Текст книги "Памир. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Иван Шаман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 40 страниц)

– Здравия желаем, боярин, – обратился ко мне коротко стриженный черноволосый мужчина лет тридцати пяти, в военной форме приличного вида, рюкзак стоял рядом с ним, сбоку оказался примотан чехол винтовки с легко угадывающимся снайперским прицелом. – Яковлев Борис Исаевич, десятник, снайпер и командир этих обалдуев. Поставлен главным от лица Царицынского головы, Савелия Есельянова.

– Снайпер? Это дело хорошее. Один у меня уже есть, но двое точно не помешают. А остальные кто? – поинтересовался я.

– Эти двое, наши Биба и Боба, которые делают Бобо, – усмехнувшись, сказал десятник и показал на заулыбавшихся парней, судя по виду, реально братьев. – Наши артиллеристы. Десять лет службы в царских войсках, ничего кроме шрамов и грыжи не заработали. А тут и спокойнее, и жалование выше. Остальные – наши стрелки. Прости, боярин, но мне их представлять не положено. По контракту все контакты только через меня. Мы всё же наёмники, а привязываться к клиенту – всегда плохо кончается.

– Профессионализм, уважаю, – коротко кивнул я. В самом деле, надо своих выращивать, жаль, что времени на это совсем нет. – Приказы будут следующие. Наш старший охотник, Егор, вон он стоит, поможет вам расположиться на постой. Как обустроитесь, выходите на патруль, не мне вам объяснять, что и как делать.

– Спасибо за доверие, Фёдор Иванович, – улыбнувшись, ответил Борис. – Я осмотрю укрепления, поставлю посты и дозоры, а позднее согласую, чтобы не было неожиданностей. На дороге кого-то будем ставить? Просека у вас знатная, просматривается всё хорошо, но дозорного я не увидел.

– Думаю, он будет рад это услышать, – сказал я, заставив десятника нахмуриться. – Как раз Микола Лещов, наш снайпер, за дорогой наблюдает. Его нужно будет менять время от времени. Но сманивать не советую, иначе тем же займусь.

– Ха, намёк понял, – широко улыбнулся Борис. – Разрешите выполнять?

– Егор! Подойди сюда! – окрикнул я охотника и, передав наёмников с рук на руки, наконец приступил к самому главному.

Отправился на рыбалку!

Глава 30

Катер неторопливо скользил по течению, чтобы не спугнуть рыбу шумом двигателя и винтов. Сети тянулись на сотни метров, оставляя на поверхности крашеные деревянные поплавки, и почти не встречали сопротивления. Возможно, я выбрал слишком крупные ячейки для ловли, но сейчас меня это не беспокоило. Больше волновало, правильно ли я всё делаю, ведь мне никогда не приходилось заниматься промышленной добычей рыбы.

Мы были на воде уже не первый час, а из улова – одна лишь коряга, но сети оказались на удивление крепкими, чтобы выдержать. Я спустился, активируя каменную форму, и убрал помеху. Мне даже понравилось менять вес, то всплывая, то погружаясь. А заодно чувствовать, как вода обтекает меня со всех сторон.

– О! Попалось что-то! – радостно сказал Егор, тыча пальцем в ушедший под воду поплавок. Здоровенное такое бревно. Скорее даже буй. А главное – несколько соседних тоже начали стягиваться к месту, где сеть пошла на дно.

Прежде чем действовать, я попытался сосредоточиться на стихии воды, так же как до этого акцентировал внимание на камне, но ничего не вышло. Пусть среднее сродство у меня и присутствовало, но его пока было недостаточно, чтобы ощущать прозрение. Хотя в реку я лез без всякого недовольства.

Вода приятно холодила, но не могла пробрать меня до костей или заставить мышцы одеревенеть. Не по тому, что было жарко, просто пребывание в виде статуи давно превратил любые ощущения в радость, заставляя чувствовать себя живым. И никакой спазм меня убить не мог, просто пришлось бы идти на берег пешком по дну.

Река была кристально чистой, но даже так на большой глубине она темнела, и разглядеть улов мне удалось, лишь погрузившись и создав прозрачную плёнку перед глазами. Алмазы тоже камни, хотя учитывая их состав, кто-то мог бы сказать, что они ближе к деревьям.

