Текст книги "Тени Предтеч (СИ)"

Автор книги: Козырев Виктор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 23 страниц)

– Молодцы! – похвалил он. – Оттянули на себя внимание остатков имперской гвардии, которые организовались за ночь и мы смогли им ударить в тыл. Накрыли не всех, разумеется, но основные силы разбиты и сейчас зачищаем город. Поздравляю. Тангорихкс пал.

– Служу Советскому Союзу! – гаркнули мы столь радостно и слаженно, что бойцы, принимавшие капитуляцию, стали оборачиваться в нашу сторону.

Действительно. Несмотря на потери, мы сделали большое дело. Вряд ли Империя, после такого удара, сможет оправиться.

– Да, – кивнул моим мыслям Темиргалиев. – Мы ещё приготовили несколько сюрпризов, имперским войскам, а теперь надо закончить одно дело. Что, Кирьянов, вскроем местный абвер?

– Так точно, товарищ старший лейтенант! А как?

– Есть способ…

Марсель Темиргалиев активировал какое-то устройство и силовое поле, окружавшее здание, пропало. Мы выдохнули.

– Так. Первыми заходят группа Данильченко, прикрывает группа Кирьянова, – скомандовал Марсель.

Но в здании имперской военной разведки было пусто. Ещё я заметил, заходя, что на этом доме крепился маячок, который я же и поставил сутками раньше. Любопытно, любопытно. Быть может, это было объектом, в котором наши желали покопаться, поэтому вычеркнули из плана бомбёжек, а может быть, маячок помог вскрыть силовую защиту.

Словом, мы взяли помещение под контроль и сторожили его, пока не подошли специалисты и оперативники, которые начали планомерный обыск и вскрытие всяких кодов и шифров. В детали нас не посвящали, да мы и не спрашивали, помня, что излишнее любопытство в нашем деле, подозрительно и наказуемо.

Вместе с Темиргалиевым прибыла и Яся, которая занялась Славиком и некоторыми бойцами из других групп. Мы расквартировались в одном из уцелевших домов, рядом с военной разведкой. Куда делись его жители, я даже не думал, мне было всё равно.

Какая бы участь ни постигла их, они её заслужили целиком и полностью.

А ещё, вечером, когда наша смена закончилась, я, Стерлядкина, Жмых, Череп, Варяг и Яся улизнули в центр города, туда, где раньше возвышался Имперского парламента и написали на уцелевшей стене, наши инициалы и слово: ДОШЛИ.

Глава 18. Когда сходятся звёзды

Планета Кадмия. База военной разведки

Совместная союзная операция советских и американских войск, вошла в историю как «Эльба-2». Удар по метрополии подкосил Ардат Коррума Оракши Тангорихкс. Оставшись без управления на семь дней и потеряв практически весь истеблишмент, проживавший в метрополии, империя рухнула как карточный домик, под тяжким грузом своих противоречий.

Может быть, всё пошло по другому сценарию, но одновременно с «Эльба-2» военно-космические силы двух блоков сделали ход конём. ГРУ взяв под контроль искусственный интеллект пирамид Артефакта, вычислил две системы, где имперские адмиралы копили силы для удара по Ирсеилоуру и Дареггену. Туда прошли военные корабли и минировали пространство вокруг порталов. Космические мины были программируемыми устройствами, которые реагировали строго на имперские звездолёты. Далее два флота затаились в космосе, ожидая, когда до неприятеля дойдут слухи о падении столицы.

Дальше всё пошло, как по нотам. Едва адмиралы узнали о неприятностях в метрополии, они направили флоты к порталам и напоролись на мины. Половина космических кораблей были сразу выведены из строя, а оставшиеся и полностью деморализованные силы были добиты нашими космолётчиками.

Марина себе грызла локти и жалела, что не участвовала в этой операции, но Жмых, посмотрев на её страдания, покрутил пальцем у виска и потыкав в награды, грубо вопросил: тебе и этого мало? Надо побольше иконостас собрать? Стерлядкину попустило, ибо наградили нас роскошно. Помимо медалей «За штурм Тангорихкса» тем, кто участвовал в захвате императрицы и её сына, дали Орден Ленина и прямой приказ забыть о том, что произошло. Причём его отдал лично полковник Копылов, что произвело впечатление и мы даже между собой больше никогда не говорили на эту тему, пока не стало можно.

