Текст книги "Заставь богов смеяться (СИ)"
Автор книги: Ксения Власова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)
«Весьма шустрого и взбешенного осьминога», – мимоходом отметила Эмили.
Времени на размышления не оставалось. Помня о том, что голова чудовища им нужна целой и невредимой, Эмили выстрелила в грудную клетку Горгоны – сердце у таких тварей выполняло ту же функцию, что и у людей. Параллельно с этим раздалась пулеметная очередь Аллистера. Спустя мгновение с губ Эмили сорвалось проклятие, которое повторил Смит. Конечно, тот не смог молча наблюдать за происходящим, но сейчас у нее не было возможности препираться на этот счет. Оказавшись рядом, он тоже взял в руки оружие. Вот только целился Смит в шею, как догадалась Эмили, в район сонной артерии. Однако прочные чешуйки, на манер пуленепробиваемой брони, покрывали все тело Горгоны, делая ее практически неуязвимым.
Еще раз чертыхнувшись, Эмили отбросила винтовку и крикнула Смиту:
– Это бесполезно! Дай мне пилу!
Не споря, тот рывком сорвал со своего плеча лазерную пилу, которую вызвался тащить на себе, и бросил ее Эмили. Сам же упрямо продолжал обстреливать Горгону, настойчиво ища в ее защите слабое место.
Эмили, ухватив пилу за высокую рукоятку, навелаее на шею монстра, но не успела активизировать лазерный луч. Чудовище достигло ловушки и запуталось в хитро сплетенной веревке, растянутой между ущельем. Звериный рев из сине-зеленой груди оглушал сильнее взрывной волны и перекликался с направленным огнем из красных глаз. Мощность огненной струи была такой, что плавила даже камни. Из укрытия, откуда отстреливался Аллистер, раздался панический вопль. Эмили с ужасом увидела, как каменный выступ, за которым прятался ее напарник, рассыпался кучкой пепла, а сам он вместе с лавиной из камней и щебня, скатился вниз, прямо под щупальца Горгоны.
На мгновение Эмили задержала дыхание, моля Всевышнего, о котором вспомнила впервые за много лет, о том, чтобы Аллистер остался жив. В эту минуту, словно пользуясь короткой заминкой, на сцене появилось новое действующее лицо.
– Я Персей! Сын Громовержца Зевса и Прекрасной Данаи! Покорись мне, чудовище! – возопил совсем молоденький парнишка. Ему наверняка не исполнилось еще и восемнадцати. Он выглядел испуганным, но его голос ни разу не дрогнул. А вот колени откровенно плясали под дешевым хитоном. Эмили это было хорошо видно даже с такой высоты.
Ей захотелось истерически расхохотаться – уж очень нелепой получилась ситуация. Только вот момент не располагал к смеху: операция была под угрозой срыва.
Из-под щупалец Горгоны выкатился живой, хоть и весьма потрепанный Аллистер и, схватив за грудки размахивающего мечом парнишку, утащил его в сторону виднеющейся в горе расщелины.
Эмили перехватила пилу поудобнее – металлическая ручка скользила в потных ладонях, – и, не раздумывая, навела оружие на шею Горгоны, надеясь отрезать той голову, а если не получится, то хотя бы переключить ее внимание на себя.
Лазерный луч сорвался с пилы и прорезал чешую чудовища, обнажив тонкую полоску кожи. Эмили закусила губу и попыталась повторить успех, но разъяренная болью Горгона заметалась по ущелью, выискивая взглядом своего обидчика. Скалы содрогнулись, на илистое дно полетели сорвавшиеся с гор огромные валуны. В паре шагов пронеслась огненная струя. Прикрыв глаза от слепящего пламени и жара, Эмили укрылась за каменным выступом.
«Стреляет огнем навскидку. Шанс есть!» – решила она.
Переведя дыхание, Эмили снова собралась высунуться из убежища и продолжить схватку, но не успела – остановил яростный окрик Смита.
– Стой, сумасшедшая! В головешку превратишься!
– Только вначале я отпилю ей башку! – отпарировала Эмили.
На плечо легла тяжелая рука Смита:
– Бриг, я знаю, что все пошло не по плану.
