Текст книги "Игры немертвых (ЛП) (др. перевод)"

Автор книги: Ким Харрисон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 33 страниц)

Мужчина шагнул вперед, заставляя меня отступить.

– Ты права. Я сделал выбор. Он был неверным.

Дерьмо. Я почувствовала, как мое лицо побелело. Мистики собрались внутри меня, разыскивая источник страха, с изумлением снова обнаруживая его в эмоции, а не физической боли. Их собралось еще больше, они были зачарованы и заставляли мою голову кружиться.

– Когда я услышал, что тебя забрала Богиня, я пытался, – продолжил Трент, заметив несоответствие высоты своих рукавов и закатывая один из них. – Я делал то, что должен был. Я оставался там, где безопасно. Я твердил себе, что Эдден найдет тебя, что ты будешь в порядке. И ты была в порядке. Я все делал как надо – то, что приемлемо и необходимо. Все было идеально. Но чуть не убило меня.

Трент приблизился, и я попятилась назад, пока не уперлась в стойку. Глядя на меня, он взял мою руку в свою, поднимая ее между нами. Я посмотрела на его руку на моей, видя мужскую силу в его длинных, красивых пальцах.

– Я больше никогда не буду на тебя работать, – прошептала я, желая, чтобы его пальцы прошлись по моей коже. – Не проси.

Глаза Трента сосредоточились на моих.

– Этим утром я сказал Элласбет, чтобы она уезжала.

Мое дыхание пресеклось, и я задержала его, чувствуя головокружение.

– Что?

Его улыбка была слабой и робкой – неуверенной и уверенной одновременно.

– Сразу после того, как ты оборвала мой вызов. Ты была права, у меня не было бы никакого голоса в том, что ты делаешь, если бы я женился на ней, и мне это не понравилось. Я велел Квену собрать ее вещи, если она сама этого не сделает. Я сказал ей, чтобы к завтрашнему дню ее уже не было. Сказал, что она сможет забирать девочек на три месяца летом и это все, но если начнет оспаривать мое разрешение, она больше никогда их не увидит. Я не собираюсь на ней жениться. Никогда. Я не люблю ее, и никогда не полюблю.

Его рука на моей дрожала. Мой Бог. Единственный раз в его жизни он отбрасывал то, чего от него ждали, и следовал за… своим сердцем.

– Ты не можешь этого сделать, – прошептала я испуганно. – Все ожидают…

– Я уже это сделал, – его челюсть сжалась. – Я больше не хочу, как проще. Это ничего не стоит и сияние не длится долго. Но ты уже знаешь об этом.

Этого не должно быть. В смысле, я замечала признаки, видела их и мы договорились…

– Почему ты это делаешь? – спросила я, вспышка злости окрасила мои слова. Это не справедливо! Мы договорились! Зачем он размахивал этим передо мной, зная, что это невозможно?

– Ты знаешь, кто я такая!

Выражение лица Трента стало серьезным, и его рука почти соскользнула с моей.

– У меня было много времени подумать об этом.

– У нас ничего не выйдет!

Он посмотрел вниз, затем в отчаянии вскинул голову, сжав пальцы на моей руке.

– Я не прошу тебя выйти за меня замуж, Рэйчел. Я просто…

Мое сердце колотилось, и Трент шагнул ближе – так близко, что меня окутал запах корицы и вина.

– Мне нравится входить в комнату и видеть, как твое лицо оживляется при виде меня, – ответил он настойчиво. Солнечные лучи из открытого окна заставляли его волосы светиться, – Мне нравится спорить с Квеном над тем, разумно ли использовать демона в качестве моего охранника.

Мое горло сжалось. Этого не произойдет, но что-то во мне ослабевало. Я хотела больше – и я знала, что не могу этого получить.

Трент коснулся моих волос, и я вздрогнула, когда он заправил прядь волос мне за ухо.

– Я хочу просыпаться рядом с тобой и видеть твои кудри на своей подушке. Я хочу иметь шанс на влюбленность.

Мое дыхание ускорилось. Я тоже разделяла его желания, и это причиняло гораздо больше боли, чем, по-моему, можно было пережить.

– Прекрати, – прошептала я, с трудом выдыхая это слово. – Я не могу. Не делай этого.

