Текст книги "Тьма, такая сладкая (ЛП)"

Автор книги: Эмма Хамм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 24 страниц)

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Просьба не использовать русифицированные обложки в таких социальных сетях как: Инстаграм, ТикТок, Пинтерест и другие.

Автор: Эмма Хэмм

Название: «Тьма, такая сладкая»

Серия: Подземное Королевство (1)

Перевод: Юлия

Редакция и Вычитка: Mary

Переведено для канала в ТГ: Dream Team

18+ (в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера) Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО! Пожалуйста, уважайте чужой труд!

ТРОПЫ

♡ Монстр-романс

♡ Тролль × человек

♡ Вынужденный брак

♡ Брак по ошибке

♡ От врагов к возлюбленным

♡ Слоуберн

♡ Мрачное фэнтези

♡ Политическое напряжение

♡ Война между расами / народами

♡ Тронь её и умрешь

♡ Вынужденная близость

♡ Разница в росте

♡ Магия

♡ Обретённая семья

♡ Женская поддержка

♡ Травмированная героиня

♡ Выживание

♡ Богатый мир

ТРИГГЕРЫ

⚠ Насилие

⚠ Война

⚠ Кровь

⚠ Боди-хоррор

⚠ Медицинские сцены

⚠ Смерть / горе

⚠ Пытки второстепенных персонажей

⚠ Жестокое обращение в прошлом

⚠ Буллинг / унижение

⚠ Расизм / вражда между расами

⚠ Осуждение женской сексуальности

⚠ Рабство / торговля людьми

⚠ Сексуальное насилие третьих лиц (не между главными героями)

⚠ Попытка сексуального насилия

⚠ Тёмные темы

Каждой девушке, которой когда-либо говорили, что её «слишком много», и заставляли прятать все свои качества, которые могли бы увидеть остальные.

Ты ценна.

Ты этого достойна.

И тебе, черт возьми, вовсе не обязательно быть тихой, чтобы тебя любили.

Глава первая

МАЙЯ

Майя стояла перед дверью, которая навсегда изменит её жизнь. Она слышала, как колотится сердце в груди, и дыхание – собственное, рваное дыхание. Вдох через нос, выдох через рот. Казалось, она сейчас умрёт, прямо здесь, прямо сейчас.

Это было всё, о чём она когда-либо мечтала. Каждая возможность, которая выпадала ей, слилась в один момент, который так много значил, и она не могла его испортить. Если испортит, то вся её карьера могла считаться оконченной.

Возможно, это было немного драматично, но получить шанс создавать цветочные композиции для самой королевской свадьбы? Она никогда больше не увидит такого в своей жизни. У короля был только один ребенок – его дочь. Её свадьба станет самым грандиозным зрелищем, которое когда-либо видело это королевство, и, если она правильно разыграет свои карты, все будут знать, кто такая Майя Фримонт.

Сделав ещё один успокаивающий вдох, она подняла дрожащую руку и постучала в дверь. Звук получился слишком громким даже для её собственных ушей. Но она стояла в огромном коридоре. Соборные своды над её головой заканчивались арочными пиками, такими высокими, что, клянусь, она видела, как в них собираются облака. Впрочем, серый камень был ей знаком. Сколько таких крестьян, как она, смотрели на безупречный мраморный замок и мечтали хоть раз в жизни увидеть его изнутри?

Шестнадцать стражников стояли по обе стороны от неё. На каждом были блестящие серебряные нагрудники, в которых отражались её красное лицо и безумные кудри, развевавшиеся вокруг головы. Когда она только пришла сюда, то клялась, что эти кудри укрощены. К тому времени, как она поднялась по массивной лестнице в замок, всё очень сильно изменилось.

Она провела руками по рыжим прядям, стараясь не выдать, что разглядывает своё отражение на груди ближайшего стражника. Он шевельнулся, почти как будто повернулся к ней и позволил лучше разглядеть отражение.

– Спасибо… – начала она, но её прервало открытие двери.

