Текст книги "Тени тебя (ЛП)"

Автор книги: Коулс Кэтрин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

40

РОАН

Я мерно раскачивал качели на веранде, глядя в темноту полей и леса. Тихие тени всегда приносили мне покой, словно плотное одеяло пустоты, под которым все стихало.

Но не сегодня.

Внутри все все еще бурлило. Я изо всех сил старался скрыть это от Кэйди. Но Аспен видела все. Она всегда видела.

Лоусон позвонил в тюрьму, чтобы попытаться ограничить привилегии Джона, и говорил с Эваном из полиции Джексона. Проблема в том, что у нас не было прямых доказательств, что это Каррингтон. Мы знали только, что это кто-то из Джексона. Максимум, что пообещал начальник тюрьмы, – приставить к Джону более внимательных надзирателей.

Я знал, что этого не произойдет. Их и так не хватало. А следить за заключенными круглые сутки попросту невозможно.

Петли двери скрипнули, и на веранду вышла Аспен. Она плотнее запахнула длинное пальто и подошла к качелям.

– Тебе не холодно?

Я пожал плечами:

– Почти не чувствую. – Чудо, что вообще что-то чувствую.

Аспен села рядом и прижалась ко мне. Это одно из тех вещей, что я любил в ней больше всего: она всегда старалась забраться поглубже, быть ближе. Неважно, в каком я настроении – ничто не удерживало ее на расстоянии.

Она просунула руку под мою и положила голову мне на плечо:

– Я за тебя волнуюсь.

Это тоже про нее – честная, прямая, всегда заботится о других.

– Меня это задело, – признался я, глядя на звездное небо.

– Меня тоже, – тихо ответила она.

– Ненавижу это. Ненавижу, что он до сих пор может до тебя дотянуться после всего, что ты пережила.

– Лоусон сказал, надзиратели будут внимательнее. Может, что-то заметят, – сказала Аспен с надеждой.

Я притянул ее ближе:

– Всегда ищешь светлую сторону.

– Это лучше, чем альтернатива, не находишь?

Я пожал плечами:

– Думаю, лучше быть готовыми к тому, что может случиться. И дело не только в Джоне. Я зашел на сайт, где пишет Орэн. Почитал комментарии под подкастом Стивена и Тайсона. Там есть реально больные на голову люди.

Аспен замолчала на мгновение:

– Те, кто считает, что я солгала о Джоне.

В груди снова появилось это скрежещущее чувство:

– Я знаю, чем это может закончиться, когда люди зацикливаются на неправильной идее. Тебе могут причинить боль…

– Мне уже причинили, – перебила Аспен. Она прижала ладонь к своему шраму. – Меня едва не убили. – Ее зеленые глаза впились в мои. – Меня преследовали и нападали. И знаешь что? Я все еще здесь.

Страх вцепился когтями:

– С тобой ничего не должно случиться, – выдохнул я хрипло.

Аспен подняла руки и обхватила ими мое лицо:

– Уже случилось. Я была одна – и справилась. И не сомневаюсь, что справлюсь снова, если ты будешь рядом.

Жар пронесся по венам:

– Почему ты так веришь в меня?

– Потому что я тебя вижу, Роан. После того как ты едва не свел меня с ума, вывалившись из пурги как снежный человек, я поняла, что вся эта мрачная оболочка просто прячет самое мягкое и доброе сердце.

– Нежное сердце…

– Это правда. Мне ненавистно, что ты прячешь свое настоящее «я» от всех. Пора им его показать.

Ребра сжали легкие, не давая вдохнуть.

Большие пальцы Аспен гладили мои щеки:

– Перестань прятаться. В этом нет смысла. Ты самый потрясающий мужчина из всех, кого я встречала.

Три коротких слова вертелись на языке, но страх не давал им сорваться.

– Не знаю, чем я заслужил тебя.

Улыбка тронула ее губы:

– Ну, я действительно классная находка.

Я хмыкнул, и давление в груди чуть отпустило. Мои губы коснулись ее губ:

– Это точно.

Поцелуй стал глубже. Мой язык скользнул внутрь, дразня и играя. Мне никогда не надоест этот вкус. Он прожигал меня насквозь, заставлял каждый нервный конец звенеть.

