Текст книги "Охота Теней (ЛП)"

Автор книги: Элис Кова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

– Я думаю, все мы.

Дюко повернулся к ней лицом.

– Ты у меня в долгу. Благодаря мне ты добралась до человека, за которым охотилась. Если ты знаешь что-нибудь о моей цели, тогда скажи мне. Договорились?

– Договорились, – легко сказала Эйра. Сохранение Дюко в качестве союзника имело гораздо больше преимуществ, чем недостатков.

– Хорошо. – Он зевнул и потянулся. – Думается, я собираюсь попытаться вернуться в постель. Тебе тоже советую. Завтра еще один важный тренировочный день. До соревнований осталось меньше двух недель, и мы должны выжить в любых играх, которые нам предложат Люмерия и Столпы.

– Да, я думаю, тоже пойду, – сказала Эйра, следуя за ним.

Она вернулась в свою комнату, но, похоже, не могла найти положение, в котором ей было бы достаточно удобно заснуть. Вместо этого она провела большую часть ночи, думая о золотом кинжале, который был в руках Призраков, не в силах избавиться от мучительного чувства, что за ним кроется нечто большее, чем кто-либо из них подозревает.

Прошло три долгих, потных дня.

Левит по очереди наблюдал за тренировками с сенаторами. На арену допускались только участники соревнований, но их надзиратели могли сидеть на самом нижнем ряду сидений, выкрикивая распоряжения.

Эйра никогда в жизни так много не бегала, не прыгала и не размахивала мечом. Если она думала, что тренировки, которые она проводила с Элис для подготовки к испытаниям, были ужасными, то это было хуже в тысячу раз. Она так напрягалась, что на второе утро все болело. На третье утро она едва могла сидеть без того, чтобы каждый мускул в ее теле не сдавался агонии.

Элис помогла ей той ночью – она помогла им всем, используя свои целительские способности. Эйра проснулась утром четвертого дня и могла сидеть в постели, не падая в обморок. Она могла стоять, не дрожа коленками. Прогресс был на лицо.

– На меня совсем не похоже вставать раньше тебя, – сказала Элис, когда Эйра вышла из своей комнаты. Ее подруга сидела в одном из кресел у камина, работая над статуэткой кошки – по-видимому, любимого животного Каллена. – Ты больше спишь в эти дни. Что-то… или я должна сказать кто-то не дает тебе спать по ночам? – Элис хихикнула, когда Эйра тяжело опустилась в кресло напротив нее.

– О, ради Матери, Элис, – простонала Эйра. – Будто у меня есть силы даже думать о чем-то, кроме сна. – Ее отношения с Калленом были негласно приостановлены и, она надеялась, временно, поскольку они сосредоточились на том, чтобы выдержать новые режимы тренировок. Но если и было какое-то благословение, которое приносила такая усталость, так это то, что Эйра спокойно спала по ночам.

Элис рассмеялась.

– Да я просто дразню тебя. – Она поставила маленькую статуэтку на стол рядом с собой. Кусочки глины и пыли волшебным образом слетали с ее пальцев, собираясь в небольшую кучку у статуэтки. Элис указала на пол перед своим креслом. – Садись.

Зная, что Элис собиралась сделать, Эйра с готовностью подчинилась. Она села на пол перед подругой, когда Элис погрузила пальцы в мышцы плеч Эйры. Импульсы магии пробежали по ней, дразня ее мышцы, устраняя небольшие разрывы, вызванные тренировкой накануне. У Элис всегда было подробное объяснение того, как работает ее магическое исцеление. Все, что Эйре нужно было знать, это то, что она всегда чувствовала себя потрясающе, когда Элис заканчивала.

– Я следующая, – заявила Ноэль. Эйра приоткрыла глаза, она даже не поняла, что закрыла их.

– Я почти закончила, – сказала Элис, заканчивая легким пожатием и тремя волнами магии. – Хорошо, давай.

Эйра и Ноэль поменялись местами. Наклонившись вперед, Эйра положила локти на колени. Было странно думать, что она была здесь с Ноэль – что они каким-то образом стали подругами. Несмотря на здравый смысл, Эйра попыталась вспомнить детали лица Ноэль в ту ночь с Адамом. Как она выглядела, когда усмехалась и наносила свои словесные удары. Но воспоминание стало несколько туманным. Трудно было представить, что Ноэль была одним и тем же человеком, что и той ночью. Они все выросли.

– Что? – спросила Ноэль, заставив Эйру осознать, что та смотрела на девушку.

– О, ничего. Я думала о том, как далеко мы продвинулись.

– Действительно… в совершенно новую страну. – Ноэль задумчиво посмотрела в окно. – Кто-нибудь из вас скучает по дому?

– Иногда, – тихо сказала Элис. – Но я так долго жила на Юге… В любом случае здесь или в Соларине, я не со своей семьей на Севере.

– Полагаю, в этом есть смысл, – пробормотала Ноэль.

– Разве твои родители не из западной знати? Они разве не живут на Западе? – спросила Эйра. Многие аристократы переехали в Соларин, где заседал истинный двор.

– Да, все так. – Ноэль немного выпятила грудь, чтобы Эйра запомнила такую деталь. – Они часто приезжают в Соларин, чтобы присутствовать при дворе. Так что я вижусь с ними регулярно. – Ее внимание переключилось на Эйру. – А как насчет твоих родителей?

Настала очередь Эйры смотреть в окно.

Ее мысли унеслись так далеко от этой комнаты, как только могли, что предало ее. Мысленно она вернулась к маленькому домику, в котором выросла. Она вспомнила запах очага, то, как все вечно было покрыто сажей в зимние месяцы. Она чувствовала соленый воздух в своих волосах, приглаженных тяжестью отцовской руки, когда он гладил ее по голове и говорил, что она хорошо поработала во время их первой совместной рыбалки.

Каждое воспоминание было настолько хрупким, что даже мысль о них заставляла их разрушаться. Фрагменты были покрыты толстой грязной пленкой, из-за чего их невозможно было еще раз воспроизвести в совершенстве. Даже самые счастливые дни ее детства были омрачены. Чем больше проходило времени, тем больше Эйра задавалась вопросом, было ли что-нибудь из них вообще реальным. Возможно, она просто придумала эти счастливые часы, чтобы заполнить пробелы, которые она не хотела видеть в детстве.

– Эйра… – осторожно начала Элис.

– Моим родителям все равно, что я уехала. Они совсем не заботятся обо мне, – тихо сказала Эйра.

– Это неправда, – запротестовала Элис.

– Из-за меня погиб их сын.

– Смерть Маркуса произошла не из-за тебя.

Эйра слишком устала, чтобы спорить. Больше это не имело значения. Маркус погиб, и она по-своему смирилась с этим.

– Даже если бы это было так… Я пошла против их желаний, приняв участие в соревнованиях. Они не пришли навестить меня, когда умер Маркус.

– Ты же была в тюрьме? – спросила Ноэль, съежившись, словно поняла, насколько ужасно было указывать на это.

Эйра взглянула на нее краем глаза.

– Они даже не оставили моему дяде записки для меня.

Между ними повисло тяжелое молчание. Руки Элис замерли на плечах Ноэль. Эйра вздохнула. Она бы сняла напряжение, если бы могла.

– Все в порядке. Я приношу неудачу людям рядом со мной. Это освобождает моих родителей иметь со мной дело.

– Я не думаю, что они этого хотят, – твердо сказала Элис.

Разговор резко оборвался, когда Каллен вышел из своей комнаты.

– А, всем доброе утро.

Они все поприветствовали его, когда он приблизился.

– Как вы себя чувствуете в этот прекрасный день? – Он одарил Эйру ослепительной улыбкой, которую она заставила себя вернуть.

– У нас все хорошо.

– Я немного поработала над мышцами Эйры и Ноэль. Тебе нужна помощь? – спросила Элис, пошевелив пальцами.

– Я бы не стал отказываться. – Каллен занял место Ноэль, а Эйра вернулась к тому, чтобы смотреть в окно, пока все трое разговаривали без нее.

Упоминание родителей всколыхнуло воспоминания, которые она пыталась похоронить. Она могла обрести временный мир с самой собой, когда дело доходило до смерти Маркуса, но отношения между ней и ее семьей тревожили ее.

Кроме того, оставалась тайна ее биологической матери. Могла ли ее мать действительно быть Аделой? Представиться ли ей возможность узнать об этом? Если где-то и была информация, так это в Архивах. Эйра постоянно возвращалась мыслями к этому. Но когда у нее будет время?

– Доброе утро, участники Соляриса! – пропел вечно жизнерадостный мистер Левит, открывая дверь своей комнаты. – Рад видеть, что вы уже встали и одеты.

– Мы встаем и одеваемся каждый день. – Ноэль одарила его тупым взглядом, который просто соскользнул с лица Левита.

– Но сегодня вы собираетесь раздеться!

– Прошу прощения? – Ноэль подняла брови.

Левит прочистил горло, естественный коричневый цвет его кожи приобрел красноватый оттенок с устрашающим румянцем.

– Чтобы переодеться во что-нибудь получше. – Он ущипнул себя за нос и вздохнул. – Я еще не пил чай, а сейчас еще рано. Сегодня вы все идете к портному, чтобы примерить платья для бала перед турниром! Каллен, в твоем случае костюм.

– Эх, а я надеялся на платье. – Каллен откинулся на спинку кресла с ленивой ухмылкой.

– Если ты хочешь примерить платье, я не буду тебя останавливать. – Левит пожал плечами. – Но сенаторы должны будут дать окончательное одобрение вашим нарядам, чтобы «должным образом» убедиться, что вы достойно представляете Солярис. Так что тебе придется убеждать своего отца.

Ноэль застонала.

– У Йемира худшее чувство стиля. – Она искоса взглянула на него. – Без обид, Каллен.

– Никто не обижается. – Каллен пожал плечами, словно этот факт был хорошо известен.

– Мы отправляемся вскоре после завтрака, – объявил Левит. – Так что будьте готовы проявить себя с лучшей стороны!

Глава двадцать пятая

У

портного был шикарный магазин под названием «НИТКА-ИГОЛКА». Рулоны тканей были сложены у каждой стены, а роскошные материалы растянулись на столах и стульях вдоль длинного магазина. Портной была женщина-морфи по имени Эсталь. Ее волосы были заплетены в замысловатые косы, уложенные на голове, как перевернутая корзина. Она очень гордилась своей прической, заявив, что заплела волосы в честь гостей из Соляриса.

– В конце концов, – сказала она, – кронпринцесса Соляриса всегда заплетает волосы в такие красивые косы.

В задней части магазина находились две примерочные. В середине располагались два пьедестала с зеркалами по бокам. Ноэль и Каллен вошли первыми, пока Эйра с Элис жались у входа, теряясь в кажущихся бесконечными глубинах тканей всех цветов и фактур. Ноэль с Калленом сразу же отвели в примерочные, а потом, когда они появились, их быстро поставили на пьедесталы для обзора.

– Как вам… – пробормотала Элис, обходя Ноэль. – Как вам удалось сшить платье всего за пятнадцать минут?

– Дорогая, некоторые морфи могут использовать сдвиг, чтобы заставить расти растения или вырезать камень. Некоторые совершенствуют свои животные формы. Что касается меня? Текстиль – моя муза и холст. – Эсталь с любовью провела пальцами по подолу платья Ноэль. – Что думаешь, дорогая?

Для Эйры разговор сразу же отошел на второй план, поскольку весь мир, казалось, сузился вокруг Каллена. Спутанные пряди волос, ранее идеально зачесанные набок, несовершенно идеально обрамляли его лицо. Его одели в темно-фиолетовую, почти черную одежду. Замысловатые узоры золотой нитью были вплетены в ткань, что смутно напомнило Эйре картины, которые она видела в таинственной комнате наверху Архивов. Он был смесью традиционного красавца из Соляриса с элементами моды Меру. Когда она смотрела на него, она задавалась вопросом, как она могла замечать каких-то других мужчин, кроме него.

– Ну? Я презентабельный? – спросил ее Каллен с легкой улыбкой.

– Едва ли. – Она одарила его подобием застенчивой улыбки.

Он фыркнул.

– Едва ли – это лучшее, на что я могу надеяться.

– Ты выглядишь потрясающе, – искренне сказала она. – Как в первый раз, когда мы пошли ко двору. Нет, лучше.

– Ты выглядела потрясающей в тот день. Я до сих пор не могу поверить, как тебе шло то платье. Я должен был понять тогда, что мне настал конец. – Он посмотрел на нее с восхищением. То, как эмоции смягчали выражение его лица, делало его страстным. Она не целовала его уже несколько дней, и это казалось уже слишком.

– Извините, что заставил всех ждать. – Йемир, своим появлением, как всегда разрушил момент. Эйра сделала шаг в сторону.

– Все в порядке, отец. – Каллен перевел взгляд с Йемира на нее. На секунду она испугалась, что он может сказать что-то, что выдаст их, но он этого не сделал. Эйра сцепила руки перед собой, пытаясь сжать пальцы до такой степени, чтобы твердо контролировать свои эмоции. Но затаенная боль, которая воспалилась этим утром при упоминании о ее семье, все еще терзала ее душу.

– Нам нужно будет внести некоторые коррективы здесь… и здесь… – Йемир быстро взял главенство в разговоре. Он мало что мог высказать о наряде Ноэль, но когда дело касалось его сына, Эсталь потребовался бы блокнот, чтобы записать все замечания сенатора.

Одна из помощниц Эсталь спасла Эйру от погружения в свои мысли.

– Мисс, не хотели бы вы пойти в примерочную? Госпожа видимо задержится, но мы можем начать приводить вас в порядок.

– О, да, конечно.

Эйра последовала за молодой женщиной в дальний угол магазина. Там была задняя дверь, расположенная между стенами из занавесок с обеих сторон. Помощница привела Эйру в примерочную, попросила ее там подождать и вышла, задернув за ней занавеску. Тяжелый бархат приглушал разговоры, все еще происходившие в центре магазина, и Эйра была уверена, что Йемир еще какое-то время будет занимать Эсталь. С таким же успехом она может устроиться поудобнее, пока ждет.

К сожалению, в примерочной не было стула, только большое позолоченное зеркало, прислоненное к стене. Эйра собиралась сесть на пол, когда ее внимание привлекло движение. Она едва успела отреагировать, когда чья-то рука зажала ей рот, и голос из ее ночных кошмаров произнес:

– Не кричи, зайка. Мы не хотим, чтобы все знали, что я пришел навестить тебя, – прошептал Ферро.

Эйра заставила себя расслабиться, и Ферро отпустил ее. В примерочной внезапно стало темнее. Не было ли это иллюзией с самого начала, как та, что была за окном у Столпов?

Неужели она все еще в яме?

Часть ее всегда останется там.

– Ты пришел ко мне. – Эйра изобразила спокойную безмятежность на лице. Она смотрела на него так, словно он был богом. В Ферро была какая-то неестественная резкость. У его кожи появился блеск, которого она раньше не замечала. Его волосы казались намеренно взъерошенными, будто он только что вернулся с пляжа… или кувыркался в спальне. Последняя мысль заставила ее содрогнуться.

– Конечно, и всегда буду. – Он схватил ее за подбородок. – Я всегда рядом с тобой и твоими драгоценными способностями. Запомни это. – Она кивнула. – До бала осталась всего неделя. Ты это сделала? Ты достала, что требовалось?

Эйра задалась вопросом, было ли это испытанием. Если он действительно понятия не имел, значит, она хорошо спрятала кусок штукатурки.

– Да, я достала то, о чем просил меня Избранный.

Ухмылка, показывающая слишком много зубов, похожая на оскал расползлась по его лицу.

– Хорошо, зайка. Хорошо. Где он?

– У меня нет его с собой. Я бы не стала рисковать…

– Я не спрашивал, есть ли он у тебя, я спросил, где он.

– Надежно спрятан в поместье. – Она избегала быть слишком конкретной.

– Хорошо. Я полагаю, что любители Распиана, с которыми ты вынуждена общаться, будут задержаны здесь на некоторое время. Может быть, мне стоит пойти и забрать его.

– Нет!

– Нет? – Его ухмылка исчезла, темнота окутала его лицо, когда тени, казалось, стали длиннее вокруг него. Если кто и любил темного бога… так это был он. – Ты смеешь…

Эйра схватила его за руку обеими руками.

– Это слишком рискованно. Я потеряю свою цель, если с тобой что-нибудь случится. Ты мой проводник и хранитель.

– О, ты прелесть. – Он провел костяшками пальцев по ее щеке. – Они никогда не поймают меня.

– Поместье хорошо охраняется. Они усилили защиту с тех пор, как я вернулась. – Не рыскай по моей комнате. Клянусь любовью Матери, я не хочу, чтобы ты был в моей комнате, – мысленно кричала Эйра. – Я буду сильно переживать, если ты туда пойдешь. Позволь мне самой принести его тебе.

Он мрачно усмехнулся.

– Я просто проверял твою преданность мне. Все идет по плану. Ты внесешь свой вклад, когда придет время, нет необходимости спешить. – У него была самая ужасная улыбка. – Но не бойся за меня. Даже если я войду в поместье, они никогда не поймают меня, и ты хочешь знать почему?

– Почему? – Ее руки покрылись тонким слоем пота, пульс участился.

Ферро наклонился к ней, заставляя ее сердце биться быстрее.

– Я открою тебе маленький секрет… это место – часть моего наследства. Я играл там в детстве.

– Что? – ахнула Эйра.

– Оно было моим до того, как они забрали все у моей семьи. Ведьма Люмерия пыталась стереть с лица земли имя моей семьи, наше наследие.

– К-как она смеет! – Ее голос слегка дрогнул. Эйра надеялась, что он не заметил, как она была потрясена мыслью о том, что он связан с поместьем, в котором она остановилась.

– Да, но есть одна вещь, которую она не может вынести… никто из них не может. – Его рука переместилась ей за голову, ногти впились в кожу головы, когда он схватил ее за волосы и дернул, чтобы его глаза оказались на одном уровне с ее. Эйра не издала ни звука, изо всех сил стараясь сохранить бесстрастное выражение лица, в то время как ее глаза слезились от боли, вызванной тем, что ей чуть не вырвали волосы. – Мое право по рождению быть первым помощником Избранного, его правой рукой, тем, кто принесет истинный свет в этот мир. И как только ты снимешь грехи с моего отца, я возьму тебя с собой в мир Ее сияния. Никто другой не будет иметь права на твою силу, кроме меня. – Его слова обожгли ее лицо. Эйра содрогнулась от ужаса, пока смотрела в глаза сумасшедшего. Подумать только, когда-то она находила его желанным.

– Слава Избранному, – прошептала Эйра. Казалось, прошло слишком много времени, а никто не пришел проверить, как она. Но ни у кого не было причин подозревать, что она угодила в ловушку с Ферро.

– Действительно слава, – сказал он с рычанием и отпустил ее. – Подумать только, когда я впервые встретил тебя, я увидел в тебе не более чем глупую девчонку, которую можно использовать. Теперь ты станешь для меня намного большим. – Он провел пальцем по ее щеке, обвел шею и наклонился вперед, чтобы прошептать ей на ухо: – Будь спокойна, зайка. Представь, что прямо здесь мой поводок туго затянут вокруг твоего горла. Ты дышишь только для меня. Ты действуешь только для меня. Ты моя.

Эйра резко вдохнула, и к тому времени, как она выдохнула, он исчез. Только вспышка света и шелест бархата выдали, что он когда-либо был здесь. Она отступила назад, на шаг, потом еще на два, ударившись спиной о стену. Пространство внезапно стало слишком маленьким, на нее сдвигались стены.

Ты моя. Эти слова были грубой и жестокой формой одержимости. Ферро действительно верил в то, что ее жизнь принадлежит ему, и он может делать с ней все, что ему заблагорассудится. Даже если это владение не было собственническим, а проистекало из его жажды власти… что бы сделал Ферро, если бы узнал о Каллене? Он, без сомнения, увидел бы в Каллене угрозу своему контролю.

Что она натворила? Какой опасности ее любовь подвергла Каллена? Его жизнь может быть ценой потакания ее фантазиям.

Эйра поднесла руку ко рту, борясь с желанием вырвать. Она прерывисто вдохнула и выдохнула через нос. Она должна взять себя в руки. Ей придется взять себя в руки и выглядеть спокойно.

Ты придумала эту игру. Выбор был за тобой. Она повторяла эти слова снова и снова. Если она выбрала это, то выбор означал, что она сможет справиться со всем, верно? Обслуживающий персонал будет здесь в любой момент. Она должна была взять себя в руки…

Занавеска открылась, открыв улыбающееся лицо помощницы-морфи, но выражение ее лица быстро омрачилось.

– О боже, с вами все в порядке? – Женщина бросилась к ней.

– Я… да. – Эйра сглотнула желчь и отвращение к себе. – Я. У меня просто на мгновение закружилась голова, и стало немного подташнивать, вот и все. Возможно, я съела что-то нехорошее на завтрак. – Она попыталась улыбнуться. Судя по выражению лица помощницы, она не очень хорошо с этим справилась.

– Вы очень бледная. – Помощница нахмурилась. – Хотите, я позову целителя?

– Нет, нет. – Эйра покачала головой. – Я уже чувствую себя намного лучше.

– Хорошо. – Женщина отступила назад и указала на центр комнаты перед зеркалом. – Если вы не против.

Эйра сделала, что ей было сказано, но она еле держалась на ногах. Казалось, ее дух еще не совсем вернулся из того подводного места, куда он удалился в глубинах ее сознания. Она уставилась в зеркало. Это я, – сказала себе Эйра. – Мое тело принадлежит мне, потому что оно все еще движется так, как я ему говорю. Мои мысли по-прежнему принадлежат мне. Я не принадлежу ему от слова совсем.

– Итак, мы думаем… – Помощница шагнула вперед, положив руки на бедра Эйры.

– Не прикасайтесь ко мне! – Эйра вывернулась. Мысль о том, что кто-то прикоснется к ней прямо сейчас, была совершенно отвратительной. Ей нужно было побыть одной, наедине с самой собой. Чтобы никто не напрягал ее, никто не заявлял на нее права.

– Я… простите. Но чтобы примерка состоялась, мне нужно задрапировать ткани и иметь возможность прикасаться к вам. – Помощница заломила руки с виноватым видом. – Я могу найти кого-нибудь другого. Если я сделала что-то, что поставило вас в неловкое положение…

– Нет… нет… это не из-за вас. – Эйра покачала головой. – У меня сегодня странный день. Простите. – Она выдавила из себя смешок. Он был даже хуже, чем ее улыбка.

– Все в порядке. Я сделаю все возможное, чтобы прикасаться к вам как можно меньше. – Помощница была верна своему слову. Она только слегка постукивала по Эйре одним пальцем, когда это было абсолютно необходимо, чтобы объяснить покрой или линию одежды, которую выбирали для нее.

Эйра пыталась вникнуть, но все время отвлекалась. Она то и дело оглядывалась, будто могла обнаружить притаившегося в углу Ферро, ухмыляющегося, как дьявол, которым он и был на беспорядок, который он ей устроил. Довольного тем, что он держит один конец ее невидимого поводка….

– А теперь, будьте добры, разденьтесь.

– Прошу прощения, что?

– Мне нужно, чтобы вы разделись для следующей части – только до нижнего белья, не полностью. – Помощница улыбнулась. – Я собираюсь задрапировать вас муслином и для ознакомления создать примерный дизайн, который мы обсуждали. – Эйра, честно говоря, понятия не имела, что это был за дизайн, и этот факт слегка напугал ее. Ферро полностью запудрил ей мозги, лишив возможности думать или функционировать. – Затем придет Эсталь, чтобы внести коррективы и воплотить дизайн с наилучшей и наиболее привлекательной тканью.

– Я не могу, – прошептала Эйра.

– Прошу прощения?

– Я не могу. – Эйра покачала головой и, пошатываясь, пошла прочь. – Я не могу сделать это прямо сейчас. – Она только что была обнажена одним присутствием Ферро. Она чувствовала запах его одеколона. Разве помощница его не слышала? Как она могла не замечать призрак мужчины, таящийся в каждом углу? Как вообще помощница могла дышать? Воздух был таким разреженным.

– Позвольте мне заверить вас, что это совершенно нормально в нашей работе. Большинство молодых женщин вашего возраста беспокоятся о несовершенстве своего тела, но вы прекрасны. И я с величайшим уважением и благоразумием отношусь к вашей скромности. – У женщины была ласковая улыбка и расстроенные глаза, ее терпение было на исходе.

– Мне очень жаль. – Эйра помотала головой из стороны в сторону. Улыбка сползла с лица помощницы. – Простите!

Прежде чем помощница успела сказать что-нибудь еще, Эйра прорвалась сквозь занавески к стеллажу с тканями. Она упала на пол вместе с двумя большими рулонами.

– Эйра! С тобой все в порядке? – Ноэль бросилась к ней, чтобы помочь подняться.

– Что происходит? – Элис высунула голову из своей примерочной.

– Матерь Небесная, просим прощения за нее. Девочка явно выросла в сарае, – извинился Йемир перед Эсталь.

Все взгляды были устремлены на нее. Эйра уставилась на протянутую руку Ноэль и медленно покачала головой. Оттолкнувшись от земли, она покачнулась, а затем побежала. Она побежала от шокированной Ноэль и криков Йемира. Она бросилась к двери и выбежала на свежий воздух.

Она бежала, и бежала, и бежала, не зная, куда направляется, и ей было все равно.

Прочь.

Ей надо было быть подальше… от Ферро, Столпов, ото всех.

Глава двадцать шестая

Д

ни тренировок и умелые руки Элис сделали больше для ее восстановления, чем надеялась Эйра. Она бежала, казалось, несколько часов, прежде чем, наконец, не остановилась из-за разболевшегося бока. Эйра согнулась пополам, и ее вырвало на канализационную решетку, молясь, чтобы внизу не притаились Тени. Учитывая, как «хорошо» все шло в остальном, она была уверена, что ее только что вырвало на голову Денеи.

Вытирая рот тыльной стороной ладони и не обращая внимания на косые взгляды прохожих, Эйра подняла глаза вверх, пытаясь сориентироваться, какое направление она взяла. Она издала смешок мрачного веселья.

– Ну, вот, опять, почему все должно возвращаться сюда? – спросила она у возвышающихся Архивов Ярген над ней.

Она далеко убежала. Эйра продолжила свой путь по лестнице, ведущей на главную площадь. Она вошла в Архивы и остановилась, уставившись на пустой очаг над головой и пытаясь представить там иллюзорное пламя, о котором рассказывала Денея. Пламя, которое должно было олицетворять свет, истину и справедливость, а также богиню всего хорошего в этом мире.… Подумать только, что оно было подделкой.

Неудивительно, что Столпы утверждали, что общество Меру прогнило изнутри, покрыв себя тонким налетом добропорядочности. Денея же доносила это так, будто сами основы их веры были ложью на протяжении веков. Какая еще ложь была тщательно замазана под полуправду?

– Эйра, ты ли это? – произнес прерываемый ветром голос слева от нее. Ее взгляд сфокусировался. Это был тот же старик, который проводил для них экскурсию по Архивам, когда она была здесь в первый раз.

– Киндред Аллан?

– Да, я рад, что ты помнишь мое имя. – Он заковылял к ней, мягко постукивая тростью по кафельному полу. – Что ты ищешь сегодня?

– Я… – Она поперхнулась словами. Было слишком сложно притворяться, что с ней все в порядке. Лжи становилось слишком много. Она так устала. – Я просто хочу найти безопасное место для отдыха. – Тихие слезы потекли по ее лицу.

– Пойдем, дитя, пойдем.

Ее разум кричал, что он может быть Столпом, но она устала шарахаться от теней и сражаться с невидимыми врагами. Если она ошибочно поверит в это… тогда, по крайней мере, все это закончится, так или иначе.

Киндред Аллан повел ее вверх по лестнице и по дорожке, которая вела к залам Жаворонков. Он коротко поздоровался с другими мужчинами и женщинами в малиновых одеждах, которые бросали на нее любопытные взгляды, но ничего не говорили. Он отвел ее в небольшую гостиную, прогоняя других Жаворонков, которые занимали ее. По всей комнате были разбросаны подушки, а вокруг низкого столика с наполовину законченной игрой на нем были расставлены стулья.

– Пожалуйста, садись. Здесь ты в безопасности. Ты выглядишь голодной и тебе нужно попить, я принесу тебе немного еды.

– Вам не нужно… – Эйра не успела закончить, как он вышел за дверь.

Она оглядела комнату, задаваясь вопросом, как она оказалась именно здесь из всех мест. С монументальным вздохом, перешедшим в пронзительный, болезненный стон, Эйра рухнула на груду подушек под окном. Ткани были изношены и изъедены молью. Их цвета потеряли свой блеск из-за слишком долгого пребывания под прямыми солнечными лучами. Но в них была какая-то изношенная фамильярность. Несмотря на то, что это был первый раз, когда ее пальцы прослеживали замысловатые узоры, многие люди приходили сюда до нее, ища отсрочки и момента, чтобы перевести дыхание, как и она.

Эйра прижала подушку к груди, свернулась калачиком и просто сосредоточилась на дыхании. Она чувствовала, как лед потрескивает у нее под кожей, пытаясь проявиться, как в день откровения – пытаясь заглушить ее. Эйра боролась, чтобы сдержать его. Как бы тяжело это ни было, она должна была продолжать чувствовать. Онемение было хуже, даже опасно.

Дверь снова открылась, и Эйра вскочила, готовая к нападению, но тут же расслабилась, увидев, знакомые лица, спешащие поприветствовать ее.

– О, слава Матери! – Элис обвила руками шею Эйры. – Ты здесь.

– Спасибо, что присмотрели за ней, – сказала Ноэль Аланну.

– Элис? Ноэль? – Эйра моргнула. – Что вы здесь делаете?

– Очевидно, мы побежали за тобой. – Ноэль закатила глаза, помогая Аллану поставить блюдо с чаем и пирожными на стол в центре комнаты, отодвигая игровые фигуры. – Ты выбежала, как одержимая.

– Мы так волновались. – Элис схватила ее за руки. – Ты вела себя немного странно после разговора о твоих родителях. Мы подумали, что расстроили тебя.

Разговор о ее семье… это было сегодня? Все перемешалось в голове Эйры.

– Нет, вы ничего такого не сделали. Простите, что заставила вас беспокоиться.

Ноэль что-то мурлыкала себе под нос, садясь в одно из кресел. Аллан закрыл за собой дверь, предоставив им уединение.

– Что ты сказала мне в Башне целую вечность назад? – Ноэль сделала вид, что думает о том, что собиралась сказать, хотя было ясно, что она все помнит. – Что ты не должна извиняться без необходимости?

– Я не думаю, что это было то, что я сказала. – Эйра слабо улыбнулась.

– Ты это имела в виду. – Ноэль наклонилась вперед, накладывая себе пирожное. – Итак, что произошло?

– Где Каллен? – спросила Эйра, как только до нее дошло, что его нет. Ее разум уже придумывал тысячу причин, почему он не пришел… Большинство из них были связаны с тем, что Ферро каким-то образом узнал о них и делал с ним ужасные вещи.

– Держит своего отца на расстоянии, – ответила Ноэль.

– Он очень хотел отправиться за тобой, но попросил пойти нас, чтобы он мог отвлечь внимание своего отца и Левита, дав нам фору, – добавила Элис.

– А… – Эйра уставилась в окно. – Ему не следует так беспокоиться обо мне.

– Этот корабль уплыл. – Ноэль фыркнула.

Эйра нахмурилась и огрызнулась:

– Ты понятия не имеешь, почему я так говорю. Это не просто беспокойство о наших будущих перспективах или о его отце. – Хотя, это были также обоснованные опасения.

– Тогда почему бы тебе не просветить нас? – Ноэль наклонила голову.

– Я не могу. – Желудок Эйры скрутило. Она не могла смотреть ни одной из них в глаза.

– Эйра… – Элис сжала ее руки. – Пожалуйста… вспомни, когда ты вернулась из… из того места. Ты обещала рассказать нам и сделала это. Ты сказала, что понимаешь, что не сможешь сделать это в одиночку.

Эйра уставилась на свои пальцы, переплетенные с пальцами подруги, чувствуя боль в груди. Она ненавидела это навязчивое чувство, которое Ферро поселил в ней. Он был как колючее растение, пускающее корни глубже, чем она когда-либо могла себе представить. Единственный способ стряхнуть его – разделить с ними бремя… но как она могла, когда отвращение и разочарование в себе были так сильны?