Текст книги "Спасти 6-го (ЛП)"

Автор книги: Хлоя Уолш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 37 страниц)

– Ты думаешь, я умный?

– Я думаю, ты умнее, чем показываешь.– У него могло быть ужасное отношение, и он

редко сдавал домашнее задание вовремя, если вообще сдавал, но у него был острый ум.

– Как ты догадалась об этом, Моллой?

– Твоя работа в классе никогда не бывает неправильной,просто домашней работы,не

хватает, – беззастенчиво заявила я. – У тебя никогда не возникнет проблем с

выполнением любого задания, которое мы даем по любому из наших предметов.

Математика, английский,биология, домоводство. Ничто из этого тебя не смущает. То

есть, когда ты в классе.

Чего ему, казалось, не хватало, так это не мозгов.

Пришло время.

– Господи, – пробормотал он, потирая челюсть. – Сталкеришь?

– Облажалась, сильно?– Я парировала, прежде чем добавить: – И это называется быть

проницательным. Так что нет, я не хочу ответы на твою домашнюю работу, у меня есть

мой брат, у которого я могу списать, но я знаю, чего я хочу.

– Чего?

– Я хочу знать, почему ты так упорно настаиваешь на том, что я тебе не нравлюсь, когда мы оба знаем, что я тебе нравлюсь. Я хочу, чтобы ты объяснил, почему я

единственная девушка в нашем классе, с которой ты изо всех сил не флиртуешь. И раз

уж мы об этом заговорили, я хочу, чтобы ты признался, по какой настоящей причине

ты отшил меня в сентябре?

– Иисус Христос.– Потирая рукой свое покрытое синяками лицо, Джоуи пробормотал

несколько ругательств. – Ты больше не вернешься к этому дерьму.

Я пожала плечами. – Либо скажи мне, почему я тебе не нравлюсь, либо признайся, что

я тебе нравлюсь.

– Ты просто мне больше не нравишься, ясно?

– Предполагаю, что и раньше не нравилась.

– Просто остановись, хорошо!– Вскинув руки, он сделал несколько шагов назад, увеличивая расстояние между нами. – Я думал, ты мне нравишься, но я передумал. Ты

меня совершенно не интересуешь. Нет. И в прошлый раз, когда я проверял, это не было

преступлением. Так что отпусти это – и перестань наблюдать за мной. Господи, ты как

мой личный маленький сталкер.

– И ты как мой личный маленький хрен.– Я восстановила пространство, которое он

создал между нами. – Итак, давайте сделаем это, а? На этот раз правду. Почему ты

ударил Пола, если я тебе не нравлюсь?– Я приподняла бровь. – Он сказал мне, что ты

угрожал отрезать ему пальцы и засунуть их в его собственную задницу, если поймаешь

его за разговором о том, чтобы снова засунуть руку в мои трусики.– Я вытянула это

конкретное признание из Пола, когда он пресмыкался и просил у меня прощения. – Ну

что, Джо?-Прерывисто вздохнув, я добавила: – Зачем ты это сделал, если у тебя ко мне

нулевой интерес? Зачем беспокоиться о том, чтобы сражаться в моих битвах, защищая

мою честь, если тебе все равно?

– Я сделал это для твоего отца, – ответил он, тикающая челюсть. – Потому что он был

добр ко мне.

– И потому что он сказал тебе не общаться со мной, верно?

Он покачал головой, но ничего не ответил.

– Я права, не так ли?– Я толкнула, не желая отпускать это. – Вот почему ты не

смотришь на меня в школе. Почему ты так решительно делаешь вид, что меня не

существует. Ну, я не собираюсь делать это так просто для тебя.

Ярость плясала в его глазах, когда он вернулся туда, где я стояла. – Слушай меня

внимательно, – сказал он смертельно холодным тоном, когда он повел меня назад, пока

моя спина снова не уперлась в стену моего сада. – Когда я ударил твоего парня, я

защищал честь твоего отца, а не твою.– Сузив глаза, он наклонился так близко, что его

нос коснулся моего. Это движение вызвало электрический разряд, пробежавший по

моему телу, преимущественно по частям моего тела к югу от пупка. – Я думал, что

твой отец хороший парень, который не заслуживает того, чтобы узнать, что его дочь

такая…

– Закончи это предложение, – предупредила я, вне себя от ярости, когда я потянулась и

сжала в кулаке перед его толстовки. – Ну же.

