Текст книги "Охота Теней (ЛП)"

Автор книги: Элис Кова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

– Мы все были такими после ямы, – мягко сказал он. – Носи это как знак почета.

– Хорошо, – тихо сказала Эйра, глядя на него так, будто солнце встало из-за его задницы. Она крепче сжала его руку и намеренно споткнулась на последней ступеньке перед своей комнатой. Ферро поставил ее на ноги. – Спасибо.

Позволь им думать, что ты беспомощна. Они хотели сломить ее, но все, что у них получилось – это заковать ее в металл. С тех пор, как она покинула яму, она стала чувствовать мир так, как не считала возможным. Крошечные потоки магии, дрожащие в воздухе, внезапно стали ощутимы, стали почти громкими из-за собственных вибраций.

– Всегда пожалуйста. – Он растянул губы в тонкой улыбке.

– Не только за это. – Эйра покачала головой. – Еще за то, что говорил от моего имени с Избранным, за то, что дал мне возможность открыть глаза.

– А твои глаза открылись? – Вопрос был задан осторожно. Эйра не знала точно, что он хотел услышать в ответ.

– Я вижу свет повсюду и изнутри, – сказала она, пытаясь вызвать бесстрастную пустоту, из которой эхом доносились голоса других Столпов – Я познала тьму, и теперь я хочу искоренить ее из нашего мира. Я избавилась от власти Распиана надо мной.

– Я верю тебе. – Ферро обхватил ладонями ее щеки. Эйра с улыбкой подавила желание плюнуть ему в лицо. – Но тебе все равно нужно будет убедить других и нашего Избранного.

– Благослови его за доброту.

Ферро с облегчением рассмеялся, услышав, как она произносит эти слова нараспев.

– Воистину, благослови его доброту. А теперь иди, мы почти дошли до твоей комнаты. Сегодня ночью хорошенько отдохни. Завтра – восстанавливайся. А затем мы начнем показывать Столпам милости Ярген, которые она преподнесла тебе и твоей магии.

Она сделала точно так, как он велел. Ферро оставил ее привести себя в порядок, а молодой Столп принес ей еду. Эйра попыталась узнать его имя, но юноша проигнорировал ее. Возможно, она и пользовалась доверием Ферро, но, похоже, остальные Столпы все еще скептически относились к ней.

В ту ночь кровать была слишком мягкой, а бледный лунный свет, проникавший в ее окно, был слишком ярким, чтобы она могла уснуть. Ей казалось, что она спала несколько дней, даже недель… видя один долгий, ужасный кошмар, от которого она наконец-то проснулась. Этот кошмар начался еще на Солярисе, в ночь смерти Маркуса.

Теперь она проснулась, и сон казался ей пустой тратой времени. Эйра смотрела в окно на сад. Она не видела, чтобы кто-нибудь прогуливался по роскошным садам внизу или по холмам за ними. Никаких животных… даже птиц.

Эйра провела всю ночь, глядя в окно. Дважды луна скрывалась за облаками, и мир, казалось, на мгновение расплывался. Эйра моргала, терла глаза и продолжала наблюдать. Может, она просто устала? Или…

Когда показался рассвет, она положила руку на стекло. Несмотря на то, что солнечный свет лился через окно, освещая ее комнату, стекло не нагревалось. Она водила рукой от стекла к стеклу. Металл был ледяным на ощупь. Он должен быть стать теплым из-за солнечного света.

То, что она видела, было ненастоящим. Пейзаж за пределами ее комнаты был какой-то замысловатой иллюзией. Она переплела пальцы и крепко сжала ладони, чтобы не разбить стекло и подтвердить свою теорию. Если все было фальшивкой, то она могла быть где угодно.

Я все еще могу быть в Райзене.

Закрыв глаза, она попыталась ухватиться за обострившееся чувство магии, которое появилось у нее с тех пор, как она покинула яму. Она почувствовала, как что-то вибрирует за стеклом. Ее брови сосредоточенно нахмурились. Она сосредоточилась на том вибрирующем ощущении, которое витало вокруг нее. Она училась, что магия была почти разумной. Она жила в камне, воде, огне и в самом воздухе; по всему миру ею было пронизано все, а маги просто дергали за ниточки.

