Текст книги "Смертельная смена (ЛП)"
Автор книги: Кэсси Александер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)
ГЛАВА 34
– Давай, давай, давай… – Я нашла Эмили под её столом и сгребла в охапку, хотя она отчаянно пыталась остаться. Острая боль разошлась от моего плеча, но я её проигнорировала. – Мы не можем их бросить!
– Мы и не бросаем! Они встретят нас! – соврала я, хотя сама ни в чем не была уверена.
Я вытолкнула её через двери машинного отделения, и мы побежали дальше. В экстренных ситуациях всегда учили никогда не пользоваться лифтом. Я отыскала в коридоре двери с надписью «ЛЕСТНИЦА» и рванула к ним, втайне надеясь, что Хэл поступит точно так же. На каком расстоянии мы будем в безопасности? Да и существовало ли такое место вообще?
Гул из машинного отделения начал стихать по мере того, как мы неслись по коридору, минуя один указатель за другим, сообщавшие, что мы уже почти у лестницы, пока мое собственное паническое тяжело дыхание не осталось единственным звуком, который я вообще могла слышать. Сколько времени уже прошло? Где Хэл и Клэр? Я захлопнула за нашими спинами самую последнюю группу дверей; это были противопожарные двери – точно такие же, как у нас в больнице, – и они должны были подарить нам немного времени.
И тут над головами раздался сигнал гонга, и знакомый голос заговорил на другом языке:
– Ang barko ay kailangang lisanin, pakiusap, gumawa ng paraan para makapunta sa isang ligtas na lugar at gawin ito sa maayos at mahinahong pamamaraan.
(Корабль необходимо эвакуировать, пожалуйста, найдите способ добраться до безопасного места и сделайте это организованно и спокойно.)
Ашер был жив. Слезы облегчения хлынули из моих глаз и в этот самый миг я увидела Хэла и Клэр, бегущих мне навстречу по коридору. Я распахнула перед ними дверь, замахала руками, зазывая внутрь, и с силой захлопнула её обратно, пускай от этого и было мало толку.
– Aceasta nava este evacuat. Vă rugăm să face un fel de punte barca de salvare într-o manieră ordonată.
(Этот корабль эвакуируют. Пожалуйста, спокойно проследуйте к палубе со спасательными шлюпками организованным порядком.)
Хэл навалился на дверь плечом:
– Бегите дальше! – Он махнул рукой, поторапливая нас с Эмили.
– Не без вас! – закричала Эмили, хватая его за свободную руку.
– Hierdie skip ontruim. Maak jou pad na die reddingsboot dek in ’n ordelike wyse.
(Этот корабль эвакуируют. Направляйтесь к палубе со спасательными шлюпками организованным порядком.)
Клэр посмотрела на что-то, что держала в руке:
– У нас осталось совсем мало времени. Приготовьтесь!
– Этот корабль эвакуируют. – Предупреждение Ашера наконец-то зазвучало на английском. – Пожалуйста, направляйтесь к палубе со спасательными шлюпками организованным порядком. Эди – я встречу тебя там.
Мое сердце подпрыгнуло прямо к горлу в ту самую секунду, когда Клэр истошно закричала:
– Держитесь!
Пакеты C-4, которые они так и не успели обезвредить, взлетели на воздух. Грохот из машинного отделения нагнал нас, словно самолет пошел на посадку прямо нам на головы. Противопожарная дверь выгнулась дугой и отбросила всех нас назад, выбитая мощным давлением от произошедшего внизу взрыва, и корабль практически мгновенно начал крениться на один бок. Я мысленно представила себе, как днище «Мараскино» раскололось надвое, точно пиньята, а мертвые моряки внизу посыпались в воду, словно жуткие конфеты, вываливаясь прямо в океан.
Хэл поднялся на ноги первым. Я была слишком ошарашена и парализована ужасом.
– Бегом, бегом, бегом! – закричал он, пошатываясь на ходу; я смогла прочесть это по его губам. Клэр по-прежнему крепко цеплялась за его спину.
