Текст книги "Кицхен готовится к войне (СИ)"

Автор книги: Карина Демина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

Глава 26

Глава 26 Где герои сталкиваются с нечеловеческим коварством врага

Швейцар проводил их взглядом, утупившись в покачивающиеся округлости.

Некоторые неочевидные нюансы работы швейцаром

Танерийцев Даглас нашёл.

И удивился. То есть вчера вот ещё они прятались, а сегодня, значит, идут по лесу, направляясь к усадьбе, и тащат какой-то тюк.

– Дагги? – Персиваль материализовался в трёх шагах. – Что там?

Танерийцы явно чем-то пользовались, потому что запах их размывался, оставляя в воздухе едва заметные дорожки.

– Танерийцы, – тихо произнёс Даглас и вытянул лапу. – Что-то тащат…

Добравшись до опушки, танерийцы уронили тюк, один распрямился, огляделся и махнул рукой в сторону леса. Стало быть, возвращаются.

– Что за…

– Я за ними пройду, – решение Даглас принял быстро. – А ты посмотри, что они там приволокли.

И зачем?

Возражать Персиваль не стал, только бросил:

– Осторожней. Танерийцы хорошие следопыты…

Но не настолько, чтобы выследить барса. Даглас скользил в тенях, не выпуская чужаков из виду, но и не приближаясь настолько, чтобы быть замеченным. Он не столько видел их, сколько чуял.

А и вправду опытные.

Тот, что идёт впереди, явно моложе. И одарённый, пусть даже сила его заперта внутри, но кое-что ветер доносит. И такое, довольно знакомое, хотя уловить суть не получается.

Странное.

Второй старше. Двигается мягко, перетекая из тени в тень. И это не дар – опыт.

Даглас довёл их до полянки в самой глубине леса. Сунулся было ближе, но шерсть на загривке дыбом поднялась. И он отступил, чтобы, прищурившись, разглядеть мелкие искорки силы в иглице и листве. Стало быть, сторожки поставили?

Или сигнальную сеть?

А вот третьего Даглас услышал издалека. И не только он. Вот поднялся, повернулся старший, нахмурился недовольно. Сказал… чтоб, а язык Даглас не понимает.

Плохо.

Очень плохо. Но по интонации ясно, что старший третьим недоволен.

Он вышел из чащи. Тот самый маг, надо полагать, который и оставил след. Этот силу скрывал, но небрежно. Старшему ответил тихо, поклонился, но как-то… будто вынужденно? И смотрит искоса, хмуро. Вот снова обмен фразами. И третий разворачивается, машет рукой, указывая куда-то в лес. Старший задаёт вопрос. И ответ довольно пространный, но не понятно, чего хочет этот третий. И что они собираются делать? Уйдут? Останутся? Если уйдут, то Дагласу надо за ними?

Но вот старший принял решение. Пара коротких команд. И самый молодой поспешно вскакивает.

Уходят!

Благо, ушли танерийцы недалеко. Похоже, прав был Персиваль, когда говорил, что их что-то да держало в здешних краях. Остановились они близ огромной ямины, что образовалась под корнями сосны. Вывернутая ветром, та легла на бок, но не упала, застряв в ветвях других деревьев. Да так и осталась. И только корни её, с кусками земли, с одеялом мха поверху, торчали над лазом этакой зеленой ладонью.

Хорошее место.

Маг встал на четвереньки и… да, не только с металлом ладит, он и с землёй управляется неплохо. Яму углубил, расширил. Выполз, махнув рукой, мол, отличное место для отдыха.

Командир снова осмотрелся.

Поёжился…

И взгляд его рассеянный на долю мгновенья остановился на старом дубе, в ветвях которого Даглас и притаился. Чует? Если опытный, что взгляд чует… чтоб.

Заметит?

Плохо. Танерийцы могут и дальше уйти. Останавливать? Об этом Персиваль ни слова не сказал. Провожать…

Даглас потянулся и зарычал, громко так, предупреждающе. Рык его вырвался из глотки, заставив танерийцев подскочить. И воздушная плеть ударила по кустам.

Вот теперь можно спрыгнуть, шумно, так, чтобы люди заметили. Пусть решат, что ненароком спугнули зверя.

