Текст книги "Руса. Архипелаг надежды (СИ)"

Автор книги: Игорь Гринчевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)

– Понимаю, как не понять… – криво улыбнулся я. – Ладно, замнём эту тему. Что сделано, то сделано, пусть и криво. Но где мы достанем лишнее оружие, порох и воинов, чтобы охранять торговые караваны?

– О-о-о! Ты же не в курсе новостей! – оживился принц Ашот. – Тут у Арама-Оружейника чудо-ученик отыскался. Он тако-ое придумал…

* * *

– Это что? – спросил Ильдар, тупо хлопая глазами.

– Не что, а кто! – на удивление живым тоном ответил Диомед, хлопнув по заду рыжую девушку и подтолкнув её к персу. – Ты же у нас любишь экзотику, верно? Вот я тебе подарочек и подогнал. Таких ты даже не видел, её купцы аж с самого Альбиона привезли.

Шпион рассмотрел предполагаемый подарок внимательнее. Волосы ярко-рыжие, глаза – зелёные и яркие, как изумруды, лицо всё в конопушках. Если не знать, что привезли её из земель малоизвестных, о которых мало кто что знает, то ничего необычного, таких до сих пор две-три на сотню среди эллинок, хватает их и среди женщин колхов или айков, а среди кельтов – так каждая пятая.

– Похоже, её недавно привезли! – задумчиво предположил он. – Рабской покорности в глазах не заметно. Спасибо, беру!

Фиванец улыбнулся и промолчал. «Зачем звал?» – читалось в его молчании.

– Мои люди начали работать с ливийскими и нубийскими вождями, – неторопливо излагал Экбатани после того, как передал девушку на руки своему управляющему. Как и ожидалось, для этого требуются деньги и оружие. Но, к моему удивлению, самый высокий спрос у них на огнестрельное оружие.

– Это плохо! – отреагировал стратег, когда пауза затянулась. – Тут даже я помочь не смогу. Всё трофейное оружие приказано сдавать в столицу. И даже те самоделки с бронзовыми стволами, что в Карфагене делают самостоятельно, я для нас раздобыть не смогу.

– Я знал, что ты так ответишь! – фыркнул перс. – Пошли, покажу кое-что.

Идти пришлось далеко, почти стадию, благо поместье себе бывший шпион завёл большое. Там посреди сада стоял длинный и совершенно невзрачный сарай, что заставило эллина недовольно поморщиться. Его растили в привычке жить среди красоты, так что он искренне был убеждён, что даже вспомогательные постройки должны услаждать взор, особенно в имениях у людей, которые могут себе это позволить. Ильдар это заметил и отреагировал:

– Извини, партнёр, строили это здание в спешке, специально, чтобы шум приглушить. Украсить времени не хватило.

Стиль «невзрачно, но функционально» сохранялся и внутри: вдоль стен до самого потолка были выложены мешки с песком, глушащие звук.

– Такие же мешки и на крыше! – небрежно проинформировал Экбатани. – Так что даже если мы с тобой будем кричать во всё горло, в саду будет слышно еле-еле, а на улице вообще ничего не расслышат. Но мы тобой займёмся совсем другим.

Тут он достал спички, разжёг свечу, а потом, пройдясь по помещению, запалил еще два десятка масляных светильников. Тьма рассеялась, сменившись на неяркое освещение. Хозяин поместья достал откуда-то шкатулку из лакированного дерева, раскрыл и извлёк два пистолета калибра «одна тридцатая». Переломил один, вставил патрон в тыльную часть ствола, со щелчком вернул ствол на место и, взведя курок, протянул оружие Фиванцу.

– Видишь мишень на дальней стене? Стреляй в неё!

Диомед, не выказав удивления, исполнил его просьбу, ожидая пояснений. Но вместо этого перс изготовил к стрельбе второй пистолет и предложил повторить.

– Ну, – нетерпеливо спросил он после второго выстрела. – Ты заметил разницу?

– Нет. А она должна быть?

– Ещё бы! – отозвался Ильдар, довольно потирая руки. – Один из них – трофейный, я купил его у пиратов за огромные деньги. А вот другой…

– А что второй?