Я снова подхватила на руки Эмили, которая вовсю кричала; я видела её широко разинутый рот. Но я физически не могла её услышать, потому что в моей голове стоял такой дикий гул, словно она была забита роем пчел. Вместе мы преодолели последние двери и ворвались на лестницу. Оставшиеся в живых члены экипажа вели себя точно так же, как и мы: встревоженные либо самим взрывом, либо предупреждением Ашера, они сплошным потоком ломанулись наверх, точно крысы. Мы находились в самом низу этого ада, поскольку стартовали с самого нижнего этажа. Я была уверена, что вокруг все кричат, но не слышала этого; в ушах по-прежнему звенело так, словно я стояла слишком близко к церковному колоколу. Я крепко прижимала к себе Эмили, пока людская масса давила и рвалась наверх прямо над нами, в панике блокируя все выходы.
– Эди! – позвала Клэр, двигаясь всего в шаге позади меня. Её голос умудрялся пробиваться сквозь этот гул у меня в голове.
– Мы здесь! – выкрикнула я в ответ.
Я переставляла Эмили через ступеньку, перемахивая ею вперед, словно костылем. Каждый раз, когда я её переносила, мое травмированное плечо обжигало резкой болью.
– Не останавливайся!
Да я и не планировала! Но я не стала озвучивать это ей, потому что тратить воздух на что-либо, кроме дыхания, сейчас было непозволительной роскошью, а дыхание – это вообще всё, с чем я сейчас справлялась, пока мы неслись с этажа на этаж. Люди, которые не справились, которые были растоптаны обезумевшей толпой, подстрелены или лишились рассудка из-за червей, тянули к нам руки, тщетно пытаясь ухватиться, чтобы мы им помогли. Именно так я и представляла себе побег из преисподней: бесконечные голодные руки, тянущиеся к нам со всех сторон, и ступени, скользкие от крови. Мне показалось, что я чувствую привкус соли в воздухе, но я не знала, идет ли он сверху или снизу. Мне до смерти не хотелось оглядываться назад – я дико боялась увидеть, как море уже поднимается по ступеням прямо за мной. Сколько бы воздуха ни оставалось заперто внутри «Мараскино», его явно будет недостаточно, чтобы удерживать нас на плаву долго.
Где-то высоко наверху возникла заминка. Она прокатилась волной обратно по цепочке людей, из-за чего все начали резко тормозить, врезаясь друг в друга. Я замерла в самый последний момент перед столкновением и почувствовал Хэла, прижавшегося к моей спине. Лестничный пролет начал заметно уходить выше с одной стороны. Нам нужно было срочно убираться с лестницы, пока она вообще не пришла в негодность, пока вместо ступеней она не превратилась в горку для скатывания вниз.
– Что там происходит? – спросил Хэл – я смогла услышать его только потому, что его рот был у самого моего уха, и он орал во весь свой полуглухой голос.
А затем раздался звук, который махом вытравил все остальные шумы на лестнице – резкий стаккато-треск автомата, пробившийся сквозь всю вату у меня в мозгу. Я замерла на месте от парализующего страха, превратившись в обычное животное под воздействием чистого ужаса и бесконечного истощения сил. Я не могла сообразить, что делать дальше, я слышала только стук своего собственного сердца, качавшего кровь в такт звукам пуль, рикошетивших по нам сверху. А затем послышались крики – достаточно громкие и протяжные, чтобы пробиться сквозь ментальный хлопок в моей голове. Звуки непрекращающихся криков.
Один голос прорезал этот хаос и террор – шипение сотни гидр:
– Крепко держи Эмили!
Я сделала то, что мне было велено, потому что просто была обязана подчиниться. Да я бы в любом случае так поступила, но Клэр просто не оставила мне выбора. Я вцепилась в Эмили, а Хэл в свою очередь перехватил меня, утягивая на две ступени вниз к лестничной площадке, которую мы только что миновали. Мы перешагнули через раздавленные толпой тела, и он увлек нас внутрь двери, в коридор за ней. Я сразу узнала этот ковролин – мы вернулись на жилые этажи.
– Наверх ведет больше одной лестницы, – сказал он, с силой захлопывая дверь. – Если только они не прислали подкрепление, они физически не смогут перекрыть каждую из них.