С той стороны стояла величественная женщина. Выражение её лица было суровым, тёмные волосы стянуты так туго, что черты казались заострёнными. Клювообразный нос, должно быть, был создан для того, чтобы смотреть на окружающих свысока, словно стрелка, указывающая на то, что женщине не по душе.

– Вы опоздали, – прошипела женщина. Слова прорезали воздух, как удар хлыста.

– Прошу прощения, – ответила Майя. – Мне сказали в полдень.

– Уже почти половина первого.

Хотя это было не так. Она была пунктуальна и прибыла почти на час раньше. Майя убедилась, что ничто, даже неожиданные обстоятельства, не сможет испортить эту возможность.

Но она не могла просто сказать, что эта женщина лжёт. Очевидно, она работала с принцессой, и спорить с тем, кто обладает такой властью, было глупо.

От гнева её щеки горели ещё сильнее. Часть её хотела поспорить, но Майя давным-давно научилась молчать, даже если злилась. Если им нужны были цветы для свадьбы, она была обязана их предоставить по контракту. Они не могли найти кого-то другого в такой поздний час. Майя открыла рот, чтобы извиниться за своё мнимое опоздание, но тут же захлопнула его, когда женщина отошла в сторону и сделала приглашающий жест рукой.

– Ну же, – слова прозвучали сердито и отрывисто. – Входите.

Она сделала то, что ей велели.

У Майи всё ещё оставался вопрос: почему она вообще встречается с принцессой? Насколько она полагала, она должна была встретиться с главным штата или тем, кто курирует свадьбу. Не было никаких причин встречаться с самой принцессой или кем-то из королевской семьи.

И всё же, когда она добралась до замка, первым делом её отправили прямиком вверх по лестнице, в эту комнату. Она не из тех, кто ставит под сомнение приказы, если только это не даёт ей возможности увидеть больше самого замка.

Но всё равно было странно входить в здание, полное роскоши. Её цветы забрали, как только она ступила на территорию замка, и она никогда не чувствовала, чтобы её руки были настолько пусты.

Впрочем, все эти странности стоили того, чтобы увидеть эту конкретную комнату. Если остальная часть замка была серой, то это убежище принцессы было из сверкающего белого мрамора. Потолки были выкрашены в голубой цвет с танцующими по ним облаками, которые выглядели настолько настоящими, что Майя задалась вопросом, сможет ли она коснуться хотя бы одного. Кровать в дальнем углу выглядела мягкой и удобной, с небесно-голубыми одеялами и полупрозрачной белой тканью, свисающей со стоек.

Эта комната была больше, чем весь её коттедж. Здесь стоял комод выше Майи, зона отдыха с шестью разными стульями и подиум, расположенный прямо перед зеркалом, на создание массивной серебряной рамы которого наверняка ушли годы. А ещё был балкон. Четыре двери открывались на всё королевство, раскинувшееся перед её глазами, словно детский игровой набор. Трудно было не смотреть на город. Все эти маленькие, причудливые домики, выкрашенные в разные цвета, с прядками дыма из труб над ними.

Но тут её взгляд переместился вправо, и она снова замерла. Самая красивая женщина во всём королевстве стояла прямо рядом с этим подиумом. Золотые волосы вились волнами по её плечам и рассыпались почти до поясницы. Ни одна блестящая прядь не выбивалась из общей массы. Крошечные заостренные уши были едва заметны там, где они выглядывали сквозь золотистые пряди. На принцессе было белое платье, стянутое на её до смешного тонкой талии. Майе даже показалось, что если она обхватит туловище женщины руками, её пальцы могут встретиться.

Не то чтобы она стала это делать. Под её ногтями наверняка всё ещё оставалась грязь.

Небесно-голубые глаза, совпадающие по цвету с потолком и миром за балконом, обратились к ней. Похоже, принцесса была прекрасна не только лицом, но и телом. Крошечные губы бантиком, идеально пухлые, находились на лице, гладком, как фарфор, и, конечно, никогда не краснеющем, как у Майи.

