Текст книги "Кризис-менеджер для Дракона. Книга 1 (СИ)"
Автор книги: Лана Флоренс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 24 страниц)
Мой сын
Мой сын
– Откуда мне знать, кого ты видела в пещере? В пещере у чего⁈ Откуда здесь взяться ск… Пеплу Каэра?
Мы некоторое время смотрели друг на друга в полном непонимании. Сайрен, вероятно, думал, что я ударилась головой, пока бегала по пещерам. А я думала о том, что надо либо объяснять все целиком, что я решила пока не делать, либо уж совсем ничего не объяснять, чтобы не выглядеть сумасшедшей.
– Может, они притащили с собой кого-то ещё? Третьего дракона. Он мог высадиться раньше и ждать в пещерах, а ты в темноте приняла его за кузена, – неуверенно предположил он, явно только чтобы поддержать меня в моём безумии.
– Зачем?
– Откуда мне-то знать? За мной никогда не охотились драконы!
Версия была очень слабая. Они могли только предполагать, что я побегу именно в пещеры. Да и какой дракон согласился бы сидеть там, пока остальные шли в наступление?
– Может, в темноте показалось, – продолжил Сайрен. – Ты испугалась. Если третий был похож ростом и телосложением…
– Да.
Спорить не хотелось. Мне было о чём подумать, прежде чем развивать эту мысль дальше.
– Уже темнеет, – перевёл тему Сайрен и посмотрел на небо. – Надо быстро поесть, собрать вещи и спуститься. С наступлением темноты сразу вылетаем. И что стало с твоей одеждой, в конце концов? Она выглядит так, словно ты прожила в ней десять лет под землей, не снимая.
Да уж, одежду не спрячешь. Она просто кричит о том, что я не просто посидела немного в пещерах.
– Пепел. Там была пещера, полная чёрного дыма Каэра. Я прошла через неё, и вот. – Я демонстративно взяла край плаща, кусок отвалился и остался у меня в руках.
Так одежда и вовсе развалится на мне в полёте. Внезапно вспомнила – телефон, мои вещи! Сумка на моём боку выглядела хуже некуда. Но когда я её открыла, то выдохнула с огромным облегчением. Видимо, дым не забрался в плотно закрытую сумку и вещи остались в порядке, я уже морально готова была к позеленевшей помаде, червивому шоколаду и окислившемуся телефону. Хоть одна приятная новость за день!
– Ты прошла через целую пещеру Пепла? Зачем Каэру уничтожать одну из этих пещер? Это какая-то бессмыслица. А ты уверена, что это был именно он, а не какой-нибудь ядовитый туман?
– Если в ваших краях водится такой ядовитый туман, то, может, это был и он. Тебе виднее, – снова не стала спорить я.
Для себя я почти не сомневалась в том, через что я прошла.
– У меня есть запасной плащ, но он моего размера, будет тебе длинноват. А вот запасного платья моего размера я не захватил. Придётся тебе добираться до Культа в штанах и рубашке, чтобы тебя не приняли за какую-нибудь нежить.
Я кивнула и пошла за ним, на ходу прокручивая в голове всё, что собралось за последние сутки. Если кузен Дайна с собачьим чутьём не мог за мной гнаться, значит, я видела кого-то другого. Кого-то, кто выглядел точно так же. В этом я не сомневалась.
Мысль была неприятной.
Следующая оказалась хуже. Меньше недели назад я видела собственными глазами, как один человек становится другим. Лицо, волосы, рост, голос. Всё. Может ли такой дар быть ещё у кого-нибудь?
Почему нет?
Сайрен рассказывал, что всех драконов с даром предвидения забирают в Культ. Всех. Во множественном числе. Значит, некоторые способности могут повторяться. И никаких оснований считать дар Риана единственным в своём роде у меня не было.
Я замедлила шаг. Тогда всё становилось гораздо хуже.
Потому что если существует хотя бы ещё один дракон с даром Риана, ко мне может подойти кто угодно. В облике кого угодно.