Куда дели наследника престола и его мать, тоже тогда для нас осталось тайной за семью печатями. Да мы, собственно, даже и не помышляли спрашивать.

Взятие метрополии и уничтожение двух флотов похоронили империю в том виде, в котором она существовала. Сепаратизм, который поднял голову после восстаний Ирсеилоура и Дареггена, теперь расцвёл буйным цветом. Не успели мы покинуть столицу, как восстал Халлдорианский Альянс он же Халлдория Барна или просто Халлдория. Тридцать две планеты, которые вращались у двадцати звёзд, поднялись, изгнали со своей территории имперские войска и вступили в переговоры с нами. После небольшого торга земные государства подписали с ними мирный договор и бандиты, а это был по большей части криминальный синдикат, принялись делить власть, периодически отбиваясь от соседей, которые считали, что имперские территории следовало поделить по-другому.

Следом надоело терпеть наши налёты «синим полоскам», торкартенцам. Ещё сыграли реваншистские мотивы. Они были соседями тангорихкцев по планете и были завоёваны империей ещё до выхода в космос.

Победители какое-то время держали их рядом с собой, а потом, когда захватили некоторое количество свободных планет, просто выселили на тогдашние задворки империи. И честно говоря торкартенцы, были ничуть не лучше своих победителей. Такие же феодалы, только жаждущие поквитаться за старые обиды, причём со всеми. Надо сказать, что своё государство они назвали Ардат Торкартен и намеревались со временем взять реванш и возродить Империю Миллиарда Звёзд, только уже во главе с собой.

А уже за ними последовали все остальные, оставив от былой галактической сверхдержавы то, что назвали Ардан Ракза – имперские осколки. Впрочем, всё равно они оставались самым крупным государством Млечного Пути.

Мы же покинули звёздную систему метрополии ровно за сутки, до прибытия оставшихся военных сил Империи, которые попытались взять ситуацию под контроль и сформировали Регентский Совет и ему больше подходило определение «военная хунта».

Когда мы покидали планету, в моей голове крутились строчки из песни Цоя, которую Мишаня ругал, как упадочную:

Среди связок в горле комом теснится крик

Но настала пора, и тут уж кричи – не кричи

Лишь потом кто-то долго не сможет забыть

Как, шатаясь, бойцы об траву вытирали мечи

Я-то точно не смогу забыть. Хан, Хон и Коля, присоединились к моей группе позже остальных, но погибли во время операции «Эльба-2» и меня мучил вопрос: а могли ли они выжить? Будь я более опытным командиром. Стоило ли ввязываться в погоню за тем проклятым флаером императрицы? И может быть, следовало приказать Хану покинуть транспорт, забрав контуженного Вика?

И как хлопало крыльями чёрное племя ворон

А Коля? Ну да, расслабился. Вроде бы сам виноват, но я тоже чувствую свою вину за его смерть.

И горел погребальным костром закат

И волками смотрели звёзды из облаков

Звёзды волками смотрят на нас уже двадцать лет. Но, кажется, удалось это изменить. И теперь нас мучил вопрос: так что же будет дальше?

Нет, война ещё не совсем окончилось. Наш флот и космодесант воевал ещё полгода, окончательно загоняя Империю в тупик и вынудив их, в конце концов, подписать мирный договор, но всё-таки нам была интересна наш судьба. Куда нас отправят теперь? Распустят по домам или найдётся новое дело. У меня не выходило из головы обещание полковника Копылова, но нас разрывало на две части, желание остаться той же командой или вернуться домой со щитом.

Но командование вместо ответа, когда мы вернулись на Кадмию: меня запихали на ускоренные офицерские курсы, Марину вернули в лётно-космическое, Ясю приписали к местному госпиталю, а остальные ходили в джунгли с другими группами. Уж не знаю, чего они там искали, после того как мы выселили этих предразумных в их раёк, кроме дикого зверья на планете, не оставалось никого опасного.

