355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Фридрих Незнанский » Опасный пиар » Текст книги (страница 3)
Опасный пиар
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 04:32

Текст книги "Опасный пиар"


Автор книги: Фридрих Незнанский



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

5

Саша Камнев лежал в ванне, поглядывая на экран небольшого телевизора с видеоплеером, где томно изгибались под музыку голые красотки, когда послышалась трель звонка сотового. Кто это? Танька? Нет, так долго она ждать не будет… Трели продолжались. Лень было вставать, тянуться к табурету, где лежал аппарат, и Саша решил дождаться, когда клиенту надоест и он наконец отстанет. Но попался упорный, явно брал на измор. И Саша подумал, взглянув на часы, что это может быть только Вадик Полухин. Верняк, он. Слишком настырный. Того гляди, сядут аккумуляторы. Кстати, пора бы их зарядить. Саша, приподнявшись в ванне, взял трубку.

– Да, – сказал он недовольно. – Вадик, ты?

– Ну. А ты все в ванной торчишь, телок разглядываешь?

– Короче, Склифосовский.

– Есть работенка. Непыльная. Как раз для нас с тобой.

– У меня отпуск, говорил уже… – раздраженно сказал Саша. – С прошлого раза не могу смыть гостиничную грязь.

– Ну ты вообще-то молоток, видел вчера результат твоей работы, – завистливо сказал Вадик. – Твой клиент теперь по Думе бегает, интервью раздает. А все только удивляются, как такое мурло избрали.

– Ты его конкурентов не видел, – сказал Саша.

– Пиар там хорошо оплачивают? – спросил Вадик.

– Так что за работа? – вопросом на вопрос перебил его Саша.

– Ты же в отпуске, – хмыкнул Вадик. – Словом, нужно одного мудилу в губернаторы пропихнуть. Его гонцы вчера по Думе рыскали, у всех встречных про хороших мордоделов расспрашивали. Нормальные бабки обещали.

– А, это в Красноземске, что ли? – наморщил лоб Саша.

Он вспомнил: все газеты только и говорят о предстоящих выборах в Красноземске.

– Ну а я про что? Ищут, говорю, настоящих профессионалов. Не понял, что ли? Вчера они в Думе почву зондировали. Я порекомендовал тебя. Ну и себя.

– Я вообще-то имиджмейкер, – раздраженно напомнил Саша. – Клиентовод, иначе говоря. Мордоделы – это такие, как ты, в чьих рекомендациях я не нуждаюсь.

– Кончай, – сказал Вадик. – Пошутить нельзя. Ну ты злопамятный.

– Ты хоть объяснил им, что, если нет хорошего спонсора, в губернаторы лучше не соваться? – спросил Саша. – Одного энтузиазма тут мало. А бабки – только в баксах. Обходится по баксу на каждого избирателя. Дешевле не бывает.

Вадик однажды здорово его подставил, когда он, Саша, рекомендовал его, чтобы провести одного депутата в местную Думу, в Туве. Вадик нашел там дешевую типографию для печатания предвыборных листовок и плакатов, договорился о цене, а клиенту загнул сумму в полтора раза больше. Но тот по своим каналам узнал настоящую цену. Пришлось срочно туда лететь, спасать положение, поскольку тамошние бандиты, поставившие на этого кандидата, посадили Вадика в. холодный подвал на цепь. И еще сказали, что отпустят не раньше, чем их клиент попадет в кресло местной законодательной власти. Пришлось Саше приложить немало усилий: на ходу поменять все лозунги и призывы, поработать над новым имиджем, заставить сделать подтяжку его обрюзгшей физиономии, для чего организовать ему срочный вызов в Москву, где и было заказано место в одной из лучших косметических клиник.

И опешившее большинство избирателей проголосовало за Сашиного клиента – изменившего коренным образом и в сжатые сроки свои физиономию, прическу, программу, жизненную позицию и взгляды на жизнь, – приняв его за кого-то другого.

– Не обижайся. Хочу еще раз попробовать. Рекомендацию дашь? – спросил Вадик.

Саша не ответил. О предстоящих выборах в Красноземске на губернаторское кресло в СМИ говорят давно. А слухи пошли еще раньше. Мол, кандидаты там богатенькие, финансовые потоки что твоя Ниагара, и есть возможность хорошо заработать, если грамотно построить кампанию.

