Текст книги "Идеальная траектория (ЛП)"

Автор книги: Эшли Константин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 53 страниц)

Глава 66

«Основная цель мероприятия – чтобы вы поделились своим опытом в мире науки и инженерии. Цель состоит в том, чтобы вдохновить молодых девушек пойти по вашим стопам, увидеть в вас образец для подражания.

Вам следует рассказать о своём прошлом, о том, как вы поняли, что хотите работать в этой сфере... Никаких личных вопросов о вас, но я бы приготовился к нескольким...

Вы будете в большом зале, так что там будет многолюдно. Не позволяйте этому вас пугать... Если вам неудобно отвечать на вопрос, просто скажите об этом, и они перейдут к следующему.

Там будет полно фотографов, так что ожидайте много вспышек во время вашего выступления. Постарайтесь сохранять концентрацию. Это будет скорее сессия вопросов и ответов, чем что-то ещё...

О, и приготовьтесь к сложным вопросам, связанным с наукой. Здесь я вам не помощник, это не моя область знаний...

И, пожалуйста, что бы вы ни делали, не ругайтесь... это будет в прямом эфире, – сообщил мне агент Нокса, пока мы сидели в частном самолёте, который журнал People отправил за ним.

Самолёт был роскошным, с мягкими белыми кожаными креслами по обеим сторонам – одиночными с одной стороны и парными с другой, некоторые из них были разделены элегантными серыми столиками.

Стены были отделаны чёрным мрамором, который сиял чистотой, а серый ковёр был таким мягким, что я не удержалась и сняла обувь, чтобы почувствовать его мягкость под ногами.

– В прямом эфире?! Никто не говорил, что это будет в прямом эфире! – Меня охватила паника, и я почувствовала, как рука Нокса легла на мою. Я закрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание. В прямом эфире? Вот чёрт!

– Всё будет хорошо, куколка. Я буду рядом, если понадоблюсь, – успокаивал он, поглаживая большим пальцем тыльную сторону моей ладони.

– Хорошо? Ты же знаешь, какой я перед публикой... Нехорошо фотографироваться перед выходом на сцену? – спросил я его агента, которая рассмеялась и покачала головой.

– Ты можешь выпить максимум две рюмки за двадцать минут до выступления, но не матерись! – Она многозначительно посмотрела на меня поверх очков в широкой оправе.

Я кивнула, снова перевела взгляд на окно и вздохнула, глядя на облака под нами.

Она ещё раз просмотрела критерии отбора, собираясь с мыслями. Затем она убрала листы обратно в портфель и вытащила ещё одну стопку бумаг.

– Теперь твоя очередь, – сказала она, указывая ручкой на Нокса, который, подперев голову рукой, смотрел на неё в ответ. Его рука всё ещё лежала на моей.

– Вы собираетесь рассказать мне, кто на вашей фотографии в Instagram? Потому что спасибо, что предупредили, я был застигнут врасплох и получил множество звонков от журналов с просьбой прокомментировать...

Так что в следующий раз введи меня в курс дела и скажи, кто это ”.

– Я хочу сохранить её конфиденциальность, – просто сказал он. Она посмотрела на него, поправив очки на носу, пытаясь понять его.

Конфиденциальность? Моя конфиденциальность? Её уже давно нет.

– Я не собираюсь ничего комментировать, но я ваш агент, и я должна знать, кто это, Нокс... Я могу сохранить её конфиденциальность, – сказала она, наклонившись вперёд над серым столом, который разделял нас.

Он вздохнул и посмотрел на меня, затем потянулся через сиденье и достал свой ноутбук из спортивной сумки. Он ввёл пароль, и первым, что появилось на экране, была моя фотография, на которой я улыбаюсь ему с его колен.

Я удивлённо вскинула брови. Почему это было открыто на его ноутбуке? Он развернул его к своему агенту, прислонив губы к верхней части ноутбука и глядя прямо на неё.

