Текст книги "Приказ номер один"

Автор книги: Гастон Горбовицкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)

ПОКА ТЫ СО МНОЙ
Пьеса в двух действиях, семи картинах

Действующие лица

ЦАРЬ.

ЦАРИЦА.

ЦАРЕВНА АГЛАЯ – старшая дочь.

ЦАРЕВНА АГРАФЕНА – средняя дочь.

ЦАРЕВНА МАРЬЯ – дочь младшая.

ШУТ ГОРОХОВЫЙ.

ИВАН – боярский сын.

БАБА ЯГА.

КОЩЕЙ БЕССМЕРТНЫЙ.

ЮНОША ЗАКОЛДОВАННЫЙ (Ч у д и щ е, А л е ш а).

ПЕРВЫЙ ПОСОЛ.

ВТОРОЙ ПОСОЛ.

ТРЕТИЙ ПОСОЛ.

БАРЫШНИ-БОЯРЫШНИ, РЯЖЕНЫЕ И ДРУГИЕ ОБИТАТЕЛИ ЦАРСТВА.

Действие первое

1

Хоровод барышень-боярышень, среди них и три дочери царские. Две старшие царевны – белые лебедушки, красавицы писаные, А г л а я  и  А г р а ф е н а – девицы в самом расцвете и в достоинстве женском; младшая царевна М а р ь я, М а ш е н ь к а, – подросток еще угловатый и шустрый, однако до девичьей стати остался ей один незаметный шажок… Плетут девушки с песнями кружевные танцы-узоры, круг образовали, а в нем царевны-ладушки… Смотреть любо-дорого!

Ц а р ь – б а т ю ш к а  и  Ш у т  Г о р о х о в ы й.

Ц а р ь (вздыхая). Снится мне Венеция…

Ш у т. Да бывал ли ты когда в той стороне, царь-батюшка? (Хмыкнув.) Венеция!..

Ц а р ь. Снятся мне заморские страны дальние, океаны – моря синие, буйные, горы зеленые… где не был никогда, да уж, видно, и не бывать мне!..

Ш у т. Чудно!..

Ц а р ь. Венеция – город, терема мраморные над водой… А ведь родина мне – луга заливные, рощи березовые, веселые, песенные? С чего бы это?

Ш у т. С безделья.

Ц а р ь. Земель навоевал, городов и крепостей заложил и основал, вражьих полчищ сокрушил несметно… Чего еще мне делать-то?

Ш у т. Вот дурью и маешься!

Ц а р ь (вновь вздыхая). И вообще… вроде как все про себя знаю теперь. Будущее свое вижу, как будто уже и его прожил? Все уже прожил, от люльки до погоста… (Иным тоном.) Становись.

Ш у т (опускаясь на колени). За правду-то?

Ц а р ь (бьет Шута посохом). Бьют только за правду. За ложь хвалят да награждают. (Посох обламывается.)

Ш у т (собирает обломки). Третий за день… (Потирая битые места.) Тебе соврешь, так ведь и вовсе не помилуешь! Служба…

Ц а р ь. А вдоль – мимо теремов мраморные лодки чудные плывут, песни сладостные играют… (Встрепенувшись.) Марья где?!

Ш у т (махнув). Хороводы водит.

Ц а р ь. С парнями?!

Ш у т. С подружками!.. Дитя еще! Что ты, ей-богу…

Ц а р ь (успокаиваясь). Ясное дело, дитя!

Ш у т. Это старшим твоим, Аглае да Аграфене, времечко разлюбезное подошло.

Ц а р ь. Не засидятся, кобылы, не тревожусь… Да! Подарки дочерям я обещал на рождество. Что ни пожелают!..

Ш у т. Они пожелают! Тут женский ум куда превыше мужского… Потрясешь казну!

Ц а р ь. Для моей казны – супротивного нет!.. Ну, пошли, делом займемся.

Ш у т. Две шашки вперед, чур!

Ц а р ь. Одну! Да посох новый неси, жилить больно научился…

Появляется  Ц а р и ц а – м а т у ш к а  со  с в и т о ю.

О, господи, пронеси!..

Ц а р и ц а (сварливо). Это где же тебя носит-таскает, батюшка? Высокие послы аудиенции дожидаются, а тебя днем с огнем не сыскать…

Ц а р ь. Матушка, ты бы уж сама с ними, а? Дела у меня. (Кивнув на Шута.) С ним.

Ш у т. Ага!

Ц а р и ц а. Дела у них!.. Корону-то на-ко вот, водрузи, водрузи!

Ц а р ь (надевая корону). Какую еще им аудиенцию-то?

Ц а р и ц а. Дела государственные я решила все, а теперь прием положено, да и потешить высоких гостей!

Являются  п о с л ы: П е р в ы й – разодетый кавалер с усиками, В т о р о й – в орденах с медалями, военная косточка; Т р е т и й – даже по виду толстосум.

П е р в ы й  п о с о л. Ваше величество, я очарован вашим гостеприимством, вашей природой, вашим…

Ш у т. Дворовыми девками твоими он очарован, ночи в резиденции не провел…

В т о р о й  п о с о л (чеканя шаг). Мир, мир и мир, ваше величество!