Он вспомнил, как Леня Смушкевич, он же Ленчик, тоже звонил пару месяцев назад, предлагал совместно поработать в Красноземске. Типа ты двигаешь одного, а я его главного конкурента. Кто бы из них ни прошел, премию за победу – в общий котел. А по возвращении в столицу – разделим пополам.

Такое они уже проделывали. Вместе придумывали лозунги и программы для своих кандидатов-конкурентов. Беспроигрышный вариант.

На месте решим, кто нам нужен, если там найдется хоть один вменяемый, сказал тогда Ленчик. Опасно, ответил ему Саша. Слишком большие бабки. Тамошние бандиты, поди, сами собаку съели в предвыборных технологиях. Сразу поймут, что к чему.

– Свяжусь с Ленчиком, – сказал Саша Вадику. – Если согласится поработать с нами, я подумаю. И учти, там очень опасно. Там уже подвалом с наручниками не отделаешься. Слыхал, местную журналистку Треневу зарезали?

– Слыхал. Думаешь, как-то связано?

– Считай, это старт предвыборной кампании.

– Так она ж в деревне где-то жила. Полбино, вот, – вспомнил Вадик. – «Полбинские ведомости», что ли. О надоях коз писала.

– «Полбинская правда», – поправил Саша. – Скажи там вслух насчет коз, и можешь паковать чемоданы. Провинциалы комплексуют, они хотят, чтоб столичные мальчики, вроде нас с тобой, хорошо знали про их чаяния и насущные нужды…И про надои в том числе. Яговорил тебе: в нашем деле не может быть неточностей.

Ты уже завел электронную картотеку или по-прежнему, все держишь в голове?

– Есть где-то на жестком диске про это Полбино, – беспечно сказал Вадик. – Надо поискать. Ну так что, встретимся, поговорим насчет?

– Не знаю… Особого энтузиазма не испытываю, – не сразу ответил Саша и выключил видак, нажав кнопку на пульте. – Надо Ленчику позвонить, посоветоваться, что он скажет.

Не отрывая сотовый от уха, Саша выбрался из ванны, одной рукой стал вытираться махровой простыней.

– Ладно, – сказал Вадик, подумав. – Меня рекомендуй, если спросит.

– Не будь придурком, – сказал Саша, прыгая на одной ноге, чтобы второй попасть в трусы, и по-прежнему придерживая сотовый возле уха. – Я собственной репутацией не торгую.

– Сам ты дурак, – огрызнулся Вадик. – Я б на твоем месте не меньше пятнадцати процентов брал.

– Вот поэтому ты и просишь рекомендации у меня, а не я у тебя, – хмыкнул Саша. – Сказал уже: сначала я отзвоню Ленчику, посоветуемся. Потом перезвоню.

– Только не тяни, – сказал Вадик. – Марине от меня привет. Кстати, если надоест, я вот он, готов ее подхватить, как падающее знамя из слабеющих рук.

– Пошел ты! Привык с чужого стола подбирать…

Саша вышел из ванной. Марина, его подруга, спала, свернувшись клубком, под пледом.

– С кем это ты там разговаривал? – сонно спросила она, не открывая глаз. – С какой Леночкой? С бывшей женой, что ли?

– Тебе это приснилось, – сказал Саша. – Звонил Вадик, передавал привет.

– Вадик? – Она приоткрыла один глаз. – А, этот сморчок? Втихую приставал ко мне в ванной, когда вы все нажрались на твоем дне рождения… Чего ему опять?

– Он вообще-то мой друг детства и деловой партнер, – сказал Саша. – Ты еще поспи, а я скоро ухожу. Отключи телефон и спи.

– Нет, мне тоже пора. – Она потянулась, потом протянула к нему руки, обняла за ноги. – Я ведь сегодня в институте. Надо успеть хотя бы на вторую пару. Только сначала позвоню маме… – Она вздохнула. – Опять будет расспрашивать, что, да кто, да где была и ночевала?..

– Передавай ей привет, – сказал Саша, натягивая джинсы. – Деньги есть?

Она помедлила с ответом. К своей роли содержанки преуспевающего имиджмейкера она еще не привыкла. Хотелось любви, хорошей и разной, которой все равно не хватало. Как и денег. Когда он впервые подарил ей на колготки, она сначала отказалась… И то сказать, могла бы выбрать кого побогаче. Но – хотелось и помоложе.

