Текст книги "Кризис-менеджер для Дракона. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Лана Флоренс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 24 страниц)

Последний перелет

Последний перелет

– Шестьдесят четыре…

Я ещё раз посмотрела на Тиана. Не помогло.

Вроде пора было привыкнуть. Я уже знала, что драконы живут сотни и тысячи лет, что Каэр в свои триста с лишним считается молодым, а Сайрен может совершенно спокойно обсуждать события, которые произошли до рождения моей прабабушки.

Но видеть обычного ребёнка с грязными коленками и понимать, что он вдвое старше тебя и по возрасту вполне годится тебе в отцы, оказалось отдельным испытанием для психики.

Мир снова требовал срочного пересмотра исходных данных.

– Так его мать была человеком?

Сайрен ответил не сразу. Я посмотрела ему прямо в лицо, и он отвёл взгляд.

– Да. Прекрасной человеческой девушкой из города. Совсем юной, когда мы познакомились.

Из его голоса исчезла обычная лёгкость.

– Я запомнил её такой. Хотя потом видел, как она взрослела. Старела.

Сайрен прикрыл глаза. Мне стало тяжело на него смотреть. Я легла обратно. Тиан сопел в нескольких шагах от нас, свернувшись под отцовским плащом.

– Она прожила немного. Меньше восьмидесяти лет.

Для него – немного. А для меня – целая человеческая жизнь.

– А Тиан всё это время оставался ребёнком.

Когда он замолкал, мы слушали утренних птиц, которые разошлись сверх меры, шум деревьев и похрапывание рядом.

– Сначала она была молодой и носила его на руках. Потом он научился ходить, а она стала взрослой женщиной. Когда он стал болтать, у неё появилась седина. Потом ему ещё нужно было помогать одеваться, а ей уже было трудно подниматься по лестнице.

Он совсем замолчал. Теперь медленное взросление драконов перестало казаться забавной особенностью биологии.

– Он не успел дожить с ней даже до своего первого столетия, – чуть слышно добавил Сайрен, когда я уже решила, что он заснул.

Каково это – видеть, как твоя мама стареет, пока ты почти не меняешься? Наверное, Тиан действительно был очень быстрым ребёнком.

Просто недостаточно быстрым.

– Мне жаль, – тихо сказала я.

– Мне тоже.

Некоторое время мы ещё помолчали.

– Так ты ушёл в Культ из-за неё? – наконец спросила я.

Сайрен рядом фыркнул.

– Нет. Но я не слишком возражал, когда меня туда отправили. В Культе меня сложнее контролировать. Дом Тарвен имеет там влияние, но не власть. Я мог навещать их обоих без лишних вопросов.

Вот оно. Ещё одна деталь добавилась в общую картину. Сайрен прятал сына не просто от посторонних. Он прятал его от собственной семьи.

Я пока не знала причины, но уже знала достаточно, чтобы не спрашивать о Тиане за их общим семейным столом.

– А потом?

– Потом её не стало. Тиан остался сам по себе и совсем отбился от рук. Я не могу взять его в Культ и не могу уйти оттуда. Я плачу одной женщине, чтобы она присматривала за ним и держала для него еду и кровать. Но это всё равно что присматривать за ветром у открытого окна.

Он сорвал травинку и покрутил между пальцами, выбросил, сорвал ещё одну.

– А ещё я решил, что больше такого не хочу.

– Какого такого?

– Никаких серьёзных романов с людьми. Никогда.

– Очень разумное решение, – усмехнулась я. – Особенно учитывая, что ты буквально флиртуешь со мной всю дорогу. А я, между прочим, человек.

Сайрен повернулся ко мне и улыбнулся уже привычнее – сейчас точно ляпнет что-то двусмысленное.

– Ничего серьёзного, – подмигнул он мне. – Это просто сильнее меня. Но кто сказал, что я не передумаю, если ты вдруг согласишься?

Я приподняла брови.

– Кроме того, Каэр неспроста спокойно отпустил тебя со мной. Если бы он хоть немного сомневался в моих намерениях, думаешь, он позволил бы нам лететь вдвоём?

– Каэру нет до меня дела, – постаралась я произнести легко.

Получилось хуже, чем хотелось.

– Ну-ну… – протянул он с ехидной улыбкой.

– Что «ну-ну»? Ты договаривай.

– Я дорожу жизнью.

Ненавижу людей, которые заканчивают спор так, будто выиграли его, хотя вообще ничего не объяснили.

– К тому же, – продолжил Сайрен, – я видел огонь.

Я нахмурилась.

– «Зажжёт лес огнём из руки» – это одно из пророчеств про Белую Деву.

