Текст книги "Охота Теней (ЛП)"
Автор книги: Элис Кова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)
– В десять раз, – тихо повторила Эйра, представляя с трудом.
– Увидите, когда доберетесь туда. – Парень подмигнул ей и направился к другой стороне арены со своими собратьями.
Внезапная тишина воцарилась над толпой, за которой последовал ропот, распространявшийся по арене. На арене находилась платформа, и женщина, полностью покрытая слоями шелковых тканей, подплыла к краю. Королева Люмерия подняла руки.
– Победители-участники, прибывшие из государств за морями! Ваше присутствие тут означает демонстрацию веры вашей родины. Вы прибыли, чтобы принять участие в том, что, мы надеемся, станет турниром на века. Новой традицией праздновать наше единство! – Раздались вежливые аплодисменты, пока Люмерия переводила дух. – Каждый день, начиная с этого момента и до начала турнира через две недели, у вас будет возможность тренироваться здесь. Прислушайтесь к советам и проницательности моих рыцарей, чтобы лучше подготовиться. Пять королевств смотрят на вас с нежностью – нам не терпится увидеть, на что вы способны.
Снова раздались аплодисменты, на этот раз громче.
– Мы знаем, что ваше прибытие было омрачено, хотя весь Меру хотел приветствовать вас по прибытию к нашим берегам. Теперь же, когда те, кто угрожал вам, наказаны, мы с нетерпением ждем турнира и всех его празднований до, во время и после соревнований.
– Наказаны, – усмехнулся Каллен себе под нос. Эйра бросила на него взгляд. Он поджал губы и слегка кивнул. Столпы, возможно, были самым плохо хранимым секретом во всём Райзене, но королева явно пыталась не дать им никакой дальнейшей возможности закрепиться в общественном сознании, делая вид, что их вообще не существует.
– С этой целью я рада объявить, что я открою двери своего замка для всех вас, ваших высокопоставленных лиц и моих уважаемых друзей в ночь перед началом турнира ради бала.
Толпа зааплодировала, когда Люмерия отошла в сторону. Массы вели себя так, будто их всех собирались пригласить. Конечно, может быть, так оно и было. Замок Люмерии, безусловно, был достаточно большим и впечатляющим, чтобы вместить сотни гуляк.
В мыслях участников не было ни намека на загул. Они настороженно смотрели друг на друга. Впервые до них начало доходить, что они были конкурентами друг другу. Атмосфера в поместье была достаточно дружелюбной, но здесь она уже становилась насыщенной критическими и оценивающими взглядами. Даже если турнир был призван внушить добрую волю, было ясно, что все они собрались здесь, чтобы победить и вернуть славу на свою родину. Кто знал, что на самом деле поставлено на карту у каждого участника?
– Означает ил это, что мы начинаем тренироваться сейчас? – спросила Элис.
– Видимо, да. – Эйра пожала плечами.
– Я не какая-то дрессированная собачка, которая собирается показывать зрителям фокусы для… – Ноэль не успела договорить.
Раздался свист, и по толпе прокатился ропот предвкушения. Все четверо обернулись как раз вовремя, чтобы увидеть, как Харкор, принц дракони, издал могучий рев в небеса. Звук превратился в пламя, когда он выдохнул огонь.
– Мне не терпится возглавить турнир! – провозгласил Харкор с ревом. – Дракони покажут каждому королевству нашу мощь. – Его собратья подчеркнули это заявление, дважды хлопнув себя по центру груди и издав гортанные звуки согласия.
– Я должна быть впечатлена тем, что он плюется огнем? – Ноэль сложила руки на груди и высунула язык, с кончика которого сорвалась огненная вспышка.
– Давайте не будем вдаваться в подробности, – предложил Каллен. – Это всего лишь первый день, и у нас есть две недели до начала турнира. Возможно, было бы разумно немного ослабить наши удары и воздержаться от демонстрации того, на что мы действительно способны.
Они вчетвером продолжали наблюдать, как другие группы участников рассаживаются по своим углам арены. Магия пульсировала от морфи, превращая мечи в розы и их тела в зверей и птиц. Эльфы двигались с помощью светящихся глифов. Ребята из Квинт надели на свои запястья крошечные браслеты, которые вызывали искры, пламя и порывы ветра, похожие на стихии Соляриса.
