Текст книги "Спасти 6-го (ЛП)"

Автор книги: Хлоя Уолш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 37 страниц)

Ифа

23 декабря 2003.

Ты знаешь,тебе не обязательно покупать мне подарок в этом году, детка, – объявил Пол, когда сел за стол напротив меня в Dinniman после наплыва во вторник. До Рождества

оставалось два дня, и мы все утро были на работе как на иголках. – Все, что я хочу на

Рождество, это…

– Даже не заканчивай, – предупредила я, протягивая руку через стол, чтобы зажать ему

рот. – Серьезно, Пол, у меня осталось меньше двух минут обеденного перерыва, пока я

не должна буду вернуться туда. Я не собираюсь использовать их для ссоры с тобой.

Он вскинул руки вверх. – Кто ссорится?

– Мы, – выпалила я в ответ, опуская руку обратно. – Или, по крайней мере, мы будем

такими, если ты снова заговоришь о сексе вместо идеи подарка.

– Ифа.– Он пристально посмотрел на меня карими глазами, полными едва

сдерживаемого разочарования. – Давай, детка. Мы встречались целую вечность.

– Три года – это не вечность, – ответила я, делая глоток из своего кофе. – Это капля в

море в великой схеме вещей.

– В феврале следующего года мы будем вместе четыре года, – возразил он в ответ.

– Не тогда, когда ты суммируешь все времена за те четыре года, когда мы были в

отпуске, – напомнила я ему. – Прими это во внимание, и это ближе к двум годам, чем к

четырем.

– Ифа! – рявкнул он, протягивая руку и хватая меня за руку. – Давай. Я был терпелив.

Я закончил ждать.

– Ты также определил, помнишь?– Я выстрелила в ответ, напомнив ему о том, как

сильно он наслаждался нашим перерывом на третьем курсе.

– Почему ты возвращаешься к этому?– Он разочарованно выдохнул. – Это было два

года назад. В то время нас не было. Ты сказала, что все в порядке. Я не изменял тебе.

– Нет, ты мне не изменял. Ты был осторожен и подождал пару часов после того, как мы

расстались, прежде чем засунуть свой член в ту черноволосую сучку из Томмена, -

прошипела я, воткнув нож. – Напомни, как ее звали?– Элла что-то?

– Белла, – пробормотал он, собравшись с силами, чтобы опустить голову. –Белла

Уилкинсон, и ты знаешь, что она ничего для меня не значила. Я был пьян и подавлен.

Ты только что порвала со мной.

– В прошлый раз, когда я проверяла, необходимость передышки из-за того, что твой

парень публично назвал тебя шлюхой, не является достаточно веской причиной, чтобы

напиться и засунуть свой член в ближайшую доступную женщину. Но, эй, что я знаю о

работе мужского подросткового разума.

– Я клянусь тебе, что это ничего не значило, – выпалил он. – Это было даже не

настолько запоминающимся,Иф. Честно. Это был просто секс.

– Это прекрасно, Пол. Я верю тебе,– сказала я ему. – Но чтобы мы были на одной

волне, ты должен знать, что секс для меня – это не просто секс.

– Нет, – выпалил он. – Потому что секс – это просто мифическое гребаное слово в

мире,Ифа Моллой. Оральный секс вполне приемлем, но Боже упаси тебя впустить в

себя член!

Я закатила глаза. – Твоя истерика не приносит никакой поддержки твоему делу, мудак.

– Что, черт возьми, нужно сделать, чтобы раздвинуть твои ноги?– он пробормотал себе

под нос, тон был пропитан обиженным сарказмом. – Гребаное кольцо?

Я открыла рот, чтобы высказать ему свое мнение, когда Гарри, мой босс, остановил

меня, постучав по своим часам.

– Мне нужно вернуться к работе, но считай, что этот разговор окончен,– сказала я, поднимаясь со своего места и снова прикрепляя фартук к талии. – Я не буду обсуждать

это снова, пока не буду готова, но как только я буду готова, ты узнаешь первым.

– Это он?-Схватив меня за запястье, он притянул меня к себе и спросил: – Это все еще

из-за него?– Он с отвращением сузил глаза. – Потому что он, блядь, не хочет тебя,Ифа.

Он слишком занят, засовывая свой член в половину…

– Нет, это из-за меня, Пол.Это из-за того, что я не готова,– огрызнулась я, отдергивая

руку. – Мне нужно вернуться к работе.