Нырнув в кусты, Даглас выбрался с другой стороны поляны. Отлично. Танерийцы обустраивались. Командир бродил, раскидывая искры сторожевых заклятий. Тот, первый, сидел на корточках над ямой, в которой разгорался огонёк. А третий в кустах шарил.

Зверя искал?

Даглас хмыкнул и, встав на задние лапы, поднял передние так высоко, как мог. Когти вошли в древесину. И это оказалось неожиданно приятно. Он медленно потянул лапу вниз, наслаждаясь тем, как расползается кора.

И повторил.

И снова…

И очнулся, уже когда от коры остались жалкие лохмотья. Да чтоб всех танерийцев! Увлёкся. Он крутанулся, фыркнул, убедившись, что танерийцы никуда не делись и теперь втроем склонились над костром. Переговариваются? Ухо улавливало речь, но вот понять смысл не получалось.

Ну и ладно.

Даглас рысью бросился по следу. Всё-таки Персиваль, наверное, беспокоится.

Персиваль сидел на пенёчке, подперев подбородок ладонью. Поза его выражала задумчивость и даже мечтательность. А у ног Персиваля вытянулась…

– Это что? – от удивления Даглас сел.

И как-то неудачно сел. Жесткая шишка пробила мех и впилась в кожу. Хвост раздражённо хлопнул и попал прямо по лежащей перед Персивалем свинье.

– Свинья, – сказал Персиваль.

– А почему она такая?

То есть танерийцы подкинули к усадьбе свинью? Даглас, конечно, слышал об их коварстве, но всё же в его воображении оно проявлялось несколько иначе.

Но свинья имелась.

Лежала вот. Такая… свинская, пожалуй. Тощеватая, конечно. С чересчур длинным телом, вытянутой же мордой, в которой угадывались собачьи черты, но круглый пятак всё же не оставлял сомнений в видовой принадлежности животного. Впрочем, смущал даже не вид, скорее облик.

– Не знаю. Я вот думал, что мне привиделось. От стресса. Если бы ты знал, насколько нервная у нас работа… в целом, если так, то свиньи – это не самое страшное, что может привидеться, хотя, конечно, лучше бы без них.

Без них точно не получится, поскольку одна конкретная свинья уже имелась.

– Потом, правда, вспомнил кое-что… помнишь, я рассказывал про увлечение герцога. Боевые кабаны для армии?

– Помню, – Даглас кивнул, с трудом удержавшись, чтобы не лизнуть шерсть на плече. Как-то она не так блестела.

Нет, он не будет вылизываться! Не будет, и всё тут.

– На боевого не похож, – сдержанно заметил Даглас.

– Да… боевые должны были по задумке достигать веса в полтонны, иметь непробиваемую шкуру и клыки. Но… вдруг он не только боевыми занимался?

– А ты не знаешь?

– Кто я такой, чтобы знать? – философски откликнулся Персиваль. – Я лишь обычный сотрудник Тайной службы. И знаю лишь то, что положено. А что не положено… то не положено.

– И не покладено, – вырвалось у Дагласа. – То есть это герцогская свинья?

– И на первый взгляд костюм её подтверждает мою теорию.

– А на второй?

– При чём здесь танерийцы?

Даглас подумал и согласился, что танерийцы к герцогской свинье никакого отношения иметь не должны.

– И зачем они приволокли её сюда?

– Они говорили, но я не понял. Я языка не знаю.

– Жаль. Я вот тоже не знаю, – Персиваль поскрёб за ухом. – Давай думать логически?

– Давай, – Даглас поёрзал, потому что шишка оказалась не одна. А думать логически, когда в твою задницу впивается что-то острое, не получалось.

– И исходя из фактов. Свинью принесли танерийцы, факт?

– Факт, – подтвердил Даглас.

– И подбросили к самому дому. Факт?

– Факт, – снова согласился Даглас и, не выдержав, вскочил.

– Э, полегче, капитан! – Персиваль выставил руки. – Если что, я свой!

– Да… это шишки, – признался Даглас, выгибаясь. – И ветка…

Ветка застряла в шерсти, и вытаскивать её пришлось зубами. Персиваль, проявив несвойственное ему прежде чувство такта, отвернулся.

