Текст книги "Тьма, такая сладкая (ЛП)"

Автор книги: Эмма Хамм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 24 страниц)

Глава пятнадцатая

МАЙЯ

Она крепко вцепилась в него, чувствуя себя немного странно из-за того, что его лицо было так близко к её. Майя ожидала, что будет держаться за его спину, а не что её понесут на руках, как настоящую невесту, через порог тьмы.

Очень скоро она узнает, правдивы ли слухи. Если проклятия, окружающие это королевство, подействуют на неё, то скоро она лишится зрения. Возможно, она узнает, была ли это просто слепота или это тролли выкалывали глаза любому человеку, осмелившемуся ступить в их королевство. Она бы не удивилась. Судя по её опыту, они были довольно кровожадными созданиями и очень ревностно защищали друг друга.

Хотя она начинала понимать, что дело было не только в том, что они искали драк, а в том, что они были рождены для этого. Если бы они не сражались, люди бы забирали у них всё. Почему бы им не постоять за себя?

Она пробыла здесь всего неделю, а уже не узнавала собственных мыслей.

Она цеплялась за плечи Рагнара, а её мысли возвращались к безопасному дому, к маленькому саду, оставленному позади, и ко всем её вещам, которые она могла больше никогда не увидеть. Она боялась того, что будет дальше. Заставит ли он её жить под землёй до конца её дней?

Рагнар уверенно ступал, неся её сквозь что-то, похожее чернила. Иногда она могла поклясться, что видела, как что-то шевелится во мраке, но это должно было быть лишь игрой воображения. Она ничего не могла разглядеть в этой темноте, как ни старалась. Было немного жутко от того, что она совсем ничего не видела.

Всё это лишь давало ей больше времени для беспокойства о том, что она найдёт в этом королевстве по сравнению со своим собственным. Ей хотелось вернуться домой больше, чем когда-либо за всё это путешествие. Она хотела свою удобную кровать и монотонную жизнь. Она хотела своей свободы.

Дыхание Рагнара было громче, чем она запомнила. Она слышала, как её собственное сердце грохочет в ушах, и гадала, не потому ли это, что все её чувства внезапно обострились.

Он сказал, что теперь она его троллья жена. Майя понятия не имела, что вообще значит быть тролльей женой. Означало ли это, что она должна остаться здесь навсегда? Должна ли она прислуживать ему? Она определённо пыталась это сделать, но он отверг её. Это отвержение укололо больнее, чем она хотела бы признать.

Если она должна была стать его женой, то для этой роли не было никаких правил. В конце концов, она знала, что значит быть женой человека.

И она, чёрт возьми, не позволит ему раздавить себя, пока у неё ещё было место, куда она могла сбежать.

Тяжело дыша, она внезапно начала вырываться из его рук, пытаясь спуститься. Он сжал её сильнее, крякнув, когда она ткнула локтем ему в рёбра, но так и не отпустил.

– Прекрати извиваться, – прорычал он, обхватив её руками ещё крепче. – Ты упадёшь.

– Мои растения! – Аргумент был слабеньким, но она смогла придумать лишь несколько вещей, которые могла бы прокричать ему, чтобы убедить отпустить её домой. – Мое дело! Мы должны вернуться.

– Мы не пойдём никуда, кроме как глубже в гору.

– Но закон! Если предприятие и дом пустуют более двух недель, они отходят короне. Я должна вернуться и убедиться, что у меня появится хотя бы один клиент, иначе всё, ради чего я так усердно работала, исчезнет.

– Теперь ты троллья жена, женщина. С чего ты взяла, что вернёшься домой к своему цветочному делу?

Слёзы защипали её глаза.

– Ты не понимаешь. Это была моя жизнь! Вся моя жизнь. Я провела бесчисленные часы в этом саду, вложила кровь, пот и слёзы в это дело. Я так и не вышла замуж, даже после смерти отца, и некоторые зимы голодала, лишь бы сохранить его. Этот бизнес – мой, Рагнар. И ничей больше.

Майя надеялась, что он сможет почувствовать её отчаяние. Она должна была вернуться. Она должна была вернуть бизнес в нормальное русло. Вся её жизнь – всё её существо – определялись этим делом. А он бессердечно полагал, что она может просто выбросить это?

