Текст книги "Драйв (ЛП)"

Автор книги: Кейт Стюарт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 24 страниц)

Глава 27

Wonderwall

Oasis

Месяц спустя

Говорят, интуиция – это шестое чувство, подарок души. И хотя я согласна с этим, моя теория идет дальше. Разбитое сердце обостряет это чувство. Потому что ты инстинктивно ищешь осколки повсюду.

Но теории всегда требуют доказательств.

Тем сентябрьским вечером, я пробивалась сквозь толпу в тысячи человек, под звучащую над нами Wonderwall Oasis, задыхаясь от пыли, что клубилась в воздухе. Пот стекал по спине, пока я продиралась сквозь море качающихся тел, с бесполезным пресс-бейджем на шее. Слишком много известных и влиятельных изданий освещали Austin City Limits, и даже у них был ограниченный доступ за кулисы. Но я получила билет за счет Speak, как и Джей-Джей, которого я потеряла в первые же часы. Еще до фестиваля мы распределили, кто какие выступления освещает. У нас был четкий план и двадцать восемь исполнителей, которых нужно было осветить за три дня фестиваля. Лекси и Бен приехали накануне, и мы здорово провели время, несмотря на адскую жару и ужасные условия.

Сегодня вечером я была одна, и, хотя музыка стоила того, чтобы дышать этой пылью, с жарой было уже не так просто. Бабье лето, твою мать! Это же Техас. Осень здесь длится неделю, прежде чем ударят морозы. Было очевидно, что жара не собирается отступать, пока я вглядывалась в потные лица толпы. Не говоря уже о том, что ураган «Рита»¹⁰⁴ бушевал у побережья и швырял порывами ветра прямо на фестиваль, превращая его в песчаную бурю. Ко второму дню я уже просто боролась за то, чтобы досмотреть сет и не задохнуться. Я была измождена этой борьбой.

Более десяти тысяч человек кричали вокруг, пока я пробивалась сквозь бесстрастных фанатов, освещенных огнями сцены. Я была на грани паники и отчаянно искала хоть немного пространства.

– Прошу прощения, – пробормотала я, пробираясь сквозь толпу, которая теснила меня со всех сторон. Перегретая и выбитая из колеи, я пригнула голову и прорвалась дальше, проталкивая себе путь локтями.

До самого края людского месива оставалось всего пару шагов, когда меня будто что-то остановило – тонкий шепот, вспыхнувший где-то на границе сознания. Несмотря на зной, по позвоночнику скользнуло холодное, настороженное чувство.

Подними глаза, Стелла.

Я подняла.

И встретила взгляд Рида Крауна, который смотрел прямо на меня, всего в шаге от места, где стояла я. Электрический разряд пронзил меня с головы до пят, пока он смотрел на меня – на то, как я смотрю на него, а толпа вокруг двигалась будто в замедленной съемке. Мои шаги замедлились, на губах дрогнула слабая тень улыбки, но мгновенно исчезла, когда я поняла, что он стоит за какой-то девушкой. Она была мне незнакома, а его руки свободно лежали у нее на плечах. Она покачивалась перед ним под песню Лиама Галлахера¹⁰⁵ о женщине, которая, возможно, сможет его спасти. Я зажмурилась, как делала уже сотни раз, уверенная, что это всего лишь галлюцинация от жары и усталости. Потом открыла глаза.

Он всё еще был там.

Рид вернулся в Остин.

И обнимал другую девушку.

Телефон завибрировал у меня в кармане, но я проигнорировала его, не отрывая взгляда от него. Его взгляд прожигал меня, пока блондинка подпрыгивала в такт музыке, сияя улыбкой и похлопывая его по по рукам, обнимающим ее.

Она, наверное, часто улыбается. Наверное, не задает много вопросов. Молодец, Рид.

Что-то в его выражении лица говорило, что он никак не ожидал увидеть меня здесь. Вполне справедливое предположение, учитывая, сколько людей нас окружало.

Вот он, момент. Пора двигаться дальше, Стелла.

Но это казалось неправильным. В этой ситуации всё было не так. Я смахнула с лица всю грязь, включая проклятые слезы, которые позволила ему увидеть, и снова начала пробиваться, прокладывая путь через натиск толпы. Сердце билось, словно выброшенная на берег рыба, пока я шагала сквозь редеющие группы людей у палаток, и внезапно врезалась в чью-то твердую грудь.