– Эйра. – Голос Денеи нарушил их молчаливую оценку конкурентов. Она даже не слышала, как подошла Денея. – Ты можешь пойти со мной? У меня есть вопрос, касающийся твоего похищения.
– Конечно. Я скоро вернусь, ребята.
Эйра последовала за Денеей по одной из двух дорожек, которые вели к арене и от нее. Денея оглянулась, быстро оценив обстановку, прежде чем схватила Эйру за руку.
– Дарроу ватт радиа. Дурро салвас темпре, – быстро прошептала она. Глифы окружили их сцепленные руки. – У нас не так уж много времени, и нам предстоит проделать большой путь.
Эйра хранила молчание, внимательно слушая, пока Денея отдавала приказы.
– Если они спросят, ты скажешь им, что ускользнула от меня, улизнув во время тренировки. Но давай надеяться, что ты не особо с ними пересечешься, чтобы у них не было возможности расспрашивать тебя.
Эйра кивнула, они пересекли дорожку и вышли на площадь, по которой участников сопровождали менее часа назад. Ей не нужно было спрашивать, кого Денея имела в виду под словом «они». Было ясно, что она имела в виду Столпов.
– Мы направляемся в Архивы? – спросила Эйра.
– Куда же еще? – Денея бросила на нее взволнованный взгляд. – Давай найдем тебе этот дурацкий камень.
Глава двадцать третья
Д
енея повела ее по переулку к двери, которую открыла ключом на поясе. Проход был зажат, по крайней мере, между четырьмя зданиями, строительный раствор и камень менялся по мере продвижения. В конце пути оказалась небольшая комнатка, больше похожая на кладовку. Денея указала на сменную одежду, которая напоминала наряды эльфов.
– Быстро переодевайся. – Денея передала ее Эйре.
Она сделала, как было приказано, сняв одежду участника и надев простое платье и жакет. Завершала ансамбль широкополая шляпа, украшенная цветами.
– Готово.
– Хорошо. – Денея схватила плащ с крючка на стене и накинула его на плечи. – Теперь ты немного менее узнаваема. Я собираюсь выйти первой. Когда я постучу, сосчитай до двадцати, прежде чем уйти. Иди налево… потом, когда увидишь Архивы, иди прямо к ним.
– Вы не пойдете со мной? – Мысль о том, что она впервые после плена окажется в городе одна, заставила ее грудь сжаться от небольшого испуга.
– Конечно, пойду. Я буду плестись позади. Возможно, ты меня не увидишь, но я буду рядом.
– Я бы чувствовала себя в большей безопасности, если бы…
– Если какие-нибудь Столпы следят за тобой, они заподозрят неладное, увидев нас вместе. – Денея пристально посмотрела на Эйру. – Послушай меня: ты будешь в безопасности. Если я так говорю, то значит, что оно и будет. Делай, как я говорю, и доверься мне.
Эйра проглотила замечание Денеи о том, что в поместье будет безопасно… чтобы потом обнаружить там скрывающихся врагов. Но Столпы не предпринимали никаких действий против Эйры, пока Эйра не высовывалась. К тому же она поклялась следовать приказам Денеи; пришло время доказать, что она может.
– Ясно, – сказала Эйра, доверяя главе Призраков всей душой.
– Хорошо. – Больше никаких слов ободрения не последовало. Денея выскользнула за дверь и оставила Эйру одну. Примерно через минуту раздался ожидаемый стук. Эйра медленно сосчитала до двадцати, вышла и направилась налево.
На улице было тихо, она шла, опустив голову, сопротивляясь желанию оглянуться в поисках Денеи. Воображаемые враги прятались за каждой колонной галереи, которую она проходила. Они бездельничали в провалившихся дверных проемах закрытых магазинов и закрытых ставнями гостиниц. Должно быть, это был не самый приятный районы Райзена. Этот забытый уголок города был так похож на бедные районы Соларина, даже на Опариум. Нищета, она везде нищета.