Я ничего не могла поделать и слеза выскользнула наружу. Трент обнял меня, и я начала всхлипывать. Его сила, окутывающая меня, была такой приятной, такой настоящей. И она была не моя.

«Почему нет?» – спросил мистик, и я не смогла ответить.

– Пожалуйста, остановись. Уходи, – шепнула я заплаканным голосом.

Но он не уходил.

– Я знаю, ты напугана, – сказал Трент, покачивая меня так медленно, что это почти совсем не было движением.

– Я не боюсь, – ответила я, зарываясь головой в его плечо, касаясь его, чувствуя объятия, находя силу, хотя от этого было еще больнее.

– Боишься, – сказал он, его слова успокаивали меня. – Я хочу любить кого-то. Думаю, что возможно уже люблю.

Я рывком выдохнула, и оттолкнула его. Любовь?

– Ты ублюдочный сын! – воскликнула я, и Трент с удивлением уставился на меня, – Как ты смеешь заходить в мою кухню и говорить, что возможно любишь меня. Ты знаешь, что это не сработает! Эльфы этого не хотят. Демоны этого не позволят! Если мы это сделаем – ты потеряешь все!

– Да будь я проклят, – произнес Трент, его шок сменился восхищенным удивлением с явным намеком на веселье. – Я наконец узнал, чего ты боишься, Рэйчел Морган, и почему продолжаешь проводить время с мужчинами и женщинами, которые не могут дать тебе того, что тебе нужно.

– Я не боюсь, – сказала я, ужаснувшись. – Я реалистка!

– Ты боишься, – сказал он спокойно. – И я это докажу.

– Ты… – начала я, отступая, когда он приблизился ко мне с решительным выражением на лице. Трент смотрел на мои губы. – Эй!

Его руки крепко схватили меня за плечи и притянули через несколько футов, разделяющих нас.

– Трент, ты мммфф… – удалось произнести мне перед тем, как он украл поцелуй – дикий, прекрасный, страстный поцелуй.

Его губы давили на мои в эротичной смеси требования и мягкости. Я положила руки на его плечи, чтобы оттолкнуть, но не смогла, потрясенная неожиданным всплеском желания, взорвавшимся в моей сердцевине, сжигающим меня словно горящую бумагу.

Закрыв глаза, я уперлась спиной в стойку.

Эмоции вибрировали во мне. Мои руки сжались на его плечах и глаза открылись. С бешено колотящимся сердцем, я оттолкнула Трента от себя. О Боже, это был невероятный поцелуй. Я с трудом могла собрать мысли в голове.

– Такой ход мог сработать на секретарше, а не на мне! – буркнула я, глядя на него и мысленно раздевая этого мужчину. – Но я умнее этого. Убирайся! Сейчас!

Я указала на дверь и мистики во мне засветились, усиливая мое вожделение.

Трент не шелохнулся, глядя на меня, читая мою ложь.

– Ты напугана, – сказал он, и запах корицы и вина заставил мои колени ослабеть. – Забудь о них, Рэйчел. Они ничего не значат. Ты демон, а я только что бросил свою невесту. Скажи, что ты не хочешь посмотреть, к чему это может привести. Я не хочу жить с сожалением от того, что даже не попытался.

Он шагнул ближе, и я отступила, желая прикоснуться к нему, желая расстегнуть еще одну пуговицу на его рубашке. Я не могла пошевелиться, когда он скользнул в мое личное пространство, и закрыла глаза, притворяясь, что если я не буду его видеть, то мне не придется его выгонять. Я задержала дыхание, и меня охватило головокружение.

– Скажи мне, что ты уже долгое время не хотела это знать, – прошептал он, и я задрожала от страха, когда его рука коснулась моего плеча. – Скажи мне это прямо сейчас, и я уйду.

Воспоминание о его выражении лица, когда он нашел меня избитую и измученную за городом, всплыло на поверхность – его гнев на того, кто причинил мне вред, его разделенную боль из-за моих синяков.

– Не надо. Не уходи.

Трент с дрожью втянул воздух. Его прикосновение к моему плечу изменилось, стало менее слабым.

– Пожалуйста, не уходи, – попросила я, открывая глаза, чтобы увидеть его облегчение. – Я больше не хочу быть одна.

