Текст книги "Приказ номер один"

Автор книги: Гастон Горбовицкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Приказ номер один

Мари, моей дочери

Автор

ПРИКАЗ НОМЕР ОДИН
Пьеса в двух действиях

Действующие лица

ХАБАРОВ ПЕТР ВАСИЛЬЕВИЧ.

НИКИФОРОВА ВАЛЕНТИНА НИКОЛАЕВНА.

БАРДИН ГЕРАСИМ.

ПРОКЛОВ ПАВЕЛ ИВАНОВИЧ.

ОРЛОВА ТАТЬЯНА.

ПОЛОЗОВ МАТВЕЙ ГРИГОРЬЕВИЧ.

КРАСИНА ОЛЬГА БОГДАНОВНА.

Господин ХАСКЮЛЯ.

Действие первое

Просторный кабинет. Стол совещаний, современная мебель, по стенам – планы, макеты горно-обогатительных комбинатов – ГОКов. В центре – портрет Маркса. Над столом фотография славной девчушки лет восьми, в очках, с косичками.

За дверями кабинета, когда они открываются, приемная-холл и помещения проектных отделов, секторов.

На часах над столом  Х а б а р о в а  – девять.

Х а б а р о в (по телефону). …Если уж с утра тридцать восемь и четыре – ничего, выходит, ей не помогло!.. Звони, мать, сразу. (Опустив трубку, сжимает голову в отчаянии; после паузы тихо, горько поет.)

 
Лет семнадцать я была,
По людям ходила,
Где качала я детей,
Где коров доила…
 

(Набирая новый номер.) Привет! Снова я… Ничего, поговоришь в пальто, как с пентрексилом?.. Ты же – номенклатура, попробуй через обком? Сделай же, а? Сделай!.. (Опускает трубку.) Тридцать восемь и четыре с утра!.. (Снова поет в отчаянии.)

 
Подоивши я коров,
В хоровод ходила,
В хороводе я была
Девушка красива.
Я красива и бела,
Да плохо я одета…
 

(Телефонный звонок, Хабаров снимает трубку.) Хабаров. Господин Хаскюля будет в девять пятнадцать, что вы все дергаетесь? Третий звонок!.. Подпишем протокол – доложу на самый верх. (Опускает трубку.)

Входит  Г е р а с и м  Б а р д и н.

Б а р д и н. Я могу видеть нового главного инженера проектного отделения объединения «Металл» Хабарова П. В.?

Х а б а р о в. Все привыкаешь?

Б а р д и н. Все отвыкаю от тех лет, когда здесь сидел другой, кость ему в горло.

Х а б а р о в (кивнув на кресло рядом). Что у тебя?

Б а р д и н (усевшись). Лапочке тут одной требуется отзвонить. В отделе не могу – коллектив приостанавливает работу, непроизводительные потери!..

Х а б а р о в. Через коммутатор – городской не занимай.

Замигала на селекторе сигнальная лампочка вызова, сопровождая продолжительные требовательные звонки; Хабаров снимает трубку.

Хабаров.

Г о л о с  с е к р е т а р ш и. Петр Васильевич, доло́жите немедленно о подписании протокола с проектно-строительной фирмой Хаскюля – генеральный директор ожидает.

Х а б а р о в. Знаю.

Г о л о с  с е к р е т а р ш и. Немедленно, Петр Васильевич. (Меняя интонации, скороговоркой.) Только что по объекту Коноярви Максима Филипповича запрашивала Москва – Госкомитет… Учтите!

Х а б а р о в. Спасибо, Люда. (Опускает трубку.) Через секретаря.

Б а р д и н. Сам он снимет трубку, чтобы лично сердечно поздравить тебя при успехе с финской стороной. Либо, чтобы разъяснить, тоже лично и чистосердечно, что ты – не оправдал, что не соответствуешь занимаемой должности, – это в случае завала дела. (Набрав номер.) Занято… Значит, на основании нашего генерального плана, фирма Хаскюля будет строить для нас город Коноярви при будущем горно-обогатительном комбинате Коноярви. Проектировать и строить, дом за домом, микрорайон за микрорайоном…

Х а б а р о в. Кроме первого микрорайона.

Б а р д и н. Да. Точнее, временного поселка строителей…

Х а б а р о в. Нет! Точнее – первого микрорайона города.

Б а р д и н (пожав плечами). …Который со всеми инженерными сетями и сооружениями запроектировали мы сами, при Проклове еще, торопились, дергались, а ты теперь маринуешь, не подписываешь чего-то уже готовые рабочие чертежи? (Кивнув на рулоны чертежей на столе Хабарова.) Они, родимые?