Ш у т. Сколько волка ни корми, все в лес смотрит!..

Т р е т и й  п о с о л. Ваше величество, продавать и покупать, покупать и продавать!

Ш у т. На рупь купит, да ведь за целковый и продаст!..

Ц а р и ц а. Да уймись ты!.. (Подав знак.) Эй!..

Вбегают  с к о м о р о х и  и  р я ж е н ы е, м е д в е д и  и  л е ш и е, к и к и м о р ы… Начинается потеха царская. Шут Гороховый – в самой гуще, заводила и запевала.

Ц а р ь (Царице, снимая корону). Так я пошел?

Ц а р и ц а. Тебя не плясать просят, а сидеть, сидеть!.. Корону водрузи!

Ц а р ь (надевая вновь корону). Сижу…

П е р в ы й  п о с о л (восторженно). Charmant! (Аплодирует.)

В т о р о й  п о с о л (так же). Ausgezeichnet! (Аплодирует.)

Т р е т и й  п о с о л (также). Beautiful! (Аплодирует.)

Медведи и лешие с кикиморами сбрасывают шкуры – маскарад – это те же парни и девки, что и скоморохи; пляшут все вместе.

Ц а р ь (встрепенувшись). Марья где?!

Ш у т. Да с подружками! (Повертев у виска.) Ей-богу!..

Ц а р ь. Пусть и она с нами потешится! (Зовет.) Маша!..

Ш у т (зовет). Марья-царевна!..

Ц а р ь. Машенька!..

Ш у т. Заигралась, видать… Маша!..

Ц а р ь. Машенька!..

М а ш а (вбегая). Здесь я, батюшка!.. Чего звал-то?

Ц а р ь. Да… (Растерянно.) Соскучился.

Вслед за Машей-царевной вбегает красавец парнишка  И в а н – б о я р с к и й  с ы н, – статный, ладный да нарядный.

И в а н. Куда же ты, Маша? (С налету обхватил Машу-царевну за плечики.) Чего сбежала?

Ц а р ь (медленно). Это еще…

Отпрянул в страхе Иван, увидев Царя.

Ц а р ь (загремев). …что еще за хороводы?!

М а ш а. Батюшка, да играем мы!

Ш у т (в страхе). Играют…

М а ш а (смеясь). Игра такая! Ловить друг дружку да пятнать!

Ц а р ь. Что еще за игра такая… (Махнув рукой.) Все вон.

Ц а р и ц а. Батюшка-государь, да что ты, ясный сокол, да ты опомнись, опомнись…

Ц а р ь. Сварю заживо. Вон. Все.

Ш у т (поспешно). Не прекословь, матушка, бровь левая у него прядает, не прекословь! Сварит, матушка…

Ц а р и ц а  со с в и т о ю, п о с л ы  и  с к о м о р о х и  торопливо удаляются…

Ц а р ь (Шуту, указав на Ивана). В смолу. Кипящую.

И в а н (на коленях). Помилуй, государь! Неповинен я перед тобой!..

М а ш а. Батюшка, да ты уж невесть и что в голову забрал? Игра это!

Ш у т. Игра детская… Подростковая… Забавы!

Ц а р ь. Ну… (Переводя дух.) Может, и так? Может, и так… Ладно! (Ивану.) С глаз долой.

И в а н – боярский сын исчезает.

М а ш а. Всю игру испортил!.. Сам тогда и играй! Вот.

Ц а р ь. Милая ты моя, да как же мне в хороводах да в прятки?

М а ш а. А как хочешь! Вот.

Ц а р ь. Поиграем, поиграем, дочечка!.. Идем к березке нашей!..

Березка с зарубками-отметинами.

Эта вот зарубка (наклоняется к самой нижней отметине) – год и месяц тебе исполнилось, встала ты с коленочек на ножки и пошла. За палец мой, правда, крепко держалась, но пошла.

М а ш а. И много прошла?

Ц а р ь. Да как считать… Вокруг меня все ходила, на то же место и пришла. Да мне-то казалось – полсвета отшагала! А вот зарубка – за грамоту я тебя, несмышленыша, впервые усадил, азбуку раскрыл с картинками…

М а ш а. С цветными, веселыми!

Ц а р ь. Веселыми!.. А эта вот отметина – горлом ты маялась, сердечная моя, таяла на глазах родительских.

М а ш а. А ты мне лекарей приводил да привозил отовсюду! Даже с Нового Света ладьями приплывали… А эта меточка – поправилась я, в лесные дубравы мы с тобой пошли гулять да играть!

Ц а р ь. А помнишь ли наши игры?

М а ш а. Как не помнить!.. (Тихонечко поет.) Чьи это ножки…

Ц а р ь (так же). Идут по дорожке… (Ведет Марью-царевну, как маленькую, вокруг березки.) Чьи это ножки…

М а ш а. Топ, топ, топ-топ!

Ц а р ь  и  М а ш а.

 
Чьи это ножки
Идут по дорожке?
 

Ц а р ь. Машины ножки…

М а ш а. Топ, топ, топ-топ!..

Ц а р ь. Топ, топ, топ-топ!.. А загадки-игры? Помнишь?