Я посмотрела на мужчину, который шёл впереди меня по склону. Как он нашёл меня так быстро после моих блужданий по лабиринту? Проход, из которого я вышла, Сайрен назвал мелкой пещерой – он что, все их обошёл за это время? Я несколько часов бродила по подземным лабиринтам: спускалась, поднималась, проваливалась вместе с Эйраном неизвестно куда.
А потом вышла – и Сайрен стоял рядом.
В моей прежней работе это называлось проверкой контрагента. Если тебе звонят из банка – кладёшь трубку и перезваниваешь по номеру, который знаешь сам. Контрольный вопрос должен опираться на то, что знаете только вы двое, эдакий пин-код.
Я остановилась. Он прошёл ещё несколько шагов и обернулся.
– Почему стоишь?
– Думаю.
– Надо думать на ходу, если мы хотим куда-то успеть сегодня, – с лёгкой улыбкой поддел меня он.
Похож на себя. Хотя…
– Сайрен! – Я догнала его. – Кого ты больше всего не любишь в Культе?
Он даже остановился:
– Что?
– В Культе. Кого ты там терпеть не можешь?
– Так даже сложно выбрать одного.
Я прищурилась. А Сайрен задумался совершенно серьёзно.
– Когда я только туда попал, надо мной поставили дракона из дома Вайдал. Думаю, семья его туда сбагрила за мерзейший характер. Он будил меня до рассвета, заставлял переписывать древние тексты от руки и считал, что лучший способ воспитать смирение – дать человеку работу, которую можно было не делать.
Он усмехнулся, не замечая, как я напрягалась всё сильнее. Если это самозванец, то он не просто подготовился – он умеет импровизировать. А тот, кто способен уверенно отвечать на незапланированные контрольные вопросы, опаснее того, кто просто выучил легенду.
– Однажды я всерьёз думал превратиться посреди двора и отправить его пешком в путешествие без возврата.
– Это всё?
– Ещё есть один шулер. Проныра страшный. Ему половина Культа должна денег, а вторая половина мечтает его прибить, потому что уже отдала. Как-то раз…
Ошибка. Я спросила мнение, а не факт. На мнение можно придумать убедительный ответ.
– Нет! – перебила я. – О ком ты мне говорил? В трактире.
– А, повар, что ли? Да, этот тоже в моём списке! Я вообще не понимаю, зачем давать доступ к продуктам тому, кто способен сделать несъедобным даже варёное яйцо.
– Кто послал тебя за нами, когда мы с Каэром гуляли по саду?
Воспоминание ударило неожиданно. Это был один из самых спокойных моих часов в этом мире. Странно, что от него осталась одна печаль.
– Меня послала мать, королева Мирена, чтобы… Да что за вопросы такие⁈
Он смотрел на меня с искренним недоумением, и мне немного полегчало. Немного. Процентов на восемьдесят пять. Для человека, которому предстояло провести ночь верхом на подозреваемом, хотелось бы девяносто девять и девять, но рынок диктовал свои условия.
Но новая мысль добила меня окончательно: а если его подменили не сегодня? Если это с самого начала был не Сайрен?
Тут я себя остановила. Есть риски, на которые можно повлиять, и есть те, которые просто записывают в отчёт и живут дальше. Если меня обманули ещё до совета, я всё равно ничего с этим не сделаю. Значит, в отчёт.
Сайрен смотрел на меня ещё несколько секунд.
– Иногда ты задаёшь такие вопросы и при этом так смотришь, что начинаешь меня пугать.
– Я уже пугаю драконов? – через силу улыбнулась я. Страшная штука эта паранойя. – Что, пугаю сильнее, чем твой брат?
– Скажешь тоже! И это не комплимент.
– Всё равно приятно.
Мы добрались до своей пещеры. Быстро перекусили, я переоделась, попросив Сайрена выйти, мы смотали вещи в мешки и спустились пониже, где было больше места. На поляне Сайрен обратился. Знакомая волна его дара накрыла меня вместе со светом. Вот. Это уже аргумент.