Х а б а р о в. Они.

Б а р д и н (набирая раз за разом номер телефона). Тут такой стебелек, понимаешь… В отпуск с собой беру. Кстати, заявление, вот… (Кладет перед Хабаровым бумагу.)

Х а б а р о в (вдруг). Не медик?

Б а р д и н (помотав головой, опускает трубку). Занято!..

Х а б а р о в. Аптечный персонал, может?

Б а р д и н (вновь помотав). Зачем тебе?

Х а б а р о в. Герасим, слушай, не может такого быть, чтобы во всем твоем… контингенте не нашлось ни одной со связями в медицине?

Б а р д и н. Требуется что?

Х а б а р о в. Пентрексил. В ампулах.

Б а р д и н. Переведи.

Х а б а р о в. Антибиотик. Новейший. Даже не из соцстраны, из кап.

Б а р д и н (сочувственно). Затянулось… с дочкой-то?

Х а б а р о в (не сразу). В Военно-медицинской академии сказали прямо – единственное средство.

Б а р д и н. Пентрексил… Попробуем! (Набирая номер.) Не объявлялся долго, может и трубку бросить… Отпуск отметим?

Х а б а р о в. Соответственно. (Подписывает заявление Бардина.) Кстати!.. Как я у тебя – почему-то непременно присутствует очередная лапочка?

Б а р д и н. Мешает? Укажу!

Х а б а р о в. С подружкой присутствует.

Б а р д и н. Совпадения… Что, не те подружки?

Х а б а р о в. Герасим, все, что мужья практикуют после женитьбы, я успел до.

Б а р д и н. Чистое совпадение!.. (С улыбкой.) Ладно, учтем. Вчера, кстати, вечер просидел в абсолютном одиночестве, в размышлениях над этим самым финским проектом… Бывший главный, Проклов, в отпуске еще?

Х а б а р о в. Должен выйти сегодня.

Б а р д и н. С ним – непросто тебе будет!

Х а б а р о в. Это – ему со мной… И к чему ты пришел в размышлениях над финским проектом?

Б а р д и н. Думаю, к тому же, к чему и ты.

Х а б а р о в. Теоретически.

Б а р д и н. Практически какое значение имеет сейчас, сегодня оценка проекта?

Х а б а р о в. Проект, по которому финны предлагают начинать строить нам город Коноярви, хороший или плохой?

Б а р д и н. Стройку комбината Коноярви начинать через три месяца, то есть завтра, поэтому чисто практически…

Х а б а р о в. Хороший проект или плохой?!

Б а р д и н. Слишком хороший, поэтому – плохой! Поэтому в самый канун пуска – неосуществимый, поэтому – начинать нам по временным схемам, по этим вот чертежам, поэтому… Они же сразу телевизионно-радиорелейную станцию закладывают!

Х а б а р о в. Все! Спасибо.

Входит  Н и к и ф о р о в а.

Н и к и ф о р о в а. Финна еще нет?.. Привет!

Х а б а р о в. Привет. У них это не принято.

Н и к и ф о р о в а. Что именно?

Х а б а р о в. Являться раньше. Как и опаздывать.

Б а р д и н (у телефона). И у этой занято… (О Никифоровой.) Какая женщина! А – одета?.. Сразу понятно – ответственный деятель.

Н и к и ф о р о в а. То есть?

Б а р д и н. Как из Дома мод.

Н и к и ф о р о в а. Прилично одета – и чувствуешь себя уверенней!.. Как деятель – тоже. (Достает из портфеля коньяк, рюмки, нарезает лимон.)

Б а р д и н (Никифоровой). Попутно вопрос председателю месткома: а как вы списываете этот представительский коньяк? (Безуспешно набирая номера телефонов.) Статьи такой вроде как и нет в смете расходов фонда предприятия?

Н и к и ф о р о в а. По статье – боржом.

Б а р д и н. Уже интересно!

Н и к и ф о р о в а. Три ящика боржома для совещаний – коньяк!..

Б а р д и н. Лично я бы узаконил статью: коньяк для приемов и совещаний.

Н и к и ф о р о в а. Перспективная мысль.

Б а р д и н. Кстати, ни одно совещание у тебя не сорвалось бы из-за отсутствия кворума. Ни один не отсутствовал бы даже при самой уважительной причине…

Н и к и ф о р о в а (заканчивая сервировку, Хабарову). Подпишем протокол – сразу генеральному директору.

Х а б а р о в. Знаю.