М а ш а. Ты спрашивал: кто идет со мною рядом – подай голос, чтобы мне знать?

Ц а р ь. А ты знай себе топала да помалкивала!

Обойдя березу, оба вновь появляются, и на минуты Маша-царевна – вновь малышка!

Кто идет со мною рядом – подай голос! Если воробышек – почирикай, если щенок – потявкай, если мышонок – попищи, если котенок – мяукни…

М а ш а. Мяу, мяу, мяу!

Ц а р ь. Так это котенок, оказывается! (Высоко поднимает дочь.) Ах, какой котенок, пушистый да ершистый!..

И еще круг у березы, и Маша-царевна вновь подросток.

Ц а р ь. А еще мы играли…

Вбегают стайкой подружки – б а р ы ш н и – б о я р ы ш н и.

Б а р ы ш н и – б о я р ы ш н и:

– Маша, иди, иди!

– Твоя очередь хоровод вести, царевна!

– Иди скорей!..

Ц а р ь (не сразу). Иди, милая.

М а ш а. Нет, подруги! Нет, милые! Я с батюшкой играю!

Б а р ы ш н и – б о я р ы ш н и. Ну, как желаешь!.. (Убегают.)

М а ш а. А еще мы играли…

Ц а р ь. А еще играли…

М а ш а. А еще…

Ц а р ь. А еще…

М а ш а. А еще на руках ты меня баюкал, долго-долго носил, пока не засну!.. Помнишь?

Царь берет Машу на руки, баюкает.

Ш у т. Да сел бы ты, присел, на коленях качал, ведь не ровен час…

Ц а р ь. Молчи! (Баюкает Машу.) Молчи, Шут Гороховый!.. Видишь, не засыпает?

М а ш а. Не урони.

Ц а р ь. Не уроню!

М а ш а. А про подарки к празднику помнишь?

Ц а р ь. Говори, что надумала!

М а ш а (соскочив на ноги). Надумала, надумала!.. Сестрицы! Аглаюшка!.. Грушенька!..

Вбегают царевны  А г л а я  и  А г р а ф е н а.

Сестрицы, батюшка наш желает знать, чем ему одарять нас к светлому празднику! Вот я и надумала…

А г л а я (перебивая). Мы первые!

А г р а ф е н а. Мы старшие!

А г л а я. Мы – невесты!

Ц а р ь. Ладно, по старшинству говорите, дочери мои милые!.. Может, тебе, Аглая, желательно золотой и серебряной парчи? Или мехов черного соболя? Или жемчуга бурмицкого, самого круглого да крупного?

А г л а я. Нет, батюшка, не желательно! Подари ты мне, батюшка, золотой венец заморский из каменьев самоцветных, и чтоб был от них такой свет, как от месяца полного, как от солнышка красного! И чтоб было от них светло в темную ночь, как среди дня белого.

Ц а р ь. М-да…

Ш у т. М-да!.. Я говорил.

Ц а р ь (Аглае). Будет тебе золотой венец заморский. Для моей казны – супротивного нет. (Аграфене.) Ты говори, дочь средняя.

А г р а ф е н а. И мне, батюшка, не желательно золотой и серебряной парчи, ни черных мехов соболя, ни ожерелья жемчуга бурмицкого, да и золота венца самоцветного! А подари ты мне, батюшка, зеркало из хрусталя восточного, цельного, беспорочного, чтобы, глядя в него, видела я всю красоту поднебесную… И чтоб, смотрясь в него, я не старилась и красота б моя девичья прибавлялась!

Ц а р ь. М-да…

Ш у т. М-да!.. Еще потяжелей тебе задачка!

Ц а р ь (Аграфене). Будет тебе зеркало хрустальное!.. Ну, а тебе что дарить, Машенька? Может, тебе, умница моя, золотой и серебряной парчи, да наших черных соболей сибирских? Им ведь и вовсе цены нет!

М а ш а. Мне, батюшка, не надо ни парчи, ни соболей, ни венца самоцветного, ни зеркала хрустального… Подари ты мне аленький цветочек.

Ц а р ь. Цветочек?

М а ш а. Аленький.

Ц а р ь. Всего-то?

М а ш а. Аленький цветочек, которого бы не было краше на бело́м свете!

Ц а р ь. Будет тебе любой цветочек…

Ш у т (встревая). Не торопись! Коли знаешь, что искать, то как не сыскать, а как найти то, чего сам не знаешь? Как же ты узнаешь, что краше его и вправду нет на всем белом свете?

Ц а р ь (покачав головой). Задала ты мне задачу потрудней сестриных… Но от слова своего я не отступлюсь. Будет тебе твой аленький цветочек!

Ш у т. Ну, и откуда же ты такие чудо-подарки раздобудешь, в толк не возьму?

Ц а р ь. Где тебе, дураку… (Зовет.) Послов ко мне!

Ш у т. Я дурак?

Ц а р ь (вновь нахлобучивает корону). Послов!.. (Шуту.) Кричи-кричи.

Ш у т (зовет). Послов к государю!.. Дурак я?

Ц а р ь. Не сомневайся. Послов к государю!..

Возвращаются  п о с л ы  и  Ц а р и ц а  со  с в и т о ю.