– Простите, – пробормотала я, налетев на стену из мышц и ухватившись за его руки, чтобы не рухнуть и не увлечь его за собой.

– Ничего страшного.

Мы подняли глаза одновременно, и я мгновенно узнала эти потрясающие, глубокие синие глаза.

Нейт Батлер.

– Какая неожиданная встреча. – Он усмехнулся, разглядывая меня, нахмурив брови. Я была буквально раскаленным месивом, мои губы, наверняка, всё еще дрожали. – Ты выглядишь горячей, причем не в том смысле, – сказал он, отводя меня к ларьку с напитками и заказывая несколько бутылок с водой, которые тут же принялся мне вручать.

– Пей медленнее, – сказал он, наблюдая, как я залпом осушаю две подряд. Я намочила ладони и провела по лицу холодной водой. Он прищурился, потянулся ко мне и большими пальцами аккуратно стер тушь, размазавшуюся под моими глазами.

– Почему у меня такое ощущение, что эта смола на твоем лице поплыла не из-за жары?

– Что? – выдавила я, чувствуя себя худшей актрисой в мире. – Я прекрасно провожу время!

– Ладно, – протянул он, и его затянувшийся взгляд кричал о том, что он не верит ни единому слову, после чего он кивнул в сторону приятеля, которого я даже не заметила.

– Стелла, это Маркус.

Маркус был красив – не как Нейт, но близко. Высокий, с кожей цвета кофе с молоком и теплыми карамельными глазами. Нейт снова перевел внимание на меня, и с гордым видом оглядывая меня, произнес:

– Стелла пишет для Speak.

– Хей, – сказал Маркус, глядя на меня так, будто я была мокрой дворнягой.

– Привет, – ответила я, смотря на Нейта с попыткой убедить, что я в порядке. – Я в норме.

Нейт взял меня за руку и сказал Маркусу:

– Иди к девчонкам. Я тебя догоню.

– Какого хрена? Нет, чувак, нифига. Ты не оставишь меня с ними, – запротестовал тот.

– Нет, – прошептала я Нейту, – не надо.

Нейт проигнорировал меня, и я позволила глазам скользнуть по простой футболке, которая обтягивала его широкую грудь. Это был первый раз, когда я видела его не в костюме. Его выразительный кадык двигался, когда он говорил. На нем были камуфляжные шорты и коричневые ботинки. Он выглядел чертовски сексуально. Его густые, выгоревшие на солнце волосы, больше медные, чем светлые, были зачесаны назад, а ненужные уже несколько часов солнцезащитные очки-авиаторы, покоились на макушке. Днем он был похож на бывшего квотербека, ставший серфером, а на работе – на решительного, прямолинейного лидера. И оба эти облика сводили меня с ума. Я бы, возможно, оценила его куда лучше, если бы не задыхалась от потребности оглянуться на толпу за его спиной и найти того подлеца, чье неизгладимое влияние портило мне всё.

Вся эта ситуация казалась сюрреалистичной. И я чувствовала, что вот-вот упаду в обморок.

Когда Нейт повернулся ко мне, я едва не рухнула на землю.

– О, черт, Стелла! – крикнул он, подхватывая меня на руки как раз в тот момент, когда я уже готова была грохнуться на землю. – Эй, ты в порядке?

– Просто жарко, – прошептала я, когда он подхватил меня – обмякшую, в полуобморочном состоянии – и нес прочь от толпы, подальше от шума. Я расслабилась у него на груди и вдохнула запах океана, исходивший от его кожи, прежде чем он опустил меня на небольшой участок травы, и я услышала встревоженные голоса, обсуждающие мое состояние.

– С ней всё в порядке, чувак? – донесся голос, казалось, за милю отсюда. – Нужно вызвать медика?

Лежа на земле, я почувствовала, как Нейт приложил что-то прохладное к моему лбу, и я открыла глаза. Он улыбался, склонившись надо мной.

– Со мной еще ни одна женщина не теряла сознание. – Он подмигнул. – Приму это как комплимент: я чертовски привлекателен.

– У тебя голова странной формы, – мне удалось улыбнуться.