– Свинья однозначно не простая. И я её уже видел. Она следила за мной там, во время прогулки. И возле дома крутилась, в окна заглядывала. Или почти. И о чём это говорит?

– Не знаю, – сказал Даглас, выплюнув ветку. Снова потянуло поправить шерсть, там, сзади. И на боках. И вообще, кажется, она взъерошена.

– О том, что свинья шпионила. Ты же не будешь спорить, что она крайне необычна? Даже, я бы сказал, подозрительна.

– Тощая свинья в костюме однозначно вызывает подозрения, – Даглас кивнул и добавил для солидности. – Факт.

– Соглашусь с вами, коллега… с другой стороны, зачем свинье, если это животное герцога, шпионить за… ладно, нас он может подозревать в недостойных намерениях относительно очаровательной тэры Анхен. Но за самой тэрой? Или домом?

Персиваль убрал руку от подбородка и снова поглядел на свинью.

– И опять же, это не объясняет танерийцев.

– Свинья герцога наткнулась на них? – Даглас понял, что ещё немного и начнёт-таки вылизываться. Это было совершенно недопустимо. А потому он потянулся, представляя, как возвращает себе исходное, человеческое обличье.

И ведь получилось.

Пусть медленно, мучительно, но получилось же! А главное, желание вылизывать себя пропало.

– Наткнулась, – продолжил он мысль. – И была замечена. Танерийцы её убили и…

– Танерийцы, обнаружив свинью, её бы действительно убили. А потом сожрали, потому что они – нормальные люди. Точнее нормальные люди, которые торчат в здешних лесах не первый день. Это, скажем так, настраивает на практичный лад. А они её зачем-то сюда приволокли.

– И не убили, – Даглас понял, что ошибся. – Она жива. Или он?

– Не знаю. Я под хвост не заглядывал. Но это тем более подозрительно! А если предположить, что свинья – танерийская? Их шпион, которого они пытаются внедрить?

Мысль звучала на диво безумно.

С другой стороны… Даглас поскреб себя за ухом, и этим ухом нервно дёрнул. И спохватился, что в человеческом виде так делать не стоит.

– Внедрить куда? – уточнил он.

– В приличный дом.

Даглас посмотрел туда, где по его прикидкам должен был находиться тот самый приличный дом.

– Смотри, – Персиваль наклонился и приподнял свиную голову. – Животное явно непростое. Почему бы не внедрить в него шпионское плетение? Скажем, в пуговицы этого камзола? Или ещё куда-нибудь?

– И как ты себе это представляешь?

– Смутно, – честно признался Персиваль. – Но вот если допустить… ходит себе свинья и ходит. Никто на неё внимания не обращает. А она присутствует. И записывает там… речи… ладно, не речи, это чересчур, а ауры хозяев?

– А так можно?

– Не знаю. Но ведь свинья есть?

– Есть.

Против фактов не попрёшь.

– И танерийцы зачем-то её сюда приволокли… к дому… раньше она сама ходила. Может, они её взяли под контроль и спрятали внутри особо опасный артефакт, который активируют, когда придёт пора.

Вот теперь Даглас посмотрел на свинью иными глазами. Нет, предположение Персиваля казалось ему слегка бредовым, но ведь… возможно?

– Они ведь сюда не чаи распивать явились, – продолжил Персиваль. – Что-то ищут, высматривают. Что? И тут свинья…

– То есть они притащили с собой свинью? Потом одели её в камзол? Бархатный? Зачем?

– А чтоб видно было, что свинья – не сама по себе, но чья-то… ткань дорогая, – Персиваль наклонился и пощупал. – Вот представь, что наша очаровательная тэра Нова… или не менее очаровательная тэра Анхен выходят утром в сад и обнаруживают эту свинью. Что они подумают?

– Ну… – Даглас растерялся. Ему было крайне сложно представить, что может подумать в подобной ситуации благовоспитанная тэра. И в целом ход женских мыслей зачастую ставил в тупик.

– А я тебе скажу! Они подумают, что несчастный поросёночек потерялся. Убежал, заблудился в лесу. И непременно захотят подобрать и обогреть. Женщины, друг мой, они такие. Им только дай повод кого-нибудь подобрать и обогреть. Так что свинью, как пить дать, потащат в дом.

