Текст книги "Тени Предтеч (СИ)"

Автор книги: Козырев Виктор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 23 страниц)

– А ты хорошо наш язык выучил. Молодец. Без работы не останешься, – хмыкнул командир. – Только мой тебе совет, лети на более цивилизованную планету.

– Благодарю, господин старший офицер!

Командир кивнул и отошёл в сторону. За ним последовали солдаты. Наша троица облегчённо выдохнула.

– Так, а это кто тут шляется?! – послышался голос офицера.

Я высунул голову из кузова и побледнел. На точку сбора выходила группа Темиргалиева.

– Стволы быстро, – прошептал я.

Череп передал мне автомат, а сам взял свой. Жмых последовал нашему примеру.

– Одиночными, – предупредил я.

Когда мы вылезли, патрульные уже переводили своё оружие в боевой режим, а бойцы Темиргалиева и он сам ещё ничего не поняли.

– Огонь, – скомандовал я и мы выстрелили в спину имперским солдатам.

Двоих мы убили на месте, а вот командир, в последний момент что-то почуял и попытался увернуться. Заряд Жмыха ударил ему в плечо и опрокинул на землю. Я перевёл свой АК на офицера, но он уже перекатился с места и нырнул в небольшой кювет за шоссе.

Прикусив губу, я выругался сквозь зубы и пробежал чуточку вперёд. Командир тем временем оклемался и выстрелил в меня два раза, но ему явно мешало раненое плечо, поэтому заряды прошли мимо.

Я прибавил немного мощности на своём «калаше» и обстрелял издалека ту канаву, где хоронился старший офицер. Не убил, но судя по крикам сильно ранил. Дальше было ждать глупо, тем более что на горизонте замаячил какой-то местный транспорт и я бросился в кювет, доставая на ходу нож.

Командир лежал на спине и тяжело хрипел. Кожа на голове была содрана, а лёгкие, судя по всему, сожжены.

– Укол милосердия, – пробормотал я, перерезая офицеру горло.

Не сказать, что я сделал это из чистого гуманизма, но просто мы и так уже сильно нашумели.

– Кирьянов, ты с ума сошёл! – это выпалил подбежавший ко мне Темиргалиев.

– Имперский военный патруль засёк вас, – пожал я плечами. – Другого выбора не оставалось.

Лейтенант осёкся и глянул на убитого мной. В этот момент к нам подошёл рядовой Черепанов.

– Ариавас с напарником уже переоделись в форму, взяли под контроль участок дороги и спрашивают, что делать?

Я задумался и поневоле перевёл взгляд на Темиргалиева.

– А это кто такой? – спросил он.

– Полицейский, – вздохнул я.

Марсель коротко выругался, махнул нам рукой и мы пошли к его группе, ожидавшей нас неподалёку.

– Это был военный патруль? – спросил нас один из офицеров.

– Так точно, – отозвался я.

– Плохо, очень плохо. Будь у нас машина, можно было бы отвезти трупы поближе к Яанзифу, там ситуация в принципе не спокойная, но не из-за повстанцев, там свирепствует криминал, которым всё равно в кого стрелять в полицию или армию.

– Зови Ариаваса, – сказал я Черепу. – А я сейчас объясню, что здесь происходит.

Тут рванул с места. За ту минуту, которая потребовалась ему, чтобы вернуться с бывшим полицейским, я коротко рассказал Марселю, что здесь произошло, чем вверг его в небольшой ступор. К счастью, инициативу перехватил офицер, чьё звание соответствовало примерно нашему майору. Это был потолок для выходца из покорённых миров.

Он переговорил с Ариавасом и объяснил ему, что и как следует делать. Потом они сходили к напарнику местного копа и о чём-то заговорили.

– Ну ты даёшь Кирьянов, – с какой-то странной интонацией произнёс Темиргалиев. – Я тебе просто поражаюсь.

– Да чего такого-то? – не понял я.

– Везёт тебе. Как утопленнику.

Я непонимающе посмотрел на своего командира. Меня раздражало, то, что представители разведки редко что-то говорят напрямую, даже своим и приходиться всякий раз напряжённо думать или переспрашивать.