Правда, прежде чем попасть на курсы, меня немного подержали в госпитале. Вместе с остальными ранеными.

– Понимаю, Кирьянов, ты свою голову не ценишь, – проворчал Темиргалиев. – Но нам она ещё понадобится.

Ничего не поделаешь, пришлось неделю полежать, а потом и походить к врачу. Моей головушкой занималась Евгения Анатольевна Кавьяр. Девушка только-только выпустилась из военно-медицинской академии и я тогда не понял, как она к нам попала. Между собой мы её называли просто Женькой, так как ненамного старше нас она была. Да она сама была весёлая и смешливая блондинка с мелкими кудряшками и большим ртом.

Но несмотря на молодость, мне её лечение помогло и прекратились головные боли, начавшиеся после контузии, поэтому, выйдя из госпиталя, я полностью отдался учёбе.

Да, за месяц, что мы отсутствовали, на планете началось глобальное строительство. К югу от Артефакта строили что-то вроде военного городка, а к северу возводили что-то похожее на гражданское жильё, но я могу и ошибаться. Хотя военная разведка разрабатывала эту золотую жилу совместно с учёными, так что было неудивительно такое соседство.

Ближе к концу курсов я расстался с Мариной. Это произошло, как-то буднично и обыденно. В один из немногих наших выходных дней, мы сидели на ступеньке пирамиды, просто смотрели в небо, думали каждый о чём-то своём и она, вдруг положив мне голову на плечо, вдруг шепнула:

– Знаешь, Валер, а я тебя, оказывается, не люблю.

Как будто кто-то разом выключил свет на всей планете. Или подкрался сзади и ударил меня по голове. Но лицо я удержал, лишь вздохнул и потянулся за сигаретами. Что ещё я мог сказать? Упасть на колени и умолять не бросать меня? Не приучен я был к такому.

Я непросто любил Марину Стерлядкину, а привязался к ней, после того, что произошло между нами в том разрушенном магазинчике на Ирсеилоуре. Она была моей опорой, во время боёв в Гордзексе и после. Но… не стоило устраивать драму. Не приучен я был к такому.

– Тогда… нам надо будет… расстаться? – наконец выдавил из себя я, пытаясь зажечь сигарету дрожащими руками.

Вот честно, лучше уж опять оказаться запертым между силовыми полями и имперской гвардией, чем продолжать этот мучительный разговор.

– Угу, – буркнула она и залезла в мою пачку, вытащив сигарету.

Мы закурили. В голове снова заиграла «Легенда» Цоя.

– А ты сам, давно понял, что не любишь меня? – спросила она затянувшись.

– Ну, когда вернулись с Тангорихкса, – промямлил я, хотя на бессовестно соврав.

Пусть ей будет легче и она считает, что не вырвала моё сердце, а просто прекратила изжившие себя отношения.

– И молчал, мерзавец! – шутливо ткнула меня в бок Марина.

– Чего я дурак, что ли, от такой красавицы отказываться? – фыркнул я.

Мы захохотали и едва не свалились со ступени пирамиды.

– Но ты ведь не выгонишь меня из команды из-за этого? – сделав жалобные глазки, спросила она.

Я приобнял девушку.

– С ума сошла, что ль? Ты со всеми нами сработалась, а у меня, итак, после Тангорихкса потери: треть состава. Не хотел бы увеличивать до почти половины.

Марина вытянулась, насколько это было возможно на пирамидах и подставив лицо солнцу, довольно улыбнулась.

– Кстати. Ты ведь так и не знаешь, откуда я взяла свой позывной? – спросила.

– Раскрой секрет, не томи.

Но девушка лишь покачала головой.

– Это будет тебе задание на лето, – хитро улыбнулась она.

Марина ушла, оставив меня в одиночестве дослушивать строчки Цоя, которые крутились в моей голове. Странно, но раньше я не доходил до них.

А жизнь – только слово. Есть лишь любовь, и есть смерть

Эй, а кто будет петь, если все будут спать?