– Неважно, – проворчал Пол, отмахиваясь от меня. – Нравится, когда на тебя косятся.

– Привет, Гар, – сказала я, игнорируя большого надутого придурка позади меня, когда я

поспешила за стойку. – Извини за это. Я потеряла счет времени.

– Все в порядке, любимая, – заверил меня старик. – Задний зал снова заполняется, так

что столов для обслуживания достаточно, но только принимай заказы на еду и убирай

стаканы. Что бы ты ни делала, убедись, что не принимаешь никаких заказов на

напитки, слышишь?– Он бросил взгляд туда, где сидел мой парень, и пробормотал: –

Нам не нужно, чтобы какая-то маленькая птичка бежала домой к папочке с рассказами

о том, что его семнадцатилетняя подружка продавала алкоголь.

– Не волнуйся, Гар. Я всегда осторожна.– Я похлопала его по плечу и подмигнул. – И

то, чего сын Гарда не знает, не причинит ему вреда.

– Это ты,Ифа, – ответил он с облегченной улыбкой на морщинистом лице. – Ты права, так что.

С блокнотом и ручкой в руках я направилась в задний зал, и сразу же была атакована

волной голодных и изнывающих от жажды игроков.

Улыбнувшись про себя, я расправила плечи, выпятил грудь и направилась к столу, полному шумных мужчин. – Здравствуйте, джентльмены, что я могу принести для вас

сегодня?

О да, я собиралась сегодня заработать целое состояние на чаевых.

***

Я закончила тем, что осталась на работе на пару дополнительных часов, чтобы помочь

с нескончаемым потоком игроков в городе, празднующих Рождество. Вместо того, чтобы закончить в шесть, как я планировала, было уже после девяти, когда я, наконец, вышла из паба и направилась через весь город, в надежде урвать у отца поездку домой.

Когда я добралась до гаража, там было темно.

– Черт, – пробормотала я, пиная металлическую дверь на роликах. – Это просто

идеально.

Громко застонав, я прислонилась лбом к прохладному металлу, пока обдумывала свои

варианты.

Идти домой после одиннадцатичасовой смены на четырехдюймовых каблуках?

Нет.

Позвонить моему отцу только для того, чтобы он сказал мне вести машину самой?

Нет.

Мои пальцы нащупали ключ от машины в кармане пальто, и я мгновенно отбросила эту

мысль, когда волна страха пробежала по мне.

Я ненавидела водить.

Я буквально ненавидела все это испытание.

Я ненавидела и боялась этого так сильно, что ржавое ведро от Opal Corsa, которое мой

отец починил и подарил мне в сентябре на мой семнадцатый день рождения, осталось

припаркованным в гараже.

Верно; я так боялась водить движущийся автомобиль, что не хотела, чтобы он

находился где-нибудь рядом с моим домом.

В отличие от многих других мест, в Ирландии закон был довольно мягким в

отношении водителей-учеников. В общем, вы сдали теоретический тест, получили

зеленую лицензию в налоговой инспекции и отправились восвояси. Нам не нужно

было брать кучу дерьмовых уроков или соблюдать миллион законов, как моим

двоюродным братьям в Лондоне. Черт возьми, моя собственная мама водила на своих

зеленых правах уже двадцать лет. Гарды всегда смотрели в другую сторону. Это было

не важно.

Единственная чертова причина, по которой я подала заявление на получение

временных водительских прав, заключалась в том, чтобы у меня было удостоверение

личности с фотографией, с которым я могла пойти выпить, когда мне исполнится

восемнадцать в следующем году.

Я не хотела ездить, но это именно то, что предполагал мой отец.

– Мне неприятно указывать на очевидное, Моллой, но когда дверь магазина заперта, а

свет погашен, это означает, что заведение закрыто.

Знакомый голос Джоуи заполнил мои уши, и я быстро обернулась, чтобы увидеть, как

он приближается со стороны здания.

– Иисус, – прошептала я, пораженная, увидев его в темноте. – Что ты здесь делаешь?

– Запираюсь, – сухо ответил он. – Если ты ищешь своего старика, тебе не повезло, -

добавил он, используя связку ключей, чтобы запереть за собой боковую калитку. – Он

пошел на пиво с остальными парнями в обеденный перерыв.