Не в службу, а в дружбу, господа послы! Шлите немедля гонцов в свои царства-государства за подарками дочерям моим милым. А нужен мне золота венец из каменьев самоцветных, зеркало из хрусталя восточного да еще аленький цветочек…

М а ш а. Краше которого не сыщется на белом свете!

Ц а р и ц а (ворчливо). Баловство…

Ц а р ь. Ну, а за наградой – не постою, нет супротивного моей казне!

Ц а р и ц а. Ох, баловство!..

П е р в ы й  п о с о л. Зачем слать гонцов, ваше величество… (По-особенному, да не единожды хлопает в ладоши, и вбегает его слуга с золотым венцом.) Не про этот ли золота венец ты речь ведешь?

А г л а я. Этот!.. Этот!..

Ц а р ь. Бери и владей, дочь старшая!

Царевна Аглая надевает чудо-венец, он сверкает, переливаясь всеми цветами радуги.

В с е:

– Чудо – чудное!

– Диво – дивное!

– Даже солнышка красного видать не стало!..

– Затмила царевна!..

А г л а я. Спасибо, батюшка! (Кланяется в пояс Царю, целует руку.)

Ц а р ь. Тебе спасибо, коли угодил!

Ц а р и ц а. Ох, ну баловство!..

Ц а р ь (Первому послу). Чем, говори, наградить тебя?

П е р в ы й  п о с о л. Это презент, ваше величество! Я настолько восхищен, изумлен, покорен и очарован…

Ц а р ь (перебивая). Нет, это не по-нашему! Это ведь от меня презент, а тебе плата положена… Эй! Слуги верные! Бочонок серебра послу! Два!.. Три бочонка!..

Катят  м у ж и к и  бочонки с серебром.

П е р в ы й  п о с о л. Я… сокрушен!

В т о р о й  п о с о л (выступая). А не это ли зеркало из хрусталя восточного имели вы в виду, ваше величество?

С л у г а  посольский ставит перед Царем зеркало хрустальное.

А г р а ф е н а. Это!.. Это!..

Ц а р ь. Бери и владей, дочь средняя!

В с е:

– Чудо – чудное!

– Диво – дивное!

– Вся красота поднебесная сияет!

– А красота царевны – ярче всего!..

А г р а ф е н а. Спасибо, батюшка! (Кланяется в пояс Царю, целует руку.)

Ц а р ь. Ну, рад, что и тебе, стало быть, угодил, дочь средняя!.. Эй! Слуги верные, расторопные! Золота бочонок послу!..

Ц а р и ц а. Ну, баловство! Ну, зла на тебя не хватает, батюшка…

В т о р о й  п о с о л (щелкнув каблуками и взяв под козырек). Ваше величество, просьба принять зеркало как знак внимания и уважения, во имя развития и укрепления…

Ц а р ь. …Два бочонка с золотом! Три!..

Катят  м у ж и к и  бочонки с золотом.

(Второму послу.) Плата уваженью – не помеха!..

В т о р о й  п о с о л. Нет слов, ваше величество!

Ц а р ь (Шуту). Ну, что, дурак? Видал?.. (Послам.) Спасибо, послы дорогие, выручили!.. (Вдруг.) А цветок? Аленький?

М а ш а. Краше которого нет на всем белом свете?

Послы томительно долго совещаются…

Ц а р ь. Видать по всему… гонцов рассылать придется? Так шлите скорей! Чтобы мне дочь младшую ничем не обидеть против старших! (Слугам.) Коней ведите, самых резвых, самых горячих!..

П е р в ы й  п о с о л. Ваше величество…

В т о р о й  п о с о л. …Незачем слать гонцов…

Т р е т и й  п о с о л. …Нет в наших державах цветочка аленького…

П о с л ы (вместе). …Краше которого нет на всем белом свете!

Пауза.

Ц а р ь. Да-а…

Т р е т и й  п о с о л. Вообще-то, цветы есть…

В т о р о й  п о с о л. …Всякие-разные!..

П е р в ы й  п о с о л. …И аленькие!..

П о с л ы (вместе). …Но вот чтобы – краше всех на белом свете…

Послы беспомощно пожимают плечами, разводят руками. Плачет Маша-царевна.

Ц а р ь (в расстройстве). Не плачь, дочечка… Что ты?..

Ш у т. Не плачь уж…

Ц а р и ц а (шипит). Не реви… Не хлюпай… Отца не трави!..

Ц а р ь. Что же это? Цветочек… Чтоб был мне цветок!

Ц а р и ц а. Откуда же взять, коли даже в других державах нет его, подумай-ка головой?

Ц а р ь. И думать не желаю!.. Чтоб был!.. Аленький!..

Ш у т (Царице). Не прекословь, матушка… Правая бровь у него заплясала, не прекословь… (Послам.) Думайте, господа послы, крепко думайте, может, чего и придумаете! А то ведь – и думать нечем будет…

Послы ожесточенно совещаются…

Т р е т и й  п о с о л (наконец). Ваше величество… Ваше величество, говорят… Говорят, есть требуемый цветочек.

Ц а р ь. Где?!

М а ш а. Где?!