Эйра медленно открыла веки и уставилась на иллюзию. Она представила дюжину невидимых волшебных рук, тянущихся из-за ее спины. Нереальные пальцы, сплетенные в узел магией. Тянуть? Тащить? Что ей теперь делать? Было ли что-то из этого реальным или все это было у нее в голове?

Пот катился по ее шее.

Моргнув, она совершила ошибку. На секунду, как раз в тот момент, когда ее глаза собирались закрыться, она пошатнулась. Там, где когда-то были зеленые пастбища, появилась каменная стена. Но когда Эйра снова открыла глаза, та исчезла.

Ее вторая попытка была прервана тем, что дверь в ее комнату открыл Ферро.

– О, прекрасно, моя дорогая, ты уже проснулась.

Я не «твоя дорогая», я твоя погибель. Улыбка, которую она изобразила на лице, была полной противоположностью этой режущей мысли.

– Я была так взволнована возможностью поработать с тобой сегодня… доказать Избранному… что не могла уснуть. – Она указала на окно. – К тому же, я хотела проснуться с рассветом.

– И какой сегодня прекрасный рассвет.

– Верно. Я думаю, что в Меру солнце светит ярче. – Эйра встала. – Мы далеко от Райзена? Воздух здесь кажется более свежим и чистым.

Его улыбка померкла, и паника поселилась в ее животе. Неужели она переступила черту? Знал ли он теперь, что она их раскусила?

– Я думаю, ты просто права в том, что Ярген сияет своим светом ярче на выбранной ею земле. Даже наш воздух лучше. – Ферро подошел к ней, положив руку ей на плечо. – Пойдем, я договорился о важной встрече для тебя сегодня.

– О?

– Ты поймешь по приходу.

По коридорам, разумеется, Ферро повел ее с завязанными глазами. Они спустились на два лестничных пролета, а затем прошли через то, что, как подозревала Эйра, было длинным туннелем. Макушка ее головы то и дело задевала потолок, а стены были так близко, что бок Ферро прижимался к ее боку. Эйра представила себе длинные узкие туннели, по которым она ходила с Дюко, чтобы добраться до Двора Теней. Действовали ли Столпы так же, как Тени? Эйра представила себе нити паутины, подвешенные на разных уровнях под улицами Райзена. Город был древним. Он надстраивался над самим собой в течение многих лет. Понять, что под городами могут быть города, было не так уж сложно, и она чувствовала себя глупо из-за того, что не подумала об этом раньше. Еще одна полезная информация, которую нужно было передать Призракам.

Поднявшись по небольшому лестничному пролету, Эйра почувствовала движение воздуха, когда открылось пространство. Наконец они остановились, и Ферро снял повязку с глаз. Они были в пустой комнате, если не считать троих мужчин.

Один из них был Избранным, и по бокам от него стояли два других Столпа, которых Эйра не узнала.

– Рад снова видеть тебя, Эйра, – сказал Избранный со своей пугающей отеческой улыбкой.

Эйра опустилась на колено и произнесла своим самым благочестивым голосом:

– Я недостойна предстать перед вами, Ваша светлость.

– Именно, – усмехнулся светловолосый эльф справа от Избранного.

– Но ее признание красноречиво говорит о прогрессе, которого она достигла, – сказал Избранный. – Встань, Эйра. Ты здесь, чтобы продемонстрировать силы, о которых мне так много рассказывал мой сын.

Сын? Эйра в шоке переводила взгляд с Избранного на Ферро. Ферро был сыном Избранного.

– Дорогая, прости меня. – Ферро так просто давал ей новые клички, словно соревновался с самим собой, выясняя, которую она ненавидит больше всего. Дорогая было немного лучше, чем зайка, и она бы с удовольствием врезала ему по зубам и за то, и за другое. – Я солгал тебе. Но только потому, что ты не могла понять величия моего происхождения. Это хранилось в тайне ото всех.

– Никто не должен знать, – пробормотал светловолосый мужчина себе под нос, продолжая бросать на нее скептические взгляды. Эйра поняла, что завоевать его доверие будет сложнее.