– Это ответ на твой вопрос? – спросил он, снова положив руку на мою и откинувшись на спинку стула, приподняв бровь.

Она ухмыльнулась, и уголки её пухлых красных губ приподнялись. – Громко и отчётливо.

Отсалютовав, она снова опустила взгляд на лежащие перед ней бумаги, просматривая заметки, которые она сделала на полях и стикерах.

– В следующем месяце у тебя будет интервью с Джерри для ESPN. Они приедут в Саванну, и я тоже буду там. Они дали мне много вопросов для ознакомления.

Многие из них касаются твоей личной жизни. Хочешь прочитать их и сказать мне, о чём ты не хочешь, чтобы тебя спрашивали?

Он покачал головой. – Я не собираюсь это обсуждать. Это никого не касается, – сказал он, глубоко вздохнув.

Увидев, как между его бровями появилась небольшая морщинка, я поняла, что его раздражает сам факт того, что она вообще задаёт эти вопросы.

– Нокс, ты должен ответить хотя бы на некоторые вопросы, иначе люди переключатся на что-то другое и рейтинг упадёт. Для этих ребят всё дело в рейтингах и деньгах, ты же знаешь. Ты можешь отвечать расплывчато, но ты должен ответить хотя бы на три вопроса...

Она перевернула страницу и сложила руки на столе, глядя на него поверх столешницы. Он хмыкнул, задумчиво глядя в иллюминатор.

«Ты самый обсуждаемый игрок. Все хотят знать, какие девушки тебе нравятся, как ты представляешь себе идеальное свидание. За тобой гоняются все девушки страны, дай им что-нибудь...»

Она пыталась уговорить его пересмотреть своё решение. Она была права, он был золотым мальчиком, о котором все хотели знать.

– Не каждая девушка… – пробормотал он, затем вздохнул и жестом попросил её передать ему вопросы.

«Я прочту их, но я всё равно не уверен, что хочу, чтобы мне задавали эти вопросы. Я играю в футбол, вот о чём я должен говорить... На спортивном канале, ради всего святого!» Он поднял руки вверх, приводя очень веский аргумент.

– Просто прочти их и дай мне знать. Я буду там, сделаю несколько звонков по этому поводу, хорошо? Она встала и прошла по салону к своему ноутбуку.

Когда она достаёт свой телефон, я вижу, как она кладёт другой на стол и начинает звонить. Тем временем Нокс листает листы бумаги. Я не могу не заметить, что они напечатаны только с одной стороны.

– Ну, это пустая трата бумаги. Почему они не напечатали на обеих сторонах? Без деревьев мы бы не дышали... – я замолкаю, когда он начинает смеяться надо мной.

Он откидывается на спинку стула, и его настроение слегка меняется. Снова взяв в руки бумагу, он сосредоточенно щурится, положив палец на верхнюю губу. Это его привычка, когда он сосредотачивается. Его челюсть расслаблена, но напряжена, взгляд скользит по странице, пока он читает вопросы.

Я ловлю себя на том, что восхищаюсь его чертами лица, когда он фыркает и ухмыляется, глядя на написанные чернилами слова. Как один человек может быть таким…

– Кому, чёрт возьми, интересно, предпочитаю ли я блондинок или брюнеток? Или обращаю ли я внимание на цвет ногтей девушки? – Его лицо вытягивается от недоверия, и я не могу сдержать смех.

Я быстро прикрываю рот рукой и хихикаю. Он выглядит удивлённым, его взгляд с интересом скользит по моему лицу.

– Нокс, это явно вопрос жизни и смерти для твоих поклонниц. Разве ты не знаешь, что за тобой гоняется каждая девушка?

Поддразнивать его так легко. В половине случаев он хорошо это воспринимает, а в другой половине – злится. Но так весело его подкалывать.