Как может что-то быть таким неправильным и настолько правильным одновременно? Нет, не неправильным, просто сложным.

Он притянул меня ближе, прижал к себе.

– Ты никогда не была одна.

– Но это так, – сказала я, слезы снова полились. Проклятье, я не хотела плакать, но это, казалось, не имело значения, пока Трент легко целовал меня – лаская губами мои глаза, щеки, губы.

– Не ходи в Безвременье, – попросил он. – Мы сможем сами разобраться.

Безвременье было последним, что было у меня на уме, и я издала придушенный смешок.

– Я надеялась, что ты придешь остановить меня. Я действительно думаю, что надеялась.

Трент улыбался, когда я вытерла глаза, и все же мы остались на месте, прижимаясь друг к другу.

– Чертовски ужасный способ заставить мужчину расставить его приоритеты.

Я притянула его ближе, желая провести пальцами по линии его слабой щетины.

– Что тебя так задержало?

Я положила голову ему на плечо, и почувствовала его дыхание на своих волосах.

– Страх, я думаю. На меня смотрит слишком много глаз.

– Я знаю, что ты имеешь в виду.

Что только что случилось? Я знала только, что меня переполняло облегчение, усталое принятие и ощущение, что все будет хорошо, несмотря ни на что. Мои руки прошлись по контурам его плеч, я позволила им последовать за линиями его мышц ниже, и когда он напрягся, в меня просочилось предвкушение.

Его дыхание участилось, сдвигая мои волосы. И мы все еще стояли там.

– Где все?

Его слова заискрились во мне, вызывая тысячу чувств и лишь один вопрос. Трент был здесь. Все изменилось. Все казалось правильным. Я снова погладила его плечи. Но он что-то у меня спросил.

– Снаружи.

Я наклонила голову и длинно и медленно выдохнула в его ухо. Один раз. Два. Три раза. Никто из нас не двигался. Мы оба знали к чему это может привести. Мое сердце колотилось, и, наконец, я перенесла свой вес на него, вытягиваясь, пока мои губы не нашли мочку его уха, и я осторожно прикусила ее, вызывающе потягивая.

– Они все, – выдохнула я, не отпуская его.

Трент сместился, и неожиданно я обнаружила себя прижатой к стене рядом с аркой. Мои глаза распахнулись. В его глазах жарко горело желание, и я улыбнулась, когда задалась вопросом, смогу ли выяснить, обсуждал ли он с Алом то проклятие обрезания.

– Мистер Каламак, – сказала я игриво, когда он взял мои запястья и прижал их к стене рядом с моей головой. В этом движении было достаточно силы, требования, смягченного страстью, и это огнем опалило меня, делая меня живой.

– Я надеялся, что ты не любительница поговорить.

Я провела ногой вверх по его штанине, затем вниз.

– Так займи мои губы чем-нибудь.

Трент потянулся к моим губам, и мы поцеловались: лаская друг друга, пробуя на вкус. Все также удерживая мои запястья, он прижался ко мне, и мои пальцы сжались в кулаки, пока я удерживала себя там, чертовски наслаждаясь процессом.

«Что я делаю!» – отразилось у меня в мыслях, но я не слушала. Я целовала Трента, и получала удовольствие.

Но я хотела большего. Трент отпустил меня при легком намеке на движение, и мои руки упали, обнимая его за шею. Открыв глаза, я встретила его взгляд. Свет в них огнем опалил меня. Это будет здорово. Я уже могла это сказать. Это молчунов нужно было остерегаться.

– У нас будут большие неприятности, – сказала я с улыбкой, и он улыбнулся в ответ, переводя глаза на мои губы.

– Тогда давай проверим, стоит ли это тех неприятностей.

Хриплая глубина в его голосе нырнула к моему животу. Страх, страсть, желание. Боже, помоги мне. Я так долго этого хотела.

Я подумала о своей постели, отталкиваясь от стены, но мужские руки были на моей талии, и я обнаружила себя сидящей на столе. Я обняла Трента ногами, притягивая ближе.

С колотящимся сердцем, я потянулась к пряжке его ремня. Боже, у него такая тонкая талия.