Саша познакомился с ней по объявлению в Интернете: «Эффектная шатенка 20 лет, 175, 70 (90x60x90) познакомится с обеспеченным молодым человеком не старше 27 лет, рост от 180…» Здесь же предлагался ее портрет. Задумчивая, романтичная. С вьющимися волосами. Оригинал при встрече оказался лучше фотокопии. И Марина стала к нему заезжать после института, а иногда – вместо.

Саша заварил кофе, Марина выпила с ним пару чашек, наскоро покрасила губы, поцеловала, потащила в постель, потом снова накрасилась – все, как всегда, наспех, бестолково – и уехала в свой институт. Саша еще немного подумал по поводу губернаторских выборов в Красноземске. Там опасно. Но такова профессия. А если откажемся, быстро найдут других. Он включил компьютер, посмотрел файлы. На ближайшие год-два громких, а значит, денежных выборов не предвиделось. А дело к зиме, Марина просилась хотя бы на неделю погреться в Турции, у теплого моря, а также хотела новую дубленку. Кстати, пора менять машину. Словом, куда ни кинь, нужны бабки.

Он набрал по сотовому номер Ленчика.

– Привет, слушай, так что и кто там у нас в Красноземске? – спросил Саша.

– Будто не знаешь, – сказал Ленчик. – Выборы! Или Вадик тебе еще не доложил?

– Как тут без него… Ты сам участвовать собираешься?

– Да вот думаю. Только с кем? Ты морду воротишь… – Ленчик откровенно зевнул в трубку. – Тут, кстати, уже рыщут ходоки от одного из кандидатов. Спрашивали про тебя. Ты ж у нас мэтр… Так что готовься к нежданному звонку или визиту… Похоже, там разворачиваются серьезные дела. А значит, наклевываются серьезные деньги.

– Черный нал? – спросил, позевывая, Саша.

– Детский вопрос. Ну так ты что, берешься?

– Черт его знает! – искренне сказал Саша. – Хотелось отдохнуть, залечь в берлогу, удариться в зимнюю спячку, да вот бабки нужны

– Кому они не нужны… – хмыкнул Ленчик. – Везде, всегда и в больших количествах.

– Край-то уж больно бандитский, – сказал Саша. – А черный нал всегда настораживает.

– Чуть не забыл. Мне ходоки рассказали, будто бандюганы там уже пару раз забивали стрелку, на кого им ставить. Но так и не договорились. И вроде на всякий случай поставили на двоих кандидатов.

– Положили яйца в две корзины, – поучительно поправил Саша.

– Теперь ищут таких, как мы, – не заметил поправки мэтра Ленчик. – А всякие Вадики у них под ногами вертятся.

– У тебя есть что-нибудь на кандидатов? – Саша всегда пропускал мимо ушей все, что ему говорили по поводу Вадика.

– Только то, что почерпнул из Интернета. Кое-какие газеты писали про них. Приезжай, потолкуем.

Саша посмотрел на часы. Съездить можно, почему нельзя… Потрепаться, кофейку попить. Неохота только снова лезть в ванну. А придется – запах Марининых духов впитался, кажется, в кожу и волосы.

– Ладно, – сказал он. – Пару часов подождешь, потерпишь?

Он приехал к Ленчику через три часа, предупредив по сотовому, что задерживается. Ленчик – долговязый, лохматый очкарик с висячим носом, каковой обычно настораживает провинциалов, раздувая тлеющие искры антисемитизма – заварил кофе по собственному рецепту.

– Вот это у тебя получается лучше всего, – сказал Саша, отхлебнув пару глотков. – Научил бы Марину, что ли.

– Я ее боюсь, – признался Ленчик. – Смотрит на меня так, будто вот-вот изнасилует.

– Она на всех так смотрит, не обольщайся, – хмыкнул Саша. – А после мне же и рассказывает, кто и как при этом себя ведет. Вот, мол, какие у тебя друзья…

– Да ладно, будто я не знаю, что этого никогда не будет, – отмахнулся Ленчик. – Лучше я тебя научу, сам будешь варить.

– Нет уж, лучше я к тебе буду приезжать, когда захочу кофе, – в тон ему ответил Саша.

