Текст книги "Подлежит Удалению (СИ)"

Автор книги: Евгений Леган

сообщить о нарушении

Текущая страница: 37 (всего у книги 68 страниц)

Вблизи темнокожий мужчина выглядел очень даже приятно, хотя фигура и рост, твердили почему-то обратное. Голос на удивление отличался от строгости пошива одежды. Порядочный. Спокойный, хотя тембр всё же грубоват. По мере крутости я бы оценила его на сотню из десяти. Всё ему идёт. Широкий пиджак. Солнцезащитные, прямоугольные очки. Более короткая под машинку стрижка. Брюки и лощёные ботинки. Запонки для рубашки. Единственное, чего не хватало – зажима для галстука, а так… образ готов. Полноценный, чёрный костюм. Не ясно только одно – для чего он так одет? Для работы или для парада? Чувствовалась такая… приятная нотка для общения, хотя человек на всего подушился, чего не скажешь о Кае… Мда-а-а… Тут уж никаких тебе откровений. Всё, как всегда.

С нашего… знакомства, ничего не поменялось. Глаза бегают хоть куда лишь бы не в мою сторону. Интересно исключительно окружение. Только не я. Наверное, он всё это время искал точку опоры, чтобы позволить себе заговорить. Честно, не представляю, как это работает. Без моей подачи мы напросто заглохли на ровном месте. Стояли вкопанным столбом. Наши взгляды и близко не пересекались. Кай продолжал витать на своей волне.

Интрига нагонялась… ну просто жуть… Предположительно зная обстановку вещей, я бесконечное множество раз гадала, по какой из причин выбрали именно меня из рядов нескончаемых очередей. По правде говоря, я знала ответ, но он ни капельки не устраивал. Я копала куда глубже, чем единственный… приятный ему человек и то с ну-у-у очень большой натяжкой. Этого недостаточно, чтобы так… внезапно стать друг другу как минимум приятелями. До друзей там, увы… очень далеко, хотя… и тут намудрила. Необязательно проходить всё стадии знакомства. Полюбить человека можно и за одну нормальную встречу, вот только это не мой вариант. Должно же быть… что-то… ещё… Мысли на удивление прервали.

– А квартирка та, – дотронулся мизинцем до потолка, – ничего, хотя крепёж немного… низковат. Будь добра, стакан воды, – посмотрел на меня. – Пожалуйста.

Подобное действие не составило особых трудов. Задумчивая фраза звучала больше как упрёк.

– (Растеряно) А к вам, как обращаться? – поправила кривой бант. – Просто…

– Можешь, вообще никак меня не называть, – пошёл на кухню. – Это не так важно… Парень, – кивнул, – а ну, дуй за мной. Изъясняйся, зачем мы приехали.

Кухня не должна была раскрыть ещё парочку нелепых секретиков. Кай по-прежнему оставался тупить в стороне. Меня это немножечко взбесило:

– Кай, (настойчиво) заходи. Не стой на месте, как истукан.

Претензии наконец подействовали. Двинул. Уже что-то.

Комнатки были хоть и небольшие, зато кухня получилась просторной… Ну, как сказать просторной… Более-менее. Приемлемая в общем… Это всё, наверное, благодаря тому, насколько отсутствие большей части шкафов, придавало ей этакой лёгкости. У нас легко могли уместиться скажем… десять человек, будь бы стол не на четверых. Совершенно свободно. Абсолютно не мешая друг другу. Вести беседы и попутно вкушать приятные лакомства. Одна только проблема – без бутылки, дело бы не обошлось. Любое сраное застолье сопровождается этой гадостью. Отголоски данной проблемой будут преследовать меня везде.

Окно распахнулось, само собой. Доставучий сквозняк порядком заколебал. Достали эти старые стёкла. Одна ручка на все крепежи… Я не против волн свежего воздуха, но меня насквозь пробирало. Любимая блузка не спасала. Нежная. Такая… приятная. В точечку… Именно в редкую, чёрную, а не в сплошной горох. Данный факт крайне важен. Узор не смотрится кучной дробью, а элегантно дополняется лёгкой рябью. Возможно, будь у неё рукава, не так бы сильно трясло… Вспоминая такие моменты – без конца поправляю тонкий бантик. Уместнее скорее шнурок. Ленточка. Не самая удобная цель, за то, когда нервничаешь, частично спасает. Я не особо волнуюсь, но всё равно, скрытно дотрагиваюсь до неё. Надеюсь… помогает.