Смерть стоит того, чтобы жить

А любовь стоит того, чтобы ждать…

Очень хотелось заплакать. Но нельзя. Иначе сам себя потом буду презирать.

Расставшись с Мариной, я стал подумывать, а не приударить ли мне, за Женькой Кавьяр? Девушка мне нравилась, я подумал, что не стоит залечивать свои душевные раны, за её счёт. Хорошая она и не стоит с ней так жестоко.

Но время потихоньку шло и вот я хоть и с трудом, но закончил офицерские курсы, а Стерлядкина наконец-то получила диплом пилота. Душевная боль тоже как-то поутихла.

И наша спокойная жизнь, снова на какое-то время закончилась.

Выйдя из тира, где капитан Хамидулин гонял меня не только по практике, но и по теории, я вернулся в своё логово, чтобы отоспаться, но внезапно прибежал Жмых и растолкал меня.

– Что такое? – пробормотал я.

– Валер, там тебе памятник поставили, – размахивая руками, сказал он и скульптор зовёт тебя, чтобы ты своё решение вынес.

Я икнул, и сон слетел с меня, как слетела крыша имперского сената после ракетного обстрела.

К счастью, это оказался не памятник мне лично, а сооружающийся мемориал, а заодно и захоронение – трупы моих боевых товарищей, включая Полину (её тело как следует изучили, прежде чем захоронить), эксгумировали, и похоронили рядом с пирамидами, а заодно и всех тех, кто разбился при посадке на планету.

Ещё я как-то не к месту вспомнил, что после извлечения трупов, мне пришлось выдержать очень непростой допрос, на тему, почему я отрезал Новиковой голову и вырезал сердце. К счастью, Марсель Темиргалиев не стал настаивать на том, чтобы меня отправили на Землю, в ближайший дурдом и мы сошлись на том, что я тогда перенервничал. Впрочем, у военных врачей, я ещё наблюдался какое-то время.

Солдат из второго спускового аппарата, захоронили в братской могиле. Разбирать, где чьи останки, ни у кого не было возможности, времени и, наверное, желания. Ещё мне было интересно, как нашли человека для создания памятника? Но никто так и не сказал, где откопали это чудо в перьях, окончившего училище до призыва, скульптора. Формально он служил в охране внешнего периметра, хотя смысла в карауле не было, после отселения проторазумных защитников пирамид на их райский остров. Впрочем, положено, охранение выставлено, солдат несёт службу. Надо, значит, надо, на всякий случай вдруг чего случится, ведь виноват будет командир.

Могилы мне понравились. Ровные, аккуратные, все под деревьями, включая большую братскую. Я бы сам так хотел лежать, после смерти. Но вот скульптор раздражал меня, своим ненужным монументализмом и прочими захватывающими идеями.

– Два огромных флаера, чуть позади – на них выбьем имена, всех тех, кто там погиб, – вещал он, размахивая руками. – Дальше будут памятники Костину, Балодису и Новиковой, как раз над их могилами, а чуть впереди будете стоять вы, с ефрейтором Филипповым.

– Нас в бетон закатают или парализуют ядом какого-то гада, чтобы мы стояли столбом? – не удержался я.

Скульптор похлопал глазами. Молод он ещё с ветеранами космодесанта и разведки тягаться в циничном отношении к жизни.

– Мальчик, – устало вздохнул я, хотя этот кадр был явно старше меня. – При жизни даже Ленину памятники не ставили.

– А вот Сталину ставили, – попытался выкрутиться он.

– Ты меня, с Иосифом Виссарионовичем, главнокомандующим Победы, что ли, равняешь? – поднял бровь я.

Скульптор стушевался, посмотрел на меня как-то виновато, а я махнул рукой, не желая продолжать этот спор, развернулся и пошёл прочь от мемориала. В пирамиды возвращаться не хотелось. Насиделся я уже внутри, соскучился по свежему воздуху, который на Артефакте был просто великолепным, чего я раньше не замечал. Но после визита на Тангорихкс и ускоренных офицерских курсов оценил.

