Текст книги "Руса. Архипелаг надежды (СИ)"

Автор книги: Игорь Гринчевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)

* * *

– Они говорят «такую же пушку, но на дымном порохе и с бронзовым стволом». А как это сделать? Цилиндроконические снаряды мы из чугуна льём, а он твёрдый. Раньше мы, чтобы по нарезам прошло, два медных пояска на боку крепили. Но бронза мягче, придётся медь на свинец менять… Наверное, целую рубашку сверху сделаем.

Дедушка кивнул.

– Но свинцовая рубашка – тяжёлая, при старом калибре места на взрывчатку не останется. Поэтому калибр придётся увеличить. Думаю попробовать одну шестую и одну пятую локтя[4]. Но не совсем понятно, как быть с затвором.

Его взгляд стал вопросительным.

– Железо и медь в контакте с солёной водой образуют электро-химическую пару. Стальной затвор быстро «съест» коррозия, а бронзовый намного быстрее износится. Может, снимать его? И ставить на место только прямо перед боем?

– Попробуй все варианты… – прохрипел он.

* * *

[4] То есть 83.3 мм и 100 мм. Забегая вперёд, у Русы получатся аналоги 4-хфунтовой (87-мм) и 9-фнтовой (107-мм) пушек Маневского-Гадолина образца 1867 года, первой русской нарезной казнозарядной пушки. Кстати, они тоже были на дымном порохе, имели бронзовые стволы и клиновые затворы (сначала – системы Крейнера, потом – системы Круппа).

* * *

– Людей для устранения Фиванца уже подобрали. Айков, персов или египтян среди них не будет, только эллины. Отобрали двоих, сейчас они плывут в Александрию. Что? Почему двоих? Я придумал, как их эвакуировать, но для этого способа чем меньше людей, тем лучше.

– Они не должны плыть отсюда…

– Разумеется, доберутся до Крита, там их встретит корабль с надёжным капитаном. А обратно уже Библиофил с Волком вывезут.

* * *

– Руса, твоя жена Саба – дальняя родня царям Сабеи.

– Очень дальняя… – пробормотал я.

– Всё равно! – упрямо возразил он. – Надо думать о будущем и укреплять эти связи. Они несколько раз просили поискать воду в их пустынях, но им отказывали.

– Понимаешь, дедушка, вода есть не всюду. Под Нубийской и ливийской пустынями она кое-где встречается. А под аравийской – навряд ли.

– Всё равно! Объясни это, предупреди, но людей пошли, пусть поищут. Сухопутный торговый путь нашему Каналу – не соперник. Зато благодарная родня – хороший задел на будущее. Вдруг найдут?

* * *

– Будущее, дедушка, за тепловыми двигателями. По суше будут ездить мобили с двигателями внутреннего сгорания. И ждать этого не так уж и долго. Да, потребуются годы, да, эти экипажи будут часто ломаться, но очень скоро они начнут обгонять любую лошадь. Да и тащить смогут больше, чем целая упряжка. А вот на море, скорее всего, будут преобладать паровики. Они мощнее и надёжнее. Да, кроме того, они и тяжелее, но для корабля это не так уж и важно.

– На дровах? – ему явно не хватало воздуха на более развёрнутый вопрос, требовалось срочно сделать перерыв, но я постарался ответить, прежде, чем позвать Ангела и уйти.

– На твёрдом топливе. Эти котлы проще в эксплуатации, чем те, которые на солярке. Думаю, лучше всего подойдёт природный уголь. Мы найдём его залежи.

* * *

Выйдя из его палатки и отойдя на край плота, я задумался. А где искать этот уголь? Я помнил про месторождения Кардиффа, да и то – лишь потому, что в конце XIX – начале XX веков военные корабли ходили на коринфском угле. Помнил уголь Донбасса и Пенсильвании, Воркуты и Кузбасса. Только эти названия существовали только на картах далёкого будущего. Как прикажете искать по таким скудным указаниям?