Я изобразила грусть. – И они не забрали тебя?

– К сожалению, нет.

– Я полагаю, тебе должно исполниться восемнадцать, чтобы насладиться всеми

преимуществами работы, да?

Он ухмыльнулся. – Нужно что бы сначала исполнилось семнадцать, прежде чем это

может случиться.

– Это будет скоро, верно? Твой день рождения близок к Рождеству, верно?

– Да, – согласился он, засовывая ключи от работы в карман. – Рождество.

– Это так дерьмово, – простонала я, почувствовав вспышку сочувствия к нему. – Держу

пари, что тебя обманули из-за стольких подарков на протяжении многих лет, из-за всей

этой ерунды с подарками «два за один».

– Я не могу сказать, что я когда-либо замечал, Моллой, – ответил он. – Я не из тех, кто

замечает такое.

– Ну, ты лучший человек, чем я, Джоуи Линч, потому что я бы подняла шум, если бы

мне пришлось разделить свой день рождения с Иисусом.

Джоуи рассмеялся, на самом деле рассмеялся искренним смехом, сокращая расстояние

между нами. – Итак, ты собираешься спросить меня, или мы собираемся стоять здесь

всю ночь?

Мое сердце перевернулось в груди. – Спросить тебя о чем?

– Проводить тебя домой.

– Хорошо.– Я прерывисто выдохнула. – Проводи меня домой, Джоуи Линч.

– Это говорит само за себя, – поддразнил он, прислонившись к двери, и улыбнулся мне, зеленые глаза были темными и полными тепла. – Тебе нужно вежливо попросить.

Боже мой, это было что-то другое, когда этот парень улыбался.

Он был просто таким красивым.

– У меня есть идея получше, – услышала я свой голос, а затем я сделала что-то

невероятно безрассудное. Сунув руку в карман пальто, я вытащила связку ключей от

машины и позвенела ими перед его лицом. – Как насчет того, чтобы ты вместо этого

отвез меня?

Несмотря на то, что он был мастером скрывать свои эмоции, Джоуи не смог скрыть

волнение, вспыхнувшее в его глазах. – Мне не будет семнадцати еще два дня. До тех

пор у меня есть только лицензия на трактор.

– Это правда, – согласилась я, наблюдая, как его взгляд метнулся от моего лица к

клавишам, а затем обратно ко мне. – Так это значит, что мы будем нарушать закон, не

так ли?– Я насмехалась, слегка позвякивая ключами. – Но, опять же, когда это тебя

останавливало?

Джоуи долго смотрел на меня, прежде чем издать тихий смешок. – Дай мне ключи, Моллой.

***

Визжа от нервного возбуждения, я зажмурила глаза и подавилась смехом, когда мы

свернули за угол местного супермаркета, после того, как я сожгла резину шин, делая

полдюжины пончиков на пустой парковке.

– О, мой Иисус, берегись,тропинка!

– Расслабься, Моллой, я справлюсь.

Да.

Возможно, у Джоуи еще не было официальной лицензии, но он определенно знал, как

обращаться с машиной. Я списала это на годы возни с моторами в гараже с отцом.

Под песню Jay-Z и Бейонсе «03» Bonnie & Clyde, звучащую из стереосистемы

автомобиля, подходящую песню, учитывая обстоятельства, я изо всех сил держалась за

приборную панель, поскольку дикий и безрассудный парень на водительском сиденье

сводил меня с ума. Сидя на пассажирском сиденье рядом с ним, я чувствовала, что

нахожусь в энергетическом трипе. Как будто мы могли бы победить весь мир в этот

момент.

Это было волнующе.

– С гребаным днем рождения меня, – засмеялся Джоуи, явно довольный жизнью, когда

он перевел мою машину на пятую передачу и оставил огни Баллилаггина позади нас. –

Итак, куда ты хочешь пойти, Моллой?

С тобой куда угодно. – Мне все равно, только не убивай меня, хорошо?– Я умоляла, а

затем закричала от смеха, когда мы перелетели через горб на проселочной дороге.

Джоуи искоса взглянул на меня и ухмыльнулся. – Я не даю никаких обещаний.

***

Много миль на часах спустя, и мы были на проселочной дороге рядом с пляжем, со

мной за рулем, а Джоуи смеялся над моим дискомфортом.

