Текст книги "Идеальная траектория (ЛП)"
Автор книги: Эшли Константин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 53 страниц)
Глава 39
– Алекс... где ты, милый? Ты снова играешь со мной в прятки? Ну-ну. – Моё сердце бешено колотилось, и я была в панике.
Я дышала короткими, быстрыми вдохами. Если бы я не смогла взять себя в руки, то могла бы умереть. Я закрыла глаза и стала делать маленькие, тихие вдохи, чтобы он меня не услышал. Как он проник внутрь?
Насколько я знала, моя мама в последнюю минуту закупала угощения для выпускного Кайла у нас дома. Я решила не идти. Боже, теперь я сожалела об этом решении.
Ладно, Алекс, просто успокойся и не шуми. Ты можешь выбежать за дверь и продолжать бежать. Ты быстрее, ты быстрее! Я чувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, пока пыталась придумать план, как остаться в живых.
Я пряталась в шкафу в коридоре и едва могла разглядеть, как он идёт по коридору. Его шаги были медленными и размеренными, чёрные кожаные туфли скрипели по деревянному полу.
Я зажала рот рукой, чтобы заглушить дыхание, а сердце бешено колотилось в груди. Чёрт, у него в руке был нож! Свет от лампы отражался от лезвия.
Я видела его сквозь узкую щель в двери, но быстро попятилась. Если я могла его видеть, то он точно мог видеть меня. Я чувствовала, как адреналин бурлит в моих венах, обжигая желудок.
Я был в режиме выживания. Я так сильно дрожал, что мои руки практически вибрировали. Как мне было из этого выбраться?
– Алекс, неблагодарная маленькая сучка. Выходи сюда и посмотри мне в глаза, как я тебя учил. Не будь трусихой! Его голос эхом отражался от стен, заставляя меня дрожать.
Он никогда не относился ко мне как к дочери. Он всегда предпочитал Сэма, потому что я всегда ему перечила. У него тоже была фотографическая память, но со временем она постепенно ухудшалась.
Он обвинял меня в том, что я «украла» его, и всегда ненавидел меня за это. Когда я была младше, он почти каждый вечер избивал меня вместе с моей мамой. Слава богу, что Эрик был рядом.
Ладно, думай, Алекс, думай! Я услышала, как он прошёл мимо шкафа, и подождала, пока он отойдёт на несколько шагов, прежде чем осмелилась пошевелиться.
Я приоткрыла дверь ровно настолько, чтобы выскользнуть наружу, и побежала в свою комнату так быстро и тихо, как только могла. Я закрыла за собой дверь, но не до конца, чтобы не привлекать его внимание.
Я оглядел комнату в поисках оружия, но ничего не нашел.
– Чёрт! – прошептала я про себя. Его шаги затихли, и дверь распахнулась, открывая его. Он стоял там, сжимая большой разделочный нож так крепко, что костяшки пальцев побелели.
Он бросился на меня, и я запрыгнула на кровать, перепрыгнула через неё и выбежала из комнаты, едва увернувшись от его удара. Я помчалась по коридору, услышав его рёв.
– Ты, грёбаная сука, вернись сюда, ПРЯМО СЕЙЧАС! – прогремел его голос.
– Держись от меня подальше, чёрт возьми! Внезапно я снова оказалась в своей постели, тяжело дыша. Я откинула одеяло и распахнула дверь. Прежде чем выбежать на улицу, я огляделась по сторонам.
Перепрыгивая через две ступеньки, я промчалась мимо гостиной, снова и снова крича: «Держись от меня подальше!!» Я ворвалась в кухню, поскользнулась и упала на колени.
Я быстро пришла в себя и встала как раз в тот момент, когда Кайл, Энди, Нокс, Уэс, Бретт и Тайлер ворвались на кухню. Я схватила нож со стойки и крепко сжала его.
Делайла, Эйс, моя мама и Эрик сидели за обеденным столом и в замешательстве смотрели на меня. – Алекс?
“ГДЕ ОН?!” – крикнул Я.
“Кто?”
– ГДЕ ОН, МАМА?! – я подошла к двери, через которую только что вошла, и распахнула её ногой, войдя в прихожую с ножом в руке.
– Алекс! О ком ты говоришь? – спросил Кайл у меня за спиной.
– Алекс, вернись сюда! – услышал я его. Он был в моём доме.