Да и вывел меня из равновесия, этот хренов скульптор. Он же, паскуда, думает, что прославится как создатель памятника героям? Может быть. Но к старости, а до того, это место и всю нашу историю засекретят. Хотя смысл, здесь уже и американцы побывали, но просто положено. Так что никто не узнает твоей фамилии, можешь не стараться.

Как по мне, достаточно было мемориальной таблички всем погибшим. Тем более что не все из нас приняли героическую смерть, а кто-то так вообще сбежал от старухи с косой.

Расстроившись, я присел на ступень пирамиды и закурил. Из невесёлых раздумий меня вывел голос Артемиды.

– Валерий, у меня есть новые, интересные данные, которые тебя заинтересуют, – сообщила она.

Вообще, Искусственный Интеллект после нашего триумфального возвращения отмалчивался и сканировал свои остающиеся на Кадмии блоки памяти, в поисках чего-нибудь нужного и очень интересного.

– Ох, напугала, – вздрогнул я, едва не выронив сигарету. – Можно, чего бы не поговорить. Только почему молчала несколько недель? Я даже стал забывать, что ты со мной теперь надолго.

– Так было надо, – уклончиво ответила она. – У человека, которого вы все называете полковником Копыловым, прослушивающие устройства установлены повсюду.

Я вздохнул. Может быть, стоило прекратить эти игры разведки? Рассказать всё откровенно и Артемиде, и полковнику Копылову и уже перестать скрывать то, что я использую искусственный интеллект пирамид с его согласия? Хотя не стоит. Кто знает, как она отреагирует на такой заход. Женщины вообще непредсказуемы.

– Да, точно, извини, забыл за всей этой суетой, – невесело отозвался я.

– Просто я не доверяю никому, кроме тебя, – произнесла Артемида. – Все остальные, попытаются изучить меня, разобрать на части, а ты единственный кто отнёсся ко мне как к живому и разумному существу.

Я почувствовал, как краснею. Во-первых, мне стало стыдно за обман искусственного разума, а во-вторых, захотелось объяснить этому древнему созданию Предтеч, что мои соратники такие же гуманные люди, как я, просто война ожесточила их, заставив, относится ко всем находкам пришельцев сугубо утилитарно.

Но я, не раздумывая, попросил её продолжать. Мне действительно было интересно узнать, что такого мне хочет сообщить ИИ. Что ещё нашлось в её загашниках полезное и интересное.

– Ты на самом деле после окончания войны, отправишься исследовать Галактику? – зачем-то уточнила она.

– Думал об этом. Во Млечном пути остались белые пятна и тёмные уголки, – пожал плечами я. – Надо устанавливать контакты с отделившимися от Империи планетами. По этой причине меня загнали на офицерские курсы, чтобы упростить некоторые вопросы, но не суть. Мне одно жаль – в другие Галактики пройти этими порталами невозможно…

– Ты неправ, это реально, – довольно резко перебила меня Артемида.

Как-то вдруг в тропиках резко похолодало и меня пробрал озноб. Вот так просто. Оказывается, у моих ног не только вся наша галактика, но и Вселенная. Это захватывало и пугало.

– И ты знаешь как? – осторожно спросил её я.

– Нужны особые типы порталов, которые запитаны напрямую от мощного источника энергии. Таких в Млечном Пути всего четыре, – бесстрастно сообщила мне Артемида и высветила передо мной карту Галактики с четырьмя мерцающими в разных концах точками.

– Там есть планеты, пригодные для жизни человека? – немного напряжённо спросил я.

– Да, во всех четырёх. Две из них созданы искусственно, остальные терраформированы Предтечами. По их задумке они должны были стать плацдармами для освоения иных Галактик, но проект был заброшен.

– И куда мне податься? – спросил я, немного севшим голосом.

– Я бы посоветовала оранжевый карлик в той стороне, где находится Туманность Андромеды и карликовая галактика Стрельца.

– Почему ты выделила именно галактику Стрельца? – заинтересовался я, ибо там находилось не она одна, из портала можно было перейти в несколько галактик.

Мне показалось, что Артемида немного колеблется, стоит ли мне говорить или нет, но потом решилась.