– Заткнись, куколка. Единственная девушка, которая мне нужна, – это та, которая не гоняется за мной... На неё трудно обратить внимание. – Он смотрит на лежащую перед ним бумагу, отмахиваясь от собственных комментариев.

– Почему это сложно? – тихо спрашиваю я, привлекая его внимание. Я действительно хочу знать, кто эта девушка. Это сводит меня с ума с тех пор, как он впервые упомянул её.

Он выдыхает через нос, выпрямляется и со стоном потирает затылок. Ему, похоже, неловко говорить об этом, как будто он хочет избежать разговора. Но я всё равно узнаю. Верно?

– Это... она... кхм... я не знаю, нравлюсь ли я ей в ответ...

Я никогда раньше не видела его таким неуверенным, особенно в отношениях с девушкой. Обычно он такой уверенный в себе, когда дело касается женщин. Почему он так зациклен на этой конкретной девушке?

Он напуган. Он человек.

– Вот почему всё так сложно? Потому что ты думаешь, что она не отвечает тебе взаимностью? Ты спрашивал её об этом?

“Ну что ж.... no bu—”

– Тогда спроси её. Но скажи мне, почему это так сложно, может, я смогу помочь?.. Я стараюсь свести своё раздражение к минимуму. Просто скажи её чёртово имя, Картер, чтобы я мог двигаться дальше.

– Если я скажу тебе, почему это сложно, ты поймёшь, кто она... Я зн... тьфу... Ненавижу это!

– Скажи это, Картер! Наберись смелости и пригласи её на свидание! – я нажимаю на него, и он бросает на меня раздражённый взгляд.

Ну же, скажи это! Соберись и произнеси её имя. Это не должно быть так сложно, но он относится к этому как к вопросу жизни и смерти.

“Алекс, это ком—”

– Не смей говорить, что это сложно! Скажи мне, почему ты считаешь это сложным! Скажи мне! Ну же, скажи это. – Я начинаю злиться из-за того, что он уклоняется от ответа.

“Эль—”

– Возьми себя в руки, Картер. Давай. Выплюнь это... – я перебил его, закричав на него.

– ЭТО СЕСТРА МОЕГО ЛУЧШЕГО ДРУГА!.. – кричит он мне в ответ с потрясённым выражением на лице. – Чёрт!.. – Он закрывает глаза, не желая смотреть на меня.

Он трёт лицо ладонями, словно пытаясь стереть только что сказанные слова. Его глаза плотно закрыты, как будто он больше никогда не хочет их открывать.

Тем временем моё сердце бешено колотится, так сильно, что кажется, будто оно вот-вот вырвется из груди.

Срань господня... ему нравится Сэм?

Я застыла на своём месте, мои мысли где-то далеко, моё тело онемело. Он открывает глаза и видит, что я всё ещё сижу молча, широко раскрыв глаза от шока. – Малышка? Скажи что-нибудь?

Я смотрю в пустоту, и меня пронзает осознание. Ты ему не нравишься, ему нравится твоя сестра.

Это логично. Он нравится Сэм, она не бегает за ним, потому что встречается с Тайсоном, и всё сложно, потому что она выходит замуж. Теперь всё логично.

– Тебе нравится Сэм? – шепчу я, всё ещё пребывая в оцепенении и собирая воедино всю информацию.

– Что? Нет! Алекс, мне не нравится Сэм... – он быстро качает головой. Я поворачиваюсь к нему лицом, смущённая и заикающаяся.

– Тебе н-не нравится Сэм? Кто тебе н-не нравится, Мэдди, да? – спрашиваю я, вздрагивая и морщась в ожидании его ответа.

О боже, пожалуйста, скажи мне, что он не увлекается пятнадцатилетними.

– Господи, нет! Мэдди? Боже, нет! Ей же лет пятнадцать! – Он защищается и начинает громко смеяться. Почему он смеётся?

– Почему ты смеёшься? Его смех немного стихает, когда он слышит растерянность в моём голосе. Он просто смотрит на меня, словно чего-то ждёт...