– Вы прекрасны, – заикаясь, произнесла Майя, прежде чем сжать кулаками своё коричневое платье и присесть в реверансе.

Принцесса Лилиана рассмеялась, и этот звук был подобен звону колокольчиков.

– Боже мой, ну разве вы не очаровательная?

Никто и никогда не называл её так раньше. Люди вообще забывали, что Майя существует. Она не была очаровательной, она была странной и немного приторной в общении. По крайней мере, так говорил её отец, пока был жив. Он всегда предлагал ей держаться в стороне, в другой части дома, прежде чем к ним кто-то приходил.

Но поправлять принцессу казалось неуместным. К тому же, когда это сказала принцесса, Майя почувствовала, что, возможно, она всё-таки немного очаровательна.

Она слишком долго оставалась в реверансе, прежде чем выпрямиться.

– Для меня большая честь создавать цветочные композиции для вашей свадьбы, Ваше Высочество.

– Ах, да, вот зачем вы здесь. Я подумала, может, вы очередная служанка.

Принцесса разгладила руками замысловатый лиф, расшитый бисером. Майя подошла ближе и поняла, что крошечные перламутровые бусины на самом деле сплетены в узор. Это были розы. Мерцающие розы, которые рассыпались по её груди и переходили в гладкую атласную юбку, колышущуюся при каждом движении. Она была изысканна. Истинное воплощение всей эльфийской крови, которую разделяла королевская семья. Почти полукровка, если слухи верны.

Майе нужно было помнить, где она находится. Ей определённо не стоило глазеть на принцессу, как полная дура.

Но было трудно находиться рядом с полуэльфийкой, когда в ней самой была лишь капля эльфийской крови. Это было всё равно что стоять перед солнцем.

– Надеюсь, цветы придутся вам по вкусу. Большая честь быть частью первой королевской свадьбы за многие годы. – Она прочистила горло, стараясь не смотреть на холмики груди принцессы, которые действительно были впечатляюще приподняты. Как ей удавалось заставить их вот так стоять, чтобы это не причиняло боли?

Принцесса подошла к подиуму, встала на него и залюбовалась своим отражением.

– Королевская свадьба, которая прикуёт меня к зверю. Какая прелесть.

Майя услышала горечь в этих словах, и жалость затопила её грудь.

– Вы не… Прошу прощения. Вы сказали «зверь»?

– Вы не слышали? Мой отец выдаёт меня замуж за троллей. Это попытка достичь мира, хотя я сильно сомневаюсь, что подобные существа способны контролировать свои низменные инстинкты.

Майя почувствовала, как кровь отхлынула от её лица. Она ухватилась за ближайший предмет – стул у туалетного столика, – покачнувшись в сторону.

– За троллей?

Сама она их, конечно, никогда не видела. В этих краях их редко можно было встретить, но она слышала, что они подбираются ближе. Нападения на окраинах королевства становились всё более регулярными. Ходили слухи, что тролли прокладывают туннели под землей и проникают в дома прямо из подвалов. Все знали, что нужно бояться этих звероподобных созданий.

Они почти даже не сражались с помощью оружия. Им нравилось использовать свои массивные кулаки, колотя по черепу человека, пока тот не превращался в не что иное, как в кровавое месиво из мозгов.

– Ваш отец не стал бы выдавать вас замуж за одного из них… правда? – спросила она, и голос её стих, когда в комнату внезапно хлынули служанки.

Шесть служанок, все в одинаковых черно-белых нарядах. Их юбки касались пола, волосы были стянуты так же туго, как у той женщины с клювовидным носом, которая всё ещё стояла у двери. Они выстроились вдоль стены, ожидая команды принцессы Лилианы.

– Я принцесса. Я не могу выбирать, за кого выходить замуж. – Затем она посмотрела через плечо на Майю, и той показалось, что во взгляде принцессы читается расчет. – А вы можете выбирать, за кого выходить?…Простите, как вас зовут?