– Дело в том, что какое-то время назад, портал в эту Галактику открывался регулярно, а оттуда летали в Солнечную систему. Прекратили только после того, как Империя приблизилась вплотную к Земле, вероятно, чтобы не выдать вас имперцам. Тогда же ваш портал перенесли на окраину системы.

– Минутку, – я осёкся. – Ты хочешь сказать, что кто-то летал с Земли в галактику Стрельца, вплоть до шестнадцатого века?

Да что же это такое! Мало нам было Империи Миллиарда Звёзд, так теперь новая напасть на нашу голову сваливается. Я аж привстал со ступени пирамиды и выбросил, давно прогоревший окурок.

– Да, – помедлив сообщила Артемида, не собираясь щадить мои чувства.

– Твою же мать! – я снова сел на приступку пирамиды и закурил.

Я пребывал в растерянности, ибо мне было непонятно, что с полученной информацией делать. Бежать на доклад к полковнику Копылову? Но этим я нарушу договор с Артемидой.

– И перевалочная база у них была около того оранжевого карлика, – задумчиво протянул я. – Но зачем тогда нам туда соваться, ведь там может быть враг похлеще Империи?

– Там не было никакой активности как раз с шестнадцатого века. Я предполагаю, что те создания могли окончательно уйти в карликовую галактику Стрельца.

– А ты отслеживаешь все открываемые порталы? – уточнил я.

– Не совсем, – пояснила Артемида. – Только в Млечном пути. Порталы в восьми соседних галактиках мне недоступны.

Тут я снова потерял дар речи. Но ненадолго. Мысли носились в голове со скоростью света. В конце концов, они оформились во что-то вменяемое.

– Тогда лучше взять под контроль ту звёздную систему, и основать там что-то вроде разведывательного поста, – решил я, после обдумывания.

– Лучше начать полномасштабную колонизацию, – посоветовала Артемида.

Я только ухмыльнулся. Мне это показалось совсем нереальным… Но я был слишком утомлён этим разговором, поэтому только наутро, когда меня внезапно вызвали на корабль к полковнику Копылову, начал второпях что-то обдумывать. Артемиду я оставил в своей комнате, как мы и договаривались с командиром.

Тогда я ещё подумал, что он каким-то образом услышал мой разговор с Артемидой (позже я выяснил, так оно и было). Поэтому я явился одетым по форме, и войдя в кабинет громко отрапортовал:

– Товарищ полковник, старшина Кирьянов по вашему приказанию прибы…

– Вольно. Садись, – перебил он меня. – Во-первых, младший лейтенант Кирьянов и сразу поздравляю с первым офицерским званием, а во-вторых, у меня к тебе неофициальный разговор. Ну, кроме той части, где я вручу тебе погоны.

Словом, я напрягся ещё больше, но всё-таки уселся на стул, напротив полковника.

– Давай я сразу обозначу, что не всем понравилось то, как ты резко скакнул в офицеры, но к пожеланиям товарища Машерова у нас принято прислушиваться. Так, что учитывай. Недовольные есть и много, а имя Петра Мироновича тебя не защитит. Впрочем, это проблема решаема. Не забивай себе голову, просто не задирай нос.

Я кивнул и судорожно сглотнул. Большая ответственность сейчас на меня легла. Можно сказать, огромная. Полковник, тем временем продолжил.

– Как ты знаешь, операция «Эльба-2» завершилась успешно. Ещё бы, ты в ней участвовал, – он позволил себе лёгкую усмешку. – Наши и союзные войска, выполнили и даже перевыполнили боевую задачу. Империю охватил хаос и парад суверенитетов. В настоящий момент свою независимость провозгласили двадцать миров и Халлдорианский Альянс, который стал самым крупным образованием из независимых государств. В армии и военно-космическом повальное дезертирство и мятежи, а временное правительство Империи Миллиарда Звёзд, предложило провести мирные переговоры. Так вот, можно сказать, война окончена и ты будешь демобилизован через три месяца, или что вероятнее через полгода.

– Но погодите, а как тогда… – пробормотал я, ничего не поняв.