Он учился с Ленчиком в МИРЭА в одной группе, где готовили программистов, Вадик был в параллельной группе. Сашины родители хорошо знали родителей Вадика, дружили домами. И Саша, будучи старше на десять месяцев, привык ему покровительствовать. Ленчик, с которым Саша обычно сидел на лекциях рядом, похоже, ревновал. Имиджмейкерством, как занятием более прибыльным, чем программирование, они занялись, закончив курсы по социальной психологии, сразу после защиты диплома. Сначала покрутились в предвыборном штабе одной демократической организации, потом вошли во вкус. В том числе и хороших денег. Купили себе по однокомнатной квартире и машине, отвязавшись наконец от родителей, чьи ожидания так и не оправдали…

Попив кофейку, они поиграли в виртуальный футбол, побродили в Интернете по порносайтам. Там было все то же, ничего нового. Ленчик собирался посмотреть еще сайты, где девушки хотят познакомиться с обеспеченными джентльменами, но Саше это было неинтересно. Марину он себе уже нашел, а Ленчик может поискать и без него. Поэтому наконец, не без сожаления, перешли к своим баранам.

– Так Вадика берем или не берем? – спросил Ленчик.

– Я еще ничего не решил, – ответил Саша. – Даже возьмусь ли я сам… Сначала покажи, что мы имеем на кандидатов. И, главное, на тех, кто пихает их наверх.

Ленчик кивнул и разложил перед Сашей фотографии кандидатов.

– Ну и рожи! – вздохнул Саша. – Где ты их откопал? Случайно не на стенде «Их ищет милиция»?

– Я тебя умоляю… – сказал Ленчик свою любимую фразу. – Чего их долго искать? Сами нашлись. Ну так что?

– Дай подумать, а?

– Не забывай о наших конкурентах, – напомнил Ленчик. – Тот же Вадик. Он долго думать не станет. Он от ходоков не отлипал.

– Нашел конкурента… Я уже говорил: главное – не суетиться под клиентом. То есть пока ни да, ни нет. Подожди, пока не клюнет рыба покрупнее. А она обязательно клюнет. Выборы важные, край богатый, еще есть что воровать. Значит, здешние тузы должны найти, в кого инвестировать.

– Но ты согласен ждать вместе? – спросил Ленчик, доставая из холодильника пару банок пива.

– Можно и так сказать, – неопределенно сказал Саша. – Я оставлю себе этот список, подумаю. Когда мне позвонят, по крайней мере, буду знать, от чьего имени. Теперь покажи газетные статьи. Посмотрим, что про них пишут.

Зевая, он пробежал по диагонали несколько вырезок и отложил в сторону. Потом напрягся, свел вместе брови. Снова протянул руку за статьями.

– Этот вот Солодухин… Ну «темная лошадка». Он ведь родился и жил в Полбине, понимаешь?

– И что? – спросил Ленчик.

– Как что… Там зарезали редактора местной газеты, забыл? Треневу Галину, кажется.

Ленчик присвистнул. И даже изменился в лице.

– Но охрану нам дадут? – спросил он.

– Я тебя умоляю… – усмехнулся Саша. – Эта охрана сама тебя замочит, если найдутся те, кто больше заплатит. Главное – убедить, что ты им нужен. Что без тебя им будет еще хуже, чем с тобой. Это лучше всякого бронежилета.

– Без нас, – сказал Ленчик с нажимом.

– Ну без нас так без нас, – согласился наконец Саша.

– А Вадика в запас?..

В это время послышалась трель сотового. Они переглянулись, достали из карманов курток каждый свой. Звонили по Сашиному.

– Алло… – недовольно начал Саша, но потом выпрямился, напрягся. – Да… Здравствуйте, Борис Яковлевич. Помню, да… Слышал, конечно… Да вот еще не решил, если честно. Хотя понимаю их значение… Вы так думаете? Да, времени почти не осталось. Вы правы… Я, пожалуй, возьму с собой своего товарища Леню Смушкевича. Есть еще один, Вадик Полухин, вы о нем не знаете… У меня на его счет есть другие соображения. Что ж, спасибо, я все понял… Да что тут думать? Надо, значит, надо…

Отключив аппарат, он озабоченно посмотрел на Ленчика.

– А что я говорил! ловца и зверь бежит. Вернее, рыба, которая покрупнее, нет, считай, акула, только что клюнула!