Его руки сжались ещё сильнее, так что она почувствовала, как её кости заскрипели в знак протеста. Но затем он перестал двигаться и просто стиснул её.

Тьма окружала их. Слышался только звук его ровного дыхания и её сердце, бьющееся невпопад. Затем всё, на чём она могла сосредоточиться – это то, как крепко он её держал. Как легко он удерживал её в этих сильных руках и как спокойно и размеренно стучало его сердце – в два раза медленнее её собственного. Все эти ощущения пробились сквозь панику, тревогу и откровенный страх того, что она каким-то образом подвела призрак своего отца.

Её дыхание замедлилось, пока она не перестала пытаться вырваться и просто задышала.

– Ты закончила? – спросил он.

– Думаю, да. Хотя я от этого не в восторге.

– У троллей свои порядки. Мы можем забрать твои растения из твоего сада, хотя я не знаю, будут ли они расти здесь. Мы можем погубить их, унеся под землю, и об этом тебе стоит подумать. Но твоего дела больше нет. Теперь ты троллья жена. Мне жаль, что тебя это огорчает, огневолосая. Мне жаль, что твой король так с тобой поступил. Но я не могу изменить то, что было сделано, точно так же, как и ты.

Она прислонилась щекой к его груди. Казалось, она немного сдаётся, даже не пытаясь с ним поспорить. Это была её жизнь, которую она оставляла позади. Но её реальность заключалась в том, что она никогда ничего не выбирала сама. Она делала то, чего хотел отец, и, возможно… Возможно, пришло время отпустить это.

– Думаю, мы оба согласимся, что я теряю больше, чем ты, – прошептала она. Эти слова дались ей с трудом. Ей всё ещё не нравилось ни с кем спорить или даже пытаться высказывать своё мнение. – Ты возвращаешься домой, ко всему, что принадлежит тебе, и ко всем знакомым вещам, которые ты собрал за эти годы. У меня же нет ничего, кроме незнакомых существ вокруг, которые мне не доверяют.

На мгновение она могла бы поклясться, что он прижал её к себе чуть крепче. В его прикосновении появилась нежность, которой не было раньше, но затем она исчезла. Он снова стал холодным и непреклонным, как камень.

– Ты научишься, – наконец произнёс он. – Но сначала открой глаза и посмотри на королевство троллей.

Она даже не заметила, как закрыла их. Но затем она моргнула, и перед ней развернулся новый мир. Ей бесчисленное множество раз в жизни говорили, что тролли живут в сырых, тёмных пещерах. Что они немногим лучше крыс или кротов, копошащихся в грязи.

Но это было совсем не то, что она себе представляла. Здесь были деревья. Высокие деревья со спиралевидными стволами, которые выглядели так, словно бесчисленное множество стволов переплелись друг с другом. Тусклое голубое сияние освещало весь мир, превращая листья в серебристые, небесно-голубые творения, которые едва ли казались настоящими. Они стояли на вершине холма, с извилистой тропинкой, усыпанной ковром из таких же листьев. Далеко за этой тропой она видела реку, протекающую через этот мир и простирающуюся так далеко, как только мог видеть глаз. Но вода… от неё исходило почти фиолетовое свечение. Над их головами она видела, что всё королевство было заключено в каменные своды.

Крошечные зелёные и синие огоньки усеивали каменный потолок, как звёзды, но затем она поняла, что это, должно быть, какие-то светлячки. Она как-то слышала о них в таверне, когда один спелеолог упомянул, что иногда даже в самых тёмных частях подземелий бывает свет. Но она и не думала, что когда-нибудь увидит их сама.

Пока Рагнар продвигался по этому чудесному месту, ступив на тропинку и увлекая их в голубой лес, она поняла, что листья были больше неё самой. Эти деревья были древними. И они совсем не походили на то, что она могла бы увидеть за пределами этого места.

– Где мы? – прошептала она.

– Дома у троллей, – ответил он. – Мы называем это сердцем горы.

Вокруг них зашумел ветер, и она уловила сладкий аромат в воздухе. Он немного напоминал смесь мёда и шоколада, хотя она подумала, что, возможно, выдаёт желаемое за действительное. Всё это путешествие ей не хотелось ничего больше, чем сладостей. И теперь она могла поклясться, что чувствует их запах.