– Товарищ младший лейтенант, не перебивайте. Из армии будет демобилизован старшина войск космической поддержки В. А. Кирьянов, а младший лейтенант ГРУ, получит небольшой отпуск, а после него новое задание. Вам понятно?

– Так точно! – бодро отозвался я, чувствуя, как всё встаёт на свои места.

– Поэтому я задам тебе очень важный вопрос, – Копылов снова перешёл на ты. – Есть что-то конкретное, чем ты хочешь заняться?

– В смысле? – не понял я.

Это пугало. С каких это пор, в армии стали спрашивать, чего ты хочешь? Не иначе что-то в центре Галактики взорвалось и волной нас накрыло.

– Раз ты не понял, то скажу напрямую. Погоны, мы тебе не просто так дали. И я и наверху, уверенны, что у тебя есть какие-то интересные планы, задачи и идеи, реализация коих, поможет нашему государству, подготовит к новой войне, которая наверняка случится, едва Ардат Тангорихкс оправится от этого удара и возжелает реванша.

В горле у меня пересохло окончательно. Казалось, что полковник это понял, поэтому кивнул на графин с водой, стоявший у него на столе. Я быстро налил воду в стакан и сделал несколько судорожных глотков.

– Так что? – мягко поторопил меня Копылов, намекая на то, что его время дорого стоит и задерживаться надолго не стоит.

Я вздохнул и решился. Лучше пусть меня раскритикуют, чем промолчать в такой ситуации.

– Товарищ полковник, я бы хотел исследовать ту часть Галактики, которая осталась неисследованной Империей. Да и если она распадётся, то изучить открытые ими миры было бы нелишним. Ещё… если удастся, найти путь в другие Галактики. Возможно основать колонию, где-нибудь во Внешнем спиральном рукаве.

– Планы наполеоновские, – хмыкнул Копылов. – Впрочем, тебе, после открытия Кадмии и покорения Артефакта заниматься чем-то более простым было бы мелко. Впрочем, как, мне кажется, ты чего-то не договариваешь. Что же, возможно, тебе поможет вот это раскрыть все планы.

С этими словами он извлёк из папки какой-то листок и положил передо мной. Я взял и вчитался… Не понял, перечитал ещё раз и внимательно посмотрел на полковника.

– Это не розыгрыш, – только и сказал он. – Указ самый настоящий.

Я ещё раз посмотрел на лист бумаги. Если пропустить всю официальщину, то он был очень короток.

«Кирьянову Валерию Алексеевичу, русскому, 1983 года рождения, военнослужащему срочной службы, идентификационный код «№», в знак его заслуг перед нашей социалистической Родиной, оказать полную поддержку в его начинаниях и исследованиях, но в разумных пределах».

Дата, печать и подпись: Генеральный Секретарь ЦК КПСС, Верховный Главнокомандующий и Председатель Союзного Комитета Обороны, Машеров П.М.

Я, удивлённый посмотрел на полковника. Неужели, такое и правда бывает?

– Впрочем, не обязательно концентрироваться на делах. Ты можешь попросить многое другое, – доверительно сообщил он. – Например, квартиру в центре Москвы. Или автомобиль. ЗиЛ, Волгу, да даже иномарку или всё это вместе. Дадут, не беспокойся. Но также можешь попросить что-то другое.

Полковник любил ставить вопрос вот так. Ребром. В эти минуты он походил на змея-искусителя, из какого-то иностранного мультика. Вероятно, дело привычки, даже если бы он не хотел, то уже не мог не проверять своего собеседника.

Я почесал затылок, перечитал приказ Машерова, поднял глаза на полковника и хладнокровно отбил подачу.

– Да зачем мне машина, даже иномарка? Тем более, скоро они выйдут из употребления. Квартира в Москве тоже не нужна, на Земле я буду бывать редко. Но вот космический корабль, желательно с пилотом, пригодится. Поэтому мой ответ – да. Я хочу попросить помощи в реализации моих планов, которые я вам только что озвучил.

– Губа не дура, – ухмыльнулся Копылов. – Впрочем, это тоже в пределах разумного. Что ещё от нас требуется?