– Где ты, ублюдок?! Я тебя не боюсь, сукин сын! – закричала я во всё горло.
Моё дыхание было прерывистым и учащённым. Я стоял в фойе со своей семьёй и ждал, когда он спустится, чтобы мы могли встретиться лицом к лицу. Это была бы честная схватка. Но, по правде говоря, я его ужасно боялся.
– Малышка, о ком ты говоришь? – я снова перевела взгляд на Нокса, который медленно приближался ко мне с протянутой рукой. Лучше бы он не пытался меня обезоружить.
Я переводила взгляд с него на лестницу. Я сильно вспотела и чувствовала, как нож выскальзывает из моей руки. Я расхаживала взад-вперёд по фойе, и в ушах у меня эхом отдавались мамины рыдания.
Я посмотрела на неё, и слёзы, которые, как я не заметила, начали катиться по моему лицу, снова начали неудержимо литься. Я потёрла затылок.
– Он здесь. Он здесь, чтобы прикончить меня, – всхлипнула я. Почему они были так спокойны? Он был в доме! Разве они не видели, что он здесь?
– Алекс, милый... его н-нет... его здесь нет, малыш!
– Да, он здесь, мама! Он наверху! Ты что, не понимаешь? Он пытается меня убить! Я... Я не могу... ты что, не слышала его?
Я плакала всё сильнее и сильнее, а все смотрели на меня с бледными и потрясёнными лицами. Почему они мне не верили? Я видела его своими глазами. У меня началась гипервентиляция, я начала задыхаться.
– Детка, он всё ещё в... тюрьме. Я обещаю тебе, что с тобой ничего не случится. Я защищу тебя, детка. Я здесь. Просто опусти нож, милая, и иди ко мне, хорошо?
– Ты что, с ума сошёл? Я убью его раньше, чем он убьёт меня! Защитить меня? Он не в тюрьме! Он там! Ты что, не слышишь его?! Он здесь, прямо на этой лестнице!
Я провёл руками по волосам и лицу. Они просто не понимали.
– Милая, дай мне нож. Тебе это приснилось. Я отведу тебя наверх, и ты сама всё увидишь. Я тебя защищу.
– Ни за что! Ты с ума сошла? Он не причинит тебе вреда, я не позволю этому ублюдку заколоть кого-то из вас. Он заколол меня – этого более чем достаточно! Он грёбаный трус! Ты слышишь меня, Кейн? Ты трус!
– Дорогая, пожалуйста, посмотри на меня. Я обещаю, что его здесь нет. Положи нож. Ты только что проснулась. Сейчас десять часов. Тебе приснился кошмар.
Меня начало трясти, слёзы катились по моему лицу, и я увидела, что Энди тоже заплакал. Я оглядела испуганные лица вокруг. Я посмотрела на нож, который держала в руках, и заплакала ещё сильнее.
Осознание обрушилось на меня, как товарный поезд: они боялись меня больше, чем его. Это у меня был нож. Я рухнул на колени и уронил нож на пол.
Я подняла руки, чтобы закрыть лицо, и заплакала, не желая показывать его окружающим, которые, должно быть, думают, что я сумасшедшая.
Я почувствовала, как меня обнимают несколько рук, и услышала успокаивающий голос Кайла, который говорил, что всё в порядке. Мне что, приснился кошмар?
– Всё хорошо, сестрёнка, я с тобой. Он больше никогда тебя не тронет. Я обещаю, – прошептал Кайл мне в волосы, пытаясь успокоить меня и сказать, что он ещё не вышел из тюрьмы. Но скоро выйдет.
Я открыла глаза и убрала руки, чтобы посмотреть на маму, которая стояла передо мной на коленях, и по её лицу текли слёзы. Её глаза были налиты кровью, она была явно потрясена моей вспышкой.
– Прости... Мама. Я не хотела тебя напугать, – икнула я. Она придвинулась ко мне и обняла. Успокаивая меня, она поцеловала меня в макушку и сказала, что всё будет хорошо.
Я с трудом сглотнула, в то время как слезы продолжали катиться.
“Это было так реально”, – тихо сказала я.
«Его голос, звуки, дыхание, даже то, как он выглядел, – всё было так же, как в ту ночь, – я безучастно смотрела вдаль. – Всё было точно так же».
Я молчал, не знаю, как долго. В тишине было слышно, как падает булавка. В фойе было так тихо.