Если только чужой дракон не умеет копировать ещё и чужую магию.
Я мысленно застонала.
– Держись крепче, – приказал Сайрен.
И сомнения сразу потеряли актуальность. Я забиралась на тёплую чешую и думала, что до конца путешествия больше не выпущу этого дракона из виду. Вообще.
Готова спать с ним в обнимку, лишь бы утром не выяснить, что ночью его подменили на другого.
Надеюсь, он правильно поймёт формулировку.
* * *
Снова летели всю ночь.
Под утро я уже клевала носом Сайрену в шею и пару раз просыпалась от собственного рывка, когда руки начинали разжиматься.
Наконец дракон пошёл вниз. Под нами тянулся бесконечный лес, серый в предрассветном мареве.
Приземлились на небольшой поляне у опушки.
В тени деревьев стояла старая хижина. Половина крыши провалилась, дверь висела набок, одно окно отсутствовало полностью, о стёклах остальные даже и не слышали.
– Отель пять звёзд? – уточнила я, когда смогла слезть, стянуть с головы рубашку и относительно выпрямиться.
Сайрен принял человеческую форму.
– Почему пять? Звёзд уже почти не видно, рассвет.
Я не стала вдаваться в разъяснения. Пора уже привыкнуть к тому, что большинство моих шуток здесь не пользуются успехом.
– Я обычно останавливаюсь здесь на последнюю ночёвку перед Культом. Отличная старая хижина лесника, можно укрыться в непогоду. Но можно спать просто на траве рядом, кроватей там всё равно нет. Я даже имущество тут оставил.
Он подошёл к хижине и вытащил из-за неё закопчённый котелок с большой вмятиной.
– Хорошо, что его никто не украл, – ехидно улыбнулась я.
– Конечно. Его надо сначала найти.
Сайрен сходил к ручью за водой, а я собирала хворост неподалёку и старалась не выпускать его из виду. Он это заметил, и, кажется, истолковал опять по-своему, лукаво подмигнув. Потом он высек огонь так буднично, словно воспользовался спичкой. Подвесил котелок на подвес, сооружённый из трёх корявых палок, и принялся изучать остатки наших припасов.
– Сделаем похлёбку из вяленого мяса и клубней. Видел на склоне много всяких трав, можем потом заварить горячий напиток.
– Лишь бы это не было очередной зелёной жижей для ментального здоровья, тогда – с удовольствием!
Я присела у огня. Небо между деревьями медленно светлело, но солнца ещё не было видно.
Сайрен нарезал мясо, потом вдруг спросил:
– Слушай, а что за белый огонь был у тебя за спиной? Там, на склоне. Он горел полосой через всю поляну.
– А, это. Зажигалка, – сказала я. – Выпала из руки, когда меня подбросило. Наверное, открылась в полёте.
– Что такое зажигалка?
– Такое… огниво. Работает от топлива и искры. – Я вздохнула. – Осталась где-то там, в траве. Я совсем про неё забыла. Может, на обратном пути поищу?
– Там был такой пожар, что вряд ли ты уже найдёшь свою вещь. Она горит белым огнём?
– Да нет, обычным. Может, это была какая-то необычная трава?
Сайрен пожал плечами и накрошил в котелок клубни, больше всего похожие на батат.
– Никогда не слышал про траву, которая горит белым. Впрочем, про зажигалки я тоже никогда не слышал. Зато я слышал кое-что другое…
Он осёкся, потому что похлёбка начала сильно булькать. Хоть продукты были не высшего сорта, запах дымка делал всё аппетитнее. Сайрен снял котелок, разлил еду по двум мискам, протянул мне одну, и я успела сделать ровно один обжигающий глоток.
– А мне?
Я вскрикнула и облила пальцы горячим бульоном. Между нами на кривом бревне сидел мальчик. Серые глаза, растрёпанные волосы, штаны, перепачканные на коленях землёй. Сидел так, будто был здесь всегда, а это мы пришли и расселись вокруг него.