– Полегче, – выплюнул он, глядя на меня сверху вниз. – Ты хочешь знать, почему ты

мне не нравишься, Моллой?– Сузив глаза, он добавил: – Это потому, что ты слишком, блядь, лёгкая. Я мог бы заполучить тебя вот так в самый первый день.– Он щелкнул

пальцами для выразительности. – Ты знаешь, как это скучно? Ты знаешь, насколько

невероятно неинтересным это делает тебя?

Грубо оттолкнув его, моя рука взметнулась сама по себе, сильно ударив его по лицу. –

Пошел ты, Джоуи.

Его голова дернулась вбок от контакта, и на мгновение я затаила дыхание, не смея

сдвинуться ни на дюйм, ожидая, что он ответит.

Этого не произошло.

Он никогда не прикасался ко мне.

Вместо этого он резко кивнул, больше себе, чем мне, и прошептал: – Теперь ты

поняла.– Медленно отступая, он встретился со мной взглядом и сказал: – Вот почему, Моллой.

– Это что?– Я позвала его вслед. – Вот почему я тебе не нравлюсь?

– Нет, – бросил он через плечо, отходя от меня. – Вот почему ты не должна хотеть меня.

А потом он ушел.

Глава 6.Она не твоя проблема, парень.

Второй год

Джоуи

10 октября 2000 года .

В половине десятого, в среду вечером, в середине октября, я мог бы придумать лучшие

места, чем отмораживать свои яйца в майке и шортах, сражаясь с пятнадцатью

игроками соперника, не имеющими ничего общего с посредственностью, за

доминирование над кожаным мячом.

Прожекторы, окружающие поле GAA, были настолько яркими, что освещали дождь, который хлестал по нам, когда мы проигрывали последние несколько минут матча, уже

давно сбежав с матча.

Я потерял счет в первом тайме, когда мы ушли на шестнадцать очков вперед.

В этот момент было неудобно продолжать играть жестко, когда это был такой обвал.

Тем не менее, я гонял мяч со своими товарищами по команде, зная, что это было бы

еще большим оскорблением для парней из противоположной команды, если бы они

объявили игру.

В конце концов, у них все еще была гордость.

– Линч, сюда, сюда, – крикнул Пол Райс, смутившись, требуя мяч, как будто мы играли

во всеирландском финале. – Я открыт, парень.

Какой лангер.

Покачав головой, я подавил желание послать его нахуй и послушно протянул ему мяч, будучи слишком готовым отказаться от контроля в этом случае.

Желание выиграть соревновательный матч было тем, на чем я разжирел.

Желание уничтожить и унизить подчиненную команду не доставляло мне никакого

удовольствия.

Поймав мяч в воздухе, мой товарищ по команде перепахал поле, превзойдя по

мощности номер соперника, прежде чем отправить мяч в сетку и отпраздновать, как

будто это выходит из моды.

Тьфу.

Подавив стон, я опустил голову, чувствуя огромную порцию подержанного смущения

за дурака, одетого в свитер того же цвета, что и я.

– Что за история с ним,Сикс? – спросил парень, отмечающий меня, используя номер

моей майки, чтобы обратиться ко мне, выглядя таким же равнодушным к Райси как и я.

–Мы явно выбыли из игры. Не нужно втирать это.

Я не мог дать ему честный ответ, не раскрывая разногласий между нами, поэтому я

пробормотал что-то невразумительное себе под нос и пожал плечами, решив оставить

все как есть для блага команды.

Мгновение спустя прозвучал финальный свисток, и я побежал к боковой линии, не

желая участвовать в каких-либо грандиозных торжествах, которые происходили на

поле.

Сорвав шлем, я бросил его на траву вместе со своей клюшкой и потянулся за бутылкой

воды.

К счастью, несколько моих товарищей по команде почувствовали то же самое и, после

нескольких рукопожатий, отправились в раздевалки, чтобы отдохнуть.

– Отличное спортивное мастерство,Сикс , – сказал тренер из другой команды, подходя, чтобы похлопать меня по плечу. – Фантастический бросок, парень.

– Спасибо.– Подавляя желание сорвать его руку со своего плеча, я заставил себя

кивнуть и проглотил несколько глотков воды, прежде чем добавить: – Ценю это.

– Ты молодой сын Тедди Линча, не так ли?

Теперь я действительно сбросил его руку. – Это верно.