“В такие моменты, как сейчас, я хочу, чтобы он просто сделал это”.
– Что, милая? – мама отстранилась, чтобы посмотреть мне в глаза. Она гладила мою опухшую щёку, пытаясь вытереть слёзы.
– Закончил работу, – выдавил я из себя через несколько секунд, вспомнив ту ночь. Глядя на свои руки, я чувствовал себя таким смущённым.
– Алекс, послушай меня, и послушай хорошенько! Я не хочу больше слышать от тебя таких слов, детка. Ты моя, я не смог бы жить дальше, если бы тебя не было рядом.
Ты моя малышка, я не могу представить, что тебя не будет в моей жизни. Я так сильно тебя люблю. Ты – моя жизнь, все вы – моя жизнь. Но я знала, что ты особенная, с самого твоего рождения.
Я так горжусь тобой, милая, и буду гордиться тобой каждый день своей жизни. Я люблю тебя больше всего на свете. Слова не могут выразить мою любовь к тебе, ко всем вам. Ты моя малышка, пожалуйста, больше так не думай.
У меня разрывается сердце, когда ты так делаешь, детка». Она крепко обняла меня, и мы оба молча плакали, уткнувшись друг другу в плечи.
Я увидела Кайла позади моей мамы, он обнимал Энди, который был явно потрясён всем происходящим. Я прошептала ей: «Прости, куколка», а она продолжала плакать на плече у Кайла. Я была такой плохой подругой, что позволила ей это увидеть.
Я откинулся на пятки и какое-то время просто смотрел на пустую стену в холле, прокручивая всё это в голове. Всё было таким ярким и реальным. Я мог бы поклясться, что это было по-настоящему.
Я почувствовала на себе чей-то взгляд и, повернувшись направо, увидела Нокса, сидящего на коленях с выражением недоверия на лице. Он прикрывал рукой свой закрытый рот, и в его глазах, когда я посмотрела на него, была печаль.
Я снова начала плакать, и он придвинулся ко мне, вытирая слезинку, скатившуюся по моей щеке. Его прикосновение было успокаивающим, и я прижалась к нему.
Глядя в землю, я чувствовал стыд за то, что стал причиной этого. Я заставил этих людей смотреть на меня со страхом и грустью.
“Мне очень жаль”, – обратилась я к полу.
– Прости, что я вызвала такую панику. Я просто... Я думала, что он здесь. Я испугалась. Прости. Чувствуя, как Нокс прижимает меня к своей обнажённой груди, я плакала у него на плече, казалось, целую вечность.
Он ни разу не пожаловался, просто сидел, обнимая меня своими большими руками.
– Не извиняйся ни за что, Алекс, – прошептал он, и я отстранилась и повернулась к Уэсу, Бретту и Тайлеру.
Я хотела обнять их всех сразу, но Бретт остановил меня и сказал: «Если Нокс получит свои объятия, я тоже хочу получить свои объятия от тебя, Алекс», – с ухмылкой на лице.
Двое других кивнули, показывая, что тоже хотят обнять меня по-отдельности. Я рассмеялась сквозь слёзы и обняла их, извинившись. Я встала и подошла к Энди и Кайлу.
Я сел, а она смотрела на меня с высохшими слезами на лице. Она тут же схватила меня и обняла, и мы оба упали на пол, обнимая друг друга.
– Прости, Энди, это было несправедливо по отношению к тебе, —
– Не извиняйся, милая. Я здесь ради тебя, что бы ни случилось... Но, по крайней мере, теперь я знаю, что ты человек, – мы смеёмся, и Кайл осторожно ложится на нас, стараясь не придавить.
– Мои две любимые девочки, – бормочет он, и на его лице появляется мягкая улыбка. Я тянусь к нему, извиняясь за то, что напугала его.
Он качает головой, его голос звучит твёрдо. «Я люблю тебя, несмотря ни на что, сестрёнка. Но, пожалуйста, никогда больше не позволяй этим мыслям поглощать тебя. Мне невыносимо слышать от тебя эти слова. И если это случится снова, позвони мне. Я буду рядом с тобой в мгновение ока». Он целует меня в лоб.
– Ой, Кайл, это было так мило, – воркует Энди, и они начинают целоваться. Я пытаюсь откатиться от них, изображая на лице игривую гримасу.
– Ой, а ты не можешь прямо сейчас? Ты всё ещё обнимаешь меня. Я практически получаю 3D-превью вашей сессии поцелуев.