Они недолго шли по тропинке, прежде чем он свернул с неё. Теперь их путь освещали фонари. Их конструкция была изящной. Она подумала, что они, возможно, сделаны из железа, но никогда раньше не видела, чтобы такой грифельно-серый металл использовался для создания чего-то столь хрупкого. Сфера наверху явно была из стекла, потому что внутри были заключены блуждающие огоньки. Но металл, поднимающийся над ним, был похож на распускающийся шипастый цветок.

Тропинка из листьев сменилась каменной дорожкой. Именно на эту тропу вывел их Рагнар, его шаги были уверенными: каждый когтистый палец соприкасался с камнем, увлекая её всё глубже и глубже в лес.

– Мы идём к тебе домой? – спросила она, и нервы снова начали сдавать.

– Нет. Мы идём к королю.

Каждый волосок на её теле встал дыбом, и каждая частичка её существа внезапно окаменела. Она могла бы поклясться, что после его слов у неё даже остановилось сердце.

– Что, прости? Мы идём к королю троллей?

– Конечно, идём. Всех тролльих жён представляют ему, прежде чем отвести в их дома.

Майя возобновила свои попытки вырваться. Она знала, что делают короли, когда им представляют новых невест. Они брали, рвали и делали всё, что, по их мнению, они заслуживали, чтобы заставить женщин страдать. Ни один мужчина не сделает этого с ней. Не после всего того, что она перенесла от рук этих животных. Она не пройдёт через это. Никогда в жизни. Она видела достаточно женщин, прошедших через это в её собственном королевстве, и знала, как избежать такого будущего.

Бежать. Бежать быстро, далеко, и даже если для этого придётся забиться в скалистую расщелину, для которой эти тролли слишком велики, чтобы добраться – это именно то, что она сделала бы.

– Ты не могла бы перестать это делать? – прошипел он, явно пытаясь удержать её извивающееся тело.

– Я не пойду к твоему королю!

– Ничего не случится. Не понимаю, почему ты так…

– Я знаю, что короли делают с невестами! – закричала она, её голос разнёсся эхом среди деревьев. Это был лишь второй раз, когда она повысила голос в его присутствии, но он замер от этого звука. Возможно, она наконец-то напугала его до покорности. – Я не позволю тебе отвести меня туда.

Но затем он подбросил её на руках, так высоко, что она испугалась, что вылетит из них, только для того, чтобы снова её поймать.

– И что же, по-твоему, короли делают с тролльими жёнами, огневолосая?

– Короли… – Она сглотнула, подавляя страх перед тем, чтобы сказать ему это. – Они первыми пробуют жену. Так было всегда. И мне жаль – я просто не… не смогу…

Её слова затихли. Ей не нужен был король, или вообще какой-либо мужчина прямо сейчас. Даже её собственный муж, что представляло собой совершенно иной страх. Она с трудом могла представить, как будет спать рядом с ним, не говоря уже о том, в каком она была ужасе от разницы между их телами. В своей жизни у неё почти не было возможности даже посмотреть на голого мужчину, не говоря уже о том, чтобы исследовать всё это. А теперь перед ней был тролль, у которого, как намекали другие троллихи, был проколот член, и это было слишком ошеломляюще. Она старалась даже не думать об этом, но было трудно удержаться, проводя руками по впечатляющим рельефам его пресса.

Рагнар вздохнул, и его руки обхватили её. Он повернул её в своих руках, так что его ладони оказались у неё подмышками. Он позволил ей повиснуть в его хватке.

– Послушай меня, Майя. И я хочу убедиться, что ты действительно слушаешь, поэтому ты будешь повторять всё, что я говорю. Ты меня слышишь?

Сломленная собственной участью, она вздохнула и кивнула.

– Король не отбирает тролльих жён у их мужей.

Она пробормотала эти слова, но не поверила им. Короли всегда брали – так они поступали. Это было их правом как королей – пробовать невест до того, как их заберут мужья. Таков был порядок вещей. Если Рагнар хочет лгать, чтобы сохранить её покорной, она позволит ему это. Но она ему не поверит.

– Ни один уважающий себя тролль никогда не позволит другому мужчине прикоснуться к своей жене.

Она повторила и это. Но затем он встряхнул её, подтянув ближе к своему лицу, чтобы посмотреть ей в глаза.