Здоровенная щука, запутавшаяся в сети, дёргалась, скручивая верёвки всё сильней. Сейчас было тяжело даже оценить, сколько в ней длины. Но точно больше двух метров. Эта зверюга одним ударом хвоста отбросила меня на несколько шагов, да так, что я чуть сам не запутался в собственных сетях.

Мечущаяся рыбина рвалась с такой силой, что толстые верёвки трещали, а меня отбрасывало назад. Приходилось ползти по ячейкам, словно по паутине, и надеяться, что сеть выдержит. Я даже полностью взял под контроль магию камня, чтобы двигаться быстрее, хоть и рисковал оказаться израненным.

И только добравшись до пленницы, активировал каменную кожу. Зубы щуки, явно почувствовавшей угрозу, с треском врезались в камень, и на секунду мне даже почудилось давление. Сразу перехватив хребет речного монстра, я сжал пальцы и переломил его. Рыба дёрнулась в последний раз и затихла, хотя её круглые глаза по-прежнему горели звериной злобой.

Аккуратно распутав добычу, я вынырнул на поверхность и одним мощным движением забросил её на палубу катера, подняв фонтан брызг.

– Боярин, вы в порядке? – с сомнением спросил Егор, когда я взошёл на борт.

– Да, – с выдохом ответил я, отряхиваясь от воды. – В чём дело?

– Да нет, так, ничего, – замялся охотник, что на фоне его роста и устрашающего вида выглядело забавно. Но я махнул рукой, и он продолжил: – Просто вас не было долго. Минут пять.

– Да ерунда, тебе так показалось, – ответил я, и Егор, пожав плечами, нагнулся с ножом над уловом, сразу преображаясь.

– Какая красавица. Хищница, – ласково проговорил он, ловко отсекая голову. – Только зубы пообломала. Обо что?

– Лучше скажи, есть в ней стихия или нет? – вернул я его к главной цели.

– Так откуда, ваше благородие? Улов знатный, на полста кило потянет, но это обычная зверюга, наша, местная. Нужно её выпотрошить и в бочку сунуть, чтобы не пропала, – тут же начав орудовать острым ножом, сказал Егор.

Я же задумался. Не над рыбиной, нет, ещё добудем. О себе. Ведь и в самом деле воспринимал своё состояние как нечто естественное. За несколько сотен лет, пока мой мозг просыпался время от времени, я совершенно привык не дышать. Организм, обращённый в камень, подпитывался не столько химической реакцией, сколько магической энергией. Неестественно, и…

Вот же. Я впервые всерьёз задумался об этом. Но, почему я выжил? Если верить грандмастеру башни земли, окаменение – ультимативное заклятье. Окончательное решение вопроса, а я вполне себе жив и даже готов иронизировать над этим.

Почему так вышло? Мне ведь снился тот кошмар, в котором от лица Дария Великого видел, как меня превращают в камень, а его обезглавливают. Так себе последние воспоминания. Но это не принципиально, тогда Цезарь, готовивший мне ловушку, сказал «ты будешь жить вечно». Значит ли это, что заклятье специально сработало именно так? И что, вечность закончилась?

Или моё сродство с камнем, мой безграничный потенциал, стали настолько велики, что перебороли заклятье? Или, может, у Милославы в самом деле получилось и сработали её варварские, отчаянные меры? Раньше это было неважно, потому что более важных задач было с избытком, сейчас же я всерьёз задумался о природе своей силы.

Да так крепко, что чуть не пропустил следующую поклёвку. Это Егор выкидывал потроха щуки за борт, привлекая речных обитателей. Вновь окунувшись в воду, я обнаружил ещё одну запутавшуюся хищницу, чуть меньше первой. На сей раз действовал уверенней и быстрее. Так что уже через пару минут охотник с удовольствием потрошил очередную рыбину.

Я же, неожиданно пришёл к простому выводу: я должен развивать свою магию. Ну да, очевидно. Но не с целью стать сильнее, а чтобы достигнуть равновесия.

