Текст книги "Отборная няня для сорванцов (и) Генерала-Дракона (СИ)"
Автор книги: Ева Кофей
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 33 страниц)
– Можешь возвращаться к себе. Поговорю с тобой позже.
Мальчишка от волнения ступил вперёд, будто бы ожидал чего-то другого. Его колотило, глаза поблёскивали. В конце концов, до него дошло, что ему разрешили уйти.
Резергард отшатнулся и скрылся за поворотом коридора.
У меня сердце сжалось.
У остальных детей, которых я тут видела, такого раздрая всё же не было. Что если Резергард такой, потому что он полукровка? Что если дракон в нём борется с человеком?
Я кинулась к Девилу, чтобы тихо сказать, не волнуя ещё больше малышей (впрочем, они под шумок принялись играть с котёнком):
– Вы только требуете, но ничего не объясняете. Я вас умоляю, поговорите с ним!
Казалось, что он хотел начать спорить. Или собирался просто дать мне понять, что не собирается это объяснять. Но вместо этого Девил схватил меня за плечи, приподнял, и, глядя в глаза, прохрипел:
– Знаю.
– Знаю, Лана, – продолжил Девил, – возвращайся за стол.
В его глазах поблёскивала серебристая магия. Мне стало не по себе, поэтому, как только представилась возможность, я отошла от него подальше.
Переключаться с него на детей – одна из самых действенных техник.
Я только надеялась, что он правда осознал, как важно поговорить с Резергардом. Объяснить, что я здесь из-за Чарли. Что Девил хотел спасти младшего племянника, но ничего не знал о людях. И поэтому призвал меня.
Неужели и тогда Резергард бы швырялся вазами?
Я не заметила, чтобы он был настроен агрессивно к брату.
Или дело в том, что он думал, что я здесь ради него?
Потому что он тоже человек или близок к этому?
Чем больше я размышляла о наследнике дома чёрных драконов, тем больше понимала, что ему нужна помощь.
И мне одной ему не помочь. Девил тоже должен.
Подумал ли дракон о том же? Или просто решил всех выпороть попозже?
Знать бы, что в его голове…
– Вы всё съели, малыши? – улыбнулась детям.
После второго испытания улыбка у меня была профессионально-лучезарная, что уж там.
Чарли показал пустую тарелку, Поппи с энтузиазмом повторила за ним.
Вообще, младший мальчик выглядел гораздо лучше. Вот что овсянка животворящая сделала. А если серьёзно, я им налюбоваться не могла. Понятно, что последствия от плохого питания, как рукой не снимется, но всё же… Ему не было плохо, как в прошлый раз, одно это придавало мне силы и как бы говорило: «Продолжай, ты двигаешься в правильном направлении, не сдавайся».
Про Поппи и говорить нечего. Малышка как всегда была прекрасна.
После того, как я убедилась, что дети поели и хорошо себя чувствуют, они получили официальное разрешение играть с котёнком. Конечно, я не была их няней. Пока ещё нет. Но никто мне не запрещал приглядывать за ними вот так. На правах везде сующей нос гостьи Девила.
Мы с драконом переглянулись. Он сел за стол с таким видом, словно я уже перешла все возможные черты, и ему уже было всё равно, что будет дальше.
Ну и хорошо. Значит, я могу сделать то, что собиралась ещё вчера.
– Поппи, милая моя драконочка, у тебя же есть куанта, верно?
– Ума, – ответила девочка. – Конечно. Ума хо-ро-шая.
– Да, – кивнула я, – мне тоже она понравилась. А ведь и твоему братику, Чарли, тоже нужна такая Ума, да? Как думаешь?
Чарли отчего-то с опаской взглянул на меня. А потом в его глазах и вовсе появился настоящий страх.
Он боялся лошадей?
– Нет, – ответила Поппи, – Чарли ещё слишком маленький. Ему не надо.
Я усмехнулась. Стоило ли ей говорить, что они одного возраста?
– Чарли, малыш, не волнуйся. Это я образно. Твоим питомцем не обязательно должен быть конь. Что насчёт котёнка?
Я указала на своего червонца. Он таковым был, потому что вёл себя как настоящее золотко.
Не удивилась бы, если бы котёнок вырос и стал вышивать крестиком.
Чарли выгнул светлую бровку и посмотрел на меня с непониманием.
