Текст книги "Последний в списке (ЛП)"
Автор книги: Эми Доуз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 26 страниц)
ГЛАВА 8
Кози
Эверли, должно быть, реально обладает магическими способностями морского чудовища, потому что то, как она уговорила своего отца согласиться отвезти нас на зиплайнинг7 в горы, для меня выходит за рамки всякой логики. Серьезно, я ожидала, что Макс рассмеется нам в лицо и укажет на дверь. Но на сайте написано, что Эверли нужно присутствие родителей, и она твердо решила уговорить отца взять выходной.
Девочка-босс на все сто. Я бы гордилась, если бы имела хоть какое-то отношение к ее воспитанию.
И вот мы все сидим в шикарном внедорожнике Макса и целый час едем в горы на приключенческий курс, о котором Эверли рассказала одна из подруг. Макс все это время разговаривает по телефону, а я, как большой ребенок, сижу на переднем сиденье его машины и чувствую себя немного виноватой за то, что отрываю его от работы, когда предполагалось, что я отвечаю за его ребенка.
К тому же это не совсем то, что «можно делать меньше», как утверждает моя философия няни, но это, по крайней мере, развлечение. Ничто так не расширяет наше воображение, как курс приключений.
Мы регистрируемся, Макс подписывает все отказы и выглядит явно раздраженным, когда на нас надевают жгуты и карабины, а также какую-то странного вида каретку для зиплайна, с помощью которой вы прикрепляетесь к тросам, протянутым почти на сто футов между этими гигантскими деревьями.
Мы проходим небольшую тренировочную трассу, которую Эверли преодолевает с легкостью, визжа от смеха, пересекая небольшое расстояние.
Когда приходит моя очередь проходить короткую трассу, я не ожидала, что ремни будут так сильно впиваться мне в бедра. Я больше люблю ходить по торговым центрам, когда речь заходит о выборе упражнений, так что эти полеты между деревьями немного выходят за рамки моей зоны комфорта.
Когда я кручусь на месте, спускаясь назад по короткой трассе, улыбка на моем лице исчезает, когда замечаю, что Макс смотрит мне вслед с почти диким выражением лица. Он выглядит так, будто вот-вот превратится в волка!
Как только останавливаюсь, я быстро похлопываю себя по заднице, наполовину ожидая, что мои велосипедные шорты лопнули посередине от того, как пристально он на меня смотрел. Убедившись, что все в порядке, я возвращаюсь к исходной точке, задаваясь вопросом, не показалось ли мне, потому что Макс снова меня игнорирует.
Все его внимание сосредоточено на нашем инструкторе, Чаде, который просит его убедиться, что ремни Эверли достаточно крепкие. Прежде чем я успеваю спросить мистера Ворчуна, весело ли ему, он проскакивает мимо меня, чтобы забраться во внедорожник вместе с Чадом, который везет нас на наш первый курс зиплайна. Возможно, его выражение лица не имеет никакого отношения ко мне, а больше связано с рабочими проблемами. Это было бы гораздо вероятнее.
– Ладно, ребята, давайте я в последний раз проверю ваши ремни, – говорит Чад, останавливаясь перед Эверли. – Все готово, маленькая чувиха. Приятного времяпрепровождения.
– Спасибо! – визжит Эверли и начинает карабкаться по лестнице на первое дерево.
Макс нервно оглядывается и спрашивает:
– Это безопасно?
– Абсолютно! – Чад радостно кричит, поднимая вверх большие пальцы. – Она пристегнута, папаша. Просто расслабьтесь.
У Макса сильно дергается челюсть, когда он наблюдает, как его дочь поднимается на каждую ступеньку.
– Позвольте мне осмотреть другую вашу дочь, а потом я займусь вами, – добавляет Чад.
– Другая дочь? – Макс в замешательстве переводит взгляд на инструктора.
Чад указывает на меня.
– Это ваша старшая?
– Какого черта? – огрызается Макс, его голос хриплый. – Ей двадцать шесть лет.
– Она выглядит молодой... и красивой. – Чад улыбается мне, и я слышу, как рядом с нами раздается рычание Макса.
Я оглядываюсь и начинаю опасаться за безопасность инструктора, видя его убийственный взгляд.
– Сколько, по-твоему, мне лет? – Макс кипит от злости.
Чад пожимает плечами.