– С ней всё нормально, – сказал он, и размытые лица позади него исчезли. – Смотри на меня.

– Я смотрю, – сказала я, пока он помогал мне сесть.

– Выпей.

Я избегала смотреть за его спину, в гущу толпы. То, что было там, причиняло боль.

– Стелла, пей.

– Ладно, начальничек, – сказала я, принимая от него еще одну бутылку воды.

– Босс, – поправил он.

Спустя несколько минут я начала приходить в себя.

– Прости. Это всё пыль и жара. Я плохо переношу такую духоту.

– Стелла, думаю, тебе стоит пропустить завтрашний день, – сказал Нейт, оглядывая концертную площадку.

Упадок сил во мне сам вытолкнул ответ, хотя втайне я именно этого и ждала. Я не могла снова столкнуться с Ридом, не сейчас.

– Я в порядке.

– Дело в условиях. Здесь невозможно дышать. Слишком жарко. Это никоим образом не твоя вина, – он сел рядом со мной, подтянув колено, на которое свободно опустилось его мускулистое предплечье.

– Ладно, – слишком легко согласилась я.

Спустя двадцать минут я уже чувствовала себя собой, а Нейт терпеливо сидел рядом.

– Спасибо.

Он повернулся ко мне.

– Всегда пожалуйста.

– Можешь вернуться к своему свиданию.

– Эээ нет, – его губы растянулись в ухмылке Чеширского кота. – Она мне не нравится.

– Это так неправильно, – сказала я, ловя его взгляд, скользящий по моим обнаженным ногам. На мне были черные шорты до середины бедра, которые в сидячем положении практически исчезали.

– Меня пытались свести с девушкой, а мне, блядь, не нравится, когда меня так подставляют, – сухо произнес он.

– А, ну тогда другое дело, – согласилась я. – И зачем тебя вообще с кем-то сводить? Ты же чертовски привлекателен.

Он сжал губы и покачал головой.

Через несколько минут мне приспичило в туалет – неудивительно, после галлона воды. Нейт ждал меня у биотуалета, и, когда я шла к нему, где-то на полпути его выражение лица изменилось. Взгляд смягчился, а на губах заиграла легкая улыбка.

– Так что, вместо того чтобы тратить этот вечер впустую, давай послушаем вместе пару групп?

– Давай.

– Ты в порядке? – спросил он, окидывая меня обеспокоенным взглядом.

– Да, – выдохнула я. Слава Богу, ветер сменил направление, обдувая кожу и охлаждая ее после жары. Я с облегчением вздохнула – и тут же вспомнила, что Рид где-то здесь, в море фанатов, и с руками на другой девушке.

А я подарила ему барабанную установку за шесть тысяч долларов.

Надеюсь, у него член отвалится.

Нейт позаимствовал – ладно, стащил – два стула посреди пыльного поля и оттащил их в сторону, подальше от толпы. Я уставилась на него.

– Отсюда?

– Ага, – он жестом пригласил меня присоединиться. Я села на стул рядом, и он улыбнулся. – Лучшие места в зале.

Мы сидели плечом к плечу и болтали несколько часов, пока на сцену выходили крупнейшие рок-группы.

И я пропустила каждое их выступление без тени сожаления. Но время от времени мой взгляд всё же блуждал по толпе. Сердце напоминало, что оно всё еще застряло на повторе.

Глава 28

Back to Black

Amy Winehouse

В кожаном кресле его Tahoe я откинулась назад, наслаждаясь тишиной и передышкой от шума. Больше всего на свете, я хотела душ и свою кровать. Нейт затормозил у тротуара, ведущего к моей двери. Я повернулась к нему и улыбнулась.

– Спасибо.

– Тебе спасибо. Ты меня выручила.

– Всё было так плохо?

– Она думала, что Buckcherry¹⁰⁶ – это бальзам для губ.

Мы рассмеялись, а я потянулась к ручке двери.

– Ну, в таком случае, полагаю, мы квиты. Увидимся на работе.

– Ага, – он замедлился, его взгляд скользнул по моему лицу. – Спокойной.

– Спокойной.

Нейт уехал. И я поймала себя на мысли: если бы я тогда приняла одно из его приглашений, интересно, всё сложилось бы иначе? Был бы Рид для меня просто мимолетным знакомым?