– Я не могу этого сделать!– Машина пыхтела и заглохла в третий раз за считанные

минуты. – Это бессмысленно. Я никогда не собираюсь разбираться в этом дерьме.

– Ну, тебе лучше продолжать пытаться, – предупредил он, ни капли не сочувствуя

моему делу, когда он уравновешивал мои пятки на своих коленях. – Потому что я

слышал, как твой отец сказал Дэнни Рейли, что если ты не уберешь свой палец и не

начнешь по-настоящему водить, вместо того, чтобы восхищаться стереосистемой, он

продаст ему машину.

– Я в порядке.– Взволнованная и босая, я повернула ключ в замке зажигания и

попыталась тронуться с места. – Я совершенно не тот человек, чтобы сидеть за рулем

потенциальной машины смерти.

– Да, потому что ты действительно собираешься нанести какой-то урон на первой

передаче, – протянул Джоуи. – Давай, Моллой, ты знаешь правила. Сцепляйся и

переходи на второе место.

– Я не могу.

– Ты можешь.

– Я действительно не могу.

– Перестань быть принцессой и просто, блядь, сделай это.

Глубоко сосредоточившись, я попыталась сделать именно это, но рычаг переключения

передач не подчинился. – Эта машина ненавидит меня, – причитала я, дергая рычаг

переключения передач, а затем морщась, затем двигатель взревел в знак протеста.

– Иисус, иди сюда. Ладно, жми на сцепление.– Потянувшись через пассажирское

сиденье, Джоуи накрыл мою руку своей и ловко усадил нас на второе место. – Теперь

немного надавите на акселератор, – инструктировал он, пока я подавляла дрожь от

ощущения его большой руки на моей. – Хорошо, теперь снова сцепление, – добавил он, переводя нас на третью позицию. – Видишь? Ты делаешь это; ведешь машину, не

заглушая двигатель. Все не так плохо, как ты себе это представляешь.

– Да, но это так чертовски сложно, – взвыла я, обеими руками вскидываясь, чтобы

схватиться за руль. – Ноги на педалях, руки на руле, ладонь на рычаге переключения

передач, глаза на дорогу…-Я разочарованно выдохнула. – Это как я говорю своему

отцу каждый раз, когда он заставляет меня сесть за руль. Просто слишком много вещей

нужно сделать одновременно.

– Я думал, что женщины – лучшие многозадачники.

– Ну, не эта женщина, – выдавила я, выкручивая руль, чтобы избежать кучи песка на

дороге. – О, Боже мой, Джоуи. Я ненавижу эту дурацкую машину.

Глава 35.Я не хочу идти домой.

Джоуи

24 декабря 2003.

Давление было то, к чему я больше всего привык в жизни. Обычно это никогда не

беспокоило меня, не тогда, когда я провел большую часть своей жизни с тяжестью рук

моего отца на моей шее, угрожая перекрыть мне доступ воздуха, но все это меркло по

сравнению с бесконечной способностью Ифы Моллой ограничивать мое дыхание.

Было два часа ночи, и часы показывали канун Рождества. Вместо того, чтобы быть

дома, как я знал, что мне нужно быть, когда в распоряжении моего отца была полная

бутылка виски, я обнаружил, что вместо этого кручусь с ней.

С ней я чувствовал себя преступником. Я не имел права, черт возьми, заходить в

машину девушки. Машина, над которой я потратил много времени, работая в гараже.

Машина, за руль которой я, конечно, не должен был садиться и водить, но когда она

помахала ключами передо мной, искушение было слишком сильным, чтобы устоять.

Я также не понимал ее причин, по которым она хотела быть здесь со мной. Почему она

постоянно искала меня. Но я не собирался спорить с ней сегодня вечером, потому что

это означало, что мне не придется идти домой и разбираться с любым дерьмом моего

отца. Нет, я не собирался отговаривать Моллой от уступа, потому что чем дольше мы

балансировали на грани закона, тем дольше я мог быть с ней.

Потому что правда заключалась в том, что мне нравилось ее общество.

Мне нравилось быть с ней, будь то споры или возня, флирт или ебля по городу в

машине, которую купил для нее ее папа.

Я чувствовал искреннюю привязанность к девушке, что было отвратительно

ненормально с моей стороны.

Но я сделал.

Она могла вывести меня из себя больше, чем большинство, и временами сводила с ума, но не было никого другого, с кем я предпочел бы нарушить закон.