Его губы были на моей шее, и я вздрогнула, когда Трент нашел последние остатки шрама, которым меня наградил Ал – нейротоксины, похороненные глубоко в ткани, вспыхнули, оживая, шокируя меня. Они так долго были в состоянии покоя.

– Чувствительно, – ахнула я, потом заморгала, осознав, что Трент расстегнул верхние три пуговицы моей блузки и я даже не заметила этого. Я вздохнула, когда он распахнул мою блузку, оставив ее висеть на моих плечах, показывая сорочку под ней, и легонько провел пальцами по моим очертаниям. Мои руки переместились на его волосы, погружаюсь в шелковистые пряди, когда он вытянул мою сорочку из-под пояса.

«Боже да», – подумала я, вздрогнув, когда мужские пальцы коснулись моей обнаженной кожи, и он провел ими по моим изгибам вверх, пока не накрыл мою грудь рукой. Его голова наклонилась, и я сжала ноги вокруг него, когда Трент поцеловал мое плечо. Его губы становились все более требовательными, пока он медленно спускался ниже, ниже.

Мне не хватало места, и я толкнула бумаги Айви в сторону, изгибаясь назад на стол, мои ноги обернулись вокруг Трента и он поддержал меня одной рукой, толкая мою сорочку вверх… Касания его губ к обнажённой груди заставило меня сжаться в предвкушении.

Застонав, я посмотрела на потолок, ахнув, когда Трент прикусил кожу слишком сильно, надеясь, что он сделает это снова.

Зажимы Айви впивались мне в спину. Не самое лучшее место для первого раза. Но Трент уже активно взялся за мои штаны, и я села, задыхаясь. Я расправилась с его пряжкой на брюках и медленно расстегивала молнию, прижимаясь к нему, сильно кусая под его ухом и погружая одну руку в его шелковистые волосы.

Движения Трента замедлились, и он вернулся еще более требовательным. Коварно улыбаясь, я дернула его штаны вниз, затем ногой столкнула еще ниже, собирая их гармошкой у его ног. Вопрос о боксерах и плавках решился, и я улыбнулась.

– Моя очередь, – сказал Трент, оторвав губы от меня на достаточное время, чтобы снять меня со стола и стянуть вниз штаны, оставляя руками чувственный след на своем пути вверх. Слава Богу, я была босой, и я отбросила штаны, забираясь обратно на стол к большому разочарованию Трента, пока я снова не обняла его ногами, притягивая ближе, обнимая его руками за шею и прижимаясь к Я вздрогнула от холодного воздуха, сняв блузку, и отодвинулась от него, чтобы моя сорочка могла отправит

Я вздрогнула от холодного воздуха, сняв блузку, и отодвинулась от него, чтобы моя сорочка могла отправиться следом.

Все. Нужно снять все, и когда я начала стягивать с Трента рубашку, одна пуговица отлетела. Его глаза встретились с моими после того, как я сняла с него майку. Я едва удержалась от вздоха, и когда его рубашка упала на пол, дразняще провела рукой по его прессу. Его мышцы напряглись, я наклонилась и поцеловала его в шею, чувствуя, как Трент отвечает, его пальцы становились более требовательными, скользя по мне. Во мне вспорхнуло воспоминание о том, как его кожа блестела в душе.

Потянувшись назад, я ослабила свою хватку на нем, мои руки между нами опускались все ниже, пока я не нашла его бедра, накаченные от верховой езды. Покусывания Трента на моей шее стали грубее.

Я ласкающе провела пальцами по ягодицам и взяла в руку его возбужденный член.

Он был бархатисто гладкий, и я провела по всей его длине, представляя внутри себя, и вздрогнула, желая всего этого. Желая прямо сейчас. Это был только он. Никаких лей-линий, никакой магии, и это было… неописуемо. – Трент, – выдохнула я, сдвигаясь ближе и обнимая его ногами, притягивая ближе.

Я подняла взгляд, наблюдая, как эмоции каскадом проливаются сквозь него, когда он прижал меня сильнее и медленно скользнул внутрь. У меня перехватило дыхание, и я прижалась к нему, дрожа. О Боже, он был идеален.

– Еще рано, черт побери, – прошептал Трент, думая, что я собираюсь кончить, и я подняла глаза, губами находя его губы, двигаясь по нему, показывая, что все еще только начинается. Мы могли получить гораздо больше, прежде чем это закончится.