Даже когда впопыхах собираюсь, всегда нахожу нужную форму и цвет. Тут, как мне кажется, впервые облажалась. Мягкий, лимонный оттенок нежной обёртки, в их глазах превратился в жёлтую пачку из-под маргарина. Я перестала надеяться, что кто-то… вообще оценит и поймёт. Ни один из 2-х скупердяев и близко ничего положительного не произнёс. Каждый по-своему молчал. Наверняка всему виной были джинсы… Я, правда, наспех натянула их. Минимум казалось пойдёт. Видимо, нет. Чреда подлостей дополнилась ещё одним очком.

– Вы-ы-ы… садитесь, – поправила горловину, – садитесь. Не стесняйтесь…

Сидений было – два. При такой мандражке мне вполне устраивало и стоя. Мужчина занял центральное место ближе к окну. Кай же просто проигнорировал мною сказанное. Прошёл мимо прямиком к сквозняку. Упёрся гад в подоконник. Непонятно чего стал ждать. Уж не знаю, какие планы города видны, однако, кроме серых коробок, нет практически ничего. Разновидность тонов роли не играет. Сразу стало понятно, кому и на что плевать. Отчуждённо гнездится будто не при делах. С высоты, видите ли, не насмотрелся… Так это я получается, пришла в гости, а не наоборот. От наглости аж перекосило, хотя надо признать – в этом был свой толк. Вовремя вспомнила одну проблему. В чайнике нет воды. Про бутылочную и близко речи не шло. Казалось, человек пьёт исключительно из родника. Не знаю, почему именно так. Пришлось быстро выжимать всё сожаление.

– Извините, – предельно грустно произнесла. – Вы из-под крана воду... пьёте? Ничего будет, если вам… сырой налью?

– Неважно, – спокойно отреагировал. – Вода есть вода. Наливай что есть. Я не привередливый. Лишь бы не грязная была.

Отлегло. Ещё одним подспорьем стал поиск чистого стакана. У нас как-то с этим… давно не задалось. Сколько себя помню: наш сервиз был испачкан всегда. Папина бесконечная готовка – отдельная тема. Даже в лучшие годы управления, он всё равно кашеварил на дому. Хотя бы для себя. Тарелки, сковороды, кастрюли – мы давно привыкли видеть грязными и в жиру, но вот то, что касается кружек… Они были частными, личными. Как зубная щётка или около того. На деле же, как и всегда, хватали самую свободную. Где они по дому потом не валялись… В каких местах их только не находили… В лучшем случае выпью и сполосну. В худшем – недопью и забуду. До крана с водой они редко когда доходили, а когда появлялись – на них был сплошной налёт. То горячее, то холодное. Вязкое. Более жидкое. В какой-то момент папа обошёл все комнаты, собрав по пути с десяток немытых кружек. Дошёл до мойки и лично стал вычищать. Свою, мамину. Мою. Звучит как трагедия, но это единственное условие, чтобы каждый мыл своё. Недовольству не было предела. Единичный вброс. На этом считай всё. Мимолётная ссора. «Грязнуля и пачкуля». Так, он маму ласково назвал хотя, мы обе пили из всего подряд…

Один, чистый стакан в округе, нашёлся на самой верхней полке навесного шкафчика. Праздничный набор, который до основания был разграблен. Грустный стаканчик. Бокал. Две тарелочки с лазурной каймой. По краям с позолотой. Блюдце с чашечкой. Без ложечки… Больше никаких приборов сервировки стола нет… Всё равно мы не пользуемся ими. Нагоняет лишней смуты по прежним временам.

Этот день впервые за долгий срок стал исключением. Аккуратно на носочках достала хрусталь. Открыла кран. Несколько раз сполоснула. Воду заодно спустила. Налила. Принесла. Поставила на стол. За единственный глоток – он полностью его осушил. Ничего сверхъестественного нет, но… почему-то удивило. Меня вообще поражало каждое движение. Как существо с другой планеты. Плюс – практически голая голова… Я до сих пор не могу свыкнуться с тем, как это вообще можно жить без волос. Мои волосы – это второе я. Ухаживаю за ними. Берегу. Это мои малютки. Я сильно переживаю, если они после расчёски выпадают. Мне всегда жалко их. Их очень тяжело растить.