Она вышла на солнечный свет в конце улицы и посмотрела вверх. Конечно же, Архивы были видны, но дальше, чем она ожидала… или надеялась. Она не знала, сколько времени Денея выиграла для них, но у Эйры было острое чувство, что поспешность станет ее другом. Выбрав улицу, которая, казалось, шла в грубом направлении вверх к большому шпилю, Эйра начала пробираться через Райзен.
Дважды ей показалось, что она краем глаза заметила Денею, но она не присматривалась, чтобы точно убедиться. Однажды ей показалось, что она узнала мужское лицо одного из Столпов. Эта похожесть едва не заставила ее внезапно остановиться, но мужчина прошел мимо, даже не взглянув в ее сторону. Эйра выпрямилась, держа голову высоко поднятой, и смотрела вперед, не обращая внимания на бешеное биение своего сердца.
Целая и невредимая она прибыла в Архивы, хотя слегка и запыхалась от быстрой ходьбы и долгого подъема по лестнице. Мечи света патрулировали большую площадь перед Архивами, и двое были выставлены по обе стороны от дверей. Но никто из них не остановил ее, когда она вошла.
– Сюда, – пробормотала Денея, протискиваясь мимо нее. Эйра чуть не подпрыгнула на месте. Она и не подозревала, что Денея была так близко. Женщина могла двигаться более бесшумно, чем Дюко в форме крота.
Денея повела их вверх по боковой лестнице, начинающей огибать круглую башню Архивов, все выше и выше.
– Туда, где находилось Пламя Ярген до того, как оно погасло, не так ли? – пробормотала Эйра, в основном про себя, когда ее, наконец-то осенило.
Денея остановилась, глядя на гигантскую потухшую жаровню. В ее глазах была какая-то печальная тоска, эмоции, которые слишком долго оставались без присмотра в океане времени.
– Да, давным-давно.
– Разве Ульв… – Денея бросила на нее свирепый взгляд, и Эйра перефразировала: – Разве оно не было погашено совсем недавно? Около тридцати лет назад?
– Настоящее пламя, да, – наконец ответила Денея и снова двинулась вперед. – Но настоящее пламя уже давно не горело в этом очаге.
– Что?
– Пламя, которое видно было по всему Райзену, было иллюзией… не более того. Настоящее пламя было ослаблено до такой степени, что его держали спрятанным. – Денея говорила, не оглядываясь. Эйре пришлось приблизиться насколько можно, чтобы услышать ее тихие слова.
Эйра ждала, чтобы задать следующий вопрос, пока Денея не открыла люк в полу, и они снова не оказались в коридорах, ведущих к последней лестнице и комнате, в которой она в последний раз встречалась с Таавином.
– Он действительно погасил настоящее пламя?
Денея не отвечала, пока они обе не оказались на платформе наверху лестницы. Она уставилась на пустую комнату, вспоминая видимо то, что Эйра даже представить себе не могла. Здесь была история, которую Эйра только начала собирать воедино. История, в которую были вплетены Денея, Таавин и Ульварт.
– Правду о том, что случилось с Пламенем Ярген, слишком трудно рассказать. Она не создана для смертных умов.
– Но…
Денея повернулась лицом к Эйре, ее голубые глаза сияли почти фиолетовым в тусклом свете.
– Не задавай вопросов, если не готова к ответам. И поверь мне: ты не готова. Если ты думала, что уже подвергаешься риску из-за того, что знаешь, ты понятия не имеешь, к чему приведет такая линия допроса.
Эйра закрыла рот и слегка кивнула.
– Хорошо, теперь давай найдем тебе говорящий сосуд, чтобы убедить их, что ты была здесь. – Денея вошла в комнату первой, Эйра держалась на два шага позади.
Место было безлюдным, как и в прошлый раз, когда она была здесь, но на этот раз Эйра не была безнадежно отвлечена Таавином. На этот раз она могла осмотреть комнату. Призрачные очертания портретов, когда-то висевших на стенах, были годами выжжены на штукатурке солнечным светом. На полках, из-за пыли, что собралась вокруг, все еще виднелись следы стоящих там некогда безделушек.