– Диван, – потребовала я, и его руки на мне напряглись. – Я не буду делать это на столе моей кухни.

Я почувствовала, как Трент двигается во мне, и страсть огнем проложила сквозь меня свой неровный путь. Он смотрел на стол за моей спиной, покрытый вещами Айви.

– Диван, – потребовала я снова, сжимая его сильнее своими ногами, обнимая за шею руками, мои губы были точно под его ухом.

– О Боже, Трент. Я не могу касаться тебя там, где хочу, если мы будем продолжать как сейчас.

Это подействовало, он сменил хватку – его руки согнулись подо мной, и мужчина снял меня со стола.

– Держись, – сказал он, голос его был напряжен от чего-то большего, чем мой вес, когда он сдвинулся назад, неся меня в медленном, шатком движении со штанами вокруг ног.

Обхватив его шею руками, я покусывала его ухо, зная, что он не сможет остановить меня, и понимая, что он, вероятно, сделает что-то восхитительно порочное, чтобы отплатить мне за это. Я вдохнула его аромат, смесь корицы и вина, чувствуя, что любима.

– Хорошо, – сказал он, найдя диван. – Если я буду держать тебя, думаю я смогу…

Он смог, и я все еще держала его внутри себя, когда он неловко опустил нас на диван. Подушки прогнулись вокруг меня, они пахли вампиром и были теплыми на ощупь. Я ослабила свою хватку, позволяя Тренту отстраниться, и он склонился надо мной. Он был красив, его кожа блестела от пота, обнаженная перед всем миром. Я провела рукой по его груди, спине, потянувшись, чтобы достать его бедра. Его глаза делали тоже самое со мной, и меня пронзила дрожь.

– Ты восхитителен, – сказала я, исследуя руками его ягодицы. Проклятье, у этого мужчины была крепкая задница.

– Со своей стороны могу сказать, что это ты восхитительна, – произнес Трент, и я потянулась к его плечам, протестуя, когда он выскользнул из меня.

– Нет, – застонала я, но это было лишь для того, чтобы он мог провести своими губами по мне, нежно кусая за шею, оставляя маленькие чувственные пятнышки на моей груди, и спускаясь ниже, заставляя меня задохнуться, когда он нашел мой живот. Мои пальцы почти доставали до его члена, и с отчаянным вздохом, я нашла его и стала ласкать, делая его напряженным, когда Трент снова поднялся к моей груди, покусывая, потягивая, сводя меня с ума, пока я провокационно прижималась к нему бедрами, заставляя найти общий ритм.

Трент вздрогнул, когда мои руки оставили его, и его губы уступили намеку на зубы. Мой руки на его плечах конвульсивно сжались, когда он навалился сильнее. Обезумев от страсти, я застонала, и он чересчур медленно вошел внутрь. Обняв его ногами, я потянулась к нему, направляя его в меня, откидывая голову назад, когда он еще раз скользнул внутрь, и мгновенная прохлада растворилась в жаре.

– О Боже, да, – простонала я, мои руки издали тихий шлепок, ударившись об его спину. Он нашел мой рот, и я чуть не умерла, когда мы поцеловались; его руки мяли мою грудь и наш ритм становился все более требовательным. Я не могла…думать…и, застонав, я почувствовала первые признаки кульминации моей страсти.

– Трент, – ахнула я, пытаясь сообщить ему об этом. Это было слишком рано. Я хотела, чтобы это длилось дольше, но не могла ничего сделать. Он был…он был…

– О Боже, Трент!

Мои глаза распахнулись, губы приоткрылись, и я ощутила, как он достиг кульминации.

– Нет, – простонал он, явно желая разделить ее, но это перевело меня за грань, и я вскрикнула, прижимая его к себе, пока волна за волной с грохотом накатывали на нас обоих.

С гортанным стоном, Трент толкнулся глубже, когда оргазм охватил нас обоих, отступая и струясь, как приливы Безвременья, пока он не исчерпался, оставляя ничего, кроме удовлетворенного стихания эмоций.

