первые лучи солнца, они же играют на гранях вазы стоящей у стены рядом с дверью в гостиную.

На спинке кресла белая рубашка Даэля, а галстук и трость валяются на ковре. Свои трусики и бюстье замечаю под вторым креслом.

Соскальзываю с холодной кровати, ежусь от проникающего в окно ветра и кутаюсь в простынь. Ступни утопают в белом ворсе ковра.

Добыв свое белье подхожу к дверям ванной.

Василиски большие любители водных процедур, у Даэля ванна утоплена в пол и размером с небольшой бассейн. Нередко они оборачиваются прямо во время мытья и обычная по размерам ванна просто не вместит их в себя.

Слышу плеск и хруст стекла.

Или льда.

Ну-ну! Чушь говоришь!

Из спальни перехожу в гостиную.

Беру с вазочки на столе засахаренный орех и кидаю в рот. Голод просто зверский.

Набираю несколько штук и отхожу к окну.

Заснеженный сад расстилается перед глазами. Ярким пятном на белом фоне выделяются оранжевые парсели на тонких, длинных стеблях.

В свое время тетя пыталась их вырастить своём саду, но все ее попытки шли прахом. Парсели весьма прихотливы к магии. Растут они только питаясь магией василисков, все остальное они отвергают как чужеродное и гибнут.

Орех за орехом отправляю в рот, но насыщение не приходит. То ли отголоски моего заточения дают знать, то ли жаркая ночь, что выжала все соки.

– О, прошу прощения, фресса. – В дверях комнаты замер дворецкий. – Я не знал что эрс не один.

Закрыв глаза он двинулся по привычному для себя маршруту к столу, куда сгрузил заставленный едой поднос.

От вида бекона и мясных шариков рот непроизвольно наполнился слюной.

– Ничего страшного, Маэр. – Повыше подтянула простынь, скрывая наготу. – Ты случайно не видел внизу моего платья?

В спальне его так и не нашлось, как и в гостиной. Если его не будет и внизу боюсь домой мне придется возвращаться в одном белье. Мой вопрос абсолютно не смутил мужчину.

– Боюсь что нет фресса. Но я спрошу у горничной, она уже сделала утреннюю уборку и возможно могла найти его.

– Буду очень признательна. – На лице дворецкого появилась добродушная улыбка.

Поклонившись он покинул комнату пожелав мне приятного аппетита и с обещанием что скоро пришлет ко мне горничную.

В отличие от своего хозяина Маэр тепло ко мне относился. Это от него в свое время я получала информацию о местах встречи Даэля с Шанной. С каким же удовольствием я закатывала им скандалы, доводя белокурую тихоню до истерики.

Сопротивляться ароматным запахом больше не было сил.От мясных шариков в кисло-сладкой подливе я почти испытала гастрономический экстаз, довел меня до точки уже омлет с моллюсками и мини помидорками. Розовые шарики лопались на языке наполняя рот сладким нектаром.

Единственное, что расстроило – чай. Василиски не терпели кофе и их любимым напитком был фруктовый или цветочный чай. Именно он и дымился в большом, белом чайнике в центре подноса.

Пока Даэль плескался я умяла почти половину от его завтрака.

Сытая и довольная откинулась на спинку дивана в ожидании горничной.

Мысли хаотично перемещались в голове.

Взгляд зацепился за часы на подставке в углу.

Стрелки отмеряли начало восьмого.

Мне надо вспомнить во сколько я покинула дом Даэля.

Это важно.

Мне необходимо избежать одной встречи, в дальнейшем она обернется против меня.

Обернулась к окну.

Одинокие снежинки сыпались с неба подобно сахарной пудре.

В прошлом я убегала из этого дома под разгулявшуюся метель.

Так, значит сейчас как раз подходящий момент.

Где же горничная?

Мои мысли оказались материальны.

После робкого стука и моего разрешения в комнату вошла рыжеволосая девушка в сером форменном платье и белом переднике. Кружевной воротничок придавал строгому платью немного легкости.

– Фресс Маэр просил отнести вам кофе. И платье. – Не знаю чему я была рада больше.

Пока девушка разливала напиток от которого кружилась голова, сменила простынь на платье.

И кажется в простыне я была более прикрыта.

И без того глубокое декольте стало еще глубже, сбоку до самой талии был распорот шов превратившись в довольно секусаальный разрез.

– Мы пытались как могли привести его в порядок, – попыталась оправдаться девушка, подав мне чашку кофе.

– Не каждое платье выдержит натиск объятого страстью василиска.От одних только воспоминаний о той ночи бросает в жар.

