Текст книги "Призрак Гренделя (СИ)"

Автор книги: Эльхан Аскеров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

С местом подъёма, он промахнулся, осознав это, когда порыв ветра едва не сбил его с ног. Сообразив, что оказался на открытом пространстве, Морган резко остановился, и чтобы не сбиться и не потерять направление. Вытянувшись во весь рост, он пытался приподняться над позёмкой, чтобы найти хоть какой-то ориентир. Оглянувшись, он с трудом разглядел памятную льдину, за которой разыгралась трагедия. Холм так же оказался сбоку от него, почти за спиной.

Пришлось снова разворачиваться, и медленно возвращаться обратно. Ветер толкал его в спину, заставляя откидываться назад, и упираться ногами в снег. В конечном итоге, не удержавшись, когда порыв ветра неожиданно стих, он рухнул на спину, едва не приложившись головой о ящик с добычей. Отдышавшись, он медленно перекатился на бок и, поднявшись, двинулся дальше.

Он добрался до подножия холма, и уже начал подъём, когда вдруг, рядом с ним возникло какое-то существо. Морган заметил его движение краем глаза, и даже успел отреагировать, начав разворачивать винтовку, когда в голове капитана вспыхнул фейерверк, а потом, действительность погрузилась по мрак. Удар по голове оказался настолько сильным, что Морган сразу потерял сознание, беззвучно рухнув в снег, словно из его тела разом выдернули все кости.

Оставшиеся на вершине холма напряжённо всматривались в позёмку, пытаясь заметить хоть какое-то движение в сплошном потоке текущего снега. Но время шло, а капитан всё не возвращался. Солсбери, у которого выдержки было на много меньше, чем у замершего, словно статуя минёра, то и дело, порывался спуститься вниз. Но солдат, выполняя полученный приказ, каждый раз останавливал его, напоминая о том, что сказал капитан. Сидеть, и ждать.

Этот приказ был получен перед самым уходом. Морган знал, что говорит и морпех, отлично знавший своего командира, готов был выполнить полученную команду. Погода продолжала портиться, темнело, а Моргана всё не было. Ещё через два часа после, ухода командира, беспокоиться начал и морпех. Несколько раз он включал подствольный фонарь, пытаясь осветить льдину, к которой ушёл Морган, но ответного сигнала не получил.

Потом, плюнув на запрет, он достал из ранца файер и, чиркнув по ремню сернойголовкой, поднял его над головой. Такая выходка, была прямым приглашением гренделям на обед, но сапёр решил рискнуть. Но и этот способ помочь заблудившемуся командиру, не сработал. К тому времени, никто из них уже не сомневался, что со Смитом что-то случилось. Но ставшего уже привычным рёва нападающих зверей не было, значит, он ещё жив. А вот в то, что Морган элементарно заблудился в сплошной снежной завесе, они вполне допускали.

Мало того, что видимость была почти нулевая, так ещё и зацепиться взглядом на бесконечном белом полотнище ледника было не за что. В такой ситуации, уйти в сторону от холма, было проще простого. Устав от бесконечного ожидания, Солсбери присел на ящик с материалами, и устало вздохнув, протянул:

– Боюсь, мы потеряли и Смита.

– Вам лучше заткнуться, профессор, – огрызнулся минёр.

– Ты же сам отлично понимаешь, что это правда, – развёл руками Солсбери.

– Я же сказал, заткнись. Капитан не тот человек, чтобы так легко заблудиться. Я не знаю никого у кого был бы такой опыт, как у Моргана. Он начинал в отряде «зелёных беретов». Потом был переведён в «рейнджеры» и только оттуда попал в отдел спецопераций. И это только то, что я знаю. Его досье нам естественно не показывали, но, думаю, там найдётся много чего интересного. Так что, заблудиться он не мог. Не тот человек.

– С этим я не спорю, – покачал головой Солсбери. – Но он должен был вернуться ещё час назад.

– Знаю. И меня это тоже беспокоит. В любом случае, сделать в данной ситуации мы ничего не можем. Остаётся только сидеть, и ждать.