И кивнул, сам с собой соглашаясь.

– А там она уже развернётся…

– Хорошо, – Даглас не очень представлял, как именно может развернуться свинья, но всё-таки стоило признать, что танерийцы – противник опасный.

А уж в химерах и подавно знают толк. Так что…

– Но зачем её усыплять?

– Не знаю, – был вынужден признать Персиваль и, встав, обошёл лежащее животное. – Хотя… может, затем и усыплять, что это всё-таки не их свинья? А герцогская? Если он не оставил своих увлечений, то…

Персиваль присел на корточки и поправил берет, который сбился на одну сторону. Снова повернул голову свиньи, приподняв её над травой.

– Нет, так с морды и не поймёшь, наша она или нет…

– Определиться бы, – намекнул Даглас и подавил зевок.

– А если свинья изначально герцогская… это объясняет и вид, и костюм…

– Но не танерийцев?

– Нет, их тоже можно объяснить, – Персиваль отпустил свиную голову. – Смотри, герцог создал эту животину, уж не знаю, зачем, но нам ли думать о высоком… а она сбежала. И моталась по лесам. Неприкаянная…

На свинью он поглядел уже с жалостью.

– Отощала вон, измазалась. Танерийцы её увидели и поймали.

– Зачем?

– Чтобы воспользоваться. Они с ней что-то сделали, что-то такое… не знаю, коварное?

Здесь и собственное воображение Персиваля, кажется, дало сбой. Лично Даглас, сколь ни силился, не мог понять, чего же этакого можно сделать со свиньёй, кроме как и вправду сожрать.

– Опять же, внедрили артефакт? Смертельное плетение? Заразу, которая выкосит всех в доме? – Персиваль всё же выдал варианты, которые, к удивлению Дагласа, показались вполне себе реальным. А если и вправду… – Сходится?

– В теории…

Нет, всё это звучало довольно фантастично, но… но вдруг и вправду? Свинья была. Танерийцы тоже. И зачем-то они её притащили так близко к дому, хотя раньше не рисковали подходить.

– Что делать будем? – Даглас понял, что во всей этой истории его волнует один весьма конкретный вопрос.

– По-хорошему, допросить бы…

– Свинью?

– Да, ты прав. Это несколько затрудняет ситуацию… ладно. В дом её тащить нельзя. Женщины, когда речь идёт о беспризорных животных, делаются удивительно мягкими. Они скорее нас с тобой за порог выставят, чем этого милого поросёночка…

Ну, по виду свинья уже давно вышла из поросячьего возраста, добравшись до того, который где-то между милым и взросло-свинским. Но озвучивать это умозаключение Даглас не стал.

В конце концов, какая разница?

– Ты в артефакторике разбираешься? – поинтересовался Персиваль.

– Нет.

– И я нет. И в проклятьях… чтоб, надо её куда-то оттащить и спрятать.

Даглас оглянулся на лес.

– Нет, не туда. Там её танерийцы найдут или ещё кто… слушай, есть идея. Озеро тут проклятым считают, поэтому никто туда не ходит. Вот туда и отнесём, прикопаем.

– Она живая.

– Парализована заклятьем, а это, считай, почти мёртвая. Я его подпитаю, закреплю. На сутки хватит.

– А дальше?

– А дальше надо идти к герцогу и проводить опознание. Если свинья его, пусть сам с ней и разбирается.

Звучало после всех предыдущих теорий на диво логично. А главное, просто.

– Бери. Понесли, – Персиваль и сам наклонился, подхватив свинью подмышки. – Блин, тяжёлая… отожралась…

– Да, по-моему, наоборот, тощая какая-то… приличная свинья должна быть круглой и приятной взгляду, а эта…

– А это, друг мой, неприличная свинья… честно говоря, в нашем деле кого только не встретишь… но, помнится, пришлось нам тащить одну оперную диву, одновременно уделявшую внимание моему подопечному и некоему крайне подозрительному типу, по непроверенным данным работающему на наших коллег из Иберии. И вот я тебе скажу, что при всей хрупкости весила та дива, как самая что ни на есть приличная свинья… А уж вела себя так, что свиньям учиться и учиться!