– Главное, чтобы когда ты начнёшь тонуть, меня рядом с тобой не было, – хмыкнул он.

Тем временем майор удачно разрулил наши проблемы. Один из его офицеров, оделся в форму полицейского, чтобы составить компанию Ариавасу. С нами остался его напарник Сельганос, который и отдал свою униформу. Я даже удивился, как они так быстро успели переодеться, пока мы разбирались с патрульными.

– Вот и отлично, – потёр руки Темиргалиев. – Сейчас на базу и будем устанавливать с остальными группами, узнаем, как они справились с проблемой.

– Так мы тут не одни? – удивился Череп.

– Разумеется, – фыркнул Марсель. – Никто и не собирался складывать все яйца в одну корзину. У нас как минимум двадцать точек высадки и десять пунктов, с которых мы и начнём наше восстание.

Боец укоризненно посмотрел на меня, а я лишь пожал плечами, мол сам не в курсе был. Хотя, в общем, я был прав, на эту точку мы заходили первыми из всех, кто потом здесь оказался. Просто операция оказалась масштабнее, нежели я предполагал.

На склад мы вернулись без приключений.

– Вот что странно, – сказал я. – Недалече, как три дня назад, кое-кто уверял меня, что планета патриархальная, тихая и спокойная, а тут вот какие дела творятся.

– В целом, так оно и есть, – почесал подбородок Темиргалиев. – Местное население недовольно, но у них нет руководства к действию. Имперская тайная полиция строго следит, чтобы ни здесь, ни в метрополии, ни на какой-нибудь ещё планете не появлялись философы, которые пытались осмыслить действительность. Поэтому вся борьба превращается в разнообразные бунты местного населения, которое легко давится.

– Но были и другие планеты, тот же Дарегген, Халлдория, цивилизации, развитые настолько, что там был обязан, появится, кто-то вроде Карла Маркса, Ленина…

– Возможно, они и были, – пожал плечами Темиргалиев. – Но тайная полиция, свой хлеб не зря ест.

Я поёжился, поняв, что имперские силы прошли по этим мирам огнём и мечом или, вернее, лазером и напалмом, уничтожая даже потенциально возможную крамолу.

– А с грузовиками вы хорошо придумали, – подбодрил Марсель. – Надо будет развить эту идею. Кстати, а как Артемида себя проявила?

– Ты знаешь, я как-то и забыл про неё, – растерянно проговорил я, только-только поняв, какой инструмент у меня был в руках.

Но реально замотался со всей текучкой и у меня просто вылетело из головы, что можно воспользоваться помощью инопланетного устройства.

– Я надеюсь, что во время самой операции ты свою голову на складе не забудешь, – едко проговорил Темиргалиев.

Я только развёл руками. Что поделать, сам дурак, сам накосячил.

Глава 11. Операция «Робеспьер»

Планета Ирсеилоур

– А хотите, я вам анекдот про дебила расскажу? – это было первое, что я услышал, войдя на склад, который долгое время был нашим штабом.

Это заскучавшие бойцы, среди которых сидели Жмых с Черепом, развлекались тем, что резались в карты и трепались между собой.

– Нет, Вова, анекдот про тебя мы слушать не хотим, мы и так про тебя всё знаем, – едко отозвался Череп.

Вова Костров, которого аккурат за неделю до высадки на Ирсеилоуре перевели из космодесанта в спецназ ГРУ, обиженно замолчал. Ему пока никак не удавалось прижиться здесь и я ему даже немного сочувствовал, так как в своё время переживал что-то подобное. Нет, рядовые и особенно подчинённые проблем не доставляли, а вот с равными и старшими по званию, была какая-то невидимая стена. Отношение, как к заезжему гастролёру, мол приехал и также уедешь.

Поэтому сначала, я обрадовался Кострову, всё-таки считай свой человек, выходец из космодесанта, но пообщавшись чуть-чуть, понял, что и на Полигон он попал уже после атаки на Землю, поэтому мало кого знал из моих сослуживцев. Одна была радость – Лёха Свешников остался жив, но зная нашу собачью службу в космодесанте, вопрос надолго ли?