– Здесь ⁈– растерялся Солсбери. – Да мы же просто замёрзнем на этом ветру.

– Зароемся в снег.

– И просто спокойно уснём, – ехидно продолжил Солсбери.

– Не заснём. В любом случае, одному нужно будет караулить, чтобы не проснуться в желудках этих тварей. Так что, я сейчас приготовлю берлогу, и вы ляжете отдыхать. Потом, я вас разбужу, и вы будете караулить до рассвета. Другого выхода нет. Идти куда-то сейчас, самоубийство.

– Согласен, – помолчав, кивнул профессор. – Но если он не вернётся? Что тогда?

– Будем действовать по плану. Отправимся к поселению русских, выйдем на связь, и дождёмся вертолёта.

– А Смит?

– Он знает, куда мы шли, и знает, что должны делать. Так что, или доберётся сам, или не придёт вообще, – вздохнул минёр.

Солсбери, посмотрев на него, неожиданно понял, что солдат, действительно беспокоится за своего командира. Лицо солдата посуровело, а на скулах заиграли желваки. Разговор сам собой затих, и минёр, отцепив от ранца складную лопату, принялся быстро выкапывать берлогу. Выбрав подходящее место, он словно крот, в пять минут зарылся в плотный снег. Минут через двадцать, утащив в нору ранцы и ящик, солдат выбрался наружу и, кивнув на берлогу, сказал:

– Забирайтесь, и ложитесь спать. Я буду сидеть у входа. После смены, из норы ни шагу. Следы заметает очень быстро, так что, без поддержки, сразу заблудитесь.

– А если мне понадобится в туалет?

– Выходите из норы, делаете три шага по ветру, делаете свои дела, разворачиваетесь на сто восемьдесят градусов, и снова делаете три шага. Окажетесь прямо у входа.

– Не боитесь, что на запах мочи могут придти грендели?

– Не сейчас. Ветер унесёт все запахи, а ночью ещё и похолодает. Так что, всё очень быстро замёрзнет. Только не вздумайте поворачиваться к ветру боком или лицом. Обольётесь, и тогда, запах точно будет выдавать вас.

– Это шутка такая?– возмутился Солсбери.

– Какие тут к дьяволу шутки ⁈– зашипел солдат. – От вас, гражданских, и не такого ожидать можно.

– Не любите гражданских?– иронично спросил Солсбери.

– Терпеть не могу. Сами не знаете, куда ещё себе свои права и свободы засунуть. Только и умеете, что спорить попусту и доказывать собственную глупость, – зарычал в ответ минёр.

– Похоже, вы сталкивались с интересными людьми, – не удержался от шпильки профессор.

– С упрямыми мулами я сталкивался, а не с людьми. Сами толком ничего не знают, но мнение обо всём у них есть своё. Нет, чтобы знающих людей послушать и сделать, как говорят. Зато когда возникают проблемы, сразу начинают требовать, чтобы тупые вояки немедленно вытащили их задницы из проблем. А потом ещё нас же и обвиняют.

Сообразив, что солдат случайно высказал ему, какую-то свою давнюю обиду, Солсбери предпочёл не развивать эту тему, свернув разговор, примирительно ответив:

– Ну, на меня-то вам жаловаться не приходится. Я стараюсь выполнять всё, что мне говорят.

– Потому я и вожусь с вами до сих пор, а не бросил замерзать, – угрюмо буркнул солдат, перехватывая винтовку. – Всё. Хватит болтать. Ложитесь спать. Вам ещё караулить до рассвета, – добавил он, выразительно покосившись в небо.

Кивнув, Солсбери покорно забрался в берлогу и, устроившись на раскатанном минёром спальнике, свернулся в клубок, стараясь не потерять на капли тепла от собственного тела.

* * *

Руслан уже хотел последовать за напарником, когда брошенный напоследок взгляд в сторону противника заставил вцепиться в снег и замереть. Оглянувшийся Вадим, сходу понял, что парень что-то увидел, и пробуксовывая унтами по снегу, быстро поднялся обратно.

– Что там?– тихо спросил боец, вскидывая бинокль.