– Откуда вы всё время вытаскиваете эти пророчества⁈ Уже страшно шагнуть не туда, как бы в очередное не вляпаться. У меня из руки выпала зажигалка! – повторила я. – И никакой лес я не поджигала, только немного сухой травы. Не надо на меня навешивать лишнюю уголовную ответственность.

Сайрен повернулся на бок и закрыл глаза.

– Ты Белая Дева. Я почти уверен, – сказал он напоследок. – А значит, ты дракон.

Я даже не нашла сил спорить.

– Это была зажигалка, – пробормотала я и тоже закрыла глаза.

Последней мыслью перед сном было, что я категорически не собираюсь становиться драконом.

С моим везением мне достанутся короткие кривые лапы и аллергия на собственный дым.

* * *

Проснулась я оттого, что мне было жарко.

Солнце клонилось к вечеру, земля прогрелась, а я утащила себе весь плащ.

Сайрен спал рядом на траве, отвернувшись. Я сразу посмотрела туда, где лежал Тиан. Плащ был, а вот Тиана не было. Я села.

– Сайрен.

Никакой реакции.

– Сайрен!

Он зашевелился и повернулся ко мне:

– Что?

– Ребёнок пропал.

– Какой?

Я уставилась на него в ужасе:

– У тебя их много⁈

Тут уже он сел и посмотрел на пустой плащ. И снова лёг.

– А. Ну вернётся.

– Ты такой спокойный…

Он запустил обе руки в волосы, взлохмачивая и без того хаотичную причёску.

– Быть родителем дракона с даром перемещения – страшная головная боль. Его мать с ним ужасно намучилась.

– И ты просто позволяешь ему исчезать без прощания, записки или плана?

– Алиса, как именно ты предлагаешь мне запретить исчезать дракону, который исчезает?

Да уж, педагогический провал. С точки зрения контроля процессов Сайрену достался идеальный маленький кошмар.

– Скорее всего, пошёл искать еду, – предположил Сайрен.

Я быстро заглянула в мешок с провизией и выяснила, что ребёнок не только исчез, а предварительно подъел все наши запасы.

– Он вообще всё съел, даже весь сыр! – поразилась я.

– Молодые дракончики постоянно голодные, – терпеливо ответил Сайрен. – Рост требует энергии, дар – ещё больше. А дети пользуются магией почти бесконтрольно. Особенно Тиан. Кажется, он скоро совсем разучится ходить: теперь он в основном перемещается к еде, чтобы потом оголодать ещё сильнее.

Отсутствие еды делало сборы гораздо короче: мы встали, собрали плащи, и можно было вылетать. Сайрен предложил набрать трав и попить горячего перед дорогой.

– Это ещё ничего, – сказал он, когда мы начали спускаться ближе к ручью. – Когда начинается быстрый рост и превращение, аппетит вообще невозможно контролировать. Лучше закидывать еду в топку и не приближаться.

А у нас это называется подростковый возраст.

– Ну, сейчас его дракон размером с собаку, – заметила я.

– Поэтому мы ещё живы.

Я рассмеялась, а потом осеклась:

– Ты взял еду с собой в трактире! Так в твоей комнате тогда был Тиан?

– Ты слышала? – недовольно поморщился Сайрен. – Прошу же его быть потише и не заявляться ко мне в любое время! Но если я один и с едой – уговоры бесполезны…

Но ужин он всё-таки с собой прихватил, как бы ни строил из себя строгого папашу. Мне вдруг стало неудобно, что я сразу заподозрила Сайрена в легкомысленных развлечениях. С другой стороны, откуда мне было знать, что он скрывает тайного ребёнка⁈

– А как он знает, куда перемещаться?

– Я могу представить только примерно. Он закрывает глаза и ищет то, что нужно. Еду. Место для сна. Знакомого человека. Сейчас ему уже требуются буквально мгновения, чтобы мысленно найти и бегло осмотреть новое место. Чем сильнее чего-то хочет, тем легче находит.

Я сразу вспомнила собственную кровать. Так вот почему. Маленький паразит просто захотел поспать и снял себе знакомый уютный номер.

Сайрен показывал мне, какие травы можно брать, а какие лучше оставить в покое. Одну ароматную траву Сайрен буквально вырвал у меня из рук – поздновато: рядом с царапинами и натёртостями вздувались мелкие волдыри.

– Вот эту можно, это медолист. Напиток будет слаще.

Я сорвала несколько жёстких листьев с мелкими жёлтыми цветочками.

– Эту тоже, кислица. Я её обычно добавляю.