– Котёнок? – переспросил умилительно.
Я не могла понять, какие эмоции мальчик испытал и понял ли всё. Машинально перевела взгляд на Девила. Дракон сидел с прямой спиной, сложив длинные пальцы в замок и касаясь им подбородка. Задумчивый, но взгляд ясный.
И конечно же, на мне.
Он не дал подсказку, а Чарли осторожно погладил маленького зверя, хотя совсем недавно был куда смелее.
– Чарли… Я подумала, может, ты захочешь, чтобы котёнок был твоим? Вы должны будете приглядывать друг за другом.
– Моим? – прошептал малыш и с опаской обернулся на Девила. Тот помрачнел. На этот раз его выражение лица легко читалось. Это было что-то типа: «Что я совсем чудовище, по-вашему, чего смотрите, ждёте, что я запрещу?».
– Да. Я помогу тебе с ним, конечно. Котёнок живой, с ним нужно бережно себя вести, понимаешь?
Чарли понимал гораздо больше, чем дети его возраста понимали в моём мире.
Он, отвернувшись от своего дяди и подобравшись ко мне поближе, спросил:
– Правда? Я могу оставить? Можно?
С каждым слогом глаза мальчика всё больше наполнялись слезами. Я обняла его и погладила по спине.
– Конечно. Если ты хочешь. Я верю, что вы станете друзьями.
Котёнок, словно отозвавшийся, пролез между мной и малышом и утробно заурчал.
– Хочу, – сказал Чарли громче, – спасибо-спасибо! Можно, правда? – всё-таки ему требовалось, чтобы Девил дал «официальное согласие».
Я сверлила взглядом дракона и надеялась, что он не уйдёт ради того, чтобы сделать какой-нибудь амулет, печать или медальон, который присуждал бы животному должность питомца наследника великого дома чёрных драконов…
Хотя я бы не удивилась.
К счастью, Девил только махнул рукой и сказал:
– Можно.
Словно собаке разрешил есть. Но ладно. На самом деле это был его обычный тон.
Хорошо, что он не порывался упрекать ребёнка за слёзы. Видимо, потому что ничего уже от него не ждал.
Поппи не сильно впечатлилась, но вроде бы и не расстроилась. Я ей сразу же напомнила, что у неё уже есть каунта, между прочим, в виде целой лошади.
Девочка ткнула в мою тарелку и сказала:
– Няня, ешь! Остыло всё.
– Хорошо, детка, – я вернулась на своё место. Малыш играл с котёнком на ковре. Осторожно, что меня радовало. – Чарли, – обратилась к нему, – придумаешь своему питомцу имя? Я подумала, что тебе будет приятно назвать его самому.
Сказала это, попробовала кашу и… почувствовала, как начала задыхаться.
Еда… отравлена?
Эта мысль, подорвавшийся ко мне Девил, жар его рук, а дальше… пустота.
Глава 37
Когда я очнулась, малыши плакали горькими драконьими слезами, вокруг них, охая, бегала Ирен, меня в ладошку лизал котёнок, а сама я была в руках Девила.
Я дёрнулась. Зря. Боль пронзила тело.
Дракон тут же хрипло сказал:
– Оставайся на месте, мышка.
Яд перетекал от меня к нему. Моё плохое самочувствие цеплялось за его сильное тело ниточками-паутинками, вливаясь в кровь.
– Что… произошло, – выдохнула я, больше не двигаясь. В объятьях Девила было почти что хорошо. Тепло и безопасно.
Пусть сам процесс восстановления был неприятным.
Я словно складывала свою болезнь в раскалённую печь. Там она тут же превращалась в ничто.
– Почему вы плачете? Я в порядке, дети.
– Это она… – всхлипнул Чарли. – Это она сделала.
Он указал на Поппи. Я от удивления даже перестала дышать. Маленькая девочка. Это сделала маленькая девочка?
Да быть не может… Зачем?
И как?
Сама Поппи так же хныкала. Она вся покраснела. Можно было только надеяться, что её никто не обидел, пока я была в отключке.
– Я не хотела! – крикнула она, глядя на своего дядю. – Я не думала, что ей станет плохо. Почему ей стало плохо? Она напугала меня, дядя!
Девил как будто бы машинально запустил пальцы в мои волосы, принялся задумчиво перебирать прядки. Снова спасая мне жизнь мимоходом. Двигаясь при этом к своей собственной цели.