– Или я дурак, или одно из двух, – так же тихо ответил Руслан, продолжая всматриваться в сторону холма. – Один из них, спускается. Кто именно, не вижу.

– Кто-то, где-то нам с тобой точно ворожит, – выдохнул Вадим, как следует, рассмотрев спускающегося бойца. – Сам Морган решил в поход отправиться.

– А ведь это шанс, – повернувшись к нему, азартно протянул Руслан.

– Таки ты не поверишь, но, да, – подражая одесскому говору, согласился Вадим.

– Тогда, чего сидим, кого ждём?

– Нужно наших предупредить.

– Ты не поверишь, но это можно по рации сделать, – отшутился Руслан.

– О, чёрт, совсем я тут с тобой закрутился, – сходу перевёл стрелки Вадим, выхватывая рацию.

Быстро сообщив Дмитрию о возможности захвата объекта, офицер проверил оружие, вытащил из одного из своих бездонных карманов пару наручников, и с сомнением покачав их в руке, проворчал:

– Пока дотащим, руки обморозит. Лечи его потом…

– Верёвкой обойдёмся. Главное, правильно по голове дать. Учти, он в шапке.

– Поучи свою бабу щи варить, – огрызнулся Вадим, лихорадочно ища подходящий кусок верёвки.

Тут, во всей своей красе проявился талант Руслана иметь под рукой всякие необходимые мелочи. Работая дизелистом, он сам приучил себя носить в карманах всякие шайбы, гайки, хомуты, отвёртки мелкие ключи, и ещё десяток всяких предметов, которые могут понадобиться в любой момент. Достав метровый кусок синтетического троса, он, молча, протянул его напарнику и чуть усмехнувшись, спросил:

– Так мы идём, или ещё чего забыл?

– Заткнись, а, – попросил Вадим, ловко перебираясь через гребень перемёта.

Быстро скатившись вниз, бойцы вскочили на ноги и, согнувшись почти пополам, кинулись в сторону холма. В предвкушении решения задачи, они даже забыли о гренделях. Отрезвило их появление зверя, не спеша проходившего мимо холма в сторону американского посёлка. Едва не столкнувшись с ним нос к носу, бойцы моментально упали в снег, и замерли, мысленно проклиная погоду, зверей, собственную глупость и вообще, всё на свете.

Дождавшись, когда матёрый зверь тяжело протопает дальше, бойцы полежали ещё несколько минут, и осторожно поднявшись, двинулись дальше. Через полчаса, они подобрались к льдине, где грендели разорвали сородича и, улёгшись в снег, осторожно заглянули в узкий коридор где разыгралась драма. Стоявший на коленях Морган, старательно срезал с останков туши куски мяса, складывая их в пластиковый ящик.

Удивлённо переглянувшись, бойцы втянулись обратно за льдину, и еле слышным шёпотом принялись обсуждать план действий. К их удаче, погода продолжала портиться. В конце концов, бойцы решили дать противнику закончить своё дело, и произвести захват, когда он пойдёт обратно, отягощённый добычей. Обратный путь Моргану предстоял более сложным. Подъём с грузом должен бы заставить его меньше смотреть по сторонам и больше внимания уделять движению. Этим, они и решили воспользоваться.

Ко всему прочему, усилившийся ветер гнал уже не позёмку, а настоящую снежную завесу, моментально заметая любые следы. К тому же, широкие войлочные подошвы унтов позволяли бойцам двигаться по плотному снегу, почти не проваливаясь и не издавая лишнего шума. Когда Морган закрыл ящик и привязал ремень к собственному поясу, Вадим подал сигнал, и оба офицера бесшумно скользнули вдоль льдины, готовясь, напасть на него с фланга.

К удивлению бойцов, возвращаясь обратно, Морган умудрился заблудиться и чуть не ушёл в сторону от холма. Благо, разгулявшаяся непогода полностью скрыла и его, и бойцов от наблюдателей, оставшихся на холме. Дождавшись, когда Морган вернётся к подножию холма, бойцы приготовились, и как только он начал подъём, бросились на захват.