Н и к и ф о р о в а. Ты генеральному, он – в комитет…

Х а б а р о в. Большая политика. (Вдруг.) Знаешь, господин Хаскюля специально изучил русский для ведения совместных с нами работ…

Н и к и ф о р о в а. И что?

Х а б а р о в. Отношение к делу!.. Кстати, Валентина Николаевна, что в протоколе подписывать будем? Проект хороший или плохой?

Н и к и ф о р о в а. Петр Васильевич, однозначного ответа здесь нет…

Х а б а р о в. Должен быть. Хороший или плохой?

Н и к и ф о р о в а. Они предлагают с ходу строить курорт Сочи на стройплощадке у Полярного круга, в дремучем лесном бездорожном краю, это хорошо или плохо?..

Х а б а р о в. Все! Спасибо.

Торопливо входит  О р л о в а.

О р л о в а. Здравствуйте всем! Петр Васильевич, не начали еще?

Б а р д и н. Финн, полагаю, и не согласился бы без тебя?

О р л о в а (игнорируя Бардина). Петр Васильевич, пока не начали, с вас три рубля.

Хабаров отдает Орловой деньги.

Даже не спросите – на что?

Х а б а р о в. Важен отрадный факт в коллективе, Таня, а день ли рождения, свадьба ли…

Б а р д и н (дозвонившись, наконец). Лариса?! Лапочка, я это, Герасим!.. (Оглянувшись на Орлову, резко меняет интонации.) Ясно. Потом. Уезжал. Потом, сказано. На Шпицберген. Слушай, нужен пентрексил.

Х а б а р о в. В ампулах!

Б а р д и н (по телефону). В ампулах! Кровь из носу… Хоть из-под земли! Потом. Это – потом. Всё – потом!

О р л о в а (в пространство). Потом – суп с котом!.. (Хабарову.) Петр Васильевич, не свадьба и не день рождения, вы не в курсе? Юбилей!..

Орлова умолкает, увидев входящего  П о л о з о в а; за ним входит  К р а с и н а – не глядя, кивает всем, садится в конце стола.

П о л о з о в. Петр Васильевич, доброе утро… Девочка как?

Х а б а р о в (не сразу). Худо…

П о л о з о в. Да-да-да… И школу пропускает?

Х а б а р о в. Какая школа…

П о л о з о в. Вы знаете, Петр Васильевич, у меня есть знакомый гомеопат, к нему – запись за полгода, но я учился в свое время с первой женой его сводного брата по материнской линии…

Х а б а р о в. Пентрексил нужен, Матвей Григорьевич.

П о л о з о в. Так-так-так… Пентрексил!.. Со мной служил, при нэпе еще… Сестра его жены какая-то важная шишка в Главном аптечном управлении!.. (Роется в записной книжке с рассыпающимися листами.) Так-так…

Х а б а р о в. Матвей Григорьевич, как вам финский проект?

П о л о з о в. Понимаю вас, Петр Васильевич, всегда придерживался ваших позиций… Но можем ли мы отрываться от реальностей именно сейчас, накануне досрочного пуска стройки? Трудности быта для строителей, их семей… где-то неизбежны, Петр Васильевич! Каких-то год-полтора…

Х а б а р о в. Целых год-полтора!

П о л о з о в. Впоследствии, с развитием комбината и города…

Х а б а р о в. Спасибо, Матвей Григорьевич. (Пауза.) Да…

Н и к и ф о р о в а. Полагаю, Петр Васильевич, в протоколе должны быть гибко и умно зафиксированы, наряду с бесспорными достоинствами проекта, и определенные недостатки, что оставит за нами некоторую свободу маневра… При стыковке инженерных решений их микрорайонов и нашего…

Х а б а р о в. Понимаю! Понимаю, что стороны должны прийти к гибкому и умному итогу… Не вчера родился! Приготовьтесь аплодировать моему пониманию!..

На электрифицированных часах – девять пятнадцать. Появляется  г о с п о д и н  Х а с к ю л я – спортивно подтянутый, в весьма простеньком костюме и цветной рубашке с ярким галстуком.

Х а с к ю л я. Здравствуйте, господин Хабаров. (Общий поклон.)

Х а б а р о в. Здравствуйте, господин Хаскюля. Прошу. Руководители отделов и секторов… (Представляя Полозова.) Энергетический отдел… (Представляя Бардина.) Сектор вычислительной техники… (Представляя Красину.) Сантехника… (Представляя Орлову.) Связь… (Представляя Никифорову.) Сектор экономики, главный экономист. (Ко всем.) Прошу!

Присутствующие рассаживаются за столом совещаний.