Колени плотно упирались в крышку стола, отчего поскрипывали порой места стыков и дрожали ножки. Будь он не стеклянный, я бы гораздо меньше волновалась за сохранность. Стоило мужчине слегка дёрнуться, как стул пискливо задрожал. Натужно жамкалась обивка. Добавить парочку неловких движений и всё под ним раскрошиться как карточный домик. Локти со стола почти сразу ушли в сторону, едва ли послышался уловимый хрип стекла. Делу особо не помогло. Он продолжал периодически ёрзать, выискивая приемлемую позу. При такой комплекции тела обычная мебель казалась неудобной. Следовало посадить на кресло или на диван.

Вместо старта диалога, затишье только усугубило настроение. Оба перестали проявлять активность. Один просто сидел. Другой всё никак не мог отвлечься от пустых дел. Потиху… разъедала злость от максимальной отстранённости гостей. Я вообще не понимала, на кой фиг они припёрлись. Молчат. Оглядываются. Словно на допросе мучаю их. Я не собиралась выуживать слово за слово. Положительное отношение постепенно сходило на нет. Ой как хотелось треснуть об пол тарелкой, чтобы немного… взбодрить людей.

Касательно здоровяка… можно предположить, зачем он нужен. Претензий к нему практически нет, но вот подопечный… Видимо, так изначально задумано без толку молчать. Хотелось со злости выбросить в окно. Звучит по-детски сорваться с пустого, но он так выбесил меня… Хотелось удушить. Накричать. Растормошить, лишь бы дураки проснулись уже наконец. Они напросто тратили своё и моё время впустую. Нужно было заканчивать этот балаган. Самой… как всегда.

– (Надменно) Я… – повысила голос, – конечно, очень рада, что вы посетили меня своим присутствием, но… суть визита, не пора бы уже раскрыть? С этим-то всё понятно, – недовольно зыркнула на занавески, – а вот вы…

Мною практически была совершена оплошность. Домашний пёс вступил в битву со львом. Хорошо, что наши взгляды очень быстро пересеклись. Весь пыл растерялся буквально за секунды. Я дико перенервничала. Ментальный получила удар. Уверенная поза скомкалась в сутулую осанку. Прекратила наконец теребить бантик. Ляпнула первое, что пришло на ум:

– (Растерянно) …Как… то есть… Как к вам обращаться? Я дико извиняюсь, но мне так… неудобно… Без имени…

Человек в костюме тяжело вздохнул и отважился-таки произнести хоть что.

– (Нехотя) …Зови меня-я-я Бург… Бургунд… или просто Бург… Мне, честно говоря… без разницы. Ты можешь вообще меня никак не называть. Я не обижусь, – ехидно улыбнулся, – честно.

– Да, но-о-о…

– Это просто кличка. Не больше. Типа… рабочий позывной. Только на него я отзываюсь. Смирись девочка, – во второй раз улыбнулся. – Так легче будет всем.

Мы немного… поглядывали друг на друга. Казалось, я далеко не первая кого коробил его… позывной. Он сам такое чувство, был не в восторге, хотя всячески это скрывал. А может, и не скрывал. Возможно, именно духота салона так на него давила… Очередная растерянность. Недомолвки. Особенно смущало сокращение. Бург по звучанию походит больше… на пивную отрыжку, чем на корректный без обид позывной. Скорее так… навязанная кличка. Его полное «имя», гораздо лучше воспринимается, хотя… тоже навивает странные ассоциации. Бургунд звучит как… какая-то… ну не знаю… Строительная смесь. Материал. В голове не укладывается, что человек осознанно называет себя так. Его совершенно не волнует, как будут к нему обращаться, но мне, почему-то не хотелось произносить имя вслух. Что-то… определённо в этом было неправильно. Я не была участником тех событий, однако смелости хватило на данный трюк.

– (Медленно) Бург… Верно?

– Так точно леди. Именно так.

В третий раз улыбнулся. В комнате окончательно стало душно.

– (Нахально) Неприятно звучит, да? – облизнул губы. – Как-то… и не хочется даже произносить, – почесал шею. – Так гораздо лучше для тебя будет. Меньше желания появиться поговорить.

До этого момента устраивало почти всё, но только не само окончание фразы. Он как специально ставил акцент на последние слова, лишь бы поскорее отвадить от себя. Я решила пока никак его не называть. Наш разговор на этом не закончится.