– Слушай внимательно, огневолосая. Если другой мужчина прикоснётся к тебе, сначала я отрублю ему пальцы. Я заставлю его смотреть, как я их ем, один за другим. Я буду наслаждаться вкусом его крови и его боли, прежде чем отрубить ему руку за то, что она когда-либо задела твою кожу. Если он это переживёт, я выслежу его. Я буду гнать его по лесу, пока дыхание не разорвёт его лёгкие и пока он не узнает, каково это – быть добычей. А потом я заживо сдеру с него кожу, пока он не умрёт. Я буду ждать, пока он очнётся, если он потеряет сознание. Я буду продолжать до самого конца, – сказал он. – Ты меня слышишь? Тролли – не люди. Мы не используем наших жён как игрушки, и мы бы никогда не позволили торговать женщиной подобным образом. Ты не в своём человеческом королевстве с твоими глупыми мужчинами.

Это пробилось сквозь её тревогу. Руки Майи дрожали там, где она держалась за его предплечья, и она наконец коротко кивнула ему. – Хорошо.

– Ты меня слышишь?

– Я слышу тебя.

– Чего я не допущу?

– Никто ко мне не прикоснётся, – прошептала она.

– Никто, кроме меня.

Она не ожидала, что это прозвучит так успокаивающе. Она не должна была хотеть, чтобы он прикасался к ней. Он был троллем. Пугающим горным существом, которое, вероятно, затащит её глубже в это царство.

Но почему-то она ему доверяла. С голубыми листьями за его головой и резкими очертаниями клыков на фоне теней, он выглядел именно тем чудовищем, каким она его всегда считала. Но на этот раз она видела в нём своё чудовище.

Он защитит её.

Глава шестнадцатая

МАЙЯ

Они шли дальше через лес, с Майей на его руках, которая вела себя чуть тише, чем раньше. Он нёс её весь день без малейших признаков усталости. Она была бы впечатлена, если бы так не переживала, что он перенапрягается без необходимости. Она не была беспомощной. Она могла идти сама.

Она так ему и сказала, но он лишь фыркнул.

– То, что я ношу для обустройства лагеря, тяжелее тебя, – ответил он. – И я ношу это сутками напролёт.

На этом разговор и закончился. В последовавшей тишине её разум начал сочинять истории о том, что произойдёт, когда они достигнут замка. Король троллей не обрадуется, увидев её, – в этом она была уверена. Он, вероятно, оторвёт кусок её плоти за то, что натворил король Джеймс. И она даже не винила бы его за желание отомстить.

Теперь она понимала всю серьёзность этой подмены невест. Поэтому она примет наказание с высоко поднятой головой. В конце концов, её отец учил её, что быть наказанной легко. Нужно просто уйти в своей голове туда, где не происходит ничего плохого, и в конце концов наказание закончится.

Вскоре вдали показался замок. Его основание было сплетено из корней деревьев, а из их спутанного узла вырастали высокие каменные шпили. Все камни были белыми и мерцали в голубом свете. С некоторых окон шпилей свисали знамёна, развевающиеся на ветру. По мере приближения она увидела, как корни поднимаются из земли, образуя подобие лестницы, ведущей прямо к массивным двойным дверям.

Это было прекрасное зрелище. Замок не возвышался над красотой окружающей земли, а был её частью. Она подумала о замке своего народа, в тени которого выросла. Он всегда выглядел так, будто был построен поверх этого поля, покоряя окрестные земли. Со всем сравненным с землёй под сельскохозяйственные угодья и без единого намёка на дикую природу, он был доказательством того, что люди могут и будут уничтожать всё на своём пути, если это встанет у них на дороге.

Проходя сквозь корни, она поразилась их размерам. Это дерево давным-давно умерло. Она не чувствовала ни единого намёка на его душу, задержавшуюся в этих толстых коричневых спиралях, которые уходили в землю и удерживали замок на месте. Но она чувствовала магию, которая всё ещё жила там, где оно когда-то стояло.

Истинным сердцем горы была древняя магия, питавшая троллей, живших здесь, и теперь она чувствовала, как она распространяется. Повсюду. Каждый дюйм этого королевства хранил частичку той магии, которой дерево пожертвовало, когда пришло его время.