– На каком мы этаже? – спросила Клэр. Звон церковного колокола в моих ушах начал постепенно стихать, пока она говорила.
– На втором. Осталось пройти еще один, – увидел-услышал я ответ Хэла. Я была слишком занята тем, что судорожно ловила ртом воздух, чтобы участвовать в беседе.
Эмили была белой как простыня, до смерти напуганная всем тем, что ей довелось лицезреть. Выглядела она в точности так же, как чувствовала себя я сама.
– Бежать сможешь? – заботливо поинтересовался у меня Хэл.
– Да как ты вообще умудряешься быть настолько сильным?! – вслух спросила я, но даже не услышала собственного голоса.
Он лишь рассмеялся:
– Я просто выбираю хорошую компанию. Давайте за мной, – скомандовал он и припустил бегом по коридору.
Пол под нашими ногами ощутимо накренился, словно мы находились в комнате смеха в каком-то проклятом парке аттракционов. Мне с огромным трудом удавалось направлять Эмили. Нравилось мне это или нет, но я и близко не была такой же сильной, как Хэл, и больше не могла тащить её на себе. Я опустила её на пол, и она горько заплакала.
– Я знаю, малышка. – Мне и самой безумно хотелось разрыдаться. – Сколько нам еще осталось? – спросила я Хэла; в моей собственной голове этот вопрос прозвучал чересчур громко.
– Мы уже на полпути.
Я осознала, куда именно мы направляемся. К одной из главных парадных лестниц – из тех, что еще в былые времена охранялись из-за карантина. Мне это казалось далеко не самым безопасным решением, но, прежде чем я успела озвучить свои мысли, над головами снова загремели сигналы гонга. Корабельный интерком ревел всё на той же оглушительной громкости, и голос, который вовсе не принадлежал Ашеру, эхом раскатился над нами:
– Если ты еще жива, Эди, у меня есть кое-кто, кого ты, возможно, захочешь спасти.
ГЛАВА 35
Натаниэль. Мне не нужно было видеть его лично, чтобы отчетливо расслышать его презрительную ухмылку.
Раздались звуки какой-то потасовки, а затем испуганный мужской голос.
– Эди? Ты сможешь нас спасти? – Это была Кейт, и она звучала чертовски напуганной.
– Не приходи сюда! – выкрикнул другой голос – Хорхе. А затем он глухо кряхнул, словно от сильного удара.
Натаниэль снова вернулся в эфир громкой связи.
– Я буду в ресторане Le Poisson Affamé до тех пор, пока он еще остается над водой. Приходи и попробуй спасти своих друзей.
Клэр покачала головой, пристально всматриваясь в мое лицо.
– Он откровенно издевается над тобой. Он прекрасно знает, что ты придешь, а значит, тебе ни в коем случае нельзя этого делать.
Если бы у Натаниэля был Ашер, чтобы заманить меня, он бы использовал именно его. Что означало, что Ашер на свободе, но…
– Знаешь, кто еще прекрасно знает, что я приду? Ашер.
Её лицо мгновенно стало суровым. Она немного покачнулась на спине у Хэла, её верного скакуна, который уже тяжело и надсадно дышал. Он заметно уставал, всё-таки он не был сделан из цельной стали.
– Мы пока просто физически не сможем справиться без тебя. – Она выразительно и многозначительно посмотрела на Эмили.
– Я ни за что не брошу вас троих. Но в ту же секунду, как вы окажетесь в безопасности, вы сами по себе.
– Хорошо, – бросила Клэр, злясь на меня за то, что я не стала слушать её мудрый совет.
– Раз уж так суждено, – добавил Хэл куда более мягким тоном.
Движение в сторону главной лестницы как раз означало путь по направлению к носу корабля и к тому самому роскошному ресторану на самом верху. Я подхватила Эмили на руки, отчего мое травмированное плечо заболталось в суставе, точно разболтанная дверная ручка, и зашагала вперед.