– А-а-а… – более-менее выпрямилась, – чем же вы тогда… занимаетесь? Его охраняете, – кивнула в сторону окна.

– Можно и так сказать.

– (Надменно) Простите, заранее за моё хамство, гражданин охранник, но мне скоро нужно уходить по важным делам, так что… излагайте ваши претензии пока не поздно. Времени, к сожалению, в обрез. Не люблю опаздывать.

– Кай! – недовольно фыркнул через плечо. – (Тихо) Твою ж ма-ать… (Грубо) Может, ты оторвёшься уже наконец!? Не видишь, девушка негодует… Я сейчас по рукам тебе, – повернулся вполоборота, – как дам…

В ту же секунду словно током отдёрнуло. Живо вернулся обратно к столу. Даже обидеться толком не успела. Такой быстрой реакции ожидаешь меньше всего. Бегло оглянулся и по стойке: «Смирно!» встал. «Педагогический» подход.

– (Взволнованно) Извини, просто… – ещё раз осмотрелся, – я никогда не был на такой высоте. Голову немного это… вскружило… Чувствую, как прям дух аж… захватывает… Вот собственно, – опустил глаза, – и всё…

– Пи-ра-нг… – недовольно произнёс. – Если ты сейчас же не перестанешь дурью маяться, я душу из тебя выпотрошу… Понял?

– (Взволнованно) Д-да… Так точно. Конечно… Понял.

– Вот и отлично, – сел нормально. – А теперь, пожалуйста, расскажи даме, за чем мы, собственно приехали иначе, если расскажу я – будет очень стыдно. Тебе… Поверь, уж я-то об этом позабочусь. Ну так, что? Ты, – кинул скептический взгляд, – готов? Или мне обратно помочь, – хрустнул шеей.

– (Нервно) Ладно, ладно… – спрятал за спиной руки. – Я щас…

Было наглядно видно, как с неохотой приходится выжимать из себя хоть что-то, словно пытаешься вспомнить стих или забытый анекдот. Ладони потеют. Руки трясутся. Бесконечно прячет проблему за спиной и вытирает о штанины. Глядя на такого бедолагу, выуживать кривые буковки, охранник не стал. Нахмурил брови. Скорчил лицо. Пристально начал смотреть в глаза. Щёки… мгновенно загорелись. Хуже ситуации на тот момент не придумаешь. Чего уж там, мне самой стало дурно. Этот взгляд… стены буром сверлил. Хорошо, что концентрировался на другом.

– (Нервно) …Я тгда… продолжу… Ну-у-ус-с-с… – вздохнул, – в общем, то…

– (Строго) Давай уже ближе к сути. Не томи.

– (Нервно) Ладно… Я-я-я…

– К даме повернись, – прервал. – Не передо мной отчитываешься.

– (Нервно) Да, точно… – повернулся. – Ну да-а… Я-я-я, правда не хочу тебе навязывать свои там… хотелки и прочее такое, но-о-о… – взглотнул, – у меня есть одно эдакое… маленькое пожелание. Просьба, так сказать. Тем более, сегодня мой последний выходной. Ну то есть, день, – почесал ухо, – в Ласко. В общем, я завтра уезжаю, – пожал напоследок плечами. – Вот… как бы и всё.

– (Недовольно) А я говорю, – наклонился, – не всё.

С горем пополам Кай сумел под прессингом скоординировать свои мысли. Обычные слова перебивались невнятной сумятицей во рту. Не знаю, смогла ли бы я на его месте. Мужик просто… жути нагонял. Хотелось побыстрее смыться самой. С замиранием сердца выуживались тяжёлые слова.

Запинка больше трёх секунд – Бургунд, не думая, ущипнул за ногу. Сработал отточенный рефлекс. Поёжился и начал говорить, как пулемёт:

– (Быстро) Я хотел заехать сперва к Мире, но знаешь, она там, ну в смысле, в госпитале. Без понятия, но наверняка она лежит без сознания, хотя может, всё уже хорошо. Я не знаю толком… Просто догадки… Ай!!

– Ещё раз отклонишься от темы, – убрал пальцы, – отниму полноги. Усёк?

– (Быстро) В общем, что было с Мирой…

Второй раз выдался мощным. Действительно, отпала половина ноги. Ну, как отпала. Он каким-то чудом надавил на нужный нерв. Судорога парализовала.