Конечно, вначале нужно освоить хотя бы заклятья земли среднего ранга – всё, что располагается на ступенях ученика, адепта и мастера. Не так сложно, как может показаться. Я уже мог создавать по несколько песчинок одновременно, оказалось достаточно, сохраняя напряжение, раскрывать кулак, а не концентрироваться на поэтапном создании между указательным и большим пальцами.

Следующая стадия – создание полноценной песчаной завесы, хотя бы метр на метр. Заставить противника глотать пыль и щурить глаза, в то время как сам отлично его видишь. Если подумать, у такого простого заклятья найдётся множество применений, и, если противник заранее к нему не готов, оно может быть смертельно опасно.

Однако бросаться в бой вообще без подготовки – крайняя глупость. И если как следует подумать то, что требуется для защиты от пылевой завесы? Кусок ткани на лицо, и всё. Да, видимость и слышимость ухудшаться, стрелять точно не выйдет, но в остальном – вообще никаких проблем. Та же ситуация с первым заклятьем магии воды – туманом, который абсолютно безвреден для человека.

А вот что касается заклятья уровня адепта… Шипы, если я правильно понял, – это уже миниатюрные снаряды, которые могут лететь с невероятной скоростью в направлении врага. По сути, это те же песчинки, только объединённые в короткую и довольно ломкую иглу. Ну или толстую и большую, тут насколько силы и времени хватит. Ничем не хуже и не лучше обычной пули, за исключением того, что их можно использовать без оружия.

Отталкивающую волну можно вообще заменить пожарным шлангом. Ничего экстраординарного. Если, опять же, не принимать во внимание скрытое применение. Но вряд ли маг воды будет силён в пустыне. Как и маг земли, если его сбросить с самолёта или воздушного шара.

План спасения, пункт первый – не летать!

Со вторым сложнее, но скорее он звучал бы как: не стоять на месте и постоянно развиваться. Использовать свой безграничный потенциал по максимуму. Что я и сделал, сосредоточившись в данный момент на рыбалке и одновременно создавая песчинки. Но это меня совершенно не отвлекало.

– Надо сворачивать, боярин, – после пятой поклёвки сказал Егор. – Дальше уже дикие земли, там опасно.

– Погоди, что значит опасно?

– Ну, там твари разные водятся, изуверы. Монстры покорёженные, – начал объяснять охотник, и я едва сдержался, чтобы не выматериться в голос.

– И какого чёрта ты столько часов ничего не говорил?

– Так, отличный же улов, – удивлённо посмотрел на меня Егор. – На всё село хватит. Надо возвращаться.

– Мы здесь не для того, чтобы обычную рыбу ловить.

– Так, она и не обычная, вон каких красавиц достали, – слабо улыбаясь, ответил мужчина, но, видя моё настроение, предпочёл замолчать.

– Мы ловим как раз этих изуверов. Мутантов со стихией воды, ясно?

– Ясно, чего тут не ясного… – не глядя на меня, буркнул Егор. – Только вы, ваше благородие, и себя погубите, и катер… и меня.

– Можешь не переживать, я справлюсь с любой добычей, в крайнем случае, утащу её на дно, – сказал я, мгновенно обрастая каменной кожей. На что ему оставалось лишь кивнуть и пойти к штурвалу.

Я же, раздражённый бесполезной тратой времени, взял самую мелкую из рыбин и начал рвать её на куски голыми руками, кидая ошмётки в воду. Хорошо так замахивался, что они летели метров на сто перед катером. Давая добыче возможность почуять запах крови и потрохов. Потом на автомате взял вторую…

Не знаю, что у меня в голове щёлкнуло, но, увидев неодобрительный взгляд охотника, я лишь раззадорился и начал кидать дальше. Большими кусками.

Неожиданно катер качнуло, раздался скрежет металла, словно он сел на мель или ударился о корягу. Но сеть осталась недвижимой. Скорость при этом не снизилась.

– Уходить надо, боярин! – громким шёпотом обратился ко мне Егор. – Жизнями ведь рискуем, ни за что!

– Держи штурвал ровно! – приказал я и наклонился к борту, чтобы получше рассмотреть, что происходит под днищем.