Аспен застонала мне в рот, и член дернулся.

Ее притяжение было таким сильным, таким неотвратимым. Я бы не смог сопротивляться. И не хотел.

Я подхватил Аспен и усадил ее себе на колени лицом к полям.

– Что…?

Я оборвал ее легким укусом за ухо:

– Не двигайся. Думаешь, сможешь?

Она заерзала у меня на коленях, и я застонал.

– Не заставляй меня отшлепать тебя.

Она снова пошевелилась.

Я усмехнулся, но голос прозвучал ниже и темнее:

– Нравится эта идея?

– Возможно.

Я ухмыльнулся и провел губами по ее шее:

– Хочу почувствовать, как ты кончаешь у меня на пальцах. Но тебе придется быть очень тихой.

Дыхание Аспен превратилось в короткие частые вздохи:

– Да.

Моя улыбка стала шире. Я расстегнул молнию на ее пальто. В тишине ночи звук прозвучал как выстрел из пушки.

Я скользнул рукой под пояс ее спортивных штанов, потом в трусики. Снова застонал:

– Такой жар может оставить ожоги третьей степени.

Я обхватил ее ладонью, и Аспен прижалась к ней с тихим всхлипом.

– Неподвижно, – приказал я.

Она подчинилась.

От этой покорности член напрягся еще сильнее, упираясь в ее ягодицы.

Мои пальцы скользнули внутрь, и рот Аспен раскрылся в судорожном вдохе.

– Ты как кусочек рая.

Я двигал пальцами туда-сюда, растягивая и закручивая, наслаждаясь каждой дрожью ее тела. Это было как подбирать цвета для картины: какой поворот и щелчок поднимают ее выше, какой ритм заставляет дрожать.

Третий палец скользнул внутрь, и Аспен издала еще один стон. Этот звук обвился вокруг моего члена и сжал его.

Я двигался все быстрее и быстрее, пока ноги Аспен не задрожали. Мой большой палец нашел ее клитор и надавил.

Она сдержала крик, сжимая мои пальцы так сильно, что наверняка оставит синяки.

– Вот так. Отдай мне все.

Ее голова запрокинулась, губы приоткрылись, и она скользила по каждой гребне и волне. Я вытаскивал из нее каждую новую вспышку удовольствия, снова и снова, пока она не обмякла у меня на груди.

Я медленно вынул пальцы из ее тепла и облизал их.

Аспен резко выпрямилась:

– Только не говори, что ты это сделал.

Губы мои дернулись:

– Мой любимый вкус.

Ее челюсть отвисла, и она вскочила на ноги, потянув меня за собой и увлекая к двери.

– Куда мы идем?

Аспен оглянулась через плечо с лукавой улыбкой:

– Ты повеселился – теперь моя очередь. И в моей ванной отличная звукоизоляция.

41

АСПЕН

Кэйди подпрыгивала в своем детском кресле:

– Они принесут жуков, змей, ящериц и всяких разных тварей!

Я с трудом сдержала дрожь при слове «змея», но постаралась не выдать ее. Кэйди обожала всех живых существ, и я не хотела это менять.

– Как ты думаешь, кто тебе понравится больше всего? – спросил Роан с водительского сиденья, сворачивая на парковку начальной школы.

– Хм… – задумалась Кэйди.

Мой взгляд снова скользнул к телефону. Уведомление пришло две минуты после начала поездки, и с тех пор у меня в животе все сжалось в тугой узел. У Стивена и Тайсона вышел новый выпуск подкаста.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, разглядывая заголовок. «Кто лжет теперь?»

– Ящерица! – радостно выкрикнула Кэйди, вырывая меня из мыслей. – Но я слышала, он принесет дракона!

Я удивленно приподняла брови:

– Дракона?

Кэйди и Чарли были в диком восторге от предстоящего визита «Парня с жуками», но дракон звучал как-то уж чересчур.

Роан усмехнулся:

– Скорее всего, у него бородатая агама.

Я взглянула на него:

– Звучит опасно.

– На самом деле они отличные питомцы, – просветил меня Роан.

– Может, заведем такого следующего, мама. Я хочу дракона.

Я сжала переносицу, где уже начинала пульсировать головная боль:

– Думаю, наш дом и так переполнен, кузнечик.