– (Тревожно) Я понял, – стал прыгать на одной стопе. – Я всё понял. Извини меня, пожалуйста, – обратился ко мне. – Я правда не хотел. Я это, – остановился, – что хотел сказать. Если у тебя там нет… – почесал затылок, – ну-у-у… никаких дел на сегодня, то… не могла ли бы ты-ы-ы… – стал нервно перебирать пальцами. – Ну это… Составить типа там… Ну там, – забегал глазами, – (неловко) компанию, что ли… Так сказать, – вздохнул, – провести этот день… скажем со мной. (Нервно) Ты это, не подумай неправильно. Я-я-я не пользуюсь своим положением просто-о-о… только тебя и Миру… Вас двоих я знаю чуточку больше, чем остальных. Точнее… вообще единственных кого знаю… Тем более, она врач, – криво улыбнулся. – Нас однажды чуть не спалили… Вот как-то так, – развёл руки. – Теперь уж точно всё…

Голос под конец чуть ли не дрожал, через раз срываясь на короткую паузу. Дошёл-таки до развязки, правда, я не сказала «да». Хотелось чутка поразмыслить.

– Да неужели, – улыбнулся Бург. – Свершилось наконец… Ура.

Я, конечно… ожидала такого поворота, но скорее немного… иного. Приятно удивил, правда. Речь, хоть и вышла совершенно ужасная, но зато сама подача, как минимум была искренней. Практически удалось растрогать под конец. Убедить. Буквально капельку не хватило. Еле сдержалась. Честно. Настолько наивно и-и-и… сентиментально получилось, что-о… трудно было как-то… остаться безучастной в стороне. Даже стыдно… Нужно быть совершенно бесчувственной скотиной, чтобы отказать в последней просьбе. Тем более перед отъездом… Практически удалось уговорить. Чуть-чуть не хватило.

Единственная претензия – неоправданные ожидания, но это скорее проблема моя, нежели его. И чего я ждала? Непонятно. Ни на грамм столь же грандиозно, как я себе там напредставляла… Блин, даже Гиль в свои подростковые годы, ничуть не лучше проявлял симпатию. Вероятнее, разница кроется как раз в подаче. У одного – уверенно и просто. У другого как-то… корявенько. Мило… наверное… Не самая приятная исповедь для ушей, хотя, если смотреть между строк, частичку себя всё же предлагают. Я-я… не могла подобное проигнорировать. Человек, как ни крути, старался, изливая душу, насколько умел, однако… одновременно стало неудобно. Вспомнился треклятый Гиль. Я не могла так легко выбросить его из головы.

Столько лет вместе, казалось, нельзя так просто вычеркнуть из нашей жизни, правда… он, кажется, сумел. Последний поступок, к сожалению, поставил жирную точку. Абсолютно на всём. Гиль сам разорвал отношения, которые… единственной мне были дороги. Больше нет никакого здравого смысла возвращаться. Я не стану терпеть хамского отношения к себе и подчиняться. Хватит с меня… Хотя бы в этом плане стоит всё завершить… Никто не оценит попытки воскресить былые чувства. Просто в очередной раз в душу плюнет и уйдёт. Больше я на крючок не попадусь…

Мысли по этому поводу быстро улетучились. Очередной выбор стоял у ног. И близко не хотелось пользоваться даже частичкой предложенных возможностей. Неважно, пришёл бы он без ничего или приехал на дорогой машине. Важно было хоть как-то ему… помочь. Если свидание сделает его чуточку счастливее, я только за. Пора бы начать уже и отдавать. Просто провести приятный денёк, пойдёт нам обоим на пользу. Отдохнуть, погулять. Развеяться. В общем… не важно, чем будем в итоге заниматься. Бездомных кошек с руки кормить или спрыгнем с высотной башни. Без разницы. Главное – он так же одинок, как я. Не хочу быть… как мама…

– (Боязливо) Ну та-а-ак, что скажешь? Я всё пойму, – открестился руками, – если у тебя дела. Я давно уже к таким мелочам… привык.

– (Медленно) Сегодня, твой последний день… Это правда?