Она тепло улыбнулась Ферро.

– Я все понимаю. Тогда я была недостойна. – Она склонила голову, и Ферро надулся, как петух.

– Но теперь ты будешь стараться, чтобы стать достойной?

– Изо всех сил.

– Хорошо, зайка. Мне нужно, чтобы ты показала им, как ты можешь слышать голоса.

– Хорошо. – Эйра кивнула.

– Держи то, что нужно прослушать. – Мужчина слева от Избранного шагнул вперед, протягивая золотой медальон. Эйре это еще раз напомнило о сверхъестественном сходстве между Столпами и Тенями. Обе группы действовали в подземельях Райзена, обе были вне закона, и обе хотели испытать ее с помощью дурацкого куска металла.

Эйра посмотрела на медальон, легко находя связь с ним. Чувства, окружающие ее магию, определенно были обострены после ямы. То, что звучало как молитва, начало отдаваться эхом в ее ушах, и Эйра повторила слово в слово, даже те части, где звучали мольбы к Ярген обрушить огонь на ее врагов, еретиков и отступников, рожденных из могилы Распиана.

– Значит, это правда, – прошептал блондин. – Ты можешь услышать слова, что произносились раньше.

– Она может слышать эхо времени в ушах Ярген, – сказал Избранный таким тоном, что было больше похоже на приказ.

– Это дар, – сказал Ферро от ее имени.

Мужчина, державший медальон, молчал, глядя с благоговением. Эйра думала, что она уже должна была устать от ошеломленного молчания людей… но это было не так. Может быть, именно то, что эти мужчины – ее похитители – благоговели перед ней, давало ей ощущение власти.

– Она может, – прошептал человек, державший медальон, взглянув на Избранного. – Она могла бы отпустить тебе грехи.

Отпустить ему грехи? Избавить Избранного от чего? Понятное дело, Столпов не особо любили в Райзене. Или они имели в виду какое-то религиозное отпущение грехов?

– Кто еще признает эти силы? – спросил Избранный у Ферро, говоря так, словно ее там больше не было.

– Она продемонстрировала их во время третьего испытания на Темном Острове. Император и императрица Соляриса признали их.

– Ты хочешь, чтобы мы ссылались на них? – Блондин казался потрясенным.

– Я бы хотел, чтобы мы использовали союз Соляриса и Меру против обеих сторон. – Ферро развел руками. На его лице появилось безумное выражение. – Подумай об этом. Меру – Люмерия – приняла решение связать себя с отпрыском Распиана и заключить дурацкий договор. Мы используем это против нее. Если она убедила людей в том, что правительство Соляриса законно, то она не может опровергнуть их признание силы Эйры.

– Откуда нам знать, что император с императрицей откажутся от признания способностей Эйры? – спросил мужчина слева от Избранного. – Мы никому не можем доверять с Темного Острова.

– Испытание было публичным. Слишком много людей видели, как императрица признала способности, чтобы сейчас отступить. – Ферро шагнул вперед, обращаясь только к своему отцу. – Это сработает. Тогда все они будут вынуждены смириться с ложью, которую им преподнесли. Они будут рады твоему возвращению к статусу. Они будут видеть в тебе своего Избранного – таким, каким они тебя должны были видеть. И когда ты снова разожжешь пламя…

– Достаточно. – Избранный поднял руку, останавливая Ферро. – Ты дал мне много пищи для размышлений. – Его глаза метались между ними. – Вы оба свободны.

Ферро снова завязал ей глаза и повел обратно. Эйра молчала всю дорогу. Время, проведенное со Столпами, заставило ее усвоить, что стратегическое молчание часто лучший выбор. Оно давало ей возможность продумать и тщательно структурировать свои вопросы и заявления. Более того, Столпы казались безмолвной группой. Она могла проходить через комнату с двадцатью из них и не знать об этом.

Эйра вздохнула с облегчением, когда он снял повязку с глаз. Для пущей убедительности она схватилась за грудь, словно пыталась справиться с нервами.

– С тобой все в порядке? – Ферро обнял ее, положив обе руки ей на плечи.