Глава 27

Глава 27 В которой появляются драконы

После войны министерство восстанавливало разруху

О важности правильной постановки задач правительством.

– Некромант, – сказал тип в чёрном, причём не вопросительно.

– Есть такое, – согласилась я.

– Бернхард дэр Наир, – представился тип, но руку протягивать не стал. – Коронный ревизор.

– Только вас нам для полного счастья и не хватало, – вырвалось у меня, причём само. Волнуюсь. А когда я волнуюсь, то сперва говорю, потом уже думаю.

Впрочем, мужик оказался с чувством юмора. Уголки губ его дрогнули, и он ответил:

– В таком случае я несказанно рад, что отныне вы будете полностью счастливы.

И вновь же, прозвучало это обещанием.

– Однако в данный момент мне, вернее этому молодому человеку требуется помощь…

Тэр Трувор стоял. По-моему, он вообще плохо понимал, что происходит. Все силы и тела, и разума уходили на контроль над вихрями.

И энергией, переполнявшей его тело.

Меч, зараза. От него все беды. И эта падла радостно светилась, намекая, что она тут не просто так, но вполне в процессе участвует. А значит, коменданту придётся как-то объяснять, что меч, что в целом… остальное вот.

Но это потом.

– Что именно нужно? – я понятия не имела, что делать, а у этого, ревизора, кажется, план имелся.

– Нужно проводить тэра коменданта туда, куда он сможет выпустить содержимое вихрей. Подойдёт какая-нибудь пропасть, желательно поглубже. Уж извините, та жижа, что в вашем рву, не имеет права называться водой.

Вот тут я всецело согласна. Коронный ревизор руку поднял и, понюхав рукав, скривился.

– Это определённо не вода, скорее… бульон, постоявший на солнце неделю. Или каша? – и задумался, серьёзно так.

И я тоже задумалась, но в совершенно ином ключе.

– Так, а много её?

– Много, – сказал Бернхард дэр Наир. – А вам нужно?

– Ещё как!

Потому что это и вправду не вода. Это стоялая вода, которая по сути своей является органикой, пусть и слабой по сравнению с обычной плотью концентрации. Но это всяко лучше, чем ждать, когда из города доставят бычьи туши. И в целом…

Быков жаль. Точнее даже не жаль, а крепко подозреваю, что на них, помимо меня, желающие найдутся.

А вот если…

– Идём!

Я приняла решение.

– Тут есть подвалы…

– Может, всё-таки пропасть? – кажется, идея ревизора не вдохновила.

– Мне нужна органика! – я поглядела на вихри. Воды… точнее, жижи во рве много. Жаль, я не успела измерить… а если… по сути вихрь – это та же центрифуга, только магическая, и содержимое в нём, вращаясь, распадается на фракции. И мне не нужно всё, мне нужно… так, для начала мне нужно как-то объяснить человеку, который пребывает слегка не в себе и держится на ногах чудом, упрямством и, быть может, самую малость магией фей, что содержимое вихрей надо разделить.

Подозреваю, оно уже разделилось. Как там? Тяжёлое пойдёт вниз, лёгкое – наверх.

– Трувор, – я помахала ладонью перед носом. – А ты заклятье сепарации можешь встроить? Мы тогда чистую воду обратно в ров сольём, а вот органику…

Судя по скорости вращения уже перемешанную и доведённую до нужного мне гомогенизированного состояния.

– Отправим в подвал. Понимаешь?

– Нет, – ответил Трувор.

А вот проверяющий лишь хмыкнул.

– Я сейчас помогу. Создавай пустой вихрь… размер вот как этот, – я ткнула пальцем в ближайший. – И теперь трубу из воздуха между ними двумя, и закручивай её, будто это третий вихрь.

Трувор моргнул, но сделал.

– Вот так, теперь делай его узким… и да, чтоб касался поверхности… пошло!

Сработало. И из вихря в вихрь потёк поток воды. Может, не идеально чистая, но всяко лучше прежней.

– Стоп. Теперь перекидывай на второй. Потом объединяй. Нет, не эти, а те, из которых забрал воду.

– Вы не слишком усложняйте, – тихо произнёс ревизор. – Контроль у него, безусловно, отличный, но перегревать не стоит.

Я не усложняю. Я решаю задачи.