– Не знаю, чувак. Я не умею определять возраст.
– Чертовщина какая-то, – бормочет Макс себе под нос, а у меня изо рта вырывается смешок. Он смотрит на меня так, будто я только что предала всю его семью. – Что-то смешное, Кассандра?
– Совсем ничего, Большой папочка. – Ничего не могу с собой поделать. Пришлось ткнуть медведя.
Его губы приоткрываются, когда он высовывает язык из уголка рта и прикусывает его, словно пытаясь не сказать того, что у него на уме.
– Считаешь себя остроумной?
Я хихикаю и дергаю себя за короткие косички, торчащие из-под шлема.
– Чад сказал, что я красивая... и очень молодо выгляжу. Правда, Чад?
– Поднимайся по гребаной лестнице, Кози, – рявкает Макс, и у меня замирает сердце от того, когда он использует мое прозвище.
Наши взгляды встречаются, и по какой-то странной причине блеск в глазах Макса заставляет меня почувствовать, что он не так раздражен мной. На самом деле мужчина выглядит так, будто хочет проглотить меня целиком. Как будто в секунде от того, чтобы схватить меня за шлейку, привязать к ближайшему дереву и держать за косички, проводя языком по каждому сантиметру моего тела.
От этого запретного образа у меня между бедер возникает болезненная пульсация, когда я, шатаясь, пытаюсь взобраться по лестнице на платформу. Когда Макс присоединяется ко мне и Эверли наверху, он бросает на меня понимающий взгляд, который заставляет меня задуматься, мог ли он прочитать мои мысли мгновение назад.
Мне нужно взять под контроль свои мысли.
– Кто хочет пойти первым? – спрашивает Чад после того как прикрепляет все наши зиплайны к страховочным тросам над нами.
– Я! – восклицает Эверли, поднимая руку.
Я качаю головой и смотрю на Макса.
– Никаких страхов.
– Не знаю, откуда в ней это, – говорит Макс, и я замечаю, как в его глазах мелькает тревога, когда он смотрит вниз. – Мы действительно высоко, не так ли?
– Ты ведь не боишься высоты, правда? – спрашиваю я, прищуриваясь и наблюдая, как он до белизны в пальцах сжимает страховочные ремни.
– Я так не думал... но теперь сомневаюсь. – Он переводит взгляд с меня на Эверли, пока та занимает позицию для полета. – Будь осторожна, Эверли.
Эверли восторженно машет рукой, прежде чем броситься вниз по длинному тросу, возбужденно визжа и широко раскинув руки. Макс выглядит так, будто вот-вот вылезет из собственной кожи, наблюдая за ее полетом, его ноги приближаются к краю платформы, по мере того, как девочка удаляется от нас. Мужчина так сосредоточен на Эверли, что не замечает, где стоит.
Макс собирается сделать еще шаг вперед, но я хватаю его за руку, чтобы оттащить назад. Он натыкается на меня, прижимая спиной к дереву, и наши ремни безопасности запутываются в веревке наверху. Наши тела вплотную прижаты друг к другу, поэтому я хватаюсь руками за его плечи, чтобы удержать равновесие, а его руки приземляются на дерево позади меня, окутывая меня своим мускусным, мужским запахом. Макс смотрит на меня в замешательстве.
– Ты чуть не свалился с платформы, – уточняю я, поднимая на него взгляд. Мои глаза останавливаются на его сжатых губах, и я стараюсь не обращать внимания на реакцию моего тела на его вес, плотно прижатый ко мне.
– Да? – Его теплое дыхание овевает мое лицо, а взгляд мечется между моих глаз.
– По сути, я только что спасла тебе жизнь, – отвечаю со смехом.
Губы Макса растягиваются в неожиданной волчьей ухмылке, а его глаза опускаются к моим губам.
– Не думай, что мы теперь квиты.
Какое-то мгновение мы ошеломленно смотрим друг на друга, прежде чем нас прерывает голос Чада.
– Он был привязан к страховочному тросу, так что был в полной безопасности.
Я выхожу из этого транса.
– Спасибо, Чад, – бормочу я, раздраженная тем, что инструктор разрушил наш маленький пузырь... флирта? Неужели Макс Флетчер только что флиртовал со мной?