Гигантская пасть выпрыгнула из-под воды, и челюсти клацнули, сжимаясь на моей любопытной голове. Стало темно и неуютно. Всё же не каждый день мне пытаются голову откусить. Хорошо хоть, что моя естественная реакция на испуг была отпустить магию, так что теперь тварь пыталась отгрызть камень.

И, надо сказать, не без успехов! Я едва успел восстановить каменную кожу и, схватившись пальцами за края пасти, начать раздвигать их, когда первый слой осыпался. Что-то орал Егор, судя по стуку – даже пытался мне помочь, прорубаясь с той стороны, но я и сам справился.

Хрящи рыбы треснули, мышцы порвались от усилия, и я сбросил внутрь катера гигантского сома, занявшего большую часть палубы. Монстр продолжал бить хвостом и плавниками, пытаясь выбраться. Широко разевал пасть, открывая жабры, но мгновения его были сочтены.

Выхватив у охотника тесак, я в пару ударов обезглавил чудище, и на палубу хлынула речная вода, вперемешку с неестественного цвета зеленоватой кровью и требухой. Тут же поднялась жуткая вонища, которой от другой рыбы я не чувствовал.

– Падальщик, – прикрывая нос и рот рукавом, сказал Егор, будто это всё объясняло. – Может, за борт его?

Если честно, пару секунд у меня в самом деле проскальзывала такая мысль. Жрать такое даже за деньги никто не станет. С другой стороны, это явно не обычный сом. Плавники толстые, словно ласты у дельфинов, но с торчащими костями и перепонками между ними. Зубы в три ряда, словно у акулы. Усы длинные, ветвящиеся, наподобие древесных побегов. Ещё и в чешуе встречались крупные костяные пластины, словно броня.

– Разделываем, всё лишнее за борт, – решил я, и охотник не стал спорить.

Видно, рассчитывал, что я успокоюсь и поверну обратно, к селу. Я же сосредоточился на чистке монстра от вони. Сразу после того, как вспорол брюхо, понял, что мутации не прошли даром: большая часть внутренностей сома-изувера представляла из себя кислотный студень. Исковерканное гигантское сердце, скорее всего, еле билось, качая испорченную кровь. И жил этот монстр лишь благодаря стихии воды.

– Ух… – скривился Егор, отворачивая лицо и с трудом сдерживая рвотные позывы. – Нельзя такое есть, ваше благородие.

– Да, обычным людям нельзя, – с сожалением кивнул я. – Но магикам можно. Только сомневаюсь, что это сильно вкусно.

– Это мягко сказано, такое даже свиньям не кинешь, – пробормотал охотник, лопатой выкидывая внутренности падальщика. Пришлось сильно повозиться, пока мы выбрали более-менее приличный кусок, без следов зеленоватости, а остальное выкинули за борт, прикармливая новых хищников.

И как бы ни хотел того Егор, мы не свернули, только теперь я запутал в сети здоровенные куски предыдущего улова. Жаль, на них не особенно зарились. Скорее большую часть рыбы они, наоборот, отпугивали. И всё же долго ждать не пришлось, через час нас атаковали вновь.

Катер покачнулся раз. Другой. Затем будто встал на месте, притом что в днище ничего не упиралось. Всё замерло, даже вода в реке. А потом в борт ударила мощная струя воды, будто нас поливали из корабельного пожарного гидранта. Здоровенного такого, которым тушат океанические лайнеры.

– Гос-пс!.. – попробовал было крикнуть Егор, но его буквально заткнуло потоком, я едва успел поймать мужика, которого сносило с палубы. Сам вцепился в доски окаменевшими пальцами. И с сожалением глядел, как весь наш улов, вместе с бочками, улетает в воду. Несколько секунд, и всё закончилось.

– С-спасибо, господин, – дрожа проговорил главный охотник. – Давайте уходить, прошу вас.

– Заводи двигатель, – сказал я, поднимаясь.

– А вы куда же? – ошарашенно спросил Егор, но я уже рыбкой скользнул в воду,

Тут было настоящее пиршество. Десятки мелких рыбёшек набросились на внезапную добычу. А охраняло их несколько крупных особей. Мощные, длинные твари, красивые в своей дикой силе, с чуть светящейся чешуёй.