– Никогда ничего не идет по плану!
– Именно поэтому сейчас мы сработаем, как напарники. Внизу Макинтош и тот парнишка из местных жителей нуждаются в помощи.
От слов Смита в душе у Эмили все похолодело. И без того было ясно, что сейчас вся их команда на волоске от гибели, но высказанная вслух опасность обрела еще большую реальность. Она вскинула глаза на Смита.
– Твои предложения?
Несмотря на смертельную угрозу, тот ободряюще улыбнулся в ответ:
– Я спущусь вниз и отвлеку Горгону. Если получится – свяжу ей ноги, или как их там… В общем, дам тебе возможность воспользоваться шансом и отрезать этой твари голову. По рукам?
Эмили, не мигая, смотрела на протянутую руку Смита. Казалось, что никогда она еще не принимала решение так быстро. В логике Смиту не откажешь: то, что он предлагал, определенно, имело смысл. Более того, вероятность успеха его плана была существенного выше того, что Эмили уже успела составить для себя. Только одного не учел Смит – она не могла рисковать жизнью проверяющего ни при каком раскладе. Они с Аллистером – «полевые» агенты. У них в контракте оговорены даже условия похорон. А вот за гибель Смита спустят три шкуры, причем не с нее, а с Дэна. Страшно представить, через какие круги ада придется ему пройти, чтобы оправдаться перед большими боссами. В свете намечающейся неразберихи в Конторе и к уголовной ответственности могут привлечь. Меньше всего начальство будет волновать, что их проверяющий сам выступил с инициативой поучаствовать в «полевых» операциях.
«Дэн, столько сделавший для нее, за решеткой? Немыслимо…»
Она не даст погибнуть Аллистеру и парнишке из местных – здесь осечки не выйдет. Так что выбор нужно сделать между собственной безопасностью и безопасностью проверяющего…
– Хорошо.
Эмили положила свою правую руку поверх раскрытой ладони Смита. Он с облегчением кивнул, уголки губ дрогнули и поползли вверх, обнажая улыбку, кажется, впервые за сегодняшний день искреннюю. Впрочем, о последнем Эмили не могла сказать наверняка, потому что в этот момент ее левый кулак с силой врезался в висок Смита, надолго вырубая того из действительности.
Успев подхватить осевшее тело, она виновато прошептала:
– Я не могу поступить иначе. Ты не похож на человека, которого легко переубедить. А времени на споры у меня нет.
Оставив Смита «отдыхать» на полу их импровизированного укрытия, Эмили выглянула из-за горного выступа и убедилась, что Горгона находится совсем рядом.
С криком, призванным внушить ей самой смелость, а Аллистера поставить в известность о своем плане, Эмили с размаха прыгнула на Горгону. Больно стукнувшись о броню монстра, так, что от удара потемнело в глазах, она изо всех сил уцепилась за слизкие сине-зеленые чешуйки, покрывающие кожу твари. Не тратя времени на сомнения, Эмили начала карабкаться по чешуйкам, как до этого она взбиралась по склону скалы, все ближе подбираясь к шее Горгоны – к тому месту, где лазерная пила оставила порез на теле чудовища и обнажила беззащитный кусочек кожи возле сонной артерии.
Эмили понимала, что проще и безопаснее будет перерезать глотку чудовищу лазерной пилой, но за время, потраченное на попытки достать до «ахиллесовой пяты» Горгоны с безопасного расстояния, та, раззадоренная болью, наверняка уничтожит и Аллистера, и парнишку, так не вовремя решившего стать героем.
Болтаясь на шее у пресловутой Горгоны и намереваясь перерезать ее сонную артерию обычным клинком, Эмили впервые за все время работы подумала, что едва ли увидит окончание «операции», но дожить до счастливой старости она никогда и не планировала.
Горгона завертелась на месте. Когтистая лапа прошла по предплечью совсем рядом с ней, но не зацепила ее: Эмили просто проскользнула между длинными ногтями-саблями.