Он бросает на меня суровый взгляд и отступает назад, чтобы между нами образовалось свободное пространство. Но не может остаться незамеченным, что его рука по-прежнему крепко лежит на моем бедре.
– Это было потрясающе! – визжит Эверли.
Макс оборачивается, чтобы посмотреть через плечо и увидеть, что Эверли добралась до следующей платформы и стоит рядом с инструктором.
Его тело расслабляется от облегчения, а рука рефлекторно сжимается на моем бедре, прежде чем мужчина убирает ее.
– Отличная работа, малышка!
– Папа, ты следующий! – кричит в ответ Эверли.
Кадык Макса дергается, когда Чад отсоединяет нас, чтобы распутать веревки. Затем он прикрепляет каретку Макса к тросу.
– Готов, Большой папочка? – говорит Чад с глуповатой улыбкой.
– Мистер Флетчер, – рычит Макс на чувака.
– Эй, чика. – Чад смотрит на меня. – Улыбнись этому чуваку еще раз... думаю, это поднимет ему настроение.
– Что? – рявкает Макс, и Чад без предупреждения пихает его с платформы.
Я смеюсь над девчачьим криком, который вырывается изо рта Макса, когда он летит. Похоже, он не получает удовольствия, поскольку вцепился в свой трос, словно за одеяло безопасности. Эверли подбадривает его и смеется так громко, что слышно на всей трассе приключений. Когда он оказывается на платформе, ее маленькие ручки крепко обхватывают отца, и я быстро достаю свой телефон и увеличиваю изображение, чтобы сфотографировать их. Они действительно такие очаровательные. Кажется, Чад ошибся. Не моя улыбка скрашивает угрюмое поведение Макса. А улыбка Эверли. Без сомнения.
ГЛАВА 9
Макс
– Выглядит потрясающе, Майкл, – заявляю я, стоя у гриля на улице, где шеф-повар, который готовит для меня уже много лет, жарит креветки, курицу и стейки.
– Подожди, пока не увидишь, что мы готовим внутри, – говорит Майкл, легонько толкая меня локтем и указывая на сотрудника, которого привел с собой сегодня вечером.
– О, я уже попробовал макароны с сыром. – Я похлопываю себя по животу. – Вы отлично справляетесь. Спасибо, что сделали дополнительную порцию по первому требованию.
– В любое время! – Майкл отвечает как раз в тот момент, когда раздается звонок во входную дверь.
– Они здесь, – кричит Эверли, выбегая на террасу из бассейна, где уже битый час надувала плавательные средства. – Я открою дверь!
Она проносится мимо меня босиком, в одном купальнике.
Я улыбаюсь. Черт, как бы мне хотелось, чтобы она выглядела такой взволнованной каждый раз, когда я забираю ее по выходным от мамы. Может, прятать ее от моих друзей было не лучшей идеей?
Я присоединяюсь к ней у входной двери и вижу Джоша, который держит своего маленького кареглазого карапуза на бедре.
– Срань господня, Джулиана стала такой большой, – честно признаюсь я.
– Выражайся приличнее, Макс, – укоряет Джош, и я вздрагиваю, когда вижу двух детей, достаточно взрослых, чтобы понимать мои ругательства, стоящих рядом с Джошем. Это девочки с каштановыми волосами, которые очень похожи на свою тетю Линси. – Это Леннон и Клэр. Леннон – свежеиспечённый подросток, а Клэр – всего десять лет.
– Необязательно говорить «свежеиспечённый». – Леннон закатывает глаза и скрещивает руки на груди.
Джош бросает на меня отчаянный взгляд, когда пальцы Эверли обхватывают мою руку. Она прижимается ко мне, внезапно став очень застенчивой. Я ободряюще сжимаю ее руку.
– Ну, Эверли уже одиннадцать, так что вам, девочки, будет о чем поговорить.
– Папа, – стонет Эверли и закатывает глаза, как Леннон.
– Не хочешь отвести девочек наверх и показать им свою комнату? – спрашиваю я, отчаянно пытаясь преодолеть фазу закатывания глаз.
– Я хочу посмотреть твою комнату, – щебечет Клэр, спасая всех нас от неловкой гибели. Или «Картины неловкости», как сказала бы Кассандра.
Леннон бросает на Джоша сердитый взгляд, но следует за девочками в дом и поднимается по винтовой лестнице.