Рядом росла невысокая серебристо-серая трава с узкими листьями и ярким запахом – что-то между хвоей и полной пепельницей. Я потянулась.

– Эту не надо. Это зольница.

Рука застыла.

– Тоже ядовитая?

– Нет, люди её даже пьют от кашля, но для чая не подходит. И драконы её не любят.

– Почему не любят?

– Запах отвратительный. – Сайрен неприязненно поёжился. – И голова от неё вроде болит.

Вернувшись, мы заварили травы и обнаружили на самом дне мешка два сухаря.

Тиан проявил великодушие: оставил родному отцу и Белой Деве по одному.

– Хороший мальчик, – сказала я, макая сухарь в горячий напиток. – Заботливый.

– До слёз.

К тому моменту, когда стемнело, я уже сидела на тёплой чешуе и держалась так крепко, как было велено.

* * *

Последний перелёт снова занял почти всю ночь.

Когда небо впереди начало сереть, мне показалось, что внизу возник большой город.

На огромном горном плато горели сотни огней. Каменные стены тянулись вдоль края скалы, за ними поднимались башни, крыши, галереи, несколько длинных зданий и одно центральное, уходящее вверх широкими ступенями.

Не монастырь, а громадная цитадель. Целое отдельное государство.

Сайрен сделал круг и опустился на мощёную площадь, окружённую стеной. Видимо, это была местная вертолётная площадка.

Кажется, я потихоньку начинала привыкать к ужасным транспортным условиям: на этот раз слезть и выпрямиться оказалось немного проще. Теперь к замотанному лицу добавилась забинтованная рука, которая тихонько ныла от пузырей после травяного ожога. Ещё пара дней такого путешествия – и я превращусь в мумию.

Сайрен принял форму человека, и мы вышли с площадки в небольшую деревянную дверь, которая лучше любых надписей сообщала: с драконами в истинной форме вход воспрещён.

Несмотря на раннее утро, цитадель не пустовала. Кто-то уже нёс корзины. Кто-то катил тележки. Парочка людей подметала улицы. Парочка очень красивых и статных людей высокого роста. На щеке у каждого – тёмное клеймо. Полукровки, лишённые возможности использовать дар и обращаться. Мне сразу расхотелось рассматривать их как интересную местную достопримечательность.

А вокруг были сплошные каменные жилые постройки.

– Это всё только Культ?

– Ещё не весь. Некоторые здания под землёй, а ещё у Культа есть резиденции в разных странах. Нам сюда. И накинь капюшон, чтобы твои волосы не так бросались в глаза, – сказал Сайрен.

Точно, культистам ведь сразу передали, как я выгляжу! Я совсем забыла об этом за событиями путешествия. Мы прошли по тесным улочкам, к тому же засаженным плодовыми деревьями, словно здесь боялись оставить неиспользуемым любое мало-мальски пригодное пространство. Потом вышли на площадь перед центральным зданием. Тут было заметно оживлённее. Люди и, вероятно, драконы сновали туда-сюда со свитками. На нас бросали взгляды, и я порадовалась, что оставила капюшон на голове. Мы поднялись по широкой лестнице, потом ещё по одной.

Коридоры внутри центрального здания были настолько старыми, что каменные ступени истёрлись под ногами тысяч людей и в середине каждой образовалась неглубокая выемка.

На стенах между окнами тянулись надписи. Некоторые я понимала. Другие состояли из совершенно незнакомых символов. Надписи времён до Инмаета.

Здесь действительно хранилось прошлое. И, возможно, где-то среди этих стен лежал мой единственный билет домой.

Я вдруг перестала замечать усталость.

– Орим знает, что мы прилетели?

– Возможно, Видящий знает многое.

Наконец мы остановились перед высокими деревянными дверями.

У меня пересохло во рту. Вот и всё. Добрались.

По ощущениям путешествие получилось как трёхдневный перелёт с пятью пересадками, ночёвкой на полу аэропорта и потерянным паспортом. Только без кофе, нормального туалета и возможности потребовать компенсацию.

Зато сейчас я увижу дракона, прожившего больше пяти тысяч лет. Пять тысяч лет опыта – убедительная рекомендация в любой профессии.

Сайрен толкнул дверь.

В комнате у окна стоял мужчина и смотрел прямо на нас. Он был стар, но недостаточно. Выглядел лет на семьдесят, не больше. Высокий, крепкий, совершенно седой, но никак не пятитысячелетний.

Мужчина тепло улыбнулся:

– Наконец-то.

Мы подошли ближе и остановились перед его столом; я сняла капюшон. Он с интересом осмотрел меня с головы до ног.