– Ствол второго сделал мой человек. Я же тебе рассказывал, что мой прежний партнёр нашёл способ делать сталь высокого качества и сваривать куски такой стали межу собой? Ну вот, из такой стали мой кузнец выковал полосу, навил её на оправку, а потом сварил по швам. То, что получилось в результате, по прочности не уступает изделиям Еркатов.

Седовласый стратег обдумал услышанное, потом осмотрел оба пистолета и уточнил:

– Твой человек мог получить только заготовку для ствола, грубую и нуждающуюся в отделке. Но провести её обычному кузнецу не под силу!

– Правильно! – довольно расхохотался перс. – Но не забывай, что мы находимся в Сиракузах! Здешние механики изготавливают тончайшие навигационные механизмы[3], так что им не составило труда обработать ствол и создать копию пистолета. Правда, заломили эти умельцы такую цену, будто он из золота.

– Так-так-так! – Диомед даже не пытался скрыть своё возбуждение. – Значит, пистолеты мы сможем повторить?

– Насколько мне известно, механики Карфагена не особенно уступают здешним. Так что сможете. И пистолеты, и дробовики. И даже патроны. Правда, на дымном порохе, и капсюли будут те, что мы вам продавали, изготовленные из спичек. Они уступают изделиям Русы, но…

– Но это намного лучше, чем ничего! – согласился Фиванец. – Чего хочешь лично ты?

– Производство оружия нашим с тобой мастерам не потянуть! – самокритично признал перс. – И даже большого количества стволов они не осилят. Поэтому эти секреты я спокойно отдам новой родине, пусть пользуется. Мне достаточно того, что я заработаю на производстве карбида и капсюлей.

* * *

[3] Знаменитый Антикитерский механизм, судя по картине неба, был изготовлен именно в Сиракузах или на Родосе. Автор своим произволом решил, что их изготавливали в обоих этих местах. И, хотя корабль с единственным найденным образцом антикитерского механизма затонул в I веке до н.э., но сам механизм и его более ранние версии, скорее всего, изготавливались задолго до этого момента.

* * *

Его партнёр задумался.

– Не жадничай, Диомед! Я же сказал, чтобы подтолкнуть нубийцев и ливийцев к войне с Русой, нам понадобится много денег. Очень много!

– Ну, хорошо, это я отстою. Ещё что?

– Мой человек будет делать стволы для пистолетов и дробовиков. Но мне нужны мастера и станки, чтобы самому делать это оружие.

– Тут обещать не могу… – протянул седой.

– Диомед, ты же понимаешь, что всё оружие, произведённое в столице, пойдёт на нужды армии и флота Карфагена? И что тогда я буду дарить вождям? Нет, нам совершенно точно необходимо производить огнестрел самим!

– Ладно, сделаю! – согласился Фиванец. – А теперь, дай ещё пострелять. Есть у тебя патроны с дымным порохом и вашими капсюлями? Хочу их тоже испытать!

* * *

– Всё началось с твоей идеи про болты и гайки! – Арам начал объяснять издалека, пока его ученик приходил в себя. Парень настолько походил на молодого Рустама Полуперса из «волчьей стаи», что спрашивать про родителей я счёл неуместным. Да и то, что его звали Рустамом-младший тоже намекало.

Ну да ладно, Полуперс был парень головастый, в своё время сам разработал и реализовал план создания шпионского гнезда в Трапезунде[4], да и ума пристроить отпрыска в ученики к знаменитым оружейникам – тоже хватило. Однако, похоже, сынуля его, Рустам Рустамович, дальше пойдёт. Но сейчас он пребывал в обалдении, что сам Руса Еркат, сын Ломоносов пришёл знакомиться с ним и его идеями. Между тем Оружейник продолжал:

– Очень уж быстро спрос на них растёт. А цена невелика. Вот старшие родичи и придумали, как шестигранные прутки не ковать, а прокатывать. Так и стандартные размеры выдержать проще, и труда на одно изделие намного меньше уходит.

Я кивнул, подтверждая, что понимаю.