– Она не такая, как ты, – сказал он строго, но спокойно. – Она человек. Что ты насыпала в кашу?
Поппи потихоньку успокаивалась, Чарли тоже. Он увидел, что я в порядке. Но смотреть на большие светлые глазки, что были на мокром месте, было трудно. Сердце сжималось.
– Всего лишь огненный порошок, – сказала маленькая драконица, – я хотела, чтобы она забавно чихала!
Рука Девила замерла, я всем телом почувствовала его напряжение.
– Порошок из огненного плода? Она могла сгореть изнутри, ты понимаешь?
– Нет, – девочка захлопала ресницами, – а как это?
Девил уже не обращална неё внимания. Ирен что-то нашёптывала детям. Наверняка то, что это я виновата. Что я плохая. Я напугала их своей слабостью.
– Тебе стало плохо… – задумчиво прошептал Девил. – Но могло быть и хуже, мышка.
Я попробовала пошевелиться, движения давались легче, так что получилось слегка вывернуться и заглянуть ему в лицо.
– Тебе всё это не подходит, – вдруг сказал он шёпотом.
Будто бы что-то решил.
Что-то плохое.
– Свернёте мне шею, словно хромающему цыплёнку? – спросила я так, чтобы дети не услышали.
У Чарли не было суперслуха, а Поппи была сосредоточена на себе.
В глазах Девила отображалось ясно – да, он считает это выходом. А ещё ему будто бы даже было печально. Хотя что такого? Всего лишь моя жизнь, он может ей распоряжаться как угодно. Если бы не он, я бы уже кормила червей в своём мире.
Может быть, летала бы призраком, наблюдала бы за шикарным мужчиной в чёрном костюме на кладбище. Который так легко отпустил меня, лишь только учуяв тонкий запашок смерти.
Девил сделал обратное. И я понимала его. Но был ли он лучше моего бывшего? Я не знала… не знала, почему вообще задумалась об этом.
На ресницах засеребрились слёзы, я вдруг почувствовала себя настолько уставшей, что было уже всё равно.
– А ты уже сдалась? – спросил дракон вкрадчиво.
Тело пронзила тёплая волна мурашек, я вцепилась в его плечи сильнее. Момент слабости ускользнул, словно его никогда и не было. В сердце зажглась искра.
Нет, я не пойду по своей воле на эшафот, не подойду к Девилу, что будет манить меня к себе. С острым клинком в руках.
Ситуация была почти безвыходная. Побег всегда был плохим вариантом. Сколько раз я уже могла погибнуть только лишь из-за детских шалостей? А что будет со взрослыми, которые на улице распознают во мне человечку? Я ведь даже половых тряпок касаться не должна…
Ну, конечно, у них же для этого есть гномы. Они с удовольствием забьют меня маленькими швабрами за то, что попыталась занять их престижные места…
Картина вырисовывалась забавная и мрачная.
Девил не соврал в одном из наших первых разговоров. Я буду по-настоящему в безопасности, если выиграю отбор. Под защитой дома чёрных драконов. Но если этого не произойдёт… Что ж… Я буду бороться за свою жизнь до последнего.
Девил коснулся пальцами моей щеки, будто уловив новую энергию вокруг меня и огонёк в глазах. Прикосновение было таким приятным, что стало больно.
Зачем всё это? Проще было бы просто ненавидеть его. А не бродить, словно одержимая, по краю. По лезвию ножа.
Без каких-либо перспектив.
– Ирен, проверьте Резергарда, – приказал он, не отводя от меня взгляда.
Няне пришлось подчиниться. Тогда Девил поделился своим опасением:
– Лана, когда наша связь прервётся, кто будет тебя спасать? Я всё ещё чувствую твою болезнь в своей крови. И к этому каждый день добавляются всё новые и новые недоразумения. У меня такое чувство, что как только побочка перестанет действовать, ты можешь просто рассыпаться в прах. Такая хрупкая…
Это могло бы звучать как комплимент в другом контексте. Но дракон, конечно же, не преминул добавить:
– Непригодная для этого мира. Я должен признать свою ошибку. У тебя ещё меньше шансов, чем я полагал.
Я попыталась подняться, выбраться из его рук, потому что обсуждать свою судьбу и доказывать, какая я на самом деле сильная, в то время, как он держал меня в объятьях и спасал, было бы нелепо.