– Вот так, два с осадком сливай вместе. И третий к ним…

Трувор быстро приспособился, потом окинул взглядом вереницу вихрей…

– С водой давай отпускай в ров и следующий…

Наверное, это не очень правильно, использовать вышестоящее начальство для чистки рва, но ведь хорошо же получается! И с концентратом мне работать будет всяко легче. Конечно, с мясом было бы ещё проще. Надо будет останки скальника притащить. В них столько некроэнергии, что хватит, чтобы повысить общий потенциал массы.

– Вот так! Отлично!

Комендант суть уловил быстро и дальше действовал уже сам.

– Интересно у вас получается, – ревизор не вмешивался, но наблюдал за процессом. – Решение… своеобразное, но не могу не признать эффективности.

Трувор отправлял вихри с очищенной водой ко рву, а вот те, что с осадком, оставались здесь же. Низкие, отяжелевшие, они и крутились-то с натугой.

Зато и силы прихватили.

Главное, чтоб комендант не рухнул в процессе, а то ж нехорошо получится.

Не рухнул.

У него хватило сил завершить процесс.

И спуститься в подвал.

Содержимое вихрей, буро-зеленое, воняющее столь едко, что у меня глаза заслезились, плюхнулось в ванны, вышло из берегов и затопило каменные плиты. Оно заполнило подвалы, поднявшись если не до колена, то выше щиколотки точно. Ну, ниже, глядишь, не протечёт, а с тем, что здесь, я разберусь.

– Любопытно, – сказал ревизор, озираясь. Сапог поднял, посмотрел и опустил. – Могу я узнать, что именно вы планируете сделать?

– Я? – я успела подставить плечо и подхватить руку с мечом, потому что избавившись от вихрей, комендант покачнулся и стал заваливаться на бок. – Да… так… думал слегка помочь с кадрами. А то тут дефицит нарисовался.

Ревизор снова огляделся, крякнул как-то вот так, двусмысленно, и сказал:

– В таком случае, пожалуй, не стану мешать…

На удивление разумный человек.

Прям даже поразительно.

– Да вы и не мешаете, – я вытерла руки о штаны, запоздало осознав, что в принципе это не слишком повлияло ни на руки, ни на штаны. И вообще вид у меня отнюдь не тот, который подобает для встречи личности столь серьёзной и уважаемой, как коронный ревизор. Дёрнулась было волосы пригладить, но спохватилась. Если штаны от засыхающей слизи скальника и прочих жизненных обстоятельств отчистить ещё можно, то с волосами этот фокус не пройдёт.

Знаю.

Проходила. А быть лысой ничуть не веселее, чем быть чёрной.

Но справедливости ради, выглядел коронный ревизор ничуть не лучше меня. А он где успел изгваздаться-то?

– Я ж не сейчас буду. Сперва отдохнуть надо… и привести тэра Трувора в сознание, – я помахала рукой перед лицом коменданта, и тот моргнул. Взгляд на долю мгновенья обрёл осмысленность, тэр Трувор, кажется, даже попытался оглянуться, но от простого этого движения начал заваливаться на другую сторону.

Я едва подхватить успела. Да и то, не удержала бы, если б не ревизор.

– Ох ты ж, – сказал он, просунув голову в подмышку. – Тяжёловат…

– Зерновой откорм, – ляпнула я первое, что пришло в голову. Я сунула голову под другую руку. Надо бы позвать кого… хотя нет. Из подвала выйдем, тогда и позову.

– Может, меч отобрать? – ревизор указал на клинок, который комендант и в бессознательном состоянии сжимал с немалой силой.

– Не думаю, что это хорошая идея.

Я вот лично не рискну отбирать зачарованное оружие у невменяемого мага.

– Пожалуй, – кажется, что-то такое пришло в голову и тэру Бернхарду.

Вот всё-таки вменяемый человек – это вменяемый человек.

– С мечом мы погодим… и в целом… надо его куда-то перенести… уложить. Пусть отдохнёт…

Ну да, отдых тэру Трувору точно не повредит.

Трувору снились драконы.