***
Теперь нам приходилось двигаться гораздо медленнее, не только потому, что мы дико устали, но и потому, что нам приходилось бороться с нарастающим креном корабля. Хэл покачнулся, а затем пошатнулась и я. Мы добрались до лестничного пролета и принялись карабкаться наверх, цепляясь за перила ничуть не меньше, чем за сами ступени. К счастью, нам нужно было подняться всего на один пролет, и Эмили искренне считала эту часть пути какой-то забавной веселой игрой. Я была полностью сконцентрирована на своем сцеплении с полом и на ней самой. Пока Хэл не начал грязно материться, я даже не поднимала глаз.
– Что там такое? – спросила я, а затем и сама увидела: вход на третий этаж был намертво забаррикадирован стульями из прогулочной галереи.
Они были аккуратно организованы, составлены друг на друга ровными стопками, а не просто раскиданы по полу, как свободные бильярдные шары на накренившемся столе.
– Оу, блядь. – Если бы я только могла, я бы прямо сейчас отпустила руки и зажала Эмили уши. – Должно быть, они пытались защититься от солдат.
Будь мы все молодыми и здоровыми, мы, возможно, смогли бы пробить себе путь через этот завал; стулья ведь не были прибиты к полу намертво. Но их было так много, что я физически не могла разглядеть, что творится на противоположной стороне, а мы к тому же находились в невыгодном положении по высоте – существовал вполне реальный риск, что вся эта гора просто рухнет прямо на нас сверху. А затем свет моргнул и окончательно погас, сменившись тусклыми огнями аварийного освещения, что сделало идею бороться с мебелью в темноте еще более паршивой затеей.
– У тебя всё еще остался тот ключ? – спросил Хэл; голос его звучал так же запыхавшееся, как и мой собственный.
Я кивнула.
– Тогда идем на четвертый этаж. Оттуда мы сможем спуститься прямо к шлюпкам.
***
Мы поднялись на четвертый этаж, процесс этот становился всё более и более трудоемким, и с трудом пробились к каютам на более высокой стороне корабля, ведь спасательные шлюпки с накренившегося нижнего борта больше не принесли бы нам никакой пользы. Выбраться с лестничной площадки и преодолеть коридор, чтобы отпереть ближайшую дверь, оказалось чертовски трудной задачей, пока «Мараскино» продолжал свой неумолимый подъем. Я втолкнула Эмили внутрь каюты, затем протиснулась сама, придерживая дверь открытой для Клэр и Хэла. Находясь теперь выше него, я наконец-то получила возможность наглядно увидеть, насколько сильно он истощен. На его лице было высечено колоссальное напряжение.
– Ползи к окну! – скомандовала я Эмили, отправляя её вперед нас всех.
Она послушно опустилась на карачки и резво поползла вперед, что в нашей ситуации имело огромный практический смысл. Я двинулась следом за ней, используя хорошее сцепление ковролина и отталкиваясь руками от дверных косяков, краев письменного стола и кровати. Эмили добралась до балконных дверей раньше меня.
– Подожди меня, Эмили!
Её пухлая ручка уже тянулась к задвижке, и я сделала резкий финишный рывок, оказавшись рядом с ней в ту самую секунду, как она сдвинула дверь в сторону. Морской воздух и ледяной дождь с силой ударили нам в лица, и у меня мгновенно перехватило дыхание. Вместе мы с ней выбрались наружу; чуть медленнее за нами последовали Хэл и Клэр. Хэл предусмотрительно подпер стулом балконную дверь, чтобы она не захлопнулась у нас за спинами и мы не остались запертыми.
Внешнего освещения теперь не было вообще. Аварийные огни даже не пытались подсвечивать бушующую воду за бортом, вокруг были только мы и стареющая луна, тускло светившая сквозь небольшие прорехи в грозовых тучах – и спасательные шлюпки третьего этажа, зловеще покачивающиеся прямо под нами. Будь на улице сухо, умей мы все нормально ходить на своих двоих и не будь вокруг так темно, мы бы, чисто теоретически, вполне могли бы добраться до них, карабкаясь по внешней обшивке корабля по мере того, как он кренился вниз. Но с учетом нашей реальной ситуации… я посмотрела вниз на раскачивающиеся шлюпки, и мой желудок совершил кульбит в такт движению лайнера. А затем припустил сильный дождь.
– Это же чистое самоубийство.
– Ты справишься с этим? – вслух спросил Хэл у Клэр.