– Жмых, Череп, за мной! – скомандовал я. – Родина на нас рассчитывает.

Те моментально подорвались с места и поспешили к выходу. Засиделись, можно сказать, в ожидании хоть каких-то действий, хотя, если быть объективным в сравнении с моим сидением на Кадмии, здесь было куда как интереснее. Правда, после того случая с имперским военным патрулём всё свелось к однообразным поездкам и подбиранию групп высадки, но это было лучше, чем тупо сидеть и ждать, когда война закончится.

Проникновение на планету нашей разведки и бывших военнопленных, кроме редких инцидентов, происходило без каких-то крупных провалов. Несколько групп были раскрыты во время продвижения к цели, одним удалось отбиться, другим просто уйти. Кое-кто из бойцов был ранен или даже убит, но мы не засветились.

Как и в случае с патрулём, когда мы свалили убийство на местных повстанцев, эти случаи имперская администрация приняла за действия партизан.

В общем, мы здесь находились уже месяц и за это время вышли практически на всё подполье, обработали их руководство, народ у нас в разведке ушлый, вернее, самый разный и агитаторов, которые могут объяснить марксистское учение на пальцах и увлечь углублённо изучать работы, у нас хватало.

Впрочем, пока решили не углубляться, а просто ознакомили их с Манифестом Коммунистической Партии, некоторыми работами Ленина, по теме, а также объяснениями происходящего на планете, с точки зрения марксизма. Пока этого хватит, подробности потом, сейчас задача была – свергнуть имперцев и провозгласить Социалистическую Республику Ирсеилоур.

Изучением деталей можно заняться позже, потому что, как говорил Владимир Ильич Ленин: марксизм – это не догма, а руководство к действию.

– Прибыли? – Темиргалиев был сосредоточен и деловит. – Значит так, Тузов, Жмых, Череп, вы непосредственно под моим командованием. Наша задача, изображая военнопленных поднять мятеж в этом городе. Освободить настоящих военнопленных, которых не так уж и много, где-то пятнадцать человек и содержатся они вот здесь.

Марсель показал нам и остальным бойцам место на карте. Распределительный центр. Что-то вроде нашей «химии», вот только сейчас там держали только наших, откуда и гоняли на разнообразные работы. Об этом доложила одна из разведывательных групп, из ирсеилоурцев, потому что нам туда лучше было не соваться.

– А почему туда не проник никто из нас, чтобы предупредить пленных? – задал вопрос старший сержант Вязников.

Мы с Черепом скептически переглянулись. Темиргалиев недовольно зыркнул на всех троих, но снизошёл до объяснения.

– Имперская пропаганда очень хорошо обрабатывает попавших к ним пленных. Безусловно, многие наши люди держатся, но достаточно одной паршивой овцы в стаде и вся операция пойдёт прахом.

– Тем более, по свежим данным, там смешанный состав. Не только советские пленные, но и ещё захваченные американцы, – уточнил я.

Марсель Темиргалиев согласно кивнул, а Вязников хмуро посмотрел на меня. Да, не уживаюсь я со старшими по званию, как уже и говорил.

– Но это не главная наша цель, – товарищ старший лейтенант, снова заговорил. – Основная задача – блокировать имперские казармы и парк техники Альзаоинса, не дать им прийти на помощь основным силам, сосредоточенным в столице Ирсеилоура Махтамбе.

Кстати, партизанские тропки в Махтамбу прокладывала наша троица. Как обычно, сопровождая местных. Старлей только и буркнул, что я везучий и поставил меня на то направление. Но там мне везения не понадобилось, прошли на старом опыте.

Среди бойцов, которые внезапно только сейчас поняли, что будут на вспомогательном фронте, прокатился гул разочарования и даже бодрый старший сержант Вязников сник. Я, наоборот, отнёсся к этому спокойно. Хватит с меня, один раз оказался в гуще событий и на всю жизнь хватило. Постою, где-то сбоку. Тем более здесь тоже дело нужное, к которому надо отнестись со всей ответственностью.

– Поражаюсь я тебе Кирьянов, – догнал меня Гриша Вязников, когда мы шли грузиться по машинам. – Не думал я, что человек, открывший Кадмию, будет рад не попасть на передовую.