Да и вообще, мне бы что-нибудь поближе. А что? Про уголь из Египта я никогда не слышал, так что вряд ли он тут имеется в количествах. В Армении тоже ничего не припоминалось. Турция? Хм… Вот тут в памяти всплыло название Зонгулдак. Основной источник угля для турецкого флота в Первую Мировую, про него писали во множестве книг про «попаданцев». Так, что я про него помню? Месторождение открыто в середине XIX века, причём аборигенами, а не геологами. Это хорошо, значит есть выходы угля на поверхность. Ещё что? Место добычи находилось в считанных километрах от порта. Это тоже хорошо, задаёт дальность поиска. Да и под порт в XX веке годится далеко не всякая бухточка. Ещё лучше, таких мест не так уж и много!

– Александр! – тихо позвал я помощника. – Мне нужна хорошая карта южного берега Понта Эвксинского.

Удивительно, но ему даже не пришлось посылать лодку на наш «флагман», нужная карта отыскалась в одной из прихваченных сумок.

Та-ак… Помнится, один из учеников упоминал, как ехал на машине от Стамбула до Батуми, упоминал он и Зонгулдак… Но что он говорил? Синоп был дальше. Отлично, есть восточный край для поиска. А как быть с западным? Сашка говорил, что перед этим они развалины какого-то древнегреческого полиса посетили. Там ещё ученик Платона правил… Что у нас подходит? Только Гераклея Понтийская[5].

Треть тысячи километров побережья, но бухт, подходящих для большого порта, тут десяток-другой примерно отыщется. М-да… Людей с навыками поиска у меня не так уж много, может потребоваться не один год… Но, с другой стороны, и паровики до рабочего варианта дорабатывать придётся долго. Так что… Надо начинать, пожалуй. А как уголь отыщется, поставим там свой полис.

Я улыбнулся. Конечно, месторождение угля скоро станет очень ценным активом, и найдётся немало желающих его захватить. Но и мы себя не на помойке подобрали. Так что, отстоим, пожалуй. Зато будет у нас ещё один рычаг для контроля морской торговли.

Кстати, мимо этих мест скоро будет шхуна с Ашотом Следаком проплывать, надо будет отправить ему шифрованную радиограмму, пусть присмотрит места, удобные для очень большого порта.

* * *

[5] Гераклея Понтийская (также известная как Ираклия Понтийская) – мегарская колония на южном побережье Чёрного моря, около устья реки Киличсу (в древности – Лик или Ахеронт). На территории древней Гераклеи сейчас расположен турецкий город Эрегли. В IV веке до н.э. в Гераклее некоторое время (363—352 годы до н.э.) правил Клеарх – ученик Платона.

* * *

Проникающий-в-суть-вещей давно привык, что логика в жизни встречается намного реже, чем можно было бы ожидать. Вот хоть сейчас. Ему выдали быструю шхуну, специально, чтобы побыстрее обернулся. Мало того, им дали радиоприёмник и передавали «сигналы точного времени», как это назвал Руса. И не одного, а целых двух навигаторов, которые ночью постоянно сверяли широту и долготу, что позволяло идти с большой скоростью.

Но при всём при этом его догнало требование «внимательно осмотреть часть берега», чтобы «поискать бухты, удобные для большого порта». Это что, так срочно, что не ждёт даже времени, когда он отправится назад?

Да и вообще, куда им спешить? Эти таблички веками никто не читал, и лишняя неделя или даже месяц ничего не изменят.

Но Ашот отнёсся ко всему со спокойствием философа. Они исследовали указанную часть побережья, потом задержались в столице, навестив царя и Храм Предков. Там выяснилось, что староста, перепрятавший таблички, главный храм не особо уважал, поэтому никаких сообщений о новом месте хранения не оставил.

А вот его предшественники были словоохотнее, по их описаниям в «библиотеке» хранились знания по медицине, магии, астрологии, математике и металлургии. Упоминались ещё наставления по учёту запасов на складах, денег в хранилищах и тому подобное. В общем, ничего такого, чего нельзя было бы найти в том же Вавилоне. Но, раз царь Александр Великий и Руса хотят, Ашот эти таблички будет искать со всем усердием.