– Майя, Ваше Высочество. – Было так странно, что принцесса хочет узнать её имя, что она чуть не забыла первоначальный вопрос. Прочистив горло, она переминалась с ноги на ногу, пытаясь подобрать правильные слова. – Я не могу выйти замуж.

– Не можете? Странный выбор слов.

– Мой отец… – Ей не следовало бы говорить об этом, но слова сами собой вырвались наружу. – Когда мой отец умер, я стала его единственной наследницей. Если я хочу сохранить дело под своим именем – а я очень этого хочу, – то я не могу выйти замуж. Всё, что я унаследовала от отца, перешло бы к мужу, а сейчас мало найдётся женихов, которые не распродали бы всё подчистую.

Ремесло её отца в конце концов был едва ли его собственным. Майя выращивала цветы, превращая их в идеальные бутоны. Она срезала их в нужное время, следя за тем, чтобы все композиции были безупречны. И да, это было тяжело. Мало у кого была причина тратить деньги на цветы, когда есть дела поважнее. Но многие дворяне спонсировали её отца просто для того, чтобы их дома выглядели более впечатляюще, когда к ним приходили гости.

Потом он умер. Меньше дворян хотели давать деньги женщине, которая управляла делом, хотя продукт не изменился.

Принцесса повернулась, выглядя безупречно, несмотря на то, что другие служанки бросились крепить больше ткани ей на спину, вплетая её в пряди волос под вуалью. Они драпировали драгоценности на её шее и кольца на пальцах. Но глаза принцессы были устремлены на Майю.

– Подойдите сюда, – сказала принцесса, её голос был низким и мелодичным.

Ледяной холод обвился вокруг неё. Казалось, он пустил корни в её груди, болезненно скручиваясь, чем дольше она стояла на месте. Ей пришлось двигаться, хотя ей этого не хотелось. Майя двинулась вперёд, как во сне, взяв одну из этих украшенных драгоценностями рук, когда ей её протянули.

Она потрясенно смотрела, как принцесса перевернула её ладонь, глядя на мозоли на ней и грязь под ногтями, прежде чем нежно поцеловать кончики её пальцев.

– Мы с вами похожи. Застряли в жизни, которую не выбирали. Не зная, кто станет нашим мужем или хотим ли мы вообще выходить замуж. Я чувствую такое родство с вами.

– Родство, Ваше Высочество?

– Вы одиноки, не так ли?

Это ударило её прямо в сердце. Потому что да, она была одинока. Её мать умерла, когда она была совсем маленькой, а отец скончался в прошлом году. С тех пор ей пришлось нелегко. Майя всю жизнь работала на отца, пока несколько лет назад не стала едва ли не кожей да костями. Даже в хорошие годы у неё не было времени находить друзей или даже женихов.

Но трудно было поверить, что принцесса когда-либо была по-настоящему одинока.

Как будто она произнесла эти слова вслух. Принцесса улыбнулась, но улыбка не достигла её глаз.

– Вы можете быть окружены людьми и при этом ни разу не почувствовать, что хоть кто-то действительно знает вас.

Снова это ледяное ощущение кольнуло её. Что это было? Магия? Это было похоже на какую-то силу, извивающуюся во всем её теле.

Майя предположила, что в этом есть смысл. Тяжело сглотнув, она попыталась вытянуть руку из хватки принцессы, только чтобы обнаружить, что та сжимает её слишком сильно.

– Ваше Высочество? – спросила она, стараясь не выглядеть слишком испуганной перед другими женщинами в комнате. – Вы себя хорошо чувствуете?

– Я в порядке, – сказала принцесса, но выглядела она неважно. – Редко встретишь кого-то настолько похожего на меня. Я хочу, чтобы вы были в моей свите на свадьбе, Майя.

Она… что?

– Простите? – переспросила Майя, уверенная, что ослышалась.

– Думаю, вы будете прекрасно смотреться, стоя рядом со мной. Мне нужен кто-то, кто не будет выглядеть испуганным, когда войдут тролли. Кажется, у вас стальной позвоночник, и, будучи деловой женщиной, вы явно не лишены ума.