– Я выполняю приказ, товарищ старший сержант, – я остановился и посмотрел в глаза Грише. – Как и в прошлый раз, когда мы все думали, что нас отправляют на ерундовое и не особо нужное задание. А оно вот как повернулось. Поэтому и там, и тут я буду добросовестно выполнять приказ, не для того, чтобы прославиться или войти в историю.

– Тебе уже не нужно, – прошипел Вязников и скрылся в своём грузовике.

Я улыбнулся. Так вот оно в чём дело. Зависть. Хоть и странная для разведчика, потому что про самых успешных никто и никогда не узнает. Но, безусловно, это есть во всех нас.

Через десять минут мы выгрузились в районе двухэтажного распределительного центра и рассредоточились по окрестным улицам. Вопреки своим же словам, Темиргалиев оставил меня с моими бойцами при себе.

– Здание охраняется несколькими полицейскими, – дал вводную он. – Но они даже не будут сопротивляться, просто дадут сигнал в полицию и сдадутся.

– Я бы не был так уверен, – пробормотал про себя Череп.

Тем временем Вязников в сопровождении трёх бойцов подошёл к воротам. Они изображали военнопленных вернувшихся с городских работ. Вернее, опоздавшими, так как все двадцать пленников вернулись час назад по нашему времени. Мы внимательно наблюдали за ними из укрытия.

Как и было запланировано сначала Вязников попытался пройти на территорию мирно, но стража была начеку. Между ними и старшим сержантом завязался ожесточённый спор, а тем временем один из бойцов, чуточку сместившись в сторону, достал пистолет и застрелил полицейских не желавших пускать на территорию неучтённых военнопленных. Марсель активировал радиосвязь.

– Вперёд! – скомандовал он всем сразу.

Мы рванули к проходной, куда устремились все лжепленные до того прятавшиеся по переулкам. Пока мы добежали, группа Вязникова ликвидировала ещё двух охранников, неосторожно высунувшихся из окон и теперь ждали нас.

– Грек, Кабан, осторожно заходите внутрь и проверяете коридор, – приказал Темиргалиев. – Дуб (это был позывной Вязникова) ты со своими на подхвате.

Кабан и Грек сунулись в дверной проём. Раздались выстрелы. Вязников и его бойцы не стали дожидаться пинка от командира и ворвались в здание и открыли шквальный огонь. Мы со Жмыхом оттащили Грека в сторону. Он был ранен в руку, а на Кабане не было ни царапины.

– Чисто! – отчитался Вязников. – Один и два раненых.

– Тузов пошёл, – приказал Марсель. – Я за вами. Наша цель – второй этаж. Остальным рассредоточится по первому, зачистить его и занять оборону.

Мы шустро пробежали к лестнице и поднялись на второй этаж. За нашими спинами раздавались редкие выстрелы, в основном охрана предпочитала сдаваться.

На втором этаже никого не оказалось. В смысле врагов, зато были двадцать человек военнопленных, которые смотрели на нас удивлённо, а некоторые шокировано.

– Вы кто? – ошеломлённо спросил один из них.

– Партизанский отряд имени Фурманова, – ляпнул я, прежде чем прикусил язык.

Старлей осуждающе посмотрел на меня и объяснил вопрошающему.

– Сейчас проходит специальная операция Советской Армии, по оказанию помощи братскому революционному движению Ирсеилоура. Короче, мы вас освобождаем и вы теперь можете примкнуть к нам.

По рядам военнопленных пронёсся оживлённый гул, началось шевеление, но один из пленников начал потихоньку отступать назад. Это был высокий черноволосый парень с грубыми чертами лица. Однако не успел он сделать и нескольких шагов, как пара человек метнулась к нему и сбила с ног. Я автоматически вскинул оружие.

– Это предатель, – крикнул один из тех, кто пытался его удержать. – Сотрудничал с имперцами, выдавал наших…

Он от души приложил кулаком черноволосого.

– Череп, займись, – тихо приказал я.

Боец прошёл к месту драки и помог зафиксировать и связать предателя.