– Поживем – увидим, – пропела она.

Роан засмеялся еще громче.

– Прекрати, – прошипела я ему.

Он остановился в линии высадки и наклонился, чтобы поцеловать меня:

– Ты ведь никогда не откажешь животному, которому нужна помощь.

Кэйди захихикала:

– Не делай так при Чарли. Он не любит поцелуи.

Роан хмыкнул:

– И правильно. Если это изменится – скажи мне.

– Хорошо, мистер Гриз, – сказала Кэйди, расстегивая ремни.

Я выскочила из пикапа, помогла ей выбраться и нагнулась, чтобы крепко обнять:

– Люблю тебя. Пусть день будет чудесным.

Она чмокнула меня в щеку:

– И тебя, мама!

И исчезла, бегом устремившись к дверям школы.

Я смотрела ей вслед несколько секунд, потом обернулась к машине. Сколько времени у нас осталось, прежде чем мне придется рассказать ей правду о ее отце? Сколько до того момента, когда она начнет понимать все эти статьи, подкасты и передачи на Dateline?

Я открыла дверь и снова забралась внутрь. Роан внимательно наблюдал за мной, пока я пристегивалась, а затем тронулся с места, не говоря ни слова. Но вместо того чтобы поехать прямо в The Brew, он свернул к обочине перед галереей, которая еще не открылась.

– Что случилось?

Я уставилась на свои руки в коленях:

– Новый выпуск подкаста.

Роан выругался. Он расстегнул мой ремень и притянул меня ближе:

– Ты не обязана слушать весь этот бред.

– Кэйди когда-нибудь услышит все это. Вот чего я боюсь больше всего.

Он тяжело выдохнул:

– Мы будем рядом, чтобы помочь ей пройти через это, когда придет время.

Сердце мое забилось чаще. «Мы». Боже, как же я этого хотела. С Роаном рядом ничто не казалось слишком тяжелым. Даже его угрюмость каким-то образом сглаживала острые углы любой ситуации.

– Будешь слушать? – мягко спросил он.

– Наверное, – призналась я. Это было как смотреть на аварию – невозможно отвести взгляд. И я должна была понять, как оградить Кэйди от всего этого.

Роан взял телефон с моих колен:

– Тогда слушаем вместе.

Он нажал несколько кнопок, и знакомая заставка заиграла в динамике.

– Добро пожаловать в «Извращенную ложь. Истинная история Джона Каррингтона». Я – Стивен.

– А я – Тайсон.

– Сегодня к нам присоединился особый гость, – сказал Стивен. – Журналист, который освещал это дело с самого начала, Орэн Рэндал.

Живот у меня провалился, и Роан скользнул своей рукой в мою, переплетая наши пальцы.

– Добро пожаловать, Орэн, – поприветствовал его Тайсон. – Здорово, что с нами человек, который наблюдал за этим делом в реальном времени.

– Рад быть здесь, – сказал Орэн. – Нам нужны такие, как вы, чтобы дело не уходило из поля зрения. Потому что я не думаю, что за решеткой сидит тот человек.

Я сжала руку Роана сильнее. Все, о чем я могла думать, – это последствия его небрежно брошенных слов. Если Джон получит право на повторное слушание, это может отравить жюри. Кэйди может это услышать и начать сомневаться. Да и люди вокруг меня будут смотреть иначе.

– Рад это слышать, – вступил Стивен. – Я даже не говорю, что Тара Монро солгала намеренно. Она могла быть травмирована, когда нашла свою сестру. Когда ее случайно ранили ножом. Ее сознание могло автоматически решить, что убийца – Джон, даже если есть вполне убедительные доводы, что он не причастен.

Орэн фыркнул:

– О, я думаю, она солгала специально. Думаю, она ревновала к тому, как сильно Отэм его любила. К их счастливой жизни, частью которой она не была. Она увидела шанс отомстить за то, что Джон «украл» у нее сестру, и воспользовалась им.

– Не знаю, – сказал Тайсон. – Мы на этой неделе получили копии результатов экспертиз, и улики по крови на Джоне выглядели весьма убедительно.

На мгновение повисла тишина.

– Ты серьезно думаешь, что она говорит правду? – удивился Стивен.