Монолитные двери стояли открытыми для всех, кто желал войти, и это тоже отличало их замок от её. Король Джеймс любил держать двери закрытыми, и людям приходилось умолять, чтобы попасть внутрь. Даже если они отчаянно нуждались, король не впускал их просто так. Он предпочитал, чтобы они доказали ему свою преданность, как бы тяжело это ни было.

Но эти тёмно-зелёные двери были распахнуты настежь. И проходя сквозь них, она поняла, что они целиком сделаны из какого-то зелёного драгоценного камня.

– Нефрит, – сказал Рагнар, поймав её взгляд.

– Они прекрасны.

Она мельком заметила резьбу. На дверях были вытравлены эльфы. Их прекрасные, тонкие фигуры было легко распознать, так как они были бесконечно прекраснее любого человека. Их руки были подняты, и из них каскадом струилась магия. Эта магия, казалось, искрилась на земле, и тогда она уловила малейший проблеск чего-то, что, казалось, тревожило грязь под их ногами.

Король вырезал на своих дверях историю создания своего народа. Напоминание всем, что в глубине души они не животные, предположила она. Или, возможно, напоминание о том, что вся проделанная ими работа вела их к чему-то великому.

Рагнар шагнул за двери, и они оказались внутри замка. Она ожидала увидеть внутри больше природных элементов. Возможно, доказательства того, что этот народ не так развит, как её собственный. Она ожидала множество свечей, как дома. Но тролли заключили сделку с блуждающими огоньками, которые были повсюду, куда бы она ни посмотрела. Крошечные шарики света собирались гроздьями на потолке, как люстры, освещая потрясающие, начищенные до зеркального блеска полы из белого мрамора. Мебель была везде. Зоны отдыха были заполнены троллями, и все сиденья были обиты невероятно яркой тканью. Ковры ручной работы, ошеломляющие своим качеством, были тщательно расстелены по полу, чтобы отгонять холод.

Майе пришлось моргнуть несколько раз, потому что тролли здесь не были похожи на тех, кого она уже встречала. Отряд был одет в основном в кожу и набедренные повязки. Но эти тролли, казалось, носили самые лучшие наряды, которые она когда-либо видела. Они были окрашены во все мыслимые цвета, выглажены в идеальные линии. Вся ткань подчёркивала их фигуры, но также делала их меньше похожими на троллей и больше на…

Эльфов, поняла она. Они выглядели как эльфы. Только с более тёмной кожей, другими цветами и полосами татуировок. Они были более дикой версией эльфов.

Потирая глаза кулаками, она наблюдала, как все тролли обратили внимание на зрелище: тролля, несущего человека через их замок. Мягкие ковры приглушали шаги Рагнара. Должно быть, он смотрелся здесь неуместно, так же как и она. Он всё ещё был с обнажённой грудью, и его кожа была выставлена напоказ всем желающим.

Тролли в замке выглядели как дворяне. Они были красивее, чем она себе представляла, с этими нежными длинными ушами и свисающим пирсингом, усыпанным драгоценными камнями.

Это было совсем не то, что она ожидала от якобы животных и опасных существ, живущих под землёй.

Он пронёс её прямо через главный зал в самый конец, где находился потрясающий трон. Она немного засмотрелась на него, да так, что поначалу не заметила мужчину на самом троне. Трон, казалось, был целиком сделан из кристалла. Он преломлялся сотнями цветов, которые переплетались так, что свет проходил сквозь него странным образом, искажая лучи.

Пока она, наконец, не сосредоточилась на мужчине, сидящем на троне, и все мысли в её голове лопнули, как мыльные пузыри. Существо на троне совсем не было похоже на тех троллей, которых она видела. Его кожа была тёмно-серого цвета. Все цвета смешались вместе, создав сероватый тон с тенями, близкими к смоляно-чёрному. Его волосы и брови были совершенно белыми, как и глаза. Длинные кончики его ушей были ещё более вытянутыми, чем у Рагнара, но больше всего её поразила его фигура.

Это не был тролль, близкий к эльфийской красоте. Она смотрела на эльфа.

Майя только слышала об их красоте. Их лица были настолько совершенны во всех отношениях, что смотреть на них было почти жутко. Они были высокими и худощавыми, как и мужчина на троне, хотя его тело было переплетено мускулами. А воздух вокруг них потрескивал от магии, рождённой из самого источника.