Мои глаза расширяются от недоверия, осознание обрушивается на меня, как товарный поезд. Моё сердце бешено колотится, по венам разливается внезапный прилив возбуждения.

 

Глава 67

“Я?” Я заикаюсь, мой голос едва слышен как шепот. “Нет, ты– что? Ты в своем уме? Тебе нужно проверить голову! Это не смешно, Картер ...” Мой разум лихорадочно соображает, пытаясь собрать воедино это неожиданное откровение.

Я не могла ему понравиться. Я всего лишь Алекс, девушка, которая раньше нажимала на его кнопки, и наоборот. Я не похожа на тех девушек, с которыми он проводит каждую ночь. Это не может быть я. Просто не может.

Но он этого не отрицал. Мои эмоции сменяют друг друга: от замешательства к раздражению и нервозности из-за этого... откровения.

– Для самого умного человека, которого я знаю, ты довольно тугодум, куколка. Мне не нужно проверять голову, я в полном порядке. И ты видишь, что я смеюсь?

Он смотрит мне в глаза, но я откидываюсь на спинку сиденья, крепко хватаясь за него и тяжело дыша, пока перевариваю эту шокирующую новость. Я нравлюсь Ноксу Картеру. Я девушка.

Квотербек «Джайентс», самый сексуальный мужчина на свете, парень, с которым мечтает быть каждая девушка, любит меня. Этот парень сошёл с ума.

“I’m...”

– Девушка? Да... ты девушка. И всё сложно из-за одной вещи...

– Кайл, – выдыхаю я, и он подтверждает это кивком головы. Он откидывается на спинку кресла, смотрит в потолок самолёта, погрузившись в свои мысли.

Между нами воцаряется тишина, нарушаемая лишь слабым звуком его голоса, когда он разговаривает по телефону.

Когда моё дыхание и сердцебиение постепенно приходят в норму, я начинаю задаваться вопросом, не сон ли всё это. Я могу проснуться в любой момент.

Это не может быть я. Я не могу быть той девушкой.

– Это сон? – бормочу я себе под нос. Это не может быть правдой. Должно быть, я всё это выдумал.

Я не уверена, что он меня слышит, но его голос пробивается сквозь гул двигателей самолёта, возвращая моё внимание к нему.

– Но ты ненавидел меня… – перебиваю я его, не давая закончить.

– Я никогда, ни за что и ни при каких обстоятельствах не смогу тебя ненавидеть, Алекс. Никогда. Его суровые слова останавливают меня на месте.

Кажется, что мой мозг и мой рот не связаны между собой, как будто кто-то переключил контакты в моём теле.

– О боже мой… – выдыхаю я, всё ещё не оправившись от его внезапного признания.

– Так что я собираюсь последовать твоему совету прямо сейчас... так что ничего не теряю... ну, кроме своего сердца, но ничего страшного... Алекс, – он поворачивается и смотрит на меня, делая глубокий вдох, прежде чем продолжить, – куколка... могу я... могу я пригласить тебя на свидание?

Он запинается, но слова повисают в воздухе между нами. Его вопрос выдаёт его нервозность, которая проявляется в заикании и дрожащем голосе.

Почему он нервничает? Он должен был привыкнуть к этому. Через мгновение я понимаю, что меня поразили не его действия, а его слова.

Нокс Картер только что пригласил меня на свидание. Я, Алекс Томпсон. На свидание. На свидание!

Я так сильно дрожу, что поднимаю руку и вижу, как она трясётся, словно я выпила слишком много кофеина. Но я просто в шоке и замешательстве.

“Почему я?” Спрашиваю я, снова поднимая на него взгляд.

Он облизывает губы, и на его лице появляется улыбка. Он ёрзает на стуле, опираясь на локоть.

“Как давно ты...”

– Нравилась? Ха! С тех пор, как я впервые тебя увидел... когда ты вошла в класс в синем топе и шортах и села рядом со мной. Я думал, что умер и попал в рай.