6

В самолете Игорь старался заснуть, но никак не удавалось. Лететь в Красноземск, потом добираться на ночь глядя в какое-то Полбино, где должна быть гостиница с бронированным номером… Бронированный номер! Какая-то двусмысленность. Говорят, кабинет у Ежова был из чистой брони, то есть бронированный. Боялся, вдруг взорвут. Нам-то чего бояться? Едем туда по казенной надобности, мы люди тихие, никому не мешаем…

Игорь покосился на спящего соседа с твердым, медальным, как прежде говорили, профилем. Все у него аккуратно, отглажено, подогнано, чисто. Как боевое оружие. Даже прическа – волосок к волоску. У таких всегда все получается сразу. Жена – самая лучшая, любовница – самая сексапильная, работа – самая денежная и непыльная. И так всю жизнь.

Или вот сейчас: приказал себе выспаться в самолете – и враз уснул. Даже глянцевый журнал, который держал в руках, не соскользнул на пол салона, а послушно лежит на коленях с отглаженными стрелками брюк. А они у него никогда не пузырятся. Наверно, бизнесмен. И наверняка в аэропорту его ждет лимузин, который довезет его до номера люкс в лучшей гостинице богоспасаемого града Красноземска.

– Хотите посмотреть журнал? – неожиданно спросил спящий, отчего Игорь невольно вздрогнул.

– Думал, вы спите, – сказал Игорь. – Извините…

– Всегда чувствую, когда меня разглядывают, – сказал сосед. – Особенно если исподтишка. Это профессиональное, в крови, можно сказать.

– Служите в органах? – спросил Игорь уважительно.

– Можно сказать и так, – помедлил с ответом сосед. – Поэтому возьмите, пожалуйста, журнал, а я посплю.

Игорь пожал плечами, взял журнал. Удивился тому, что это был дамский, глянцевый, богато иллюстрированный обнаженными прелестями. «Метрополитен» называется. Дамские журналы – это то, что больше всего ссорит его жену и дочку. Просто рвут друг у друга из рук. А потом обсуждают рецепты самых вкусных блюд и одновременно диеты, чтобы после этих блюд похудеть.

Игорь полистал, потом закрыл, стал смотреть в иллюминатор. Трудно в это поверить: сосед – такой с виду мужественный, а берет в дорогу подобное чтиво. «Плейбой», наверно, тоже прихватил. Красивые, обнаженные девушки, отчего не посмотреть, когда жена не видит?

– Вам мешает? – снова спросил сосед, не открывая глаз. – Давайте сюда… Все равно не усну, скоро прилетим. Наверно, вы подумали, вот, мол, здоровый мужик, а такой периодикой интересуется.

– Есть такое дело, – признался Игорь. – На вас, наверно, действует как снотворное, угадал?

– Почти угадали. Меня вообще-то Анатолий зовут, по фамилии Богданов, – сказал сосед. – Капитан запаса. Служил в спецназе. Нынче деловой человек. Лечу по делам. А вы?

– Игорь, очень приятно, – пожал плечами Игорь. – Журналист. И тоже в командировку лечу. По казенной надобности, как говорил Лермонтов.

– А, это в рассказе «Тамань», кажется, – сказал Анатолий. – Или это тест у вас такой, проверяете собеседников на вшивость?

– Есть немного. А вообще, люблю Лермонтова, – признался Игорь. – Но странною любовью. Как он Россию. То есть скорее его прозу, чем стихи.

– Значит, вы журналист, – несколько удивленно сказал Анатолий. – Не подумал бы. Показалось, следователь прокуратуры.

– Разочарованы? – усмехнулся Игорь.

– Мне все равно, – сказал Анатолий. – Хоть прокурор, хоть палач, хоть адвокат. Насчет губернаторских выборов туда путь держите, желаете осветить их в печати?

– Если бы, – сказал Игорь. – Убили журналистку, коллега все-таки…

– А, слышал, это в Полбине, кажется, – кивнул Анатолий, искоса внимательно разглядывая соседа. – Показывали по телевизору. Кстати, мне как раз туда же, в Полбино. Номер вам заказали, машину за вами пришлют?

– Номер есть, а заказывать машину у нас не принято, чтоб служба медом не казалась, – сказал Игорь.

– Рейс задержали, значит, сядем там ночью, – посмотрел на часы Анатолий. – Придется вам торчать до утра. Пока автобусы пойдут.