Даже когда мы припарковались за гаражом, с пакетом чипсов, балансирующим на

приборной панели между нами, мне было трудно найти мотивацию оставить ее.

Правда заключалась в том, что оставаться прямо здесь, в этой машине, с единственным

человеком, от прикосновения которого у меня не мурашки побежали по коже, казалось

хорошей идеей.

– Это моя любимая, – сказала Моллой, прибавляя громкость на своем стерео, когда из

динамиков зазвучала Сказка Нью-Йорка The Pogues. – Дучшая рождественская песня

всех времен.-Отправив чипс в рот, она улыбнулась мне. – А у тебя?

– Не знаю.– Пожав плечами, я протянул руку и взял чипсы. – Никогда по-настоящему

не думал об этом.

– Ах, давай, Джо, – подтолкнула она. – У каждого есть любимая рождественская песня.

Не у меня.

Я предпочел бы тишину.

Я пожал плечами. – Эта, я полагаю.

– Хорошо.– Она одобрительно кивнула. – Это напоминает мне о тебе.

– Вау, – невозмутимо произнес я. – Какая часть?

– Все это, – поддразнила она, бросая фишку мне в лицо. – С этого момента это будет

наша песня.

Я сузил глаза, глядя на нее. – О, да, потому что нам действительно нужна песня.

– Ну, малыш, это канун Рождества, – пошутила она, а затем перешла к жалкому

исполнению первого куплета песни, прежде чем подавиться смехом. – Видишь, это

идеально для нас.

– Есть только одна маленькая проблема с твоим выбором песн”, – сухо предложил я. –

Я не твой малыш, Моллой.

– Кто в этом виноват? – ответила она, не отводя взгляда и не отступая. – Хм.

Интересно.

Господи, она была просто такой напористой.

Это было действительно впечатляюще.

И чертовски сексуально.

Я впитал ее в себя, каждую веснушку, каждый изгиб, цвет ее зеленых глаз, бледно-золотистые пряди в ее и без того светлых волосах.

– Да, хорошо.-Ухмыляясь, я покачал головой и отвернулся, чтобы посмотреть в лобовое

стекло. – Если сегодняшняя маленькая увеселительная прогулка имеет какое-то

значение, то ты должна благодарить меня за это.

– Можно и так подумать, – вот и все, что она ответила, роясь в стопке дисков. –

Хорошо, итак, ясно, что ты не продался на последней песне, так как насчет того, чтобы

попасть в точку? – Спросила тогда Моллой, переключая компакт-диски и нажимая

третью дорожку на своем стерео. Куклы Гу-Гу взорвались из ее стереосистемы.

– Айрис?”-Я приподнял бровь. – Хороший выбор песни, Моллой, но я должен

признать, что я не чувствую праздничной атмосферы от этого.

– Нет, мудак, не как рождественская песня, – настаивала она, увеличивая громкость. –

Как наша песня.

Я открыл рот, чтобы ответить, но она потянулась через консоль и накрыла мои губы

рукой. – Тсс. Просто подыграй мне и послушай, хорошо?

Неохотно уступая ее требованиям, я кивнул один раз и не сводил с нее глаз, пока слова

песни били мне в голову.

– Ну? – наконец выдохнула она, когда песня закончилась. – Это идеально, правда?

– Да, Моллой.– Мой голос был хриплым, когда я боролся с миллионом сложных

гребаных эмоций. – Так и есть.

Глава 36.Я слишком забочусь.

Ифа

24 декабря 2003.

Если бы Джоуи хотел сидеть в этой припаркованной машине за пределами гаража

полночи, тогда я бы с удовольствием посидела прямо там с ним.

Не имело значения, что на улице было -2 градуса или что я была близка к замерзанию в

своей рабочей одежде. По крайней мере, если он был со мной в этой машине, это

означало, что у него не было проблем.

Он не был где-то под кайфом.

Время пролетело намного быстрее, когда я была с ним, и я не заметила, как пролетели

часы, пока я потчевала его случайными историями из моей жизни.

Видите ли, Кевин, возможно, и был близнецом, который обладал львиной долей

академического интеллекта, но я была тем, кто мог разговорить осла.

По-настоящему. Я была благословлена способностью завязывать разговор из ничего, и

именно так мне каким-то образом удавалось поддерживать интерес этого дико

недосягаемого мальчика большую часть ночи.