– А я и подумал, что если сразу с дыркой прокатывать! – вступило в беседу наше «молодое дарование». – Крупную дырку[5] ровно просверлить проще, верно? Ну вот мы здесь и попробовали.

– И что? Получилось? – заинтересовался я. Не из вежливости, разумеется. И не ради гаек. Это же был прямой путь к изготовлению бесшовных труб.

– Не-е-ет! – огорчённо помотал он головой. – Дырка ещё после первых проходов переставала быть круглой. И вообще, потихоньку зарастала как бы. Приходилось регулярно рассверливать[6]…

– Не скромничай, Рустам! – хлопнул его по плечу наставник. – Обычное сверло там не годилось, оно ведь в основном остриём работает, по центру. А в этом случае там – пустота, снимать лишний материал только по краям надо. Сверло постоянно в сторону уводило. Вот он и придумал такой инструмент, который только краями снимает[7]. При этом у него рабочую часть этого инструмента не только сзади толкают, но и спереди тянут, дырка-то сквозная.

– Тогда почему твой Рустам говорит, что не получилось? – не понял я.

– Не обращай внимания, Руса, это в нём четвёртая часть персидской крови играет. Честный слишком! – и Арам хлопнул ученика по другому плечу настолько энергично, что паренёк даже покачнулся. – Не понимает пока, что иногда лишняя точность и скромность делу только во вред идут! Хотя в главном-то он прав. Процесс слишком уж муторным получился, гайки таким способом изготавливать смысла нет, слишком дорогими получаются. И трубы… Слишком короткие и дорогие. Сварные дешевле, и наши давления спокойно выдерживают.

* * *

[4] См. роман «Война, торговля и пиратство…»

[5] Автор в курсе, что правильно говорить не «дырка», а «отверстие». Но это принято сейчас, после веков научно-технического прогресса и выработки технической культуры и терминологии. Но даже ещё в XIX веке мастера говорили «дырка». А у нас тут живые люди в самом начале пути. Кстати, именно поэтому даже моряки тут говорят «плавать», вместо «ходить». Древние греки и римляне по морям именно что плавали. Термин «ходить» пришел к русским морякам много позже, от европейских учителей.

[6] Эту технологию автору подсказал один знакомый материаловед, специализирующийся как раз на стали. На практике её не применяют, т. к. процесс получается слишком трудоёмким и материалоёмким. Но он уверял, что короткие бесшовные трубы и стволы так получить можно.

[7] Такой инструмент называется развёртка. И в наше время прекрасно известен. Но тогда знали только сверление.

* * *

Тут он торжествующе поднял к потолку указательный палец и продолжил:

– А вот стволы выходят – просто залюбуешься! Хочешь – одна сороковая, хочешь – даже одна пятидесятая или одна шестидесятая локтя[8]. А что снаружи они гранёные, так это не страшно! Мы фаску снимаем, получается двенадцатигранник. И нормально, лишнего веса почти не остаётся. Впрочем, для богатеев можем и снаружи до идеальной окружности обточить. Всё равно производительность уже втрое выросла

– Ну, парень… – потрясённо произнёс я. – Ну, ты даёшь, Квартерон!

– Как он меня назвал? – спросил ученик почему-то не у меня, а у наставника.

– Квартирантом, вроде… – почесав в затылке, повторил Арам. – Ты гордись, парень, тебе сам Руса Еркат прозвище дал. Не каждому такая награда выпадает!

– Да я и горжусь – расправил плечи паренёк. – Только знать бы, что это слово означает.

– Не квартирантом, а Квартероном! – поправил я. – Так в одном месте называют тех, в ком течёт четверть чьей-то крови. Вот в тебе – четверть персидской. Отсюда и прозвище…

Про то, что место это называется Римом, я говорить не стал. Пока что он – достаточно глухая провинция, и римляне с переменным успехом воюют с окружающими их жителями Центральной Италии. Не заслуживают они пока, чтобы их наречие знал такой крутой тип, как я, это только лишние вопросы вызовет.