Т р е т и й  п о с о л. Где!.. За тридевять земель…

В т о р о й  п о с о л. …В тридевятом царстве…

П е р в ы й  п о с о л. …В тридесятом государстве…

П о с л ы (вместе). И будто бы действительно краше его нет на всем белом свете!

Т р е т и й  п о с о л (уточняя). Говорят…

Ц а р ь (в растерянности). Как же его добудешь? И кому пути-дороги туда ведомы? В тридевятое-то царство!..

М а ш а. Вот и осталась я без подарка к празднику… (Утирая капающие слезки.) Ну, что ж!.. Что же!.. Что ж!..

Ц а р ь. Как это – без подарка?! Трубачи! Сбор! Сбор трубите!..

Трубачи трубят.

Коня верного мне седлайте!..

Ц а р и ц а (не выдержав). Батюшка, да что ты? Да чего это тебя, сокол ясный, приподняло да шлепнуло?

Ц а р ь. Войско мне снаряжайте!..

Трубы трубят, слуги облачаются в воинские доспехи.

Ц а р и ц а. Охти мне!.. Да куда ты, опомнись, опомнись?!.

Ц а р ь. За тридевять земель, в тридевятое царство, в тридесятое государство!.. Где меч мой двуручный?

Г о л о с а:

– Меч двуручный царю-государю!

– Меч!

– Меч!..

Ц а р и ц а (Маше). Попроси ты у отца чего другого!

М а ш а. Хочу цветочек…

Ц а р и ц а (Царю). Забаловал!.. (Маше.) Любое другое попроси! Кому сказано!

М а ш а. Аленький…

Ц а р и ц а. Баловал ты ее, отец, свыше всякой меры, вот что я тебе скажу!.. Поход снаряжает, дурень старый!..

Ц а р ь. Уж и баловал…

Ц а р и ц а. А говорила! А предупреждала!.. Еще когда ты дверные ручки во всех светелках дворцовых перебить к самому полу повелел! Чтобы ей, малявке этакой, дотянуться было сподручней… Идешь, помню, как поклоны кладешь на каждом шагу! (Изображает.) Пока поясница не переломится… Вот и аукнулось тебе!

Ц а р ь. Ну, баловал, ну?

Ц а р и ц а. Где бы лаской, а где бы строгостью, строгостью!..

Ц а р ь. Ты вот строжила, как на весах все меряла, по ученым книгам воспитывала, чужеземным да доморощенным, ну и что? Проку много ли тебе?

Ц а р и ц а (всплеснув руками). А как же воспитывать-то?

Ц а р ь. А этого, мать моя, никто не ведает.

Ц а р и ц а. Может, и вовсе не надобно?

Ц а р ь. Понимать их надо. У них ведь – тоже сердечки стучат?.. Коня мне!

Г о л о с а:

– Коня царю-государю!..

– Коня!..

– Коня!..

Ш у т. Коня ему! Войско ему!.. Разбегутся все, попрячутся, решат – войной идешь! Какое уж там будет цветок искать…

Ц а р ь. А верно! (Поразмыслив.) Отставить войско и коня…

Г о л о с а:

– Отставить войско и коня!..

– Отставить!..

Трубачи трубят отбой.

Ц а р ь. …Как же быть?

Ш у т. Дурак я, мне откуда знать?

Ц а р ь. Не гневайся, ладно…

Ш у т. С дурака – какой спрос?

Ц а р ь. Говори, да дело, не то ведь и четвертого посоха не пожалею.

Ш у т (тут же). Одному идти тебе надо. Да переодетому. К примеру, купцом странствующим.

Ц а р ь. Одному! Верно…

Ш у т. Одному. Разве что… меня прихватишь?

Ц а р ь. Нужен ты мне!.. Эй! Слуги верные, расторопные! Подать мне одежу купеческую, новую, справную, да товаров всяких-разных!..

С л у г и  несут Царю одежду и товары.

Пойду я, дочечка моя милая, за подарком твоим, краше которого нет в белом свете, и знай, без цветочка аленького – не вернусь! (Царице.) Царство – на тебя оставляю. Все норовишь ровней мне быть, вот и… (хмыкнув) царствуй! На здоровье…

Ц а р и ц а. Не пущу!

Ц а р ь (переодеваясь купцом). Пустишь…

Ц а р и ц а. Поперек лягу – не пущу!

Ц а р ь (переодеваясь). И ложиться не станешь, ни вдоль, ни поперек!..

М а ш а. Батюшка, может, не надо?

Ц а р ь. Надо.

М а ш а. Может, и вправду не надо, батюшка? Балуешь…

Ц а р ь. А что ж мне еще-то делать? (Ко всем.) Ну, прощайте, чада и домочадцы, послы дорогие и слуги мои верные! Живите в мире и согласии!..

Все низко кланяются Царю, уже переодевшемуся купцом, и он всем кланяется.

В с е:

– Счастливо, царь-государь!

– Счастливого пути, ваше величество!

– Возвращайся скорей, государь наш батюшка!..

М а ш а (бросившись отцу на шею). Батюшка, не уезжай! Не надо мне цветочка аленького, только бы ты был со мной!..

Ц а р ь. Не было такого, чтобы я обещанного тебе не исполнил, и не будет! Прощай, Машенька!.. Прощайте все! (Уходит.)