Я была уже на полпути к двери, когда увидела, как у моих ног приземлился тлеющий окурок. Я обернулась и увидела Рида. Он стоял, прислонившись к своему пикапу, с каменным лицом, приподняв брови, и обвиняющим взглядом.

Как только я шагнула к нему, он сел в машину и завел машину. Я даже не успела подойти, как он с визгом шин рванул с места и умчался прочь.

Я смотрела ему вслед, с раскалывающейся головой и ощущением, будто внутри меня играют в пинг-понг.

Бен открыл входную дверь и посмотрел на удаляющийся в темноте пикап Рида.

– Какого черта? Это был Рид?

Я сузила глаза.

– Спасибо, что предупредил, придурок, – буркнула я, проталкиваясь мимо него в квартиру, где на диване сидела Лекси. Ее приветливая улыбка тут же померкла, когда она услышала, как я обращаюсь к Бену.

– Что случилось?

– Да ничего. Бен просто решил не сообщать мне, что Рид вернулся в Остин и трахает какую-то блондинку.

Лекси посмотрела на Бена, но тот покачал головой.

– Он не вернулся в Остин. Он едет домой. Он приехал на фестиваль. Я не думал, что он объявится здесь.

– Ну вот, объявился. Ты знаешь, кто она?

Он пожал плечами.

– Без понятия.

– Неважно. – Я провела руками по лицу. – Ты должен был сказать мне.

– С какой стати я вдруг должен отвечать за его поступки? Или докладывать о его перемещениях?

Лекси встала.

– Стелла, остынь.

– Без проблем, – процедила я сквозь зубы, глядя на Бена. – Спокойной вам, блядь, ночи, голубки.

– Это уже перебор, – сказала Лекси, следуя за мной в спальню, где я достала из ящика шорты и футболку. Она облокотилась о дверной косяк. – Что он сказал?

– Ничего. Увидел, как меня высадил Нейт, и умчался. Но серьезно, он теперь будет ревновать? Я не получила от него ни слова с тех пор, как он уехал. Потом вдруг появляется в Остине, и я застаю его с какой-то цыпочкой. И, Лекси, это было самое безумное дерьмо в моей жизни. Я стояла посреди толпы – тысячи людей – и просто случайно подняла глаза.

– Серьезно?

– Сделай я один шаг вперед, не подняв головы, и я бы прошла мимо.

– Невероятно.

– Нет, невероятно то, что что-то внутри будто подтолкнуло меня посмотреть наверх. Я просто почувствовала его там. Почувствовала, что он рядом.

– Мне жаль, – тихо сказала Лекси.

Я с силой захлопнула ящик и прошла мимо нее.

– Как будто это я должна тут оправдываться.

– Не должна. И не оправдываешься.

– Тогда зачем он приезжал?

– Может, ему просто нужно было убедиться, что с тобой всё в порядке, – предположила она.

– Теперь уж точно не в порядке, – сказала я, заходя в ванную. Я поймала отражение Лекси в зеркале. – Прости. Боже, Лекси, с тех пор как ты переехала, я – настоящая катастрофа.

– Не парься об этом, – тихо сказала она. – Я и сама нарушаю все свои правила.

– Ненавижу всё это! – я повернула кран душа. – Ненавижу, как сильно хочу, чтобы он развернулся и приехал обратно, даже зная, что его руки были на ком-то другом. Я не такая, Лекси. Я не такая.

– Ты любишь его, а из-за любви иногда сносит крышу. Это нормально.

– Разве? – сипло спросила я. – Зачем он был здесь?

– Хотела бы я знать, Стелла. Но я не знаю. Мужчины такие идиоты.

– Я всё слышал! – крикнул Бен с дивана.

– И хорошо! – парировала она через плечо, пожимая плечами. – Прими душ. Приходи, если захочешь поговорить.

Под обжигающей водой я пыталась хоть как-то понять, что творится в голове у Рида, и осознала: когда дело касается его, у меня, возможно, никогда не будет ответов.

Я рыдала, пока вода не стала ледяной, а потом вышла в гостиную и села рядом с Беном, возле которого лежала Лекси, положив голову ему на колени.

Я толкнула его плечом.

– Прости.