– Верно говорите, фресса. В страсти они даже драконам не уступают. – И тут же смутившись своих слов прикрыла рот ладонью.

– Да, не смущайся, все так. – Посмеиваясь отставляю пустую чашку. – Ты наверно новенькая?

Я раньше тебя не видела.Не сказать что я знала весь персонал дома в лицо, но такую рыжулю точно бы запомнила.

– Что вы, я уже второй год тут работаю. – Удивляет своим ответом горничная. – Может ещё кофе?

Отрицательно машу головой.

Мне уже пора бы уходить.

Снегопад за окном стал набирать силу.

Шубка нашлась внизу, каким-то чудом целая и невредимая. Услужливый Маэр вызвал виджас и тот уже ждал меня у ворот.

Домой мы добрались за несколько минут.

Не теряя времени на ожидание когда наш дворецкий откроет дверь, коснулась ладонью артефакта на двери и ввались в теплое нутро дома.Скинула шубку и сапожки на диванчик в прихожей и пошла в сторону кабинета дяди. Как никогда хотела его увидеть.

– Его там нет. – Чуть не подпрыгнула от прозвучавшего у меня над ухом баса.

– Наэшь, ты чего так пугаешь ⁈За спиной притаился наш дворецкий.

– Пугаете меня как раз вы. Что за вид фресса! На вас напали?

Ага, твой сородич и напал.

– Я как раз в порядке. Меня волнует, где дядя?

По утрам он всегда пропадал в кабинете. Читал свежую прессу, пил свой любимый квадос и раскуривал сигару.

– Фресс Арди уехал в порт. Будет только к обеду.– В порт ⁈ – Переспросила весьма удивленная его ответом.

– Да, в порт. – Подтвердил Наэшь.

Странно. Очень странно.

Дядя никогда не ездил в порт зимой. Всеми делами там заведовал его помощник.То новая горничная у Даэль, которая оказывается совсем не новая, то эта поездка дяди. Слишком много изменений.

– Тогда я к себе. Посплю немного.Наэшь слишком хорошо меня знал, чтобы промолчать.

– С вами точно все в порядке?

Заверив его что все хорошо поплелась наверх.

Ну, хоть комната моя не изменилась.

Нежные пастельные стены, картины с огненными пустошами, туалетный столик с косметикой и уже увядшими цветами в вазе. Разобранная с вечера кровать под невесомым балдахином.На нее и рухнула.

Правда не надолго.

– Ну и где тебя носит?

Нежный, мелодичный голос взбодрил куда лучше недавно выпитого кофе.

– Инфиндра ⁈ – Соскочила с кровати и обошла ее, встав с другой стороны. – Как…? Я думала вам нельзя появляться в мире живых.Сказать по правде ее приход меня напугал.

– Почему же нельзя, – парирует Хранительница широко улыбаясь. – Очень даже могу как видишь. К тому же как мне взимать плату со своих должников. Вы же сами ко мне не придете.

– Плату… Выходит ты пришла за ней?

От перспективы расплатиться с ней прямо сейчас меня бросило в холодный пот.

Некстати вспомнилась история моего незадачливого предка. За возможность победить в решающей битве за новые земли империи он заплатил своим рассудком.Плата оказалось непомерно высокой.Его тело Инфидра использовала как сосуд для очищения грешных душ. Продержался он меньше года. Прыжок с утеса лишил его жизни, но не избавил от исполнения обязательств. Его душа теперь проводник для умерших за Грань.

– Можешь выдохнуть девочка пока я пришла просто поговорить. – Пройдя к креслу грациозно опустилась на него. Расправила складки на юбке золотого платья искрящегося на свету.

– Думаю стоит тебе узнать небольшие нюансы твоего перерождения. Возможно некоторые ты уже заметила.

Такое попробуй не заметить.

Новая горничная, которая оказалась отнюдь не новенькой, посещение дядей порта, куда зимой он даже носа не казал.

Вот этот все ей и озвучила.

Добродушно улыбнувшись она пояснила тревожащие меня изменения. Все оказалось достаточно просто, возможно посещай я в свое время факультатив по прикладной магии материй сама бы нашла им объяснение.

Любая ветка времени имеет несколько вариантов развития событий, не совсем радикальных, но небольшие отличия в них могут быть. Вот я и попала в одну из таких веток. В ней к сожалению я также буду казнена если не смогу этого избежать, моих родителей убили выдав все за несчастный случай. Даэль обретет иччари в лице Шанны.