– Позже разберёмся, – кивнул Марсель. – Кто знает, как давно охрана подняла тревогу?

– Не подняла! – раздался весёлый девичий голос и из дверного проёма в конце коридора вышла невысокая, худенькая девушка, с перепачканным лицом, спутанными волосами, но сжимавшая в руках окровавленную ножку от стула.

Марсель бросил быстрый взгляд на меня, а потом на комнату, из которой вышла девушка. Я подбежал и осмотрел помещение. Действительно, здесь была комната связи. Странно только, почему на этаже с военнопленными? Ведь и стальная дверь может не спасти, случись чего… да она и не спасла, собственно. Полицейский, который попытался подать тревогу, валялся на полу, с разбитой головой и, кажется, уже перестал дышать.

– Сурово ты его, – хмыкнул я, оглядывая всю комнату.

Понятно. Отсюда охрана просто контролировала заключённых, и связь находилась здесь же, чтобы дать знать в случае чего. Большая ошибка. Можно сказать, фатальная.

– А то! – задорно отозвалась она. – Что вообще происходит?

– Революция. Великая и социалистическая. Только апрельская, сейчас и на Ирсеилоуре, а мы оказываем посильную помощь.

У девчонки округлились глаза. Она восхищённо посмотрела на нас, а Марсель же глядел на неё с каким-то подозрением. Потом подошёл к девушке, взял её за подбородок и внимательно всмотрелся.

– Опа! Генеральская дочка, собственной персоной.

Тут я уже с интересом посмотрел на освобождённую пленницу. Та смутилась.

– Стерлядкина Марина Анатольевна, – пояснил Марсель. – Дочь генерал-майора Стерлядкина. Пошла на срочную военную службу добровольцем, хотя отец и настаивал на поступление в военное училище.

– В военно-медицинское, – буркнула она. – А я во всей этой медицине ни в зуб ногой.

– Хотя бы две части тела знаешь, уже хорошо, – фыркнул я, подбирая на полу остатки устройства связи, которые за компанию разнесла деятельная девчонка.

– Как доброволец, она смогла поступить на лётно-космические курсы, окончить их и в звании ефрейтора начала нести службу на военно-транспортном корабле, – продолжил Темиргалиев. – Чтобы через полтора года службы, как я понимаю, поступить в офицерское? Но не получилось. Со времени атаки Империи на Землю числится пропавшей без вести.

– Блин! А что так можно было?! – возмутился я. – Не знал, а то бы и сам записался космолётчиком.

– Всё тебе мало Кирьянов, – едко заметил поднявшийся Вязников. – Мало того что «героя» получил, так…

– Заткнулся и отчитался, – гаркнул на него Темиргалиев, а потом обернулся ко мне. – Представление к награде пришло через три часа после высадки. Хотели тебе сюрприз сделать.

– Он удался, – пробормотал я, ошеломлённый.

– Первый этаж зачищен. Десять пленных и восемь убитых, не считая тех, кого застрелили, до того как вошли в здание, – отрапортовал Вязников.

– Понял. Так, товарищи настоящие военнопленные. Кто хочет поучаствовать в освобождении Ирсеилоура от феодальных захватчиков? Нам нужны только добровольцы, а отказавшиеся, могут проследовать на нашу базу и дожидаться эвакуации в тыл.

Захотели все, включая нескольких американцев, что было неудивительно. Многих достало сидение в плену, обращение имперцев. Душа жаждала реванша. Предателя, Марсель поручил отконвоировать на базу, а сам переформировал состав групп. Нам дали ещё троих человек, в числе которых была Марина Стерлядкина, чернокожий американец Джефферсон Саммерс и молчаливого сибиряка Ваню Базыкина. После чего отправили к имперским казармам, прикрывать группу старшего сержанта Вязникова.

Основная часть была возложена на них. Мы же и ещё несколько групп должны были занять ближайшие здания и контролировать, чтобы никто не вырвался в город. Имелись в виду одиночки и небольшие группы. Впрочем, если штурм казарм, обернулся бы провалом, нам надо было вступить в бой самим.