– Чувак... если в моей жизни будут три девочки... пришли виски. Много-много виски, – говорит Джош, перемещая Джулиану на другое бедро.
Я смеюсь и слышу, как сзади Джоша раздается писклявый голос Линси.
– Ты мне мешаешь, детка.
Джош заходит внутрь, освобождая проход для своей жены Линси, обвешанной пляжной сумкой, тремя спасательными жилетами, аквапалкой и круглой доской для закусок, переполненной мясом и сырами.
– Я же говорил, что с едой у меня все продумано. – Я бросаю взгляд на своего приятеля, забирая доску из рук Линси.
– Она и слушать не хотела. – Джош хмыкает, бросая на жену знающий взгляд.
– Закуска – это не еда. Это жизнь! – провозглашает Линси, выглядя уже не так напряженно после того, как я забрал доску из ее рук. – Давайте посмотрим на этот огромный бассейн, о котором Джош не умолкал!
Я оставляю доску с закусками на кухне, где помощник Майкла накрывает фуршет, и веду Джоша, Линси и Джулиану на задний двор. Линси тут же надевает спасательный жилет на Джулс, которая выглядит вполне комфортно на руках у отца и совсем не готова лезть в воду. Эверли, Леннон и Клэр проносятся мимо нас, не теряя времени, и прыгают с трамплина для прыжков в воду. Я с опаской наблюдаю за ними и чувствую облегчение, когда вижу, что они неплохо плавают. На этой неделе мне не придется проводить две спасательные операции на воде.
Следом появляются Майлз и Кейт с очаровательным рыжеволосым мальчиком по имени Такер. Ему четыре месяца, но, похоже, он будет таким же громилой, как и его отец. Следом прибывают Дин и Нора, и я улучаю момент, чтобы поздравить их с помолвкой, которая состоялась пару месяцев назад на концерте. Я знаю Дина много лет и был уверен, что он останется со мной закоренелым холостяком, пока мы не состаримся и не поседеем. Но, видимо, он влюбился не только в крупоны Норы.
Я затаскиваю Нору в свою спальню/кабинет, чтобы она подписала несколько документов, которые появились на этой неделе.
– Странно подписывать бумаги в твоей спальне, – смеясь, говорит Нора. – Я не могла поверить, что тебя не было в офисе на этой неделе.
– Поверь, здесь больше работают, чем спят. Почему люди продолжают волноваться из-за того, что меня нет в офисе? – спрашиваю я, протягивая ей ручку и открывая документ на страницах, которые ей нужно подписать. – Я ведь не такой уж трудоголик, правда?
Нора поднимает брови.
– Давай начистоту, Макс. Ты – генеральный директор «Флетчер Индастриз». Тебе, наверное, следовало передать меня одному из твоих менеджеров по работе с клиентами еще несколько месяцев назад.
Пожимаю плечами.
– Я сам занимаюсь своими любимыми клиентами. К тому же я инвестор в твою франшизу, так что помогая тебе, я помогаю себе.
– Я ценю это, но этим летом ты станешь отцом на полную ставку. Тебе нужно забыть о некоторых вещах и наслаждаться временем, проведенным с Эверли. – Она смотрит на меня с нежностью, и клянусь, я вижу, как ее рука непроизвольно касается живота.
Я как раз собирался задать ей вопрос, когда нас прервал стук Кейт в дверь Она открывает ее и обводит взглядом комнату.
– Так вот где происходит волшебство миллионера Макса. – Она соблазнительно шевелит бровями и проводит рукой по одеялу, покрывающему мою двуспальную кровать. – Мне нравится этот цвет. Очень в духе Кристиана Грея.
– Может, хватит шуток про Кристиана Грея?
– Ты самый богатый парень из всех, кого я знаю в жизни. Кристиан Грей – самый богатый парень, которого я знаю в художественной литературе. Я люблю проводить параллели в своей жизни. А теперь проводи меня в свою красную комнату боли.
– В этом доме нет красной комнаты боли. И в этом доме не происходит никакого волшебства. Этот дом для моего ребенка, – раздраженно ворчу я, проводя рукой по волосам.
Я никогда не привожу сюда женщин. Даже когда Эверли у матери. Предпочитаю держать свою жизнь одинокого мужчины в Боулдере отдельно от жизни с Эверли. Большинство женщин, с которыми я сплю, даже не знают, что у меня есть ребенок.