Бен обнял меня за плечи, а Лекси подняла на меня глаза и улыбнулась мне.

– Детка, в следующий раз, когда увижу его, я, расквашу ему лицо, обещаю.

Я сглотнула подступившие слезы.

– И так чтобы побольнее.

Спустя несколько ночей, мучаясь от бессонницы, я решила использовать ее с пользой – сидела над новой статьей для Speak. Телефон завибрировал рядом со мной на кровати, где я устроилась, положив подушку на колени. Номер был незнакомый. Экран вспыхнул лишь раз. Я проверила код города – Накогдочес.

Сердце подпрыгнуло к горлу. Я захлопнула ноутбук и перезвонила. Он взял трубку на первом же гудке.

– Алло? – мой голос сорвался, а глаза наполнились слезами.

Тишина.

– Рид?

Снова тишина.

– Рид. – Это был уже не вопрос, а требование. Мне нужно было знать, что наше прощание разбило его так же, как и меня. Знать, что та девушка на концерте ничего для него не значила. Что он не забыл меня. Каждый удар моего сердца умолял: «пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста».

– Стелла, – его голос был хриплым, протяжным. Он был пьян. В таком состоянии я никогда его не видела.

– Я здесь. Ты в порядке?

– Ты их выиграла, верно?

Я не ответила, пока он затягивался сигаретой. Было слышно, что вокруг него тусовка.

– Черт. Конечно же ты, – он саркастически фыркнул, его голос был полон горечи. – Ты просто не можешь перестать пытаться меня спасать, Граната?

– Почему ты ушел?

– Почему? – снова затяжка. И снова напряженное молчание. А когда он заговорил, его голос стал ледяным. – Потому что у меня не было никакого, мать его, права быть там. Не было права спрашивать, кто тот мудак. Ни когда я впервые увидел, как он тебя высаживает, ни когда увидел это снова. Ты никогда не была моей.

Стоя на коленях на кровати, я с силой сжала телефон.

Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста.

– Я была твоей, Рид. Всё еще твоя. Между мной и ним всё не так, как ты думаешь.

Снова тишина. И где-то за его спиной послышался истеричный смех какой-то девушки.

– Прости.

Связь прервалась.

Глава 29

Into the Black

Chromatics

– Стелла, – умоляла Лекси. – Стелла, пожалуйста, вставай.

Я уткнулась лицом в подушку и натянула одеяло на голову.

– Вставай, черт возьми! – резко сказала она, распахивая жалюзи.

– Не надо, Лекси, пожалуйста, просто оставь меня в покое. Ладно? Мне не нужна ваша «затащим тебя в душ в одежде» терапия. Я больна.

– Ты не больна! Ты пропустила неделю занятий. Твои родители звонят, а я не могу продолжать врать всем!

– Скажи им, что я болею, – процедила я сквозь стиснутые зубы.

– Ты потеряешь работу. Обе. – Она расхаживала возле моей кровати. Матрас просел, и я увидела Бена, смотрящего на меня сверху вниз. В его глазах не было и намека на привычный легкий юмор.

Он молча сжал мою руку, пока Лекси бушевала.

– Стелла, вылезай из постели! С тебя хватит. Он этого не стоит.

Мои глаза умоляли Бена сказать ей, что стоит. Что он стоит каждой слезы, каждой секунды этой адской боли. Мне просто нужно, чтобы кто-то поверил мне. Бен первым отвел взгляд.

Лекси продолжала свою нотацию, загибая пальцы, перечисляя всё, что я пускаю на самотек, и когда она добралась до большого пальца, я остановила ее:

– Ладно.

– Ладно? – она уставилась на меня, склонив голову, пытаясь распознать ложь.

– Ага, ладно, – сказала я, поднимаясь и щурясь от слишком яркого солнца, ворвавшегося в комнату. – Я встала.

Бен поднялся со вздохом и посмотрел на Лекси.

– Дай нам минутку.

Она перевела взгляд с него на меня и вышла из комнаты. Я не стала терять ни секунды.

– Его отец?

– Всё нормально, – Бен был готов к вопросам, которые я никогда не задавала, но которые вертелись у меня на языке с самого отъезда Рида.

– Рид?

– Держится, – тихо сказал он. – Он бы взбесился, увидев тебя в таком состоянии.