Тяжело дыша, я поняла, что все закончилось. Я с трудом могла двигаться. Да и не хотелось. Тепло тела Трента согревало меня, и это было самое большое удовлетворение, которое я получала за долгое, долгое время. Я приоткрыла веко, обнаруживая свои волосы на моем лице. Трент нависал надо мной – мужская тень маячила сквозь мои кудри. Я открыла другой глаз. Теперь я могла его видеть: пот блестел на его мускулах, покрывая его всего, вплоть до места, где мы все еще соединялись.

О. Мой. Бог. Что мы наделали?

Трент захрипел, дернувшись, когда я напряглась под ним.

– Ай. Рэйчел? – проговорил он, его спокойный голос проникал сквозь меня. – Можешь начать паниковать через минуту, но, пожалуйста, пока не двигайся.

Он поморщился.

– Пожалуйста?

Я выдохнула, смутившись на короткое мгновение.

Я все еще чувствовала его вкус на своих губах. Мое сердце быстро билось в груди. Я только что занималась сексом с Трентом. Очень хорошим сексом. Я стала рассматривать его тело, начиная расслабляться, пока смотрела на линии его мышц.

Ну конечно это был хороший секс. Мы оба думали об этом в течение почти двух лет. Я подняла руку, чтобы коснуться его кожи. Выражение лица Трента изменилось, он тоже расслабился.

– Так лучше, – сказал он, улыбаясь и наклоняясь вниз, чтобы подарить мне нежный поцелуй. Не заботясь о последствиях, я склонила голову, возвращая его. Я была истощена, но мой разум работал. Я не знала, что думать. Мистики были сонными, замолчав наконец.

– Перестань думать, – потребовал Трент, его губы легко касались меня, произнося это. – Этот диван выдержит двоих?

– Гм…

Он начал двигаться, и я потянулась схватить его, удерживая нас вместе, когда Трент опустился, ложась рядом со мной. Постепенно он перестал морщиться. Я до сих пор не выпускала его.

– Да, может, – сказал он с облегчением, находя удобное положение для ожидания. Он улыбался мне, находясь в дюймах от меня, и неожиданно я почувствовала робость.

– Привет, – улыбнулся он, заправляя прядь моих волос назад.

– Прости за это, – сказала я, глядя на красную отметину, которую я оставила на его плече. – Давненько я этим не занималась. Гм, чем дольше ждешь, тем он лучше.

Но Трент это знал. Я лепетала ни о чем.

– Думаю, это был комплимент, – мужчина привел в порядок мои волосы, наслаждаясь этим. – Я вижу, о чем ты думаешь, и пока ты сама этого не захочешь, ничего не изменится.

Но я смотрела в его глаза, и могла сказать, что он хотел, чтобы все изменилось. Меня тут же пронзил удар паники, и я села, застряв между диваном и им.

– Ай! – воскликнул Трент, отодвигаясь от меня. – Рэйчел, мы должны поработать над слаженностью действий.

Вжавшись спиной в подушки, я схватила шерстяное покрывало, чтобы прикрыть себя. В окно на нас смотрела лошадь.

– Как ты можешь так говорить? – напомнила я, немного отодвигаясь от него, но поскольку он был между мной и полом, это почти ничего не изменило.

– Ничего не изменится. Ты знаешь, что это принятие желаемого за действительное. Мы только что занимались сексом, и я не стану говорить, что это было ошибкой и делать вид, будто этого вообще не было!

Трент сел прямо и поставил локти на колени, беря себя в руки.

– Я не это имел в виду. И мне ненавистна мысль о том, что ты можешь посчитать это ошибкой.

Он снял ботинки, затем штаны. Наклонившись через расстояние между нами, он положил руку на мою шею, притягивая меня, чтобы подарить ободряющий поцелуй.

– Все будет в порядке.

Я начала понимать, что Трент относился к типу мужчин «все или ничего», и я видимо подпадала под все категории. Я думаю, за последние пять минут он прикасался ко мне чаще, чем за весь прошлый год, ослабив свою железобетонную спокойную сдержанность. Моя легкая головная боль начала рассеиваться. Это…могло сработать. Я нуждалась в прикосновениях, а он должен был к кому-то прикасаться.

– Конечно, – проворчала я. – Тебе легко говорить. У тебя вокруг дома есть большой забор. А у меня за две улицы отсюда находятся новостные фургоны.

Его касания вызывали мурашки на коже.