Эмили, держась левой рукой за чешую чудовища, правой вытащила из ножен меч. В этот момент одна из шипящих на голове Горгоны змея спустилась вниз и распахнула алеющую пасть с острыми зубами, дыхнув зловонием. Эмили приготовилась к ядовитому укусу и взрыву боли, рассчитывая, хоть и посмертно, но выполнить поставленную задачу. Не из уважения к начальству, а из-за желания спасти ребят. И, пожалуй, из-за какого-то чистого упрямства, вечно приносящего ей проблемы.
Неожиданно раздавшийся новый взрыв заставил Горгону отклониться назад и почти упасть на спину; в морду монстра полетели сорвавшиеся с гор обломки скал. Наверное, именно это ненадолго отвлекло змей. Эмили мысленно поблагодарила Аллистера за вовремя использованный второй снаряд и не преминула воспользоваться полученным шансом: краткого момента хватило, чтобы парой ударов перерезать бьющуюся у шеи Горгоны голубую жилку.
Чудовище дернулось, змеи на его голове в панике зашипели, из красных глаз в последний раз вырвалось испепеляющее пламя. Из перерезанной артерии била синяя кровь. Именно, что била, а не текла – видимо, у твари именно это место и являлось «ахиллесовой пятой», как правильно догадался Смит. Смерть наступила почти мгновенно. Покачнувшись, Горгона с протяжным хрипом рухнула на дно ущелья.
Эмили ненадолго отключилась, но когда открыла глаза, то обнаружила себя живой и относительно невредимой. Даже боль во всем теле от многочисленных ударов и ссадин затмило собой осознание того, насколько сильно ей повезло: упасть с такой высоты и ничего себе не сломать – фантастика! Еще сильнее в собственной счастливой звезде, которая светила ей сегодня особенно ярко, Эмили убедилась, обнаружив на коже рук и плеч сразу несколько оскаливших пасть дохлых змей – они так и не успели пустить в ход клыки. Содрогнувшись от ужаса, Эмили поторопилась вылезти из-под клубка мерзких пресмыкающихся, которые, к их чести, смягчили ее падение и, возможно, сами того не желая, спасли ей жизнь.
Оказавшись на свободе, Эмили уперлась руками в коленки и закашляла. В груди саднило, ребра болели адски, но делая жадные, глубокие вдохи она мысленно благодарила небеса за свое спасение. Подняв глаза, она заметила, что к ней уже бежал Аллистер. За ним, не отставая, спешил худой, невысокий парнишка.
«Кажется, несостоявшийся герой назвался Персеем…»
– Бриг, ты живая? – заорал Аллистер еще издали.
Она молча махнула рукой, пытаясь отдышаться.
Аллистер поравнялся с ней, окинул ее быстрым тревожным взглядом и с облегчением выдохнул, утирая пот с лысины:
– Ну и напугала ты меня, Эм… Великая Афина! – исправился Аллистер, заметив любопытный блеск в глазах спасенного общими усилиями парнишки.
– Все шло по плану… Гермес, – выдохнула Эмили и вздрогнула, услышав насмешливый голос Смита за своей спиной:
– Да-а-а, план был что надо. В стиле Афины – богини мудрости.
– И войны, – не оборачиваясь, огрызнулась Эмили.
– Точно. Как-то все время забываю об этой детали.
– А вы кто? – с любопытством спросил Персей. Он с все возрастающим интересом рассматривал Смита и, Эмили была уверена, что парень пытался запомнить каждую деталь: и черные джинсы, и кожаную куртку, и даже ботинки из натуральной кожи.
«Чертов Смит! Тяжело было переодеться перед началом операции?!»
– А это наш дальний родственник! – поспешно вклинился Аллистер. – Очень-очень дальний…
– А почему он так странно выглядит? – шепнул парнишка, продолжая таращиться.
– Наш новоявленный родственник в Столице первый день, – хмыкнула Эмили и сложила руки на груди. – Еще не освоился в свете, не уловил модные тенденции этого сезона.
– А-а-а, – непонимающе протянул Персей. – А почему тогда…
– Ну хватит! – перебил его Аллистер, видимо, смекнувший, что разговор может затянуться. – Ладно, скажу тебе правду, но только молчи об этом. Короче, перед тобой новый любовник Афродиты. Его зовут Арес, и он у нас в гостях. Как голубки налюбуются – отправится домой. Понял? И никому ни слова, иначе кузнец Гефест устроит жене сцену ревности.