– Ты видел фотографии, – сказал Тайсон. – Как еще можно так испачкаться кровью? Это выглядело как брызги.

– Он любил свою жену, – вмешался Орэн, голос его был напряжен. – Он не раз говорил, что держал ее на руках, когда нашел.

– Но это не объясняет…

Стивен перебил его:

– Еще как объясняет. Если поднять человека с такими ранами, кровь будет повсюду. Не верю, что ты начинаешь вестись на ее слезливую историю. Она манипулятор…

Я нажала «стоп».

– Я больше не могу это слушать, – хрипло выдохнула я.

Роан притянул меня к себе на колени, прижимая к своей груди:

– Не надо. У них нет никаких чертовых доказательств. Это все те же дурацкие теории заговора.

Слезы жгли глаза:

– Даже не представляю, как страшно ей было. Я обещала, что всегда буду рядом, всегда прикрою ее спину. А когда она нуждалась во мне больше всего – я не была рядом.

– Аспен. – Роан мягко гладил мою голову. – Ты боролась за нее на каждом шагу. И продолжаешь бороться. За нее. За ту девочку, которую она родила.

Я всхлипнула:

– Я скучаю по ней.

– Конечно, скучаешь. – Он поцеловал меня в макушку. – Расскажи мне о ней.

– Это она придумала какао с мороженным.

Я почувствовала, как губы Роана изогнулись в улыбке у моих волос:

– Ты про тот сахарный кошмар в миске?

Я расхохоталась:

– Она придумала его, когда у меня был плохой день, и я хотела мороженого с шоколадным сиропом, а у нас не было ни того, ни другого. Но так даже лучше.

– Похоже, она была потрясающей сестрой.

– Она была лучшей, – прошептала я. – У нас не было многого, когда мы росли. Только мама и мы вдвоем. Мама никак не могла удержаться на работе. Иногда нам везло, и ей удавалось наскрести денег на квартиру. А иногда это был приют или наша машина.

Роан крепче обнял меня.

– Но со мной все было в порядке, потому что у меня всегда была Отэм. Она следила, чтобы я была в безопасности. Согрета. Сыта.

– Она была тебе больше матерью, чем мать.

Горло обожгло:

– Да.

Мы помолчали немного, и Роан просто держал меня, сглаживая боль.

– Думаю, именно поэтому она так долго оставалась с Джоном. Потому что хотела ту семью, которой у нас никогда не было. Она отчаянно хотела дать своей дочери хорошую жизнь.

Роан обхватил мою щеку и чуть приподнял голову:

– А теперь ты сама даришь Кэйди эту жизнь. Посмотри, как ее любят. Сколько волшебства в ее мире. Это все твоя заслуга.

Я сглотнула, стараясь справиться с комом в горле:

– Я старалась. Изо всех сил. Но по-настоящему все изменилось, когда в нашу жизнь пришла твоя семья.

Хартли подарили нам так много. Лучшую подругу для Кэйди. Женщин, которые стали мне как сестры. Материнскую заботу Керри. Нежную ворчливость Нейтана. Братскую поддержку Холта, Нэша и Лоусона. И Роана.

Он стал величайшим подарком из всех.

Роан коснулся моих губ и чуть отстранился. Его взгляд пронзал насквозь:

– Ты подарила мне больше, чем я мог себе представить. Еще до того, как я узнал тебя, ты была той искрой света в темноте. А оказаться в твоей орбите… там так ярко, что все остальное исчезает.

Я положила руку ему на грудь, чувствуя ровный ритм под ладонью. Это были не слова «я тебя люблю» – это было куда больше. Это было честно, обнаженно и… это был он. Роан.

Женщина уставилась на меня на пару ударов сердца дольше, чем следовало, пока я протягивала ей купюры и сдачу. Желудок болезненно сжался. Я не узнавала ее в лицо и отчаянно надеялась, что это не журналистка.

Она облизнула губы, принимая деньги.

– Мне так жаль, что с вами произошло, – прошептала она. – Знайте: вам верят.

В ее глазах блеснули слезы, когда она встретилась со мной взглядом.

Горло сжалось. В ее лице читалось понимание. Что-то подсказывало, что ей самой доводилось видеть последствия насилия – в какой-то форме.

– Спасибо. Вы не представляете, как это важно.