Моё присутствие почувствовали мгновенно, и так же, не раздумывая, атаковали. И не в попытке сожрать, если бы. Один из осётров замер, и меня закрутило, отбрасывая. Словно гигантский кий ударил по шару, только вместо шара был я. Если бы не каменная кожа, водяное копьё прошибло бы меня насквозь, а так лишь протащило да помяло бока.

Ну нет, так просто я не сдамся. Обновить каменную кожу, рывок, ещё рывок.

Да, соревноваться с рыбами в плаванье была изначально тупая затея. Владей я стихией воды на должном уровне, ещё куда ни шло, но вот так, дрыгая руками и ногами, да ещё с утяжелителем в виде брони? Без вариантов. К своей чести могу сказать, что я это понял очень быстро. А потому направился к катеру, чьи винты уже вращались, медленно набирая ход.

– Фух, это вы, – выдохнул Егор, когда, вцепившись в волочащийся трап, я поднялся на борт. – А я уж подумал всё, смерть моя пришла.

– Полный ход! – скомандовал я. – Идём на максимальной скорости. И пусть попробуют порвать нашу сеть.

– Что вы задумали? – обеспокоенно спросил охотник. Я же, вместо ответа, зарядил в ружьё высокого давления гарпун.

Посмотрим, как этим тварям понравится смесь технологий и магии.

Катер быстро набирал обороты, таща за собой сети и оставляя далеко позади приманку. И если взрослым особям от этого было ни горячо, ни холодно, то вот мелочь не поспевала за косяком. Они быстро отставали и вскоре оказались по ту сторону сетей.

Монстры не заставили себя ждать. Ударили слаженно, будто подготовленная группа, один с ходу порвал сети, делая дыру, второй атаковал струёй воды катер, заставляя его покачнуться и сменить направление, а третий выпрыгнул из воды, красуясь блестящей чешуёй.

В которую гарпун вошёл на две трети. Я тут же активировал каменную форму и упёрся ногами в борт. А в следующее мгновение меня так тряхнуло, что я чуть не проломил конструкцию, благо моего веса хватило, и я сделал обратный финт, потянул гарпун на себя изо всех сил.

– Лебёдка! Лебёдка для чего⁈ – заорал охотник, кидая мне край троса. Палуба, не выдерживая моего веса, начала трещать, катер опасно накренился. И мне пришлось частично снять с себя боевую форму, чтобы дотянуть трос гарпуна до лебёдочной системы.

Осётр бился до последнего, метался из стороны в сторону, и только слаженными действиями нам удалось затащить эту красоту на борт. В два раза крупнее предыдущего монстра, который клюнул на меня как на наживку. С сапфирово-чёрной чешуёй и горящими стихией глазами.

– Всё, теперь можно и домой! – улыбаясь сказал я. – Вытягиваем сети!

Глава 31

– Ох и знатно вы его попользовали, ваше благородие, – качая головой, проговорил дед Парнас, занимавшийся починкой лодок, когда мы вернулись в село и вытащили катер на берег. – Ещё пара таких ударов, и днище бы пробило. Не приспособленный для таких приключений кораблик-то.

– Починить сможете? – внимательно осматривая выбоины, спросил я.

– Был бы он деревянным, может, и смог бы. А тут в город тебе надо, боярин. Доски-то я и сам поменяю, не проблема, а вот в механизмах вообще ничегошеньки не понимаю, – вздохнул он, покачав головой. – Вон, даже трактор наш, уж сколько годков ему, и тот отвозим в мастерскую. Впрягаем быков и тащим.

– Ясно, – с сожалением проговорил я. – Ладно, и на этом спасибо.

– Да было бы за что, – отмахнулся старик, с чувством выполненного долга. И вот не поймёшь: на самом деле проблема такая серьёзная, или его охотник подговорил.

С другой стороны, пусть в этот раз мне попался самец, а не самка, но зато сама рыбина по весу оказалась в полтора раза больше. Даже при всём желании, я съем такой объём хорошо, если за неделю, и то если на завтрак, обед и ужин её употреблять. Чтобы не надоело, я даже составил небольшое меню.