Но зачем она понадобилась принцессе? Они никогда не встречались до сегодняшнего дня, и даже если бы были знакомы годами, так просто не делается. Она даже отдалённо не была дворянкой. Ни капли.

– Я не думаю…

Принцесса щелкнула пальцами, и все служанки разом отступили от неё. Это было странно наблюдать. Каждый шаг был синхронен, как будто они спланировали каждое мгновение этого действа.

– Я хочу, чтобы мисс Майя была одета в платье высочайшего качества. Она будет стоять рядом со мной, когда эти грубияны ступят на территорию нашего замка, и она будет первой, кого они увидят. Никто не усомнится в том, боится ли она, или боюсь ли я. – На её лице снова появилась та самая улыбка, настолько совершенная, что казалось, она сделана из камня. – Она будет единственной, кто будет сопровождать меня к алтарю.

– Я не очень-то хочу…

– Я не приму отказа, – перебила её принцесса. Её ярко-голубые глаза стали стальными, словно она не привыкла к тому, чтобы ей хоть кто-то пытался сказать «нет». – Или мне попросить отца проследить за тем, чтобы вы были там?

Нет, она не хотела привлекать внимание короля. Он был известен во всех землях своей железной хваткой и готовностью убивать. Она слышала, что многие мастера, приходившие в замок, так и не возвращались домой, потому что их товар не давал ему того, что было нужно.

– В этом нет нужды, – прошептала она. – Для меня будет честью быть рядом с вами в день вашей свадьбы.

Часть напряжения покинула принцессу. Она протянула обе руки, ожидая, что служанки появятся снизу и помогут ей повернуться обратно к зеркалу.

– Хорошо. Просто я не верю, что смогу сделать это без вас.

Какие странные слова, подумала она, когда ещё две служанки жестом пригласили Майю следовать за ними и повели её в гардеробную.

День и так был странным, и, по-видимому, с каждым часом он будет становиться всё более странным.

Глава вторая

РАГНАР

Брызгая водой на лицо, Рагнар пытался успокоить свои мысли. Они метались уже добрых два месяца. Сотни мыслей, тысячи, голоса, кричащие в его голове снова и снова.

То, на что он согласился, было неправильно.

Нет, это было не просто неправильно. Это было отвратительно. Помочь своему народу всем, чем он мог, – это был достойный поступок, который он решил совершить. Но жениться на человеке?

Он не был уверен, что сможет это вынести. Он пойдёт к алтарю и его вывернет прямо у её ног. Не от страха, а от осознания того, что он собирается жениться на одной из её рода. Люди были существами, которых он никогда не находил привлекательными, и всё же теперь он будет привязан к одной из них. Не просто в жизни и браке – ожидалось потомство, что потребует…

Снова подавившись, он потряс головой и упёрся руками в край кожаного таза. Он справится. Король приказал ему установить эту связь, даже если это ложь.

Человеческий король Джеймс просил о мире. Тролльский король Эгиль рассмеялся и сказал, что единственный мир придёт только от эльфийской крови. Именно тогда был подписан договор. Король Джеймс предложил собственную дочь. Женщину, которая была наполовину эльфийкой. Её кровь была чистой, гораздо чище, чем у самого Рагнара, уж это было точно.

Его народу были нужны эти родословные. Они устали от низменных инстинктов, которые приходят с тем, что ты сделан из грязи и меха. Потребовались столетия, чтобы они накопили столько эльфийской крови, сколько имели сейчас. Магия, текущая в их венах, была сильнее, чем всё, что когда-либо видели люди, но этого всё равно было недостаточно.

Однако тролльский король не был заинтересован в том, чтобы использовать собственное потомство для этого договора. Нет. Он не отдаст принца смертной женщине.

И тут в дело вступал Рагнар.