На этот раз объяснение Персея вполне устроило. Парень быстро и мелко закивал, радостно улыбаясь во все лицо. Эмили молча возвела глаза к небу, Смит за ее спиной сдавленно закашлялся.
– Ладно, пацан, лучше скажи, что сам тут забыл? – Эмили решила взять инициативу в свои руки.
– Я пришел спасти Сиракузы и убить Медузу Горгону, – горделиво ответил тот и выставил вперед впалую грудь.
Под скептическим взглядом Аллистера он стушевался, опустил в землю плутоватые карие глаза и неуверенно пробормотал:
– Я же не знал… что у Богов на эту тварь свои планы…
– А Зевса зачем приплел? – вспомнила Эмили.
– Ну… никто же не докажет… – не стал отпираться Персей. – Называюсь сыном Громовержца, кто-то верит, кто-то нет, но вреда еще ни разу не было…
– Понятно… – протянула она и, ухватив парнишку за ухо, больно потянула его наверх.
– А-а-а-а! За что?!
– За вранье и поклеп на Зевса! Нечего впутывать Богов в свои махинации, ясно?
– А-а-а! Хорошо, как скажет Великая и Мудрая Афина!
Эмили выпустила из пальцев красное ухо Персея, с удовольствием наблюдая, как оно наливается багровым цветом и увеличивается в размерах. Задавать трепку зарвавшимся мальцам Эмили умела. Имелся подобный опыт.
– Ладно, – неловко хохотнул Аллистер. – Давай так, Персей. Ты молчишь о том, что здесь видел, мы не выдаем тебя Зевсу. Он, знаешь ли, не любит навязанных ему детишек. Алименты и все дела…
– У меня есть идея получше, – негромко проговорил молчавший до этого Смит. – Скажи, Персей, твои родные и друзья в курсе, что ты отправился сражаться с Горгоной?
– Да, – шмыгнул носом тот. – Я обещал принести ее голову в качестве доказательств.
Эмили догадалась, куда клонит Смит, и задумчиво куснула губу.
«Неплохая идея», – неохотно призналась она.
Озвучивать свои мысли Эмили не решилась. Она даже в глаза Смиту опасалась смотреть. Вряд ли она увидит в них что-то для себя оптимистичное.
«Странно, что Смит не предъявил претензий сразу. Не везде же его встречают кулаком в лицо?» – Теперь, когда азарт боя угас, собственный поступок виделся в несколько ином свете и уже не казался таким логичным.
– Пацан, голову Горгоны мы тебе отдать не можем. Ты ее и не утащишь, – после паузы медленно произнесла Эмили, осторожно подбирая слова. – Но ты можешь сказать своим родным, что победил чудовище с помощью Афины и Гермеса. Намекни им, что Боги покровительствовали тебе. Уж с сочинением легенды у тебя не должно возникнуть сложностей, сын Зевса.
Перепачканное грязью смуглое лицо Персея озарила ликующая улыбка, но коварный блеск в его наглых глазах все подпортил:
– А одолжите что-нибудь из своей одежды? Чтобы никто не посмел усомниться в правдивости моего рассказа!
Эмили поморщилась, но решила, что ради общего дела мелкое вымогательство можно и спустить с рук.
– Где наши сумки? – Она вопросительно посмотрела на Аллистера.
Спустя пятнадцать минут новоявленный обладатель шлема Афины и сандалий Гермеса (Аллистер категорически отказался пожертвовать мелкому паршивцу хитон, пришлось тому довольствоваться обувью) спешно покидал ущелье. Себе под нос он бубнил только что заученную историю о том, как сразил Горгону.
– Наверняка, заложит наши вещички первому же скупщику! – недовольно буркнул Аллистер.
– Думаю, не первому, – не согласилась Эмили. – Парень не прогадает, по дешевке не продаст.
– Значит, вот так и проходят «полевые операции»? – вмешался Смит, и Эмили вновь стало неуютно. В голове замельтешили мысли о том, что ей не избежать тяжелого разговора с начальством.