– Да, извини. – Эйра покачала головой. – Стоя перед Избранным Ярген, выбранным самой богиней… – Она, пошатываясь, высвободилась из его объятий и тяжело опустилась на стул у окна. – Тяжесть его присутствия слишком велика для такой простой смертной, как я. После ямы он… он выглядит великолепно. – Эйра посмотрела на Ферро, слегка расширив глаза. – А ты… ты…

– Прости меня. – Ферро сел рядом с ней, взяв ее за руки. – Я хотел сказать тебе, Эйра, я… Но было не время. И я…

– Да? – подталкивала она, когда он прервался.

– Я не знал, как много ты будешь значить для меня… для всех нас.

– Для тебя? – тихо повторила она, переводя взгляд с их переплетенных пальцев на его лицо.

– Я знал, что ты любила меня тогда.

Эти слова больно укололи ее, чего ей совсем не хотелось. Она ненавидела боль, которую они оставили во все еще гноящейся ране, созданной в ней Ферро. Сначала Адам, потом Ферро… Она знала, как выбирать мужчин, которые неизбежно причиняли ей боль.

Но был ли Каллен таким?

Она почувствовала, как ее лицо смягчилось при мысли о Каллене, и она прогнала саму мысль о нем. Здесь не место думать о нем. То, к чему была призвана Эйра – кем она должна была стать, чтобы выжить – не предназначалось для Каллена и его нежности. Та, кем она становилась, возможно, никогда не будет предназначена для таких нежных и любящих рук.

– Но я признаю, что тогда я видел в тебе только ту, кого можно использовать для прославления Ярген, – продолжил Ферро, не обращая ни на что внимания.

– Тогда, а как насчет сейчас? – Она была в безопасности до тех пор, пока была ему полезна. Это было ясно. И если она собиралась продолжать успешно манипулировать им, ей нужно было знать, где она находится, и чего он от нее хочет.

– Сейчас… – Его пальцы сжались. – Подумай об этом, Эйра. Мы с тобой… возвещаем ей славу. Весь Солярис будет смотреть на тебя как на одну из тех, кто увидел свет… кто был благословлен ее любовью. Моей любовью. – Ферро выдохнул с легкой улыбкой. Он выглядел почти искренним, что заставило ее возненавидеть его еще больше. Он не был человеком, способным любить.

И опять же упоминание о любви снова переключило ее на Каллена. Как бы она ни старалась, ей не удавалось убежать от воспоминаний о том, как он прижимал ее к стене во время соревнований, об ощущении его пальцев в ее волосах. Если она выберется из этого живой… она поцелует его так, хотя бы еще раз. Она не упустит момента ни с ним, ни с кем-либо из своих друзей.

– Я хочу быть полезной для тебя, – сказала Эйра как можно деликатнее.

Ферро наклонил голову, явно оценивая ее, и зловещая усмешка скользнула по его губам. Он излучал ужасное самодовольство.

– Как ты хочешь быть «полезной» для меня?

Подтекст заставил Эйру проглотить желчь. Она должна была положить конец его более чувственным намекам, которые до сих пор игнорировала. Он мог считать ее своей зайкой – домашним питомцем, своей ученицей, средством для достижения целей. Но она не собиралась позволять ему думать о себе как об объекте вожделения. Эйра проглотила горький привкус во рту и заговорила с большей легкостью, чем смогла бы неделю назад, учитывая растущую внутри нее панику.

– Я хочу восславить Ярген. – Эйры держала спокойное, благоговейное выражение лица. Она смотрела на него так, словно он был скульптурой божества, а не человеком. Не тем, кого могли или должны были коснуться ее смертные руки. (Не то, чтобы она когда-либо даже хотела этого). – Когда-то я, возможно, была глупой девчонкой и думала, что лучший способ показать тебе свое отношение – служить тебе. – Она позволила похотливому тону повиснуть в последних двух словах. Надеясь, что ее намерения были ясны. Надеясь, что он увяжется за эти слова. – Но теперь я вижу, что есть гораздо больше способов внести свой вклад в правое дело. Я была глупой, сбитой с толку маленькой девочкой. Но больше нет. Мне открылись глаза. Я вижу свет, и теперь я думаю, что знаю, каким способом могу принести Столпам – и тебе – славу. Он связан с моей магией и моим преклонением перед твоей праведностью. Это делается путем следования вашим приказам и пожеланиям, как и подобает солдату, а не из-за каких-то девичьих грез, которые давно прошли.