– Не привыкать, – пожал плечами Игорь, почувствовав в его интонации некую надежду на то, что удастся добраться до душа и свежей постели сегодня же ночью. Вдруг повезет и сосед подвезет?

– Тогда не откажите в любезности, – сказал Анатолий. – Машина для меня как раз будет. Наверно, разница между нами в том, что я там нужен, а вы – не очень. Журналисты любят сор из избы выметать. Наверняка и гостиница у нас одна, так что будет время потолковать…

– Может, вам нужно, чтобы я написал в нашей газете о вашей работе? – несколько заискивая, сказал Игорь. – О ваших достижениях в вашей профессии? Реклама все-таки. Притом бесплатная.

– А что хоть за газета? – настороженно спросил Анатолий.

– «Неангажированная», – веско сказал Игорь.

– Известное издание. Вернемся в Москву, там подумаем, – кивнул Анатолий. – И обсудим на месте… Зина! – Он обернулся к стюардессе – статной, светловолосой, которая только что прошла мимо, слегка задев его плечо своим бедром. – Шампанского нам! Выяснилось, мы с соседом не только земляки, но и летим в одно место, представляешь?

И положил ей на поднос стодолларовую банкноту. Игорь не заметил, когда тот успел познакомиться со стюардессой.

– Что вы, – запротестовал Игорь. – Зачем, я заплачу!

– Поздно, – сказал Анатолий. – Заказ уже принят. Будете моим должником. В другой раз угостите, договорились?

Зина принесла откупоренную бутылку и два фужера.

– Почему только два? – удивился Анатолий. – Уже три часа вместе летим, и до сих пор никаких замечаний по качеству обслуживания. Есть повод, чтоб выпить вместе с пассажирами?

И приятельски подмигнул Игорю…

– Я на службе, – засмеялась и слегка зарумянилась Зина, не отводя взгляда от мужественного лица Анатолия. – Может, позже…

– Позже так позже, – легко согласился тот. – А пока – чуть-чуть, чисто символически…

И налил ей полный фужер. Она, помявшись, пригубила. Он взял у нее фужер и допил, глядя снизу ей в глаза. Она снова засмеялась и отошла, не преминув еще раз оглянуться.

– Ловко вы, – не без зависти сказал Игорь. – Считайте, уговорили.

– У меня жена с дочкой, – сказал Анатолий. – Словом, это всего лишь игры отвязанного папашки на свежем воздухе. Увидел новую девушку, и взыграли гормоны… А ведь заранее знаю, что ничего не получится, поскольку рано или поздно придется ей процитировать отдельные графы из анкеты. Но пофлиртовать никто не запретил, верно? У вас, кстати, те же проблемы? Или у журналистов это попроще? Быстротечные романы, заканчивающиеся в гостиничной койке, угадал?

– Всякое бывало, – туманно сказал Игорь. – Могу только сказать, что вторую жену привез именно из командировки…

– И выгнали первую? – Рука Анатолия, разливавшая остатки шампанского, замерла в воздухе.

– Она умерла.

– Извините… А дети?

– Да, тоже дочка. Вы, кстати, военный? – Игорь задал наконец вопрос, вертевшийся на языке.

– Уже набираете материал для статьи? – хмыкнул Анатолий.

– Как хотите, конечно…

– Да ладно вам… – Анатолий налил в фужеры остатки шампанского. – Служил в спецназе, был в Чечне. Еще в первую войну. Чуть в плен не попал. В качестве языка. А может заложника, что еще хуже.

– Расскажите.

– Это в первую чеченскую было. Как раз очередное перемирие заключили. Даже село им вернули, которое до этого штурмом брали. Сколько ребят там положили… Верхние Атаги, может, слыхали?

– Вернули? – не понял Игорь.