Дракон не позволил.
– А если связь не прервётся? – прошептала я тогда. – Почему лучше-то не становится? Что, если я и правда не могу находиться здесь, не связанная с вами? Такое возможно?
Девил стиснул объятья. Стало почти больно.
– Я сделал практически невозможное. Инициировал то, во что нельзя вмешиваться. Ты не обычная попаданка, ты появилась здесь не по воле богов. Я сам тебя призвал. И, как ты понимаешь, последствия могут быть любимыми.
– И я могу быть права? Что тогда?
Ответ Девила только подтвердил все мои опасения:
– Тогда я убью тебя.
Значит, не зря я чувствовала от него настоящую угрозу. Он наверняка только и делал все эти дни, что размышлял, как бы меня прикончить. Вот так и заводи попаданок на эмоциях… Потом топить приходится, как ненужных котят.
Если бы не было рядом детей, я бы не выдержала и рассмеялась. Господи, ну да… А что ему ещё со мной делать, если связь не пропадёт?
Таскать вечно за собой, защищая от токсичной обстановки, медленно сходя с ума? Чего ради? Я просто очередная помеха на его пути. Уверена, на его счету много смертей, моя будет лишь очередной.
При этом по дракону видно, что он был бы не против другого пути. Не было бы связи, я бы уже хотя бы могла сбежать. Не опасаясь, что он будет знать, где я. Или что мы в принципе не сможем существовать на расстоянии друг от друга.
А с этой связью от меня избавиться можно, наверное, только перерезав мне горло.
Я бы не рассуждала об этом так холодно, если бы мне не приходилось свыкаться с мыслью о смерти в своём мире.
– Это ещё не точно, – я постаралась вновь выпутаться из его рук. На этот раз получилось. – Может быть, она пропадёт. И тогда мы не будем друг для друга такой уж проблемой? Правда?
– Ты не выиграешь отбор.
Я бросила взгляд на детей. Сердце кольнуло. Я бы не оставила Чарли, если бы была такая возможность. Но в случае проигрыша её не будет. Подошла к Девилу, глядя ему в глаза, шёпотом попросила:
– Если я не выиграю и при этом мы больше не будем связаны… Просто отпустите меня.
Он мрачно усмехнулся и любезно напомнил:
– Ты и часу не продержишься за воротами моего дома, если уже не будешь со мной связана.
– А это уже не ваше дело будет. Я лишь прошу со своей стороны не убивать.
– Если связь разорвётся, – с нажимом произнёс Девил.
– Договорились. Теперь надо узнать, как её разорвать.
– У богов спросим?
– Если понадобиться – да… Скажите, что не хотите из-за меня заморачиваться? Но подумайте получше: что если из-за нашей связи не получится без вреда для вас уничтожить меня? Сначала надо уничтожить связь. А уж там моя надежда будет только на ваше слово.
– Думаешь, я такой монстр? Если ты перестанешь… влиять на меня, я тебе даже денег дам в дорогу.
– Отлично, – улыбнулась, – ловлю на слове.
На этом Поппи не выдержала и крикнула:
– Дядя, ну что вы там перешёптываетесь? Она должна извиниться передо мной! Лана, почему так себя ведёшь?
Поппи казалось милой девочкой. Беззаботной и беззлобной. И так оно и было. Вот только маячил на горизонте один нюанс… она была драконицей.
– Детка, я не хотела тебя напугать, – отозвалась я спокойно. Всё-таки предполагалось, что я должна была стать няней для всей троицы. К каждому ребёнку нужно было найти подход. – Но твой дядя прав – опасно вот так шутить. Я чем-то тебя обидела?
– Нет, – удивилась Поппи. – Ты мне нравишься! Такая красивая и солнечная! Но что я сделала? Это ты напугала Чарли, упала, засопела… Ещё и в столовой. Это не… неприлично.
Чарли всхлипнул в последний раз и поспешил ко мне. Видимо, убедившись, что я окончательно пришла в себя и больше не никуда не упаду.
– Ты же не умрёшь? – спросил мальчик едва слышно. – Пожалуйста, останься… Со… мной.
Я принялась гладить его по голове, прижимать к себе и обнимать. К сожалению, обещать ничего было нельзя. Он потерял родителей и уже сейчас жутко расстроился бы из-за меня. А что будет, если он привяжется ко мне сильнее?