«И как бы объяснить все, не приплетая Дэна?»
– Да, – просто ответила она. – Мы получаем сигнал забрать артефакт и уничтожить опасную тварь, созданную чьей-то больной фантазией.
– Неизвестно, кем созданную. Неизвестно, с какими целями, – вставил Аллистер.
Эмили промолчала. Добавить было нечего: никто из них, действительно, до конца не знал своей миссии. Каждый обладал лишь кусочком информации.
– В данном случае артефакт – это сама голова Горгоны, – негромко сказала Эмили и, по-прежнему не смотря в лицо Смиту, закончила: – В общем, ничего интересного.
– Да, весьма скучная работенка, – с иронией протянул тот и скомандовал: – Давайте доведем дело до конца и вернемся на лайнер.
Эмили окинула себя быстрым взглядом: белый хитон почернел, ткань местами разодрана в клочья; на руках и ногах сплошные синяки, ушибы и царапины, лицо и волосы в грязи. Вздохнув, она подумала о том, что им еще предстоит отпиливать голову Медузе Горгоне и тащить артефакт на «Олимп». При мысли об этом с губ едва не сорвался тяжкий вздох, но она его успешно подавила. Бросив быстрый взгляд на Смита, она на секунду встретилась с ним глазами. Этого хватило, чтобы понять: проверяющий прекрасно запомнил момент удара по голове и, несмотря на то, что пока молчит об этом, скоро предъявит счет.
Во всем случившемся Эмили нашла только один плюс: она наконец-то избавилась от ненавистного шлема Афины. Кажется, навсегда.
***
– Так значит, вам пришлось вызвать исследовательский корабль, чтобы переместить голову Горгоны на лайнер?
– Да. – Эмили резко выдохнула, перенесла вес всего тела на левую ногу и в высоком прыжке ударила правой в грудную клетку Уолта.
Он не успел увернуться и с негромким стоном рухнул на мат, сгруппировавшись перед падением. Эмили вернулась в боевую стойку, с сочувствием посмотрела на поверженного противника и, продолжая прерванный разговор, пояснила:
– Горгона оказалась куда крупнее, чем мы предполагали изначально. Ее голова просто не поместилась бы в машину-переходник. Разве только в том случае, если бы мы распилили ее змеиную башку на сувениры… но, сам понимаешь, никто нам такого разрешения не давал.
Уолт мотнул головой, и, слегка скривившись, потер ушибленную грудь. Уже через мгновение он вскочил на ноги и занял оборонительную позицию напротив Эмили
В спортивном зале кроме них двоих никого не было. В просторном помещении, уставленном разнообразными и многочисленными тренажерами, бесшумно работали кондиционеры, которые не только поддерживали комфортную температуру, но и разбавляли душную атмосферу комнаты рекомендованной экспертами дозой озона, кислорода и фитонцидов, имитируя тем самым полезный «лесной воздух». Мощные лампы, равномерно распределенные по высокому белому потолку, создавали в зале, полностью лишенном окон, иллюзию дневного света. Впрочем, даже их наличие едва ли что-то бы изменило – на Элладу неспешно опускалась ночь. Наручные часы Эмили показывали без пятнадцати полночь. Время было уже позднее, но, несмотря на насыщенный событиями день, она не чувствовала усталости. Словно организм, настроившийся на опасность, решил работать в режиме нон-стоп. Даже после написания подробного отчета о проделанном задании сна не было ни в одном глазу, а ведь бумажная волокита всегда наводила на Эмили дремотную скуку. Чувствуя, что напряжение никак не хочет ее отпускать, Эмили решила направить свои эмоции в иное русло. Натянув на себя одежду для тренировок, она как раз закрывала дверь своей каюты, когда Уолт, вернувшийся с задания, напротив – только открывал свою. Эмили не стала сопротивляться, когда тот предложил составить ей компанию.
Теперь они, облаченные в белые кимоно, кружили друг напротив друга, скользя по мату босыми ступнями. На коленках и локтях у них поблескивали протекторы – обычная мера предосторожности от растяжений и ушибов. Головы защищали небольшие шлемы.