Вокруг меня раздаётся смех, но они продолжают обнимать меня и целовать друг друга.
– Серьёзно, кто-нибудь, спасите меня, пока меня не стошнило на этих двоих! Нокс тянет меня за ногу, оттаскивая от них. Я лежу на земле и смотрю на него.
Он улыбается мне, когда дверь внезапно распахивается. Меня снова охватывает паника, и я вскакиваю, прячась за Ноксом.
Я всё ещё на взводе, поэтому любые резкие движения заставляют меня нервничать. Сэм входит в комнату, а Тайсон и три маленьких руграта следуют за ней.
Нокс поворачивается ко мне, притягивает к себе, обнимая за плечи. «Это всего лишь Сэм, куколка. Ты в безопасности. Я тебя защищу».
Я защищу тебя. Эти слова я всегда мечтала услышать. Они успокаивают мои расшатанные нервы.
Сэм замечает меня и спрашивает: «Что я пропустила? Что случилось? Почему мама плачет?.. Почему Энди и Кайл целуются на полу?» При последних словах её лицо морщится.
Мы все рассмеялись, и моя мама встала, чтобы обнять её. «Долгая история, милая, долгая история».
Я бросаю взгляд на Уэса, который смотрит на Нокса, положив руку мне на плечо. Я отстраняюсь от него и иду в ванную, надеясь разрядить обстановку между ними. Откуда это взялось?
Глава 40
Несколько часов спустя Энди, Сэм, Ханна, лучшая подруга Сэма Зара и я решаем устроить девичник с ночёвкой.
Мама рассказала Сэм о том, что случилось, и обняла меня так крепко, что я едва могла дышать. Но это был успокаивающий жест. И всё же мне нужен кислород.
Итак, мы все впятером сидим внизу в кинотеатре и сплетничаем после того, как не смогли посмотреть выбранный фильм «Белые цыпочки».
Мы начинаем болтать о парнях и о праздновании Нового года, чтобы отвлечься от утренних событий. В масках и с коктейлями в руках мы все немного пьяны.
– Итак, Энди, когда ты впервые поцеловал Кайла? – спрашивает Зара, чтобы разрядить обстановку. Я мысленно возвращаюсь к своему первому поцелую, который случился с Ноксом в шкафу слева от экрана.
Я ловлю себя на том, что смотрю на него, прежде чем Зара вырывает меня из задумчивости.
“Земля вызывает Алекса? Алло!”
“Что? Извини, что случилось?”
«История о первом поцелуе! Рассказывай». Ну, чёрт. Только Ханна знает эту историю. Я могла бы соврать, но Энди бы узнала. Она хорошо разбирается в таких вещах.
Я бросаю взгляд на Ханну, которая ухмыляется, прикрываясь соломинкой, притворяясь, что ничего не знает.
– Ну, эм, это было хорошо. Я имею в виду, мне было девять, так что это было немного неловко.
“Где это было и с кем?” Спрашивает Сэм.
– Эм… это было в кладовке вон там, – говорю я, указывая на кладовку слева от того места, где мы сидим. Я замолкаю и оглядываю их. Все ждут, что я продолжу рассказ.
Сэм приподнимает бровь, глядя на меня. – С кем это было, Алекс?
– Эм... ну... – я пытаюсь найти способ не говорить им, что это был Нокс. Но мне очень трудно это сделать.
“Алекс! С кем это было?!”
– Нокс... – выпаливаю я. Они все смотрят на меня широко раскрытыми глазами, а затем их шок сменяется улыбками. Кроме Ханны, она уже знала.
– Не может быть! Ты серьёзно? Нокс, чёрт возьми, Картер! Фу, я так завидую! Он был твоим первым поцелуем?
Я киваю ей, и Сэм сидит, обдумывая эту информацию с улыбкой на лице.
– Я знала, что между вами что-то произошло! Мне было интересно, почему он изменил своё отношение к тебе! Он был добр к тебе, а потом стал таким злым! Теперь я понимаю!
– Что получить? – спрашиваю я, не понимая, к чему она клонит. Я не знаю, к чему она ведёт.
– Он был груб с тобой... потому что ты ему нравилась! Или ты ему всё ещё нравишься?
Я фыркаю, смеясь над её безумными предположениями. Она сердито смотрит на меня.
– Сколько раз ты целовался? – спрашивает Сэм, пока все остальные пытаются понять, нравлюсь я ему или нет. Я знаю, что не нравлюсь.
– Дважды, они целовались дважды, – вмешивается Ханна. Я избегаю зрительного контакта, потому что она поймёт, что это уже не дважды. Это четыре раза.
Не поймите меня неправильно, я люблю женские разговоры... когда они не обо мне.
– Вы ведь дважды целовались, да, Эл? – с подозрением спрашивает Ханна, глядя на меня. Она знает, что я говорю не всю правду.
– Угу, – отвечаю я, помешивая напиток соломинкой.
– Алекс, ты целовала его больше двух раз!! Что?! Когда?! Где?! Как?! О боже мой! Рассказывай СЕЙЧАС!
Чёрт! Отличная работа, Алекс, теперь ты должен проболтаться. Вот что происходит, когда я пью: я не могу толком соврать, становлюсь чертовски дерзким и возбуждаюсь.
– Эй! Это рифма, – сказал я, пытаясь перевести разговор на другую тему.
“Алекс, выкладывай! Он хороший?” Потребовала Зара.
– Эм, ну... просто чтобы прояснить, он поцеловал меня первым. Но... фу... – я выпрямилась, готовясь выложить всё начистоту. Во что я ввязалась?
“ Значит, он поцеловал меня, когда вы все были на рождественской ярмарке.
– Это было до или после вашей драки из-за кексов? – поддразнил Сэм.
– Вроде как во время, вроде как после. Драка подтолкнула его к этому. Как будто... это просто... случилось?
“Ты поцеловала его в ответ?” Вмешалась Ханна.
Я просто пожал плечами и сказал: «Вроде как... послушай, прошло уже много времени, понимаешь?» Они все просто ухмыльнулись мне в ответ.
– Чёрт, я так и знал! Я знал, что ты ему нравишься! – воскликнул Энди.
– Что? Нет! Я ему не нравлюсь, с чего ты это взял?
– Когда он позвонил тебе, он беспокоился, что ты расстроилась из-за того, что он извинился перед тобой, когда мы закончили наш последний экзамен, а Селена напала на тебя. Помнишь?
Я кивнул.
“Ну, тогда-то я и понял, что ты ему нравишься”.
– Он тебе это сказал? – спросила я её, и она покачала головой. – Тогда ты не знаешь, нравлюсь я ему или нет, он тебе не говорил. Поэтому я просто скажу тебе, что я ему не нравлюсь. И никогда не нравилась.
– Он тебе это сказал? – спросила Ханна, возвращая мне мои же слова.
Я отрицательно покачал головой.
– Ну, тогда ты не знаешь, что он тоже этого не делает! – самодовольно возразила она. – Туше, Ханна, туше!
– По шкале от чмоканья до страстного поцелуя, на что был похож этот поцелуй? – наконец спросил Сэм.
– Целоваться, как... целоваться у стены, – призналась я, чувствуя, как краснеют мои щёки.
– Боже мой! Что?!? Это горячо! – Я закатила глаза. Это было так неловко. Я просто хотела сменить тему.
– Есть ещё какие-нибудь сеансы поцелуев, о которых нам следует знать? – спросила Энди, приподняв брови.
– Вы ведь не отступитесь, да? – спросил я, и они все покачали головами.
– Ладно... он поцеловал меня вчера, когда мы уложили детей спать в моей кровати. Он попросил меня простить его за ссору с Уэсом и поцеловал меня. Вот и всё! Двигаемся дальше!
– Нет, нет, вернись! Опиши поцелуй, Алекс, нам нужны подробности! – Зара выпытывала информацию об этих поцелуях, которые на самом деле ничего не значили ни для одного из нас.
– Почему? Это так неловко, ребята, может, поговорим о чём-нибудь другом?
– Стыдно? Тебя только что поцеловал самый сексуальный парень в стране, причём не один раз, а целых два! Как, чёрт возьми, ты можешь стесняться? Я бы набросилась на него, будь я на твоём месте. И любая другая девушка в мире тоже.
“Тогда ты поцелуешь его!”
– Девочка, выкладывай! – потребовала Сэм, жуя свои кислые яблоки, которыми она отказывалась делиться.
«Это был более нежный поцелуй, а не просто чмоканье. Это было... более... тьфу, не могу поверить, что собираюсь это сказать... дурацкий алкоголь... это было более интимно».
– Аххххх! Да, ты ему нравишься! Тебе повезло, сучка! – закричала Зара, бросая в меня шоколадную крошку.
– Нет, не нравится. Он снова будет меня игнорировать, вот увидишь. Он целует кучу девушек, для него это не новость.
– Алекс, я видела, как он на тебя смотрит. Думаю, ты ему действительно нравишься, – тихо сказала Ханна. Я лишь покачала головой, не соглашаясь с ней.
– Ты ошибаешься, я ему не так нравлюсь. Ради всего святого, это же Нокс, ему нравится всё, что имеет две пары губ. На следующей неделе ты увидишь его на обложке журнала People с другой девушкой под руку.
Он слишком любит женщин, и они любят его. Он игрок, который играл со мной, так что я не собираюсь связываться с ним сразу после разрыва. Я вообще не придаю этому значения».
“ Как тебе будет угодно, ” пожал плечами Энди.
«Но никто ничего не говорит об этом моим братьям, и не дразните его из-за этого. Это не так, и никогда так не будет, так что оставьте это в покое. Я не хочу, чтобы это превратилось в большую драму».
Они все в унисон кивнули. Я знал, что они сдержат слово и не будут поднимать эту тему.
– Так почему же он и Уэс увели Калеба от тебя на Новый год? Сэм попытался сменить тему, но у него не очень хорошо получилось. Я пожал плечами, потому что не совсем понимал, почему они увели его от меня.
– Не знаю, я поцеловала его, когда Нокс сказал, что я не могу. Потом он оттащил его от меня, и я больше его не видела.
– Значит, ты поцеловала Калеба, а он сказал тебе не делать этого? Ну же, Алекс, если это не кричит «ты мне нравишься», то я не знаю, что может кричать? Сэм согласился с Энди.
Я понимал их логику, но не верил, что это правда.
– Я поверю, если он скажет это, а он не скажет. Так что, может, оставим это? Давай поговорим о Маркусе, Тайсоне или Кайле. Вообще-то, давай не будем говорить о Кайле, это слишком странно.
Наш смех наполнял комнату, пока мы продолжали девичью вечеринку, сплетничая о людях, с которыми познакомились на новогодней клубной вечеринке. Мальчики, девочки, драмы – всё это было в порядке вещей.
Через несколько часов к нам присоединились мальчики. Они широко раскрыли глаза, увидев наши маски. Мы все рассмеялись, глядя на их лица, и они быстро освоились, желая присоединиться к разговору. Мы ловко сменили тему, оставив в тайне наше предыдущее обсуждение.
Они изо всех сил старались выведать у нас что-нибудь, но мы молчали. Мы просто сказали им, что обсуждаем мальчиков и сплетничаем о девочках. При упоминании мальчиков они переглянулись, пытаясь уговорить нас рассказать больше. Но мы стояли на своём, храня наши секреты впятером.
Ближе к полуночи я поймал себя на том, что постоянно зеваю. Решив, что пора заканчивать, я спросил: «Ханна, ты останешься?»
Она покачала головой, объяснив, что ей нужно работать в восемь утра. У Зары тоже была работа, так что остались только Энди и Сэм. Но поскольку Кайл и Тайсон были с ними, я предположила, что они останутся у них. Вот тебе и ночёвка, – подумала я.
Пожелав всем спокойной ночи, я поднялась по лестнице в фойе и взяла бутылку с водой. Вернувшись в свою комнату, я смыла маску с лица и легла в постель.
Ну вот, опять, – подумала я, вспоминая кошмар, который мне приснился. Это был самый страшный сон из всех. Я помнила ту ночь как будто вчера.
Я бежала вниз по лестнице, мимо фойе, а он гнался за мной по пятам, крича: «Вернись сюда, Алекс!» Мне нужно было быстро соображать. Мне нужно было оружие. Я бросилась на кухню, лихорадочно ища нож. Но не могла его найти.
“Я спрятал их”, – насмехался он.
Чёрт, чёрт, чёрт! Что мне делать? Думай, Алекс!
– Скоро придут люди. Мама вернётся и вызовет полицию, – я пыталась напугать его, но он только рассмеялся мне в лицо.
– Думаешь, я боюсь этой угрозы, милая? О, Алекс, ты же должна знать меня лучше! – Он стоял по другую сторону прилавка, медленно кружась и размахивая ножом.
Он приближался. Входная дверь открылась, и я услышала голоса. Я ахнула, когда он схватил меня, закрыв мне рот, чтобы я не закричала. Я заплакала. Вот оно. Он собирается меня убить.
– Алекс, мы вернулись! – услышал я голос Кайла и хор низких мужских голосов. По моим щекам текли слёзы. Вот и всё.
“Куколка!”
“Алекс?” Кайл и Нокс позвали в унисон.
Я сильно укусила его за руку, почувствовав металлический привкус его крови.
“ Ты маленький– ” Он вонзил нож мне в бок.
Боль была мучительной. «Помогите мне!» – закричала я, но тут же почувствовала новый удар. «А-а-а!» – закричала я, чувствуя слабость.
Я попытался прикрыть рану, но нож всё ещё торчал у меня в боку. Я упал на землю.
Дверь кухни распахнулась, и отец опустился на колени рядом со мной, сжимая нож.
“ Кайл!!! Помоги мне!
– Я иду, Алекс, держись! Чёрт! Кто-то сбил моего отца с ног, и он пролетел через всю комнату.
Комнату наполнили пронзительные крики и хруст ломающихся костей. Я слабел.
– Алекс!! Малыш! Не засыпай! Не... о боже! Вызови скорую! Сейчас же! АЛЕКС! Останься со мной, малыш!! – умолял мамин голос. Всё погрузилось во тьму.
“Куколка!!”
Это было последнее, что я услышал, прежде чем потерял сознание. Я ненадолго очнулся в машине скорой помощи, окружённый ярким светом и воем сирены, а потом снова потерял сознание.
Я очнулся через несколько дней в больнице, вокруг меня была моя семья, на лицах которой читалось беспокойство.
Та ночь всё изменила. Она подорвала мою уверенность в себе, моё доверие. Она сломила меня. Я стала более замкнутой, меньше говорила и больше думала. Я поняла, что из-за разговоров у меня часто возникали проблемы, поэтому я молчала. Я извинилась перед Кайлом и парнями за то, что испортила им выпускной, но они заверили меня, что им всё равно. И всё же я знала, что им не всё равно.
Когда я проснулась, ко мне в гости пришла вся футбольная команда. Они принесли цветы и мои любимые конфеты. Они разговаривали, а я слушала. Я не могла говорить. Мысли путались, и я не могла составить связные предложения.
Взглянув на часы, я увидел, что было 2:44 ночи. Удивительно, как сильно можно погрузиться в собственные мысли и как быстро при этом летит время. Я вздохнул, закрыл глаза и попытался заставить себя уснуть.
Звук открывающейся и закрывающейся двери заставил меня проснуться. Щелкнул замок, и я услышала шаги, приближающиеся к моей кровати. Неужели это он?
Я резко открыла глаза и уже собиралась сесть, когда знакомые руки обняли меня.
– Малышка, это я, – пробормотал он, и его голос стал успокаивающим бальзамом для моих встревоженных нервов. Я выдохнула, задержав дыхание, и мой пульс постепенно пришёл в норму. Обернувшись, я прижалась к его груди, отметив отсутствие рубашки.
Он нежно поцеловал меня в макушку, и я прошептала «спасибо» в его тёплую кожу. Я подняла голову и поцеловала его в щёку.
В тусклом свете я едва различила слабую улыбку на его губах. – В любое время, куколка, – ответил он, его голос тихо звучал у моего уха. – Я всегда здесь, для тебя. Я никуда не уйду.
Я прижалась к его груди, и он крепко обнял меня, защищая. Его губы снова нашли мои волосы, и он поцеловал меня в макушку, прежде чем уткнуться в неё подбородком.
Мы уснули в этих уютных объятиях. Я чувствовала себя в безопасности. Я знала, что сегодня мне не приснятся кошмары. Я была под его защитой. В ту ночь я спала спокойно, как ребёнок, в отличие от беспокойных ночей, которые я проводила раньше. Я не осознавала, насколько сильно нуждалась в том, чтобы он помог мне уснуть.
Он знал, что когда я сплю с ним, кошмары не приходят. Я была благодарна, что он пришёл и обнимал меня, пока я не заснула. Я была благодарна, что он был здесь, со мной, и что он помнил, как его присутствие прогоняло мои кошмары.
Несколько месяцев назад я бы никогда не подумала, что такое возможно. Но теперь всё было по-другому. Он был другим.