Ужасная ситуация, в которой мы все заложники.
– Всё хорошо, слышишь? Я здесь. Твой дядя меня спас. Не волнуйся, ладно? Поппи просто не знала, она так больше не будет.
– Почему не буду? – девочка подбоченилась и нахмурилась. – Это же так весело!
– Ты не знала, Лана? – спросил Девил. Он обошёл нас с Чарли и устроился рядом с племянницей. – Драконы, особенно в молодом возрасте, полны энергии. Есть запрет на использование магии в местах, которые для неё не предназначены. Столовая – одно из таких мест, само собой. Поппи, как обычно, выплёскивала свою энергию на шалости. Обычно доставалась Ирен, но она посчитала тебя достаточно значимой, чтобы подсыпать порошок.
– Конечно, разве я не могу повеселиться со своей няней? Ирен всегда попадается и веселит меня! Вчера я ей обстригла волосы, но мы уже их отрастили с помощью артефакта. Это было так интересно! Няня никогда не падает и не ведёт себя так, как ты!
Да… Ирен прошла отбор и определённо знала, как вести себя с Поппи. Для меня же такая работка, оказывается, могла быть опасна. Смертельно. Девочка ведь даже не поняла, что не так.
– Она такая же, как твой братик, – сказал Девил. – Помнишь? С Чарли нельзя шутить.
Поппи покладисто кивнула.
– Да. Потому что он ещё не обрёл силу. Пока он не дракон, он слабый. И нельзя шутить. Я жду, когда можно будет. И с Ланой нужно ждать?
– С Ланой нужно смириться, – выдохнул дракон. – У неё никакой силы никогда не появится.
Поппи удивилась. Она, видно, совсем плохо понимала в том, что из себя представляют люди.
Это не укладывалось в её блондинистой головке.
– Но как же… Зачем она тогда? И как?
– Она хорошая, – вступился Чарли.
– Да, – прошептал вдруг Девил. – Но этого недостаточно. Что же касается тебя, Поппи, ты должна пообещать относиться к Лане так же осторожно, как и к брату, хорошо?
Девочка передёрнула плечиком.
– Ну ладно.
Девил указал мне жестом на дверь.
– Идём.
Как раз вернулась Ирен, котёнок остался рядом с Чарли, я помахала детям рукой. Они помахали в ответ. Поппи вела себя так, будто бы ничего не было.
Я так и не поела. И, наверное, уже не успею.
– Куда мы? – спросила у дракона в коридоре.
– В город, – ответил он.
В город? Зачем? А как же испытание? Я вообще ещё участвую в отборе? Спросить не успела, потому что всё вокруг пронзил громкий, неприятный звук, похожий на сирену. Он нужен был наверняка лишь для привлечения внимания. После заговорила кевлара:
– Итак, претендентки отбора… Внимание! Информация о третьем испытании! Внимание!
Глава 38
Кевлара появилась метре от нас посреди коридора. Вокруг неё тьмой сгущалась тёмная, тяжёлая магия. Она говорила без каких-либо эмоций в голосе, как и всегда. Говорила будто бы со мной, но на меня не смотрела. Её голос отдавался эхом по всему дому. Что-то мне подсказывало, что другие претендентки смотрели на неё в тот момент точно так же, как и я.
Древняя родовая магия была повсюду одновременно и воплощалась в нескольких статуях сразу во всех нужных местах.
Не потому ли я догадалась, что об этом думал Девил, а мы были связаны?
Я заметила, что прижалась к нему, только когда задумалась над этим.
Тут же отпрянула и постаралась сконцентрироваться на том, что говорила кевлара.
– Претендентки отбора на должность няни в доме чёрных драконов. С радостью сообщаю вам, что сегодня день цветения эфесов. И день рождения нашего города Эфеса. Как вы знаете… или же не знаете… этот праздник обязательно отмечать, если не хотите навлечь на себя беду. Третье испытание откладывается до семи часов вечера. Мы не можем держать вас в доме весь день цветения. Дом чёрных драконов позволяет вам отправиться в город, чтобы совершить все необходимые ритуалы и напитаться благостью на несколько месяцев вперёд. Так же замечу, что сейчас каждая претендентка является часть дома чёрных драконов. Поэтому вы обязаны надеть наши ритуальные одеяния. Они так же обеспечат вам безопасность среди горожан. Впрочем, хочу напомнить, что в этот день любое, даже самое мелкое преступление, может обернуться проклятьем на всю жизнь. Вам не о чем волноваться, претендентки. Празднуйте, танцуйте, впитывайте радость и вернитесь на отбор, полные энергии. Сегодня нас непременно покинет одна из участниц. Вам понадобятся силы, чтобы не стать ей.