– Только, уважаемый Руса, мы пока не умеем делать нарезы в стволах с калибром меньше «одной сороковой», – признался мой свежеиспечённый крестник. – В одной пятидесятой пять из шести стволов в брак отправятся, даже если ствол делать короткий, для пистолета. А для нарезного ружья и вовсе не потянем.

– Для винтовки! – поделился я с ними ещё одним новым прозвищем. – Ружьё с нарезами отныне будем называть винтовкой. Для краткости.

Потом положил парню руку на плечо, заглянул в глаза и, стараясь, чтобы это вышло душевно, произнёс:

– Ничего, Рустам Квартерон, я в тебя верю! Придумаешь ещё! И как тонкие винтовочные стволы нарезать, и многое другое. Какие твои годы?

* * *

[8] Т. е. калибры 12.5 мм, 10.0 мм и 8,3 мм. Как раз то, что ГГ нужно под его патроны с бездымным порохом.

* * *

Статы пополнились технологией изготовления бесшовных стальных стволов небольшого калибра.

Глава 5

«Высокая школа механики»

– Учитель, я пришёл попрощаться! – с поклоном произнёс Ли. – У нас принято делать наставнику подарки на прощание, в благодарность за полученную науку. Вот, держите!

И он протянул мне сшитую стопку рукописных листов.

– Здесь труд нашего великого мудреца и учителя Кун-Фу-Цзы. Точнее, мой перевод на койне.

Ого! Кун-Фу-Цзы – это, как я понимаю, Конфуций? Он что, такой древний[1]?

– Спасибо, Ли, я слышал про этого великого мудреца и с большим интересом знакомлюсь с его трудами. Ты отправляешься прямо домой?

– Нет, Учитель, сначала я собираюсь посетить библиотеку в Александрии Египетской, потом – навещу мудрецов Вавилона. После чего намереваюсь остановиться в Индии, у великого Птолемея Лагида. Говорят, он собрал вокруг себя много мудрецов из разных народов. А потом, по пути домой заеду в Александрию Малаккскую[2] и скорее всего, заеду в Александрию Маргаритскую. Это всё – центры науки, торговли и ремёсел, там есть чему поучиться. Но я уверен, что больше, чем у вас, мне нигде не почерпнуть. Ещё раз примите мою благодарность.

Он ушёл, а продолжал думать над его словами. Перечисленные им места лучше всего подходят, чтобы постичь знания, технологии и возможности державы Македонского.

«Надо посоветоваться с дедом и Ашотом-Следаком!» – решил я.

* * *

[1] Конфуций (Кун-цзы, Кун Фу-цзы, латинизировано как Confucius; собственные имена – Кун Цю и Кун Чжунни, ок. 551 до н.э.,479 до н.э.) – древний мыслитель и философ Китая. Его учение оказало глубокое влияние на жизнь Китая и Восточной Азии, став основой философской системы, известной как конфуцианство.

[2] В реальной истории Александрии Малаккской и Александрии Маргаритской не существовало. В АИ Цикла морская торговля более развита. поэтому ГГ и его компаньоны основали в Малаккском проливе Александрия Малаккская (примерно на месте современного Сингапура), а неподалёку от реки Чжуцзян, что переводится как Жемчужная, они основали Александрию Маргаритскую. Маргарита переводится как «жемчужина».

* * *

– Так что тебя смущает, внучек?

– Вероятность того, что я долгое время принимал у себя шпиона! – бухнул я.

– Почему ты так решил? – настоятель задал свой вопрос спокойным и ровным тоном, как у человека, которому совершенно не о чём волноваться.

– Он подарил мне перевод книги великого мудреца их страны. Среди прочего он пишет: «Успех зависит от предварительной подготовки, и без такой подготовки неизбежен провал!»

– Правильно пишет! – улыбнулся дедушка. – Действительно, мудрый человек. Но скажи мне, Руса, ты что, и сам этого не знал? Что без тщательной подготовки любое сложное дело развалится? Знал!

– Разумеется, он постарается привезти домой побольше знания о нас! – поддержал деда Ашот. – И не потому, что шпион. Любой учёный человек имеет те же цели. И торговец тоже собирает сведения. Так что ничего страшного не случилось, Руса. Он увёз какие-то знания о нас, но и сам при этом дал нам немало сведений о Китае.