2

Ц а р ь, переодетый купцом; лес дремучий, избушка на курьих ножках об одном окошке стоит к лесу дверью, а к Царю глухой стеной.

Ц а р ь. Эй! Есть здесь кто?..

Царь заходит со стороны дверей, но избушка на курьих ножках вновь поворачивается к нему стеной.

Избушка, избушка! Стань по-старому, как мать поставила, – к лесу задом, ко мне передом!

Избушка разворачивается наконец дверью. Выходит  Б а б а  Я г а: молодая, красивая – огонь!

Б а б а  Я г а. Что надо?

Ц а р ь. Это ты… Баба Яга?

Б а б а  Я г а. Я.

Ц а р ь. Ведьма?

Б а б а  Я г а. Ведьма. Что надо?

Ц а р ь (удивленно). Да ты… не страшная!

Б а б а  Я г а. Думаешь, купец, какая-нибудь дряхлая старушонка в ступе и с помелом – страшней? (Прошлась.) Ха-ха!.. Ладно, говори, что надо?

Ц а р ь. Цветочек я ищу…

Б а б а  Я г а. Цветок?

Ц а р ь. Аленький!

Б а б а  Я г а. Аленький… Аленький, аленький!.. Будет!

Ц а р ь. Будет?!

Б а б а  Я г а. Ведьмы слов на ветер не бросают.

Ц а р ь. Ну… спасибо! Уважила! Понимаешь ли, дочь младшая, Марья, в подарок просит…

Б а б а  Я г а. Понимаю, как не понять!.. Понимаю, понимаю… Будет.

Ц а р ь. Спасибо тебе! (Вдруг.) Послушай… И ты, это самое… действительно не оборотишься в старую старуху, что лежит на печи, на девятом кирпичи, зубы на полке, а нос – в потолок врос?

Б а б а  Я г а. И нога костяная?

Ц а р ь. И нога.

Б а б а  Я г а. А ты сам погляди!.. (Обнажает ногу.)

Ц а р ь. М-да… (Опускает очи долу.)

Б а б а  Я г а. Нога у меня – золотая!.. Гляди сам!

Ц а р ь. Золотая…

Б а б а  Я г а. И другая!.. (Обнажает вторую ногу.) Гляди-гляди!..

Ц а р ь. И другая… М-да!..

Б а б а  Я г а. Да ты присядь, купец, отдохни! Путь у тебя, видать, дальний!.. Закусить чем бог пошлет не желаешь?

Ц а р ь. Благодарствую!

Б а б а  Я г а. Все будет. (Произносит шепотом непонятные слова.) Явись, скатерть-самобранка!..

Баба Яга произносит еще непонятные слова, и является скатерть-самобранка, уставленная яствами, лакомствами всевозможными да питием.

Б а б а  Я г а. Отведай, сделай милость!

Ц а р ь. Отведаю.

Б а б а  Я г а (наливая чарку и поднося Царю). Уж и выпей!

Ц а р ь. Не откажусь!.. Эх, и чего у тебя только нет?

Б а б а  Я г а. Ни у кого того нет, а у меня – не переводится!.. Чем бы еще потешить мне гостя дорогого?

Баба Яга снова произносит непонятные слова; звучит бесовская музыка. Баба Яга танцует вокруг Царя, выставляя то одну золотую ножку, то другую… да незаметно меж тем опутывая гостя сетью из серебряных нитей.

Ц а р ь. Живут же люди! То бишь… черти! (Вдруг.) Где ж цветочек аленький? Не томи!

Б а б а  Я г а. Успеется! Все успеется!.. (Танцуя.) Ах, гость дорогой! Ах, гость любезный!.. (Приглашая Царя-купца в танец.) Сплясать сам не желаешь ли?

Ц а р ь. Желаю!.. (Пробует и сам плясать и еще больше запутывается в сети.) Могу!..

Б а б а  Я г а. Плясал бы ты так со старой ведьмой, хрычовкой колченогой? Ах, гость дорогой!.. Ах, гость разлюбезный!.. (Увидев, что Царь совсем запутался в серебряной сети, останавливается вдруг.) Эй, черти! Дьяволы! Чертенята и дьяволята! Сатанята, ведьмочки и бесенята!..

С воплями, гиканьем и воем влетает  н е ч и с т а я  с и л а, начинает отплясывать вокруг спеленутого Царя-купца.

Котел ставьте!.. Огонь разводите!..

Рогатые и хвостатые с ужимками и прыжками волокут котел, поленья, хворост.

Ц а р ь (спеленутый). Лгунья…

Б а б а  Я г а. Аленький цветочек ему понадобился, видали? Ха-ха-ха!..

Н е ч и с т а я  с и л а:

– Ха-ха-ха!

– Хи-хи-хи!

– Хо-хо-хо!

– Аленький цветочек!.. У-ху-ху-ху!.. Ха-ха!..

Приплясывая, нечистая сила разводит под котлом огонь.

Ц а р ь. Лгунья чертова!..

Б а б а  Я г а. Аленький цветочек ему подавай! Видали? В котел его!..

Н е ч и с т а я  с и л а (с энтузиазмом):

– В котел!.. В котел!..