Ты была так прекрасна, что я был уверен, что ты ненастоящая. Ты была самой красивой девушкой, которую я когда-либо видел. И я понял, что у меня большие проблемы, когда узнал, что Кайл – твой брат...

– Тогда почему ты был так груб со мной все эти годы? – в моём голосе слышится раздражение. Он обращался со мной как с чем-то отвратительным, прилипшим к его ботинку, заставляя меня чувствовать себя никчёмной.

Он проводит руками по волосам, взъерошивая их, но всё равно выглядит хорошо.

«Когда мы впервые поцеловались, я понял, что пропал. Со временем мои чувства к тебе только усиливались, и я не знал, как справиться с тем, что ты мне тайно нравишься. Поэтому я решил, что попытаюсь убедить себя в том, что ты мне не нравишься, если буду плохо с тобой обращаться.

Это не сработало, потому что я всегда думал, что ты чертовски сексуальна, когда злишься на меня. Потом мне просто нравилось нажимать на твои кнопки, потому что мне нравилось, как ты обращаешь на меня внимание...

Бен был прав. Он был прав во всём. Почему я была так слепа ко всему этому? Я всегда была так плоха в этом, всегда.

Я настолько не обращаю на это внимания, что не узнаю, пока кто-нибудь не скажет мне, что я ему нравлюсь, а это случается нечасто.

– Почему я? Ты мог бы встречаться с любой девушкой в мире... Я не понимаю... Я не похожа на... тех других девушек, с которыми ты встречался?

Я нервно заламываю руки, ожидая его ответа. Я разрываюсь между желанием узнать и нежеланием.

– Алекс, я не хочу просто любую девушку, я хочу тебя. Я всегда хотел пригласить тебя на свидание и сказать тебе об этом, но я так боялся, что ты откажешь.

Что ж, ты всё ещё можешь сказать «нет», но, когда я увидел тебя с Дрю, это меня разозлило, потому что ты заслуживаешь большего, чем этот идиот. А потом, когда я увидел тебя с Уэсом прошлой ночью, это меня немного подтолкнуло.

Когда я поцеловал тебя на Рождество и ты ответила мне взаимностью, я понял, что должен попытаться с тобой...

«Я встречался с этими девушками, чтобы забыть тебя и, может быть, заставить тебя немного поревновать. Но я знал, что не смогу забыть тебя, пока не вычеркну тебя из своей жизни, а я просто не мог этого сделать...»

Его слова обрушиваются на меня, ошеломляя. Я ему нравлюсь. Я ему действительно нравлюсь. Погрузившись в свои мысли, я чувствую, как он берёт меня за руку, и электрический разряд возвращает меня в реальность.

Это реально.

– Если ты дала Уэсу шанс пригласить тебя на свидание, разве я не должен получить такой же шанс?

Я обдумываю его вопрос и медленно киваю. Это справедливо. Я дал Уэсу шанс, почему бы не дать его ему?

Его глаза расширяются, на лице появляется ухмылка. – Правда? Я могу пригласить тебя куда-нибудь? Я не могу сдержать улыбку, глядя на его реакцию на моё согласие.

Он вскакивает со своего места, реальность моего принятия поражает его.

Я иду на свидание с Ноксом Картером. Кто бы мог подумать? Я сошла с ума? Безусловно.

– Да, но я говорю «да» не потому, что дала Уэсу шанс и думаю, что ты тоже должен его получить... Я говорю «да», потому что думаю, что это было бы... весело.

Я краснею, встречаясь с ним взглядом. Кажется, он не может стереть улыбку со своего сурового лица. Я нервно ёрзаю на стуле. Это действительно происходит.

– Это действительно происходит? Вау, – говорит он, запрокидывая голову, словно ища ответы на потолке.