(К Хаскюля.) Сегодня нам предстоит рассмотреть представленные вами технические предложения совместной работы по будущему городу строителей и горняков Коноярви…

Х а с к ю л я. И подписать протокол согласований.

Х а б а р о в. Или – разногласий.

Х а с к ю л я. О, да!.. Простите, господин Хабаров, господина Проклова сегодня с нами… не будет?

Х а б а р о в. Будет.

Х а с к ю л я (озабоченно). Будет. Тогда вы разрешите, не ожидая… разногласий (разворачивает чертеж), я прокомментирую наши технические предложения?

Х а б а р о в. Прошу. (Уводя Хаскюля к настенному плану.) Здесь будет наглядней… Какие места, а?

Х а с к ю л я. Природа!

Х а б а р о в. Лапландия!.. Недаром именно в эту сказочную страну и летал Нильс!

Х а с к ю л я (оживившись). Нильс, да, да!.. Думал ли он, что мог бы заодно открыть уникальное месторождение железной руды?

Н и к и ф о р о в а (вполголоса). Петр Васильевич…

Х а б а р о в. Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями, неужели забыли, Валентина Николаевна?

Х а с к ю л я. А славный гусь Мартин!..

Х а б а р о в. А волшебная дудочка, с помощью которой Нильс спас Глиммингенский замок от нашествия крыс, утопив их в море!.. Сказочный край!..

Х а с к ю л я (глядя на фотографию девочки). Настольная книга для этого чудесного возраста, господин Хабаров?..

Х а б а р о в (не сразу). Да… (После паузы.) Вы правы, господин Хаскюля, ваши технические предложения вызывают… некоторые вопросы. Для первой очереди строительства, по существу – для временного поселка строителей, вы закладываете сразу постоянную городскую подстанцию?

Х а с к ю л я (кивнув). Мы также разрабатываем электрокотельную с бойлерами…

К р а с и н а. Вместо простой временной котельной…

Х а с к ю л я (Хабарову, продолжая). …Радиорелейную линию. Телецентр.

Б а р д и н (Хабарову). Телецентр. Кабачок «Тринадцать стульев».

Х а с к ю л я (не поняв). Простите?

Б а р д и н (любезно). Телепередача такая. Очень смешная. Сдохнешь.

Х а с к ю л я. Благодарю, мы посмотрим… Господин Хабаров, нам известно, что господин Проклов придерживается временных схем…

Н и к и ф о р о в а (Хабарову). Быстро, экономично… Реально!

Х а с к ю л я (Хабарову). Временные сооружения!.. (Покачав головой.) Лимит энергии, тепла, воды… Лимиты на все.

П о л о з о в. Каких-то год-полтора…

Х а с к ю л я (корректно). Господин Хабаров, из скольких этих временных «год-полтора» состоит вообще вся наша временная жизнь? Без горячей воды…

Н и к и ф о р о в а (Хабарову). Трудности где-то неизбежны… При такой стройке! Наконец, мы верим в энтузиазм строителей…

Х а с к ю л я (Хабарову). Без кухонных электроплит, кондиционеров…

Х а б а р о в. Господин Хаскюля… вы предлагаете с ходу строить курорт Сочи за Полярным кругом… Это хорошо или плохо?

Х а с к ю л я. Господин Хабаров, в Сочи мы не побывали, к сожалению, но мы были в Сосновом Бору, здесь, под Ленинградом. Город идеально вписан в прекрасный ландшафт. Планировка. Инженерное благоустройство – высокий, высший уровень! Промышленность – вне жилья. Зеленые зоны. Я скажу, что в таких масштабах у нас это… сложно! Сложнее, да!.. (К настенному плану.) Господин Хабаров, этот созданный вами генеральный план Коноярви предусматривает строительство города настолько же прекрасного, как Сосновый Бор. Господин Хабаров, наши технические предложения сделаны в соответствии с этим вашим генпланом. (После паузы.) Мы готовы, разумеется, изучить все ваши вопросы… (Умолкает.)

Х а б а р о в (к сотрудникам, как бы спохватившись). Да, так какие будут вопросы? Прошу!.. Прошу!.. (Не найдя желающих.) Тогда – я… (Веско.) Ваши технические предложения, господин Хаскюля, одобряю и принимаю! Благодарю вас.

Н и к и ф о р о в а (вполголоса). Петр Васильевич…

Х а с к ю л я (ошеломлен). Вы говорите, господин Хабаров…

Х а б а р о в. Удовлетворен нашим сотрудничеством. Большое дело делать вместе будем. Благодарю!

Х а с к ю л я (сияя). Я благодарю вас, господин Хабаров!.. Я рад, господин Хабаров, я очень рад!..