И тут до меня окончательно дошло, в чем заключалась его вторая проблема. Если его жена прикоснется к соленой морской воде, океан заберет её у него навсегда.
– Разумеется, – ответила она с куда большей уверенностью, чем чувствовала я сама. – Мы спустимся туда и спрячемся внутри шлюпки. Они сами автоматически отцепятся, когда корабль пойдет ко дну.
Я огляделась по сторонам. И как конкретно они собирались забрать с собой Эмили? Если бы мне и удалось как-то переправить её туда вместе с ними, как бы я сама потом добралась до носа корабля? Безопасно выбраться туда на обшивку само по себе было делом с шансом один на сотню, но как потом карабкаться обратно? Был ли шанс, что я смогу просто перекинуть им девочку в руки? Точно не с моим вывихнутым плечом…
– С нами всё будет хорошо, – произнесла Клэр.
– Вот и славно, – отозвался Хэл и начал медленно оседать на пол.
Я поначалу подумала, что он просто хочет спустить Клэр со своей спины; до меня лишь секунду спустя дошло осознание того, что он падает без чувств.
– Нет! – истошно закричала Клэр. – Только не сейчас. Нет!
Её голос взлетел вверх на целую октаву, превратившись в дикий утробный животный крик, когда они оба тяжело повалились на настил балкона. Она судорожно прижала его к своей груди прямо там, где они упали.
– Нет!
– А что происходит? – спросила Эмили с испуганным видом.
– Я не знаю… – Я обвиняющим взглядом уставилась на Клэр. Неужели она и из него тоже умудрилась высосать весь воздух?
Клэр швырнула в меня ответный яростный взгляд, а затем склонилась над мужем, громко разрыдавшись и лихорадочно водя ладонями по груди Хэла.
– Я больше вообще не слышу стука его сердца.
– О нет… – Я на секунду крепко прижала к себе Эмили, тщетно пытаясь подарить ей хоть каплю безумного утешения, а затем аккуратно отодвинула их обеих в сторону.
***
Сердечно-легочная реанимация (СЛР) сама по себе почти никогда никому не помогала. Это как раз то, о чем вам никогда не показывают в телевизионных шоу. Ты делаешь СЛР строго до тех пор, пока не прибудет человек с дефибриллятором, и именно разряд тока возвращает человека с того света, если вообще возвращает. Да и то далеко не всегда. СЛР не способна вернуть сердцу его нормальный рабочий ритм, всё, что она делает – это просто механически гоняет обогащенную кислородом кровь по сосудам, чтобы поддерживать жизнь в клетках организма, на тот случай, если электрический разряд сможет вернуть органу рабочее состояние.
Но я просто не знала, что еще я могу сейчас сделать. Я нащупала его грудину основанием одной ладони и принялась ритмично выполнять компрессии. Клэр мертвой хваткой вцепилась в его плечо одной рукой, пока я качала кровь.
– Всё это вообще не должно было так закончиться, – повторяла она ему. – Мы ведь должны были безопасно добраться до этой чертовой шлюпки.
Если я сейчас начну разговаривать с ней, я неизбежно сбавлю темп компрессий, а если я сбавлю темп, шансов на то, что он очнется, станет еще меньше. По правилам, ты обязан делать массаж сердца до тех пор, пока не прибудет квалифицированная помощь, либо пока сам пациент не придет в себя и бесцеремонно тебя не отпихнет.
– Пожалуйста, Хэл, очнись, – умоляла она его, рыдая у его бока.
Она поцеловала его в губы, и я поняла, что именно она делает: она отчаянно пыталась вдохнуть в него больше жизни. Я продолжала качать, потому что остановиться означало бы, что я сдалась, а решать это было не в моей компетенции. Я безумно устала, а мое плечо просто разрывалось от боли; мои компрессии больше не были эффективными, но я чувствовала, что обязана продолжать попытки. Дождь не прекращался, и раскаты грома то и дело заглушали рыдания Клэр. Я не знала, сколько времени уже прошло и на сколько меня еще хватит. Я превратилась в обычный автомат, который делал это лишь потому, что так было проще, чем признать, что он уже не вернется.
Она протянула руку и положила её поверх моих ладоней.