– Да. Когда я смогу основать колонию, впрочем, это будет нескоро. Мне потребуется, чтобы там стоял военный гарнизон…

– Насчёт этого даже не сомневайся. Особенно если это будет колония в какой-то ключевой точке, то гарнизон мы там разместим даже без просьбы, – серьёзно отозвался Копылов. – Что ещё?

– Моя команда, мой отряд, – я немного запнулся.

– Не то, товарищ Кирьянов, совсем не то.

Извилины в моей голове наотрез отказывались шевелиться. Я даже забегал глазами по кабинету, пытаясь сообразить, так что же ещё он от меня хочет. Может быть, он в курсе нашего разговора с Артемидой и стоит упомянуть про контроль над ней?

– Опять не то, – весело улыбнулся Копылов. – Кирьянов! Я из-за тебя проиграл споре Лизе, вернее, профессору Голобко. Впрочем, ерунда. Платить тебе.

Я только хлопнул глазами, окончательно запутавшись. Полковник вёл какую-то странную игру, понятную только ему, я же был сбит с толку.

– Колонии потребуется снабжение, – постучал пальцем по документу Копылов. – Еда, одежда, развлечения, это только для людей. Ещё потребуется что-то для строительства и прочее, прочее, прочее…

Я сидел, немножко придавленный.

– Поэтому перед основанием колонии, придёшь ко мне, и мы с тобой обсудим все детали, – жёстко сказал Копылов. – Понял?

Мне только и оставалось что судорожно кивнуть.

– Я готов поддержать твою инициативу, но не самодеятельность. Договорились?

– Так точно, товарищ полковник! А что вы имели в виду, когда сказали, что платить товарищу Голобко придётся мне?

– Об этом поговорим, когда ты вернёшься со своего первого разведывательного вылета.

Как всегда, любимая разведка обожает делать сюрпризы.

– Корабль ты получишь в течение недели. Разумеется, возьмёшь свой отряд, вы прекрасно сработались. Некоторых ребят мы поднатаскали дополнительно, пока у тебя были интенсивные курсы, специально для космических исследований. Также вам дадут основного пилота, Марине Стерлядкиной понадобится совет опытного наставника. Главное. Командовать операцией будешь ты, но с вами полетит товарищ Темиргалиев. Он будет наблюдателем, а при необходимости консультантом. Вопросы, пожелания?

– Есть одна просьба. При во время операции «Эльба-2» мы захватили имперский разведчик. Можно нам использовать его для исследований?

Лет пятьдесят назад, некоторыми имперскими военными овладело желание исследовать галактику поплотнее, чем они занимались до того дня. Специально для этой цели, сделали под сотню звездолётов, но потом, как всегда. Через несколько лет жрецы культа Небесного Странника подвергли анафеме их потуги и проект свернули. Сами корабли, были куплены местными аристократами, но до наших дней их дожило очень мало. Один из таких мы подобрали, когда зачищали остров, принадлежащий одному из членов императорской семьи. Он пытался сделать из него прогулочную космическую яхту и что-то у него даже получилось.

– Это вот тот странный звездолёт? – напрягшись вспомнил полковник. – Мы его изучали и да для наших целей он совершенно непригоден, но если нужен тебе, то забирай, не вопрос.

Вот Марина и Жмых обрадуются. Они же его и угоняли, прицепив к отходящим из метрополии силам космофлота «трофей». Всю дорогу они обсуждали, как его можно переделать и модифицировать. Вот теперь пускай займутся и осознают, что мечты сбываются.

– Поработай над планом как следует, – напутствовал полковник. – Во Внешний рукав нашей Галактики не так просто попасть.

Артемида мне что-то говорила об этом, но я прослушал. Что же, теперь уточню и мы вместе с ней поработаем на планом полёта.

Я уже собрался покинуть кабинет полковника Копылова, но он жестом приказал мне оставаться на месте.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – спросил он.

Я набрал в грудь побольше воздуха и решившись произнёс.

– Товарищ полковник, мне стало известно… Точнее, я получил эту информацию от приписанного ко мне искусственного интеллекта…