Полог его шатра откинулся, эластичная кожа едва издала звук, когда внутрь вошёл другой массивный тролль. Его брат, Гуннар, был вылитым отцом. Широкие плечи, более тёмная зелёная кожа и клыки, которые были настолько большими, что почти изгибались к скулам. Его плоские черты лица делали его таким красивым в глазах тролльих женщин, но именно выцветшие полосы на коже выделяли его ещё больше.

У них с братом был одинаковый окрас. Метки, позволявшие им сливаться с листвой, когда они двигались через берёзовые рощи, которыми был усеян их горный дом. Но Рагнар не был наделен такой же тёмно-зелёной кожей. Он пошёл в мать: под татуировками на его руках и груди проступали сливовые и тутовые полосы.

– Ты выглядишь так, будто мы отправляем тебя на виселицу, а не на свадьбу, – рассмеявшись, сказал брат. Он подался вперёд и хлопнул Рагнара по плечу так сильно, что тот ударился о таз и чуть не опрокинул его на пол. – Осторожнее. Твоя троллья жена захочет знать, что её муж силён.

Он всё ещё чувствовал вкус желчи на языке при мысли о ней.

– Ты же знаешь, что у меня нет интереса к людям, – проворчал он.

– Да, ты всегда находил их такими отвратительными. Почему, напомни?

– Потому что они слабые. Их кожа слишком бледная. У них нет острых когтей, и вообще нет ничего хоть сколько-нибудь привлекательного. Вместо этого они просто…

Гуннар перебил его, потому что слышал эту тираду слишком много раз.

– Мясные мешки слабости, на которых нужно охотиться до следующего царства?

– Да! – выпалил он. – Именно это они и есть, и у меня нет к этому терпения. Я понимаю, почему король не хочет выдавать сына за одну из них, поверь мне. Но почему он посылает меня, из всех троллей?

– Потому что ты лучший из нас.

Лучший из них.

Он слышал это бесчисленное количество раз. И знал, что в этом утверждении есть доля смысла. Он был крупнее большинства троллей. Они с братом были массивными зверями, даже среди своего вида. Его грудь была широкой, талия подтянутой, клыки – внушительными, но не чрезмерно огромными. Их мать была почти на четверть эльфийкой, что давало и ему, и Гуннару впечатляющие магические способности. Любая женщина была бы рада заполучить его.

Рагнар потянулся к нескольким пирсингам в ухе, дёргая за те, что сделал для своей жены. Каждый из них имел значение, но кольца на самых кончиках заострённых ушей показывали ей, что у него достаточно эльфийской крови, чтобы подарить её своим детям. Были и другие пирсинги. Бесчисленное множество.

Те, что он сделал для неё. Знаменитой суженой, о которой мечтал всю жизнь, а теперь она оказалась кошмаром.

Вздохнув, он покачал головой.

– Я не лучший из нас. Если они искали такого тролля, то должны были выбрать тебя.

Гуннар ухмыльнулся, его клыки лишь слегка мешали выражению лица.

– Ах, да. Но мне пока не суждено иметь троллью жену.

Это всегда была одна и та же отговорка. Одно и то же обоснование. Те, кому суждено было иметь тролльих жен, находились в дыму и видениях тех, кто мог видеть будущее. Как и он сейчас, должен был пойти к их Чтице Костей. Провидице, которая скажет ему, что он, действительно, вот-вот встретит свою суженую на всю жизнь. Подтвердив то, что он уже знал, потому что Дышащий Дымом короля уже предрешил это.

Вздохнув, он провёл рукой по голове, почесав недавно выбритые бока, на которых уже пробивалась острая щетина.

– Я побрил голову для неё. Для этой женщины, которую, я знаю, что не захочу видеть в качестве тролльей жены.

– И всё же ты выглядишь как суженый. – Гуннар откинул полог шатра, и луч света наполнил комнату. – Пойдём, брат. Утро наступило, и Чтица Костей начинает нервничать, желая вернуться домой.

– По крайней мере, она может вернуться домой одна, – пробормотал он и последовал за братом на солнечный свет.