Что-то изменилось в выражении его лица. Пока она говорила, он как бы перестраивался, без сомнения, оценивая, как он может манипулировать ею. Ферро отодвинулся от нее, и обстановка разрядилась.

– Продолжай. Скажи мне, как, по-твоему, ты можешь стать эффективным инструментом для меня.

В любой день она могла бы стать орудием в руках объекта его вожделения.

– Есть кое-что, что Избранному нужно, чтобы я сделала… послушала, верно?

Ферро осторожно кивнул, побуждая ее продолжать.

Эйра судорожно вздохнула, зная, о чем она собирается спросить. Если и был когда-нибудь момент, когда она переигрывала, то это был он.

– Я могу его найти.

– Как? – Он слегка прищурил глаза, без сомнения, догадываясь, что она имела в виду.

– Позволь мне вернуться в Райзен. Я придумаю историю о похитителях, от которых я сбежала. Они будут видеть во мне участника, который сражался и победил, чтобы вернуться. Меня будут прославлять, и мне будут доверять.

– Но это также вызовет подозрения в отношении Столпов, – нахмурился Ферро.

Она увязла слишком глубоко, теперь она не могла отступить.

– Возможно. Но я могу придумать историю, которая собьет их со следа Столпов. Райзен – большой город. Головорезы, должно быть, достаточно распространены, и как участник я уже нахожусь в центре внимания. Если Столпы обеспокоятся… отправь наперед записку с требованием выкупа, подтверждающую это заявление, прежде чем я приступлю к своей миссии.

Ферро, казалось, обдумывал это.

– Они не будут подозревать меня, – продолжила она. – Они уже позволили мне свободно перемещаться, даже по Архивам. Я могла бы найти способ достать все, что тебе нужно, я в этом уверена.

– Они позволяют тебе свободно бродить по Архивам? – спросил он, изогнув бровь.

– Да.

– Правда?

– Да. – Эйра наклонилась вперед. – Я могу сделать это для тебя. Это моя судьба… иначе, зачем Ярген благословила меня этой силой?

– Ты могла бы получить ее, и мы могли бы разоблачить их ложь на гала-концерте участников, – пробормотал он. – Мы могли бы пожертвовать некоторыми из молодых, выставив их похитителями. Они будут счастливы умереть за Избранного… – Ферро покачал головой. – Нет, это слишком большой риск.

– Я могу это сделать, – настаивала Эйра. Его внимание медленно переключилось на нее. Она заглянула ему в глаза, пытаясь уловить искренность.

– Позволь мне.

Он встал к ней спиной.

– Это слишком рискованно.

Эйра наблюдала, как ее шансы на спасение начали ускользать у нее из рук. В конце концов, она найдет другой выход, но сколько времени, в конечном счете, это займет? Слишком долго. Она не хотела находиться здесь, чтобы узнать, сколько еще неприятных испытаний они заставят ее пройти, прежде чем доверят ей хотя бы ходить без присмотра.

Она встала и заявила:

– Моя магия – твоя. – Он оглянулся на нее, явно пораженный внезапным заявлением. – Ты человек действия, человек силы. – Он так явно жаждал власти. Чем больше Ферро старался выглядеть крутым, тем больше она видела печального маленького мальчика, умоляющего, чтобы его заметили. Эйре стало интересно, так ли она выглядела, когда настаивала на участии в испытаниях. Как бы то ни было, она сыграла на этом желании. – Ты сам сказал, что видишь инструмент во мне. Почему же ты ведешь себя так, будто боишься им воспользоваться?

– Ничего я не боюсь. – Он издал низкое рычание, склоняясь к ней. Его рука легла на её горло и пальцы сдавили до такой степени, что она захрипела, хватая ртом воздух. – Ты бы умерла за меня?