– Ну не вернули, а разрешили туда местным жителям вернуться. В гуманных целях. Они и вернулись – как раз те, кого мы выгнали и кто в горах отсиживался. И припрятанное оружие откопали. И все сначала. Будто и не было ничего. А наши пацаны погибли ни за понюх… Вот когда до нас дошло, раньше, чем до политиков: с такой войны, где цель – не победа, а мирные переговоры, лучше сразу уносить ноги. И на вторую чеченскую – как меня ни уговаривали, сколько ни обещали – идти отказался. Зачем дожидаться, когда противник тебя совсем перестанет уважать? Ведь там как было: только их прижмешь, давай переговоры, кричат. И наши соглашаются. Такую тактику Саддам Хусейн применял. Выгонял инспекторов и, пока американцы подгонят авианосцы и морскую пехоту, кое-что перепрятывал, а что-то уничтожал для отчета. Американцы кулак соберут, ультиматум предъявят, а он снова на все согласен. И опять допускает инспекторов. До следующего раза. Ислам – коварная штука. Ловко играет на гуманных струнах… Словом, во время вот такого перемирия, средь бела дня и посреди деревенской площади, подошли ко мне с разных сторон эти самые мирные жители и дула автоматов мне под ребра… Вопрос стоял так: или я к ним в плен, или они в братскую могилу. Трое их было. Еще несколько человек со стороны страховали. И «шестерка» с приоткрытой дверью на площади стояла, меня ждала.

– И? – приоткрыл рот Игорь.

– Сами видите, – пожал плечами Анатолий. – Я – здесь, они – там. В братской могиле. Или вам детали интересны?

– Если для статьи, то желательно, – сказал Игорь. – О русском Рэмбо в газетах мало пишут. Все больше в плохих детективах. Как это у вас получилось?

– Проще простого, – пожал плечами Анатолий. – Здесь главное – сбить противника с толку. Ну поднял я руки вверх, сделал растерянное лицо… Они мне поверили, подтолкнули к машине… А там, говорил уже, дверца была приоткрыта. Вот я и воспользовался гостеприимством. Тут в тесноте пистолет нужен. АК-47, да еще с прикладом, великоват. Сделал вид, что в машину полез, а сам дверцей этой отгородился, толкнул ею автоматчика, тот с копыт, двое других тоже не ожидали и свое получили, брыкнулись рядом… Водилу за шиворот из салона выкинул. Словом, угнал тачку. Но свою пулю в зад получил… Тот, с автоматом, очередь дал, когда я разворачивался. Крови потерял много… Подъехал прямо к санчасти, пока добрался, сознание потерял. Лежал под капельницей. Меня прокуратура потом допрашивала: мол, кто? Я отказался говорить.

– Почему? – спросил после паузы Игорь.

– Все потому. На их месте я бы делал то же самое. По ранению домой вернулся, орден даже дали. А потом сократили, перевели в СОБР. Там зарплата – сами понимаете… И еще этот дефолт. Потом кем только не работал. Приятель говорит: пойдем подрабатывать вышибалами в казино. По ночам там дежурили. За ночь вышибали из гостей по полсотни баксов, включая чаевые. Я за месяц службы под пулями столько не имел…

Анатолий неожиданно замолчал. Игорь удивленно посмотрел на него, но ничего не сказал. И тоже увидел вспыхнувшую надпись: не курить, пристегнуть ремни.

В аэропорту, когда подали трап, Игорь уже на выходе заметил, как Зина отошла в сторону с Анатолием. Они негромко разговаривали, пропуская мимо себя выходивших пассажиров. Он что-то, кивая, записал с ее слов. Похоже, это был ее телефон или домашний адрес.

Когда Игорь проходил мимо, Анатолий сразу обернулся к нему, как если бы у него были глаза на затылке.

– Подождите меня на стоянке такси, я вас подброшу до Полбина.

Игорь заметил восторженный взгляд Зины, когда Анатолий снова к ней повернулся. И невольно позавидовал.

Анатолия ждал черный «БМВ», возле которого стояла пара коротко стриженных парней в кожаных куртках. Они подозрительно покосились на Игоря – похоже, им не понравилось такое знакомство, – но ничего не сказали. А он не собирался ничего им объяснять.

– Ты, что ли, Богдан? – услышал он негромкий голос одного из них.

– А ты Трофим? – спросил Анатолий.

Потом они о чем-то негромко переговорили.

– Подвезем журналиста, – сказал Анатолий этому Трофиму, старшему по возрасту среди встречавших.

Те промолчали, переглянувшись. Не положено, мол. Но возражать не стали.

За всю дорогу не проронили ни слова. Игорь сидел на заднем сиденье между двумя парнями, чувствуя себя арестованным. Анатолий ни разу не повернулся к нему, сидел и прямо смотрел перед собой.

Игнат с Лехой были в кустах и следили за шоссе.

– Вон тачка толковая, – сказал Леха, которому надоело мерзнуть. – «БМВ». С антенной.