На этом статуя исчезла. Раньше она так не делала, я испугалась, отступила ещё на шажок и вновь упёрлась в твёрдую грудь Девила. Он поймал момент и приобнял меня за талию.
– Есть вопросы, мышка? – ухмыльнулся.
– Вы знали, что так будет?
Он кивнул.
– Ты так слёзно в прошлый раз хотела позавтракать с детьми. И во что это вылилось? Опять голодная…
– Зато теперь я буду знать, что с Поппи нужно держать ухо востро…
Он повёл меня вперёд по коридору. Я ожидала, что получу выговор, очередное обвинение. Но Девил на удивление принялся объяснять:
– Ты, наверное, плохо поняла, что произошло. Думаешь, я должен был сделать ей выговор? Или что Ирен должна была смотреть лучше?
– Про Ирен… Я даже сначала подумала, что моё отравление – это её рук дело. По мне так это логичнее, чем то, что еду отравил маленький ребёнок.
– Ирен? – удивился дракон. – Что за дурацкие мысли в твоей голове?
Я пожала плечом. Драконица терпеть меня не могла. К остальным, наверняка, тоже не питала особой симпатии. Кто-то из них обязательно скоро займёт её место. Но я-то была человечкой. Одно то, что я просто оказалась на таком отборе, что претендовала на её звание, уже, должно быть, взрывало мозг и толкало на агрессию.
Конечно, может, она и не напрямую это сделала. Может, она просто намекнула девочке.
– Ты до сих пор не поняла суть, Лана.
– Суть чего? Испытаний? Я поняла. Это нужно для безопасности вашего великого древнего рода. И это традиция.
Он обвёл меня взглядом, коснулся уголка глаза, убирая ресничку. Задумчиво так. И так просто. Будто бы он и не был моим потенциальным убийцей. Будто бы я и не была одной из главных его проблем. Я вздрогнула, но не более.
– Это инициация, – выдохнул мужчина. – Уверен, что-то подобное есть в каждом мире. Это всё часть ритуала, Лана.
– Ритуала?
– Магия совершает свои действия, претендентки – свои. Всему ведётся свой сложный подсчёт, который лишь косвенно отображается в баллах, что выдаёт кевлара. Формируется постепенно нужный энергетический фон. Представь, что каждое действие на отборе – это нужное слово для ритуала. Та, что останется, что всё сделала правильно, в итоге станет няней. Значит, вплетёт себя, свою силу, свою судьбу в наш дом. Станет его частью. Будет полностью под защитой, будет подчиняться всем правилам. После такого сложного, сильного ритуала, который длился не один день, няня физически не сможет вредить дому чёрных драконов. В этом весь смысл. Повар не ворует мясо с кухни, служанка не сплетничает со своими подругами насчёт того, что происходит в спальне её госпожи, няня не подставляет никого, кто относится к дому чёрных драконов. Вы претендентки отбора, ваши медальоны у кевлары, это считается. Она не могла бы ничего сделать. Не могла бы даже подстроить, нашептать Поппи. Это считалось бы предательством. Которое невозможно. Я ведь уже говорил… древним домам нужно беречь свои секреты. Наши отборы помогают всему, что происходит в доме, не выходит за пределы. Так, никто до сих пор не знает подробностей о моём брате. Так, я могу точно знать, что никто из слуг к этому непричастен.
Я кивнула.
– Спасибо, что объясняешь. Объясняете…
Он усмехнулся. Может быть, и хотел бы, чтобы я перешла на «ты», что-то такое мелькнуло в его глазах. Но просить об этом человечку всё же не стал.
Мы, наконец, сдвинулись с места. Я попросила заскочить к малышу. Дракон разрешил.