– Если бы ты попросил меня об этом, – прохрипела Эйра.

Его рука продолжала сжиматься вокруг ее трахеи. Эйра изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Она сжала кулаки на ткани своей одежды, не давая им дотянуться и схватить его за предплечья. По мере того, как воздуха не хватало, а ее зрение туманилось, комната погружалась во тьму ямы… той ночи под водой. Тогда он пытался украсть у нее воздух, но не смог.

– Если бы ты попросил меня об этом, – выдохнула Эйра.

Ферро отпустил ее с легким толчком. Эйра рухнула обратно на скамью, пытаясь отдышаться и массируя горло. Но когда она посмотрела на него, она увидела самодовольную улыбку и поняла, что выиграла.

– Я посмотрю, что могу сделать. Зайка, ты дала мне много пищи для размышлений. – Он дважды потрепал ее по макушке и вышел.

Эйра досчитала до десяти, прежде чем рухнуть на скамейку с болью в горле и появляющимися синяками. Итак, она поставила на кон самое главное – свою жизнь, и слишком скоро она узнает, окупилось ли это.

Глава шестнадцатая

Е

ще один день прошел в одиночестве, и Эйра с каждым часом становилась все более встревоженной. Чем дольше они тянули, тем больше времени уходило у поисковых групп на ее поиски. Тем глубже спрячутся Столпы, и тем труднее будет убедить их отпустить ее. Или, возможно, ее предложение с каждой минутой будет выглядеть все более привлекательным. Столпы могли согласиться с ее планом, чтобы снять с них давление.

Если считать, что люди все еще ищут ее.

Она заломила пальцы и принялась расхаживать по комнате, ожидая вестей. Ожидая результата. Когда молодой человек, приносящий ей еду, наконец, прибыл, Эйре пришлось быстро выпарить ледяной кинжал, чтобы не приставить к его горлу и не потребовать, чтобы он рассказал ей, что происходит. Скорее всего, это бы не сработало. Фанатик был бы слишком счастлив умереть за свое «благое дело», и надежда Эйры на побег была бы потеряна.

– Избранный призвал тебя, – небрежно сказал юноша, ставя перед ней тарелку с кашей. – Умойся и оденься в это. – Он указал на одежду, аккуратно сложенную рядом с миской на блюде, и ушел.

Эйра послушно съела безвкусную кашу, ей нужно было поддерживать свои силы. Приглашение Избранного, призвавшего ее после ее последнего общения с Ферро, должно было что-то значить. Вся тяжесть ее авантюры лежала на ее плечах, и овсянка уже сворачивалась кирпичом в ее желудке.

Большую часть трапезы она не обращала внимания на одежду, боясь узнать, во что ее оденут, но как только ее пальцы коснулись ткани, она поняла. Это были те юбка и блузка, которые она надела на ужин с Калленом. Подол ее юбки был в грязи и пятнах после туннелей, по которым она ходила с Дюко. Ее туфли были окрашены кровью из-за того, что они натерли ей ноги во время бега по городу. На блузке были прорехи, которые Эйра не признала.

Странное чувство чего-то знакомого охватило ее, когда она одевалась. Это было не потому, что она наконец-то вернулась в свою одежду после того, как больше недели одевалась как Столп. И не потому, что эта одежда была грязной и нестиранной.

Это чувство… Она чувствовала похожее после откровения о своем происхождении, последовавшего после второго испытания. И снова остатки ее прежней жизни не совсем соответствовали тому, что было когда-то. Каждый стежок пришелся на одно и то же место, она никуда не подходила. Эйра уставилась на себя в зеркало. Да, это чувство было похоже на то, что было тогда.

Нахмурив брови, Эйра пристально посмотрела на себя, чувствуя, как сила закипает под ее кожей. Океан внутри нее был покрыт белыми барашками и бушевал, готовый вырваться на волю. Если Избранный призывал ее не для того, чтобы освободить, она была готова пробиться к выходу или умереть, пытаясь это сделать.

– Эйра? – Ферро даже не постучал, когда вошел.