– В свое время твой отец был крутым, – сказал мужчина с задумчивым вздохом.–

Настоящая легенда. Сам играл против него несколько раз. Корк потерял одного из

своих лучших игроков, когда тот получил удар коленом.

– Да, – выпалил я, прекрасно зная, что зависимость моего отца от алкоголя, не говоря

уже о его неспособности держать свой член в штанах, имела гораздо большее

отношение к его смерти от херлинга, чем любая травма колена.

– Я могу сказать, что он тебя обучил, – продолжал бесить меня мужчина, говоря. – Тебе

повезло, молодой парень, что у тебя такой отец.

– Да, – невозмутимо ответил я, поворачиваясь к нему спиной, чтобы дать ему понять, что я закончил этот разговор. Мне так чертовски повезло.

К счастью, он, похоже, понял, к чему я клоню, и ушел обратно к своей команде, оставив меня в одиночестве томиться в своем негодовании.

Зная, что не было смысла следовать за остальной частью моей команды с поля, пока

сам легенда не получит свой фунт мяса, я ждал на боковой линии, зная, что он в

конечном итоге поднимет свою уродливую голову.

Если бы сегодняшний матч состоялся в четверг или пятницу, мне не пришлось бы

терпеть его присутствие. Ему платили социальное пособие каждый четверг, и он был

бы слишком занят, получая взбучку в своем местном, чтобы беспокоить меня.

По-моему, мне так больше нравилось.

То, что он был здесь, трезвый и сломленный до предела, и нужно было

сосредоточиться только на моей игре, пока он не получит следующую дозу, только

сделало все в десять раз хуже.

– Джоуи!

Знакомый звук его голоса пронзил мои уши, и я вздрогнула, чувствуя, как каждый

мускул в моем теле напрягся в паническом ожидании.

Неохотно развернувшись лицом к толпе на холмистой лужайке у края поля, я

направился к своему отцу, который направлялся прямо ко мне.

Я неохотно признал, что было трудно не заметить его, когда все знали, кто он такой, и

останавливались, чтобы пожать ему руку и отдать честь.

– Что это было? – спросил он, распахивая ворота и направляясь ко мне на поле.

– О чем ты?– Я спросил категорически.

– Это был твой мяч, – прорычал папа, сокращая расстояние между нами. – Это был

твой гребаный гол, и ты отдал его этому придурку из нападающих.

– Я забил три гола, папа, – напомнил я ему жестким тоном с нотками горечи. – И

двенадцать очков.– Пожав плечами, я добавил: – Этого было достаточно.

– Достаточно?– Он посмотрел на меня как на сумасшедшего. – Достаточно?

– Да, достаточно, – отрезал я. – Иисус Христос, ты смотрел игру. Тадхг и дети младше

6 лет поставили бы перед нами более сложную задачу.

– Послушай меня, мальчик, – рявкнул мой отец, кладя свою мясистую руку мне на

плечо. – Здесь не место для совести. Когда ты на этой подаче, ты продолжаешь, ты

меня слышишь?– Его пальцы впились в плоть, когда он говорил. – Ты упираешься

этими ногами в землю. Ты не остановишься, пока твое тело не сдастся. Пока тебя не

стошнит и не пойдет кровь, и твои ноги больше не смогут тебя держать.– Он сузил

глаза, когда сказал: – И ты чертовски уверен, что не проявляешь жалости.

Я сжал челюсти. – Игра закончилась.

– Это не конец, пока не прозвучит финальный свисток, – отрезал он. – Если ты хочешь

сделать себе имя в этом виде спорта, тогда тебе нужно прислушаться к моему

предупреждению, мальчик. Я знаю, о чем говорю.

– Я – не ты.

– И ты никогда им не станешь, если не начнешь быть более безжалостным на поле.

– Тогда, я думаю, я никогда не начну.

– Где инстинкт убийцы, мальчик?

Копил на тот случай, когда мне это понадобится убить тебя.

Затем он отпустил мое плечо и быстро осмотрел меня, прежде чем покачать головой, его разочарование было явным. – Ты недостаточно большой.

– Я самый высокий в гребаной команде, – выпалил я в ответ, ненавидя себя за то, что

подпитываюсь его дерьмом. – Чего ты хочешь от меня?