Комната была в форме восьмиугольника с четырьмя дверями. Первая была той, откуда они пришли; другая была в уборную; в совершенно пустую комнату вела третья; но за четвертой дверью была странная, абсолютно темная комната, которая манила ее нежными ласками магии, настолько мощной, что Эйра понятия не имела, как она не почувствовала этого в первый раз, когда она была здесь.
В отличие от остальных помещений, эта комната была без украшений – здесь не было изящных узоров из мечей, птиц и солнц. Она была пуста, если не считать единственного пьедестала. На вершине каменной колонны было углубление. В пустой чаше собралась сила, которая притянула Эйру сюда. Она почти видела, как она кружится, переливаясь через края пьедестала. Магия была подобна маяку, свету зовущему ее во тьме. Она манила. Она была так же сильна, как первое волшебство, которое она почувствовала после выхода из ямы.
Эйра не могла помешать своей магии вырваться из нее, чтобы поприветствовать эту силу. Ее магия проникла в поры камня и зажгла слова, заключенные в осколках магии. Это были отрывки, произносимые снова и снова разными людьми, но в то же время это были одни и те же слова. Она знала голоса, и все же не могла точно определить их местонахождение. Это было не похоже ни на одно другое эхо, которое она когда-либо слышала.
Это… не… настоящее пламя?
Да… легендарное пламя… осталось от него.
Я знаю… наша судьба.
Трумсана.
… делать сейчас?
Я слышал богиню.
Я хотела… всего, чего желал ты… только так.
Трумсана.
Когда угодно… готов.
Трумсана. Трумсана.
Бессвязные и оборванные слова не собирались прекращаться. Фрагменты разговоров мерцали, как свеча на ветру, отбрасывая на стены призрачные тени. Казалось, они кружились в ее голове, как вихрь, все быстрее и быстрее, захватывая ее в нарастающий поток звуков. Два голоса, три голоса, шесть. Все те же люди. Все знакомые. Все разные. В этом не было никакого смысла. Это разорвало бы ее на части.
Отдай мне пламя. Голос Денеи. Оно… повелевает этим.
… будет убит.
Смерть приходит за всеми нами.
Трумсана.
Где оно? – взревел мужской голос, который показался ужасно знакомым. Он отличался от шепотов, что она только что слышала. Это был голос человека, которого они называли Избранным. То, что ты… разрушила… убьет тебя.
Трумсана. Трумсана. Трумсана. Трумсана. Трум…
Шум достиг крещендо из сотни голосов в голове Эйры. Она закричала и схватилась за голову.
– Прекрати, – умоляла она, убирая свою магию. – Прекрати! – Ее трясло.
– Эйра, посмотри на меня. Эйра, посмотри.
Эйра открыла глаза и уставилась на Денею. Женщина держала руки на руках Эйры, сжимая ее так крепко, что, без сомнения, останутся синяки. Эйра тяжело дышала, ее голова раскалывалась от невыносимой боли.
– Что ты услышала? – прорычала Денея.
– Я… очень тяжело. – Эйра покачала головой.
– На самом деле ты не должна была ничего здесь слушать. Я говорила тебе не задавать вопросов.
Но теперь было уже слишком поздно. Голоса вырвались на свободу, и комната внезапно ожила. Эйра слышала разговоры между Ульвартом и последним Голосом Ярген – женщиной, которая занимала эту должность до Таавина. Она слышала Денею и ту же женщину, когда Денея спросила прежний Голос о пламени. Она слышала голоса Ви и Таавина в разговорах, которые не имели смысла. Сосуды практически кричали, чтобы она слушала, словно они пытались выгрузить тысячи лет невысказанных секретов и историй.
Голос Денеи из далекого прошлого вернулся. Между ней и Ульвартом в тот момент случилась стычка. Грубый тон Ульварта обвинил Денею в том, что она подрывает его авторитет, подставляет его. Они задержались на словах, которые Эйра слышала в убежище Столпов.
– Вы… вы забрали его, – прошептала Эйра, переводя взгляд с комнаты на Денею, колонну и обратно. Осознание оседало с трудом. – Вы были той, кто забрал Пламя Ярген. Тогда вы обвинили в этом Ульварта. Вы были той, кто держал его взаперти, кто привел сюда рыцарей, чтобы увести его.