Она понятия не имела, где сейчас живут эльфы. Некоторые утверждали, что они вознеслись и стали богами, и что они живут в каком-то мифическом городе в облаках. Она же считала, что эльфы просто нашли новое, лучшее место для жизни и покинули всех тех, кто когда-то им поклонялся. Но теперь она смотрела прямо на то, что осталось от того богоподобного народа, чья сила наводила ужас на её собственный.

Рагнар осторожно поставил её на ноги и низко поклонился. Он держал руку на её спине, заставляя и её поклониться, хотя это было неподобающее движение для леди. Разве он не предпочёл бы, чтобы она сделала реверанс?

Но она выглянула из-под завесы своих волос и заметила, что все остальные тоже низко кланяются. Тролли, которые стояли, когда они проходили мимо, и все до единого поклонились мужчине, сидящему на троне.

– Рагнар, – произнёс король глубоким басом, от которого содрогнулся пол под её ногами. – Ты вернулся со своей тролльей женой.

– Да, – ответил Рагнар, но затем замешкался.

В этот момент она поняла: он собирается объявить, что она не та, за кого её выдавали. Прямо перед всеми этими троллями. Если они восстанут против неё, если решат, что она должна умереть, её муж ничего не сможет сделать, чтобы остановить их.

Её колени начали дрожать. Ей было трудно оставаться в согнутом положении, и, если бы она не была осторожна, она бы упала на четвереньки перед этим королём.

Она должна была верить, что Рагнар позаботится о ней. Но это доверие давалось нелегко.

– Я связал себя с этой женщиной. Она моя троллья жена, как подтвердили Кровавая Ведьма и Чтица Костей. Моя судьба стоит перед вами. – Рагнар выпрямился, но его рука осталась лежать на её спине. Майя поняла намёк и осталась стоять, опустив лицо к полу. – Но она не принцесса.

По толпе троллей позади неё прокатился ропот. Шёпот отдавался эхом, отскакивая от потолка и возвращаясь к её ушам.

– Конечно, она не принцесса. Посмотрите на неё!

– В ней нет ни капли эльфийской крови.

– Я почувствовала это в тот момент, когда она вошла в зал. В этой женщине нет силы.

Затем снова наступила тишина, прерываемая лишь странным скрежещущим звуком, похожим на звук когтей по камню. Выглянув сквозь волосы, она поняла, что король встал с трона. Она тяжело сглотнула и постаралась не дрожать, когда ощущение его магии скользнуло по ней. Магия Рагнара была прохладной, ледяной водой, которая стекала туда, где он прикасался. Но магия этого короля была гораздо сильнее.

Его магия ощущалась как десять пар рук, скользящих по её коже и тянущих за волосы. Затем она почувствовала, как его магия проникает в её тело и тянет её силу, дёргая за самое сердце, за тот крошечный дар, который она едва замечала всю свою жизнь.

Затем когтистый палец приподнял её за подбородок, запрокидывая голову, чтобы она посмотрела на него. Шея взвыла от боли, но рука Рагнара по-прежнему крепко лежала на её спине, так что она выгнула шею и подняла глаза.

Вблизи король был ещё более устрашающим. Он был выше и долговязее Рагнара, а красота его лица была такова, что смотреть на него было невыносимо. Но затем она поняла, что у него есть крылья. Это были сморщенные, бесполезные отростки, иссохшие и изогнутые, которые волочились по земле при ходьбе. Вот что это был за звук. Звук, который она слышала, исходил от их кончиков, где когда-то были когти, скрежещущих по полу при его приближении.

– Ты – мерзость в этом дворе, – произнёс король троллей. – Ты не должна быть здесь. Сделка была заключена ради могущественного союза. Эльфийская кровь в обмен на меньшее кровопролитие людей. Ты это понимаешь?

– Понимаю, – прошептала она.

– И всё же ты решила обмануть меня и мой народ?

– Меня тоже втянули в этот брак обманом. Я не знала о планах короля Джеймса.

Король фыркнул и отпустил её подбородок. Она почувствовала, что снова может дышать, когда он отвернулся от неё. Но затем его слова эхом разнеслись по залу:

– Ты лгунья, как и все люди. Я должен отправить тебя на виселицу.