– Перестань.
Я сделала по инерции еще три толчка.
– Я уверена. Ты можешь остановиться. Его сердце так и не завелось.
Грохнул очередной раскат грома, теперь уже гораздо громче; мы находились в самом эпицентре шторма. Он содрогнул наши тела, и мне в голову пришла безумная мысль запустить на воздушном змее какой-нибудь кусок металла, чтобы проверить, сможет ли молния перезапустить сердце Хэла.
Позади меня горько плакала Эмили, а Клэр приподнялась на руках, держа сложенные вместе ноги позади себя и растянувшись на замершей груди Хэла, и тут до меня дошла вся сложность задачи, которую он мне оставил. Теперь мне нужно было как-то спасать еще и Клэр.
Спасательные шлюпки были ближе, накреняясь в сторону корпуса «Мараскино», пока судно заваливалось в океан на другой бок, но у меня не было силы Хэла. Как я утащу их обоих отсюда, будучи настолько истощенной, да еще и с плечом, которое вот-вот снова вылетит? Это было абсолютно невозможно.
Клэр продолжала рыдать. Не зная, что еще делать, куда идти или что сказать, я погладила его редкие волосы, а затем неловко похлопала её саму.
Оттолкнувшись от его груди обеими руками, она приподнялась и истошно завыла. Её голос перешел от низких тонов к ультразвуку – дикая, неистовая, заунывная песнь банши и кита, от которой у меня заболели зубы. Это был звук неприкрытого горя существа, которому природой никогда не было суждено столкнуться со смертью того, кого она любит.
Этот звук полностью обнажил её истинную суть – чужеродного создания, которому не место по эту сторону волн. В тех местах, куда попадали брызги соленой воды из бушующего океана или капали её собственные слезы, на её ногах замерцала чешуя, и сами они начали стремительно удлиняться. Её волосы отросли, окутав её влажным и темным саваном, похожим на разрастающиеся заросли ламинарии. Она была дикой, и я еще никогда в жизни не видела ничего настолько прекрасного и пугающего одновременно.
Она протянула ко мне руку, её трансформация была завершена уже наполовину.
– Отдай мне девочку, – повелительным тоном приказал её потусторонний голос.
Само того не желая, мое тело подчинилось. Я схватила Эмили и передала её ей, хотя в глубине души уже сомневалась в правильности этого действия.
– Зачем?
– Потому что она принадлежит морю.
– Она человек! – запротестовала я, хотя сама Эмили даже не пыталась бороться. Она смотрела на Клэр с абсолютным, благоговейным трепетом.
– У неё больше нет семьи. Я могу дать ей новую. Она будет вечно петь вместе со мной.
Клэр неловко погладила Эмили одной рукой, приподнимаясь для этого по мере того, как её трансформация продолжалась. По бокам её шеи теперь что-то затрепетало, проступили отчетливые гребни и жуткого вида шипы. Я непроизвольно сделала шаг назад и слегка поскользнулась: влага на настиле балкона полностью свела на нет всё сцепление моих туфель. Её глаза словно бросали мне вызов попробовать ей помешать, а затем она резко перехватила Эмили и перекатилась назад, как акула, рвущаяся с крючка.
Она притянула маленькую девочку к своему нечеловеческому лицу и поцеловала её.
– Подожди! – закричала я, но всё уже было кончено.
Эмили выглядела ошеломленной, когда Клэр отстранилась от неё, но лишь для того, чтобы снова покрепче перехватить её подмышкой. Её неуклюжесть в новом теле только добавляла всему происходящему ужаса, пока она карабкалась к перилам, балансируя между хвостом и свободной рукой и утягивая за собой Эмили. Затем с невероятной силой она подтянула их обеих вверх и перевалила через ограждение балкона.
Они полетели вниз, вниз, вниз прямо в штормовое море, оставив меня наедине с трупом Хэла на палубе.
Я даже не успела до конца осознать, что сейчас произошло.
Я подбежала к самому краю перил и испуганно заглянула вниз. Я так и не смогла разглядеть место, куда Клэр и Эмили упали в воду; всё выглядело так, словно океан просто сожрал их обеих целиком.