Выражение лица Денеи исказилось от ужаса и отвращения.
– Прекрати.
– Если бы не вы, Столпов бы не существовало. Вы были той, кто дал им Избранного, несправедливо осужденного… кто дал им мотивацию.
– Хватит! – Денея закричала на нее, дважды встряхнув. – Разве я не предупреждала тебя, что есть некоторые истины, которые ты никогда не должна была раскрывать? Разве я не говорила тебе, что некоторые камни не следует переворачивать или, в твоем случае, слушать?
Половина лица Денеи была освещена ярким солнечным светом, проникавшим через большие окна главной комнаты. Другая половина была отброшена в густые тени от темного места, где когда-то находилось Пламя Ярген. В этот момент Денея выглядела способной на великое добро и великое зло, и Эйра была не вполне уверена, на чью сторону она, в конечном счете, встанет.
– Моя магия действует сама по себе. – Что было не совсем правдой.
– Ты говорила, что у тебя есть контроль.
– Обычно я так и делаю, но этот пьедестал… – Эйра замолчала, уставившись на ужасающий предмет, выглядевший так безобидно. – В нем ощущается внушающая страх интенсивность. Она пугает. Лучше бы я этого не слышала.
– Ты будешь желать этого еще больше, если не будешь держать то, что услышала, за зубами, – предупредила Денея и, наконец, отпустила ее. Неодобрение – возможно, даже отвращение, исходило от женщины, и Денея больше не могла смотреть Эйре в глаза. – Подойди сюда. Я думаю, я нашла кое-что, что может сработать.
Эйра аккуратно последовала за ней в дальний угол комнаты. В штукатурке была трещина, в которую Денея воткнула перочинный нож. С помощью ножа она оторвала кусок штукатурки размером с ладонь Эйры.
– На нем изображена эта комната, так что они наверняка узнают ее.
– Хорошая мысль. – Эйра взяла кусок, сунув его в один из глубоких карманов своих свободных брюк, которые она носила.
– Тебе пора. Ты помнишь, как вернуться обратно, где осталась твоя одежда?
– Надеюсь, да.
– Отлично. У меня есть здесь кое-какие другие дела, – пренебрежительно сказала Денея.
– Вы не будете наблюдать за мной по дороге обратно? – Эйра похлопала себя по карману. – Они могут похитить меня только потому, что знают, что этот сосуд сейчас у меня.
– Тогда не попадайся.
Денея была разочарована тем, что обнаружила Эйра, и наказывала ее за это. Эйра достаточно хорошо изучила эмоции своей семьи, чтобы хорошо разбираться в них. Таким же взглядом одарил ее Маркус, когда однажды летом Эйра обнаружила, что он тайком встречается на пляже с девицей.
– Иногда тебе придется побыть Тенью, – продолжила Денея. – Используй свои иллюзии. Когда доберешься до двери, набери комбинацию 0-1-5.
– Хорошо. – Она не видела смысла в споре, хотя страх и накрывал ее с каждым шагом. Эйра была уверена, что с ней все будет в порядке. Она должна была продолжать верить в это и неважно, насколько глупо это было, чтобы продолжать существовать в этом мире.
Эйра направилась к двери, но оглянувшись, остановилась. Глава Призраков прислонилась к стене с хмурым выражением на лице, скрестила руки на груди, глядя в окно на Райзен внизу. Эйра провела пальцами по куску штукатурки, сопротивляясь желанию послушать… снова.
– Денея, – тихо сказала Эйра. – Если ее спутница не услышит ее, тогда она уйдет.
Но Денея повернулась.
– Ты все еще здесь?
Эйра проигнорировала резкое замечание.
– Вы сами заняли пост присматривающего за Ульвартом, потому что чувствовали вину за то, что сделали, верно? – Денея только хмыкнула в ответ. Эйра продолжила: – Вы уверены, что Ульварт мертв, верно?
Денея встретилась с ней взглядом, и Эйра услышала невысказанные предупреждения. Эйра вспомнила горечь, а потом ожесточение на лице Денеи в ту ночь, когда Ферро выскользнул из их рук. Она увидела все, чего надеялась не увидеть.