Он поднял руку, чтобы прикрыть глаза; палящий солнечный свет был слепяще-белым, и ему потребовались долгие мгновения, чтобы привыкнуть. Тролли не были существами, которые регулярно оказывались под солнечными лучами. Многие из них всё ещё имели кошачий прищур или широко раскрытые глаза, как у сов. Сумерки были временем, когда тролли видели лучше всего. А не в полдень, как сейчас.

Ворча себе под нос, он пробирался сквозь толпу своих соплеменников. Женщины и мужчины, тролли огромной силы, создавали стену между ним и его судьбой. Он проталкивался сквозь мускулистые тела, слушая звон пирсинга и скрежет зубов. Вспышки клыков, бивней и когтей заполняли его зрение, пока он не пробился сквозь разноцветные тела к центру их круга из шатров. И там она сидела.

Чтица Костей.

Она покачивалась на земле, скрестив под собой ноги. Её тёмные волосы были заплетены в дреды и уложены на макушке в сложные узоры. В эти пряди были вплетены кости. Останки существ, к которым она взывала, когда хотела увидеть будущее. Её глаза были молочно-белыми, а кожа – бледного лавандового оттенка, настолько густо покрытая татуировками, что было почти невозможно разглядеть, каков её настоящий цвет.

Она сидела, скрестив ноги, на ковре, который кто-то расстелил для неё, и тихо напевала себе под нос, покачиваясь. Другие тролли замолчали, когда Гуннар втолкнул его в центр. Все они наблюдали, ожидая момента, когда станут свидетелями подтверждения пары.

Его желудок снова скрутило. Он не хотел, чтобы это был его момент. Рагнар всегда молился, что найдёт троллью жену с определёнными чертами, которые он счёл бы красивыми. Округлые мышцы на руках. Клыки, возможно, меньше его собственных, но такие, которые скребли бы о его, когда он её целует. Светло-голубая кожа, цвета неба прямо перед тем, как набегут облака. И угольно-черные волосы, как угли в камине.

Теперь он не найдёт ничего из этого в партнёрше, которую ему навязали.

Чтица Костей протянула руку, ладонь которой была полна крошечных косточек животных. Некоторые из них были кроличьими, он помнил это. Другие, как он думал, могли быть отдельными рёбрами змеи. Они гремели в её руке, когда она встряхивала их.

– Рагнар, Потомок Фроде, Сын Ингвильда. Ты стоишь передо мной в поисках тролльей жены.

Нет.

Нет, не искал.

Он не хотел троллью жену, не так. Он хотел женщину, которая желала бы его. Которая могла бы видеть красоту в мире, который они делят. Он хотел жену, которая не ненавидела бы его народ, как наверняка сделает человек.

Но кости никогда не лгали. Теперь они гремели в её руках сами по себе, магия пронизывала их, когда ледяные щупальца её силы обвивались вокруг его тела. Он был вынужден сделать шаг ближе и ещё, шаг за шагом, пока не оказался прямо перед ней.

Он смотрел в эти молочные глаза, чувствуя, как ледяные осколки её силы проползают сквозь него, и представлял ту троллью жену, которую хотел. Он думал о её храбрости перед лицом любых трудностей. Он думал о доброте в её сердце и о том, как она смотрит на всех троллей с любовью, а не с осуждением. Но прежде всего он думал о невесте, которая любила бы его нежно и всей душой.

Ледяная сила излучалась через его тело, пока он не опустился на колени перед Чтицей Костей. Её глаза были на уровне его, и он видел силу в её взгляде. Она искрилась по её телу, заставляя вены светиться странной тьмой, которую он видел, как паутину, сквозь её кожу. Она была сильна. Он удивлялся, как они заставили такую могущественную провидицу рискнуть жизнью и подойти так близко к человеческому поселению.

Чтица Костей провела пальцами по его ушам. Они были не такими длинными, как у неё, но кончики были заметными.

– Хорошая родословная, – тихо сказала она. – Ты унаследовал их от матери.

– У моего отца было меньше эльфийской крови, чем у неё.