– Ты слишком, блядь, тощий, – огрызнулся он. – В твоем возрасте я был вдвое крепче

тебя. Тебе нужно начать набирать вес, мальчик. У твоей сестры мускулы больше, чем у

тебя.

Прелестно.

– Твой брат был на стоун(6 килограмм) тяжелее тебя, когда играл за U-16.

Конечно,это так.

– В свое время у Даррена были серьезные предубеждение на этот счёт.

В ярости я расправил плечи и молча кипел, поскольку оскорбления продолжали

поступать.

– И он также не выглядел так,будто его в любой момент снесёт ветром, Очевидно.

– Может, у тебя и есть рост и скорость, парень, но ты чертовски легкий.

Отключив его голос, я сосредоточился на том, что происходило прямо за его плечом, на

холмистом берегу позади него.

С моей точки зрения, у меня был идеальный обзор Моллой, которая вела горячую

беседу с Райсом.

Она не выглядела счастливой.

На самом деле, она выглядела совершенно несчастной.

Либо совершенно не замечая плохого настроения своей девушки, либо просто

равнодушен,разговаривая Райси махал рукой, поворачиваясь и указывая на машину, полную наших товарищей по команде. Покачав головой в ответ на что-то, что она

сказала, он приблизился, чтобы поцеловать ее, только чтобы быть встреченным ударом

руки в грудь и яростным взглядом Моллой, предупреждающим его. В отчаянии

вскинув руки, он что-то сказал в ответ, прежде чем подбежать к машине и забраться на

заднее сиденье, оставив ее одну.

Сложив руки на груди, я наблюдал, как она провожает взглядом отъезжающую машину, и разочарованно покачала головой. Почему она все еще была с этим эгоистичным

придурком шесть месяцев спустя, было выше моего понимания. Он даже отдаленно не

был добр к ней, и он, черт возьми, уверен, что не был и преданным. У меня было

достоверное подтверждение того, что в течение лета было по крайней мере два случая, когда он путался за ее спиной. На самом деле, Подж видел его собственными глазами, как он калечил лицо какому-то молодому человеку из монастырской средней школы.

Если Моллой не знала, она была глупой.

Если она знала и все еще оставалась с ним, несмотря ни на что, то она была жалкой.

– Ты меня слушаешь, мальчик?– рявкнул мой отец, отвлекая мое внимание от

блондинки и возвращая к нему.

– Я слушаю, – выпалил я, понятия не имея, что он только что сказал, и неохотно

встретился с ним взглядом.

Я ненавидел смотреть на него. Я презирал его глаза. У него были холодные, мертвые

глаза, которые ничего не чувствовали и оживали только тогда, когда он причинял кому-то вред.

– Хватай свое барахло, – приказал он. – Ты можешь принять душ дома. Мы можем

закончить этот разговор в машине.

Так ты можешь остаться со мной наедине?

Да, чертовски верно.

Сесть в машину к моему отцу, когда он был в таком настроении, было бы равносильно

тому, чтобы последовать за незнакомцем на заднее сиденье их фургона, пообещав

сладости. Я точно знал, как он заканчивал разговоры, и у меня всегда получалось хуже.

Я чертовски уверен, что не собирался предлагать себя как жертвенного агнца, забираясь в его машину, когда рядом никого, чтобы остановить его.

Он мог бы продолжать вращаться дома.

Я не был настолько склонен к самоубийству.

– Я не могу, – услышал я свою ложь, когда обошел его и двинулся к воротам. – Мне

нужно заскочить на работу, прежде чем я пойду домой.

– Почему? – нетерпеливо крикнул он мне вслед. – Тебе нужно забрать зарплату или

что-то в этом роде? Потому что я могу подвезти тебя.

О, тебе бы это понравилось, не так ли? – Нет, я оставил свою школьную сумку в

гараже.

– Тогда ты можешь идти в свою дыру, – рявкнул он. – Я не твой лакей, мальчик.

Не обращая на него внимания, я продолжил идти и направился к раздевалкам, мне

нужно было увеличить дистанцию между его кулаками и моим телом.

– Эй, мудак, – крикнула Моллой, когда я проходил мимо нее, недвусмысленно давая мне

понять, что я все еще не совсем прощен за то, что назвал ее легко доступной на первом

курсе.

Я произнес это слово как препятствие, отвлекающий маневр, чтобы заставить ее

бежать в противоположном от меня направлении.

Это не сработало.