Сухое шуршание влекомого ветром снега, полностью скрыло их шаги. Вадим, перехватив автомат за ствол, в несколько шагов догнал противника и сходу двинул его оружием по голове. Морган, не успев закончить движение, рухнул на снег, как подкошенный. Моментально упаковав добычу, бойцы подхватили тело и, прихватив с собой ящик, бросились обратно. Теперь, прятаться им уже не было необходимости. Добравшись до туш, бойцы остановились, и Руслан, ради эксперимента взобрался на льдину. Как оказалось, ветер шёл низовой, и метрах в пяти над землёй рассмотреть что-то, было невозможно.

Вытряхнув из ящика добычу Моргана, они уложили на ящик его самого и, ухватившись за ремень, дружно поволокли добычу к своей стоянке. Вадим, как более опытный в таких делах, задавал направление, а Руслан использовался в роли грубой силы. Пластиковый ящик хорошо скользил по снегу, так что, транспортировка пленного проблем не доставляла. Через сорок минут, они добрались до знакомого перемёта, и Вадим, достав рацию, принялся вызывать напарника.

Теперь, нужно было подготовить к появлению пленного Васенкова. К тому же, ещё требовалось привести самого пленного в состояние, когда он не сможет доставить похитителям проблем. Из относительно чистого носового платка быстро соорудили кляп, а холщовый мешок из под сухарей лишил пленного возможности что-то увидеть. Но перед этим, Вадим быстро отхватил от верёвки два коротких куска и размохрив концы, воткнул эти самодельные затычки Моргану в уши.

– Думаешь, мы будем при нём обсуждать наши планы?– иронично спросил Руслан, наблюдая за его действиями.

– Не важно. Меньше знает, лучше спать будет, – отмахнулся Вадим. – Эх, знать бы раньше, что так повезёт, прихватили бы с базы всё необходимое для толковой упаковки. Там даже химия специальная была.

– Почему была? Думаешь, грендели ширнулись?– снова съехидничал Руслан.

– Отправили. Никто ж не думал, что придётся застрять здесь.

– Да уж, с этой экспедицией вообще всё через одно место, – вздохнул парень. – Что дальше делать будем?

– Ты повезёшь на побережье профессора, а мы с Димкой будем ждать вертолёта в зимовье.

– А вот хрен ты угадал, – весело усмехнулся Руслан. – Профессора повезёт Дима, а я останусь с тобой, вертолёт ждать.

– Руслан…

– Заткнись. В плане боевой подготовки, мне с вами не сравниться, а вот в моём хозяйстве, вы до ишачьей пасхи разбираться будете. Так что, если не хотите дуба врезать от холода, не спорь.

– Думаешь, мы без тебя обычный дизель не заведём?– скептически усмехнулся Вадим.

– Обычный, заведёте. А в моей дизельной, разберётся только тот, кому я точный указания дам, как мне в своё время. Там не всё так просто. На консервацию не ставили, но просто запустить, не получится.

– Ну, и на хрена такие сложности?– возмутился Вадим.

– Это же эксплуатация в экстремальных условиях, – развёл руками Руслан. – Нужно аккумуляторы подключать, топливо разогреть. В общем, будет проще и быстрее, если я сам сделаю.

– Да? Чёрт, это хреново. Мы с Димкой уже три года напарниками ходим.

– И что? В чём проблема-то? Основное ведь уже сделали.

– Это, да. Ладно. Сейчас с Димкой свяжусь, подумаем, – нехотя согласился Вадим, доставая рацию.

Бойцы тихо спорили около трёх минут, после чего, Вадим, убрав рацию, мрачно сказал:

– Ты хоть понимаешь, во что ввязываешься?

– А то блин я в армии не служил, – фыркнул Руслан. – В конце концов, если вам это так важно, пусть Дима отвезёт Васенкова, а потом вернётся обратно. Пока он кататься будет, я успею тебя порядку обслуживания генератора обучить, чтобы потом проблем с ним не было.

– Охренела твоя голова?– чуть не завопил Вадим, еле сдерживая возмущение. – Предлагаешь по этой пустыне в одиночку кататься?

