Текст книги "Тайный Альянс (СИ)"

Автор книги: Эмпирика Аттонита

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 30 страниц)

Калдер поднял руку, дав знак команде остановиться.

– Что-то не так, – глухо пробормотал он. – Разведчики доложили, что их не должно сегодня быть. Кантор, Трим, Чеддерс, снимите охрану.

Анна вздрогнула: что значит «снимите»?!

– Мы их легонько придушим, цветочек, вот и всё, – усмехнулся Трим, сверкнув жёлтыми линзами.

– А куда их потом девать? – поинтересовался Кантор.

– Спрячьте в кустах, – тихо отозвался Калдер, – пусть проспятся на свежем воздухе. Таллис, Алдайз, проверьте крышу. Мы ждём вас тут.

В следующий миг мятежники, активировав амулеты с эффектом невидимости, безмолвно скрылись в зарослях.

Несколько молчаливых минут показались вечностью, и Анна с нарастающей тревогой прислушивалась к каждому шороху, пока наконец соратники не вернулись.

– Всё чисто, – сообщил Трим, – но действовать надо быстро.

– Крыша проломлена, – доложил Алдайз, – и с неё открывается чарующий вид на третий этаж, где мы ничего не заметили, кроме фиолетового свечения из левого конца коридора.

– Это алтарь, – уверенно сказал Калдер, – идём туда. Кантор, Трим, Чеддерс, стойте на стрёме.

– Опять? – в один голос спросили Кантор и Чеддерс, а Трим недовольно охнул.

– Вы в своём уме? – изумился предводитель. – Это приказ!

– Есть, Скай, – хором произнесли они.

Скрываясь в зарослях, Анна с Калдером, Таллисом и Алдайзом пробирались к поместью, стараясь не издавать ни звука, и, достигнув заднего двора, огляделись: вокруг не было ни души, только таинственный шёпот листвы на тихом ветру нарушал тишину этого зловещего места. По стенам ползли дикие травы, и, вспрыгнув на крышу с помощью амулетов, мятежники увидели, что та была покрыта красной черепицей и обрушена в нескольких местах, и между обломками камней и ветхими деревянными балками пробивались зелёные заросли, как будто сама природа пыталась вернуть себе это заброшенное место.

Они поползли к самому крайнему пролому и бесшумно спрыгнули на пол. Внутри было темно, и единственным источником света служило тусклое фиолетовое свечение из-за двери в левом углу коридора, и Анна вдруг ощутила, как острые коготки холода впиваются в её тело под плащом: снаружи было теплее, чем в этом жутком доме.

Калдер поднял руку и указал двумя пальцами сначала на Таллиса и Алдайза, а потом в сторону свечения, давая им понять, чтобы они двигались туда.

Стараясь не издавать ни звука, крадучись, те направились к двери, Анна замерла на месте, прикованная взглядом к двоим мятежникам, а Калдер скользнул в другую часть коридора, чтобы проверить обстановку...

...и в этот миг дверь с грохотом распахнулась, и из комнаты вырвался фиолетовый всполох.

Таллис и Алдайз отлетели к стене.

Калдер мгновенно ринулся туда – но тоже был сбит с ног.

Анну парализовало от страха, но усилием воли она заставила себя сконцентрироваться на защите. Её вытянутые руки дрожали, когда она представила, как из её ладоней вырывается свет и вокруг неё и соратников сияет полупрозрачная пелена, но в тот момент, когда светлый щит начал формироваться, из комнаты вырвалась новая волна фиолетовой энергии, прокатившаяся по коридору.

Магия была такой мощной, что её отбросило к дальнему концу коридора, и она ударилась об стену, теряя дыхание. В тот момент, когда она попыталась подняться, она заметила рядом с собой полупрозрачный чёрный мерцающий шар, и в её тело как будто вонзилась тысяча кинжалов. Она взвыла от боли, но звук застрял в горле. В глазах потемнело, и она могла лишь слышать звуки битвы, которые раздавались вокруг: шум, грохот, яростное шипение, сдавленные крики Калдера и звон металла, сталкивающегося с металлом, когда он сражался с неведомым врагом.

Когда боль начала понемногу отступать, Анна увидела рядом с собой два тела: Алдайза и Таллиса. Преодолевая свинцовую тяжесть во всём теле и тошнотворное головокружение, от которого перед глазами плясали искры, она с трудом перевернулась на бок и подползла к ним.

Краем глаза она видела в противоположном конце коридора тени на стене, мелькающие в фиолетовых отсветах. Анна попыталась дотянуться до Алдайза, который был ближе к ней, её руки тряслись, когда она приложила их к его груди – и не почувствовала сердцебиения. Она сосредоточилась на ощущении света внутри себя – и в следующий миг тёплое сияние, разлившееся из её ладоней, окутало его тело. Она почувствовала, что её энергия истощается, но знала, что должна бороться.

Анна заставила себя сесть и, неуклюже перевалившись через Алдайза, оказалась между ним и Таллисом. Она положила руки им на груди и продолжила концентрироваться на ощущении исцеляющего света, но перед глазами всё больше темнело, и она понимала, что долго не продержится.

Сквозь шум в ушах она продолжала слышать, как Калдер сражается с врагом, её голова шла кругом, и наконец она рухнула на пол между соратниками, продолжая держать руки на их телах.

Внезапно послышался истошный вопль, и всё вокруг замерло. В голове гулко и бешено пульсировала кровь, и эта пульсация распространялась по её рукам, от чего казалось, что сердца Алдайза и Таллиса бьются в таком же ритме. И вдруг раздался зловещий смех, прокатившийся эхом по коридору, а потом всё замолкло, и она провалилась во тьму.

***

В этой космической тьме далёкие звёзды сверкали, как злые глаза, и она увидела в пустоте перед собой высокую фигуру в чёрном плаще и чёрной маске с прорезями для глаз, из которых струилось фиолетовое свечение. Это был Хермихор, такой, каким его описывал Элиан, и Анна сразу его узнала.

Голос тёмного бога звучал как шёпот ветра, проникавший в самые глубины её сознания, когда он заговорил:

– Анна, ты думаешь, что твоя сила – это свет, но ты ошибаешься. Твоя сила – это лишь отражение тьмы, которая скрыта внутри тебя.

Анна почувствовала, как холод проникает в её душу. Она пыталась сопротивляться, но её мысли путались, как тени в ночи. Вокруг неё всё больше сгущалась тьма, и она могла видеть, как звёзды меркнут одна за другой, словно поглощаемые чем-то зловещим.

– Ты ищешь свет, но именно тьма делает тебя сильной, – продолжал Хермихор, его фигура словно растворялась и появлялась вновь, как мерцающий призрак, играющий с её разумом. – Ты должна принять свою судьбу, Анна, и я дам тебе власть, о которой ты даже не мечтала.

– Никогда, – дрожащими губами вымолвила она, ощущая, как ледяные иглы пронзают её мозг, – я никогда не стану твоей куклой!

Хермихор тихо рассмеялся, и в этом смехе слышался яд:

– Ты не понимаешь, что уже ей стала.

Её охватили ужас и гнев, и она затряслась всем телом – от холода и переполнявших её противоречивых эмоций. Единственное, что она точно знала – что не должна поддаваться его манипуляциям. Она вспомнила, как использовала светлую магию для защиты своих соратников, вспоминала Калдера и его отряд, Элиана... и Ардана.

– Он убьёт тебя, Анна, – прошелестел голос Хермихора в её голове, словно отвечая на её мысли, – если ты не примешь моё предложение. Ты встретишься с ним – но только один из вас останется в живых.

– Нет! – воскликнула она, и в её крике переплелись ярость и отчаяние.

– Хочешь, я тебе его покажу? – с усмешкой в голосе предложил тёмный бог.

В следующий миг чёрная пустота под её ногами начала превращаться в серые каменные плиты, и Анна пошла по ним, как по ступеням, поднимаясь всё выше, пока не достигла широкой платформы, в конце которой на краю лежало тело в голубом мундире.

У неё перехватило дыхание, и она покачнулась, едва не сорвавшись вниз.

На негнущихся ногах она добралась до тела, лежащего ничком, и, склонившись над ним, попыталась перевернуть его лицом к себе. Оно было тяжёлым и холодным, как лёд, а на коротких седых волосах запеклась кровь.

Серые глаза Ардана, в которых когда-то светилась мудрость и горела страсть, были открыты, но в них, как в бездонных колодцах, застыла безжизненная пустота, и сердце Анны сжалось от горя.

– Ты не сможешь его спасти, – послышался зловещий шёпот Хермихора, пронёсшийся по космической пустоте, как эхо на ветру.

Она коснулась дрожащей рукой любимого бледного лица, чувствуя, как слёзы катятся по щекам.

– Нет, – выдавила Анна, превозмогая судорогу, перехватившую горло, – я буду бороться за него!

Она закрыла глаза и попыталась представить свет внутри себя, но нашла лишь бездонную тьму, которая, казалось, поглощала её душу.

– Нет, Ардан, нет! – закричала она, беспомощно упав ему на грудь. – Я тебя не отпущу!

В следующий миг она ощутила, как в глубине её существа вспыхнуло призрачное тепло, как крохотная искорка на дне сердца, и она сосредоточилась на этом чувстве, позволяя ему разгореться.

Согревающая волна прокатилась по её телу и, открыв глаза, она увидела себя объятой призрачным мерцанием, которое озаряло черноту космоса, тьма вокруг начала рассеиваться, и звёзды снова начали светиться, наполняя пространство надеждой.

Свет разгорался всё ярче, пока не заполнил всё видимое пространство, в котором видение Ардана растаяло, и она осталась одна, хватая руками пустоту на месте его тела.

– Ардан, Ардан, вернись! – молила она, заливаясь слезами, чувствуя, как какая-то сила тянет её вниз.

Она снова закрыла глаза, и свет заполнил её сознание, наполняя её тело теплом и успокаивая смятённую душу.

***

Её сознание мерцало, как зыбкая звезда, и сквозь мутную пелену за смежающимися веками она видела склонившихся над ней людей в противогазах, а потом снова проваливалась в ослепительную белизну, пока наконец не вынырнула из забытья с глубоким и шумным вздохом, как пловец из воды.

Она резко дёрнулась – и чуть не упала с дивана, на котором лежала. Тело было будто чужое, свинцовая голова шла кругом, перед глазами всё плыло, и она могла лишь слабо водить ими из стороны в сторону.

Оглядевшись, она поняла, что находится в комнате совещаний в Лунной тени. Калдер сидел за столом, закрыв лицо руками, но, услышав её шевеление, тут же встал и подошёл к ней.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он с тревогой и заботой в голосе, и Анна заметила тёмные круги под его глазами, он выглядел уставшим и понурым.

– Что с Алдайзом и Таллисом? – слабо прохрипела она вместо ответа.

– Они в порядке, ты спасла их, – сказал Калдер и добавил с тенью улыбки: – Остальные тоже живы и здоровы. И мы добыли тринадцать амулетов.

– Кто это был, там, в комнате, с кем ты сражался? – прошептала Анна, чувствуя, как садится голос.

– Галант Амин, лидер культистов, – отозвался предводитель. – Я... убил его.

Анна закрыла глаза, чувствуя вновь подступающее беспамятство, но, превозмогая слабость во всём теле, подняла руку и протянула её Калдеру.

– Значит, так было нужно, – вымолвила она. – Помоги мне сесть, пожалуйста.

Предводитель осторожно усадил её на диване и сам сел рядом, и она, прислонившись к нему, уронила голову ему на плечо.

Воспоминания о том, что произошло, накатывали на неё, как волны, и она почувствовала, как слёзы снова подступают к глазам. Она увидела Ардана, его холодное тело, серые пустые глаза, и ощутила в сердце ноющую боль.

– Анна, – Калдер первым нарушил молчание, – можно спросить тебя кое о чём?

– Да, – бесцветно отозвалась она.

– Когда ты была... когда мы несли тебя, ты... звала... Ардана.

Эти слова пронзили её, как острое лезвие. Она не могла поверить, что в забытьи она так явно выражала свои чувства. Горечь и тяжесть утраты вновь захлестнули её душу, и она не знала, как справиться с этим.

– Я… я не могу говорить об этом, – тихо ответила Анна, поднимая голову с плеча Калдера.

– Ты знала его? – поинтересовался тот.

– Да, он... предлагал мне стать его ученицей, – призналась она, – мы виделись пару раз, но он... произвёл на меня большое впечатление.

Предводитель задумчиво хмыкнул.

– Тебе удалось узнать что-то о Хермихоре и его планах? – она поспешила сменить тему. – Может, Галант Амин что-то сказал?

Калдер помолчал, казалось, подбирая слова.

– Он поведал, что был одним из восьми людей, связанных с Хермихором, – одним из его избранных. Ещё один – это Отто Ракс. Остальных я пока не знаю, кроме того, что ещё двое...

Она выжидательно уставилась на него.

– ...ещё двое – это мы с тобой.

Анна замерла, не веря своим ушам, и по спине пробежал холодок.

– Чего-о-о? – изумлённо протянула она.

– Я знаю, что ты говорила с ним, как и я, и, хотя мы отказались от его предложения, он не отказался от нас. Он играет нами, словно пешками, и ему нравится смотреть, как мы сражаемся друг с другом. Я понял это только сегодня, когда убил Галанта Амина, из его рта текла кровь, когда он, смеясь и захлёбываясь, поведал мне эту тайну.

Анна сидела, прижимаясь к Калдеру, пытаясь осмыслить его слова, которые казались абсурдными.

– Ты серьезно? – спросила она, не в силах сдержать дрожь в голосе. – Как это возможно?

– У меня до сих пор в ушах стоит жуткий смех Галанта, – признался предводитель, – он был уверен, что мы не понимаем, какую роль играем в этой игре. Хермихор манипулирует нами, используя наши слабости и желания. Он знает о нас больше, чем мы думаем, и использует наши страхи и надежды, чтобы заставить нас действовать.

– Но мы не можем позволить ему распоряжаться нашими судьбами, – произнесла она, чувствуя, как в душе поднимается волна протеста, смешанного с гневом.

– И не позволим, – решительно сказал Калдер.

Мятежники

Глава 16

***

«Чем дольше я здесь нахожусь, тем меньше у меня шансов вернуться...»

Анна задумчиво глядела прямо перед собой, мелкими глотками потягивая кофе на диване, а Калдер, казалось, тоже погружённый в размышления, сидел за столом, уперев подбородок в скрещенные пальцы рук. Прошло ещё две мучительно долгих и невыносимо бездеятельных недели, в течение которых люди Калдера занимались разведкой, а сам он со своим отрядом восстанавливал силы в убежище и продолжал тренировать Анну, постепенно окрепшую – не без помощи интенсивной «кофейной терапии».

«Вернуться? А куда?» – мысленно усмехнулась она.

Сапфиры наверняка знали, что она выжила и что в нападении на южный склад участвовал кто-то, владеющий светлой магией, а значит, она была первая под подозрением. Об Ордене нечего было и думать, а именно в его резиденцию попасть ей хотелось больше всего... но после разрыва с Арданом доступ туда ей был заказан. И наконец – податься в услужение к королю! «А что, он ничего так», – съехидничал внутренний голос, но Анне было не до смеха. Конечно, она не помышляла о том, чтобы покинуть мятежников: ей просто хотелось снова побывать в Скальсире, не скрываясь в тенях и дыму, и она мечтала о предлоге для того, чтобы это сделать... хотя понимала, что мечты эти наивны и недостижимы.

И в этот момент в дверь постучали.

Анна выжидательно уставилась на неё, крепче сжав чашку обеими руками.

– Входи, – глухо молвил Калдер, и Филипп в противогазе шагнул в комнату.

– Имя Лаэра Линь тебе что-нибудь говорит, Скай? – спросил тот с порога.

– Дворянка, одна из воздыхательниц Ардана, – брезгливо усмехнулся предводитель, и у Анны сердце сжалось от его слов.

– Похоже, король многое ей позволяет, раз она завтра вечером устраивает в своём поместье на Красном проспекте бал-маскарад, несмотря на мятеж и угрозу культистов в городе, – заметил Филипп. – По улицам Скальсиры будут ходить ряженые толпы, в которых очень легко спрятаться кому угодно!

– Ну... им же надо как-то развлекаться, пока мы залегли на дно, – отозвался Калдер с равнодушным лицом.

– Думаю, это просто очередная попытка короля отвлечь народ от реальных проблем, – сдержанно молвил его соратник.

Предводитель, кажется, задумался над его словами, сцепил пальцы, поднёс ко рту.

– Отвлечь... от нас, – наконец произнёс он и сощурился, словно приглядывался к чему-то невидимому.

Анна насторожилась и замерла, не донеся чашку до рта.

– Возможно, это наш шанс, – Калдер приободрился, его глаза заблестели от воодушевления. – Если Лаэра действительно устраивает такой бал, это может быть идеальной возможностью попасть в город и выведать дворянские тайны... И нам даже не придётся переодеваться.

– Мы что, отправимся туда всей гурьбой? – нервно усмехнулась Анна, не веря своим ушам: похоже, её мечты начинали сбываться... только совсем не так, как она представляла, и теперь она не знала, радоваться этому или ужасаться.

– Нет, – предводитель покачал головой, – я думаю, пойдём только мы... с тобой.

– Скай, ты понимаешь, какой это риск? – в приглушённом голосе Филиппа послышалось волнение. – Для неё... и для тебя тоже.

– Понимаю, – сосредоточенно кивнул тот. – Но без риска не бывает успеха. К тому же, если Анну поймают, она всегда сможет сказать, что действовала по принуждению.

– А ты?! – изумилась она, чуть не выронив чашку с кофе.

– За меня не беспокойся, цветочек, – неопределённо ответил Калдер, – я выбирался из передряг и похуже.

– Нет, мы так не можем, – решительно запротестовал Филипп, замахав головой, – пойду я или кто-то из ребят.

– Я точно пойду! – протараторила Анна неожиданно для себя: риск был чудовищный, но она не собиралась упускать такой шанс.

– Я тоже, – произнёс предводитель обыденным тоном, быстро перебирая пальцами, от чего создавалось ощущение, что за внешней невозмутимостью кипит напряжённая работа ума. – Мы с Анной войдём в поместье Лаэры, а вы с отрядом затаитесь в городе и приготовите нам путь отступления. Мы проникнем в Скальсиру на угнанном танке и оставим его во дворах, а сами смешаемся с толпой. Главная проблема – попасть внутрь. Но тут нам помогут амулеты невидимости – мы возьмём по два на всякий случай, – и у нас будет пара минут, чтобы пересечь двор и войти в здание.

У Анны перехватило дух от волнения. Допив кофе одним глотком, она резко встала и, подойдя к столу, слегка дрожащей рукой поставила чашку. Её безумные мечты на глазах обретали форму!

– Когда отправляемся? – спросила она, стараясь говорить спокойно, но её голос дрожал.

– Завтра сразу после захода солнца, – ответил Калдер. – Это даст нам возможность смешаться с толпой и избежать лишних глаз.

– Ох, Скай, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – вздохнул Филипп.

***

Подходил к концу двадцать пятый день, проведённый Анной с мятежниками, – и тридцать второй с тех пор, как она переступила порог этого мира.

Пока всё шло по плану: бросив танк во дворе, мятежники разделились, и Филипп с отрядом под музыку и смех растворились в яркой толпе, заполнившей освещённые фонарями вечерние улицы Скальсиры, а Анна и Калдер, прячась в тенях, пошли к высокому забору из металлических прутьев с острыми пиками, окружавшему нарядное пятиэтажное здание, чьи окна излучали заманчивый тёплый свет и были украшены разноцветными электрическими гирляндами.

– Две минуты, – напомнил Калдер, когда они с Анной активировали амулеты и растворились в вечернем полумраке.

Они быстро обогнули забор и, достигнув распахнутых ворот, возле которых толпились ряженые, беспрепятственно оказались на территории поместья, после чего пересекли двор – Анна лишь мельком видела богатые вазоны с цветами, выложенные розовым гравием тропинки между аккуратно подстриженными кустами, резные пилястры с узорными капителями у входа – и попали внутрь. Скользнув мимо невозмутимого лакея в красной ливрее, они попали из прихожей в полутёмный служебный коридор, и, дождавшись, пока эффект невидимости иссякнет, прошли в просторный зал.

Здесь среди ярких светильников в форме свечей под звуки заводной музыки, звон бокалов и смех гости в масках кружились в танце, их наряды сверкали, как драгоценные камни, и у Анны голова пошла кругом от этого мельтешащего великолепия. Их с Калдером наряды – коричневый плащ и кожаная куртка – заметно выделялись на общем фоне, а противогазы и вовсе были моветоном, и по её спине пробежал холодок, когда она увидела, как все в зале замерли и уставились на них. Даже музыка притихла, и в повисшей тишине Анна слышала собственное участившееся дыхание.

– Это... очень смелые костюмы, – раздался тоненький голосок, и в следующий миг все облегчённо выдохнули и засмеялись, а потом продолжили танцевать и звенеть бокалами, как будто ничего не произошло.

– Они не подозревают, – тихо вымолвила Анна, и Калдер лишь едва заметно кивнул.

Они осмотрелись: вдоль стен были расставлены столы с искрящимися напитками и изысканными угощениями, из дальнего конца зала к изящной балюстраде верхних этажей поднимались две массивные лестницы с резными перилами, устланные красными коврами.

– Держись рядом, – шепнул Калдер, его уверенная осанка придавала ей решимости, и они начали медленно двигаться по залу, стараясь не привлекать внимания.

Внезапно она заметила человека в белом мундире с золотыми медалями, на котором была маска в виде головы волка, он стоял у окна, переговариваясь с группой мужчин в дорогих одеждах. Она вспомнила доброго генерала, который однажды её подвёз, и внутренний голос подсказывал, что это он.

Их разговор был тихим, но Анна уловила несколько слов о «планах» и «мятежниках» и потянула предводителя за рукав.

– Возможно, они обсуждают что-то важное, – произнесла она, склонившись к Калдеру,

Они медленно приблизились к группе, и Анна с замирающим сердцем прислушалась к разговору.

– Пора брать инициативу в свои руки, генерал Конрад, – решительно произнёс один из мужчин. – Эти повстанцы совсем потеряли совесть.

– У нас всё под контролем, – спокойно отозвался человек в белом мундире, – очень скоро они будут пойманы и казнены. Все до одного.

– И каким же образом? – поинтересовался другой собеседник.

– Мы собираемся расставить ловушки: фальшивые склады, – в голосе генерала слышалось самодовольство. – Им нужны ресурсы: продовольствие, медикаменты, оружие... и танки, конечно. Мы пустим слух о размещении новых объектов за городом, о том, что они пока плохо охраняются, но действовать нужно быстро, и вот...

– Да кто на это поведётся? – нетерпеливо перебил какой-то дворянин.

– ...и вот тогда мы сможем застать их врасплох, – невозмутимо продолжал генерал. – Как только сработают сенсорные датчики, со склада им навстречу двинется танковая рота, и, пока они доберутся до своего бронекатера, все будут мертвы.

– Но это будет лишь небольшая группа, как же вы планируете расправиться с остальными? – с сомнением в голосе спросил дворянин.

– В том-то и смысл, чтобы выманить их вместе, отправив на разные ложные склады, – генерал многозначительно поднял палец, его голос звучал уверенно и властно. – Вы хотите спросить, как это возможно, мой друг? Что ж, я вам охотно объясню. Мы создадим сеть слухов, разместим фальшивые сообщения о складах в разных частях города, используя информаторов и подставных людей, чтобы убедить мятежников в реальности этих объектов. И установим точное время, когда все склады якобы должны быть перемещены. Им будет некогда обдумывать ситуацию, когда такая добыча вот-вот ускользнёт из-под носа.

– И как вы собираетесь контролировать все эти движения? – снова вмешался дворянин, его голос был полон недоверия. – Это потребует значительных ресурсов и координации.

– У нас есть всё необходимое, – ответил генерал. – Мы задействуем наши лучшие отряды и технику. Каждый шаг будет тщательно спланирован. Они не смогут устоять перед искушением. Когда они поймут, что попались в ловушку, будет уже слишком поздно.

Анна и Калдер переглянулись, и предводитель сделал едва заметный жест, указав двумя пальцами в сторону выхода.

Она кивнула, и он направился сквозь толпу в тот момент, когда за спиной Анна услышала недовольный голос:

– Вы только посмотрите на это!

Она сжалась всем телом, словно надеялась, что так её никто не заметит и что вообще эти слова были не про неё, но в следующий миг её сердце ушло в пятки, когда кто-то сказал:

– Эта девушка явно не из нашего круга. Что она здесь делает?

Анна медленно обернулась: мужчины во главе с генералом, выжидательно скрестившим руки на груди, все как один уставились на неё.

– Вы одеты... очень вызывающе, – холодно бросил один из дворян.

– А может, вы и есть мятежница? – с насмешкой спросил другой.

И тут генерал Конрад снял маску и покачал головой:

– Я уверен, это недоразумение. Мы все здесь выглядим... немного нелепо.

– А вот я думаю иначе, – настаивал первый дворянин, – пусть снимет противогаз и покажет своё лицо.

Её сердце забилось быстрее, она понимала, что находится на грани разоблачения и должна что-то сделать, чтобы не вызвать ещё большего подозрения, но что?

Анна сделала шаг вперёд, стараясь говорить уверенно, несмотря на дрожь в голосе:

– Я просто пришла на праздник. Я не имею к мятежникам никакого отношения.

Но её слова не произвели должного эффекта. Мужчины продолжали перешептываться, и в воздухе витала напряжённая атмосфера. Генерал, понимая, что ситуация требует немедленных действий, посмотрел на Анну с настороженностью.

– Если это так, то вам следует снять маску, – произнес он, его голос стал более властным. – Мы не можем рисковать безопасностью нашего собрания.

Напряжение в воздухе стало почти осязаемым, когда все смотрели на неё в ожидании, и Анна, уповая на добросердечие генерала, в безжалостности планов которого она уже убедилась, медленно подняла руку к противогазу, стараясь сохранить уверенность в движениях. Генерал, заметив её намерение, слегка кивнул, как бы подсказывая, что он поддерживает её решение.

– Я готова снять маску, – произнесла она, глядя в глаза генералу, как будто искала в них поддержку. – И прошу лишь об одном: сохранить мою тайну.

Собравшись с духом, она медленно сняла противогаз, понимая, что из всех присутствующих её лицо может быть знакомо только Конраду, да и то если он её вспомнит.

В следующий миг ласковая улыбка озарила его лицо:

– Анна, я так рад тебя видеть! Как ты здесь оказалась?

– Я просто... очень хотела попасть на праздник, – она смущённо потупилась.

Он мягко рассмеялся и, шагнув к ней, слегка приобнял её за плечи и подвёл к своим собеседникам:

– Друзья, это не мятежница, это Анна, и она сапфир.

– Прошу, генерал Конрад, – прошептала она умоляюще, не смея поднять на него взгляд.

– Но мы об этом никому не скажем, да, господа? – он крепче сжал её плечо, словно стараясь приободрить, и Анна почувствовала жар на щеках.

Она неуклюже поклонилась, как умела, и развернулась, чтобы медленно, но верно догнать Калдера, затерявшегося где-то в толпе, но генерал, взяв её под руку, подвёл её к столу.

– Ты можешь надеть свой противогаз, только перед этим обязательно отведай эти оранжевые тарталетки, – сказал он, протягивая ей угощение, и она не смогла отказаться.

Восхитительно хрустнуло песочное тесто, и вслед за ним её рот наполнился нежным вкусом солоноватой икры в густом сладком соусе.

Конрад подал ей высокий узкий бокал с искрящейся прозрачной жидкостью и, взяв свой, поднял его со словами:

– За короля Отто Ракса и стабильность нашего государства! Пусть ни один мятеж не осмелится потревожить наш покой!

Анна почувствовала, как в груди у неё закивает гнев, смешанный с досадой, но лишь слабо улыбнулась и тоже подняла бокал:

– За мир! – добавила она и попробовала напиток.

Тот оказался газированным, с лёгкой приятной кислинкой, будоражащей вкус, и Анна с удовольствием осушила бокал, а затем поставила на стол.

Она собиралась надеть противогаз, когда генерал, не сводивший с неё взгляда, который казался ласковым, но на самом деле был изучающим, спросил:

– А кто твой спутник?

У Анны перехватило дыхание.

– С-спутник? – переспросила она.

– Да, тот мужчина в такой же маске, который стоял рядом с тобой. Он был одет, как Калдер Скай.

Анна нервно рассмеялась – и принялась отчаянно лгать, выдумывая на ходу:

– Ах, этот... Это... мой возлюбленный... Элиан. Он тоже сапфир и тоже не хочет, чтобы его выгнали отсюда. Мы так хотели повеселиться тут, что использовали свою магию, чтобы пробраться в поместье. Вы же не арестуете нас за это?

Она картинно похлопала глазами, изображая святую невинность, и генерал, кажется, купился.

– Ах, возлюбленный, – вздохнул он. – Жаль, очень жаль. У меня есть два сына, и я как раз думал тебя с ними познакомить.

– Элиан очень скромный и стеснительный, он не переживёт, если его разоблачат, – запричитала Анна, – можно, пожалуйста, я пойду к нему?

– Иди, дитя, иди, – мягко усмехнулся Конрад. – Но, если что, ты всегда можешь меня найти.

Она кивнула, широко улыбаясь, и наконец натянула противогаз, чувствуя, как каменеет под ним лицо.

Не оглядываясь, она бросилась в толпу, ища взглядом Калдера, но тот как будто растворился, и она на миг подумала, что он ушёл без неё, но потом вспомнила об амулетах невидимости: может, он просто спрятался где-то рядом или затаился в коридоре?

И в этот момент перед её глазами в другом конце зала возле лестницы возникла высокая фигура в голубом мундире, расшитом золотом, в белой полумаске, за которой Анна сразу узнала Ардана.

Волна дрожи пробежала по её телу, и сердце отчаянно зачастило, но она мгновенно осознала, что его реакция на её наряд будет ещё более гневной, чем у дворян, и, если Ардан заставит её снять противогаз, последствия могут быть катастрофическими: в отличие от генерала, он наверняка знал о том, что Анна исчезла после нападения мятежников, и сделал из этого определённые выводы. И он не отпустит её просто так, пока не выведет на чистую воду... любыми способами. Она вспомнила о пыточных комнатах в резиденции Ордена Чистой Совести и снова вздрогнула, но уже от страха – за себя и за Калдера, которому грозило неминуемое разоблачение в случае её провала!

Вихрь этих мыслей мгновенно пронёсся у неё в голове, и она кинулась в коридор, на ходу нащупывая под плащом один из амулетов невидимости – ведь у них с Калдером было по два на всякий случай, который как раз настал!

Активировав амулет в пустом коридоре, она поспешила вернуться в зал, но Ардана там уже не было, и она, не раздумывая, бросилась к лестнице, чтобы...

...ей так хотелось ещё хоть чуть-чуть на него посмотреть!

Она поднималась по ступеням очень тихо, стараясь не издавать ни звука, и слышала впереди его одинокие тихие шаги.

Анна прокралась вслед за ним на третий этаж, и, пройдя по коридору, оказалась в величественных покоях, единственным освещением которых была тусклая лампа в виде свечи на тумбе возле зеркала в дальнем углу. Окно, располагавшееся слева от входа, занавешивали тяжёлые тёмные портьеры, расшитые золотом, подвешенные на выступающем карнизе, а в центре комнаты стояла широкая кровать. Ардан осторожно присел на край кровати напротив двери, задумчиво подперев голову руками. Он был так близко – и так далеко!

«Две минуты, – колотилась бешеная мысль, – и сейчас последняя истекает!»

Анна быстро огляделась и, недолго думая, спряталась за портьерами, в щёлочку между которыми можно было краем глаза поглядывать на Ардана, сидящего к ней боком.

В следующий миг эффект невидимости иссяк, и только тут до неё дошло, в какой беде она оказалась!