Вместо того, чтобы избегать меня, как мне было нужно от нее, как сделала бы любая

нормальная девушка, она устроила мне ад. С умными комментариями и остроумными

остротами Моллой продолжала бросать в меня свою версию тени, решив отомстить

мне за то, что я оскорбил ее.

– Моллой, – признал я с легким кивком.

– Хорошая игра.

– Красивые ноги.

– Хочешь быть джентльменом и проводить эти красивые ножки домой?

– Почему?– Положив руку на дверь раздевалки, я обернулся, чтобы посмотреть на нее.–

Он не вернется за тобой?

Покраснев, она покачала головой.

Ярость вспыхнула во мне. – Он просто оставил тебя здесь?

Она кивнула.

– Он мудак.

Еще один смущенный кивок.

– Где твой отец?

– Ушел с моей мамой на ночь.– Она помахала передо мной телефоном. – Телефон

выключен.

– Иисус.– Я издал разочарованный рык. – Какого хрена ты делаешь с таким придурком, как он, Моллой?

– Ты проводишь меня домой или нет?

Нет.

Нет.

Блядь, нет.

Она не твоя проблема, парень.

Просто уходи.

– Дай мне десять минут, чтобы принять душ и переодеться, – услышал я свое

бормотание, мысленно пиная себя по яйцам.

В ее глазах вспыхнуло облегчение. – Спасибо, Джоуи.

– Хм, – это все, что я ответил, прежде чем проскользнуть в раздевалку и направиться

прямо в душ. Тебе здесь абсолютно не рады.

Глава 7.Невольные сопровождающие.

Ифа

10 октября 2000 года

Сидя на стене павильона GAA я ждала, пока мой неохотный сопровождающий выйдет

из раздевалки, яростно отстукивая сообщение мудаку, который поднялся и оставил

меня одну в темноте.

Ифа: Я действительно надеюсь, что тебе понравится праздновать победу со своими

маленькими приятелями, потому что ты больше никогда ничего не будешь праздновать

со мной, мудак.

Пол: Не злись, детка. Я заглажу свою вину перед тобой. Хх

Ифа: Загладишь свою вину передо мной? Ты ОСТАВИЛ меня ОДНУ, чтобы поиграть в

боулинг со своими товарищами по команде, Пол! Ты даже не предложил мне отвезти

тебя домой!

Пол: Это не моя вина, что в машине не было места. Давай, Ифа. Не делайте из мухи

слона. Это не похоже на то, что ты живешь в сельской местности. Ты знаешь город

лучше, чем я. Ты будешь в порядке. Увидимся завтра в школе, Кей? Я угощу тебя

обедом. Xx

– Тьфу!– В ярости я выключила свой телефон, не желая иметь с ним дело ни секунды

дольше.

Я не хотела, чтобы он покупал мне обед или что-то еще.

Я хотела, чтобы он проводил меня домой.

Я не думала, что прошу о многом, учитывая, что единственная причина, по которой я

тащилась через весь город, в первую очередь, заключалась в том, что он приставал ко

мне, чтобы я пришла и посмотрела, как он играет.

От территории GAA до моей террасы на другом конце города было добрых сорок

минут ходьбы, и, хотя мои родители были довольно спокойны, если бы мой отец узнал, что я пошла домой одна, я была бы наказана на месяц. Минимум.

Я ни за что не хотела потерять свою свободу из-за какого-то засранца.

Когда Джоуи, наконец, вышел из задней части здания, его враждебность была

очевидна.

С сумкой для снаряжения, перекинутой через плечо, шлемом и клюшкой в руке и

сигаретой, зажатой в губах, он наклонил голову туда, где я сидела, и сказал: – Поехали.

Сопротивляясь желанию подразнить его, как я обычно делала, я спрыгнула со своего

насеста и присоединилась к нему на тропинке, зная, что если бы он проводил меня

домой, это был бы самый безопасный способ избежать ада от моего отца.

Мой отец любил Джоуи.

Более того, он доверял ему.

Если бы Джоуи проводил меня до дома, это улучшило бы положение Пола в глазах

моего отца.

Выглядя совершенно не впечатленным положением, в которое я его поставила, мой

одноклассник топал по дорожке рядом со мной, тихо кипя от злости, пока курил свою

сигарету.

– Не слишком ли ты молод, чтобы подсаживаться на курение?

– Не слишком ли ты любопытная, требуя ответов на вопросы, которые тебя не

касаются?