Телефон.

Х а б а р о в (схватив трубку). Я! Сколько?!. (Пауза.) Только что ведь было всего тридцать восемь и четыре… Хорошо. Звони. Сразу. (Опустив трубку.) Извините…

Х а с к ю л я (кивнув на портрет девочки, осторожно). Больна?

Х а б а р о в. Пришлите мне пентрексил? (Быстро записывая на листке.) Вы сегодня будете в Хельсинки?

Х а с к ю л я (взяв листок). Надеюсь помочь вам, господин Хабаров.

Х а б а р о в. Спасибо!.. Господин Хаскюля, мы должны согласовать с генеральной дирекцией вопрос в целом, прежде чем подписать протокол…

Х а с к ю л я. В соответствии с договором – срок истекает сегодня.

Х а б а р о в. Знаю. (Пауза.) Отправляйтесь смело в аэропорт, в крайнем случае вам вручит протокол самая хорошенькая стюардесса!

Х а с к ю л я. Они все настоящие красавицы, смогу ли я определить? Благодарю, господин Хабаров!

Х а с к ю л я  обменивается рукопожатием с Хабаровым; отдав общий поклон, выходит.

Н и к и ф о р о в а. Петр Васильевич… Лихо ты начинаешь!

Б а р д и н. Мы же с тобой согласны, мы все за то, чтобы в будущем…

Х а б а р о в (перебивая). Думать только о будущем – заведомо обкрадывать себя в настоящем.

Н и к и ф о р о в а. Предполагалось, что в нормальной обстановке, в плановом порядке, начиная со следующего проекта…

Х а б а р о в (перебивая). Со следующего понедельника? Чего только не откладываем, не планируем на этот будущий понедельник!.. Я назначен был сюда – в прошлый понедельник. Прошедший! Мой понедельник – прошел уже! (Прекращая полемику.) Спасибо, все свободны!

К р а с и н а, П о л о з о в  и  О р л о в а  уходят; Бардин вновь пристраивается к телефону.

Б а р д и н (накручивая диск). Ай да гусь Мартин!.. Петр Васильевич, хотелось бы все-таки уточнить некоторые аспекты!

Х а б а р о в. Уточняй.

Б а р д и н. Он отнюдь не идеалист-гуманист, этот господин Хаскюля. Он – экономист! В чистом виде.

Н и к и ф о р о в а. То есть?

Б а р д и н. Господину Хаскюля экономически выгоднее отгрохать в тайге жилдом, как на Невском, или в центре Хельсинки, нежели селить свой персонал в условиях дискомфорта. Повышенную зарплату полагается выплачивать, а этого господин Хаскюля не желает!

Х а б а р о в. Все?

Б а р д и н. Не все. И закладывает господин Хаскюля максимум возможного и невозможного только лишь потому, что экономически ему опять же выгоден дорогостоящий объект. Теперь – все.

Х а б а р о в. Нет, не все. Мы зачем финнов приглашали?

Н и к и ф о р о в а. Строят первоклассно…

Х а б а р о в. Вот и пусть строят. Первоклассно. На уровне генплана. Нашего же!.. И еще не все. Им – выгодно, а нам? Сколько миллионов на одной стройбазе экономим?!

Б а р д и н. Я только уточнял… аспекты!

Х а б а р о в. И я.

Н и к и ф о р о в а. Лично я хотела бы прояснить другой аспект! Не согласовать протоколом, по основным статьям и пунктам, технический проект финнам – это…

Х а б а р о в. …Зачеркнуть собственный генплан.

Н и к и ф о р о в а. Но согласовать протокол…

Х а б а р о в. …Зачеркнуть вот это все. (Двинув рулоны чертежей на столе.) Рабочие чертежи! То, что ждут уже строители, что скоро будет в бетоне и в металле… Первоочередной комплекс!

Б а р д и н (дозвонившись). Ириша? Я это, Герасим!.. Чистосердечное признание облегчит мою участь?..

Х а б а р о в. …Заказчик и строители знали, чего хотели, когда эту часть дела переложили на нас! Сократить сроки, любой ценой начать уже через три месяца строительство!.. Вот Проклов загодя и запустил в работу рабочие чертежи первого микрорайона, и гнал по «зеленой улице», не дожидаясь промежуточных финских разработок и ориентируясь на временные схемы!..

Бардин пытается вести телефонный разговор и одновременно следить за разговором Хабарова – Никифоровой.

Б а р д и н (по телефону). …Пентрексил… Права. Опять права. Абсолютно права!.. Пентрексил. В ампулах. Запиши, запиши!..