Их было много вокруг. Одни – совсем мелкие, с мышь размером. Другие покрупнее, поросшие шерстью и с кошачьими хвостами-метёлками. Третьи и вовсе были огромны, круглобоки и упитаны, причём настолько, что поневоле возникал вопрос, как они при этой вот упитанности летают-то? Особенно вон тот, пятнистый, с круглыми боками и крохотными кружевными крыльями.

– Дурак, – сказал дракон, и Трувор к стыду своему осознал, что размышлял вслух.

И что размышления эти были крайне невежливы по отношению к драконам.

– Я существо магическое! И летаю, потому что магия! – крылышки на спине дракона затрепыхались, и вся его огромная туша поднялась в воздух. – Видишь?

– Вижу, – откликнулся Трувор. – А я тебя убью!

– Почему? – на морде дракона появилось выражение крайне озадаченное.

– Потому что ты дракон, а я рыцарь!

– Дурак ты, а не рыцарь! И правил не знаешь! Драконы отнесены к исчезающим видам, а потому убивать их можно лишь по особой лицензии! У тебя есть?

– Нет, – вынужден был признать Трувор. – Лицензии нет. Но есть меч! Волшебный!

И поднял.

Почему-то во сне – а сейчас Трувор со всей ясностью осознал, что он спит – клинок переливался всеми оттенками перламутра и выглядел гротескно огромным.

– Красивый, – дракон переливами залюбовался и вздохнул. – А ты дурак!

– Почему?

– Потому!

– Ладно, извини. Я никого убивать не стану. Просто я с детства мечтал подвиг совершить. А оно всё никак.

– Совсем никак? – дракон крылышки сложил, но всё одно остался висеть в воздухе. Он изогнулся, поджав пухлый свой зад, и лапки свесил.

– Совсем. Я кошку вот спасать полез. Она на дерево забралась и кричала. Я за ней. И свалился. Руку сломал.

– А кошка?

– А она кричать перестала и спрыгнула. Руку же целитель вправлял… ещё потом другое было. Я точно дурак… – признаваться в подобном было грустно, но врать себе Трувор не привык.

Даже во снах.

– Хотел прекрасную принцессу спасти. Или хотя бы дочку мельника. Она купаться ходила. А я за ней приглядывал. Вдруг нападёт кто. Или тонуть станет. Я бы спас.

– Не спас?

– Меня заметили… кричать стали. Отец потом крепко разозлился. Говорит, рано тебе о таком думать и вообще… маму разочаровал. А дед вот посмеялся. Сказал, что на голых баб смотреть никогда не рано, что наоборот, потом вдруг понимаешь, что уже как-то и поздно.

– Хороший у тебя дед.

– Так-то да… а я из дому ушёл. Поругался. И с ним, и с отцом… думал, сам всё смогу. А в итоге в заднице оказался. Слушай, зачем я это тебе рассказываю?

– Потому что дурак! И рыцарь!

– А есть связь?

– А то! Чем больше рыцарь, тем больше дури. Но тут важно понимать, какая именно дурь. Благородная или обыкновенная. С обыкновенной даже не рыцарю тяжко жить.

Это было странно, но Трувор задумался. Дракон же, дёрнув лапой, произнёс:

– Ты, главное, в следующий раз, как геройствовать полезешь, не надорвись. Тебе ещё крепость восстанавливать.

Звучало на редкость разумно.

Нет, Трувор не привык принимать советы, тем более от несуществующих драконов, но вот во сне если…

– Скажи, ты же магический зверь?

– Магичней некуда!

– Я и вправду потомок Рори?

– Все мы чьи-то потомки.

– Но если меч и кровь… некромант сказал, что это доказательство, но как я понимаю, де факто. А вот де юре что-то доказать будет сложно.

– Вот знаешь, что меня в вас, людях, всегда удивляет? У вас головы такие маленькие, а в них столько всего вмещается! Де юре, де факто… тебе самому это не мешает?

– Мешает. Но я не могу понять, что делать.

– Что делать, что делать… меч ты нашёл?

– Я.

– Значит, он твой.

– Но…

– Пригодится, – ответил дракон совершенно иным, серьёзным тоном. – Тут, между прочим, Приграничье. И без доброго меча никуда. Ясно?

– Ясно.