– Секрет! – воскликнула я.
– Тиан, – не повышая голоса, но достаточно сердито сказал Сайрен. Он даже не вздрогнул, словно возникновение мальчика из воздуха проходило точно по нашему расписанию.
Мы с ним переглянулись.
– Ты его знаешь? – спросили мы одновременно, и получилось глупо.
Мальчик тем временем взял мою ложку и с самым серьёзным видом зачерпнул мою еду.
– Ты показывался ей⁈ – взорвался Сайрен.
– Немножко. Не переживай, она умеет хранить секреты. Она ничего про меня не рассказала скверному дракону.
– Его зовут Каэр! Тиан, мы это уже обсуждали, тебе запрещено подходить к замку! Ты не должен попадаться никому из семьи на глаза!
– Она не из семьи, и ты не запрещал показываться вообще всем!
Лазейка в формулировке. У нас этому учат на юрфаке, здесь, видимо, с рождения. Сайрен поймал его за ворот, бесцеремонно выкрутил ложку из пальцев и вернул в мою миску.
– Сначала руки.
– Они чистые!
– Тиан! Ручей там.
Мальчик исчез. Просто исчез. Я уставилась на пустое место.
Буквально через пару вздохов он возник обратно, мокрый до локтей.
– Вот. Можно мне уже поесть?
Сайрен несколько секунд смотрел на него с очень сложным выражением лица. Потом тяжело сел на бревно, молча пододвинул к мальчику свою миску и стал искать в котелке, что осталось.
Я переводила взгляд с одного на другого. Тёмные волосы, похожие движения. Никому из семьи… Нет. Да не может быть!
Хотя за последние два дня фраза «не может быть» окончательно потеряла практическую ценность.
– Так, – сказала я. – Кто-нибудь сейчас объяснит мне, что тут происходит?
Секрет, он же Тиан, уже успел выхватить себе кусок мяса из котелка и набил им рот.
Я выжидательно повернулась к Сайрену.
Тот выглядел так, словно очень хотел снова стать драконом и улететь без нас обоих. Сайрен потёр переносицу двумя пальцами и устало выдохнул:
– Белая Дева Алиса, знакомься, это Тиан.
Пауза.
– Мой сын.
Дракончик
Дракончик
Мальчик спокойно подъедал мясо, словно только что не оказался тайным ребёнком принца.
– Твой сын⁈
– Не кричи так.
– Это после него тебя отправили в Культ?
Сайрен резко сощурился на меня.
– Нет. О нём никто не знает. – Он помолчал и добавил: – Я надеюсь.
– Каэр знает, – заметила я.
Черпак, которым Сайрен подбирал остатки со дна котелка, застыл. Он медленно повернул голову ко мне:
– Что?
– Каэр знает про мальчика. Он отдал приказ найти его ещё в лагере. И сказал, что схватить его всё равно не получится. Он говорил так, будто знал, кого ищет.
– Знает⁈ – Теперь Сайрен развернулся к Тиану. – Ты попадался ему на глаза?
Мальчик оторвался от похлёбки и возмутился так искренне, что ложка описала в воздухе дугу.
– Я никогда ему не попадался.
– Откуда же тогда он про тебя знает?
Я осторожно подняла руку.
– Кое-что сказала я, – призналась я. – Описала мальчика, который подходил ко мне у костра. Но про то, что мальчик необычный, Каэр знал ещё до моего рассказа, – поспешила я снять с себя хотя бы часть ответственности. – Он сам сказал, что мальчишку сложно поймать. Значит, кто-то видел Тиана раньше.
Сайрен снова повернулся к сыну.
– Ты играешь с огнём, мальчишка.
– Я не играю с огнём.
– Ты буквально это делаешь! Тебе запрещено появляться в замке. Мы договаривались!
Я совсем было открыла рот, чтобы сказать, что мальчик в замке не просто появляется, а практически снимает жильё без регистрации. Судя по тому, как однажды я обнаружила его у себя в постели. Но Тиан бросил на меня короткий взгляд из-под чёлки – внимательный и совершенно не детский. Я его поняла.