– Тогда не выдрючивайтесь, а делайте, что вам умный человек говорит. Иначе, или движок, или сам генератор запорите.

– Ладно. В любом случае, придётся отдельно от второй пары прятаться. Не хочу, чтобы профессор этого клоуна увидел. Если утром распогодится, отправлю Димку на побережье. А пока, давай стоянку готовить, – сдался Вадим.

– В снег зароемся?– спросил Вадим, резко помрачнев.

– А куда ещё?– развёл руками опытный офицер. – Да и этого нужно правильно увязать, чтобы конечности себе не отморозил.

– Что делать?– кивнул Руслан.

– Вон там, под льдиной, копай нору, а потом попытайся сделать что-то вроде круглого помещения с конусным сводом. Сможешь?

– Попробую. Только одним ножом долго возиться придётся, – вздохнул парень, направляясь в указанную сторону.

Широкий охотничий нож резал снег, словно масло. Сначала, Руслан боялся, что свод рухнет под собственной тяжестью или при первом же неловком движении, но как оказалось, иглу эскимосов и медвежьи берлоги, совсем не сказки, и спрессованный ветром снег прекрасно справлялся со своей задачей. Быстро вырезая небольшие куски, парень выбрасывал их наружу, с каждой минутой зарываясь в снег всё глубже.

Спустя два часа, когда уже совсем стемнело, он выбрался из норы и, найдя взглядом замершего на охране пленника Вадима, призывно махнул рукой. Кивнув, офицер ухватился за ремень, привязанный к ящику и, напрягшись, поволок груз к берлоге. Вдвоём, они затащили добычу во внутрь, и Вадим, включив фонарь, придирчиво оглядел выполненную работу.

– Для первого раза, очень даже не плохо, – убедившись, что всё сделано правильно, кивнул он.

– А я думал, предложишь настоящее иглу строить, – усмехнулся Руслан.

– А ты умеешь?– повернулся к нему Вадим.

– Нет.

– Вот и я только в теории. Так что, нечего мудрить. Для такой берлоги главное, правильно место выбрать. Остальное, природа сама сделает.

– Поясни, – попросил Руслан, с интересом глядя на собеседника.

– Всё просто. Купол, сам по себе очень прочная конструкция. Вспомни, даже сырое яйцо не так просто раздавить, если сжимать только с острого конца. Это вообще один из самый древних способов строительства. Например, в Италии, до сих пор есть круглые дома, со сводчатой крышей. Любой из них можно разобрать, просто вынув ключевой камень в самом верху свода. Их называют – Труль. Такие дома строили бедняки в горах, где спасались от своих сеньоров.

– Интересно. Но я не понял, что должна доделать природа, – кивнул Руслан.

– На улице, около минус пятнадцати, здесь, благодаря открытому входу, приблизительно минус пять. Сейчас мы, все трое, основательно источаем тепло, которое слегка оплавит наружный слой купола, который тут же и замёрзнет. Часа через два, прикроем вход, чтобы ещё потеплело, но был приток свежего воздуха, и можно будет ложиться спать. Купол не рухнет.

– Уверен?– уточнил Руслан, с сомнением поглядывая вверх.

– Знаю. Только если на него кто-нибудь встанет, – уверенно заявил Вадим.

– Ну, будем надеяться, что грендели в такую погоду дома сидят, – вздохнул Руслан, пытаясь устроиться поудобнее. – А почему ты меня отправил именно сюда, под льдину?

– Ветер гонит снег вдоль стены, и сугроб в таком месте очень плотный. А вход в такую берлогу нужно делать так, чтобы он был как бы поперёк воздушного потока. Тогда, его не заметет, и не будет задувать.

– Это вас на спец курсе таким штукам учат?– с интересом спросил Руслан.

– Этим хитростям, сотни лет. И чукчи и алеуты и остальные северные народы их знают. Так что, инструкторам требовалось только вдолбить это всё в наши дубовые головы, – усмехнулся в ответ Вадим.