– Вот и хорошо. А теперь иди… и это, как будете вниз копать, то аккуратней там…

Дракон вдохнул и выдохнул. Горячий воздух, пахнущий фиалками, лилиями и немного – содержимым рва окружил Трувора и заставил открыть глаза.

Чтоб.

Всё-таки сон. И хороший, надо сказать… давно он так душевно не разговаривал. Он моргнул и окончательно проснулся. М-да, в реальности драконов не имелось, зато имелся тусклый свет из окна, который слегка разгонял сумрак, и рыжий некромант, что устроился в кресле напротив.

Трувор повернул голову влево.

Вправо.

Так, он во всяком случае жив. По ощущениям вполне цел. А ещё находится в собственных покоях, вон та трещина на потолке, похожая на куцее пока родовое древо дэр Броуни не оставляет места для сомнений.

А как он в эту комнату попал?

Трувор нахмурился, вспоминая, как оно было…

Поход на кладбище.

Скальник.

И старое кладбище. Склеп. Меч в камне… потом мертвецы. Это всё вспоминалось на диво чётко и ясно. А дальше что?

Дальше…

Так. Возвращение.

Обоз.

Двор и разгрузка. Акты, отчёты… голова тотчас заболела, и возникло трусливое желание возвратиться в сон. В конце концов, когда ещё получится поговорить по душам с настоящим драконом? Но Трувор сдержался.

Анжелина.

Каменная Анжелина, которая нависала над вратами, воздев к небесам меч. Гроза. Молнии… купол, что появился над крепостью.

Дикий вихрь.

И карета, которая появилась на мосту. Люди… его бег, с пониманием, что остановить стихию не выйдет. А потом? Что на него потом нашло? И вправду дурак, как дракон сказал?

Дальше всё было смутно.

Очень смутно.

Настолько, что возникали закономерные сомнения, а не придумалось ли оно вообще? Разве человек в здравом уме и твёрдой памяти будет бросаться к Дикому вихрю? Да ещё и мечом размахивать, и кричать всякое-разное… душевное.

Трувор потряс головой, и от этого движения некромант очнулся.

– Жив, – сказал он и широко зевнул. – А у тебя тут ничего, спокойно спится… хорошее место.

– Х-хорошее.

Трувор хотел сесть, но что-то помешало.

Меч.

Меч лежал поверх одеяла, притворяясь обыкновенным клинком. Разве что старомодной формы и тяжеловатым слегка. Всё бы ничего, но он сжимал этот меч и так, что рука онемела.

– И вид из окна хороший…

– Я и вправду… против дикого вихря выступил?

– Ага, – некромант кивнул. – И выступил. И выстоял. И не побоюсь сказать прямо, победил в неравной схватке. С тем, что я видел, шансов у вихря не было никаких.

– Понятно, – Трувор хотел разжать пальцы, но те не поддались. – А потом?

– Потом… потом ты вобрал его силу в себя.

– Всю?

– Честно? Не замерял. Но думаю, если и не всю, то большую её часть.

– И я живой?

– Ага. Сам удивляюсь.

Трувор попытался представить, сколько в диком вихре силы. Но не получалось. Однозначно больше, чем человеческое тело способно принять. Но…

У него дар сильный.

И резерв.

И в целом способности имеются. Однако не такие же…

– А потом?

– А потом вы с тэром Бернхардом почистили ров, клянусь, он почти идеальный стал… мы вместе сепарировали жижу, отделив осадок. Воду вернули обратно…

Случилось Трувору как-то напиться до потери памяти. И дружки, точнее люди, которых он по дури и наивности считал друзьями, потом долго и в красках рассказывали о том, что было.

А было всякое.

Но вот рвов он в пьяном состоянии не чистил.

– Органику отнесли в мои подвалы, теперь она отстаивается, – некромант опять зевнул. – Конечно, мясо было бы лучше, но тут Лютик крыс таскать повадился. И ещё обоз за остатками скальника я отправил. В общем, в сумме должно быть более-менее нормально. К вечеру начну работать.

– Ага, – только и сумел выдавить Трувор. Потом добавил.

– На самом деле я… я адекватный взрослый человек.

Прозвучало не слишком уверенно.

– Это всё меч. Меч на меня повлиял.

– А то, – некромант не стал спорить. – Его ж фея делала. А фейские штуки… они всегда с подвохом.