А потом произнёс:

– Значит, вы прошли через пепельный дым уже трижды. Расскажете о своих ощущениях?

Я ошарашенно замерла. А я-то думала, что никто не помнит, как я попала сюда впервые.

– Откуда вы знаете?

Видящий Орим

Видящий Орим

Орим улыбнулся.

– В Культе нет смысла задавать такие вопросы, милая госпожа. Если мы что-то знаем, значит, это кто-то увидел и записал.

Обычно меня просто трясло от таких формулировок. Нет уж! Не рассказывайте мне. Задавать вопросы никогда не бессмысленно. Бессмысленно полагаться на «кто-то увидел и где-то записал».

Видящий продолжал смотреть на меня с благожелательной улыбкой, ожидая моего ответа.

– Ощущения в Пепле? Ну, наверное, как в горящем метро без вентиляции. И без молоточка для стекла.

Орим серьёзно кивнул, словно понял то, что я сказала.

– Значит, вы в нём дышали, – резюмировал он, и это был не вопрос. Вопросов он больше не задавал.

Конечно, дышала. А как мне было совсем не дышать несколько минут, ещё и в движении? Дышала все три раза: когда приземлилась из лифта, когда он при всех выдохнул мне в лицо на поляне и когда надышалась в мёртвой пещере у границы. Если бы я вела статистику, у Каэра был бы стопроцентный показатель по попыткам меня задушить или отравить. Хотелось верить, что хотя бы не каждый раз намеренно.

Всё это время я продолжала рассматривать Орима. Старый – да. Седые волосы, аккуратная борода и усы, морщины вокруг глаз, лицо человека, который давно перестал доказывать окружающим собственную значимость. Эдакий глава большой корпорации перед выходом на заслуженный отдых.

Но пять тысяч лет? Хотя я плохо представляла себе, как именно должно выглядеть существо в таком возрасте. По моим представлениям – примерно как археологическая находка.

– Вы выглядите гораздо моложе, чем я слышала. Мне говорили, что вам пять тысяч лет.

Сайрен рядом тихо хмыкнул. А Орим откровенно рассмеялся:

– Мне тысяча двести, милая госпожа.

– Всего-то? – Я не смогла сдержать разочарование в голосе.

Опять обманули. А Сайрен, значит, всю дорогу слушал, как я готовлюсь к встрече с пятитысячелетним мудрецом, и решил не портить мне сюрприз. Ну ладно, запомним.

– Благодарю. В моём возрасте редко приходится слышать слово «всего».

– Но мне сказали, что вы – самый долгоживущий дракон!

– Кто вам сказал?

– Э-э-м… – Я несколько замялась. – Разные люди.

– Тогда мне жаль разочаровывать разных людей, – всё ещё посмеиваясь, ответил он. – Видящие сменяют друг друга на посту, а Орим – это титул. Людям проще верить в одного мудреца, прожившего пять тысяч лет, чем запоминать имена множества разных стариков.

Маркетинг у Культа был поставлен прекрасно. Единый бренд при сменяемости руководства. Пятитысячелетний мудрец звучал куда солиднее, чем «очередной Орим, приступивший к обязанностям после смерти предыдущего». Я вот купилась.

– Я не старейший дракон, – мягко улыбаясь, продолжил Видящий. – Но, думаю, старейший всё же живёт у нас, в Культе. Ему уже пошло далеко за пятую тысячу. Дар самоисцеления. Может прожить ещё много раз по столько же. Если его раньше никто не прибьёт за жульничество в играх.

Поймав мой поражённый взгляд, Орим закончил:

– На редкость неуживчивый дракон, к тому же очень азартный. За тысячелетия он успел поссориться с таким количеством домов, что нейтральные земли Культа для него удобнее собственного замка. Покой, конечно, нарушает. Зато где ещё Культ найдёт живого свидетеля почти шеститысячелетней истории?

И, видимо, за это время он успел заработать достаточно денег, чтобы платить за постой и делать пожертвования.

Сайрен наконец вклинился и сказал очень официально:

– Видящий, мы прибыли, чтобы узнать, действительно ли Алиса – Белая Дева.

Орим взглянул на него благодушно:

– Нет. Это вы хотели бы узнать. А она ищет путь домой. Начните, пожалуй, с него.

Вот теперь стало совсем интересно и окончательно ясно: старик знал значительно больше, чем рассказывал. И явно не собирался выдавать ответы в том порядке, в каком их у него спрашивали. Опасное сочетание. Обычно такие люди могут два часа обсуждать погоду, а действительно важную информацию сообщить между замечанием об урожае и просьбой передать соль. Надо было хорошо слушать.