– Самокритика, вещь хорошая. После неё, другому сказать нечего, – подпустил шпильку Руслан.

– Да какая тут к бениной маме самокритика?– отмахнулся Вадим. – Себя после училища вспомни. Дури, как у коня, здоровья не меряно, а мозгов, как у новобранца. Круче вороньих яиц. Вот они нам мозги на место и вправляли. Путём приведения примеров и вбивания знаний при помощи сапога и крепкой дубины.

– Похоже, слегка перестарались, – не удержался Руслан, пряча улыбку. – Особенно, с дубиной.

– Сам дурак, – весело огрызнулся Вадим. – Самое смешное, что способ-то действенный. Сказал раз, сказал два, а на третий, по хребту. Сходу башка включается.

– Никогда не понимал, как стимуляция кровообращения в заднице, может стимулировать мозговую деятельность. Особенно, если мозгов нет.

– Хватит зубоскалить, – отмахнулся Вадим. – Лучше помоги этого зверя упаковать, как следует.

К тому моменту, пленник уже пришёл в себя, но продолжал лежать неподвижно, очевидно, пытаясь сообразить, куда попал и что произошло. Но его неподвижность не смогла обмануть настоящего профессионала. Вадим, не снимая у головы пленника мешок, одним рывком перевернул его на живот и Руслан, подчиняясь молчаливой команде, тут же сел Моргану на ноги. Вадим, пользуясь длиной верёвки, быстро завязал на одном конце петлю и, набросив её на шею пленнику, спутал ему запястья за спиной.

Теперь, Морган, чтобы не удавить самого себя, вынужден был задирать руки за спиной. При этом, он никак не мог дотянуться пальцами до узлов, которые навязал спецназовец. Перевернув поленика на спину, Вадим усадил его, прислонив спиной к стене берлоги, после чего, жестом приказав напарнику прикрыть лицо, снял с Моргана мешок. Луч фонаря осветил бледное от боли лицо. Быстро осмотрев голову пленного, Вадим с довольным видом кивнул и, вытащив кляп, спросил:

– Пить хотите?

– Да, – хрипло ответил Морган. – Зачем вы меня похитили?

– Мы? И не собирались. Вас грендели съели, – делано удивившись, ответил Вадим, доставая фляжку.

– Зачем вам это? Я плохо поддаюсь вербовке, – угрюмо проворчал пленник.

– А кто сказал, что вас собираются вербовать?– жёстко усмехнулся Вадим. – Я же сказал, вас съели.

– Я не новичок. Если бы вам требовалось меня просто устранить, я был бы уже мёртв. Но я жив, и здесь. Значит, вам что-то от меня нужно, – вполне логично ответил Морган, кривясь от боли в голове. Приложил его Вадим крепко.

– Приятно иметь дело с профессионалом, – кивнул офицер, внимательно рассматривая пленного. – Даже не смотря на страх и сильную головную боль, умеете мыслить логично, а главное, быстро. Но вот удовлетворить ваше любопытство, я не смогу. При всём желании. И не потому, что не хочу, а потому, что сам не знаю. Моё начальство изъявило желание пообщаться с вами лично, а мне, как исполнительному офицеру, пришлось взять под козырёк. И вот, вы здесь. Надеюсь, что такое приказ, вам объяснять не надо?

– Не надо, – вздохнул Морган, осторожно, кивнув.

– Должен сразу предупредить, что начальство удовлетворится и вашей головой. Отдельно от тела. Хвалить меня за это будут меньше, но и наказания не будет. Так что, имейте это ввиду, когда вздумаете совершить необдуманный поступок.

– Я не дурак. С учётом многих факторов, бежать мне просто некуда, – прошипел Морган, пытаясь рассмотреть Руслана.

– Я же говорю, приятно иметь дело с профи, – кивнул Вадим, снова надевая ему мешок на голову.

* * *

К утру, ветер стих. Выбравшись из берлоги, Солсбери первым делом огляделся в поисках вернувшегося Моргана, но вокруг стоянки ничего не изменилось. Профессор вопросительно посмотрел на широко зевающего минёра. Моментально сообразив, что он хочет спросить, солдат только покачал головой.