– Он с кем-нибудь… – я приготовилась к удару, готовая услышать что угодно.

– Не знаю, детка, но с тебя хватит саморазрушения. Ты меня слышишь? Ты должна отпустить его, Стелла. Должна.

– Знаю, – прошептала я, обхватив себя за плечи, чувствуя, как губы начинают дрожать. – Отпущу. Уже отпускаю.

– Нет, – резко сказал Бен. – Не отпускаешь. Он в этом аду уже давно. Ему нужно самому разобраться в своем дерьме. А то, что сейчас с тобой происходит – ненормально.

Я всё еще тянулась к Риду по ночам, даже спустя месяцы. Я всё еще чувствовала его руки вокруг себя, его ровный пульс у моей спины. Это было не похоже на то, что я чувствовала с Диланом. Это сидело глубоко, гораздо глубже, словно истина, что текла по моим венам и циркулировала, напоминая, что мое место рядом с ним. Какая-то часть меня всё еще цеплялась за надежду, что он вернется после того, как он уехал, и тот телефонный звонок вырвал эту надежду у меня из рук.

Мои руки всё еще тянулись в пустоту, пытаясь ухватить то, чего уже не было.

Это было жестоко. Как будто меня обокрали.

– Это конец, да?

Возможно, мне просто нужно было услышать эти слова. Даже если бы их сказал кто-то другой.

Бен поднял меня на ноги.

– Отпусти его.

Когда Лекси с Беном ушли на репетицию, я провела ночь в постели, в последний раз позволяя себе утонуть в нашей дерьмовой сказке с дерьмовым концом. Он сбежал с злой мачехой и мешком волшебства, а я всё еще драила полы.

– Стелла, – позвал Нейт из-за своего стола. Я подняла глаза и увидела, что он смотрит на меня поверх ноутбука. Я сидела за столом Херба. По четвергам после обеда он отсутствовал из-за книжного клуба «Белые рыцари». Я узнала из надежных источников, что целью клуба был сбор книг для нуждающихся библиотек и школ. Херб был хорошим парнем. У него были жена и две немецкие овчарки. Судя по истории браузера, он отчаянно нуждался в новом средстве для роста волос, которое действительно работает, а еще собирался в отпуск в Новую Шотландию – на каноэ с бывшими однокурсниками. Вся эта информация была в открытом письме на его рабочем столе. Так что нет, я не копалась.

– Стелла, – голос Нейта прозвучал так же рассеянно, как и мои мысли.

– Да?

– Уже за полночь. Иди домой.

– Я почти закончила, – крикнула я, вбивая последние четыре строки из заметок, набросанных в университете. Надо признать, несмотря на безумный график – работа, учеба и попытки успевать на концерты, – я расцветала благодаря этому ритму. Я никогда не опаздывала на пары, всегда приходила на работу раньше всех, и у меня почти не оставалось времени думать о чем-либо еще. Ну, если не считать моментов в душе и долгих пеших прогулок по дороге, но и там я выкручивала громкость так, что музыка глушила всё лишнее. Мои плейлисты были составлены так, чтобы вдохновлять и придавать сил. Ни одной ноты, которая могла бы вернуть меня туда, где я уже была. И если бы я не была так уверена, что побывала там, возможно, мне бы удалось засунуть Рида в коробку с надписью «Упс».

Но как бы я ни злилась на ту влюбленную дурочку, которой была, и на горький осадок, что всё еще тлел в моем сердце, я знала – этого никогда не случится.

Свет в кабинете Нейта погас, а я яростно печатала, чувствуя, как мое время истекает. Это был мой четвертый рабочий день в Speak. И должна признать, я обожала каждую его минуту. Писать статьи дома – одно, но работать в помещении, окруженной другими авторами, – совершенно другое. Я всегда начинала рано днем и обожала этот шумный, живой ритм офиса. Я уже успела наладить хорошие отношения со многими сотрудниками, включая Джей-Джея.

– Почти закончила, – сказала я, запуская проверку орфографии. Я пробежалась глазами по ошибкам, пока Нейт сидел рядом, молниеносно просматривая мой текст.

– Ты входишь в ритм, – сказал он. – И это не совсем хорошо.

Я нахмурилась.

– В каком смысле?