– Сявка ты, – сказал Игнат. – На «БМВ», пора бы знать, самые крутые гоняют, с «калашами» небось… А у нас на двоих всего одна «пукалка», да и тот «Макаров».

После утраты сотового он никак не мог выйти на связь с заказчиком, хотя тот, похоже, его приговорил. Но что еще делать с этими треклятыми бумагами, заляпанными кровью журналистки, он не ведал. Нужна была связь, желательно вместе с машиной.

Эту «девятку», гнавшую по опустевшему шоссе, они увидели, когда собрались уходить. Игнат использовал все тот же прием, рискованный, но безотказный: выскочил внезапно из кустов на середину шоссе, замахал руками, и водила рефлекторно рванул руль в сторону, после чего не смог выровнять на мокром шоссе, и свалился в кювет. Машина перевернулась, но встала не на спину, а боком, градусов под шестьдесят, опершись на придорожный валун. Толкни – и встанет на колеса.

Игнат выволок из нее стонущего парня, Леха следом достал сотовый.

– Есть, на месте, – сказал он. – Можно звонить.

– Не вздумай. – Игнат положил парня на спину, окровавленным лицом к небу, потом деловито пошарил по карманам. Парень стонал все слабее, у него начинался бред. Временами он приходил в себя и как будто пытался что-то сказать. Игнат вытащил бумажник, из которого вывалились несколько сот долларов, сколько-то тысяч рублей и цветная фотография, на которой юная женщина держала на руках ребенка возле небольшого деревянного домика.

– Твои? – спросил Игнат парня.

Тот захрипел, закивал, протянул руку.

– Давай быстрей, – тревожно сказал Леха. – Пока никого нет.

– Тачку переверни, – сказал Игнат, не оборачиваясь и пересчитывая деньги. – Сам справишься. А то у меня поясница чего-то…

Леха уперся, стараясь поставить на колеса «девятку», чей мотор продолжал работать на холостом ходу.

– Да камень вытащи, вон монтировку из багажника возьми, под него подсунь, – сказал Игнат, и Леха послушно достал ломик. Подсунул его под валун, навалился и тут же вздрогнул, выпрямился после выстрела.

Игнат спрятал «Макаров» в карман, потом оглянулся:

– Помоги, до болота его оттащим. Тут недалеко. Куртку себе его возьми. Хорошая куртка, кровь отмоешь, и все путем…

Они молча тащили мертвеца через кусты. Из его кармана вывалились ключи. Игнат на ходу, обругав себя, их подобрал.

– Этот который уже?.. – негромко спросил Леха, когда трясина булькнула, принимая в себя тело.

– Который бы ни был… – сплюнул Игнат. – Теперь только оттаскивай. А остановишься, сам в земле окажешься.

И косо посмотрел на Леху.

– А я что, я так, ничего…

Игнат молча кивнул, будто согласился, потом, подумав, бросил в болото пустой бумажник и фотографию женщины с ребенком. Оставил себе паспорт, водительские права на имя Евгения Васильевича Суханова и командировочное удостоверение на пять дней, начиная с этого дня. Уже хорошо. Значит, пять суток его разыскивать не станут. И сунул документы в карман куртки.

Когда «БМВ» подкатил к гостинице «Сибирь», Игорь вылез из машины возле входа, наклонился к окну, чтоб поблагодарить и попрощаться, но ему оттуда не ответили. Дожидались, когда он уйдет. Анатолий тоже хотел выбраться из машины, но Трофим придержал за рукав. Мол, есть разговор. Выбрались вместе, отошли в сторону.

Анатолий огляделся. Унылое, грязное местечко. Накрапывал ночной дождь. Только возле гостиницы есть какое-то оживление. Все-таки неоновый свет вывески, асфальт, ресторан, пацаны тусуются… Правда, буква «б» постоянно мигала, грозя вот-вот потухнуть. И все невольно на нее поглядывали. Будто если потухнет это светлое пятно, куда все местные тянутся, словно мотыльки, эта Тмутаракань окончательно погрузится в мрак и грязь.

Они смотрели вслед Игорю, который снова оглянулся, приветственно махнул Анатолию рукой и прошел в вестибюль гостиницы.

– Все-таки что за фраер? – спросил Трофим. Он кивнул в сторону стеклянной двери, за которой только что скрылся попутчик Анатолия.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю