Текст книги "Охота Теней (ЛП)"
Автор книги: Элис Кова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)
И все же ее мысли продолжали возвращаться к…
Кто-то похлопал ее по плечу. Оливин отступил, и Эйра собралась с духом, чтобы оказаться лицом к лицу с Ферро.
Но вместо него там оказался Каллен, держа руку в ожидании, с выражением беспокойства, надежды и горько-сладкого отчаяния на лице.
– Моя леди, могу я пригласить вас на следующий танец?
– Конечно, мой господин. – Эйра вздохнула с облегчением. Он словно материализовался из ее мыслей… из ее необузданной потребности в нем. Она легко положила руку на руку Каллена, и искра пронзила ее. Одного его прикосновения обнаженной кожи к ее пальцам было достаточно, чтобы комната закружилась. Ее платье внезапно стало слишком тесным. Она не могла сделать вдох.
Это было то, чего она хотела, чего она жаждала. Ее мечты больше не были поглощены красивым эльфом и Меру… а парнем с востока с яркими карими глазами и обыкновенными каштановыми волосами.
Музыка перешла в более медленный вальс. Каллен сделал неторопливые, широкие шаги по полу. Эйра изо всех сил старалась не отставать от них.
– Извини, у меня немного кружится голова, – сказала она с мягким смехом. – Должно быть, все из-за вращения.
– Хочешь, я потанцую за тебя? – Он, улыбаясь, выгнул брови.
– Прости?
Его рука скользнула по ее пояснице, прижимая ее ближе к нему.
– Не паникуй, я держу тебя, – прошептал он ей на ухо.
Несмотря на предупреждение, Эйра тихо вскрикнула от удивления, когда она шагнула, а ее нога не коснулась земли. Каллен продолжал держать ее, удерживая ровно, не давая ей споткнуться. Другая ее нога тоже коснулась воздуха, и странное, бурлящее ощущение наполнило ее, когда она поняла, что это его магия под ее ногами, скрытая ее юбками.
Она танцевала по воздуху, легко вращаясь и скользя над полом в объятиях Каллена, охваченная грацией, не созданной для смертных.
– Ты делаешь так и для себя, не так ли? – спросила она.
Он ухмыльнулся, став опасно красивым в этот момент. Настолько опасным, что она могла бы поцеловать его у всех на глазах, если бы не была осторожна.
– Как ты думаешь, как я научился танцевать? Тренировался? Нет, это все шоу. – Его хватка на ней немного усилилась. Пол-оборота, и они стали ближе. – Но ты, ты – единственная, что здесь реально. Ты единственный человек, который имеет значение.
Она взлетела, и не только из-за воздуха под ногами. Воздух в комнате был заменен на что-то более легкое. Его магия скользила по ней, внутри нее. Они двигались вместе, точно так же, как и прошлой ночью, запутавшись в совсем другом танце.
– Мы должны остановиться, – прошептала она. Конечно, их связь сейчас была очевидна для всех. Несомненно, это их любовь пропитала воздух, сделав его сладким и пьянящим.
– Еще чуть-чуть. – Его глаза были устремлены исключительно на нее. Больше ничего не существовало. В его взгляде было опасное приглашение потерять и ее саму. – У нас осталось всего несколько мгновений до того, как все закончится.
– Что закончится?
– Музыка. – В ответе было еще так много недосказанного.
– Каллен, – выдохнула она, изучая его лицо, и ей не понравилось то, что она на нем нашла. – В чем дело?
– Я…
Музыка прекратилась. Ее ноги снова коснулись пола, когда его магия мягко отпустила ее. И в тишине раздался новый голос.
– Дорогой, а не потанцевать ли нам?
Дорогой? Эйра оказалась лицом к лицу с девушкой, которую она иногда видела рядом с Ноэль. Ее пронзительные зеленые глаза, ее смуглое лицо, ее тщательно заколотые спиралью каштановые волосы выглядели совершенно иначе, чем ее практичная одежда на тренировках.
Лаветт, дочь Альвстара. Ее отцом был человек, с которым Каллен на днях разговаривал приглушенным тоном. Эйра опустилась на землю, когда начала понимать, что, хотя она была так сосредоточена на угрозе Ферро Каллену, она не подумала о другой игре, которая отнимет его у нее.
Взгляд Каллена переместился на Йемира, который стоял рядом с Альвстаром. Двое мужчин смотрели на них с широкими улыбками.
– Что происходит? – спросила Эйра… нет, потребовала от Каллена.
– Мы… – Казалось, он не мог решить, на кого или на что смотреть, но это точно была не Эйра, в этом он был уверен. – Наши отцы, то есть…
– Скоро будет объявление, – любезно подсказала Лаветт, и Эйра почувствовала исходящий от нее дискомфорт. Они явно оба хотели обойти некую тему, не говоря о ней напрямую. И это было не из-за какого-то объявления, но почему-то на их плечах висел ощутимый страх. Музыка снова зазвучала громче. – Должны ли мы?
– Я полагаю. – Мы должны – это была вторая половина предложения, которую Каллен так явно хотел сказать.
Эйра отступила, пока они танцевали, будучи обескураженной, с напряжением в руках и вымученной улыбкой. Она подошла к тому месту, где завис Йемир, задаваясь вопросом, не собирается ли он устроить ей сцену. Он кивнул головой, когда она встала рядом с ним на краю танцпола, и половину композиции они притворялись, что не замечают друг друга. Но Эйра чувствовала, что он наполнен ужасным самодовольством.
– Больше не интересуешься танцами?
Эйра считала победой то, что не она нарушила молчание.
– У меня немного кружится голова.
– Похоже, у тебя было довольно много партнеров.
– Это было приятным сюрпризом. – Она должна искать Ферро, но все, на что она могла смотреть, были Каллен и Лаветт.
– Эйра, возможно, это пойдет тебе на пользу. Никто здесь не знает о твоих прошлых проступках. Ты могла бы найти подходящую пару и жить в Меру, как ты всегда хотела. – Йемир мог завернуть навоз в комплимент, если бы пришлось. – Похоже, настало время для политически подкованных матчей. – Альвстар усмехнулся с другой стороны от него. – Сначала наша принцесса, а теперь… ах, ну, лучше подождать до объявления.
– Что вы сделали? – прошептала Эйра опасно тихо, не сводя глаз с Каллена и девушки.
– То, что я всегда планировал сделать. – Йемир посмотрел на нее сверху вниз, говоря достаточно тихо, чтобы Альвстар не услышал из-за музыки. – Я нашел выгодную партию для своего сына, которая обеспечит нашей семье политическое преимущество не только в Солярисе, но теперь и в новом ключевом торговом партнерстве.
Она плотно сжала губы, не доверяя себе говорить.
– Ты же на самом деле не думала… – Он усмехнулся. – Я не знаю, что сказал тебе мой сын, но он всегда знал свое место и с радостью принимал его.
Нет, все не так, – хотелось закричать ей. Но это были слова, которые Каллен должен был сказать своему отцу. Они были бессмысленны, если исходили от нее.
– Но я полагаю, что с увлечениями ничего поделать нельзя, особенно молодому человеку, столь достойному, как…
– Когда была помолвка? – спросила Эйра, закончив обходить то, что теперь было так болезненно очевидно.
– Около недели назад.
Воздух был выбит из нее. Эйра положила руку на низ живота, просто чтобы напомнить себе, что она все еще дышит. Неделю назад.
– Когда он узнал? – выдохнула она.
Йемиру не нужно было ничего отвечать, но он, без сомнения, наслаждался, наблюдая за пыткой, которая отражалась на ее лице. У него хватило наглости улыбнуться.
– Примерно неделю назад. Почему ты спрашиваешь?
Каллен знал… Он знал, но не сказал ей… он знал прошлой ночью, когда он… когда они…
Эйра развернулась, не в силах смотреть на танцующую пару. Она была готова выскочить за дверь, когда Йемир схватил ее за запястье. Она впилась взглядом в мужчину.
– Тебе следует воздержаться от действий, которые могут поставить под угрозу этот союз. Может быть, мы и за морем, но не думай, что я не смогу усложнить тебе жизнь, если захочу. Ты все еще из Соляриса. У меня все еще есть власть над тобой. – Он усмехнулся. – Ты выглядишь такой расстроенной. Я просто даю тебе несколько полезных советов.
– Я нахожу все в вас оскорбительным, сенатор, – прошипела Эйра. – Теперь отпустите меня.
– С удовольствием.
Как только она освободилась, она направилась к окнам, выходящими на город, с облегчением обнаружив, что на самом деле это были двери, которые открывались на ряд балконов. Эйра практически побежала вдоль дверей, ища самый уединенный балкон. В поисках места, где она могла бы дышать. Ее платье было слишком тесным, музыка была слишком громкой, люди были слишком угнетающими, взгляды, устремленные на нее, были слишком пристальными – все это было слишком.
Она судорожно вдохнула, когда ее руки опустились на перила балкона. Эйра в тишине выдохнула, вдохнула и посмотрела на звезды над головой. Она несколько раз моргнула, отказываясь позволить себе заплакать. Каллен любил ее. Он говорил ей, зная правду. Он заверял ее, что ничто этого не изменит.
Но… какое это имело значение, когда он собирался жениться на другой? Йемир ни за что не позволит ему расторгнуть помолвку. Она закрыла глаза и проклинала себя всеми известными ей проклятиями. Какой глупой она была. Как…
– Он не заслуживает тебя. Никто из них. – Зловещий голос скользнул в ночной воздух, как яд в вино. – Такие мужчины будут играть с тобой. – Ферро провел пальцем по ее позвоночнику. Эйра не смогла подавить дрожь, когда он коснулся ее кожи пальцами, продолжая даже после того, как он перешел на платье. Его дыхание шевелило ее волосы, когда он прошептал ей на ухо: – Я единственный, кто когда-либо мог любить тебя, отпрыск Аделы. Я единственный близкий, который у тебя когда-либо будет.
Она закусила губу, глядя вперед, желая, чтобы этот ужасный момент оказался галлюцинацией. Она предпочла бы быть сломленной новостями о Каллене, чем позволить этому стать ее реальностью. Все, чего она хотела, это немного передохнуть.
– Теперь, что бы ты хотела, чтобы я сделал, чтобы начать эту вечеринку? Убить их?
Глава тридцать шестая
Б
ыло трудно улыбнуться, и еще труднее опереться на его руку и наклонить голову, чтобы взглянуть на него краем глаза. И все же Эйра справилась со всем этим, и тем, что, как она надеялась, читалась как улыбка облегчения.
– Ферро, я все задавалась вопросом, когда же ты придешь за мной. Я скучала по Столпам и хочу вернуться в их любящие объятия. – Как только она произнесла эти слова, она подумала, не зашла ли она слишком далеко.
Он что-то тихо и долго напевал себе под нос, когда рука скользнула вокруг ее талии, притягивая ее к себе.
– Ты не выглядела так, будто скучаешь по своей новой семье.
– Я танцевала со всеми, кто подходил. Я не хочу вызывать подозрений. – Она остановила себя, прежде чем ее накрыла паника. Пусть он не нацеливается на Каллена. Даже если Эйра не разобралась в своих чувствах, связанных с помолвкой, и в том, как Каллен вел себя при всем этом, она ни за что не хотела, чтобы он был мертв. Она выдавила из себя смех. – Я даже танцевала с Элис.
– Ты абсолютно права. – Его поведение слегка изменилось, быстрое переключение от игривости к работе. – Ты принесла его с собой?
– Да. – Эйра выудила кусок штукатурки, который она взяла из Архивов, из потайного кармана, который она попросила вшить в ее платье. Она использовала этот момент, как возможность отойти на некоторое расстояние от него и наклониться, чтобы посмотреть на бальный зал и другие балконы. Ближайший балкон был пуст, но была пара, прислонившаяся к перилам двумя балконами выше. Тени? Возможно? Хотелось надеяться, что это были они, чтобы убедиться, что план принцессы и Денеи шел гладко – каким бы он ни был с этого момента. – Что мы собираемся с этим делать?
Ферро вынул его из пальцев и перевернул.
– Подумать только, такая мелочь станет отпущением грехов моему отцу, – сказал он сам себе.
– Да здравствует Избранный, – произнесла Эйра, изображая слепую веру, насколько это было возможно.
– В самом деле. – Ферро просиял, глядя на нее с диким блеском в глазах. – Мы с тобой будем первыми, кто войдет в его совершенно новый мир – мир, освещенный Ее священным огнем.
– Что я должна сделать? – Эйра старалась не казаться слишком нетерпеливой в получении какой-либо информации о его плане.
– Сначала мы освободим его, используя твою силу. Затем… – Ферро обнажил знакомый золотой кинжал, висевший у него на бедре. Глаза Эйры слегка расширились. Это был кинжал, который она обнаружила в поместье, тот самый, который Столпы украли у Двора. – Ты войдешь со мной в наш новый мир.
Он протянул ей кинжал. Эйра приняла его обеими руками. После всего, что Столпы сделали, чтобы заполучить клинок, он просто отдал его ей? Новый мир? Должно быть, она выглядела такой же смущенной, как и чувствовала себя, потому что Ферро усмехнулся и подцепил ее подбородок большим и указательным пальцами.
– Ты хочешь быть достойной любви Ярген, даже если родилась в тени могилы Распиана?
– Да. – Она согласилась бы на что угодно, если бы он начал объяснять к чему все идет.
– Ну, вот так и будет. Когда придет время, мы воспользуемся этим кинжалом, священной реликвией Ярген, чтобы снова разжечь пламя.
– Что за священные реликвии? – Она сосчитала до трех, с благоговением глядя на кинжал, надеясь проявить должное почтение.
Ферро положил одну руку на рукоятку кинжала, другую на ножны, и вытащил его из ножен. По центру лезвия тянулась тонкая красная полоска, похожая на рубиновый стержень.
– Этим клинком мой отец убил последний Голос. Зная, что пламя было украдено и, вероятно, потушено, он сохранил немного ее крови. – Ферро говорил с волнением, будто он не рассказывал мрачную историю. – Он Избранный Ярген. И с ним, и с Пеплом Ярген…
– Пеплом Ярген? – Эйра притворилась, что никогда раньше не слышала этих слов. Ферро, казалось, купился на это.
– Ее сила кристаллизовалась, чтобы запечатать Распиана. Но когда твой народ освободил его из гробницы, та раскололась и превратилась в пыль. – Ферро обхватил ладонью ее щеку. – У нас есть все, что нам нужно. Теперь ты поможешь мне вознестись, когда мы вместе снова зажжем Ее пламя. Тогда они не смогут отрицать моего отца, и он будет править этой землей в Ее свете.
– Твой отец… Ульварт? – выдохнула она. – Это действительно он?
Ферро медленно кивнул.
– Я слышала, что Ульварт…
– Мертв? – Он выгнул бровь. – Ты слышала это от предательницы Денеи?
– Среди другой лжи и клеветы, в которые я не верю, – быстро сказала она.
– У меня нет сомнений. – Ферро усмехнулся. – Они думают, что он мертв, потому что они оставили его умирать. Он упал с высокой башни в любящие руки богини. Затем он возродился.
Хоть раз. Неужели он не мог хотя бы раз не говорить загадочными фразами?
– Он обманул их, заставив думать, что он мертв?
Ферро сверкнул на нее глазами с удовлетворенной усмешкой. Он явно каким-то образом был замешан в побеге Ульварта, Эйра была готова поставить на это свою жизнь.
– Я его генерал, верный слуга, правая рука и кровь. Я позаботился о том, чтобы его смерть стала не более чем иллюзией… но при этом эффективной. И теперь он вернется с того света к людям, чтобы стать их Защитником. – Он положил руки ей на плечи. – Готова?
– Да.
– Хорошо. Мы получаем контроль над залом. Последний истинный Голос дал мне слово силы для этого момента. Жди здесь. Ты узнаешь, когда придет время. – Ферро наклонился вперед и нежно поцеловал ее в лоб. Эйра почувствовала привкус желчи во рту. Он оставил ее с кинжалом в руке.
Она должна пойти внутрь. Она должна схватить его за руку и потребовать, чтобы он вышел с ней на танцпол. Один танец, прежде чем мы вступим в новый мир, – мысленно произнесла она. Столпы начали действовать. Пустые балконы внизу замка означали, что Тени тоже не отставали.
Но Эйра застряла. Золотой кинжал сверкнул в лунном свете. Рубиновая струйка крови последнего Голоса (если верить Ферро) текла по его центру. Она могла заняться кое-чем, ей нужна была одна минута, чтобы выяснить, была ли она права. Может она выудит что-нибудь еще из того разговора.
Магия собралась в ее ладони, и тонкий налет инея покрыл кинжал. Он падал на камни вокруг ее ног. Темнота сгущалась вокруг нее, и Эйра приветствовала ее. В той яме она научилась чувствовать более глубокую магию и оттачивала это умение со своими друзьями.
– Расскажи мне все, – выдохнула Эйра. Связь, которую она никогда раньше не чувствовала, встала на место.
Я ждал тебя, – произнес далекий голос Ферро, точно так же, как и в первый раз.
Ты же знаешь, я не могу свободно передвигаться – это был голос Избранного… Ульварта. Теперь Эйра могла его узнать благодаря времени, проведенному со Стопами.
Я знаю, вот почему я волновался. Я подумал, что ты, возможно, заблудился. Выход… Этот разговор, должно быть, произошел, когда Ульварт был в плену.
Они ничего не знают ни о моих действиях, ни о наших планах, – приосанился Ульварт. Он мог незаметно покидать свою тюрьму. У него было время и средства, чтобы устроить свою смерть.
Каковы будут распоряжения?
Всегда такой нетерпеливый. Позвольте мне просто взглянуть на тебя на мгновение, мне не часто удается увидеть своего сына. Ты растешь сильным и способным. Ты будешь достоин, когда придет время.
Я молюсь, чтобы так оно и было.
Это время приближается.
Ферро тихо зарычал.
Амбиции Люмерии приведут ее к гибели. Она игнорирует зло, которое угрожает поглотить всех нас. Мы единственные, кто может спасти эту землю.
Мы одни выстоим против тьмы, – согласился Ульварт.
Ферро ахнул. Должно быть, это было тогда, когда он забрал кинжал у Ульварта.
Отец, ты уверен?
Да. Мы должны реализовать наши планы.
Я готов. – Эйра еще крепче сжала кинжал, когда голос Ферро начал дрожать.
Ты знаешь, что с ним делать.
Я отнесу ей его.
Затем ты пойдешь, соберешь Пепел Ярген и начнешь разваливать сделку Люмерии с еретиками, – приказал Ульварт. – Как только мы овладеем четырьмя реликвиями, мы вновь зажжем пламя, которое направляет этот мир.
И когда это произойдет, ты будешь править.
Реальный мир исчез для Эйры. Был только кинжал и этот единственный разговор. Она вложила в него все свое внимание и магию. Эйра затаила дыхание, не желая, чтобы что-то отвлекло ее от того, что было дальше. Это было все, что она слышала в первый раз.
А ты вознесешься, – сказал Ульварт. – Ты возьмешь Пепел Ярген и кровь Голоса. Кровь Избранного течет в твоих жилах, ведь ты…
… был рожден и крещен, чтобы стать священным разжигателем нового Пламени Ярген. – Голос Ферро дрожал от волнения.
Как только мы зажжем пламя, мы используем его, чтобы направить своенравную толпу Меру обратно к Ее любви. Отныне мы будем неоспоримы. Райзен снова будет под защитой божества.
И под твоим контролем, – добавил Ферро.
Да, и ты, сын мой, будешь обедать за Ее столом на самом почетном месте, которого когда-либо мог достичь смертный.
Я молюсь, чтобы я был достоин этого.
Ты будешь, – сказал Ульварт. – А теперь иди. Возьми кинжал. Спрячь его у них под носом, где он будет храниться, пока не придет время. Я не могу рисковать, держа его здесь дольше.
Я не подведу тебя.
Разговор ускользнул, когда ее магия соскользнула с кинжала кусками льда. Она была права… каждый продуманный маневр и заговор должны были привести их к этому моменту. Столпы потрудились, чтобы собрать реликвии – пепел, кровь Голоса и Избранного, а также человека, которого нужно сжечь. Сегодня ночью они вновь зажгут Пламя Ярген. Здесь было достаточно людей, чтобы засвидетельствовать, как Столпы завоюют умы широкой публики. Они…
Двери на балкон внезапно распахнулись, Эйра отшатнулась. Столпы выстроились вдоль ее пути в своих серых одеждах. Собравшиеся расступились и застыли на месте, расчищая ей путь, чтобы она присоединилась к Ферро на том, что когда-то было танцполом. В конце концов, он оказался именно там, где Тени хотели его видеть… Но, похоже, все пошло не по плану.
Он поманил ее к себе, держа кусок штукатурки в другой руке.
Эйра, пошатываясь, двинулась вперед с колотящимся сердцем. Что происходит? Что она пропустила? Было ли ее отсутствие причиной смены власти? Воздух был тяжелым от затянувшегося молчания, которое обещало, так или иначе, что ночь закончится криками.
Невидимая сила притянула ее к Ферро с кинжалом в руке. Она доставляла то, что он хотел, прямо ему в руки. Она должна бежать. Она должна выбросить кинжал с балкона, пока еще может.
Но ее тянуло к нему очарованием завершенности, слишком сладкой, чтобы ее игнорировать. Тут собрались сотни людей, но никто из них не имел значения. Это было похоже на ту ночь в лесу или более позднюю ночь в убежище Столпов. В конце концов, все сводилось снова и снова только к ней и нему. Но на этот раз она не собиралась его отпускать. Слишком многое было поставлено на карту. Она покончит с этим здесь и сейчас. Ее сердце колотилось в такт мыслям, первое угрожало вырваться из груди, вторые – раскроить голову.
Подойдя ближе, она заметила, что свет, теперь освещающий комнату, исходил не только от люстр. Большой глиф вращался под сводчатым потолком, отражая тот, что был поменьше, вращающийся между лопатками Ферро. Было ли это тем, что заставляло всех оставаться такими неподвижными? Она шла по саду живых скульптур. «Лофт дорх» были словами силы, которые могли заморозить людей на месте, но она никогда не слышала, чтобы их можно было использовать на полном людьми зале. Должно быть, здесь было другое слово с каким-то усилением.
– У меня здесь, – сказал Ферро, поднимая кусок штукатурки, – фрагмент из залов Голоса Ярген. И эта девушка обладает силой раскрыть правду. Она может слушать летописи Богини, чтобы найти то, что было раньше. – Он указал на Эйру, глядя на застывшую на своем троне Ви. Рот был приоткрыт от первоначального шока. – Император и императрица Соляриса признали ее власть. Сама императрица Соляриса сказала, что слова, которые слышит Эйра Ландан, правда.
Сердце Эйры бешено забилось. Она оглядела комнату, но единственными движущимися людьми были Столпы. Двое стояли сзади, создавая барьеры перед дверьми, которые были закрыты на засов. Они все оказались в ловушке.
– Я представляю доказательства! – взревел Ферро. – Короне, Меру, каждому мужчине и женщине, собравшимся здесь, что последний, истинный Меч Света, Ульварт Васпана, был несправедливо обвинен и наказан. Он не гасил Пламя Ярген. Но он вернет его всем вам, если вы дадите ему шанс. Если вы вернетесь к свету.
Эйра перевела взгляд с Ферро на помост, где собрались члены королевской семьи. Столпы отделили рыцарей королевы и Мечей Света от своих подопечных. Позади Ферро стояла группа из шести Столпов, морфи и эльфов, с магией наготове, но никто из них не шевелился. В этом не было необходимости, Ферро держал комнату под своим контролем.
– Расскажи им, что ты слышишь, – приказал Ферро, протягивая ей кусок штукатурки. – Они могут видеть и слышать, но не могут двигаться.
Эйра огляделась, ища Элис, Ноэль или Каллена. Пусть они будут в безопасности, – молилась она.
– Говори!
Эйра вздрогнула от крика Ферро и сосредоточилась на штукатурке. Она сделала вид, что всматривается в нее. Медленно, сжимая кинжал как можно крепче, Эйра перевела взгляд на него.
Она не собиралась позволить им победить. Она не простила Ульварта. И она не собиралась позволить им что-нибудь поджечь. Больше не имело значения, что с ней случится, если она проиграет. Она умрет здесь и сейчас, если это потребуется.
– Я ничего не слышу. – Она смотрела, как он потрясенно отшатнулся.
Его магия дрогнула. Пусть она разобьется на сотню кусочков.
– Ты… ты лжешь.
– Этот кусок ничего не говорит, и Ульварт виновен.
– Ведьма, – закипел он. Он придвинулся к ней, его движения были резкими, словно магия, которую он поддерживал, напрягала каждый его мускул. – Лгунья с Темного острова. Отродье Аделы! Я покажу тебе всю праведность Столпов. А теперь отдай мне кинжал, ты, недостойное дитя зла.
Эйра сделала небольшой шаг назад, отойдя на достаточное расстояние, чтобы получить импульс, опустив свой вес ниже и напрягая мышцы.
– Заберите его у нее! – раздавал приказы Ферро Столпам. Должно быть, он отдавал слишком много магии своему глифе, чтобы напасть на нее самому.
– Ты хочешь его? Прекрасно. Забирай. – Эйра сжала кинжал изо всех сил. Может быть, она наконец-то оправдала их предположения, потому что отпрыск Аделы не колебался бы, и, в конце концов, она тоже. Эйра сделала выпад и нанесла удар, и лезвие встретило свою цель, вонзившись прямо ему в грудь. Погрузившись по самую рукоять, ее плечо столкнулось с его плечом, когда Ферро отяжелел. Он закашлялся, и она почувствовала, как на нее брызнула его кровь.
Все это не соответствовало плану. Все шло не так. Маркус умер. Двор Теней уничтожен. Доверие, которое оказала им Эйра, испарилось.
Но она свершила свою месть, и кровь Голоса в клинке теперь была потеряна, смешавшись с кровью Ферро и пролившись на пол.
Она повернула кинжал, и он хмыкнул. Зал уставился на сцену, разворачивающуюся в их пойманном в ловушку стазисе. Десятки рыцарей. Более сотни чародеев. И их застал врасплох один человек с приспешниками в мантиях. Эйра повернула лезвие в противоположном направлении. Он издал удовлетворенный крик боли.
Никто из вас не смог бы этого сделать, – хотела сказать Эйра людям и их немигающим глазам. Какое суждение они вынесут ей, когда снова смогут двигаться? Неужели она наконец доказала им, что она убийца, о которой они говорили все это время? Это должно было быть сделано. И это выпало на мою долю.
– Я поклялась, что убью тебя, – прошептала Эйра для него и для Маркуса, наблюдающего из царства Отца. – Пусть это закончится.
– Нет, Эйра, – прохрипел он. Его рука обвилась вокруг нее, прижимая к себе с силой, которой не должен обладать умирающий. Он издал ужасный, последний смешок. – Это только начало. – Ферро откинул голову назад, используя ее для поддержки, поскольку его тело обмякло. – Прах Ярген!
Люди позади него бросились вперед, разбрасывая вокруг себя мелкий мерцающий черный порошок. Он сказал, что собрал пепел в Солярисе, в гробнице. Хрустальные пещеры. Глаза Эйры расширились. Это была кристаллическая пыль. Внезапно все их разговоры о войне в Хрустальных пещерах вернулись к ней. Сказала ли она ему что-нибудь, что он не использовал против нее?
– В моих жилах течет кровь Избранного. Кровь Голоса досталась мне от кинжала. Ярген, я твой слуга, сосуд для передачи твоей силы. Моя жизнь принадлежит тебе, и ты можешь использовать ее как растопку.
Он схватил ее за руку, Эйра была слишком ошеломлена замешательством, чтобы сопротивляться, когда он вырвал клинок из своей груди. Кровь текла из его рта и торса, когда Ферро поднял кинжал высоко над собой. Эйра вырвалась.
– На этом клинке была кровь последнего Голоса, последнего истинного Голоса.
Четыре реликвии – кровь Голоса, кровь Избранного, Пепел Ярген и растопка. Она была неправа. Растопка. Не тот, кто разжигает огонь. Ферро имел в виду, что он был добровольной жертвой. Ужас перевернул мир тошнотворным образом.
– Объединяя эти четыре священные реликвии, Ярген, я умоляю тебя. Снова разожги пламя. Направь своих потерянных детей обратно в свои объятия. Верни свой свет этой покинутой земле во славу твоего Избранного и веры!
Ферро поднял руки вверх, словно хотел обнять. Его встретил огонь.
Глава тридцать седьмая
С
толб пламени взвился вверх там, где когда-то стоял Ферро. Эйра отшатнулась, защищаясь от сильного жара, используя свою силу, чтобы не обжечься. Пламя мерцало бело-голубоватым оттенком. Крики Ферро раздавались по залу, скорее крики экстаза, чем боли – ужасный звук, соответствующий отвратительному запаху его пузырящейся кожи и мяса, сгорающих до костей.
Другие Столпы окружили его. Они раскачивались и размахивали руками в небеса. Они хрипели, скандируя на разных языках. Когда Ферро принес себя в жертву, зал снова ожил, и его глиф исчез. Люди, которые когда-то были заморожены магией, теперь находились в плену шока и благоговения.
Эйра посмотрела на помост, задаваясь вопросом, было ли пламя от кронпринцессы. Но если она вызвала пламя, то ей удалось сделать его с помощью магии Ферро. Нет, это не могла быть она. Если бы Ви могла призвать свои силы, она бы сделала это намного раньше. Означало ли это, что Ферро действительно направляла сила богини?
Пламя утихло, не оставив ничего, кроме обугленного круга с золотым кинжалом в центре, чудом не пострадавшего. Языки белого огня плясали на лезвии клинка.
– Пламя… пламя… – скандировали Столпы, раскачиваясь. – Ее могущество. По Ее благословению. Пусть Ярген направит нас еще раз. Пусть Избранный владеет Ее святостью. – Каждый Столп преклонил колени перед пылающим клинком, и ропот поднялся по всей комнате. Несмотря на то, что люди снова обрели автономию, они явно не знали, что с ней делать.
– Это не Пламя Ярген, – раздался чистый и искренний голос Таавина.
Столпы проигнорировали его, продолжая свои песнопения.
– Ярген, направь нас своим светом.
– Это похоже на пламя, – сказал кто-то из толпы позади Ви.
– А может оно и есть? – спросил другой.
– Невозможно.
– Благослови Ярген, даруй нам свой свет еще раз.
– Ты слышал его. У него были реликвии…
– Даруй нам свой свет…
Собравшихся охватили сомнения и смятение. Это было вызвано скрытым благоговением. Эйра поняла, что это было именно то, чего хотел Ульварт. Она стояла вся в крови его сына, и каким-то образом он победил. Даже после смерти Ферро превзошел ее. Она сыграла по их плану, когда они создали то, что Столпы называли Истинным Пламенем Ярген. И даже если Таавин усомнился в нем, демонстрации было достаточно, чтобы придать им правдоподобия.
Контроль Люмерии над Меру был утрачен.
– Невозможно вновь разжечь однажды потухшее Пламя Ярген, – сказал Таавин. – Эти реликвии не были священными.
– Ты лжешь, – парировал один из Столпов.
– Я – Голос Ярген, я – власть.
– Ты марионетка в руках Распиана, братаешься с его последователями и оскверняешь одежды ее святейшества. – Столп потянулся вперед, благоговейно забирая кинжал из кучи пепла. Бледное пламя продолжало танцевать только по его краям. – Этим будет владеть Избранный Ярген, настоящий Избранный. Когда он вернется, прислушайтесь к нам, прими его свет Меру или погрузись во тьму.
Снова раздался шепот по всему залу.
– Что, если это Пламя Ярген?
– Столпы действительно сделали это?
– Настоящий Избранный?
– Кто Избранный?
– Что ты знаешь о Столпах?
Эйра пошатнулась, привлеченная пламенем.
– Избранный вернется ко всем вам! – закричал Столп.
– Он этого не сделает, потому что Ульварт мертв! – выпалил Таавин. Все взгляды устремились на Голос. Эйра увидела, как паника осветила его лицо.
Столпы никогда не произносили имя Ульварта. И, согласно тому, что население знало… Ульварт все еще сидел в тюрьме. Когда шепот стал громче, Эйра сосредоточилась на пламени. Столпы держали его высоко, маршируя к выходу. Ни один из Мечей Света не пошевелился, чтобы остановить их. Рыцари Люмерии были так же неподвижны. После потрясения, пережитого этим вечером, никто, казалось, не знал, что делать.
– Они просто позволят им уйти?
Последней каплей стало то, что она увидела, как мужчины и женщины склоняли головы, падая на колени, складывая руки в благоговейной молитве, когда мимо проходили Столпы.