– Что будем делать?– собравшись с духом, спросил Солсбери.

– То, что и собирались, – коротко отрезал солдат.

– А может, сначала посмотрим, что там произошло?– не унимался профессор.

– Бессмысленно. Даже если его разорвали, мы не найдём ни капли крови. Ветер всю ночь гнал снег, так что, все следы замело, – скривился морпех.

– Но попробовать-то стоит?

– Одна попробовала и родила, – фыркнул минёр, задумчиво рассматривая подножие холма.

– Мы не можем уйти так просто, – зашипел Солсбери, теряя терпение.

– У нас есть сорок минут, – ответил морпех, бросив быстрый взгляд на часы. – Всё остальное время мы должны потратить на то, чтобы добраться до поселения русских, живыми и здоровыми.

– Думаете, грендели вернутся?– насторожился Солсбери.

– А вот это, надо у вас спросить, – ехидно ответил солдат. – Вы у нас специалист по зверям. А я, так, тупой вояка.

– Боюсь, я не могу ответить на ваш вопрос, – помолчав, вздохнул профессор.

– Я так и думал, – с мрачной усмешкой ответил минёр. – Значит, будем исходить из плохого варианта развития событий.

– И что это значит?– не понял профессор.

– Что грендели вернулись, и готовят нам засаду. Пойдём медленно, осторожно, внимательно осматривая каждый бугор и каждый сугроб.

– Такими темпами, мы до следующего утра не доберёмся.

– Вам есть что предложить?

– Нет, – мрачно отказался Солсбери.

– Значит, хватит разговаривать. Пора идти, – подытожил минёр, закидывая на спину ранец.

Неожиданно, профессор вдруг вспомнил, что Морган пропал вместе со сканером. Прибор, из секретных разработок лабораторий генштаба, оказался пропавшим вместе со своим носителем. Решительно развернувшись, профессор шагнул к морпеху и, нависнув над ним, словно белый медведь, вставший на задние лапы, не терпящим возражения тоном, заявил:

– Мы обязаны спуститься и отыскать Моргана. Или, в крайнем случае, его сумку.

– А при чём тут сумка?– не понял солдат.

– Сканер. Это секретный прибор, за который нам всем головы оторвут, если мы его не вернём. Мы должны отыскать его, или найти доказательства, что прибор никогда не попадёт в руки посторонним людям.

– И как вы себе это представляете?– растерялся минёр. – Мы даже сфотографировать место происшествия не можем, потому что не знаем, где оно и нам просто нечем фотографировать. Снегом замело всё. В буквальном смысле слова.

– Но попробовать-то стоит, – развёл руками Солсбери.

– Хорошо. Попробуем, – помолчав, сдался солдат.

Они спустились к подножию холма, и морпех, шедший первым, передёрнул затвор винтовки, готовясь открыть огонь при первой же опасности. Сделав профессору знак, оставаться на месте, минёр аккуратно подобрался к льдине, где грендели разорвали сородича, и осторожно заглянув за неё, медленно опустил оружие. Солсбери, сообразив, что солдат увидел что-то необычное, плюнул на приказ и, спустившись к нему, еле слышно спросил:

– Что там?

– Похоже, звери приходили сюда. Но ни вы, ни я, этого даже не заметили, – дрогнувшим голосом ответил морпех, выходя из-за льдины.

Солсбери последовал за ним, но открывшаяся картина заставила его резко остановиться и в голос выругаться. Обычно, Джек Солсбери, родившийся на среднем западе, где очень сильны были религиозные настроения, старался воздерживаться от крепких выражений, но иногда, в случаях, когда других слов просто не было, он позволял себе вспомнить то, что когда-либо слышал от фермеров во времена буйной юности. Обе туши гренделей были растащены на обрывки. Несколько особо крепких костей торчали из снега, как предупреждение случайным путникам.