– А потом он сказал: «о, детка, моя кровать пахнет тобой, но это быстро выцветает, приходи и освежи мои простыни», – объяснила я, притворно задыхаясь при

воспоминании о нелепом телефонном звонке Пола прошлой ночью. – Я имею в виду,

серьезно?– Я подавила смех, закатывая рукава его толстовки, которую он дал мне

надеть. – Возьми себя в руки, чувак.

– О, Иисус, какой позор, – простонал Джоуи, закрывая лицо рукой. – На самом деле мне

стыдно за этого придурка.

– Я знаю правильно, – согласилась я, махнув рукой вокруг. – Это именно то, что я

чувствовала.

– Что ты сказала в ответ на это?

Я хитро усмехнулась. – Я сказала ему распылить немного духов на подушку, выключить свет и заново познакомиться со своей рукой.

Джоуи откинул голову назад и рассмеялся. – Агрессивно.

– Да, ну, он заслужил это этой фразой, – засмеялась я. – Я имею в виду, давай! Что, по

его мнению, я собиралась делать? Забежать к нему домой и потереться о его матрас, как кот, почуявший свою территорию? Обманутый идиот.

– Возможно, – предположил Джоуи, все еще посмеиваясь. – На случай, если это

ускользнуло от твоего внимания, он вроде как одержим тобой.

– Нет, Пол одержим этим, – ответила я, указывая на свое тело. – Он не заинтересован в

этом.– Я постучала пальцем по виску. – Он даже не знает меня, Джоуи.Совсем. Он

никогда не тратил время на. Все дело во внешности. Честно говоря, я сомневаюсь, что

его волновало бы, если бы я никогда не произносила ни слова, просто пока я улыбалась

и выглядела симпатично.

– Тогда что ты делаешь, Моллой?– он подошел прямо и спросил, его зеленые глаза для

разнообразия прояснились и остановились на моем лице. – Ты любишь его?

– Мне нужно.

– Это не то, о чем я спрашивал.

Я знала это. – Что ты хочешь, чтобы я сказала, Джо?

– Сделай так, чтобы это имело смысл для меня,

– Сделать то, что имеет смысл?

– Ты и он.

– О боже.– Я рассмеялась. – Сколько у тебя времени?

– Всю ночь.

Прерывисто вздохнув, я немного подумала об этом, пытаясь найти дипломатичный

способ сказать: «потому что, если у меня есть хоть какой-то шанс забыть тебя, мне

нужно быть с парнем, который является полной противоположностью», прежде чем

остановиться: – Я думаю, я всегда знала, где я с Полом.– То, чего я никогда не знала с

тобой.

– Где ты стоишь?

– Да.– Я медленно кивнула. – Я имею в виду, не пойми меня неправильно. Я знаю, что

это не идеально. Это действительно, действительно далеко от совершенства, но, по

крайней мере, я ориентируюсь в наших отношениях с ясной головой и открытыми

глазами.-И самое главное, я не могу пострадать. – Я знаю его игру, и он не сможет

пустить мне пыль в глаза.

– Это звучит жалко.

– Это безопасно.– Безопаснее, чем ты.

– Итак, он твой щит.

– Мой щит?

– Он обманывал тебя.-Брови Джоуи нахмурились. – Почему вы ещё вместе?

– Я не знаю.– Я пожала плечами, чувствуя себя растерянной. – Наверное, потому что

это все, что я знала с первого курса. Быть с Полом комфортно. В этом нет никакой

работы, и, кроме того, он хочет быть со мной.– А ты нет.

Джоуи долго смотрел на меня, прежде чем покачать головой. С ним это долго не

продлится.

– Нет?– О боже, я надеюсь, что нет. – Ты не думаешь?

– Нет.– Он снова покачал головой. – Любые отношения, которые держатся вместе, потому что это удобно, не являются отношениями, которые того стоят.

Я тяжело вздохнула. – Да, что ж, поверь тому, кто знает о таких вещах из первых рук, иногда комфорт настолько хорош, насколько это возможно.