Она кивнула и сунула сдачу в банку для чаевых.

– Берегите себя.

– Буду.

И она ушла.

С плеч словно упал груз – тот, что я несла долгие годы. И понадобилось лишь одно слово незнакомки: «Я тебе верю».

– Все в порядке? – спросил Джонси со своего привычного столика.

Я прочистила горло и улыбнулась:

– Все отлично. Даже лучше, чем отлично.

Губы Элси дернулись:

– Это как-то связано с тем большим лохматым мужчиной в твоей постели?

Я фыркнула:

– Не мешает.

– Еще бы, – ухмыльнулась она и снова уткнулась в ноутбук, принимаясь редактировать новую серию фотографий.

Я нахмурилась, глядя на экран:

– Ты ведь пока не поднимаешься в горы, верно?

Элси виновато улыбнулась:

– Вчера прошлась по тропинкам… но рядом с домиком, честно. Больше никаких инцидентов не было, думаю, все в порядке.

Я одарила ее самым строгим материнским взглядом:

– Подожди хотя бы неделю-другую. И возьми с собой шокер и баллончик от медведей.

Она улыбнулась шире:

– Обещаю, возьму оба.

– Спасибо, – выдохнула я.

Я взяла тряпку и средство для уборки. Уборка туалетов была моей наименее любимой задачей в The Brew, но кто-то должен это делать. А уж лучше сделать это, пока тихо.

Когда я проходила мимо кладовой, петли двери жалобно скрипнули. Я обернулась – но было уже поздно. Чья-то рука зажала мне рот, и меня рывком втянули в широкую грудь.

– Слушай, сука. Ты выйдешь к людям и скажешь, что ты лживая тварь. Ты откажешься от своих показаний и наконец дашь Джону свободу, – прошипел Орэн, его горячее дыхание обожгло мне ухо.

Я среагировала инстинктивно: локоть резко ушел назад. Я пересмотрела десятки видео по самообороне на YouTube и отрабатывала движения, пока не запомнила их наизусть, но применить их на деле еще не доводилось.

Орэн охнул, его хватка ослабла.

Я развернулась, ударив ладонью вверх. К сожалению, он сумел уклониться от самого сильного удара, и это лишь сильнее его взбесило.

Кулак Орэна врезался мне в щеку.

Перед глазами на миг вспыхнули звезды, но адреналин хлынул в кровь, когда он потянулся к моим плечам. Колено дернулось само собой, и я закричала.

Орэн рухнул на пол с воплем как раз в тот момент, когда в коридор вбежали Элси и Джонси.

– Что, черт возьми, произошло? – вытаращилась Элси.

Тогда-то меня и начало трясти:

– Кажется, я сломала ему яйца.

42

РОАН

Лоусон облокотился на стойку магазина спортивных товаров на окраине города:

– Кто-нибудь из тех, кто заходил в последнее время, показался тебе подозрительным?

Женщина за прилавком посмотрела на него скучающим взглядом:

– Ло, я уже отвечала на все эти вопросы, когда ты приходил в прошлый раз.

– Знаю, Мег, – примиряюще сказал он. – Но мы опрашиваем всех по второму кругу – вдруг всплывет что-то новое.

Она фыркнула:

– У нас тут хватает чудаков. Туристы, которым вообще не стоит соваться на эти тропы. Сумасшедшие, уверенные, что мир вот-вот рухнет, приходят за запасами. А еще всякие помешанные охотники, которых влечет кровь больше, чем нужно.

Лоусон вздохнул:

– Ты понимаешь, о чем я. Кто-то, кто вызвал у тебя тревогу.

– У тебя есть время, чтобы я список составила? – спросила она, убирая с лица пряди седых волос.

– Им нужно было бы что-то, чтобы перевезти тело, – сказал я. – Брезент и веревка, например. Или нож.

Глаза Мег сузились:

– Думаете, это какой-то больной ублюдок и он ударит снова?

Лицо Лоусона напряглось. Он ненавидел, когда люди начинали сплетничать об расследовании, а выражение на лице Мег ясно говорило, что она собирается именно это и сделать. Он прижал ее взглядом:

– Мы не хотим сеять панику. Пока считаем, что это единичный случай, но нам все равно нужно найти того, кто это сделал.