– Я была там в ту ночь, когда он упал с башни, в которой мы его держали. Он предпочел покончить с собой, чем жить в плену. Он никак не мог выжить. – Денея снова посмотрела в окно. Но даже в профиль от Эйры не ускользнуло сомнение, исказившее ее лицо.
Денея была главой Призраков не просто так – она хранила свои секреты. Однако, несмотря на то, что Эйра была новичком в этом мире, она уже начала их разгадывать. И если бы она могла видеть скрытые нити, соединяющие хрупкий мир Меру, прошло бы совсем немного времени, прежде чем другие тоже смогли бы их увидеть. Как только они станут видны, ничто не остановит опасные противоборствующие силы от того, чтобы раскусывать и дергать их, пока не рухнет весь мировой порядок.
Глава двадцать четвертая
Э
йра без проблем вернулась на арену. Похоже, никто, кроме ее друзей не заметил ее отсутствия почти на целых два часа. Наибольший интерес сегодня вызвали чародеи из республики и их странные, покрытые рунами браслеты.
Каллен держался рядом остальную часть дня. Он был единственным, кто, казалось, скептически отнесся к ее рассказу, чем она была занята, но он оставил все вопросы при себе, сосредоточившись на тренировках с мечом с Ноэль. Тем временем Эйра отвела Элис в сторону, чтобы потренировать способность чувствовать магию. Пока у нее был базовый навык, но Эйра была полна решимости узнать, как именно он мог бы ей пригодиться. После событий в Архивах Эйра была более чем когда-либо убеждена, что ее чувства обострились до нового уровня.
Большую часть ужина Эйра держалась особняком. Должно быть, она выглядела более отчужденной, чем думала, потому что Каллен с Элис предприняли решительные усилия, чтобы завязать с ней разговор. Эйра отозвалась, в конце концов, подчеркнув, что она просто устала и ей нужно о многом подумать перед предстоящим турниром. Когда она сказала им, что к утру, она придет в норму, они, казалось, поверили ей.
Извинившись за то, что уходит с ужина пораньше, Эйра отправилась к себе, надеясь побыть несколько минут наедине со своими мыслями… и войдя в комнату, чуть не сбила с ног госпожу Харрот.
– Прошу прощения, дорогая! – Хозяйка дома отшатнулась, со смехом приложив руку к груди. – Ты меня так напугала.
– Простите, – пробормотала Эйра, пробегая глазами по комнате. В этой женщине было что-то такое, что сбивало Эйру с толку. – Я могу вам чем-нибудь помочь?
Госпожа Харрот проигнорировала ее вопрос.
– Ты рано вернулась с ужина.
Эйра взглянула на метелку из перьев в руках женщины.
– Вы всегда вытираете пыль по вечерам, когда все ужинают?
– Я забочусь обо всех комнатах в поместье. – Харрот обошла ее и вышла за дверь. – Уборка отнимает много времени, поэтому я делаю то, что могу, когда могу.
Эйра смотрела ей вслед, размышляя, стоит ли ей расспрашивать ее о том, что она у нее делала. Если раньше у нее и были сомнения по поводу того, что Харрот работает на Столпов, то теперь они полностью подтвердились. Харрот следит за ней, Эйра поставила бы на это свою жизнь. Так что ей просто нужно убедиться, что Харрот не нашла ничего примечательного, о чем можно было бы доложить. Она обошла общую зону и свою комнату, пытаясь понять, что могла искать Харрот, но ничего не пришло ей на ум.
Все еще не в силах избавиться от неприятного ощущения, что кто-то рылся в ее вещах, Эйра обыскала комнату в поисках лучшего укрытия для дневников Аделы и куска штукатурки. Она должна была уберечь кусок штукатурки, забранный из Архивов, от попадания в руки Столпов раньше, чем она намеревалась. Она имела ценность для Столпов из-за этого куска и ее магии. А ее магия, казалось, имела ценность только до тех пор, пока Ферро ручался за нее.