Её можно было готовить на пару, жарить на гриле, сковороде или прямо углях, варить уху, стряпать с ней пироги. Но, к большому сожалению, есть мне всё это придётся в одиночку. Во всех учебниках и наставлениях было одно и то же: обычный человек, без сродства со стихией, от поедания мяса изуверов лишь получит отравление.

Большую часть пришлось сразу заморозить в подполе, положив на лёд. Примерно одну десятую, пуд с лишним, я разделил на равные порции, на уху, на стейки и просто чтобы есть в сыром виде. А потом вспомнил, что рыба дикая, соответственно, от паразитов не обработанная, и решил не рисковать. Пусть желудок и кишки у меня и каменные, но не всё же время.

В результате мы отремонтировали днище катера, как могли, выправили его деревянными молотками, и на это ушёл почти весь день. Остаток я провёл в обсуждении разных сплетен о земле Гаврасовых. Кое-какое представление у меня и так имелось, а благодаря тому, что вечером все важные люди селения собрались вместе, удалось устроить небольшое совещание.

Я пригласил Бориса Исаева, главу наёмного отряда, Никифора Петровича и, конечно, Милославу. Заодно и Микола с Егором пришли. Не то чтобы они за что-то отвечали, но были специалистами в своих направлениях.

– За прошедшие дни мы сделали многое. Посёлок превратился в настоящую крепость – с эшелонированной обороной, – произнёс я, делая набросок карандашом правой рукой и одновременно в левой руке создавая песчинки. – Как охрана? Освоилась? С постами и вооружением ознакомлены?

– Да, ваше благородие, в этом полный порядок, – ответил Исаев, подвинувшись к карте. – Мы работаем двойками по четырём направлениям, позже разобьём на две смены, но желательно привлечь деревенских. Разместились по башням, очень уж они удобные у вас получились. Пушки поставили по диагонали. Они на лафетах, если что в течение десяти-пятнадцати минут можно поставить колёса и перетащить на горячее направление.

– Сколько продержитесь в случае нападения?

– Пу-пу-пу… ну, тут смотря против каких сил… – почесав в затылке, ответил наёмник. – Если мы их засечём заранее, подготовимся именно на этом участке, то против сотни точно устоим. Больше уже вряд ли.

– Ха, мы против полутысячи с техникой бились, и ничего! – заявил Егор, но под хмурыми взглядами всех остальных замялся.

– Маг земли – выше классом, чем маг огня, и сам бы их всех положил, – спокойно заметил Петрович. – Другое дело, что у его благородия талант развит неравномерно.

– Есть такое, но я над этим работаю, – кивнул я, на формирующийся над ладонью небольшой камешек. – А десять против сотни – это очень хорошо. Дальше.

– На патрули у нас сил нет. Всё же посёлок у вас довольно большой, – продолжил Борис. – Я бы рекомендовал сделать неглубокие траншеи – ямы, глубиной в полметра, и достаточно узкие, чтобы при беге или марше они мешали продвижению.

– У нас и так уже двух коров пришлось забить, ноги переломали, упав в ямы, – покачала головой Милослава. – Если останемся без скотины зимой, голода, конечно, не будет, но дети станут недоедать. Без творога, молока, масла и сыра столы опустеют. И мясо пропадёт совсем.

– Нет, это не вариант, – покачал я головой, с ужасом представив, как всю зиму питаюсь пресной кашей с рыбой. – Мы не будем делать ямки. Сколько мы закупили железной проволоки?

– И что вы с ней хотите сделать? – удивился Петрович.

– Железо довольно дорого, а уж проволока… это надо закупать напрямую в Уральской Республике, – покачала головой Милослава. – Разве у нас есть на это средства? Не лучше ли нанять на это несколько бойцов?

– Нужно узнать, сколько будет стоить километр жёсткой проволоки, – подумав, сказал я. – В том числе если закупать напрямую у заводов на Урале. Хотя нет, километра нам не хватит, надо, по крайней мере, три.

– Это будет очень дорого… – вздохнув, сказала жрица.