– Разве я не должен это говорить? Я имею в виду, ты же... ты. Я ёрзаю, складывая руки на коленях и переплетая пальцы. Его смешок заставляет меня снова посмотреть на него.

Он улыбается мне, нежно убирая волосы с моего лица. «Мне повезло. Ты не представляешь, как долго я этого ждал, куколка». Его губы изгибаются в мягкой улыбке, и я не могу не улыбнуться в ответ.

Через несколько мгновений объявляют, что нам нужно вернуться на свои места и пристегнуть ремни. Услышав щелчки ремней безопасности вокруг нас, я понимаю, что пора спускаться.

Я знаю, что этот визит всё изменит. Я могу только надеяться, что к лучшему.

После приземления нас везут в больших внедорожниках с тонированными стёклами. Я не понимаю, зачем это нужно, но за нами следуют ещё два внедорожника с его командой профессионалов и охраной.

Я не знаю, за кем следит охрана, но я молюсь, чтобы не за мной. Мы едем к Ноксу на Манхэттен.

Он убедил меня остаться там на время визита, сказав, что так будет проще, чем постоянно меня забирать.

Мы сразу же попали в пробку, как только въехали в город, и я начала листать свой телефон. Ханна и Энди продолжают присылать мне фотографии, которые сделали папарацци, когда я вышла с ним из самолёта.

Я даже не заметила их. Он просто подвёл меня к открытой двери машины и сел следом за мной.

Он сидит рядом со мной и просматривает список одобренных вопросов для собеседования, держа в руке красную ручку и время от времени помечая страницы.

Я наблюдаю, как он напрягает челюсть, слегка хмурясь, прежде чем провести красную линию поверх чёрных чернил. Он обводит номер вопроса, чтобы показать, что он одобрен.

На страницах много красных линий. Я ухмыляюсь про себя, хватаю бутылку с водой и притворяюсь, что это микрофон.

– Итак, Нокс Картер, ты предпочитаешь блондинок или брюнеток? Ты что-то имеешь против рыжих? Или тебе нравятся более яркие цвета?

Я приподнимаю бровь, привлекая его внимание своим голосом, и подношу бутылку к его губам, ожидая ответа.

Он выглядит удивлённым, на его губах играет улыбка. Он берёт меня за руку и притягивает к себе, шепча: «Ни то, ни другое, ни третье. Ты мне нравишься, куколка».

С сияющей улыбкой он отстёгивает мой ремень безопасности на светофоре и перекидывает меня через сиденье, чтобы я прижалась к нему.

Он обнимает меня, утыкается подбородком мне в макушку и продолжает читать вопросы, пристегивая меня обратно ремнём безопасности. Так мы и сидим до конца поездки к нему домой.

Когда мы наконец подъезжаем, я вижу толпу людей у его дома. Он велит водителю ехать на подземную парковку. Вспышки фотоаппаратов папарацци срабатывают одновременно, создавая одну большую вспышку.

Я благодарна ему за то, что он решил защитить меня от них. Мы выходим из машины под землёй, но я вижу вспышки впереди, в небольшом проёме на парковке.

Нокс изо всех сил старается защитить меня от них, открывая передо мной дверь. Как только мы доходим до лифта, он прикладывает карту, и двери закрываются.

«Они наконец-то починили его», – бормочет он про лифт. Нокс, его агент, помощник по связям с общественностью, личный помощник его агента и я – все мы стоим и ждем, пока мы доедем до его этажа.

Лифт звякает, показывая, что кто-то ещё входит в него, судя по всему, из приёмной. Молодая женщина входит с такой уверенностью, что я не могу не уставиться на неё.

На ней короткая бежевая юбка, которая облегает её, как вторая кожа, свободно заправленный красный топ и туфли на шпильках телесного цвета. Её волосы прямые, как poker, с карамельными прядями. Она не отрывается от телефона, лавируя между людьми, пока не поднимает взгляд и не замечает Нокса.

– Нокс? Я знала, что это твой одеколон, – флиртует она, подходя к нему и нежно сжимая его бицепс.