– И поэтому ты пойдёшь по стопам своего отца. Мужчины, который видит истинную доброту в своих детях, независимо от того, как они выглядят. У тебя доброе сердце, Рагнар, но я боюсь, что ты близорук.

Он не понял последнюю часть. Да и первую, если честно. Принцесса должна была быть более чем наполовину эльфийкой, и это должно было означать, что его дети будут ещё более эльфийскими.

– Король солгал нам? – спросил он, не подумав.

Но она не ответила на его вопрос, потому что это не было причиной её прихода. Кости в её руках рассыпались. Они клацнули друг о друга, разлетаясь по земле в узор, который для его глаз не значил ничего, но для Чтицы Костей значил всё.

Она склонилась над ними, её спина выгнулась, когда она сгорбилась над останками скелетов. Она что-то бормотала себе под нос, подталкивая ту или иную кость, словно та ей не нравилась. Но затем она откинулась назад, опираясь на пятки.

Он видел разочарование в её взгляде. Ответ был не тем, который он хотел, и он почувствовал необходимость заверить её, что уже знает – ущерб нанесен. Он будет страдать с невестой, которую не хочет. Их жизнь будет жалкой, и он откажется от будущего, о котором когда-то мечтал, только потому, что король решил, что он – подходящий тролль для этого задания.

Вместо этого она жестом пригласила мужчину рядом с ней подойти с чашей белой краски.

– Троллья жена – это ответственность. Она вплетает себя в твою душу, как корни дерева.

Чтица Костей прижала ладонь к чаше с краской, а затем к его грохочущему сердцу. Это всё, что он мог слышать. Стук в груди почти заглушал её слова, пока она продолжала говорить.

– Я открываю твоё сердце женщине, которая войдёт в твою жизнь. Твоя обязанность – заботиться о своей тролльей жене. Ты будешь беречь её, сделаешь её счастливой и поставишь её нужды превыше всех остальных. Даже собственных.

Он слышал, как толпа одобрительно зашумела. Для них создание пары было ни чем иным, как священным актом. Они были связаны телом, разумом и душой. Не было способа разорвать этот союз, кроме смерти. Даже если он умолял бы самих богов освободить его от этих мучений.

Чтица Костей в этот раз окунула обе руки в краску, с мрачным выражением лица встречая его взгляд.

– Ты был ослеплён годами борьбы и ненависти, Рагнар. Твоя троллья жена ждёт тебя за стенами того города. Ты войдёшь на свадьбу с запертым сердцем, потому что то, что ты увидишь, выходит далеко за пределы того, что твоё сердце может вынести. Но боги сказали своё слово. Боги послали её тебе. Я сделаю всё возможное, чтобы открыть твой взор.

Она потянулась вперед и прижала ладони к глазницам. Её пальцы коснулись кожи за висками, в коротких прядях волос, которые он сбрил только вчера. Оставив следы ладоней, она снова встретилась с ним взглядом, на этот раз с печальным выражением.

Когда тролли позади него пришли в неистовство, их песнопения эхом разнеслись по поляне.

– Троллья жена! Троллья жена!

– Охота началась, – сказала Чтица Костей. – Боги выбрали мудро для тебя. Даже если ты в это не веришь.

– Я знаю, что ты лжёшь, – тихо ответил он, вставая и возвышаясь над ней. – Нам обоим будет нелегко идти по этому пути.

– Полагаю, ты сделаешь её путь труднее, чем он мог бы быть. Я знаю, мои слова мало что изменят в твоих глазах, но Рагнар, услышь меня. Это не конец света – быть в паре с человеком.

– Не вижу, чтобы ты была в паре с одним из них.

Он повернулся к толпе троллей позади него и поднял кулак в воздух. Они все закричали, топая ногами по земле и повторяя клич о тролльей жене. Они будут охотиться сегодня вечером. Они отправятся в мир людей и принесут его суженую.

Им было всё равно, что он не хочет этого. И им было всё равно, что он не хочет её.

Это был его путь. Независимо от того, к каким последствиям это приведёт его в конце.