– В том, что у тебя всё сплошные факты и прогресс. Будто ты пишешь отчет.

Я тяжело вздохнула.

– Есть предложения?

Нейт усмехнулся.

– Ага. Иди домой.

– Дома я буду делать то же самое, – сказала я, сохраняя документ и отправляя себе на почту.

Нейт наклонился ближе, и шлейф его парфюма повис в воздухе между нами.

– Ты ничем не выделяешь этот материал от остальных. Просто перефразируешь, и снова выходит тот же самый набор дежурных вопросов.

– Разве не это мы и делаем? – откинулась я на спинку кресла, чтобы создать между нами дистанцию. – Это стандартные вопросы для статьи.

– Отлично, – сказал он, вставая и потягиваясь рядом со мной.

– Нейт, – протянула я его имя, наблюдая, как он возвышается надо мной в костюме, штаны помялись от рабочего дня за столом. Его волосы были в том самом «только что потрахался» стиле, а глубокие синие глаза выглядели уставшими. – Скажи мне.

Он сунул руки в карманы брюк, развел локти и пожал плечами.

– Выделяйся, Стелла. Ты же не назойливая папарацци. Эти группы хотят пиара. Будь кровожадным репортером. Они расскажут тебе всё, что тебе нужно, при минимальной манипуляции. Используй это в своих интересах. Заставь меня захотеть встать с дивана и выложить деньги за вход.

Я снова открыла статью и пробежалась глазами по тексту, чувствуя, как сдуваюсь. Я не задавала вопросы, которые действительно хотела задать. Я шла по безопасному пути.

– Ты прав. Это дерьмо.

– Ну, немного драматично, – он взглянул на экран, затем перевел взгляд на меня. – Нам просто нужно, чтобы твое правое полушарие иногда включалось в работу.

– Могу я предложить что-то свое?

– Валяй, – он уставился на фотографию 4×4 с немецкими овчарками Херба.

– Именно. Нам нужны фотографии.

Он уже качал головой. Я знала, его беспокоил бюджет. Всегда бюджет.

– Я сама их сделаю, – сказала я. – Тебе не нужен фотограф. Смотри… – я ткнула пальцем в экран. – Этот парень, Илай, вокалист, он был красавчиком. Крупный план у микрофона, возможно, и не заманит парней на шоу, но гарантирую – любая девушка от восемнадцати до двадцати пяти с радостью отдаст свои последние деньги, чтобы послушать, как он поет, даже если не слушают глэм-панк.

– Это было бы актуально, если бы большинство наших читателей не были мужчинами.

– Так давай привлечем девушек! Потому что куда девушки, туда и парни.

– Ты хочешь использовать мою газету, чтобы Илаю перепало?

– Конечно. А почему нет? Заодно Speak станет главным источником для сталкинга.

– Секс продает.

– Секс продает.

Мы обменялись ухмылками.

Его глаза казались фиолетовыми под желтым светом ламп. Было почти невозможно не пялиться на него.

– Я могла бы получить разрешение установить несколько стоек в кампусе. Я заметила, что у нас их еще нет.

– Я работаю над этим, – сказал он, задумчиво прикусывая губу.

Я продолжала лепетать, пока волна идей накатывала на меня одна за другой:

– Я могу переговорить с владельцами нескольких клубов, узнать расписание «женских вечеров¹⁰⁷» без входного взноса, сделать репортаж на группы и заведения, которые хотят засветиться…

Нейт отошел, не дожидаясь конца моего предложения, открыл свой кабинет и через несколько секунд вернулся с одной из тех немногих камер, что хранил там.

– Можно попробовать. Знаешь, как этим пользоваться?

Это был Nikon со всеми возможными навортами.

– Конечно.

– Лгунья, – сказал он с фирменным подмигиванием. – Сломаешь – покупаешь.

– Всё получится, – заявила я, схватив рюкзак и укладывая внутрь камеру.

– А что насчет этого уродливого фронтмена? – спросил Нейт.

Я почувствовала знакомый пульс внутри и подавила его.

– Не всегда всё зависит от фронтмена.

Он выключил основной свет в офисе, погрузив нас в кромешную тьму.

Мы вышли в освещенный лунным светом холл, пока он устанавливал сигнализацию.

– Нейт?