Разумеется, это только так говорились «штурмовать казармы». Главной целью было заблокировать солдат, навязав им бой, пока наши вместе с местными повстанцами захватывают транспортные узлы, склады и всё прочее, что рекомендуется взять в первые часы для успеха революции.

Альзаоинс был хоть маленьким городом, но ключевым. Если мы его возьмём, то многое сделаем для успеха восстания. Это нам вдалбливали всё то время, что мы ожидали на базе. Мотивировали, хотя какой смысл? Сюда итак, отправились сверхмотивированные люди.

Одной из отличительных черт города была его малоэтажность. Здесь не было небоскрёбов, как в крупных городах, а самое высокое здание было семь этажей и там располагалось что-то вроде райкома, простите мэрии. Мы зашли в трёхэтажный дом. Люди здесь не жили, только кафе, рестораны и прочие увеселительные заведения на первом, магазины на втором, а здесь были технические помещения. Странное расположение, но, видать, местные так привыкли. Или имперцы.

Нам встретилось только несколько сторожей, которые уже знали о начавшейся революции и потому охотно пропустили нас наверх. Сами они никуда не ушли, собираясь отбиваться от мародёров. Жмых и Ваня не поняли такого рвения, а я не стал объяснять.

– Интересно, что сейчас в столице-то творится? – задал вслух вопрос Жмых, когда мы затаскивали в здание ракетную установку.

Где это старинное оружие раздобыл полковник Копылов, который командовал всей операцией, я ума не приложу.

– Бойня, – отозвался я. – И небольшая гражданская война. Сам понимаешь в центральном городе планеты на порядок больше как имперских лоялистов, так и ардан даздра. В том числе среди чинов полиции и военных. Они будут биться, а наших кадровых офицеров и опытных солдат будет мало.

Маркин горестно вздохнул. Он бы и сам предпочёл отправиться в столицу. Но в армии на твои хотелки всем наплевать. Впрочем, иногда могут спросить, но только тогда, когда надо сунуть голову в жопу носорога… простите в пасть ко льву. Впрочем, здесь рядом трётся небольшое исключение, в лице Марины Стерлядкиной, которая почему-то напросилась пойти с нами.

Меня это не слишком порадовало хотя девушка красивая, но какой нам будет толк от помощника пилота? От негра Джеффа из морской пехоты будет больше толку.

– Череп, а ты снайпер? – спросил я.

– Да, – коротко отозвался он и я вручил ему трофейную имперскую снайперку, которую с матом и проклятьями отобрал у Вязникова, пояснив, что при штурме такая прелесть не нужна, а нам пригодится.

Боец оживился и стал искать удобное для стрельбы место. Как я и подозревал в разведке, учат работать со всем.

– Только бы ночь простоять, да день продержаться, – пробормотал я себе под нос, выглядывая в окно.

Группа Вязникова, внаглую пользуясь трофейными плазмомётами, стала обстреливать казармы. Естественно, сразу поднялась тревога и началась ответная стрельба, но, к счастью, не тяжёлым вооружением, а лучевыми и плазменными винтовками.

– Жмых, – приказал я. – Будь настороже.

– Так точно!

Я метнулся к окну в крайней комнате. Мне, почему-то очень не нравился переулок, на который выходили окна нашего здания.

– Вань, Жмых, как у вас дела? – спросил я возвращаясь.

– Нормально, – отозвался Иван, прилаживая последние детали. – Казармы эти проклятые точно не снесём, но покоцаем.

За окном послышались хлопки и свист лазеров.

– Наши? – спросила Марина.

Я активировал Артемиду и попросил её дать карту города.

– Нет, – попутно ответил я, на вопрос Стерлядкиной. – В городе восстание.

Надо попытаться понять, что не так с этим переулком. Ведь что-то же меня насторожило. Артемида тем временем показывала варианты.

– Так, стоп. А это что? – новенькие в нашей группе покосились на меня удивлённо.

– Не обращайте внимания, – пояснил Жмых. – Это он с инопланетным разумом беседует.

Марина и Иван решили, что речь идёт о каком-то новом и секретном средстве связи и потеряли интерес. Мне же вообще было не до них, так как я нащупал след.