Н и к и ф о р о в а. Узелок.

Х а б а р о в. Узел.

Н и к и ф о р о в а. Петля!.. Что же ты скажешь генеральному директору?

Х а б а р о в. Думаю.

Б а р д и н (опустив наконец трубку). …Было дело, прокатил ее в коляске до Зеленогорска, вдоль залива и обратно, на скорости сто – сто десять, и, не сбавляя, к своему подъезду. Как ванну шампанского приняла!.. Шалеет женщина от скорости, ну, и – утрачивает самоконтроль… (Без перехода.) Обещала пентрексил. Достанет.

Х а б а р о в. Когда?

Б а р д и н. В течение дня.

Н и к и ф о р о в а. Мотоциклист!..

Б а р д и н (вдруг). Валентина… Валя, я люблю тебя.

Н и к и ф о р о в а. Меня? Как… любишь? С каких пор?

Б а р д и н (Хабарову). Поверила. Почти. Безотказно!.. Чего только женщине не говорят сейчас, а надо только эти три слова. Я люблю тебя. Бедная женщина отвыкает от главных слов, к которым веками приучали классики… Вот и – безотказно!

Н и к и ф о р о в а. Ну, не ты один это говоришь!

Б а р д и н. Говорят… С комплексами и рефлексами. С ужимками и прыжками. С такими оговорками и отступлениями излагают, что теряется суть, что вот – отныне и до гробовой доски. Но сначала – вдоль залива!.. Коньяк пропадает. Списанный, все равно ведь?.. За взаимовыгодное сотрудничество и деловое партнерство?

Н и к и ф о р о в а. Гера, не до коньяка… И так словно на твоем реактивном мотоцикле прокатили!

Б а р д и н. Лично тебя я вез бы не ниже ста двадцати: для гарантии.

Н и к и ф о р о в а. Девочек катай! Проверяй безотказную формулу… Татьяна вот наша, такая девка, ты куда смотришь?

Б а р д и н (изменившись). Учтем. (Выходит.)

Х а б а р о в. Ну, зачем? Чужие дела…

Н и к и ф о р о в а. Между ними – какие-то дела?.. Ну, мне-то, а? Могила!

Х а б а р о в. Женщина умеет молчать лишь о том, чего не знает, – по авторитетному заверению Шекспира…

Н и к и ф о р о в а. Много лишних разговоров о Татьяне и о ее заморском приятеле. Не беседовал с ней?

Х а б а р о в. Еще нет… Лучше – ты.

Н и к и ф о р о в а. Со мной – это официально, она может просто не захотеть.

Х а б а р о в. Ладно, поглядим… Другая беседа ждет!

Н и к и ф о р о в а. Генеральный ждет… Слушай, но ведь принятая Прокловым временная схема инженерных сетей, – временная, да-да! – она все-таки в конечном счете наиболее экономичная?!

Х а б а р о в. А это – как и что считать!.. Временные сооружения, как правило, как закон, оказываются со временем постоянными, на что не рассчитаны, и в конечном счете обходятся не дешевле, а куда дороже! И потом… почему целых полтора года сотни строителей с семьями, финских и наших, должны ютиться абы как? Потому, что по инерции мы привыкли преодолевать трудности с тех действительно трудных времен, когда только начинали? Когда на «козах» таскали кирпичи, а землю из котлованов вывозили вручную, в тачках?.. Теперь мы, между прочим, атомные электростанции сооружаем. Не только себе, но и – тем же финнам! Мировой стандарт науки и техники. А на благоустроенный современный быт для тех, кто их сооружает… не хватает? Чего? Почему?

Н и к и ф о р о в а (после паузы). А генеральный директор ждет.

Х а б а р о в. Ждет. Знаю. (Пауза.) Знаю!.. (Раскатывая рулон чертежей.) Эти чертежи – не пойдут на стройку.

Н и к и ф о р о в а. Шутка?

Х а б а р о в. На этих листах, на каждом, на всех, место для подписи главного инженера Хабарова… За любого из остального высокого начальства может подмахнуть любой зам, даже за самого генерального директора! За меня – нет. И если не подпишу эти рабочие чертежи я… (Включая селектор.) Генерального…

Н и к и ф о р о в а (удерживая Хабарова). Петр Васильевич! Чертежи, уже готовые для отправки строителям?!

Х а б а р о в. Не подпишу. Кстати, и не собирался…

Н и к и ф о р о в а. Это твой первый разговор с генеральным из этого кабинета.

Х а б а р о в. С какой ноги, кума, плясать пойдешь?

Н и к и ф о р о в а. Этот разговор не должен стать последним.