– И как тебе совместное задание с проверяющим? – поинтересовался Уолт и перешел в наступление.
– Терпимо, – сдержанно ответила Эмили и, увернувшись от удара, обманным маневром отвлекла внимание соперника, а затем, резко сократив расстояние между ними, провела контрприем – блокировала ногу Уолта подножкой и сильным рывком опрокинула того на мат.
– Все-таки кёкусинкай – не мой вид единоборств, – со вздохом заметил Уолт. Он стянул с головы шлем, но не предпринял попытки встать.
Эмили пожала плечами:
– У каждого из нас есть сильные и слабые стороны. Это нормально. – Она протянула руку и помогла ему подняться.
– Ты не думаешь, что на сегодня хватит? – Уолт с беспокойством заглянул ей в глаза.
Эмили промолчала, раздумывая над ответом. Почему-то сейчас забота Уолта раздражала. Казалось, он таким образом подталкивает ее к каким-то действиям.
«Будто хитростью заставляет подпустить к себе ближе», – поняла она.
Раздавшийся совсем рядом голос прервал ее размышления и заставил вздрогнуть.
– По-моему, хватит только одному из вас. Судя по боевому настроению Бриг, она готова продолжать. – Эмили, даже не оборачиваясь, узнала дерзкую интонацию Смита и вздохнула: вечер обещал быть долгим. – А раз так, то не пора ли… сменить партнера?
Он сделал ударение на последнее слово, и Эмили поморщилась от того, как двусмысленно прозвучало предложение. Она обернулась и смерила наглеца уничтожающим, как надеялась, взглядом. Смит, одетый в черное кимоно, обаятельно улыбнулся в ответ.
Эмили кольнуло разочарование. Смит, которого она увидела на задании, начал вызывать симпатию, в то время как Смит – ловелас лишь раздражал. Но гадать, кто из них фальшивка, а кто – настоящий, было бы глупо.
– Капитан Смит, мы как раз собирались разойтись. – Уолт поспешно перешагнул ограждение из натянутых канатов, которое отделяло основную часть спортзала от той, где были разложены маты для тренировок техник ближнего боя. С несколько напряженной улыбкой он направился к Смиту и, намеренно или нет, преградил тому дорогу.
Смит смерил возникшее «препятствие» оценивающим взглядом, после чего растянул губы в дружеской улыбке, абсолютно не задевшей его глаза, и, приятельски хлопнув Уолта по спине, спокойно обошел его. Затем небрежно наступил носками на пятки собственных черных кроссовок и, не нагибаясь, разулся. Уже босыми ногами он ступил на упругую поверхность мата.
Эмили скрестила руки на груди и молча наблюдала за ним. Она так и не пояснила, зачем выключила его из схватки с Горгоной. Не то, чтобы на это не нашлось времени или возможности – и первого, и второго было в избытке. Эмили и сама до конца не понимала, почему тянет с беседой. Чутье подсказывало, что Смит опасный соперник, и именно осторожность вкупе с недоверием заставляли избегать его компании.
Эмили склонила голову набок и выжидающе посмотрела на Смита. Тот ответил не менее изучающим взглядом, и опасный огонек в его глазах не смогла скрыть даже привычная широкая улыбка.
– Вообще-то, – после небольшой паузы протянула Эмили, – из всех видов единоборств я предпочитаю кёкусинкай.
Среди агентов мало кто всерьез относился к этой почти забытой практике, с куда большим интересом акцентируя свое внимание на более современных течениях и направлениях, поэтому она едва удержала на лице выражение вежливого интереса, услышав ответ.
– Значит, наши вкусы схожи, Бриг. – Смит ухмыльнулся и шагнул вперед. Теперь он был в нескольких дюймах от нее. – Счастливое совпадение, не так ли?
«Какого черта тебе от меня нужно?!»
Они стояли друг напротив друга. Как два дуэлянта, решившие обменяться парой слов перед боем. Эмили казалось, что еще немного и воздух затрещит от напряжения.