Они всегда обращают внимание на руки. Я имею в виду, у него красивые руки.

– Тара, – говорит он, глядя на закрывающиеся двери лифта. Сначала всё тихо, но я бросаю взгляд на отражение в дверях и вижу, как она что-то шепчет ему, и резко поворачиваю голову, чтобы посмотреть на неё.

На самом деле он не обращает на нее внимания, просто проявляет вежливость.

– Почему ты мне не позвонила? Может, как-нибудь повторим? Может, сходим куда-нибудь поужинать? – Она смотрит мне в глаза, а я бросаю взгляд на двойные двери из нержавеющей стали, которые, кажется, держат меня в плену.

Она выглядит так, будто только что сошла с обложки модного журнала, в то время как я одета в чёрные узкие джинсы, тонкий жёлтый топ на бретельках и белые кроссовки. Я прижимаю к себе куртку-бомбер цвета хаки, которую сняла в машине.

– Простите, мне это неинтересно, – его тон резок и неожидан.

Я широко раскрываю глаза от того, как холодно он с ней обошёлся, несмотря на то, что она практически повисла на нём.

С таким же успехом она могла бы растянуться на полу и раздвинуть перед ним ноги. Когда я с ним, всегда так – кто-нибудь обязательно делает шаг навстречу.

Девушка из его круга, по сравнению с которой я чувствую себя бродягой. Кто-то, кто потрясающе выглядит и полностью осознаёт это.

– Ты не это сказал в первый раз... Я знаю, что ты скучаешь по мне... по тому, что у нас было, Нокс, – её голос становится соблазнительным.

Я чувствую, как он отходит от нее и приближается ко мне.

Он встаёт чуть позади меня и сухо заявляет: «Это была ошибка, я двинулся дальше. И тебе стоит». Он даже не смотрит на неё, я вижу, как он смотрит на меня в отражении дверей.

Я слегка улыбаюсь ему, и он отвечает мне улыбкой, прежде чем я опускаю взгляд на свои ноги.

– Ты скучаешь по мне, я знаю, что скучаешь. Она не может дать тебе того, что есть у меня. Ты даже не нравишься Лорен! – кричит она ему, заставляя остальных в стальной клетке поморщиться.

Она принижает Лорен, неужели она думает, что он вернулся к Лорен? Так ли это? Он встречается с нами обеими? Ну, ты ещё не ходила с ним на свидание, Алекс, и это всего лишь одно свидание.

– Я правда не знаю. Я не с Лорен. Я никогда ни с кем не был, – эти слова сильно ударили меня. Я никогда ни с кем не был.

Он плейбой, всегда им был. Он это знает. Я это знаю. Все в этой стране это знают. И каждая девушка в этой стране хочет быть той, в кого он влюбится.

Тот самый.

“ Ты был со мной... Ну же, Нокс...

– Остановись. Я никогда не был с тобой. Мне нравится кое-кто другой, – его рука лежит у меня на спине, мягко подталкивая меня к выходу, пока он следует за своей свитой к красной двойной двери в конце коридора.

Я слышу, как цокают её каблуки по плитке, когда она спешит догнать нас. Он вздыхает и открывает дверь, чтобы люди могли войти.

Его рука всё ещё на моём плече, и я хочу остаться с ним, но я также хочу, чтобы он сделал это один. Он придерживает для меня дверь, но я останавливаюсь, когда снова слышу её голос.

– Кто? Тебе не нравятся девушки, ты трахаешь их и бросаешь, Нокс. Это то, что ты делаешь! Ты бабник, и всегда им будешь. Ты никогда не найдёшь никого лучше меня, никогда!! – Её голос эхом разносится по коридору.

– Я нашёл кое-кого получше тебя, Тара. Она – девушка, которую я всегда хотел, – он заводит меня в дом и закрывает за нами дверь, оставляя её одну в коридоре.