– Ну конечно, нужно, – фыркнула она. – Не представляю, как можно отпустить дочь одну в поход. Это же катастрофа напрашивается.

– Не все знают, что их может ждать на тропах, – сказал Лоусон.

Мег покачала головой:

– Бедняжка. – Она ненадолго замолчала. – Никто не показался мне убийцей. Никто не покупал все три вещи сразу. Но многие брали что-то одно. Я могу поднять счета и составить список, но на это потребуется время.

Лоусон кивнул:

– Будем признательны. Позвони, когда все будет готово, и я кого-нибудь пришлю забрать.

– Сделаю. Смотрите у меня, мальчики, берегите себя, – велела она.

– Всегда, – улыбнулся Лоусон.

Я последовал за братом к его внедорожнику:

– Мы ведь не можем арестовать кого-то только за то, что он купил нож или веревку.

Он покачал головой:

– Нет. Но это уже зацепка.

Думаю, это было лучше, чем ничего. А пока у нас не было вообще никаких зацепок. Никто не видел чертову вещь, связанную с Марси Питерс. Сам факт, что женщина может просто исчезнуть, а потом появиться изрезанной в клочья, выводил меня из себя.

Мы забрались в машину, и я повернулся к брату, когда он завел двигатель:

– Что дальше в твоем списке?

Он уже собирался ответить, когда зазвонил телефон. Лоусон вытащил его и поднес к уху:

– Хартли.

Его лицо закаменело:

– Как давно? – Пауза. – Уже в пути.

Он нажал на экран и бросил телефон в подстаканник.

– Что? – спросил я, когда он выехал с парковки и нажал на газ.

– Только не паникуй.

Все мышцы напряглись, будто их сжало тисками:

– Эти слова не помогают.

Лоусон скривился и бросил на меня взгляд:

– Орэн Рэндал напал на Аспен в The Brew. С ней все в порядке.

Мышцы сжались еще сильнее, и по телу прокатилась дрожь:

– Если на нее напали, значит, не все в порядке, – прорычал я.

В голове вспыхивали образы, каждый – хуже предыдущего. Они переплетались с воспоминаниями. Удар сапога в ребра. Удар по голове.

– Роан, тебе нужно дышать, или мне придется остановиться, – предупредил Лоусон.

– Едь, – рявкнул я.

– С ней все хорошо. – Он снова взглянул на меня. – Не уверен, что твоя фиксация на безопасности Аспен вообще здорова.

Мне хотелось врезать брату. Он не понимал. Не мог понять.

– Мне просто нужно, чтобы с ней все было в порядке.

– И так и есть.

– Я не поверю, пока не увижу сам.

– Ладно, – буркнул Лоусон.

Он включил мигалки и утопил педаль газа. Спустя пару минут мы остановились у The Brew – как раз когда от участка вниз бежали двое офицеров.

Едва машина затормозила, я выскочил наружу и бросился к двери. Рванул ее на себя и ворвался внутрь.

– Здесь, сзади, – окликнул Джонси.

Я зашагал по коридору к заднему помещению. И только часть меня узнала мужчину на полу. Та часть, что жаждала его крови. Но глаза мои искали только Аспен.

Ее тело дрожало, пока она опиралась о стену. Щека покраснела и начала опухать.

Я пересек расстояние в три шага и поднял руки к ее лицу, не решаясь коснуться, чтобы не причинить боль:

– Аспен.

– Со мной все в порядке.

Но это было неправдой. Голос ее дрожал, как и все тело.

Я мягко притянул ее к себе, needing почувствовать, как ее грудь поднимается и опускается в такт дыханию:

– Где болит?

Она сглотнула:

– Только щека. Он застал меня врасплох. Не знаю, как проник внутрь. Но я ему врезала.

Я опустил взгляд на мужчину, корчившегося и ругающегося на полу. Он был стянут чем-то вроде пут.

– Это… фартуки? – спросил Лоусон.

Элси покраснела:

– Это все, что было под рукой.

– Умный ход. Мне нравится. – Он обернулся к Клинту и офицеру Адамсу: – Поднимите это дерьмо и оформите его за нападение.

– С удовольствием, – сказал Адамс, наклоняясь, чтобы заменить фартуки на наручники.