– Деньги – дело наживное. Продадим часть улова, – хмыкнул я, создавая очередную песчинку. – Не всё же мне её есть.

– Простите, господин, но много мы не выручим. Хотя, если там сейчас Китеж, может, и сможем, – сказала Милослава. – Я сделаю всё, что в моих силах.

– Большего я и не требую, – благодарно ответил я. – Пока у нас нет проволоки, я сделаю небольшие валы, в которые мы воткнём плетень. Разграничим загоны, чтобы было удобнее. Скот мимо них не попрётся, а людей замедлит. Этого будет достаточно, чтобы вести огонь с укреплённых позиций.

– Это и в самом деле поможет, – кивнул Борис. – Тогда, может, и двести остановим. Но три сотни – вряд ли.

– Вам главное продержаться, пока я не вернусь, если меня рядом не будет, – ответил я, быстрыми росчерками поделив посёлок на несколько квадратов. – Милослава, посмотри, пожалуйста, так нормально?

– Ох, будет очень тяжело. Не сейчас, потом, они ведь привыкнут, что это их земля, – покачала головой жрица, рассматривая карту. – Если они не будут платить оброк с земли, не станет денег на дальнейшее обустройство. Они же не понимают, что если у боярыни средств нет, то нет и посевных, и ремонта трактора, и самого трактора…

– Своя рубаха ближе к телу, – пробормотал Егор, и в этот раз никто на него даже не оглянулся. Но кивнули почти все.

– Землю крестьянам, заводы рабочим, магию магам, – хмыкнул я, заставив присутствующих нахмуриться. – Не переживайте, пока люди остаются людьми, это не сработает. Всегда должны быть лидеры, которые ведут за собой. По поводу земли тоже не переживай. У нас её девать некуда. Так что эту можно отдавать безболезненно под посевы и огороды. А вот дома строить запретим.

– А при чём тут постройки? – нахмурившись, спросила Милослава.

– При том что мы будем развиваться. Особняк уже стал детинцем и сердцем крепости. Если нас никто не остановит, лет через пять лет мы станем городом, а не посёлком, а рядом с крепостью будет располагаться самая дорогая земля.

– Кхм, – обращая на себя внимание, откашлялся Никифор Петрович. – Вы простите, но для города нужно что-то более существенное, чем просто удачное местоположение. Царицын не один век стоял, прежде чем из крохотной крепости стать городом, а у Гаврасова нет и этого.

– Тоже, верно. Но мы намного южнее, от нас до слияния Дона и Волги меньше трёх часов пути. Так что при развитии именно мы будем контролировать водную торговлю.

– Это если подтвердятся все княжеские разрешения и передача земель, – напомнил следователь. – К слову об этом. Мы пока ждём документы, постепенно начали приводить дела в порядок, разбираясь в том, что может себе позволить госпожа Милослава и её падчерица.

– Вот, это интересно. Итак?

– Вы имеете право брать плату за проезд, за охрану территорий, свободно добывать лес, бить зверя и ловить рыбу, – достав папку с документами, зачитал Петрович. – Также все найденные природные ресурсы принадлежат вам, с небольшой платой государю за добычу. Вы имеете право на размещение или постройку мануфактур и заводов, с минимальными налогами в казну. Ну и тут дальше по мелочи.

– Хорошо, это можно будет обдумать. Не сегодня, не завтра, но можно, – кивнул я, сделав себе заметку. – Что изменится, если род Гаврасовых будет признан княжеским?

– Всё то же самое, только меньше налогов и больше обязанностей, – подвинул ко мне папку следователь. – Из плюсов: сможете досматривать, останавливать и брать пошлины с судов. В том числе идущих по Волге, напрямую конкурируя с Царицыным. Не думаю, что это будет хорошей мыслью, но дело ваше.

– Чем нам это грозит? – прямо спросил я.

– Для подтверждения княжеского титула нужно будет доказать, что вы в состоянии поддерживать безопасные дороги и реки, – быстро, явно ответ был готов заранее, сказал Петрович. – Любое разбойное нападение, прорывы тварей из зоны буйства стихий, гибель селян, даже находящихся не в ваших землях, а за ними, в глубине страны, станет вашей прямой ответственностью. Вначале штраф и судебное разбирательство, в крайнем случае – казнь.