Следующая остановка была в Эребуни, там Ашот узнал, что после падения царства Урарту, Еркаты уступили центральную крепость города новым хозяевам, а сами отступили на соседний холм, где до сих пор и было их родовое гнездо. Но вот тамкары остались в старом городе, чуть ниже крепости. А таблички со знаниями предков отправились на Хураздан. Что же, значит, настало время идти туда. Пусть осталась лишь загадка, которую никто не смог разгадать… Значит, нужно побольше узнать об этом старосте. Ключ к разгадке чаще всего лежит в личности её составителя.

Если узнать про него достаточно, шансы найти разгадку повышаются. А значит, он отыщет пресловутую «мудрость предков»!

* * *

С прошлой главы статы дополнились идеей нарезной казнозарядной пушки на дымном порохе с бронзовым стволом, «кислородной подушкой» и «сигналами точного времени» по радио, на порядок повышающими точность навигационных расчётов.

Глава 24

«Бороться и искать!»

– Нет, уважаемый Филон, стандартные аппараты получения метана вам не подойдут, они для вашего мотора избыточно мощные, – София Еркат улыбнулась, будто прося её простить за плохую новость.

– Но есть же способы хранить метан и расходовать потихоньку! – возмутился философ.

– Есть, разумеется! – жена Русы недовольно скривилась. – Но к ним нужна бригада из трёх обученных операторов. И это только в одну смену, которых требуется не меньше четырёх. Простите, но дюжину обученных химиков я вам выделить просто не смогу.

Создатель эолипила гордо выпрямился и сухо произнёс:

– Наместник Нубийский твёрдо обещал мне любую помощь и любые ресурсы, причём немедленно. Вы отказываетесь исполнить его обещание?

– Разумеется, нет! – улыбнулась этой неловкой угрозе Софочка. – Я просто предлагаю вам заменить метан другим топливом, имеющимся в наличии прямо сейчас и в достаточном количестве.

– Что вы имеете в виду?

– На Первом Пороге крупнейшее в Ойкумене металлургическое производство! – улыбнулась гречанка. – Оно требует огромного количества древесного угля, а при его получении получается древесный спирт и так называемый светильный газ. И то, и другое мы используем. Полученным газом ночами освещают промзону, а остаток сжигают в котлах, производящих пар. Предлагаю подключить ваш мотор к газопроводу, и у вас будет круглосуточный и круглогодичный источник топлива.

– Метан калорийнее, то есть, в нём больше энергии на единицу объёма! – проворчал изобретатель. – А значит, при равном объёме цилиндра мотор будет чуть менее мощным.

– Зато дерево есть почти в любом месте, так что светильный газ намного доступнее! – парировала София. – и к тому же, он имеется в наличии прямо сейчас.

– Ладно, убедила! – улыбнулся и александриец.

* * *

По прибытии в Александрию Египетскую я закрутился в круговороте дел: организация выставки, лекции, ремонт, а точнее, сборка электрохода заново из оставшихся запчастей и подвезённых комплектующих, отправка домой членов семьи, личный контроль подготовки и отправки отряда на Сицилию… Кстати, поскольку у Экбатани не нашлось наследников, Диомед Фиванец, не мудрствуя лукаво, реквизировал и его поместье, и доли в общем бизнесе. Как говорится, «ничего личного, только бизнес». Наш настоятель зачем-то заглянул в столицу Армянского Царства, где ожидаемо и застрял. Слишком о многом захотели его расспросить царь и новый Первый священник Храма Предков, бывший Второй. Вот удивительно, почему толковые и работящие давно померли, а этот жадный дурак не только продолжает коптить небо, но и умудрился, как старейший, умостить свой жирный зад в кресло первосвященника? Хорошо ещё, что наш Ашот ему не подчиняется, но потерянного времени всё равно жалко.

Однако, как бы ни был я загружен, хотя бы раз в день на четверть часа находил время навестить дедушку.

* * *

– Это правильно, что ты Розочку и Сабу домой отправил! – сегодня старик держался молодцом и говорил уверенно. – Нечего им тут делать, а вот там, наоборот, без них не обойтись. И Пигмалиона ты тоже правильно отослал. Кто-то должен там за химией приглядывать. Ещё бы и Микаэля туда отправить… Как зачем? Деньги, внучек, пригляда больше всего требуют.