– Но он мог обманывать… – запоздало спохватился я.

– Тебя⁈ Своего Наставника⁈

Судя по тому, как уставились на меня эти двое, мне удалось поразить их до глубины души.

– Нет, Руса, после такого он и сам себя уважать перестал бы, и весь свой род покрыл бы позором! – уверил меня Проникающий-в-суть-вещей. – Да и зачем? Ведь мы эти сведения сообщаем своим купцам. И всё равно узнаем, если они не подтвердятся. Да и глупости всё это. Главные наши секреты китайцы узнали уже давно. Они знают, что мы умеем плавать на такие расстояния, что у нас есть огнестрельное оружие, прекрасная сталь и резина. А главное – у нас есть интересные им товары.

– Он прав, внучек. Вспомни про Мэйлань. Раз к тебе даже девочки из рода красителей шёлка приезжают, значит, в Китае уже многие и многое знают и про тебя, и про нас. И это не удалось бы скрыть, даже если бы мы пытались. Знания утекают, смирись с этим!

* * *

Китаец Ли был воином и учеником мудреца, а главное – он отнюдь не был бедным человеком, поэтому в путь вниз по Нилу он отправился, обзаведясь целым комплектом рекомендательных писем, слугой-переводчиком и несколькими надёжными телохранителями из числа персов и эллинов.

Был среди его спутников и ловкий малый, неплохо умеющий торговать. Зачем? Это же очевидно, уважаемые! Проживание в чужих землях стоит недёшево, место на надёжном корабле – тем более. Немалые средства уходят и на наём слуг и охраны. Нет, можно, конечно, прихватить с собой большую сумму, но это сделает путешественника соблазнительной целью для грабителей и нечестных чиновников. Зачем лишний риск, если ты всё равно путешествуешь? Ведь многие вещи можно дёшево купить в одном месте, и с немалой выгодой продать в другом.

Поэтому из Китая в Индию с Ли отправилось несколько штук шёлка и тюки с чаем, а из Индии в Вавилон – клинки из вутца, жемчуг, пара алмазов и специи. От Первого Порога вниз по Нилу он вёз зелёнку, аспирин, навигационные приборы и огнестрельное оружие самого лучшего качества. Нет, что вы, никакой контрабанды, только то, что разрешено к свободной продаже.

Вот об оружии, использующем порох, он и беседовал с главным своим охранником, пока кораблик плыл вниз по Великой реке.

– Признаться честно, уважаемый Арсений, услышав впервые про пушки, я отнёсся к ним с неоправданным пренебрежением. Ты хочешь знать, почему? Поясню на примере. У детей Первого Порога есть такая игра – «камень-нож-полотно». Ты слышал о ней? Ах, даже играл! Тогда тебе проще будет понять. Любое оружие имеет не только сильные, но и слабые стороны. Острый нож легко режет ткань, но ломается о грубый камень. Тот легко сломает нож, но его можно спеленать тканью… Вот и это оружие. Да, пушки легко пробивают каменные стены, а ружья и пистолеты спасуют только перед самой серьёзной бронёй, да и то не всегда. Но ведь пушки тяжелы, дороги, а припасы к ним быстро заканчиваются. А ружья и пистолеты уверенно попадали только на не очень большом расстоянии. Достаточно остановиться на большом расстоянии и засыпать их роем стрел. Или можно надеть тяжелую броню и спрятаться за надёжными щитами. И всё, ты одержишь победу.

– Не получится! – недовольно прогудел гигант. – Патрульные карабины уверенно поражают лучников на расстоянии в стадию, а лучшие из них – и в полторы. Стрелы с такого расстояния не достанут. Защититься от них мощными щитами можно, но для этого требуется плотный строй. По нему патрульные еще с трёх сотен шагов ударят из гранатомётов, а когда сблизятся хотя бы шагов на семьдесят, добавят ещё и ручными гранатами, те вдвое дешевле.