– Чушь собачья. Комфорт не так хорош, как кажется, – бросил вызов Джоуи, прищурив

глаза. – Ты не должна довольствоваться комфортом, Моллой. Ты не должна

соглашаться ни на что меньшее, чем быть влюбленной до безумия. Единственный

человек, на которого тебе стоит обратить внимание, – это человек, который выбивает

тебя из колеи больше всего. Человек, который доводит тебя до грани самоубийства, потому что он или она заставляет тебя чувствовать себя так чертовски сильно, что ты

не можешь отдышаться или дистанционно функционировать без них. И более того, ты

не захочешь. Ты не захочешь дышать, или чувствовать, или, черт возьми, функционировать без них. Так ты поймешь, что это настоящие отношения, Моллой.

Только когда ты чувствуешь самый сильный дискомфорт, который ты когда-либо

испытывала за всю свою жизнь, ты должна даже подумать о том, чтобы согласиться.

Потому что именно тогда ты поймешь, что влюблена, что, по-моему, чертовски

приятнее жить, чем соглашаться на кого-то, с кем у тебя нет ничего общего, потому что

это удобно.

Вау.

Мое дыхание застряло в горле, когда мое сердце решило выскочить из груди. – Ты

действительно в это веришь?

– Для тебя?– Он кивнул без намека на неуверенность. – Абсолютно.

– А как насчет тебя?

– А как насчет меня, Моллой?

– Это то, чего ты добиваешься? – Что? – прошептала я, чувствуя, как учащается пульс.–

Такая эпическая любовь?

– Нет, – решительно сказал он.

Мое сердце упало. – Почему нет?

– Потому что ты должна заботиться о ком-то, чтобы влюбиться.– Он бросил на меня

суровый взгляд. – И мне ни до кого нет дела, помнишь?

Теперь я была тем, кто сказал: – Чушь собачья.– Повернувшись боком на своем

сиденье, я встретила его жесткий взгляд своим. – Ты заботишься обо мне, Джо.

– Ты моя подруга, – признал он.

– Да, твоя подруга, о которой ты заботишься.

– Моллой.

– Это нормально, что ты заботишься обо мне, Джо.

Он уставился на меня. – Мне все равно.

Я сузила глаза. – Нет,не все равно.

– Послушай, единственный, на кого я когда-либо мог положиться, это моя тень, и мне

это нравится, – отрезал он, проводя рукой по волосам. – Я не забочусь о людях, потому

что не могу себе этого позволить. У меня нет времени в моей жизни или пространства

в моей голове, чтобы позволить себе заботиться о ком-либо, кроме моей семьи. Это я, ясно? Вот кто я такой. Я не могу позволить себе беспокоиться, Моллой.

– Ну, это отстой, потому что я беспокоюсь, – бросила я в ответ, чувствуя боль, волнение

и миллион других эмоций в этот момент. – Я забочусь о тебе, Джоуи, и всегда

заботилась.

Это никогда не было моей самой яркой идеей.

Жаль, что я была упрямой и постоянно безрассудной со своим сердцем.

Жаль, что я была полна решимости заботиться о нем, несмотря ни на что.

– Не произноси это вслух, блядь,– простонал Джоуи, уронив голову на руки. –

Иисус,Моллой, почему ты всегда заходишь слишком далеко? Почему ты не можешь

просто держать это дерьмо при себе, пожалуйста!

– Ты имеешь в виду, как ты?– Я потребовала, не дрогнув. – Знаешь, Джо, в один

прекрасный день тебе придется перестать лгать самому себе и признать, что ты

чувствуешь.

– Тут не в чем признаваться.

– Да, есть, и ты это знаешь.

– Ты ошибаешься.

– Ты просто боишься признать это, – возразила я, подняв палец вверх. – Потому что это

означает, что тебе придется признать тот факт, что прямо перед тобой сидит девушка, которая заботится о тебе только по той причине, что она просто хочет! Девушка, которая не зависит от того, что ты сделаешь для нее что-нибудь, кроме как быть ее

другом! Девушка, которая видит, каким мудаком ты можешь быть, но заботится о тебе, несмотря ни на что, потому что я этого хочу, Джо. Мне абсолютно, блядь, не все равно, несмотря на твои дерьмовые наклонности, черт возьми, может быть, даже из за них.-Я

вскинул руки в знак покорности. – Кто, черт возьми, еще заботится?

– Если бы ты могла просто попытаться понять, что я пытаюсь сделать, – выпалил он, а

затем прерывисто выдохнул. – Если бы ты только знала, от чего я пытался тебя

избавить, ты бы не настаивала на этом.