Невысказанное знание – актив. А активами не разбрасываются без необходимости.
Пока они препирались, я наблюдала за Сайреном и делала пометки. Он повышал голос, ругал, запрещал, повторял «мы договорились». И не имел ни одного настоящего рычага давления на ребёнка. Так ругают подчинённого, которого нельзя уволить и нечем мотивировать – громко и без последствий. Сайрен не владел ситуацией.
Ещё я заметила другое.
За весь разговор ни разу не прозвучало имя матери.
Зато имя Каэра звучало достаточно часто, чтобы понять: Сайрен считал собственного брата не тем, кому можно доверить проблему, а частью самой проблемы.
Это было уже интереснее.
Мальчик доел свою порцию, заглянул в котелок и начал коситься на мою миску. Я продержалась совсем недолго, потом, вздохнув, отдала ему остатки похлёбки.
– Ты теперь по-другому пахнешь, – доверительно сообщил он мне, словно в награду за отнятый ужин-завтрак.
– Наверное. Чёрным дымом, потом и грязью. А вовсе не духами.
– Намного лучше, – серьёзно кивнул Тиан.
Потом он зевнул так широко, что едва не вывихнул челюсть. Сайрен снял с плеч плащ и бросил его сыну.
– Всё, спать.
– Я за пару минут найду сотню мест, где могу поспать гораздо удобнее, чем здесь…
Через минуту он уже сопел, нырнув под дорожный плащ отца с головой.
Я посмотрела на Сайрена.
– Молчи, – мрачно попросил он, собирая котелок и наши миски. – Пойду вымою.
Он направился к ручью. Наверное, каждому родителю иногда надо дать помыть посуду в одиночестве. Но я разрывалась.
С одной стороны, я обещала себе не выпускать Сайрена из виду. С другой – вот лежит ребёнок, явно связанный с несколькими тайнами замка, о которых мне хотелось расспросить его наедине.
Приоритеты – основа управления кризисом. Иногда приходится выбирать между потенциально подменённым драконом и шестилетним свидетелем.
Я выбрала свидетеля и присела рядом:
– Тиан.
Один серый глаз недовольно приоткрылся.
– М-м?
– Ты знаешь Эйрана?
Второй глаз тоже приоткрылся, мальчик обернулся ко мне:
– А ты его знаешь?
Интересная реакция. Вопросом на вопрос обычно отвечают, когда сначала хотят понять, сколько знает собеседник.
– Знаю. Он был моим стражником.
Тиан сел, а потом рассмеялся.
– Эйран? Это вряд ли. Он бы не стал никого охранять.
Очень полезная информация после того, как этот человек несколько дней подряд уверял меня, что именно этим и занимается. Видимо, Тиан знал другого Эйрана. Того, который не станет никого охранять
– Но мне он нравится, – добавил Тиан. – С ним весело. И он не задирает нос.
– Эйран – дракон? – выпалила я самое важное.
– Он странный, – протянул Тиан, наморщив лоб, и пожал плечами. – Драконов я чувствую. Людей нет. А его… не знаю.
Это был первый ответ про Эйрана от того, кто его знал, за всё время. И он не добавил информации, а сделал всё ещё хуже.
– Значит, человек?
Тиан посмотрел на меня так, словно вопрос был глупым.
– Нет. – Ответ прозвучал уверенно. – Он точно не человек.
Вот так. Устами ребёнка. Не дракон и не человек. Надо бы уточнить, кто ещё водится в этом мире: маги, эльфы, гоблины… Эйран, впрочем, больше тянул повадками на вампира.
С ручья донёсся плеск, Сайрен был ещё там, но время заканчивалось. Тиан снова начал укладываться.
– А как ты нашёл Риана?
– Кого?
– Слепого мужчину. Запертого в замке.
– А, слепого! – Он сразу расслабился, а у меня внутри что-то сжалось. – Я просто почувствовал запах еды за стеной и перенёсся.