– Ого, даже не лишение титула? Это интересно, – хмыкнул я, дробя получившийся камень, развеивая его и создавая вновь несколько песчинок. – А ведь нам граф даже помочь может просто для того, чтобы потом устроить катастрофу. Подогнать под суд и желательно смерть. Спасибо, это нужно учитывать.

– Не за что, ваше благородие. Сейчас ваши проблемы – это наши проблемы.

– На ближайший год точно, – усмехнулся наёмник, совершенно не смущаясь.

– Хорошо. В таком случае у нас остаётся два больших вопроса. Первый: сколько людей и где проживает на территориях, подчинённых Гаврасовым. Выясните, и я сам к ним съезжу. Если нас попробуют подставить, их безопасность и жизни могут оказаться под угрозой.

Петрович кивнул и сделал себе заметку.

– Второй: мне нужно знать, какими ресурсами мы обладаем. Скорее всего, никакими, но лес и рыба тоже идут в счёт. Если вдруг обнаружится, что на территории есть железорудные болота – хорошо. Залежи любой руды – вообще отлично, – сказал я, но у остальных никакого воодушевления на лицах не читалось. – Разбирая старые документы, я обнаружил, что на этих землях находили рубины. Не очень большие, но были.

– Вот как? Драгоценные камни? – глаза Исаева ощутимо блеснули. – Если вы их обнаружите, сможете нанять весь цех.

– Для начала их нужно найти, – спокойно улыбнулся я. – Мне нужна полная инвентаризация в ближайшее время. Следующее – у нас мало отрядов, я бы сказал критически мало. Но это не отменяет необходимость охраны не только поселения, но и окрестных земель. Выберите несколько лучших точек для того, чтобы просматривались подходные пути и река.

– С вашими ресурсами, боюсь, задача невыполнима. – произнёс Петрович, а Исаев согласно кивнул.

– Не на сейчас, на будущее. Просто это надо сделать. Егор, ты, как охотник, должен знать все окрестные леса лучше всех, так что задача на тебе, – указав на мужчину, сказал я. – Карты читать умеешь? Отлично, я как раз купил несколько в Царицыне, вот тебе один экземпляр, будешь отмечать лёжки, и всё интересное.

– Как скажете, боярин. Лес – мой дом родной.

– Ну вот и отлично. Коля, водить умеешь? Тогда ты со мной, займёмся ближайшими поселениями. Пока возвращались в Гаврасово, я видел дымок в одном из домов, да деревенька у слияния рек вполне живая.

– Вам бы стоило задуматься почему, – остановил меня Петрович. – Вполне возможно, там живут контрабандисты, которые получают запрещённые грузы из Османской империи и перевозят их по земле, минуя Царицын.

– Тем более нужно их посетить, – вставая с кресла, сказал я. – На этом всё, можете заниматься своими делами.

– Я отправлю с вами пару бывших стражников, – покачав головой, проговорил следователь, и я не стал с ним спорить. Увы, расход у парового броневика был такой, что рано или поздно придётся останавливаться, рубить лес, а тратить на это время не хотелось. К тому же восемь глаз лучше двух, пусть по сторонам смотрят.

– Господин, можно вас на минутку? – обратилась ко мне Милослава, когда я уже собрался уходить.

– Да, конечно. Микола, подготовь машину, – попросил я и, дождавшись, пока все покинут гостиную, повернулся к девушке. – В чём дело, Мила?

– Старые документы… Они и в самом деле есть, но вы их даже не открывали, – осторожно сказала жрица. – Может, не стоит давать ложную надежду?

– Камни – это всего лишь камни, смесь химических элементов, – усмехнулся я, создавая между пальцев тонкую пластинку. – И в отличие от остальных стихий, они стабильны, остаются надолго.

– Вы будете создавать их? – удивилась Милослава. – Но, разве это не запрещено?

– Я о таком никогда не слышал, а ты? – дождавшись, пока женщина покачает головой, я улыбнулся. – К тому же даже не будь у меня магии, уж рубины и сапфиры я сумел бы сделать.