– Серьезно?– Я невесело рассмеялась. – Ты так разозлился, потому что я попросила

тебя проводить меня домой?

– Нет, Моллой, – выпалил он. – Я зол, потому что этот придурок поставил тебя в

положение, когда тебе пришлось попросить меня проводить тебя домой.

Его ответ был резким, режущим и попал точно в точку.

– Послушай, мне и так достаточно стыдно из-за этого, – услышала я свое признание.–

Не нужно накладывать это, Джо.

– Тебе должно быть стыдно, – отрезал он, отбрасывая окурок. – Смущен тем, что дал

такому мудаку, как Пол Райс, шанс относиться к тебе как к выбору.

– Неважно, – проворчала я. – Я не буду спорить с тобой по этому поводу.

– Потому что ты знаешь, что я прав.

– А тебе какое дело?– Я потребовала.

– Никакого, – прошипел он ядовитым тоном. – Для меня это ничто, Моллой.

Не правда.

Это было для него всем, так же, как это было всем для меня, но он был слишком

чертовски упрям, чтобы когда-либо признать это.

– Ну тогда, заткнись, – огрызнулась я, складывая руки на груди в защитном жесте.–

Черт.

Джоуи молчал примерно полминуты, пока не разочарованно вздохнул и не сказал: –

Все, что я хочу сказать, это то, что если бы какой-то мудак обошелся с моей сестрой

так, как я видел, как он обошелся с тобой сегодня вечером, у него, черт возьми, не было

бы другого шанса повторить этот трюк с ней снова.

– Вау, – невозмутимо произнесла я. – Продолжай в том же духе, Джо, и я начну думать, что у тебя есть настоящие чувства.

– Это так, – выпалил он в ответ, не сбиваясь с ритма. – Для людей, о которых я

действительно забочусь.

– Как твоя сестра.

– Как моя сестра, – подтвердил он без тени смущения, чего не признало бы

большинство парней нашего возраста. – Хотя Шэн недостаточно тупая чтобы попасть

в такой член, как Райс.

Я сузила глаза, глядя на него. – Как будто ты такой святой, когда дело касается девочек.

Джоуи беспечно пожал плечами. – Я никогда не оставлял свою девушку одну в

сомнительной части города, чтобы я мог встретиться со своими приятелями.

– Потому что ты отказываешься заводить девушку.

– Что хорошо для Риси, – отрезал он. – Учитывая, что я, кажется, трачу большую часть

своего времени, присматривая за его единственной!

– О, пожалуйста.– Я закатила глаза. – Итак, ты провожал меня домой несколько раз.

Большое дело.

– Несколько? Возможно, ты захочешь пересчитать еще раз.-Он бросил на меня

тяжелый взгляд. – Сколько раз твой старик просил меня провожать тебя домой из

гаража?

Полдюжины или больше.

– Сколько раз этот придурок обращался с тобой как с запоздалой мыслью?

Мои щеки покраснели. – О, заткнись.

– Все, что я говорю, это подумай о том, как он обошелся с тобой сегодня вечером.

Особенно, когда он появится завтра в школе с какими-то дерьмовыми извинениями и

ярким новым браслетом, или с какой-то ерундой, в которой он тебя запирает.

– Я не сорока, Джоуи, – огрызнулась я, теперь серьезно раздраженная. – Меня нельзя

купить за новые блестящие украшения.

– Нет, ты просто кукла, – последовал его обидный ответ. – Личный манекен Райси, блядь, чтобы облачаться в украшения и стоять рядом с ним, выглядеть красиво и

ничего не говорить.

Я остановилась.

Я перестала дышать.

Его слова ранили меня до костей.

– Двигай ногами, Моллой, – прорычал он, пройдя несколько футов по дороге, когда он

повернулся, чтобы свирепо посмотреть на меня. – Я не собираюсь ждать тебя всю ночь.

У меня есть дерьмо, которое нужно сделать после этого, ты знаешь.

– Ты мудак.

– Я?

– Да, ты!

– Почему я мудак?

– Потому что ты ранил мои чувства.

– Нет, я этого не делал.

– Да, ты сделал, Джоуи!

– Отлично, – прорычал он. – Я мудак. А теперь пошли.

Я покачала головой.

– Моллой.

– Я не манекен!

– Отлично.– Джоуи покачал головой. – Я беру свои слова обратно. Ты не манекен.