– (Неуверенно) Ну-у-у… – посмотрел на Бурга. – Да…

– Хорошо… Мои планы могут и подождать, так что, если ты не передумал, я с радостью составлю тебе компанию. Если ты не передумал, конечно…

– (Растеряно) Нет, всё в норме, то есть… Всё нормально… Хорошо…

– Вот и славно, – встал из-за стола. – Наконец-то мы сможем повеселиться. Давненько я не развлекался. Молодость вспомню. Покрышки пойдём воровать…

– А-а-а… это… как? – ошарашенно замерла. – То есть… втроём?

– Да не переживайте вы так, – отмахнулся рукой. – Шучу я. Шу-чу. Конечно же, нас будет гораздо больше. Ещё человек пять как минимум подтянуться. Может, и под десяток наберём, если клич вовремя организовать. Чувствую, – прохрустел шеей, – праздник будет что надо. Полдня шины будут гореть. Обещаю.

Кай ничего не произнёс, однако все тонкости вспылили на лице. Нахмурился. Сжал челюсть. Стал испепелять охранника взглядом, вот только тому хоть бы хны. Своеобразная в ответ улыбка. Бодрая мимика. Одухотворённость лица. Настроение задалось. Бургунд подошёл чуть ближе и положил свою массивную лапу на плечо. Казалось, он… с лихвой такой кувалдой, вручную ломает кокосовые орехи. Точно не составит особого труда разделить человечки кости. Снова стало не по себе.

– Ладно тебе, – хлопнул по плечу. – Успокойся. Всё будет так, как и должно быть… Ты же не думал, что «Я» оставлю «Тебя» с кем попало? Наедине? Тем более на весь день… Серьёзно? – уловил реакцию. – После всех репортажей ты думаешь остаться незамеченным? Не смеши меня. Да я тебя со своей матерью в жизни бы не оставил, а я, люблю её. И мать, и жизнь, но моя работа куда важнее. Если появиться хотя бы один намёк, – наклонился вровень с ним, – хоть одна малипусечка угрозы, – сжал кулак, – я без колебаний отрублю ей башку… Мой долг, – вздохнул, – куда важнее даже любимой старушки… Пока ты здесь – ты цель №1. Делай собственные выводы. Надеюсь, – пальцем легонечко стукнул по лбу, – котелок у тебя ещё варит. Не надо делать глупостей, о которых потом пожалеешь, а ты – пожалеешь… Ой как пожалеешь… Подумай хорошенько… Подумай… Не трать мои нервы впустую…

Вид испытуемого в два счёта потускнел. Надежда в глазах погасла.

– (Недовольно цокнул) Ладно… Что-нибудь придумаем, – выпрямился, – но ничего не гарантирую, – демонстративно махнул пальцем. – (Улыбчиво) Подлец…

У-ух-х… Ну и ну… Груз ответственности скинут. Кай молча умыкнул к окну.

Едва удалось двинуться с места, как меня тут же остановил Бургунд. Перешёл на мою сторону стола, чуточку наклонился и предельно тихо сказал на ушко:

– Будь с ним пожёстче, когда подлец капризничает. Он нормального языка не понимает. Только язык жестов. (Обычно) Ну всё молодёжь, – хлопнул ладонями, – вперёд. Жду вас внизу. Особо не задерживайтесь. Я… пошёл…

Долго охранник мешкаться не стал и как только договорил, сразу же вышел из кухни. Спустя пару секунд послышался хлопок двери. Не знаю, что конкретно случилось, но Кай почему-то продолжил угрюмо пялиться в окно, хотя очевидная проблема топала вниз. Тут что-то другое. Более… сложное. Нет смысла гадать из сотни вариантов. Просто… взяла за руку, и всё. Как малые, детсадовские дети. Без всякого подтекста и намерений. Как по приказу воспитателя. Намерения, конечно, были, но только положительные. Он тотчас же застыл как столб.

Стеснительные попытки вырваться ещё больше походили на детские обиды. Ему, может, и хотелось, однако… рефлекторно тянуло в сторону уйти. Дебильный, защитный рефлекс, который корнями врос в мозг. Хорошо, что не отмахивался. Не бился. Неуклюже старался выскользнуть, то почёсывая руку, то пытаясь спрятать её обратно в штаны. Я всё прекрасно понимала. Следовало не отпускать. Ждать оставалось недолго.

Наконец, попытки вырваться сошли на нет. Успокоился. Мы ещё некоторое время смотрели в окно, пока на улицу не вышел охранник. Он как знал, что мы будем пялиться на него. Сошёл с крыльца, повернулся, несколько секунд постоял, задрав голову и дальше отправился к машине. Это своего рода был сигнал. Пора было и нам немного поспешить.