Кейт, похоже, не верит мне.
– А как насчет той цыпочки из Аспена, с которой ты нас знакомил? Она никогда не приезжала в Боулдер?
– Нет... то, что я делаю в Аспене, остается в Аспене.
– Так вот где находится твоя красная комната. – Кейт смеется, а Нора явно чувствует себя неловко.
– Давай оставим грязные штучки для твоих книг, Кейт. – Я обнимаю ее за плечи и жестом указываю на дверь. – Этот разговор требует алкоголя.
– Я просто пытаюсь понять тебя, Макс, – заявляет Кейт, устремив на меня пристальный взгляд. – У каждого миллионера есть свои извращения.
Я выдыхаю через нос.
– Боже, как же я рад тебя видеть, Кейт.
Мы выходим на улицу как раз в тот момент, когда появляются Сэм и Мэгги. Сэм владеет шиномонтажной мастерской в городе и много лет ремонтировал строительную технику моего отца, так что я знаю его довольно хорошо. Его жену, Мэгги, я знаю не так хорошо, потому что она родом не из Боулдера. Она младшая сестра Майлза, и, по-видимому, для них было настоящим испытанием, когда они познакомились. Но, очевидно, все преодолели эту небольшую заминку, потому что зимой они поженились, и, похоже, у них все хорошо.
– Итак, Макс... Дин говорил, что твоя бывшая жена уехала из страны на лето, – говорит Кейт, держа в руке бутылку пива, в то время как ее ребенок, завернутый в пеленку, пристегнут к ее груди. Такой вид может быть только у Кейт. – Чем занимается Эверли, пока ты весь день на работе?
– Вообще-то я нанял няню, – отвечаю я и делаю глоток виски, изо всех сил стараясь не позволить своим мыслям снова зациклиться на Кассандре.
После нашего вчерашнего дня в веревочном парке сегодня я не обращал внимания на нее и Эверли. Мысли, которые приходили мне в голову при виде ее пышной фигуры, затянутой во все эти ремни, были совершенно неуместны.
Мне нужно, черт возьми, потрахаться.
Что практически невозможно теперь, когда Эверли будет рядом со мной все лето. Так что мне нужно обуздать свои грязные мысли о няне.
Помимо непристойных мыслей о Кассандре, у меня были и удивительно радостные мысли. Я забыл, как это здорово – разделить радость от переживаний Эверли с другим человеком. Такого ощущения счастливой семьи у меня не было с тех пор, как Эверли исполнился год, а мы с Джессикой были еще женаты. Каждый раз, когда Эверли отпускала шутки или хихикала от радости, мы с Кассандрой обменивались понимающим взглядом, который говорил: «Этот ребенок – самый лучший».
Это было... приятно.
Вот почему на следующей неделе мне нужно вернуться в офис и перестать радоваться семейным моментам с Кассандрой и Эверли. Кассандра – работник. Не более того.
– Где ты нашел эту няню? – спрашивает Кейт, поправляя свой рыжий хвост. – Мне тоже понадобится, когда Такер немного подрастет.
– Вообще-то, в городе есть агентство по найму нянь.
– Круто, я и не знала, что у нас такое есть.
Я пожимаю плечами.
– Кандидаты были не слишком впечатляющими. Но сестра владелицы пришла на собеседование, и Эверли влюбилась в нее.
– Хм, – хмыкает Кейт. – Кандидаты – подростки или студенты колледжа, приехавшие на лето?
Я качаю головой.
– Девушка, которую я нанял, вообще-то старше.
– Как бабушка? – с любопытством спрашивает Кейт.
– Не бабушка, нет.
– Ей двадцать шесть, – говорит Джош, кашляя в кулак.
Я бросаю на него обвиняющий взгляд.
Он пожимает плечами.
– Что? В конце концов она из тебя это вытянет.
– Двадцать шесть? Не намного моложе нас, – многозначительно замечает Кейт. – Ну, кроме Мэгги... по крайней мере, она старше самой маленькой малышки из нашей группы, – говорит Кейт детским голоском.
Мэгги закатывает глаза и наклоняется к Сэму, а у меня в голове всплывает воспоминание о том, как этот чертов инструктор Чад обвинил меня в том, что я отец Кассандры. Я всего на восемь лет старше ее. Что за хрень была с этим парнем? Разница в возрасте между Мэгги и Сэмом должна быть больше.