– Это было действительно подло.

Он долго смотрел на меня, прежде чем, наконец, выдохнул. – Да, я знаю.

– Извинись.

– За что?

– За то, что назвали меня манекеном.

– Я только что сказал, что ты не манекен.

– Это не было извинением.

– Да,это было.

Я уставилась на него. – Нет, это было не так, Джоуи.

– Почему это не было извинением?

– Потому что в нем не было слова «извини», мудак.

Выглядя совершенно сбитым с толку – и полностью сытым по горло – мой

одноклассник издал яростное рычание. – Давай просто пройдем, хорошо? Просто

пошевели ногами, Моллой. Пожалуйста.

Смягчаясь, потому что он использовал слово «пожалуйста», я сократила расстояние

между нами и снова пошла в ногу с ним. – Ты никогда ни перед кем не извинялся? –

Спросила я, теперь с болезненным любопытством.

– Я только что это сделал.

– О, мой бог.– Я изучила его профиль сбоку. – Нет.

С глубоким хмурым выражением на лице Джоуи сосредоточился на дороге перед нами, но не ответил.

Остаток пути мы шли молча, и только когда мы завернули за угол моей улицы, я

услышала, как он пробормотал слова: – Мне жаль.

– Вау.– Мое сердце затрепетало в груди. – Это твой первый раз, когда ты кому-то

говоришь это слово?

Он пожал плечами, явно чувствуя себя неловко. – Возможно.

– Что ж, спасибо, – ответила я, подталкивая его плечом, когда мы подошли к моим

воротам. – Я прощаю тебя.

– Хм, – проворчал он в ответ. – Я в восторге.

На моем лице появилась неохотная улыбка, и я спросила: – Ты хочешь зайти внутрь?

– Это не очень хорошая идея, – ответил он, послушно провожая меня до самой двери.

Он мог быть с плохим характером, этот мальчик, но он был действительно быстрым

учеником и не оставлял меня у моих ворот с той ночи, когда я устроил истерику.

– Почему нет? – Спросила я, отпирая входную дверь и выходя в холл, чтобы включить

свет.

– Ты знаешь почему.

– Нет, я не хочу.

– У тебя есть парень.

– И что?– Я спорила. – Я спросила, не хочешь ли ты зайти внутрь, а не выйти за меня

замуж. Означает ли то, что у меня внезапно появился парень, что я не могу дружить с

мальчиками?

– Я не твой друг, Моллой.

Издав разочарованный рык, я схватила его за руку и потащила в свой дом. – Ну, я твоя, засранец.– Закрыв за нами дверь, я протянула руку и опустила его капюшон. – Видишь, это было не так уж сложно, не так ли?

– Нет.

– Кроме того, ты был в моем доме миллион раз с папой.

Его челюсть дернулась. – Это другое.

– Потому что он твой друг?– Я насмехалась. – Заткнись и накорми меня.

– Накормить тебя?

– Я не умею готовить, помнишь?– Ведя его за руку на мою кухню, я подвела его к

холодильнику и улыбнулась. – А ты можешь.

Джоуи уставился на меня. – Ты думаешь, я буду готовить для тебя?

– Для нас, – поправила я, одарив его своей самой милой улыбкой.

– Не делайте этого, – предупредил он.

– Не делать чего?

– Дарить мне эту улыбку, которая не растает от масла, – прорычал он, указывая на меня

пальцем. – Со мной это не сработает, Моллой. У меня иммунитет.

Конечно, это должно было сработать. – Я люблю стейк.

– Стейк?

Я кивнула. – Ага.

– У тебя есть стейк.

– У меня есть два стейка.

Он долго смотрел на меня, явно взвешивая свои варианты, прежде чем разочарованно

вздохнуть. – Возьми сковородку.

– Ура.– Захлопав в ладоши от восторга, я исполнила небольшой танец шимми, прежде

чем отскочить в сторону шкафа, где мама держала кастрюли и сковородки. – Я люблю

хорошо прожаренное мясо.

– Ты будешь есть мясо любым способом, каким я его приготовлю, – проворчал Джоуи, роясь в моем холодильнике в поисках того, что ему было нужно. – Это ничего не

значит, Моллой, – добавил он. – Ты не выиграла этот раунд.

Я откинула голову назад и рассмеялась. – Я всегда выигрываю, Джо.

Глава 8.Это не свидание.