Сосредоточенное выражение мгновенно сошло с ее лица, и Эйра, отвернувшись от зеркала, подбежала к нему. Она словно в отчаянии схватила его за руки.

– Ферро, мой господин, мой проводник в этом темном мире, что я наделала? – Эйра несколько раз моргнула, пытаясь выдавить слезы. Плакать по команде оказалось труднее, чем она думала. Немного магии вызвало влагу на ее нижних веках. – Почему свет оставил меня? Я только хотела… Я только хотела… Я…

– Возьми себя в руки. – Он ударил ее по лицу. Боль была заглушена шоком. Казалось, он принимал близко к сердцу свое «право собственности» на ее жизнь и благополучие. – Что расстроило тебя этим утром до истерики?

– Эта одежда. – Эйра отступила назад и расправила юбки. Она не беспокоилась из-за жжения щеки. Что-то подсказывало ей, что если она обратит на это внимание, то будет только хуже. – Я носила ее до того, как у меня открылись глаза… до того, как я узнала правду, но меня снова заставляют ее носить. Неужели меня изгоняют? Я сказала слишком много? Я не могу предстать перед Избранным Ярген в этих жалких лохмотьях Темного Острова! Я не буду…

– Успокойся. – Ферро, нахмурившись, схватил ее за плечи. – Что по-настоящему опозорит тебя, так это предстать перед Избранным в образе визжащей гарпии.

– Все, что я хочу сделать, это угодить Избранному. – Она икнула и взяла себя в руки по его команде. Достаточно легкая задача, когда ее «истерика» была наигранной.

– И ты это сделаешь.

– То, о чем мы говорили вчера… – Ее голос упал до шепота. – Так вот почему он вызывает меня?

Несмотря на то, что они были одни, Ферро огляделся, словно кто-то мог подслушать.

– Да. – Улыбка скользнула по его губам. – У тебя будет шанс доказать моему отцу, как сильно ты любишь Ярген и предана нашему делу.

– Я живу, чтобы служить.

– И ты живешь, чтобы принести мне славу.

– Да. Значит, он согласился отпустить меня? – Она надеялась, что это прозвучало не слишком нетерпеливо.

– Ты скоро узнаешь.

Всю дорогу с завязанными глазами к тронному залу Эйра проигрывала в уме ситуации. Если они отпустят ее, ей придется первым делом найти способ вернуться во Двор Теней и сообщить о своих открытиях… и извиниться перед Дюко… если он все еще жив. Эта мысль заставила ее грудь сжаться от чувства вины. Смерть преследовала ее, куда бы она ни пошла, но она не обращала на нее свой бессмертный взор. Нет, смерть охотилась за людьми, которые были достаточно глупы, чтобы вступить в союз с Эйрой. Люди платили цену за ее действия.

Если Столпы откажутся отпустить ее – что, как она должна признать, было наиболее вероятно, – они, вероятно, сделают одно из двух. Они либо устроят еще один неудачный тест на лояльность к ним и Ярген, чтобы доказать, что ее предложение не было отчаянной попыткой сбежать, либо они убьют ее на месте. Если они выбрали последнее, тогда она не уйдет, не забрав с собой Ферро.

Она найдет в себе мужество и железную волю, чтобы убить его, ведь именно он стоял за убийством Маркуса. Больше не будет никаких колебаний, если представится подходящий момент. Но сейчас она сохранит ему жизнь. Его существование пока идет ей на пользу.

Духота в тронном зале была знакомой. Несмотря на то, что она была здесь всего один раз, Эйра запомнила это особое тепло на всю оставшуюся жизнь. Ферро снял повязку с глаз и встал рядом с ней.

Столпы выстроились по бокам от нее, но их было меньше, чем в прошлый раз. Были ли остальные на каком-то задании? Или они не были посвящены в то, что должно было произойти?

– Эйра Ландан, ты предстаешь перед Избранным, Защитником Ярген, человеком, которому суждено восстановить Ее доброту и порядок в нашем мире, – объявил Столп. – Человеком, который является скалой Столпов, нашей опорой, нашим основанием добра и праведности.

– Да буду я достойна его праведности. – Эйра опустилась на колени перед мужчиной на троне.