– Да? – ответил он, вводя код, спиной ко мне

– Ничего.

Он вывел нас через парадную дверь и запер ее, а я шла за ним по пятам.

– Спокойной.

– Тебя сегодня не подвозят?

Я пожала плечами.

– Соседка работает.

– Давай, я подвезу.

– Я сама, – сказала я.

– Не с камерой в рюкзаке – нет, – он фыркнул и направился к парковке.

– Черт со мной, да? Лишь бы камера была в целости и сохранности.

Он открыл пассажирскую дверь и приковал меня к месту одним лишь взглядом.

– Что ты хочешь услышать, Стелла?

– А? – переспросила я, глотая воздух, пока он сокращал дистанцию между нами и оказался совсем близко. Он вглядывался в мои глаза под светом фонаря, затем склонил голову.

– Стелла.

– Хм? – от него потрясающе пахло, и я не могла перестать вдыхать его аромат. Мне захотелось вцепиться в его широкие плечи и притянуть ближе. Было бы так легко прикоснуться к нему в попытке обрести хоть малую передышку от боли. Зарыть рукоять так глубоко, чтобы потом уже никогда не найти лопату. Но я металась от одного мужчины к другому, и каждый раз их пылающий огонь обжигал меня. И всё во мне кричало, что голубой огонь Нейта разворошит этот пепел и слепит из него нечто неузнаваемое.

– Тебе нужно отойти, чтобы я мог открыть дверь.

– Ладно.

Я сделала шаг назад. Он колебался мгновение, а потом открыл дверь для меня.

Он молчал, пока мы ехали по улицам к моей квартире. Я наблюдала, как он кусает губы, его плечи были напряжены, а взгляд устремлен прямо перед собой. Была причина, по которой я отвергала каждую его попытку сблизиться.

Рид.

Он твой босс.

Рид.

Твое будущее зависит от того, как ты проявишь себя в газете.

Рид.

И вот так я снова оказалась под водой, туша свое пламя.

– Голодна? – спросил Нейт, когда я поймала себя на том, что пялюсь на его профиль.

– Умираю от голода, – сказала я, чувствуя, как сводит живот.

– Чего хочется?

– Еды.

Он усмехнулся.

– Очень информативно. Я знаю одно место.

Телефон завибрировал.

Лекси: Ты где?

Я: Ужинаю с боссом.

Лекси: Серьезно? Ок. Увидимся дома.

Нейт посмотрел на меня, пока я печатала сообщение.

– Моя соседка, Лекси. Интересуется, где я.

– Я не спрашивал. Но ты сказала ей, что пялилась на своего босса? – спросил он с невозмутимым лицом, бросая на меня взгляд.

– Ух, какое эго, – я закатила глаза. – И я на тебя не пялилась.

Мы подъехали к забегаловке греческой кухни, с вывеской «Открыто всю ночь». Он припарковался и повернулся ко мне.

– Не посылай мне эти гребаные сигналы, Стелла, иначе окажешься на правой стороне моей кровати.

– А почему на правой?

– Потому что я сплю слева, – он наклонился ближе. – А ты будешь спать справа. Каждому мужчине нужна та самая девушка.

– Нейт…

– Я не играю в игры. У меня нет на это времени. Я хочу тебя с той минуты, как ты притащила свою шикарную задницу в мою редакцию, и я ясно это дал понять.

В салоне пикапа не осталось воздуха. Клянусь. Я разглядывала его, а его внутренняя мощь ничуть не ослабевала.

– В следующий раз, когда ты посмотришь на меня так, я воплощу как минимум пять сценариев, что сейчас крутятся у меня в голове.

– Значит, это всё про секс.

– Нет, это всё про Стеллу. – Он пригвоздил меня взглядом. Тембр его голоса был пропитан чистейшим соблазном. – Я хочу читать с тобой газету за завтраком. Узнать, какой у тебя любимый фильм. Хочу знать о тебе всё, а ты, несмотря на все мои усилия, не рассказала мне ни хрена. Я хочу тебя миллионом разных способов, но когда ты смотришь на меня вот так, я могу думать лишь об одном.

В горле пересохло, когда взгляд непроизвольно скользнул к его сжатым кулакам.

– Мне причинили боль.

– Знаю. Давай поедим.