– Ну что, пойдём?

– Пошли…

Глава 7. Сутки. Часть вторая

Впервые за всё время… М-м-м… Я не знаю, что дальше говорить… Мне уже самой осточертел текущий… бред… Нас без конца, сводили вместе наблюдая, во что же выльется сей… насильственный союз. Ничего хорошего. То сорвётся на мне, то попытаюсь его убить. Я вообще перестала замечать улыбку. Неважно чью. Это не мелочь. Это серьёзные вещи. Не могу нормально объяснить, но-о-о… среди кучи проблем и неудач, улыбка… она… как… попытка принять свою горечь и двигаться дальше. Тяжело как-то по-другому передать. Возможно, чуть позже получиться.

Подул… скудный… ветерок. Спустя пару минут мы стояли на парковке. Если бы не мои любимые, красные каблучки на танкетке, я бы справилась вдвое быстрее. К ним всё ещё нужно поднатореть. Одно дело в баре. Совершенно другое – нестись сломя голову по ступенькам. Тут подранной коленкой не отвяжешься. Здесь нахрен можно лодыжку сломать. Галопом побежали вниз. Этому балбесу до лампочки. Как ребёнок к новому ларьку летит. Дорога, забор, люди. Всё равно. Прихоть заклинила в мозгу. Да, местами на поворотах отпускает, но-о… идея брать за руку, была моя. Словно клещ вцепился и жизни не даёт. Плюс ко всему – я напрочь забыла закрыть дверь. Во всей этой суматохе велик шанс вернутся на ободранный пустырь хотя… опять же. Красть уже больше нечего. Что смогли, то давно в ломбард отнесли. Если участь соседей таки затронет на этот раз, то хотя бы будет не так обидно. Кто-то обязательно подцепит мамину болячку, когда будет рыться в её белье… Боже, что я несу…

Злиться не имело никакого смысла. Кай, так или иначе, послужил хорошей подушкой, принимая на себя в каждом углу… Я хохотала, а он молчал. Только… щёчки розовели. Проскакали, как маленькое стадо антилоп. Как же было хорошо.

И вот он долгожданный… автомобиль… Не тот, что скрипел покрышками. Этот в сравнении – был гораздо круче. В несколько десятков раз. Я, конечно… не особо разбираюсь в марках… Точнее, вообще никак, но один только внешний вид о многом говорит. Смотрится, просто завораживающе. С первого взгляда понятно, что дорогой. Возможно, не такой инновационный и броский, как принято говорить, а скорее по-обычному современный. Лаконичная форма с утончёнными, гладкими краями. Смотрится как цельный, отлитый брусок металла без всех этих составных, угловатых штук. Обтекающий рельеф без наворотов… Загляденье. Я… наверняка ошиблась. Вероятнее всего – это новейшая иномарка, купленная за континентом. Она едва слышно заурчала. По корпусу пробежался солнечный блеск, а цвет, как водной рябью поменялся. Из чёрного в серебристый. Я же говорю, я не разбираюсь. Мне достаточно одних эмоций. Захлестнули с головой. Я как тот моторчик, мило заурчала. Как же захотелось очутиться внутри… Дорогой способ разорить карманы тысячам семей.

– (Нервно) Кай, – запнулась. – М-можно у тебя кое-что… спросить?

– Ну, да. Спрашивай.

– (Нервно) А… это всё… правда? Про тебя?

– Ну-у, не знаю… Смотря, откуда говорили. Бург сказал, что забирает просто в Бардо. Больше ничего. Без понятия какие там у меня… привилегии.

– Ладно, – выдохнула. – По ходу дела выясним… потом… Пошли…

Подтверждением всему служат двери. Они раскрылись не как по привычке, а с задней стороны кузова. Очень необычно и круто… Такое дурацкое слово, однако оно как раз отображало моё настроение. Крутецкое.