Я улыбнулся его неожиданной горячности. Как подросток, честное слово. А мне давно уже не четырнадцать, вот буквально на днях уже два раза по столько исполнится. Но он всё ещё числит меня за бестолкового.

– Зря насмехаешься! – он заметил мою улыбку и завёлся. – Думаешь, выжил из ума старик? Не-ет, внучек, совсем не так. И вот что я тебе ещё скажу, увлеклись мы.

– В чём? – не понял я.

– Нам, что Еркатам Речным, что Долинным всегда было обидно, что настоящие деньги через Эребуни крутятся, что только тамошнюю ветвь рода тамкарами назначили. Вот, когда случай подвернулся, мы и постарались это исправить. Золото, серебро, «небесный металл» твой, Деловой Дом Армении… Нет, спору нет, всё это нужно. Но посмотри, что в результате получилось? Кто нынче составляет твой ближний круг? Правильно! Микаэль, Розочка, Дрипетида, София, Саба уже тоже… Они все много думают про деньги и власть. И понимают в этом, не спорю, побольше меня.

– Да и меня тоже!

– В том-то и беда, внучек! Ты пойми, деньги – это лишь символы. Основой власти всегда являлись, являются и будут являться хлеб и железо. Людей и скот нужно кормить и поить, им нужны кузнецы, которые будут делать орудия труда, инструменты и оружие. И главное – нужны умелые воины, чтобы этим оружием пользоваться.

– Но у нас лучшее оружие в мире, дедушка! – запротестовал я. – И наш Патруль… Или флотилия Волка и Библиофила… У нас же многие учатся тому, как надо воевать.

– Не понял ты меня… – тоскливо протянул он. – Да, всё это так, но те, кто занимается производством или воюет – они лишь подчинённые для твоих ближних. А иногда – и вовсе наёмники. Ты слушаешь таких людей лишь тогда, когда захочешь этого. Или когда твои придворные передадут их голос. А наступают времена, когда именно умение воевать, делать вещи и растить хлеб будет главным, без чего не выжить. Так что тебе надо совсем других людей приближать. Не мастеров по управлению деньгами, не философов и ректора Школы, а начальника Патруля, Савлака Мгели и Библиофила.

Я открыл было рот, чтобы рассказать о том, как важны будут эти «игрушки философов», возразить, что вовсе не пренебрегаю военными делами, и… остановился. До меня вдруг дошло. Стрик прощался со мной. Нет, он не планировал умереть прямо сегодня, он отчаянно цеплялся за жизнь и старался выздороветь… Но ещё – он старался высказать главное. И сквозь приступы слабости и боли он думал именно об этом, о том, что ещё забыл сказать.

– Спасибо, дедушка! – я ласково погладил его ладонь. – Совсем я забегался, не сообразил. Обязательно это исправлю.

* * *

Сказать «исправлю» легко, вот только как? Патруль, всё же, не полноценное войско. Он предназначен для отражения и предотвращения набегов кочевников, для охраны городов, рудников и торговых путей, в конце концов, для карательных акций против тех же мигрирующих скотоводов. Но не для полноценной войны. Что уж говорить про ополчение, недавно переданное под начало Левона Панкратиониста? Их задача – защищать родной дом, и не более того. Причём они были лишь усилением, а кавалеристы, пушкари, связисты и прочие военные специалисты всё равно служили постоянно. И где же мне взять годное войско и толкового военного? Вопросик!

Да и Волка с Библиофилом в ближний круг на постоянной основе включить затруднительно, сейчас они заняты войной, да и потом без дела не останутся. А все их дела – на морях…

Ладно, про войну подумаю потом. Что ещё? «Железо»? Ну, развитию производства мы и так уделяли повышенное внимание, так что надо будет только аккуратно «приподнять» некоторых из начальников производственных потоков, не обидев при этом никого из старых помощников. Поскольку развитие производства идёт бурно, замотивировать такой рост статуса – не проблема. Отлично, хоть здесь всё хорошо! Или нет? Ведь сейчас мы производим, в основном, товары на продажу, как подсказывали финансисты и торговцы. А что нужно «земле, войску и железу», о которых толковал дедушка? М-м-м… Надо будет посоветоваться.

А вот насчёт «земли» он однозначно прав, этому вопросу надо уделять больше внимания.

* * *

– И это всё, что вы можете мне сказать? – не поверил Ашот Проникающий-в-суть-вещей. – «Знания предков к предкам вернулись, желающий их обрести да явится к предкам и обратится к богам!» И это всё, что вы знаете про загадку своего предка?

Он был очень недоволен. Больше месяца он выдирался из зарослей храмовых и дворцовых интриг, на неделю свалился уже в Эребуни с сильным жаром, и что получил в итоге? Одну лишь невнятную фразу.

– Ну почему же? – новый староста был ещё относительно молод, но звание своё нёс с достоинством, и перед настоятелем Храма не заискивал. – Я знаю, что предок был большим шутником, до самой смерти любил женщин, вино и хорошо поесть. Что он во время перевозки хранилища знаний не перебирался через реку и не исчезал больше, чем на половину дня.

– Значит, он спрятал их где-то неподалёку! – воодушевился Следак.

– Здесь хватает укромных мест! – согласился с ним новый староста. – Но наши мальчишки лазают всюду в поисках дров и ягод, так что любую тайную пещеру или тайник в скале они давно бы нашли. Тем более, что предок и его люди не брали никаких инструментов, необходимых, чтобы копать землю или дробить скалы.

– Получается, они спрятали в каком-то из домов?

– Единственное строение, где в то время никто не жил – это храм предков! – любезно поделился своими мыслями абориген. – И заметь, когда Руса Еркат пришёл туда, то есть буквально «явился к предкам», он обратился к богам с молитвой. И они дали ему мудрость!

– Что ты хочешь сказать? – обалдел от такой трактовки Ашот. – Что Руса как-то утащил в кармане неподъёмный груз?

– Предки мудры! – уверенно заявил жрец местного Храма. – Они могли записать в память Русы содержимое глиняных табличек.

– Могли, конечно… – неуверенно согласился Ашот. – Но почему они не сказали об этом самому Русе? Нет, тут надо ещё подумать.

– Думай, конечно! Будь нашим гостем столько, сколько потребуется, наш дом – предложил староста.

* * *

– Глупости это, Руса! – горячился Микаэль. – Свой город мы всегда прокормим! Овощей и фруктов уже сейчас хватает. А мяса с шерстью и вовсе больше, чем нужно. Зерно? Так его и купить всегда можно!

– Во-первых, не всегда. Наместник Египта легко может «нажать» на нас, прервав поставки по реке, а возить по пустыне… Да нам просто верблюдов не хватит!

– Что? Клеон остановит поставки⁈ – не поверил своим ушам наш финансист. – Да он удавится за лишний статер!

– Именно поэтому он вряд ли удержит власть над Египтом в трудные времена! – парировал я. – А другой, менее сребролюбивый властитель Египта легко на это пойдёт. Потому что ему светит приз невероятной ценности. Это во-первых. А во-вторых… Понимаешь, нам просто не хватает людей. Тех, кто пойдёт в войско или ополчение.

– Наймём! – фыркнул он. – Сам знаешь, денег у нас хватит, начеканили столько, что в оборот вводить опасно.

Что да, то да… Добыча никеля постепенно росла, из Западной Иберии потянулись первые караваны судов с оловом и медью, да и алюминия мы производили больше, чем нужно. Так что у нас хватало любой монеты – от бронзовых халков, до тетрадрахм из «небесного металла». И даже мельхиоровых оболов создали приличный запас.

– Ни наёмники, ни кочевники не станут драться до последнего! Только горожане и крестьяне, собственники этой земли! – пытался достучаться до него я. – Тем более. что не так уж и много усилий нам придётся для этого приложить. Только поднять им воду из рек и подземных источников да дать удобрения, чтобы повысить урожайность. Один городской работник обеспечит добавление полусотни крестьянских семейств.

Не всё, конечно, так просто. Возле порогов, где водяные колёса наиболее эффективны, мы уже всю землю орошаем, значит, придётся делать это в других местах. А там только нижнебойные колёса можно ставить, у них эффективность в разы меньше… Считать придётся, не всюду это выгодно. Да и с удобрениями… Одни лишь минеральные без «органики» работают плохо. А где навоз брать? Правильно, придётся ещё и скот разводить, «норфолкская система земледелия»[1] это называется. Но я про неё лишь основы знаю. Мы на Порогах технологии обкатываем, но там условия получше: и города рядом, и электричество в разы дешевле, а часть воды и вовсе самотёком идёт. А как оно на пустынном берегу себя покажет? Вопрос… Наверняка, не всюду сработает.

* * *

[1] Норфолкская система земледелия (Norfolk four-course system) – это метод четырёхлетнего севооборота, который возник в конце XVII века в английском графстве Норфолк. Она стала одним из ключевых элементов британской аграрной революции, позволив значительно повысить плодородие почвы, урожайность и интегрировать растениеводство с животноводством.

* * *

Да и минеральные удобрения у нас тоже не дёшевы. Но если их не вносить, то про два-три урожая в год можно и не мечтать. Обойтись одним? А прокормит ли тогда земля хотя бы самих работников и их семьи?

Но дедушка прав, нам нужны люди, а здесь и сейчас большая часть населения – это крестьяне. Пора, давно пора решать эти вопросы, хоть это и не будет просто.

– Руса, не обманывай себя! – хмыкнул он. – Потребуется увеличить численность Патруля, это раз. А патрульным нужны будут дома, жёны, оружие и боеприпасы… Да и твои крестьяне захотят продавать излишки, так что им потребуются товары из города. Так что рабочих потребуется куда больше. И где мы их возьмём?

– Здесь! – обезоруживающе улыбнулся я. – Мы для того и устраиваем выставку, чтобы про нас говорили. Люди услышат и поедут в Нубию. И, к тому же, часть тех, кто поедет за землёй, на самом деле осядет у нас в городе. Их мы тоже обучим. Всё будет работать на нас, каждое устроенное зрелище.

– Ха, зрелище! – сарказм из его голоса так и сочился. – Где электроход? Сломали и никак не починим! Где, наконец, воздушный шар? Его-то издалека видно, только успевай полёты делать.

– А вот это – тайна! – уклонился я от ответа. – Но ты не волнуйся, его скоро вернут.

* * *

– Вы издеваетесь? – купец Эврисфей аж скривился, недовольно оглядывая троицу посланцев Нубийского наместника, на разведку которого достаточно успешно работал последние пять лет. – Алкид, Ификл и Иолай прибыли в гости к Эврисфею[2], да? Ничего умнее не могли придумать? Это – Сиракузы, умники, эллинов тут живёт больше, чем всех прочих вместе взятых, так что о вас уже завтра будет знать половина города!

– Ну и хорошо! – улыбнулся старший из троицы, представившийся Иолаем. – Мы ведь уже знаем, что Диомед Фиванец почти не покидает крепость на Ортигии, но туда не пускают посторонних. В остальной части города он бывает нерегулярно. Значит что? Получается, нам надо подстеречь его за городом. И подходящее место ты за нас не выберешь, верно ведь?

* * *

[2] Алкид – настоящее имя Геракла. Ификлом звали его брата, а Иолаем – племянника. Эврисфеем звали ванакта Микен, по заданиям которого Геракл и совершил свои 12 подвигов.

* * *

Купец недовольно кивнул. Трусом он, в отличие от тёзки из мифа, не был, просто не любил ненужного риска.

– А чужаки, которые станут бродить по окрестностям города, всё равно привлекут внимание, – дополнил Ификл, тощий мужик лет тридцати, ему куда больше подошло бы прозвище Жердь или Щепка. – Раз избежать этого всё равно нельзя, то лучше пусть о нас говорят все. Тем более, что имена настоящие.

– Тогда вас арестуют! – уныло пробормотал агент Русы.