– Так что не думай на Ирен. Она может выражать недовольство, я не могу заставить её любить всех и каждого. Да и не вижу в этом смысла. Драконы всегда будут говорить то, что думают. И выражать презрение. Мы не вампиры, чтобы улыбаться человечкам. Но… она не тронет тебя. Всё дело в Поппи. Она действительно посчитала это маленькой шалостью.
– Я понимаю. И не беру на свой счёт даже, не в этом дело. Просто… Разве не нужно ей объяснить, что это не совсем хорошо?
– Нет, – отозвался Девил.
– Мне сложно объяснить доходчиво, поскольку я не знаю, от чего ты отталкиваешься в своих суждениях, мышка, – продолжил Девил. – Я ведь говорил, что у драконов есть потребности. Запрещать что-то Поппи – это всё равно, что обрезать ей крылья. Она не думает, что это что-то плохое. Никого её шалости ещё не убили. Понимаешь… обязанность няни в первую очередь – выдерживать многое, мирится с потребностями своих воспитанников. Ирен с этим справлялась. Для остальных так же, уверен, это не станет трудностью. Для тебя, как мы сегодня убедились, да. Этот отбор, как и эта должность, не рассчитана на человечек. И никто не собирается ничего менять. Я не могу запретить Поппи то, что ей полагается по праву. Хорошо ещё, что она вымещает свою энергию розыгрышами, а не чем-то похуже… Если ты станешь её няней, она не сможет с тобой играть так, как ей хочется, и она заболеет. Поэтому да, её взглядом ты виновата, что так отреагировала и испугала всех. Не удивлюсь, если ей теперь будут сниться кошмары…
– Как сложно… – я окинула Девила расстроенным взглядом. – Я понимаю. Но что мне делать? Если бы няня нужна была только Чарли… Если бы можно было как-то разделить… Я бы точно справилась.
– Может быть, – он не стал унижать меня сомнениями в очередной раз. – Это всё из-за моего брата, – вдруг сказал откровенно. – Ты даже не представляешь, как сильно он подвёл всех. Древняя магия не живая. Она лишь следует правилам, которым несколько тысяч лет. Она может принимать вариативные решения, но есть рамки. Всё это было рассчитано на детей драконов. Ей нельзя объяснить, что Чарли – человек. Само это просто рушит все устои. Более того, у меня было опасение, что установки сработают так, что магия в принципе не даст этим детям жить. Но нет. Она просто не учитывает их особенности. И отбирает нянь, которые отлично подходят разве что Поппи. Думаешь, Ирен что-то сделала не так? Нет, она действовала по инструкции. Состояние Чарли тем не менее только ухудшалось. Просто потому, что он человек, а драконы о человеческих детях ничего не знают. Такое простое решение, как поменять питание, никому и в голову не пришло. Опять же из-за инструкций. Из-за того, что Чарли должен быть драконом. И в нём в первую очередь старались пробудить этого дракона. Вместо того чтобы смириться и найти другой подход. Да и как найти… В самой большой библиотеки города о людях я не нашёл ничего полезного. Учёные привыкли писать о возвышенном и полезном, а не копошиться в грязи. Люди, попаданки и попаданцы в частности, как элемент общества просто не учитывались никогда.
Мы остановились у двери в комнату малыша. Девил привалился к стене, разглядывая меня, будто надеясь найти ответы на свои вопросы, которые в один миг скопом свалились на его дурную голову.
– Значит, – подытожила я шёпотом, – даже если я выиграю отбор и помогу Чарли, пострадают остальные?
– Может быть, мы что-то придумаем. Но я не верю, что ты сможешь выиграть. Дело не в тебе, Лана. Дело в том, что он предназначен для дракониц и магичек. Я бы помог тебе, но кевлара считывает всё. Любое вмешательство тут же окончится дисквалификацией. Единственное, что я мог сделать, так это впустить тебя на отбор. И я жалею, что это сделал. Поспешил. Можно было смирить свою гордость и отправить тебя в другое место.
– Это в какое же?
Он ухмыльнулся мрачно:
– На отбор фавориток.
Я покривилась. Он, заметив эту реакцию, рассмеялся. Красиво. Но громко. Я опасалась, что из-за этого проснётся малыш, если он спал. Поэтому подступила к дракону и, не успев ничего обдумать как следует, закрыла ему рот ладошкой.
– Тихо, – прошептала.