Х а б а р о в. Поглядим!

Н и к и ф о р о в а. Ему доказывать – не только технику вопроса! У него двадцать подразделений как наше, четыре тысячи специалистов…

Х а б а р о в. Что ему доказывать?

Н и к и ф о р о в а. Это ты сам должен знать заранее! Что – он тебе, что – ты ему!..

Х а б а р о в (опустив наконец трубку). Верно…

Н и к и ф о р о в а. В конце концов, твоя совесть может быть абсолютно спокойна: ты здесь без году неделя! Рабочие чертежи делались, когда главным был Проклов…

Х а б а р о в. Я что, оправдываться перед кем собираюсь?!

Н и к и ф о р о в а. Кстати, ты как, собираешься Проклова сохранить? Конечно, за стиль его уже снизили до сектора… Жить тебе он, естественно, не даст, особенно – теперь!

Х а б а р о в. Чего он может…

Н и к и ф о р о в а. Наказанные по заслугам, как ни странно, иногда могут незаслуженно многое… Мешать, мстить…

Х а б а р о в (перебивая). В обкоме профсоюза обещали?

Н и к и ф о р о в а. По вопросу?

Х а б а р о в. По вопросу…

Н и к и ф о р о в а. Ах, да! Нет у них этого лекарства, к сожалению.

Х а б а р о в. Закрытая аптека?!

Н и к и ф о р о в а. Петр Васильевич, не переживай так уж… Дети болеют, первоклашки, да еще – ленинградские в особенности! И вообще у детей – не у взрослых, обычно все легче обходится…

Х а б а р о в. Заткнись!!! (Пауза.) Извини…

Н и к и ф о р о в а. Ничего.

Х а б а р о в. Извини, Валентина Николаевна.

Н и к и ф о р о в а. Ничего. Это лучше, чем модное нынче сверхинтеллигентное хамство к бабе…

Х а б а р о в (у портрета девочки). Ношу ее на руках всю ночь… Ослабевшая, отяжелевшая, мешочком привалилась к плечу, словно и бороться уже устала… Папа, ходи, ходи, папа, не останавливайся! Не останавливаюсь… (Пауза.) Бьет страх. Не страх даже… Ужас! Смертный ужас… Вот так, Валя.

Н и к и ф о р о в а. Единственное, чего ты не сделал для своей дочери, – потому что просто не смог, – не родил ее сам! (Пауза.) А она вырастет и, может быть, даже не скажет тебе спасибо.

Х а б а р о в. Она ничего мне не должна, когда вырастет. Все, все ее спасибо я получаю сейчас… Дорого ее детство!

Н и к и ф о р о в а. У тебя было трудное детство?

Х а б а р о в. Детство у меня было… редкое!

Н и к и ф о р о в а. Обычно те, у кого детство было обездоленное, стараются уж своим-то чадам все создать и обеспечить…

Х а б а р о в. Вырастила меня бабушка. Прожила старуха длинную жизнь, не зная службы, высоких гражданских обязанностей… Разве вот только сыновей отдавала на войну без возврата? Стол накрывает, помню, и лишние ложки – невернувшимся… И всю жизнь – при детях, потом при внуках и еще потом – при правнуках. Ничего в ее жизни и не было, кроме этой единой, ни с чем не делимой материнской любви и доброты! Тяжелобольная, далеко за восемьдесят перевалило, правнучку нянчила, девчонку мою, близко никого к колыбели не подпускала! Да так и заснула, баюкая ребенка, вместе заснули, только сама-то навеки! (Пауза.) Я родом из детства, как написано у Сент-Экзюпери. Все, все-все суета сует рядом с этим… Мышиная возня при всех космических, глобальных масштабах научно-технической революции! (Пауза.) Светлый Христос звала она девчонку мою!..

Н и к и ф о р о в а. Где сейчас твоя Лизавета со своей наукой – в Женеве? В Лондоне? (Пауза.) Петр, соберись… Генеральный ждет звонка.

Х а б а р о в. Звоню. Все!

Н и к и ф о р о в а. Подожди! Просто скажешь, что не подпишешь? Сорвать пуск стройки?!. Если строительство не начнется через три месяца, комбинат не выдаст вовремя первую руду, уже запланированную металлургическим заводам. Страна не получит сталь!

Х а б а р о в. Тысячи народу снялись с мест, едут в Коноярви… А каким он будет? В принципе, здесь, на этих листах, первые стены нового города. Как скажем эту букву «а», так и пойдут, как по образцу, все остальные буквы алфавита, весь город! Сами создаем генплан, который становится мировым стандартом, и сами же начнем ляпать времянки, которые, цепляясь одна за другую, паутиной опутают действительно прекрасный город! Опутают надолго, если не навсегда: нет более постоянных сооружений, чем временные!.. (Пауза.) Будем корректировать чертежи.