– Я должна спрятать его, – пробормотала Эйра, оглядывая комнату. Но где его спрятать, чтобы никто не нашел? Госпожа Харрот, без сомнения, знает каждый уголок поместья. Кроме…
Эйра бросилась к своей сумке и схватила листок бумаги. Первоначально она намеревалась нацарапать записку Дюко о небольшой стопке дневников и куске штукатурки, но быстро отказалась от этой идеи, поняв, что это бесполезно. Проще было объяснить все при следующей встрече.
Пока никто не вернулся с ужина, она открыла проход ко Двору Теней. Если где и было безопасно от любопытных глаз Харрот, так это здесь. Потому что, если Харрот знала об этом проходе, у них были более серьезные проблемы. Эйра положила вещи слева от двери, где, как она надеялась, они не будут мешать, а затем закрыла проход и удалилась в свою комнату.
Сумерки превратились в ночь, и звезды застали ее все еще бодрствующей. Эйра, должно быть, в сотый раз мерила шагами комнату. Денея, Харрот, Столпы, Тени – все они были связаны. Если Денея была той, кто забрал пламя и подставил Ульварта, то где оно сейчас? Погасло? Возможно, это было похоже на правду, но…
Из-за беспокойства сна не было ни в одном глазу. Выскользнув из своей комнаты, Эйра без проблем добралась до главной двери отделения «Солярис» и вышла наружу. Она не знала, куда идет, пока ее голова была забита размышлениями. Спустившись вниз, Эйра вышла в сад с террасами, которые патрулировали два рыцаря в дополнение к еще двум на крыше. Эйра кивнула им в знак приветствия, и они сделали то же самое. Они не стали останавливать и расспрашивать ее, пока она спускалась к реке, держась за перила и глядя на Райзен. Она итак чувствовала их внимание на себе, понимая, что они следят за каждым ее шагом.
Никто не хотел дежурить в ночь, когда пропадет еще один участник. Для них было вполне естественно наблюдать за ней, как ястребы за добычей.
К ней стала приближаться затененная фигура. Эйра оторвалась от перил и сказала:
– Я скоро вернусь. Я просто не могу уснуть.
– Рад знать, что это касается не только меня.
– Дюко? Я не ожидала, что это будешь ты, – удивленно сказала Эйра.
Одна сторона его рта растянулась в широкой улыбке.
– Ты часто сюда приходишь? Не могу сказать, что видел тебя в этих краях раньше, – сказал он с кокетливой ноткой.
Эйра расхохоталась, что сняло часть напряжения и ей внезапно стало легче.
– Я не прихожу сюда регулярно, нет. А ты часто приходишь сюда в поисках женщин?
– Только тех, у кого отсутствует нравственность и склонность к слепым мужчинам со шрамами, которые наверняка уйдут к утру. – Он говорил с улыбкой, но в его словах было затяжное самоуничижение, которое было слишком реальным.
– Как у тебя продвигается охота за упомянутыми женщинами?
– Не очень хорошо. – Он фыркнул. – Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе вместо них?
– О, я думаю, что зарезервировала весь этот участок перил на ночь. Извини, – сказала она с сарказмом.
– И что мне теперь делать, когда я не могу смотреть и восхищаться визуальной красотой горизонта Райзена, сверкающего на дальнем берегу?
Эйра снова рассмеялась.
– Конечно, ты можешь присоединиться ко мне.
Он оперся локтями на перила и уставился вперед, словно действительно мог видеть горизонт.
– На что ты смотришь? – не удержалась она от вопроса.
– Сейчас почти ни на что, ночью я совершенно слепой. – Он пожал плечами. – Но… я многое могу чувствовать.
– Например, что?
– Тонкие изменения в воздухе между бризами, или то, как лунный свет прерывается облаками, плывущими по небу. Или я чувствую влагу, конденсирующуюся в воздухе перед дождем… или, возможно, туманом. Я слышу, как лодки лязгают вон там, – он указал, – как их канаты тихо натягиваются. Я слышу запах речной воды… свежей, но с неприятным привкусом канализации, которая в нее сбрасывается. – Он посмотрел в ее сторону. – Мир не перестает существовать для меня, потому что я слепой. Он просто существует по-другому.
– Видеть по-другому… – Эйра уставилась на свою ладонь, вспоминая тренировки с Элис, пытаясь ощутить даже малейшие колебания ее силы. – Как ты научился это делать?