Девил пронзил меня странным взглядом…
Дракон схватил меня за запястье, но руку в итоге не отнял. Его дыхание касалось моей ладони, будто бы поглаживало её. Сердце стукнуло по-особенному. Чувство было такое, словно что-то подталкивало меня к нему. Раз за разом провоцировало столкновение. Ради хотя бы мимолётного прикосновения. Кожа к коже и энергия к энергии.
Девил не сводил с меня вновь разгорячённого взгляда. Мысли сбивались. Мне хотелось сказать, чтобы он не кричал под дверью детской. Пояснить своё действие.
Или сослаться на правду. Сказать, что я чувствую себя бестолковой марионеткой, которую заставляют крутиться рядом с ещё одной точно такой же.
Много чего можно было бы ему сказать. Но с языка соскользнуло нечто странное.
– Если кевлара всё считывает, и вы, драгар, убеждали меня, что претендентка на должность няни должна думать только о детях, то почему тогда Ядаяну не дисквалифицировали?
Он нахмурился, в серых глазах промелькнул знакомый мне злой блеск. Эмоции драконов, по крайней мере тех, с кем приходилось общаться близко, считывались даже легче, чем в моём мире. Блеск был реальным. Это магия, что лишь на долю мгновения выходила из-под контроля и добавляла выразительности глазам.
Девил вдруг усмехнулся. Я почувствовала это кожей и поспешила отпрянуть. Но он не отпустил моё запястье, погладил его то ли с намёком, то ли издеваясь. И ответил:
– С чего ты взяла, что она думала о чём-то кроме того, как бы принести пользу дому чёрных драконов? С чего ты взяла, что это она желала меня, а не я хотел её?
Она ему нравится?
Я вырвала руку. Смогла только потому, должно быть, ему надоело меня касаться.
– Вот так, значит? – говорила всё ещё шёпотом, но он был громким, если так можно выразиться. – Девушки не могут думать ни о чём, кроме своих прямых обязанностей. Но если так будет нужно, мы должны позволять вам… снимать стресс? Такая здесь работа на благо вашего дома и такой отбор?
Такие заявления были возмутительны. Но в них был плюс: меня сразу же отвратило от него. Никакого больше пляшущего сердца и сбившегося дыхания. Господи, спаси и сохрани от такого счастья.
Лицо Девила стало непроницаемым. Все наши моменты сближения и попытки решать общие проблемы сообща вместе с минутами откровенности, сошли на нет. Передо мной вновь был отчуждённый и властный мужчина, каким я видела его в нашу первую встречу. Тогда, помнится, он говорил, что никогда не соизволит обратить своё драгоценное внимание на человечку.
– Забавно… – сказал он ровно. – Это, что ли, ревность? Ты думаешь, что между нами есть хоть что-то, кроме побочного эффекта ритуала призыва? Думаешь, у меня на тебя есть хоть какие-то планы, не связанные с Чарли? Ты забыла, кто тебе спас жизнь и на каких условиях? Забыла, с кем говоришь?
– Нет, – ответила холодно. – Я прекрасно помню, с кем говорю. Говорю с существом, у которого пропал брат. Брат, у которого была тайна в виде человеческой девушки и троих детей. Которые не вписываются в ваш мир.
– Прекрати.
Он оборвал меня спокойно, что означало, что он вот-вот снесёт мне голову. Но я устала его бояться и продолжила так же настойчивым полушёпотом:
– С существом, который не знает, с какой стороны, кто и когда нанесёт следующий удар ему или его семье. С мужчиной, который от отчаяния и желания спасти ребёнка рискнул своей жизнью и спас мою жизнь. У которого всё получилось, но вместо снисхождения от богов ему досталась побочная связь с девушкой, хуже которой никого в этом мире не может быть. На которую он бы никогда не посмотрел, если бы не это связь. С мужчиной, для которого любой разговор со мной – это унижение. Который считает, наверняка, что лучше умереть, что переспать со мной. Ведь так? Связь толкала вас к моей спальне, и вы почти преодолели этот путь. Но годы дисциплины взяли своё, вы смогли сопротивляться, смогли напомнить себе, что я отвратительная человечка, не женщина, просто сущность, которая может сделать лишь единственное одолжение этому миру – умереть. У вас получилось. Надеюсь, что получаться будет и дальше. Всё так, драгар? Не надо впредь утверждать, что я не знаю, с кем говорю. Прекрасно знаю.