Местный полицейский участок. Завербованные нами копы пытались агитировать здешнюю полицию, но бесполезно. К ним прислушался только совсем уж рядовой состав, а руководству и так неплохо жилось в небольшом транзитном городке. За комсоставом наверняка пойдёт полицейский спецназ, который последние дни из-за обострения обстановки дежурил каждую ночь. И на переулок выходит как раз задний двор участка, а значит, они будут прорываться к казармам, если их прижмут. Вот оно что. Мой мозг как-то зафиксировал этот момент и давал сигналы. Учтём.

– Жмых, у нас есть пулемёт? – спросил я.

– Командир, у нас есть снайперская винтовка, старая ракетная установка и автоматы. Короче, только то, что нам вручили. Если тебе товарищ старший лейтенант, передал ещё что-то, то ищи это у себя.

– Точно, – сказал я и перешёл на английский. – Джефф, займи позицию у окна в крайнем кабинете. Давай знать, если вообще, хоть что-то подозрительное будет.

– Слушаюсь! – отозвался он и рванул к окну.

Я не стал терять время и, достав рацию, передал занявшим соседнее справа здание товарищам, что есть опасность появления полицейского спецназа. Те, обещали поддержать в случае чего.

– Установка готова, – отозвался Базыкин.

– Ждём. Без команды не начинать.

Стрельба на улице стала беспорядочной. Имперцы, по всей видимости, не понимая, кто их атакует, стали палить совсем хаотично.

– Знаете, я с самого начала хотела спросить, – вдруг заговорила Стерлядкина. – А вы вообще кто?

– Советские люди, – отозвался я.

– Нет, – снисходительно улыбнулась Марина. – Какой род войск?

– Космодесант, – ляпнул Жмых, прежде чем я его остановил.

Улыбка генеральской дщери из снисходительной стала саркастичной.

– Ты-то ещё похож, – хихикнула она. – А вот этой. Герой. Тузов. Совсем непохож.

Маркин рассмеялся во весь голос и на его хохот сунул нос в комнату Череп.

– Что у вас тут? КВН внеплановый?

– Да нет, – давясь смехом отозвался Жмых. – Маринка говорит, что я похож на космодесантника, а сержант Кирьянов нет.

– А она что не знает? – удивился он.

– Она же в плену была. А там газету «Правда» не выписывают, – пояснил я.

– Да. Тогда смешно, – хмыкнул Череп и снова скрылся.

Марина хотела возмутиться, но здесь, со своей позиции стал сигналить Джефф. Я подбежал к нему и присмотрелся, не высовывая голову в окно. Действительно, со стороны полицейского участка, кто-то двигался.

– Череп, меняй позицию! – крикнул я. – Джефф, Марина, за мной.

Мы заняли позицию в трёх окнах, которые выходили на переулок. Я связался с соседним домом.

– Парни, сейчас к казармам топает полицейский спецназ…

– Точно они, а не повстанцы? – уточнили оттуда.

– Череп? – крикнул Черепанову, который рассматривал толпу в бинокль.

– Полицейские, – отозвался он. – В форме и при оружии.

– Огонь, – скомандовал я. – Старайся в первую очередь выбить их офицеров.

– Так точно, – отозвался боец и, отложив бинокль, приложил глаз к снайперскому прицелу.

– Точно полиция, – повторил я для соседей. – Сейчас наш снайпер постарается отработать командный состав, но думаю, их это не остановит.

– Принято, – отозвался командир соседней группы. – Мы выставим двух бойцов у окон, остальные заняты ракетными установками.

– Не вопрос, – согласился я и отключил рацию. – Хоть что-то.

– Валер, – спросила Марина. – А ты вообще, кто? Почему о тебе писали в «Правде»?

Можно было отбояриться, сказав, что это всё это шуточки Жмыха, но какой смысл, ведь она всё равно узнает правду, если выживет.

– И не только в «Правде», – буркнул я. – Во всех советских газетах и многих зарубежных. И Центральное Телевидение пыталось интервью взять, но полковник не позволил. Только об этом не сейчас, красавица. Не до того, как ты видишь. После, спокойно сядем и поговорим.

– Загадочный какой. А если не доживу?

– Вот тебе дополнительный стимул, чтобы выжить.