– С чего бы? – делано удивился тёзка Геракла. – В Нубии мы пользовались прозвищами, были на то свои причины. Так что узнать нас не так-то и просто.

– И изображать мы с Алкидом будем самих себя! – улыбаясь, дополнил Ификл. – Наёмники, люди меча, охраняем вот этого умника, потому как места эти слывут опасными для приезжих.

– А к окрестным сикулам у нас имеется реальное предложение. Мы привезли саженцы дерева, называемого апельсиновым. Родом оно из далёкого Китая, но тут должно неплохо плодоносить.

– Правда?

– Руса так говорил, а ему виднее, ему духи предков подсказывают! – уверенно ответил «умник» Иолай. – Вот мы и будем выискивать подходящие места под апельсиновую рощу.

– Хм… Интересно! – воодушевился купец. – Может, и мне сотню саженцев поставите?

– Ты, уважаемый, должен будешь отсюда уехать! – напомнил Иолай. – Так что не только урожая не дождёшься, но даже и посадить саженцы не успеешь.

– Если я прав, то пройдёт год-другой, и я смогу сюда вернуться! – хмыкнул купец. – Понравились мне эти места. А эти ваши апельсины… Стоит ими заняться, если сам Руса Еркат ручается, что они тут приживутся.

* * *

За город стратег Диомед теперь выбирался регулярно, раз в пять дней. Наследников у Экбатани не было, так что всё его имущество досталось Фиванцу. К богатству он не стремился, но выпускать из рук производство пороха и оружия не собирался. А раз так, то разумно было прибрать и всё остальное, включая жилище и наложниц.

Разумеется, он назначил управляющих, но любое дело требует регулярного хозяйского пригляда, вот и приходилось ездить.

Пороховое производство и химия – не самые желанные соседи, поэтому место под них покойный перс выбрал примерно в часе ходьбы к западу от знаменитого греческого театра Сиракуз, в местности каменистой и пересечённой, мало приспособленной для земледелия. Нет, отдельные клочки полей, небольшие оливковые рощи и виноградники встречались и тут, перемежаясь со скалистыми склонами, оврагами, зарослями кустарника и небольшими рощицами, но, учитывая, что шёл последний месяц зимы, когда урожай давно убран, а сев начинать ещё рано, людей тут почти не встречалось.

* * *

– Всё сходится! – довольно проговорил Алкид. – Барометр стоит высоко, дождя не предвидится, а ветер слабый, дует в сторону моря. И видимость отличная.

– Главное, чтобы он поездку не перенёс! – мрачно заметил Ификл. – Ну и что, что такого пока не случалось? Всякое может быть.

– Словами делу не поможешь, так что за дело, парни! – подвёл черту Иолай. – Я подготовлю нам отход, а вы уж тут не оплошайте. Час-полтора у нас ещё есть, на подготовку хватит.

* * *

Искали они это место долго. Это ведь только со стороны кажется, что стрелять на большие дистанции просто. Нет уж, тут и ветер может помешать, и рука дрогнуть, да и само оружие даёт отклонение. А если цель ещё и движется, причём на лошади, попасть становится намного сложнее. Вот и пришлось выбрать такой участок пути, где Диомед с сопровождающими будет скакать прямо на стрелков. А в этих проклятых всеми богами скалах выбрать две стадии прямого пути, не прикрытого ни кустами, ни деревьями ох, как непросто.

Но и этого мало, ведь потом нужно провести «контроль». По уже лежащему на земле, а для этого удобнее вести огонь с небольшой возвышенности. И желательно, чтобы воины, сопровождающие стратега, не могли потом одним броском добраться до стрелков, так что между их позицией и охраной крайне желательна трудно проходимая для всадника местность – овраг, каменистая осыпь или бурная горная речушка. Всё это к западу от Сиракуз имеется в немалых количествах, но всё же идеала не бывает. Так что, пусть и не по прямой, но добраться до них десяток сопровождающих всадников вполне способен.