– Ты совершенно прав, уважаемый Ли. Нубийский Патруль нащупал идеальную комбинацию. Крепостные ворота они вышибут из полевых пушек, атаку кавалерии сдержат картечью и строем пикинеров, прикрывающих стрелков. Они – мастера этой игры. Неважно, крепость противостоит им, конница кочевников или плотный строй фаланги, против каждого противника они выставят свою сильную сторону. У них не только лучшее оружие, но и отработанная тактика его применения.

– Это тебя тревожит? – с неожиданной проницательностью посмотрел на него телохранитель.

– Разумеется! – китаец и не пытался скрыть горечь в голосе. – Царь Александр – великий полководец, и он не может жить без войны. Сейчас он будет воевать с Карфагеном, но потом обрушится на мою родину. Боюсь, мы не устоим.

Бывалый воин широко улыбнулся.

– Я бы на твоём месте этого не боялся. Ты же сам отметил, что Патруль отладил тактику против кочевников. Так что после пунийцев Александр Великий, скорее всего, отправится покорять кельтов. О, я уверен, что любое их войско он разгромит с лёгкостью, но их бескрайние леса опаснее их войск, они с легкостью отнимут у него два или три года. А после неизбежной передышки он отправится покорять сарматов и савроматов, и их степи и лесостепи отнимут у него не меньше. Потом снова отдых и война со скифами за рекой Яксарт, ведь ему до сих пор не даёт покоя то, что он не смог их победить[3]!

– Мы по-разному смотрим на время, – рассудительно возразил китаец. – Ты пытаешься успокоить меня тем, что Александр не сможет напасть на нас раньше, чем через десятилетие-полтора. Но меня это не утешает, ведь на моей родине царят раздоры, и наши правители не станут использовать это время, чтобы подготовиться к войне.

– Тебе виднее, уважаемый. Но я говорил не только о подготовке. Хоть Александра и называют божественным, он – обычный смертный. Его могут убить в одной из битв. Или ранить настолько тяжело, что он больше не сможет ходить в походы. И даже обычная болезнь или кинжал заговорщиков могут оборвать его жизнь.

– И что с того? Воюют не цари, а державы! – невесело ответил Ли.

– Ты прав. Но кто станет его наследником? Будет ли он так же любить воевать? И что станет его главной целью? Страх за родину говорит тебе, что он попробует захватить Китай. А вот я думаю, что он будет занят удержанием уже захваченных земель. Так что не тревожься, твоей стране ничего не угрожает, она слишком далеко. Если наследники Александра и придут к вам, это будет очень не скоро.

«Надеюсь, что за это время у нас наведут порядок. И научатся делать оружие не хуже, чем у людей Запада!» – понадеялся про себя китайский мудрец. – «А привезённые мной знания должны в этом помочь!»

* * *

[3] Река Яксарт – Сырдарья. По её берегу проходила граница державы Ахеменидов, а позднее – державы Александра Македонского. В 329 году до н.э. войско Македонского пыталось разгромить скифов, но начавшийся в тылу мятеж Спитамена заставил их вернуться. Об этом уже кратко упоминалось в романе «Руса. Покоритель Вавилона».

* * *

– Хватит копать! – скомандовал я. – Теперь стержень в землю забей, так, чтобы всего на пару пальцев выступал. Ага, а теперь полей солёной водой. Всё, дальше я сам.

Заземление громоотвода я делал всего однажды в жизни, ещё студентом-стажёром. Но прекрасно помнил все операции, и теперь мы педантично их повторяли. На ушко железного стержня я лично закрепил клемму изолированного кабеля.

– Хорош! Теперь крути генератор.

Принц Ашот с энтузиазмом начал крутить ручку, а мы с Леонидом уставились на приборы.

– Та-ак… Записывай, Леонид.

Тот послушно занёс в таблицу расстояние между заземлёнными электродами, напряжение и силу тока.

– Теперь сдвинем один из электродов вон туда на сотню локтей! – скомандовал я.

– Учитель, а зачем мы это делаем? Зачем пропускаем электричество через землю? – поинтересовался принц.