– Чем она занималась до того, как стала няней? – продолжает Кейт, как всегда, без остановки.
Я прижимаю палец к губам.
– Ты не могла бы говорить потише?
– Почему? – Кейт моргает в ответ.
– Потому что она живет в гостевом доме, и я не хочу, чтобы она подумала, что мы говорим о ней у нее за спиной.
Кейт переводит взгляд на крошечный белый домик, приютившийся на склоне холма у ручья.
– Она сейчас там?
– Думаю, да.
– Почему она не здесь, с нами?
– Она дневная няня, а не ночная. Не хочу, чтобы она думала, что ей нужно работать.
– Но она взрослая. Наверняка ей нравится алкоголь и взрослые разговоры? – Кейт замолкает, глядя на меня так, будто я совершил какой-то непростительный грех.
– Это выглядело бы непрофессионально, – возражаю я.
– Боже правый, мужчины хуже всех, – огрызается Кейт, пихает бутылку пива в грудь Майлза и уносится в сторону гостевого дома, ребенок по-прежнему крепко прижат к ее груди.
Я поворачиваюсь к Майлзу.
– Что делает твоя жена?
Майлз бросает мне полуулыбку.
– Если бы мне пришлось гадать, я бы сказал, что она собирается завести нового друга.
– Она точно заводит нового друга, – подтверждает Дин, кладя руку мне на плечо.
– Мы можем ее остановить? – спрашиваю я, шокировано наблюдая, как Кейт несется к дому Кассандры. Я действительно не хочу, чтобы Кассандра была здесь сейчас. Я стараюсь держаться от нее подальше, а не поближе.
Дин тяжело вздыхает.
– Кейт была одной из моих самых близких подруг на протяжении многих лет, и ответ всегда был отрицательным.
Я щипаю себя за переносицу.
– Я так рад, что вы приехали.
– Я тоже! – Линси улыбается, явно не уловив моего сарказма.
Кози
С террасы Флетчобители в открытые окна моего крошечного домика доносится музыка. Макс сказал, что сегодня вечером у него будет компания, и, конечно, я не приняла близко к сердцу, когда он сказал, что мне не нужно к ним присоединяться. Я всего лишь няня. А не подруга. И, честно говоря, это мой выходной. Мне нужно расслабиться, откинуться на спинку кресла и «делать меньше».
И все же я ловлю себя на том, что смотрю в окно со своей кровати и наслаждаюсь видом ламп, отбрасывающих свет на большой член Макса… Я имею в виду террасу! Господи.
Похоже, у него там собралась небольшая компания друзей. Большинство моих друзей переехали из Боулдера. Мне повезло, что Дакота все еще рядом, потому что я потеряла связь почти со всеми остальными. И оборвала контакты со всеми, с кем познакомилась в Денвере. Чем больше пространства я получу от той жизни, тем лучше.
Солнце только начинает садиться, когда несколько девочек, на вид ровесниц Эверли, плещутся вместе с ней в воде. Аромат жареного мяса проникает в мой коттедж, заставляя мой желудок урчать.
Фу, это глупо.
Почему я хочу быть там? Потому что считаю Макса чертовски красивым и не могла перестать замечать, как он пялился на мои ноги в машине, когда мы возвращались с веревочного парка? Потому что мне нравилось, как он улыбался Эверли, а не в камеру, каждый раз, когда я их фотографировала? Потому что его вид в костюме – греховно сексуален, а в джинсах и серой футболке со следами пота от страховочных ремней – это то, из чего сделаны эротические мечты?
Тьфу. Нет. Я отвратительна.
Достаю свой телефон.
Я: Мы должны выбраться куда-нибудь в следующие выходные.
Дакота: Ущипните меня. Что происходит?
Я: Я не могу допустить, чтобы у миллионера-трудоголика была более насыщенная жизнь, чем у меня.
Дакота: А чем конкретно занимается Задди?
Я: Устраивает вечеринку у бассейна.
Дакота: И тебя не пригласили?
Я: Не совсем... то есть, вроде как? Но я поняла, что он не хочет, чтобы я приходила.
Дакота: Почему ты так решила?