Слушая Инфидру смогла расслабиться.

Ее присутствие больше не вызывало у меня нервозности и страха.Если отбросить кем она являлась и по какой причине явилась можно подумать что встретились две подруги и мило беседуют.

Расхаживая по комнате теребила в руке цепочку от флакончика с зельем найденную на кровати.

– Так, ладно с этим все понятно. – Села за туалетный столик и обвязала цепочку вокруг флакончика с духами. – Почему всего на полгода назад? Слишком мало времени не находишь, чтобы найти убийц, разобраться в причинах и наконец избежать собственной смерти.

На мгновение по лицу Хранительницы скользнула тень обеспокоенности, но не надолго. Мой вопрос застал ее врасплох. И хоть ответила она довольно бесстрастным тоном, но долго собиралась с ответом.Ее взгляд блуждал по стенам спальни, намеренно долго задержался на картине с изображением извержения вулкана на фоне красной луны. Моя любимая картина. В ней столько мощи что мурашки бегут по коже стоит только представить что ты там. В самом центре извержения.

– Времени и правда мало. – Согласилась со мной она. – Но это единственный максимальный отрезок прошлого в который я могла вернуть тебя. Твоя линия жизни была разорвана еще до момента твоей смерти.

– Хочешь сказать кто-то сделал это специально? – Ее утвердительный ковок выбил из меня весь воздух. – Насколько понимаю сделать такое не просто. Пряхи единственные кто могут работать с Нитями Жизни.

– У вашего рода сильный противник. Не каждый сможет привлечь на свою сторону Пряху.

Я снова потянулась за цепочкой.Перебирая ее звенья могла немного успокоиться. Коснувшись ее зацепилась взглядом за флакон на котором она была. Темное стекло с белыми вкраплениями, узкое горлышко и пробка в форме цветка. У меня никогда такого не было. Вытянула пробку из горлышка и поднесла ее к носу.Слишком сладкий аромат, я любила более свежие, максимум древесные тона.

Откуда он тут?

– Что-то не так?

Инфидра бесшумно поднялась с кресла и замерла рядом со мной. Ее тонкие, длинные пальцы сомкнулись на флаконе и слегка встряхнули его.

– Духи не мои.В носу засвербело от сладкого аромата.

– На них след темной магии. На твоем месте я бы избавилась от них. Позволишь?

Не успела кивнуть, флакончик охватило серебряное пламя и его остатки осыпались нам под ноги белым пеплом.Отряхнув ладони Хранительница насторожено посмотрела в сторону двери.

– Я пока удаляюсь. Будь осторожна. И помни про эффект Маркэля. Если забыла, советую прочитать.

Махнув на прощание рукой она осыпалась золотой пылью.

Стоило ей исчезнуть в дверь постучали и громкий бас оповестил меня что дядя вернулся и ждёт меня внизу с гостями.

Пришлось идти переодеваться, а так хотелось поспать.

Глава 2

Гардеробная пряталась за высокими двустворчатыми дверями с позолоченными ручками в виде голов пустынных львов. Под огненной гривой у них скрывались костяные наросты, глаза переливались серебром, а конец длинного хвоста венчал смертоносный шип. Он то и служил ручкой.

Легкое нажатие и двери распахнулись, впуская меня внутрь.

Я та еще модница. Пришлось потратиться на артефакты для расширения пространства, иначе вся одежда просто бы не поместилась.

Модные салоны одежды я посещала чаще, чем в своё время занятия в академии. Любое новое веяние моды, воплощенное в платье, юбке или брюках, тут же появлялось в моем гардеробе. Единственное, что не прижилось – розовый цвет. Им повально стали увлекаться модные дома стоило нашей императрице заявить: розовый – ее любимый цвет. После этого любая жительница Ацхара считала необходимостью заиметь себе в гардероб хоть что-то розовое. Я же терпеть его не могла.

Отдельно от всех висело мое последнее приобретение.

Черные широкие брюки с высокой талией и крупными пуговицами, корсет с жесткими вставками и цепочками, а под него белая рубашка мужского кроя.

Так ни разу его и не надела. Собиралась пойти в нем на открытие новой ресторации, отпраздновать свой триумф над Шанной, а попала в холодную темницу.

Растерла руками лицо, помассировала шею. От напряжения мышцы стали твёрже камня.

В нише между полками с туфлями и сумочками зажато высокое зеркало.

Подхожу к нему. Немного медлю, прежде чем взглянуть в него.

Глубокий вдох и открываю глаза.

Жадно вглядываясь в отражение. Обхватываю раму руками.