В голосе Смита (она могла поклясться!) помимо напускного дружелюбия настойчиво сквозил вызов, приправленный едва уловимой насмешкой. Эмили не знала правил затеянной игры, но чувствовала – она уже началась. Можно было, конечно, сделать вид, что брошенная в лицо перчатка осталась незамеченной, но жизнь научила, что трусость – худшее человеческое качество. Полуобернувшись, Эмили бросила растерянно наблюдающему за их разговором Уолту:
– Я, пожалуй, еще немного потренируюсь. Не жди меня.
Уолт явно не ожидал подобного поворота событий. Он неловко переступил с ноги на ногу и неожиданно возразил:
– Прекрасно. Я как раз подумал, что мне не мешало бы поупражняться в боксе, – с этими словами он отошел от отгороженного участка с разложенными на полу матами к висевшей немного поодаль груше.
– Какой настойчивый малый. – Смит проводил Уолта долгим взглядом. – Мне казалось, Бриг, такие тебе не по душе.
И вновь в душе все сжалось от страха. Смит вел себя так, словно знал о ней больше, чем говорил.
«Неужели докопался до моего прошлого? Почему тогда ничего не предпринимает?»
– Не путай настойчивость с излишней наглостью, – медленно проговорила она.
Эмили отошла на пару шагов, восстанавливая предписанную правилами дистанцию между противниками, и уже хотела перейти к короткому ритуальному поклону, но в этот момент заметила, что Смит проигнорировал протекторы и шлем. Нахмурившись, она кивнула на пол – в сторону оставленных Уолтом вещей. Смит поймал ее взгляд и покачал головой:
– Предпочитаю встречать опасность с открытым забралом.
– Переломов не боишься?
– Не переоценивай себя, Бриг.
Эти слова, сказанные неожиданно холодным тоном, заставили внутренне собраться. Дернув за крепление своего шлема, она стянула его с головы и резко отбросила в сторону. Волосы рассыпались по плечам, и Эмили убрала их в хвост, закрепив тонким кожаным шнурком, который до этого оплетал ее запястье. Она с удовольствием отметила удивление на лице проверяющего и, отстегнув протекторы, с вызовом отбросила их в сторону. Смит ответил мрачным, предупреждающим взглядом, но промолчал. На мгновение показалось, что она услышала удар гонга, возвещающий о начале боя. Тряхнув головой, Эмили склонилась в ритуальном приветствии и медленно заскользила по мату, не торопясь наносить удар первой. Ее противник тоже не спешил. Они выжидающе кружили друг напротив друга. Эмили не выдержала первой. Мощный удар правой руки рассек воздух в паре дюймов от груди Смита. Тот с легкостью увернулся и одобрительно хмыкнул:
– Рад, что ты одинаково хорошо бьешь и правой, и левой. Твоему другу стоило бы брать с тебя пример.
Эмили не обернулась и не отвела глаз – слишком дорого сейчас ей могло обойтись любопытство. По звуку сильных, почти непрерывных ударов, она поняла, что Уолт безостановочно молотит грушу, срывая на ней раздражение.
«Странно, не замечала за ним склонности к агрессии. Что эти двое не поделили?»
Отклонившись назад и успешно блокировав прием, Эмили огрызнулась:
– Уолт – абсолютный чемпион по боксу. Так что не могу разделить твоей иронии.
– Сейчас груша не может ему ответить, так что поверю тебе на слово. – Последнюю фразу Смит буквально выплюнул, потому что Эмили все же поднырнула под его защиту и сильным ударом ноги заставила покачнуться.
Смит сориентировался моментально и быстро вернул потерянное равновесие. Хищно улыбнувшись, он прошелся кончиком языка по уголку губ и, словно обращаясь не к ней, а к себе, задумчиво заметил:
– Но стоит ли чего-то твое слово?
На мгновение Эмили растерялась и замерла, не понимая, к чему ведет ее соперник.
«Намекает на мое прошлое? Угрожает? Просто треплется?»