Маринка фыркнула и хотела было продолжить спор, но в это время Череп открыл огонь. Стрелял он быстро, а вот насколько метко, нам было не видно. Однако люди падали, а живые стали рассредоточились на местности и открыли ответный огонь.

– И чего они пёрлись к казармам? Слепому и глухому было очевидно, что они под обстрелом, – проворчал Джефф, выпустив в ответ несколько очередей.

– Давай, не ковбойствуй, – прикрикнул я. – Заряды не бесконечные.

Саммерс только хмыкнул. Да, американская морская пехота, которая стала космической, но названия не поменяла, как и дуболомной тактики. Наш космодесант куда как эффективнее работал.

Полицейские, оправившись от первого шока, решили, что терять им нечего, и пошли на прорыв. Зря, конечно. Уверен, что участок хоть и взяла штурмом толпа, но там им было проще прорваться. Хотя они не знали, что здесь-то их ждёт почти регулярная армия. Сюрприз, так сказать.

Я выпустил очередь по небольшой группе, которая пыталась обойти нас со стороны стоящих параллельно домов. Раздались крики. Полицейские отступили, оставив одного убитого.

– Товарищ сержант! – окликнул меня Жмых. – Когда команда будет?

Я глянул на часы.

– Приступайте, – отозвался я, заметив, что из соседних домов, давно ведут огонь по казармам.

Полетели ракеты, но нам было не до них. Сейчас была важная задача, не дать зайти в тыл нашим, полицейскому спецназу. Проблема была в том, что местные полицаи оказались загнаны в угол. С одной стороны, прижаты восставшим народом, а с другой стороны, нами и терять им было уже нечего.

– Гранаты далеко бросала на физре? – спросил я у Марины.

Та ответила, не спуская глаз с небольшой рощицы, в которой происходило какое-то непонятное шевеление.

– Пойдёт, – сказал я. – Это не наши чугунные противотанковые, это плазменные, они полегче.

Первая граната улетела куда-то за небольшую стенку, отделявшую пешеходную дорожку от проезжей части.

– Не рассчитала, – смутилась Марина. – И правда, лёгкая, перелёт вышел.

– Пойдёт, – сказал я. – Вон смотри, всё равно по адресу прилетела.

Наши плазменки выжигали всё в радиусе десяти – пятнадцати метров. Поэтому каких-то полицейских Марина точно задела, судя по стонам, и отползавшим в сторону с ожогами спецназовцев.

В этот момент раздался свист очередей. Я быстро обернулся. Спецназ решил не заморачиваться и пойти в лобовую атаку, как раз на соседний дом. Перестрелка была яростной. Наши занимали более удачную позицию, поэтому вокруг дома уже валялось несколько трупов полицейских, но было понятно, что им не удастся сдержать их огнём.

– Череп!

– Делаю что могу! – отозвался он.

Естественно, ни одно снайперское оружие не может стрелять очередями. Что ж, придётся рискнуть, иначе хана соседней группе.

– Марина, Джефф! Вниз! – я, в горячке приказал по-русски, но Саммерс всё прекрасно понял.

Мы втроём спустились на первый этаж. Там было пусто. Сторожа просто ушли… Ха! Кажется, они прихватили ценное и смылись. Ну, логично. Кто знает, что к утру останется от этого здания.

– Я бы не сказала, что мы приблизились, – заметила Марина, однако Джефф всё понял и хмыкнул.

– Бросай гранату, золотце, – сказал я, готовя АК-92 к бою. – А потом ещё одну.

Марина сделала всё, как я сказал.

– А последнюю? – спросила она.

– Оставишь для нас, если план не сработает. Или сработает, но не так.

Я шутил, однако Марина приняла всё всерьёз, побледнела и покрепче перехватила автомат. Две брошенные гранаты не нанесли ощутимого урона наступающим полицейским, однако напугали их и они начали отходить.

– Попробуют обойти, – со знанием дела, заметил Джефф. – Но…

Договорить он успел. Со стороны имперских казарм ответили ракетами. Одна прилетела аккурат в отошедший полицейский спецназ, а вторая попала в дальнее крыло соседнего дома.