– Я не помню. – Он пожал плечами. – Спрашивать меня об этом все равно, что спрашивать, как ты научилась видеть? Ты всегда просто делала это, верно? Я родился таким, я никогда не знал ничего другого.
Эйра хмыкнула, и между ними воцарилось короткое молчание, похожее на туман, который, конечно же, пополз через реку, как и предсказывал Дюко. Может быть, в конце концов, она спросит его, ощущают ли морфи потоки так же, как чародеи Соляриса. Когда этот день настанет, он, возможно, даже сможет помочь ей исследовать и использовать те способности, которые у нее были… если они у нее, конечно, были.
– Ты сегодня пропадала. – Он прервал ее размышления. – Я беспокоился.
– Денея забирала меня, со мной все было в порядке.
– Я знаю. Я все еще беспокоюсь о тебе.
– О, мы теперь близкие друзья? – Эйра произнесла эти слова как поддразнивание, но в них чувствовалась искренность.
– Ни в малейшей степени.
– Ты ранишь меня. – Хотя Эйра не могла винить его.
– Но я полагаю, что мы движемся в этом направлении.
Усталая улыбка появилась на ее губах.
– Ну, я считаю тебя другом.
– Такая привилегия. Если рисковать своей жизнью – это демонстрация того, как ты относишься к своим друзьям, то я не могу дождаться, чтобы увидеть, как ты относишься к своим врагам. – Опять же, саркастическое замечание, подкрепленное искренностью. Возможно, это было естественно для людей, которые регулярно рисковали своей жизнью, проявлять гибкость, когда дело доходило до преодоления подобных проблем в их работе.
– Дюко… – Эйра колебалась, оглядываясь вокруг. Ее голос упал еще ниже. – Ты думаешь, здесь безопасно разговаривать?
– Нигде не безопасно. Но… – Магия запульсировала от него. Дюко продолжал смотреть вперед, но у Эйры возникло ощущение, что он внезапно, каким-то образом, смотрит сразу во все стороны. – Если ты имеешь в виду, может ли кто-нибудь нас услышать? Я так не думаю.
– Я кое-что спрятала в проходе. – Она верила, что он понимает, о чем она говорит. – Лежит сбоку. Чтоб ты знал, что там кое-что есть.
– Понял. – Она оценила, что он не стал допытываться, что это было и почему. Дюко явно привык получать только минимум информации. – Хотя я не думаю, что это то, что ты на самом деле хотела мне сказать.
Эйра провела пальцами по перилам.
– Я шарахаюсь от теней.
– Ты должна быть Тенью, от которой шарахается мир.
Она тихо фыркнула и честно призналась в том, что было у нее на уме, в том, что было у нее на уме весь день с момента встречи с Денеей.
– Я беспокоюсь, что вдохновитель этой группы все еще жив. – Она не осмелилась произнести «Столпов» или «Ульварт».
– Если она говорит, что он мертв, значит, так оно и есть – Но когда Дюко произносил эти слова, его губы сжались в твердую линию. Эйра не могла до конца прочесть суровое выражение его лица.
– У тебя тоже есть сомнения.
– Я не в том месте, чтобы сомневаться.
– Но что, если мои подозрения обоснованны, и он жив?
– Не ходи туда, – предостерег Дюко.
– Что, если он где-то там? Я… – Эйра резко остановилась, вспоминая голоса, которые она слышала ранее, и признания Денеи, тесно связанные с предупреждениями.
– Ты что?
– У меня просто предчувствие, вот и все, – пробормотала она. – Я беспокоюсь, что он не так мертв, как она думает.
– Если он жив… – Дюко тяжело вздохнул. Его руки так крепко вцепились в перила, что побелели костяшки пальцев. – Если это так, то тем лучше. Тогда я смогу убить его сам.
– Не делай ничего опрометчивого.
– И это говоришь мне ты? – Дюко фыркнул. Эйру должно было это смутить, но в итоге она ухмыльнулась, и Дюко кратко разделил эту ухмылку, прежде чем снова стать серьезным. – Если он жив, я хочу выследить его.