В этот миг Смит наконец перешел в наступление. Его движения были точны и выверены, удары – молниеносны. Отступая, Эмили с тревогой поняла, что только сейчас он включился в бой в полную силу. От резких, сильных выпадов свистел воздух. Эмили едва успевала ставить блоки. Краем сознания она отметила, что исчез глухой звук, с которым Уолт колотил грушу. Боковым зрением она уловила движение – Уолт вплотную подошел к ограждению и замер возле натянутых веревок. Затылок горел от его тревожного взгляда, но Эмили не могла позволить себе отвлечься. Неожиданно этот бой стал для нее очень важен. В победе стал видеться какой-то другой, более сакральный смысл.
Смит подпустил ее к себе слишком близко, и Эмили не преминула воспользоваться полученной возможностью. Рывком она сократила их дистанцию и нанесла точный удар под ребра. Услышав рваный выдох соперника, Эмили быстро взяла в захват его ногу своими, намереваясь одним броском опрокинуть Смита на спину, но не успела. Сильные руки прижали ее к разгоряченному схваткой мужскому телу, лишая шанса нанести удар. Эмили оказалась в ловушке: спина прижата к груди Смита, мертвый захват не позволяет пошевелиться. Горячий шепот, выдохнутый сквозь стиснутые зубы, обжег шею сзади и заставил чувствительную кожу покрыться мурашками:
– Неплохо, Бриг, – сделав паузу, Смит ловко увернулся от ее попытки провести удар ногой с последующей за этим подножкой и резко добавил: – Но недостаточно хорошо.
В глазах Эмили на мгновение помутнело. Верх ушел вниз, потолок поменялся местами с полом. Она на секунду прикрыла глаза, а распахнув их, обнаружила себя лежащей спиной на мате. Над ней возвышался Смит. Его непроницаемый взгляд заставил замереть, как кролика перед удавом:
– Стоит тщательнее выбирать противников, Бриг.
Эмили растерянно посмотрела ему в глаза. Она считалась одним из лучших бойцов, и мысль, что кто-то мог взять над ней вверх, казалась кощунственной. Безмолвно чертыхнувшись одними губами, Эмили хотела рывком подняться, когда увидела перед собой раскрытую ладонь Смита. Поколебавшись мгновение, она приняла его помощь и быстро встала с пола. Спину немного саднило от ушиба – Эмили не успела сгруппироваться перед падением.
– Звучит как угроза, – тихо заметила она.
Проверяющий удивил ее. По его лицу не расползлась привычная улыбка, с губ не сорвалась безобидная подколка. Вместо этого он отвел глаза от ее лица, посмотрел в сторону и негромко проговорил:
– Возможно. Но на самом деле это дружеское предупреждение, Бриг.
Эмили внутренне вздрогнула. Желудок затопило холодком. Закусив губу, она хотела спросить, что же именно тот имеет в виду, но деликатное покашливание Уолта все испортило. Такой разговор требовал отсутствия свидетелей.
– Ну что ж, благодарю за время, проведенное с пользой. – Смит тоже заметил, что за ними наблюдают. В его голосе снова появились обманчиво-мягкие, бархатистые нотки. – Доброй ночи, Норвуд. Приятных снов, Бриг.
Он легко сошел с мата, обулся и не торопясь покинул спортзал.
– Мне кажется, или что-то происходит? – обычно спокойный голос Уолта заметно вибрировал от волнения.
Эмили очнулась и отвела взгляд от удаляющейся спины Смита.
– Идет проверка. Теперь все время будет казаться, что что-то происходит, – проговорила она и, быстро попрощавшись, направилась к себе в каюту.
Простыни приятно холодили разгоряченную кожу, но сон не шел. В голове навязчивым рефреном звучали слова проверяющего. Попеременно то нарастая, то затихая, они жалили и зудели, как настойчивая мошкара. Эмили крутилась в постели, переворачиваясь с бока на бок. Вновь и вновь возвращаясь к разговору в спортзале, она пыталась правильно истолковать поведение Смита. Действительно ли он разнюхал о ее прошлом и теперь угрожает или пока лишь провоцирует, чтобы проверить свои подозрения?
«Как бы там ни было, но поговорить о случившемся в логове Горгоны все же придется. Мне не нужны проблемы».
С этой мыслью она наконец провалилась в тревожный и мутный сон, деталей которого совершенно не запомнила. Все что, тот оставил после себя – оглушающую пустоту и нарастающее беспокойство.