Стройная, длинноногая, с приятными округлостями в нужных местах.

Тонкие черты лица, большие медово-карие глаза с немного испуганным взглядом. Едва заметный шрам у виска. Получила его в тот злополучный день. После разрыва портала началась суматоха. Площадь стала напоминать разворошенный муравейник. Люди бегали, кричали, кто-то бился в истерике, другие падали на землю и не двигались. Нас толкнули. По инерции дядя завалился вперёд, прямо на вазон с цветами. В силу своего роста я стукнулась виском об его край. Шрам как память о том дне.

По губам скользнула горькая улыбка.

Как же мало времени мне дано для реванша.

Из гардеробной направилась в ванную.

Настроила душ под приемлемую температуру, капнула на губку цветочного бальзама и встала под упругие струи воды. Пара минут блаженства вернули мне душевное равновесие и приятно расслабили.

Втирая в волосы ароматное масло для блеска и питания присела на пуфик перед туалетным столиком.

Когда волосы, наконец заблестели, взялась за лицо. Нанесла питательный крем, немного блеска на губы и черной пасты на ресницы.

Из головы никак не выходили слова Инфидры про Прях. Договориться с ними трудно, почти невозможно. Они неохотно откликаются на молитвы храмовников, подношениями их тоже не заманишь. Так что же такое им было обещано, раз одна из них решила помочь. Пойти против императорского, рода которому благоволит сама Богиня Ночи – самоубийство для любого смертного и бессмертного коими являются Пряхи.

Достучаться до них можно только в Храме Познания. Думаю, его посещение не стоит откладывать надолго. По крайней мере, просмотрю книгу с записями подношений, может, на что-то и наткнусь.

К дяде и его гостям спустилась где-то через час.

В платье из мягкой шерсти мятного цвета и замшевых сапожках на небольшом каблуке спустилась в гостиную на первом этаже. Горничные суетились сервируя стол в малой столовой для чаепития. Одна из них подсказала что дядя ждет меня в курительной комнате.

Первым войдя в комнату, увидела дядю. Едва удержалась от желания бросится ему на шею.

Дядя отложил недокуренную сигару и поднялся с кресла.

– Надеюсь, не сильно заставила себя ждать. – Мне навстречу встало двое незнакомых мужчин.

Оба высокие, рыжеволосые, похожие как братья близнецы, если бы не цвет глаз. У одного зеленые, как болотный мох, у другого синие с золотыми искорками.

Пахло табаком и выдержанной силрой. Алая жидкость была разлита по низким бокалам. Ее терпкий запах кружил голову.

– Ну, что вы фресса, – мягкий бархатный голос принадлежал зеленоглазому, – ради встречи с красивой женщиной стоит и потомиться в ожидании.

– Откуда вы знали, что я красива?

Склонила кокетливо голову и коснулась пальцами шеи.

– Ваш дядя описал вас лучше любого художника. Такую красоту и правда стоит запечатлеть на холсте. Если позволите мне такую дерзость, я бы хотел вас написать.

К дифирамбам подключился второй мужчина. Он первым коснулся моей руки в легком поцелуе.

– Дядя – лицо заинтересованное, мог и преувеличить. – Подхожу к нему и целую в щеку. Он привычно пахнет мятой, морозной свежестью и, конечно же табаком. – А над вашим предложением я подумаю.

И, думаю, соглашусь.

Гостей звали Ирсай и Мар. Оба представились, ещё раз запечатлев поцелуй на моей ладони.

Дядя, взяв меня под руку, предложил пройти всем в столовую.

Хорошо перекусив в доме Даэля я потягивала кофе и внимательно рассматривала гостей.

Оба отдали предпочтение чаю. Из закусок налегали на соленую рыбку с мягким сыром в слоеных тарталетках, тосты с яйцом умяли в количестве трех штук.

Для людей больно уж прожорливы. Скорей всего, из псовых оборотней. Клыки у одного мелькнули когда тот вгрызался в тост.

Разговор за столом вращался вокруг погоды, грозящей штормами, затрудняющими судоходство. За первые несколько дней зимы уже пять сильных штормов вынудили отложить отправку нескольких важных торговых судов. Нашей семье принадлежало несколько кораблей, верфь, где их строили, и доля в порту. Но это скорей побочный бизнес. Основной включал в себя мануфактуру артефактов, рудники по добыче орахнита – главного минерала для производства боевых артефактов.

Фоном слушая разговор мужчин, рылась в памяти, ища в ней информацию про эффект Маркэля.