– Наконец-то! – усмехнувшись, прокомментировал я. – А то я уже начал бояться, что ваше любопытство заснуло. Воду мы ищем, дорогие мои. Земля в пустыне сухая и отличается высоким сопротивлением. А вот вода содержит соли и неплохо проводит электричество. Если внизу есть вода, сопротивление нарастает с расстоянием иначе, чем если там только сухая почва. Вы слышали, как мы с Мэйлань и Сабой воду нашли? И сразу путь через пустыню стал намного легче. В том месте мы даже разбили огороды, и там выросло небольшое поселение.

– Но там колючка помогла! – возразил мне Леонид.

– Верно, но если вода находится глубже, корни растений уже не могут её достать. Поэтому мне пришлось изобрести этот способ! – с улыбкой ответил я.

На самом деле, я его не совсем придумал. Про использование электрического тока для исследования недр я слышал ещё в оставленном мной будущем. А вспомнил об этом методе после того, как съемка магнитных полей помогла найти новое месторождение магнетита в окрестностях города Хураздан[4].

– А почему вы думаете, что вода найдётся? – заинтересовался более практичным вопросом Ашот.

* * *

[4] Подробнее об этом поиске можно прочесть в романе «Руса. Расширяя пределы». Хураздан – город, построенный роднёй ГГ на берегу реки Хураздан (ныне – река Раздан). Город Хураздан не совсем совпадает по местоположению с нынешним городом Раздан, но находится несколько выше по течению.

* * *

И что ему ответить? Что в далеком будущем ливийский лидер Муаммар Каддафи создал проект «Великая рукотворная река»? Про сложную сеть водоводов, которая снабжала пустынные районы и побережье Ливии водой из Нубийского водоносного слоя?

– Вода тут была, мальчики! – тихо сказал я им. – Ещё несколько тысяч лет назад тут было засушливое место, а не пустыня. И в этих местах хватало полей, пастбищ и огородов, кормивших предков нынешних ливийцев. Потом вода ушла с поверхности, но в глубинах она должна была остаться. Не в любом месте, разумеется. Но её там, в глубине, целое море.

– Это вам духи предков рассказали? – благоговейным шёпотом спросил Ашот.

Я думал отделаться неопределённым кивком, но потом, не желая лгать своим ученикам, добавил:

– Не стоит об этом говорить. Главное, мальчики, в другом. В том, что мы найдём эту воду и сможем создать посреди пустыни целую цепочку оазисов.

Тут Леонид замер, потрясённый пришедшей ему в голову мыслью.

– Учитель, а ведь, когда мы это сделаем, нубийцы и ливийцы тоже начнут считать вас богом. Или хотя бы – посланцем богов. И перестанут на нас нападать!

– Ну, это вряд ли! – невесело рассмеялся я. – Люди любят воевать. А за воду в этих местах они воюют с особенной охотой. Так что нападут обязательно! И, скорее всего, не раз!

А про себя подумал, что мне стоит озаботиться системой защиты. Сделать так, чтобы захваченный кочевниками или другими противниками оазис быстро остался без воды. И вот тогда-а-а… Убедившись, что воду в пустыне без меня не получить, кочевники, и правда, могут на поколение-другое стать надёжными союзниками.

* * *

– Руса, что это за ерунда? – в голосе деда ясно слышалось удивительное сочетание растерянности и возмущения. – Ты же обещал, что нормальное олово получится!

Если быть точным, то ничего я не обещал и обещать я не мог. Просто в голове застряло, что при плавках по технологиям Древнего Мира и Средневековья часть олова уходила в так называемую «пену». И что его можно выделить повторной плавкой, просто температура требуется более высокая, да и угля уходит больше. А высокотемпературные печи мы уже давно научились делать.

– Это и есть олово, дедушка. Просто с примесями. «Пена» – она ведь грязная, вот и запачкала. Но ничего, мы электричеством почистим.

– А не дорого получится? – тут же встрял Микаэль.

Тут он прав, хоть мы и снизили себестоимость электричества до 17 халков за киловатт-час, но на электрорафинирование тонны олова этих самых киловатт-часов уйдёт от полутора до двух тысяч. Это что же получается? С учётом работы и угля олово обойдётся примерно в полторы сотни драхм за талант?