– Сегодня у нас жаркое!

– На первое и второе!

– Сегодня – царский обед!

– Ждали его – сто лет!..

Рогатые и хвостатые волокут Царя к котлу, под которым уже вовсю полыхает огонь.

Б а б а  Я г а. Страшно небось?

Ц а р ь. Дура баба!.. Не страх меня гложет, не смерти я боюсь, а вот что слово не сдержу, что младшей дочери своей дал, – об этом печалюсь!..

Б а б а  Я г а. Недолго уж тебе печалиться, не переживай… В котел, в котел!..

Царя опускают в котел; нечистая сила, во главе с Бабой Ягой, приплясывая, готовится к трапезе – застолью… А один из чертей, – особенный черт, – потихоньку, но сноровисто, растаскивает да гасит одно полено за другим из-под котла…

Н е ч и с т а я  с и л а:

– Готово ли жаркое?

– Ух, как жрать хочется!..

О с о б е н н ы й  ч е р т (забравшись в котел). Вылезай, царь-батюшка, да не мешкай!.. (Приподнимает маску с рогами – это Шут Гороховый.)

Ц а р ь. Ты?! Откуда?!

Ш у т (освобождая Царя от сети). Так ведь если б тебя, твое величество, на жаркое употребили, у кого бы мне в шашки выигрывать? Второго такого-то игрока хренового поискать!..

И является вдруг Царь из котла – цел и невредим.

Ц а р ь. Вот вам… жаркое!

Н е ч и с т а я  с и л а (онемев):

– В воде не утонул…

– В огне не сгорел…

Ц а р ь. Что, ведьма?

Б а б а  Я г а (онемев). Кто в воде не утонет и в огне не сгорит, тот и меня уморит!..

Ц а р ь (загремев). …Где ваше жаркое?! А ну, лезь в котел, нечистая сила!.. (Шуту.) Разводи огонь пожарче!.. Наш черед хозяйничать!..

Шут уже хлопочет у котла.

(Бабе Яге.) Первая лезь!.. Первая!

Ш у т (лупит поленом рогатых и хвостатых). Лезь!.. Лезь в котел, нечистая сила!..

Нечистая сила с жалобными воплями разбегается кто куда; Царь ловит Бабу Ягу за волосья.

Ц а р ь. Куда, золотая нога?

Б а б а  Я г а. Прости меня, купец!..

Ц а р ь. Сейчас будет нога костяная… Лезь!

Ш у т (Царю). Все готово. Кипит.

Б а б а  Я г а. Прости, купец, пожалей, пощади!.. Может, еще пригожусь тебе!..

Ц а р ь. Прощу, коли отдашь, да немедля, цветочек аленький!

Б а б а  Я г а. Нету у меня цветочка…

Ц а р ь. Лезь!

Ш у т. Лезь, лезь!

Б а б а  Я г а (поспешно). Был он у меня, был! И жила я по-другому, и была я другая… Ах, какая я была!.. Сила в нем особая, светлая… Непостижимая! Отобрал у меня аленький цветочек Кощей Бессмертный!

Ц а р ь. У Кощея он?

Б а б а  Я г а. Отбери у него цветок, купец!

Ц а р ь. Отберу.

Б а б а  Я г а. Добром не отдаст – убей!

Ш у т. Бессмертного-то?

Ц а р ь. Верно!..

Б а б а  Я г а. А я вам тайну его открою. (Шепотом.) Страшную тайну! Смерть Кощея… на кончике золотой иголки!

Ш у т. А где эта игла?

Б а б а  Я г а. В яйце!

Ц а р ь. А яйцо где?

Б а б а  Я г а. В утке!

Ш у т. А утка?

Б а б а  Я г а. В зайце!

Ц а р ь. А заяц?

Б а б а  Я г а. В сундуке хрустальном!

Ш у т. Где сундук?

Б а б а  Я г а. На вершине дуба могучего, что верхушкой в небо упирается!

Ц а р ь. Дуб где?

Б а б а  Я г а. На острове пустынном!

Ш у т. А остров?

Б а б а  Я г а. Посреди моря синего! На иголке шишечка, сломать ее, и Кощею – смерть!.. Только если что – уж не проговоритесь, что от меня узнали!

Ц а р ь. Ну, коли не соврала… Прощаю тебя!

Ш у т. Лучше бы – в котел…

Б а б а  Я г а. Уж пожалейте!.. Уж!

Ц а р ь. Ладно!.. (Отпускает наконец Бабу Ягу.) Дорогу только нам укажи, где Кощея искать?

Б а б а  Я г а. А вон туча черная надвигается, ветер поднимается… Иди навстречу! Кощей летит…

Б а б а  Я г а  прячется в избушку на курьих ножках, и та сразу же разворачивается задом…

Ш у т. Какой ветер… Буря! Грозен Кощей…

Ц а р ь. Будет дело…

Ш у т  Г о р о х о в ы й  и  Ц а р ь  прячутся в страхе. Прилетает  К о щ е й  Б е с с м е р т н ы й.

К о щ е й. Фу, фу! Русской кости не слыхать, видом не видать, а Русью пахнет!.. Кто тут живой, выходи!