Н и к и ф о р о в а. Всю эту гору?!

Х а б а р о в. Всю.

Н и к и ф о р о в а. Как это включить в план? Финансировать? Кто санкционирует?.. Чьими, наконец, руками?!

Х а б а р о в (подняв руки). Этими. (Берет руки Никифоровой, целует по очереди.) И этими. (Вдруг.) Скажи, что все-таки происходит? Десять лет назад была девчонка, созданная для любви, одной любви и ничего кроме любви, а стала вот… главным экономистом, общественным деятелем?

Н и к и ф о р о в а. На меня ты всегда можешь рассчитывать, не спрашивая, но… Придется усадить все отделы и секторы?!

Х а б а р о в (кивнув). На два с половиной – три месяца, чтобы успеть до начала строительства. (Складывая из рулонов, лежащих на его столе, внушительную пирамиду.) Все это, лист за листом!.. Лист за листом!..

Н и к и ф о р о в а. Полетят отпуска! Премии! Вкалывать субботы и воскресенья, вечера, если не ночи, напролет!.. Не представляю.

Х а б а р о в. Слушай… Внимательно слушай! Уважать себя на всю жизнь перестану, если подпишу сейчас эту порочную работу. Это – моя профессия, мой трудовой рабочий хлебушек! (Пауза.) Вот здесь, понимаешь… (постучав по груди) что-то тихо, совсем тихонько веньгает…

Н и к и ф о р о в а. Как веньгает?

Х а б а р о в. Пилит и зудит, как у нас в Великом Устюге говорят – веньгает! Тихо, так, что можно и не услышать в нашей суматохе…

Н и к и ф о р о в а. Значит, корректировка. Двойной план – как это осилить?.. Не представляю!

Х а б а р о в. Объясним людям. Попросим.

Н и к и ф о р о в а. Снятого Проклова, для которого корректировка Коноярви – окончательный приговор?! Красину, которая даже не здоровается с тобой, после твоего назначения?!

Х а б а р о в. А ведь первая меня поддержала и шумела везде, когда я поднял бунт против Проклова…

Н и к и ф о р о в а. А теперь капает, что при тебе будет хуже, чем при Проклове!

Х а б а р о в. Объясняет?

Н и к и ф о р о в а. Решила – вот карьерист, вот демагог, прикрывался словами о моральном климате, а спихнул Проклова, чтобы самому занять его место!

Х а б а р о в. Почему все-таки так легко предполагается наихудший побудительный мотив из всех возможных?..

Н и к и ф о р о в а. Так или иначе, с корректировкой… Не представляю!

Х а б а р о в. Представляй. Ты пересчитаешь сметы. Герасим пропустит через вычислительную технику все варианты, которые ему будут выдавать Полозов по электроснабжению, Татьяна Орлова по радио и телефонизации…

Н и к и ф о р о в а (перебив). Собери людей, а?

Х а б а р о в (покачав головой). Форма коллективно принятых ответственных решений – это ведь еще и форма коллективной безответственности… Если что, всегда могу отбиться: решали – совместно, вот протокол с резолюцией, с участием месткома, парткома… Валентина Николаевна, в смысле ухода от личной ответственности, профессиональной и служебной, мы порой достигаем высот подлинного искусства: Проклов либо ссылался на указания свыше, либо на авторитетное мнение здорового в целом коллектива. Отвечать за это буду я. Лично.

Н и к и ф о р о в а. Вы пижон, Петр Васильевич!.. Поднимитесь в партбюро.

Х а б а р о в. Зачем? Я же советуюсь с тобой!

Н и к и ф о р о в а. Я – местный комитет…

Х а б а р о в. Через неделю – отчетно-выборное, и ты – секретарь партбюро, я уверен. Иди и приступай. С богом!

Н и к и ф о р о в а. Что ж!.. (Останавливаясь.) С богом, но – без генерального?!

Х а б а р о в. Звоню.

Н и к и ф о р о в а. Санкционирует ли!..

Х а б а р о в. Санкционирует.

Н и к и ф о р о в а. Допустим все-таки…

Х а б а р о в. Санкционирует. Дважды два – четыре, мы инженеры все-таки!.. Иди и приступай.

Н и к и ф о р о в а (улыбнувшись). Иду и приступаю к выполнению приказа нашего нового главного инженера.

Х а б а р о в. Приказа?