– Не скажу, что мы на этом много заработаем. Себестоимость выходит примерно вдвое ниже рыночной цены! – поморщившись, признал я. – Немного не то, к чему мы привыкли. Но вы же знаете, олово нам нужно для чеканки халков и для литья пушек. И то, и другое.

– Да помню я, помню… – скривился он. – И то, и другое нужно, чтобы нам прислали больше людей. А люди нам нужны для усиления Патруля, в гарнизоны новых крепостей и на производство.

– Во-от! – довольно произнёс я. – А всё это в итоге принесёт нам больше продукции, далматского золота, меди и кофе. То есть – новые деньги, развитие и безопасность.

– Не будет безопасности, внучек! – как-то виновато проскрипел мой дед. – Вернее, будет, но не сразу. Нам мало просто лояльных людей. Их сначала выучить надо. Потом рабочим дать станки и инструменты, а воинам – оружие, доспехи и боеприпасы. На всё это потребуется время. И не дни или недели, а месяцы и годы. Нам их не дадут…

На минуту повисло тягостное молчание.

– И что прикажешь делать, дедушка? Сдаться? Или сбежать на край света? Так ведь не поможет! Слишком уж громко мы о себе заявили, нас теперь даже в Китае отыщут.

– Не только в Китае! – криво ухмыльнулся Микаэль. – Но и в Австралии. И в дремучих кельтских лесах. Или в дикой скифской степи.

– Нет уж, к скифам мы не побежим! – заверил их я. – Будем ускоряться! Как? Да всё так же! Строить города, находить воду в пустыне, изобретать новые технологии и станки…

– Для этого тоже люди нужны, Руса! –напомнил мне Микаэль. – Особенные люди. Вроде тебя, Левши, Пигмалиона или Арама-Оружейника. Но таких мало!

– Согласен, таких немного. Но всё же больше, чем кажется. Просто многие из них завязли в рутине или не имеют нужных ресурсов. И мы это изменим!

* * *

Газет этот мир ещё не знал, письменные объявления тоже не получили широкого распространения. Поэтому нам пришлось немало заплатить глашатаям, чтобы во всех более-менее крупных городах современного мира на разных языках зачитывали одно и то же объявление:

– В Александрии Нубийской открывается Высокая Школа Механики. Туда бесплатно принимают всех, проявивших склонность и способности к изобретательству, конструированию и созданию сложных механизмов. В этой Школе создаются отделения измерительных и навигационных инструментов, строительства станков и насосов, изготовления и ремонта часов, производства землемерных инструментов, оптических приборов и оружейное. Любой, кто считает себя или своих детей подходящим, может явиться на собеседование к представителю рода Еркатов в нашем городе. Прошедшим собеседование оплатят проезд в Александрию Нубийскую и будут содержать всё время, необходимое для принятия по ним окончательного решения. В случае отказа в приёме таковым по их выбору либо будет оплачен обратный проезд и выплачена некоторая сумма за беспокойство, либо помогут с обустройством на месте по специальности…

Народ, услышав это, неизменно начинал шуметь. Мы позаботились о том, чтобы запустить в народ слухи о необыкновенно высоких заработках мастеров на Первом Пороге.

– Тем же, кто не нуждается в обучении, и имеет готовые изобретения, помогут с их реализацией! – добивали слушателей глашатаи.

* * *

С прошлой главы статы пополнились методом электрической разведки недр, позволяющим находить воду в Нубийской пустыне.

Глава 6

«Главная ценность – это люди!»

Я никогда не был, что называется, мастером на все руки. Поклеить обои, приготовить несколько простеньких блюд, покрасить пол – всё это, практически, мой потолок в прошлой жизни во всём, что не касалось химии. В этой, разумеется, пришлось делать намного больше, но… Всё же я чаще работал головой, а разные операции после отработки основного принципа сбрасывал на своих учеников и помощников.

Вот и о том, как работает буровая установка, я не имел ни малейшего понятия. Так, «большое сверло», вот и дырки в земле оно бурит шире и глубже. Однако даже мне было известно, что при сверлении стенки, например, приходится время от времени останавливаться и «выдувать» пыль, чтобы она не мешала дальнейшей работе.