Я: Потому что я няня, и это было приглашение из вежливости. Ненавижу то, что я здесь сейчас. Я выгляжу жалко. Давай нарядимся и пойдем куда-нибудь в следующие выходные. Пусть это выглядит так, будто у меня есть жизнь.
Дакота: Твое желание для меня закон.
Я:Мне нужно найти парня, который отвлечет меня от Задди.
Дакота: Я знала, что его работа на дому на этой неделе приведет к катастрофе.
Я: Ты даже не представляешь. Я расскажу тебе все за выпивкой.
Дакота: Не могу дождаться. Я посмотрю, что происходит в городе. Оставайся на связи.
Стук в дверь заставляет меня подпрыгнуть на кровати с широко раскрытыми глазами. Я спускаюсь с мансарды и вижу гриву рыжих волос у моей двери.
– О, боже, – нервно бормочу я, спуская свою огромную задницу по гигантской лестнице, чтобы посмотреть, кто стучит в мою дверь. Если бы мне пришлось гадать, взрослые хотят напиться и надеются заплатить кому-нибудь трезвому, чтобы он присмотрел за детьми. Ненавижу быть взрослой няней. Это вдруг кажется очень жалким.
Нехотя я открываю дверь, и моя челюсть отвисает от удивления при виде человека, стоящего на пороге.
– Мерседес Ли Лавлеттер? – Я смотрю на ребенка, прижатого к ее груди, и мой мозг не может обработать то, что передо мной стоит моя любимая писательница эротических романов... с ребенком на руках.
Ее губы расплываются в ошеломляющей улыбке.
– Боже мой, ты читаешь мои книги?
– Я... я... – Мой голос застревает в горле. – Читаю. И подписана на тебя в Instagram. Так что... да... клянусь, я не сталкер.
– Я люблю сталкеров! – Она смеется и делает шаг внутрь. – Не возражаешь, если я войду?
– Конечно. – Я стою в стороне и наблюдаю, как Мерседес расхаживает по моему крошечному домику, чувствуя, что нахожусь в лихорадочном сне, потому что не может быть, чтобы женщина, чьи книги я читала последние полгода, находилась сейчас в моем жилище.
– Типичный Макс... даже крошечный домик не может выглядеть просто. – Она проходит в ванную. – Боже мой, даже в ванной так сексуально! – Она возвращается и гладит своего ребенка по спине. – Милая квартирка.
– Да, очень милая, – выдыхаю я, чувствуя, что во рту пересохло. – Спальня находится вверх по той лестнице.
– Круто. – Она задумчиво кивает. – Как тебя зовут?
– Кози, – быстро отвечаю я.
– Как тепло и уютно? – спрашивает Мерседес.
Я киваю и улыбаюсь как идиотка.
– Обязательно напишу это очаровательное имя в книге, – невозмутимо говорит она.
– Правда? – отвечаю я, затаив дыхание. Моя фанатская истерия разыгралась в полную силу.
– О, да. – Она снова задумчиво кивает. – Мое настоящее имя – скучная старая Кейт. Мерседес – мой псевдоним, просто чтобы чувствовать себя модной.
– Как здорово. – Боже мой, Мерседес Ли Лавлеттер только что назвала мне свое настоящее имя. Я чувствую себя чертовски крутой прямо сейчас.
– Пойдем, выпьем с нами.
Она выходит из моего коттеджа, и я приостанавливаюсь, потрясенная тем, что Макс дружит с писательницей. Он кажется слишком зажатым, чтобы иметь такую классную подругу, как Мерседес Ли Лавлеттер.
– Не хочу мешать, – слабо предлагаю я с порога и вижу, что все смотрят на нас, как на пару животных из зоопарка.
– Ты не помешаешь. Ты приглашена. Официально... автором бестселлера по версии «Нью-Йорк Таймс». Неужели ты откажешься выпить с автором бестселлера?
Я задумчиво облизываю губы.
– Нет... но могу ли я быть действительно нахальной и попросить тебя сначала подписать книги?
– У тебя там мои чертовы книги? О, боже, да. Я подпишу их все. Доставай!
Мерседес, то есть... Кейт, подписывает мои книги, и мы быстро делаем селфи в моем крошечном домике, прежде чем она ведет меня на террасу, где проходит вечеринка. Эверли машет мне из бассейна, давая понять, что я желанный гость, но из-за выражения лица Макса мне трудно в это поверить.
Он выглядит... смущенным.