Сделали пару шагов с крыльца. Подошли. Вместе сели за ручку. Глупо было ожидать, что Кай проявит манеры галантности… Чего греха таить, они мне самой не особо были нужны. Сел первым. Ну и пусть. Ничего страшного. Я не привереда. Не уступят места. Дверь не откроют. Комплимента не скажет никто. П-ф-ф, ерунда. Сущие пустяки. Лишь бы человек был хорошим, а не подлизой. Опыта у меня благо есть. То готов на руках носить, то лишний раз не посрамиться в общественном месте оскорбить. Вот это я понимаю… Лицемерие… Хуже хамства – изначально скрываться под двойственной личиной… Что-то я заползла в другие кусты…

Единственная в этой ситуации оговорка – Кай неотрывно потащил за собой. Слишком уж в лоб принял детскую игру «за ручки». И ладно бы только держать. Дёрнул так, что я чуть лбом не задела крышу автомобиля. Можно было, конечно, сделать из этого большущую трагедию, но-о-о… меня вовремя отвлекли.

Боже, вот это сиденья… Чёрно-серебристые с золотистой окантовкой. Ровно такого же оттенка салон. Чередование цветовых панелей с мягкой подсветкой. Ни у кого из знакомых, я не видела такой красоты. Даже дома. Глупо сравнивать, ну и пусть. У Гиля, конечно, обстановка была очень даже роскошной, но не настолько. Складывалось неправильное настроение. Стыдно сидеть. Идеально чисто и свежо. Гармония света и формы. Ощущение – без пяти минут из магазина выкатили в мир. Просто хочется жить внутри. Если не жить, то как минимум любоваться. Один вид со стороны сулит незыблемую радость. Настроение, отвал башки. Прикосновение, нежной дрожью… кожу… теребит…

– Куда едем?

Послышался незнакомый голос. Внутри, как оказалось, помимо гражданина Бургунда, сидел ещё один человек. Водитель. Возможно, не только водитель, но вести машину для него сейчас была приоритетная цель. Он повторил:

– Господа, – повернулся к нам, – куда едем? Определились?

Меня такой подход ошеломил. Молчание. Честно, я толком и не думала, куда именно мы поедем. Казалось, что Кай заранее некоторые варианты обговорил или хотя бы попытался, но он молчал. Молчала, собственно, и я. Хоть спрашивали у нас, наверняка конечным пожеланием учитывалось его, но… как рыба в общем… Ни единого слова. Увязли с головой в своих мыслях. Идея одна, безусловно, была, правда, как минимум моё обязательство, озвучить мнение после него. Бургунд тоже молчал. Речь в мозгу таки прервали.

– (Медленно) Можно-о… Я думаю, можно поехать в… Даже знаю… Может, – обратился ко мне, – ты? – стал нервно перебирать руками.

Как же приятно. Прямо очень. Попытка немного… не в том ключе, как я себе обратно представляла, однако ощущения довольно схожи. Все трое буквально… вцепились в меня. Они практически жаждали моего внимания, насквозь прожигая глазами. Возможно, не так рьяно, но всё же. Ещё сильнее сжала его ладонь.

– (Неловко) Выбирайте… – задумалась, – в принципе любое место в центре. Там везде можно отдохнуть, куда пальцем ни ткни…

Кромешный мрак. Мда. Худшее из мною сказанного. Толком ничего. Я дико растерялась. Предложить хоть что-нибудь вменяемое, банально не вышло. Только натянутая улыбка. Она ни на каплю не смягчала ситуацию. Очередная дурнушка. Ровно также на себя, я бы смотрела со стороны. В любой непонятной ситуации корчит рожицу да улыбается. Благо хоть не лошадиный оскал. Да, в очередной раз много чего лишнего из головы взяла, однако то, что касается улыбки – очень тонкая грань. От любования до неприязни один шаг. Чуть выше задерёшь губу, и всё. Хрен потом от кличек отделаешься. Эти мелкие сволочи… не прощают ничего. Ничего. Только постепенно с годами, удалось избавится от привычки… давить лыбу на всё подряд. Вспоминая детские фото – как же они наивностью бесили. Жуть. Реакция за последнее время только усилилась. Ненавижу бывшую… себя…

Бургунд что-то молча буркнул под нос. Быстро вернулась в прежнюю себя. В этом смысле, ну, про бред в голове, приблизительно стало ясно, откуда могла взяться его кличка. Кай неожиданно вставил своё словцо:

– А может это… сначала тут проедемся? Ну-у-у… – осмотрелся по сторонам, – где-нибудь… рядышком… Поблизости. Я здесь от силы был… (вдумчиво) ну ни разу, если не считать сегодня. Наверняка где-нибудь найдутся интересные места…