– Все узнают, что ты лгунья. Они придут за тобой! – заорал Орэн.

– Он сумасшедший, – прошептала Аспен, пока Клинт и Адамс тащили его по коридору.

Я заставил себя отстраниться и взглянуть на ее лицо:

– Думаю, нам стоит отвезти тебя к врачу, чтобы убедиться, что все в порядке.

Она покачала головой, но поморщилась:

– Это просто синяк. Было бы больнее, если бы что-то сломано.

Я нахмурился:

– Ты не можешь этого знать.

Аспен посмотрела на меня умоляюще:

– Я не хочу к врачу. Я просто хочу домой.

Лоусон внимательно изучил ее:

– Сознание не теряла?

– Нет. Я даже не упала.

Живот скрутило. Аспен в этом коридоре боролась за жизнь. Одна.

– Роан, – прошептала она.

Я резко вскинул на нее взгляд.

– Останься со мной.

Я понял, что она имеет в виду. Останься здесь и сейчас. Не позволяй себе провалиться в прошлое, в воспоминания, которые могут утопить меня.

Я прижал лоб к ее лбу:

– Я с тобой, Нежное сердце.

Аспен выдохнула:

– Хорошо. Тогда можешь послушать, как я рассказываю Лоусу, как сломала яйца этому ублюдку.

Я хотел рассмеяться, потому что знал – она пыталась именно этого добиться. Но не смог.

Пока она пересказывала Лоусону каждую деталь произошедшего, мое тело напрягалось все сильнее. Орэн Рэндал явно был не в себе и одержимо следил за Аспен. Это была готовая катастрофа.

Лоусон подошел к задней двери и подозвал криминалиста:

– Сфотографируй это и попробуй снять отпечатки. Кто-то возился с замком.

Я злобно уставился на дверь:

– Мы поставим тебе новые замки и систему сигнализации.

– Роан…

– Нет, – рявкнул я. – Я изо всех сил стараюсь сейчас не сорваться. Пожалуйста, позволь мне сделать хоть что-то, чтобы ты была в безопасности.

Аспен прижала ладонь к моей груди и поднялась на цыпочки. Ее губы накрыли мои в долгом, медленном поцелуе.

– Ладно. Только пообещай, что не заблудишься в своих лесах. Что останешься со мной.

Леса моего сознания могли быть опасным местом. Там легко было сорваться в бездну. Но у меня были Аспен и Кэйди – ради них я всегда находил дорогу обратно.

– Никуда не денусь, – пообещал я.

– Хорошо, – сказала она и мягко похлопала меня по груди.

Лоусон прочистил горло:

– Нужно будет сделать несколько фотографий твоего лица сейчас, а потом еще раз, когда появятся синяки.

– Не сейчас, – выдавил я сквозь зубы.

Аспен сжала мою руку:

– Все нормально. Я справлюсь.

Но я не пропустил дрожь, пробежавшую по ее пальцам, когда она убрала руку. Скорее всего, ее саму фотографировали после нападения Джона, и теперь она сражалась с нахлынувшими воспоминаниями.

Криминалист – ему, на вид, было не больше двадцати одного – поднял камеру:

– Просто смотрите в объектив.

Вспышка ослепила нас, и Аспен вздрогнула.

Я выругался.

Лоусон сжал мое плечо сильнее:

– Держи себя в руках.

Парень посмотрел на меня с опаской:

– Посмотрите налево.

Еще вспышка и новый вздрагивающий рывок.

– Теперь направо.

Яркий свет. Опять дерганое движение.

– Хватит, – рявкнул я. – Я отвожу ее домой.

– Мне больше ничего и не нужно, – тихо сказал криминалист.

Аспен повернулась ко мне лицом, тревога четко читалась в ее чертах:

– Худшее позади.

– Тебе не нужно меня утешать, – прорычал я. – Это я должен заботиться о тебе.

Ее губы дрогнули:

– Сейчас ты немного похож на гризли с занозой в лапе.

Лоусон фыркнул и вытащил телефон, который зазвонил:

– Не поспоришь, – бросил он и ответил: – Хартли.

Его выражение изменилось в одно мгновение, пока он слушал. Потом взгляд метнулся ко мне:

– Нашли еще одно тело.