Ц а р ь (выходя). Здравствуй, Кощей!

Ш у т (выходя). Здравствуй, Кощей…

К о щ е й (уточняя). Кощей Бессмертный.

Ц а р ь. Пусть! А я, стало быть…

Ш у т. Купец.

Ц а р ь. Купец, ага.

К о щ е й. Очень приятно. Фу! Фу!

Ц а р ь. Хожу вот по белу свету, ищу разные чудеса-диковинки! А если увижу какую редкость – за ценой не постою. (Потряс кошельком.) Нет супротивного моей казне!..

К о щ е й. Очень, очень приятно!

Ц а р ь. Не слыхал ли и ты, Кощей, про что-нибудь такое… Этакое… Скажем, краше чего нет на всем белом свете?

К о щ е й. Скажем, про цветочек?

Ц а р ь. Ага!

К о щ е й. Аленький?

Ц а р ь. Вот-вот!

К о щ е й. Знаю. Я все знаю.

Ц а р ь. Где он?

К о щ е й. Фу, фу! Слушай, царь, не морочь голову и не пудри мне мозги. Я и про тебя все знаю. Ты еще подумать толком не успеешь, а мне твоя мысль уже известна!

Ц а р ь. Ну, коли так… Отдай цветок?

К о щ е й. Не отдам.

Ц а р ь. Отдай, сделай милость.

К о щ е й. Не отдам!

Ш у т. Отдавай, Кощей.

К о щ е й (уточняя). Кощей Бессмертный.

Ш у т. Это мы еще проверим…

Ц а р ь. Ты, видать, неглуп человек. Коли надумал я подарок дочери, так я его из-под земли добуду.

Ш у т. Отдавай подобру-поздорову!

К о щ е й. Фу, фу! Ни за что!

Ц а р ь. Что ж, твоя воля… Придется тебя убить.

Ш у т. Не взыщи, брат!

К о щ е й. Меня?

Ц а р ь. Тебя.

Кощей смеется, прямо-таки катается со смеху по земле.

К о щ е й. Так я же бессмертный, вы что, не понимаете?

Ц а р ь. Станешь смертный.

К о щ е й. Нельзя меня убить! (Вновь заливается.) Помрешь с вами… Я же бес-смерт-ный!

Ш у т. Где же твоя смерть?

К о щ е й. Не скажу! Впрочем… вы и сами знаете!

Ц а р ь. То-то и оно!

К о щ е й. Ну, припомню я это Бабе Яге чертовой, припомню…

Затряслась мелкой дрожью избушка на курьих ножках.

Ох, припомню!..

Ш у т. Посреди сине моря, на острове пустынном, дуб стоит могучий, верхушкой в небо упирается, на вершине дуба сундук хрустальный, в сундуке – заяц, в зайце – утка, в утке – яйцо, в яйце – иголка золотая, шишечку отломить…

К о щ е й. А вы попробуйте! Фу, фу, фу! Попытайтесь!.. Не добраться вам до моей смерти! Сколько уже пробовали да пытались – вся дорога костями белеет!.. А я – вот он!

Ш у т. Задача!..

Ц а р ь. Задача…

К о щ е й. Так-то вот, други любезные! Уж я себя надежно обезопасил, коли прожил семь тысяч лет!..

Ц а р ь. Семь тысяч?

К о щ е й (кивнув). И еще семь лет!.. Нет, бессмертный я, какой разговор? А пока я жив – не видать вам аленького цветочка, ваше величество! Фу, фу!..

Ц а р ь. Слушай… и все семь тысяч и еще семь лет сидишь и трясешься над собой?

К о щ е й. А ты разве не хотел бы столько прожить?

Ц а р ь. Это… как? Детей своих пережить? Внуков и правнуков? Друзей и товарищей?..

К о щ е й. А у меня их нет! Никого нет!

Ц а р ь (покачав головой). Мне своего веку хватит… Сколько уж на роду написано! Только бы лихом не поминали… Я ведь чего в дальний путь тронулся? Цветочек аленький дочери младшей, Машеньке, понадобился…

К о щ е й. Сдался ей цветочек этот! Перебьется!.. Фу, фу!

Ц а р ь. Не понимаешь ты, нет! Вот думаю я все… Все думаю… Не пропустил ли чего? С лаской да заботой? С подарком да просто словцом добрым? Это ведь говорят только – чужие, мол, дети быстро растут. Свои-то еще быстрей вырастают… Если дороги тебе и милы! Понимаешь ли, должен ей быть цветочек. Ни в чем и никогда не отказывал я ей! Ведь жить-то ей – с людьми. Всякое будет. Ох, всякое! Добра даром не сделают… Пусть хоть один человек будет для нее бескорыстен да безотказен! Светлей жить ей будет…

К о щ е й. Понимаю тебя, понимаю… А цветка – не дам!

Ц а р ь (в гневе). Пеняй тогда на себя!.. (Шуту.) Идем!

Ш у т. Куда?

Ц а р ь. За смертью Кощеевой!

К о щ е й (хохочет). Счастливого пути!.. Фу-фу!.. Счастливенько вам!..

Поднимается буйный ветер, К о щ е й  Б е с с м е р т н ы й  улетает.