– И ты не знаешь, кто он?
– Он хороший, всегда делится едой и не задаёт лишних вопросов.
Понятно. По детской системе оценки благонадёжности Риан прошёл полный аудит.
– А что? Он кто-то важный?
Сзади хрустнула ветка. Сайрен возвращался.
– Да нет. Неважно. Забудь.
Тиан одарил меня выразительным взглядом, а потом беспечно улыбнулся:
– Хочешь, покажу, как я могу?
– Тиан, – сказал Сайрен предупреждающе, появляясь из-за деревьев.
Поздно. Мальчик вскочил, отбежал на пару шагов и закрыл глаза. Дым был серый, лёгкий, как из костра, и его было совсем мало. Он не рос вверх, не скрывал деревьев, не заставлял меня пятиться к стволу. Слегка закрутился и опал.
На траве сидел дракончик. Размером с очень большую собаку – такую, которая в лифт помещается только одна. Чешуя цвета мокрого песка, крылья ещё не по росту бледно-фиолетовые, слишком большие лапы и длинный тонкий хвост. И серые озорные глаза. Дракончик открыл пасть, и оттуда вырвался звук, который у большого дракона был бы рёвом, а у этого получился как гудок поезда вдалеке.
Я засмеялась. Впервые за два дня – по-настоящему.
Сайрен вздохнул и закатил глаза.
– Вот вечно ты торопишься. Нормальные дракончики набирают силу, а потом начинают обращаться. Так и останешься размером с верховую лошадь.
Дракончик обиженно фыркнул, и через секунду на траве снова сидел мальчик, зевающий во весь рот.
– Зато я превратился раньше тебя, – сказал он задиристо, добрёл до своей постели и завалился на бок.
Он уснул в ту же минуту, завернувшись в отцовский плащ, как в кокон. Конкуренция «а я раньше превратился в дракона» была мне незнакома, но по интонации ничем не отличалась от обычного «а я раньше научился кататься на велосипеде», «а у меня раньше начали расти усы».
Заря уже разгоралась вовсю. Я расстелила свой одолженный плащ на траве и подвинулась, приглашая Сайрена лечь рядом. Он лёг и впервые за всю дорогу не сказал ничего двусмысленного. Это говорило о его текущем состоянии больше любых слов.
До сегодняшнего утра он казался мне драконом, которого почти невозможно застать угрюмым или серьёзным.
Теперь рядом с нами лежал его секрет. Маленький и сероглазый, способный исчезнуть в любую секунду. Раскрыв его мне, Сайрен вдруг стал уязвимым.
Мы лежали на спинах и наблюдали, как качаются верхушки деревьев.
– Где его мать?
Он долго молчал.
– Уже умерла.
– Ох, прости. Давно?
– Около десяти лет назад.
Я приподнялась на локтях. Посмотрела на спящего мальчика. На Сайрена. Снова на мальчика. Ему было от силы семь. Скорее шесть.
– Я не понимаю.
– Ах да. – Он неопределенно махнул рукой. – Это человеческие дети растут быстро, как котята. Дети драконов растут очень медленно. Первые лет пять они почти беспомощны. Потом быстро учатся ходить и говорить, а дальше взросление снова замедляется. Детство у драконов тянется десятилетиями. До настоящей силы ещё дальше, а некоторые не могут полноценно обращаться почти до ста лет.
Что-то не щёлкало у меня в голове. Вроде слова понятные, а смысл ускользал. Я села и провела рукой по лицу, чтобы отогнать сонливость.
– До ста?
– Тиан ранний. Он вообще всё делал раньше обычного. Рано заговорил. Рано получил дар. Рано начал оборачиваться. Всё время спешит.
Ребёнок спал, сунув ладонь под щёку, как спал сам Сайрен вчера в пещере, и на его губе в такт дыханию надувался крошечный пузырь слюны.
– Сколько ему лет, Сайрен?
– Ему шестьдесят четыре.
Кажется, мой мозг только что официально отказался обслуживать этот мир.