– И пикси, портящие их коробку передач, – сказал Трент, склонив ко мне голову. – Боже, ты такая красивая. Как я мог быть таким глупым? Спасибо, что дождалась, пока я поумнею.

Я замешкалась, кладя руку поверх его ладони на моей щеке. Я подумала о лагере. Возможно, семена понимания были посеяны там.

Трент наклонился ко мне, наши головы соприкоснулись.

– Ты была не единственной, кто боялся, – сказал он, его губы были в дюйме от моих. – Я не люблю простоты, но это может стать для меня самой трудной сделкой, которую я когда-либо заключал.

Он отстранился, и знакомая мне решимость скользнула в глубину его глаз.

– Потому что я никогда не позволю тебе уйти, Рэйчел. Мне все равно, как сильно ты будешь отталкивать меня, потому что напугана. Я просто буду держать тебя, пока ты не смиришься с этим.

Я обняла его руками и вдохнула его запах. Это было то, чего я хотела. Но он был прав: нам придется бороться за это.

– Что мы будем делать?

Трент вздохнул, звук облегчения, вырвавшийся из него, ясно показывал, что мужчина понимал глубину моего обязательства. Мы решились. Единственный вопрос был в том, как много вреда это может принести.

– Живи сегодняшним днем, – просто ответил он.

Мы отодвинулись друг от друга и когда реальность вытеснила свечение, которым он меня наполнил, сквозь меня прошли первые намеки на беспокойство. Я только что потеряла постоянный источник дохода, потому что не могла больше на него работать. Проклятье, я собиралась быть телохранителем бесплатно.

– А сегодня? – спросила я, перебирая кисточки на пледе. Трент повернулся, выглядя собранным и невозмутимым, словно был одет в костюм-тройку. Боже, как он это делал?

– Сегодня я застрял в Низинах без своего мобильного телефона. К счастью, у Дженкса есть коробка с одеждой.

Я кивнула.

– В моем шкафу. Верхняя полка. Пользуйся.

Но Трент уже знал это. Он встал, и я подняла на него взгляд, пытаясь быть вежливой, но не очень получилось. Он был очень, очень красивым мужчиной. Мое лицо пересекла улыбка при воспоминании о том, какова его кожа на ощупь. Это было все, что я могла сделать, чтобы не прикоснуться к нему прямо сейчас – сейчас, когда могла это сделать.

Трент поднял свои штаны и обернулся. Улыбаясь, он протянул мне руку, помогая подняться. Я слегка навалилась на него, и там, где мы соприкоснулись, заискрилось покалывание, когда он легко поцеловал меня, возрождая мою страсть, обещая, что это не было одноразовой интрижкой.

– Мы найдем способ разобраться с этим без демонов, – сказал он, и на меня обрушились мои текущие неприятности. – Просто нужно раздробить проблему на более мелкие компоненты и работать оттуда. Хочешь, чтобы я первым пошел в душ?

Моя хватка на его пальцах стала сильнее, и я потянула его в коридор.

– Моя душевая не такая большая как твоя, но все же двоих вместит.

Я не могла вынести мысли о том, чтобы не быть с ним прямо сейчас. Я боялась, что если мы расстанемся, даже на мгновение, я проснусь и пойму, что это был сон.

Он шел следом за мной, на ходу подхватывая свои ботинки и бросая их к двери.

– Приятно знать.

А потом наш разговор перешел в то, что было между нами у холодильника, пока я намыливала его спину, а он мыл мои волосы, восхищаясь их длинной, когда они были мокрыми и тем, как вода делала их более темного цвета. Это было либо самой умной вещью, которую я когда-либо делала, либо самой глупой. Проблема была в том, что я не могла узнать, развалится все на части или мы сможем это сохранить.

«Пожалуйста, Боже. Я сделаю все, что угодно лишь бы больше никогда не оставаться в одиночестве», молила я, и мистики загудели: их мысли были неясными и отгороженными от меня.

В одном я была уверена на сто процентов – Трент был прав. Ничего не изменится, пока мы оба этого не захотим. Моя зубная щетка лежала на прежнем месте, и пока я с трепетом смотрела, как капли воды стекают по мускулистому телу Трента, я решила, что пора бы купит еще одну зубную щетку.

Так, на всякий случай.