– Вы знаете, как мне вернуться? – спросила я после короткой паузы.

– Я знаю, что вам прежде всего следует поспать.

– Но…

– И поесть, – невозмутимо добавил Орим. – А ещё я пришлю к вам травника с заживляющими мазями. После этого уже можете начинать искать свои ответы.

Возразить было нечего.

Особенно потому, что тело целиком поддерживало его позицию.

Первая встреча с заказчиком: десять минут на знакомство и ноль решений, назначена следующая. Всё как дома.

* * *

Келья оказалась комнатой чуть выше моего роста вверх и двух моих ростов в длину. Стены можно было потрогать, разведя руки в стороны. Узкая кровать, столик, табурет, кувшин с водой и окно размером с книгу.

На этом дизайнер решил, что излишеств достаточно. А куда уж больше?

– Уютно, – сказала я. – Во всяком случае, здесь точно никто не сможет спрятаться от меня в тёмном углу так, чтобы я не пришибла его дверью.

– Я рад, что тебе нравится.

Сайрен ободряюще похлопал меня по плечу и ушёл за едой. Видимо, теперь у нас были такие отношения после совместной ночёвки с его ребёнком. Он вернулся минут через двадцать с подносом и пухлой пожилой женщиной в сером платье. На её щеке не было клейма, и вид у неё был до крайности деловой и немного сварливый.

– Тэрна, целитель, – представилась она. – Показывайте руки.

Не спросила, можно ли. Просто села напротив и забрала мою ладонь.

– Ага, плохо. Лицо? Тоже пострадало.

Это я страдала оттого, что пока не видела ни одного зеркала в этой обители. Тратить и без того тающий заряд телефона на свой внешний вид совсем не хотелось. Но эта женщина мне определённо нравилась.

Сайрен поставил еду на стол. Я немедленно потянулась к миске, попробовала ложку густой сероватой каши с комочками и изюмом и скривилась. Сайрен насмешливо поднял брови. Было даже непонятно, сладкая еда или солёная, а комочки были сухими внутри и рассыпались во рту мукой. Изюм я пробовать не решилась. Вдруг не изюм вовсе? Отложила ложку. После ночи перелёта ещё и голодать? Уголок рта у Сайрена дёрнулся, и он вытащил из-за спины и показал мне пару бутербродов с сыром. Вот прохиндей!

– Не вертитесь, – приказала Тэрна, намазывая чем-то прохладным мои ободранные ладони. – И кто додумался везти вас сюда на драконе?

Я ткнула пальцем в Сайрена.

– Я летел крайне осторожно! – возмутился тот.

Тэрна смерила его осуждающим взглядом.

– Осторожно… – передразнила она. – Почему тогда она выглядит так, словно вы везли её в мешке, привязанном к хвосту?

Вот тут мне стало обидно. Не настолько уж плохо я выглядела. Наверное.

– Спасибо за поддержку самооценки, – пробурчала я.

– Пожалуйста. Поверните голову.

Сайрен смеялся уже совершенно открыто.

Тэрна разговаривала с ним так, словно перед ней сидел не принц-дракон, способный одной лапой снести её дом или одним приказом запереть её в этом доме, а нерадивый соседский мальчишка. Не ждала разрешения заговорить, не нервничала. Когда закончила, спокойно собрала баночки и сообщила, что вечером зайдёт ещё раз. Если захочет. Я проводила её взглядом. Тэрна служила Культу, но принадлежала самой себе. И явно не переживала о потере рабочего места. Как и местный повар…

– Ешь, – сказал Сайрен, протягивая мне бутерброды.

Видимо, это снова будет моей основной едой на ближайшие дни.

– Я тоже пойду посплю. Сейчас никто, кроме Тэрны и Видящего Орима, не знает, что ты остановилась именно здесь. Думаю, можно поспать спокойно. Приду за тобой через пару часов, сразу пойдём в архив. Никому дверь не открывай, только мне.

Безопасно. Но дверь не открывать. Внутреннюю логику я оценила.

– А как мне убедиться, что это ты?

Сайрен посмотрел на меня недовольно, словно я испортила ему хорошую шутку. Сказал:

– Ну, спросишь что-нибудь.

И вышел. Я посмотрела ему вслед – засова на двери не было. Впрочем, когда в этом мире кого-то останавливали засовы на дверях? Спрошу. Контрольный вопрос у меня был. Жаль, к нему не прилагался план действий на случай неправильного ответа.

Я легла и закрыла глаза. Но думала о своей первой встрече с Видящим.

«Значит, вы в нём дышали».

Интересно, почему его интересовало именно это?