Вот и приходилось сейчас тёзкам знаменитых близнецов «готовить» пути подхода. Кое-где накидали обычных кованных «шипов», в других местах низко натянули проволоку, а ещё в паре мест – к проволоке примотали осколочные гранаты. «Растяжки» поставили, как это называли в Патруле.

Если Фиванец сегодня всё же не поедет, их придётся снимать, иначе подорвётся кто-то из местных или безвинный дикий зверь, сорвав всю им всю конспирацию. Потому, собственно, «Подготовку» и отложили на самый последний момент.

Наконец они заняли позиции. Основным номером работал Алкид, вооружённый однозарядкой, а вторым номером выступал Ификл со скорострельной револьверной винтовкой.

Однозарядка, что ни говори, имеет более высокую начальную скорость пули, а значит – и убойную силу. Да и точнее она. А вот потом, когда противник всё равно уже будет насторожен, важнее скорострельность.

«А вот и Диомед!» – весело подумал Ификл. Как и предполагалось, в сопровождении десятка воинов и своего любимца – молодого полусотника, получившего за свою речистость прозвище Демосфен. – «Ничего, с дюжиной мы должны справиться, тем более, что лошадки у них уже успели слегка устать, а штуцеров у них всего четыре штуки!»

Дробовики же и пистолеты, имевшиеся у остальных, на такой дистанции не опасны.

– Бах! – винтовка калибра «одна сороковая локтя» грохочет знатно, а напарник находился всего в пяти-шести локтях. Есть! Всадник в красном плаще грохнулся на землю. Скорее всего, добивать уже не требуется, с такой дистанции винтовочная пуля почти гарантированно пробивает любой доспех, да и наносимые ею раны трудно совместимы с жизнью. Но от них требовалась гарантия, поэтому Ификл выпустил по лежащему ещё три пули. Первая ударила в корпус, вторая – заставила брызнуть каменную крошку из соседнего камня, зато третья попала в голову.

Тут раздался из-за соседней дубовой рощи раздался громкий гул.

– Всё, хватит, работай по оставшимся! – прокричал ему Алкид, продолжая перезаряжаться.

Следующий выстрел сбросил наземь Демосфена, а последний – убил коня, за которым прятался соскочивший с него десятник. Ничего, задачи перебить охрану перед ними не ставили, спешенный так же безопасен, как раненный или убитый, он просто не успеет добраться до них.

– Перезаряжаюсь! – прокричал Ификл, для начала проворно отползая с позиции. И не зря, почти сразу по соседним кустам щелкнула пуля, выпущенная из штуцера.

Удобно всё-таки придумано! Одно движение, и барабан свесился влево. Специальной пятипалой «расчёской» он вытолкнул гильзы из гнёзд, а потом вставил обойму быстрой перезарядки.

– Бах! – снова громыхнула винтовка напарника.

– Перезаряжаюсь! – прокричал тот, пока Ификл начал быстро отстреливать лошадей поскакавших в их сторону воинов. Получилось неплохо, трое воинов грохнулись вместе со своими скакунами, ещё один соскочил с захромавшего коня.

Ещё один цикл перезарядки, и спешились все. Нет, пара лошадей осталась без единой царапины, просто всадники решили спешиться сами и перешли на бег под прикрытием оливковой рощи.

– А вот теперь самое время отступать! – решил Алкид, и они под прикрытием кустов побежали к источнику загадочных звуков.

Рощица была невелика, так что уже через две минуты они добежали до монгольфьера, заканчивавшего приготовление к полёту.

– Хорошая штука эта скоронадувалка! – весело приветствовал их Иолай. – Семь-восемь минут, и можно лететь.

Тут из-за рощи раздался грохот первой «растяжки».

– Думаю, теперь они станут осторожнее! – оскалился «умник». – Забирайтесь на борт, парни, и выбрасывайте балласт. В море нас подберут ребята Савлака Мгели.

* * *

«В принципе, это вполне разумно со стороны предков!» – думал он, ворочаясь ночью с боку на бок. – «Мало осталось знатоков старого письма, сейчас мы пишем совсем иначе, и даже язык с тех пор у нас изменился… Так, стоп! Язык изменился? Так он и продолжает меняться!»