Рагнар вздрогнул рядом с ней.

– Я бы просил вас этого не делать.

– Для того, кто обладает твоей силой, есть партии и получше. Она ослабит твою родословную. Нам слишком важно развивать твою исцеляющую магию, Рагнар. Убей её и двигайся дальше.

Острая тревога пронзила её. Майя почувствовала, как затрепетало сердце в груди, но вместе с этим пришло ледяное спокойствие. Она знала, что они захотят её убить. Она чувствовала это с самого начала.

Но тут раздался другой голос, куда более дерзкий, чем у Рагнара. Она обернулась и увидела, как тёмно-зелёная фигура несётся к ним, содрогаясь от ярости, и гнев читался в каждом дюйме его тела.

– Не смейте убивать эту женщину! Кровавая Ведьма уже провозгласила, что она принадлежит ему.

Гуннар погубит себя, споря с королём. Она того не стоила.

Майя резко обернулась, чтобы уловить апатичное выражение лица короля.

– Кровавая Ведьма может поднять этот вопрос при нашей следующей встрече. Впрочем, она редко бывает в этом замке, и я уверен, что одна человеческая женщина не изменит этого факта.

– Это сплетёт новое будущее, лишённое нити необходимого цвета, – настаивал Гуннар, встав рядом с ней и Рагнаром. – Вы не можете отвергнуть слова Кровавой Ведьмы, мой король. Именно поэтому у нас есть провидцы.

Король щёлкнул челюстями, и этот звук эхом разнёсся по залу.

– Я принял решение. При дворе не будет лжецов.

– Мы все чуяли запах стали за её спиной. Человеческий король приставил нож к её спине. Что она должна была делать?

– Не позволять трусости вынуждать её соглашаться с планом, который обречёт всех нас! Это должно было остановить вражду и битвы. Теперь мы должны нанести ответный удар, потому что это было актом войны.

Рагнар шагнул вперёд, заслоняя её, и все снова замолчали. Она не могла ничего разглядеть за его широкой спиной, но видела удивление на лице Гуннара. Когда все замолкли, они прислушались к тому, что объявил Рагнар.

– Это моя троллья жена. Я согласился взять её. Я дал клятву в тот момент, когда увидел Кровавую Ведьму, и она сказала, что эта женщина – моя судьба. У меня нет ни малейшего желания покидать это место, но вы вынудите меня, если попытаетесь отобрать её у меня. Род моего отца не оборвётся на мне. Гуннар вполне способен произвести на свет сильных детей. Поэтому я отказываюсь от своих прав на отцовское наследство и передаю их своему брату.

Вздохи эхом разнеслись по залу, но Майя понятия не имела, что это означает. Почему он отказывается от своего наследства по праву рождения?

Голос короля загрохотал от гнева.

– Ты готов отказаться от всего, что тебе было дано? От дома своего отца? От сокровищ своей матери? Всё это перейдёт Гуннару, а ты вернёшься к жизни в том, что сможешь себе позволить?

Спина Рагнара напряглась.

– Если это необходимо.

Щелчок челюстей и презрительное фырканье были ответом короля.

– Если ты готов рискнуть столь многим ради слабой женщины со скудной магией, то можешь забирать её. Какой позор, Рагнар. Ты и твоя родословная пали так низко, ведомые эмоциональными решениями, которые всегда были недостатком твоей семьи.

Затем послышался звук возвращения короля на трон, скрежет его крыльев по полу и тишина, окутавшая их.

Гуннар повернулся к ним, на его лице читалось лёгкое потрясение, но затем он стёр его и принял вид беспечного брата, которого она уже привыкла видеть.

– А, не бери в голову. Можешь оставить дом себе.

– Я не оставлю дом, – ответил Рагнар.

– Оставь дом. Я живу в казармах, и мне это нравится.

– Это больше не мой дом.

Гуннар хлопнул Рагнара по груди, и даже Майя вздрогнула от резкого звука плоти о плоть.

– У тебя есть троллья жена, брат. А у меня нет. Оставь дом и пользуйся сокровищами в своё удовольствие. У тебя есть на это моё благословение.

Рагнар кивнул, но она видела гнев и разочарование на его лице. Похоже, она доставила ещё больше проблем, даже не пытаясь этого сделать.