– Настаивала к чему? – Потребовала я, сердце бешено колотилось. – Твоей дружбе?

– Добиваться от меня чего угодно, – прорычал он в ответ. – Черт!

Выпучив глаза от гнева, я пошла прямо вперед и толкнула его. Буквально. Обеими

руками. – Как тебе такое, ты, большой трус!

– Не начинай, блядь, – предупредил Джоуи, подняв руку, чтобы отогнать меня. – Даже

не думай о том, чтобы пойти туда со мной. Добром это не кончится.

– Слишком поздно.– Я толкнула его снова, а затем сделала это еще дважды для пущей

убедительности. – Давай, крутой парень, по крайней мере, сейчас я настаиваю на

большем единственным способом, который ты, кажется, понимаешь!

– Моллой.

Я толкнула его.

– Я тебя предупреждаю.

Я толкнула его снова.

– Черт возьми, Моллой.– Перевернув меня на спину, Джоуи прижал мои руки к бокам и

наклонился ближе. – От тебя разит отчаянием, и это так чертовски заводит.

Он говорил самые жестокие вещи, но его глаза говорили совершенно другую историю, когда он нависал надо мной, грудь вздымалась напротив моей, а его тело дрожало от

напряжения.

– Почему я должен заботиться о девушке, которая предлагает себя на блюдечке для

принятия?– Сузив глаза, он наклонился еще ближе и прошипел: – Ты девушка другого

парня, и все же ты здесь, лежишь на спине передо мной, как шлюха.

– Отвали от меня!– Я практически зарычала, потеряв самообладание, когда его слова

пробрали меня до костей. – Сейчас, мудак!

– Нет гребаных проблем, – усмехнулся он, в равной степени разъяренный, когда он

дернулся назад.

– Ты можешь быть таким гребаным ублюдком!– Я закричала, распахнув пассажирскую

дверь и выпрыгнув из машины. – Самый большой, которого я когда-либо встречала!

– И ты можешь быть такой гребаной сукой, – прорычал он в ответ, прежде чем быстро

вылезти из машины вслед за мной. – Подожди, куда ты идешь?

– Подальше от тебя!

– Это твоя машина, Моллой.

Черт возьми. – Мне все равно.

– На тебе нет никакой обуви.

Двойной черт. – Мне все равно!

– Моллой, займись собой, ладно?– Его тон был жестким и пронизанным

разочарованием. – Ты не пойдешь домой в темноте одна.

– Почему бы и нет? Боишься, что я буду легкой добычей, раз я такая шлюха и все

такое?

– Не могли бы вы просто перестать двигаться на секунду…

– Нет, теперь отвали – и даже не думай о том, чтобы преследовать меня!

– Не уходи от меня, Моллой.

– Не указывай мне, что делать, мудак.– Ускорив шаг, я поспешила за угол улицы и

быстро пересек дорогу. Поскольку это было так близко к Рождеству, люди продолжали

выходить из пабов и баров.

– Подожди, подожди, подожди…– Его сильные руки обхватили мое тело, притягивая

меня вплотную к его груди. – Просто подожди, ладно?

– Отпусти, – предупредила я, дрожа, когда его руки крепко сжали бедра, прижимая мою

спину к его груди. – Сейчас.

– Я облажался, – последовал его хриплый ответ, когда его дыхание обдало мою щеку.–

Прости меня.

– Нет.– Мое сердце бешено забилось. – Ты ранишь мои чувства.

– Будь моей подругой снова, Моллой.

– Нет.– Покачав головой, я повернулась, чтобы посмотреть на него. – Ты сказал это, чтобы причинить мне боль, ты знал , что так и будет, и если я прощу тебя, ты только

снова причинишь мне боль.

– Да, я, вероятно, так и сделаю.– Зеленые глаза, такие одинокие и полные сожаления, опалили меня. – Но я не хотел.– Он резко выдохнул. – Я больше не причиню тебе боли

намеренно.

Случайно или намеренно; это все равно больно.

– Я не могу.– Прерывисто вздохнув, я сделала шаг назад. – Ты действительно причинил

мне этим боль.

– Мне не все равно.– Протянув руку, он схватил переднюю часть толстовки, в которую

я была одета – его толстовку – и сжал ткань в кулак, когда притянул меня к себе, наши

тела соприкоснулись. – Мне не все равно. Мне не все равно. Мне не все равно, -