Избранный долго молчал, глядя на нее сверху вниз с совершенно невозмутимым видом. Наконец, когда тишина стала такой напряженной, что почти звенела в воздухе, как натянутая струна, он заговорил.

– Ярген удостоила меня мудрости, и я решил поручить тебе миссию. – Избранный встал. – Ты должна вернуться в мир еретиков и отступников. Ты вернешься в Архивы, в Ее самое святое место, ныне оскверненное, и воспользуешься потайным ходом под книжным шкафом на самом верху шпиля, чтобы попасть в потайную комнату, которая когда-то была покоями Голоса.

Это была та комната, в которой она встречалась с Таавином.

– Там ты найдешь жетон, который несет слова из ссоры, произошедшей в той комнате. Ты возьмешь этот жетон и передашь его Ферро через две недели на турнирном балу, который скоро будет объявлен.

«Скоро будет объявлен», Эйра зацепилась за эти слова. Если этот бал еще не объявлен, то у них, должно быть, были люди внутри двора Люмерии. Эйра представила себе Тень и Столпа, неосознанно работающих бок о бок в той комнате с письменными столами, через которую они с Дюко пробрались тайком.

– Как выглядит жетон?

– Поймешь, когда услышишь нужные слова. Если твои силы действительно предопределены богиней – как и мое правление, – тогда у тебя не будет проблем с поиском того, что нас удовлетворит.

– Конечно, – сказала Эйра с блаженной улыбкой. – И… какую перепалку я слушаю?

Его глаза слегка сузились, и Избранный, казалось, раздумывал, стоит ли ей говорить.

– Ты, вероятно, услышишь упоминание имени Денея. Это должно быть все, что тебе нужно знать. Пусть твоя вера ведет тебя ко всему остальному.

Денеи? Каким образом Денея была вовлечена во все это? Эйра постаралась сохранить умиротворенную улыбку на своем лице.

– Я понимаю. Моя вера будет направлять меня.

– Хорошо. Потому что, если ты потерпишь неудачу, мы будем вынуждены вершить над тобой Ее праведное правосудие.

– Я не потерплю неудачу.

– А если ты попытаешься рассказать кому-нибудь о нашей организации… наказание падет не только на твою голову. Другие участники из Соляриса также пострадают из-за твоего предательства.

Они не являются частью этого! – хотелось закричать Эйре. Вместо этого она сказала:

– Понимаю.

– Надеюсь, что ты это сделаешь, Эйра. Мы очень верим в тебя. Но это риск, на который мы идем сознательно. Столпы – это фундамент Райзена. Нас можно найти в каждом доме, в каждой организации, в каждом рыцарском ордене и в каждом поместье.

Поместье участников оказалось не таким безопасным, как все думали. По крайней мере, как поняла Эйра, это было то, что скрывалось под его словами.

– Я не предам вашего доверия. Я видела свет и не желаю возвращаться во тьму.

– И ты сделаешь все, чтобы быть достойной?

– Все, что угодно.

– Хорошо. – Избранный восседал на своем троне. – Скоро ты уснешь, Эйра. И когда ты проснешься, это будет не более чем сном. Твоя правда будет заключаться в том, что ты была взята в плен двумя морфи, которые заманили тебя. Они хотели дать своим участникам преимущество, потребовав, чтобы Солярис не участвовал.

Даже в ее легендарной истории Столпы пытались разорвать договор, посеяв сомнения между королевствами.

– Теперь ты должна выглядеть так, будто побывала в плену, а не жила в нашей щедрой безопасности и гостеприимстве. – Избранный поднял руку и щелкнул пальцами.

Это движение послужило сигналом для других Столпов в комнате. Они стремительно надвигались на нее, окружая со всех сторон. Ферро первым нанес удар. Он без предупреждения пнул ее в бок. Эйра упала на пол. Ошеломленная, она моргнула, и лицо Ферро возникло в ее поле зрения.

– Не издавай ни звука, – прошептал он с улыбкой. – Если ты это сделаешь, мы узнаем пределы того, что ты можешь вынести ради своей богини.

Эйра сжала губы, когда он погладил ее по щеке.