Разглядывая это сюрреалистическое зрелище, Солсбери почувствовал, как у него волосы на голове шевелятся. Зябко передёрнув плечами, он взял себя в руки и, шагнув к ближайшим костям, попытался ногой разгрести снег. Но плотно утрамбованный сильным ветром снег, напоминал покрытие просёлочной дороги. Верхний слой, поддался легко, а дальше, требовались инструменты.

Убедившись, что голыми руками здесь ничего не сделаешь, профессор беспомощно оглянулся на морпеха. Сжимая в руках винтовку, солдат насторожено всматривался в снежный покров, пытаясь найти хоть какие-то следы своего командира. Почувствовав взгляд профессора, он тряхнул головой и, взяв себя в руки, глухо сказал:

– Это бесполезно. Нужно уходить отсюда.

– А прибор?– попытался настоять Солсбери, впрочем, не очень уверенно.

– У нас нет ни времени, ни возможностей, чтобы найти его. У нас даже лопат нет, – с каким-то надрывом ответил солдат.

Сообразив, что морпех вот-вот сорвётся, Солсбери не рискнул продолжать спор и, подобрав брошенный у льдины ящик, сказал:

– Показывайте, куда идти.

Собравшись, минёр быстро сориентировался и, обойдя льдину, решительно зашагал в выбранном направлении. Профессор, на которого пропажа, а если быть откровенным с самим собой, гибель, Моргана произвела очень удручающее впечатление, даже не пытался завязать разговор, и погрузился в собственные размышления. И ему было о чём подумать. Ведь если быть объективным, в гибели Смита косвенно виноват и он сам.

Не поддайся он на уговоры Аниты Гроссман, и не отправься в поход за образцами, всё могло бы сложиться совсем по-другому. Ведь Моргану пришлось перекраивать все свои планы буквально на ходу, когда он и его подчинённые пошли за образцами. Смит сам сказал, что нашёл бы способ в подходящий момент забрать нужные материалы. Ко всему прочему, он навязался в этот поход, надеясь на свою силу и выносливость, а как выяснилось, здесь требовались совсем другие качества.

Умение стрелять, ориентироваться на местности и быть безжалостным, когда это нужно. Именно то, чего Солсбери, всегда не доставало. Будучи человеком мягким по характеру, он не мог заставить себя равнодушно стрелять в живое существо. Даже там, в коридоре, когда они, вынося образцы из лаборатории, нарвались на молодого гренделя, он, нажимая на курок, закрывал глаза. Тогда, Морган в очередной раз спас ему жизнь.

И вот теперь, его больше нет. Эта мысль пронзила Солсбери, словно удар ножа. Вздрогнув, он сгорбился так, словно на плечах лежал не ящик весом в десяток килограммов, а бетонная плита. Шагая, словно автомат, профессор никак не мог справиться с навалившимся чувством вины. Раз за разом он пытался втолковать себе, что Морган был солдатом и отлично знал, чем может закончиться любая из их экспедиций, но с каждой минутой, ему становилось всё хуже. Чувство вины медленно, но верно захватывал его, вгоняя в чёрную меланхолию.

В таких раздумьях он шёл час, когда вдруг, чуть не налетел на неожиданно остановившегося минёра. Очнувшись, профессор принялся насторожено оглядываться, в поисках причины задержки. Замерший словно статуя морпех, насторожено всматривался в одну точку, после чего, еле слышно прошипел:

– Медленно ложимся. Похоже, звери ждут нас.

– Думаете, на снегу они нас не заметят?– удивился профессор.

– В любом случае, лёжа, мы не будем так выделяться, – ответил минёр, плавно опускаясь на снег.

Солсбери повторил его движение, при этом, пытаясь рассмотреть, где именно солдат увидел гренделя. Так ничего и, не увидев, Солсбери не удержался и, придвинувшись поближе к солдату, спросил:

– Где вы увидели зверя?

– Три бугра на одиннадцать часов. За ними было какое-то шевеление, – пробурчал морпех, наводя ствол винтовки в указанном направлении.

– Что будем делать?

– Не знаю.

– Учтите, терпения им не занимать. Они хищники, и от умения ждать, зависит их жизнь.

– Что вы предлагаете?

– Нужно сделать что-то, что заставит их выдать себя.

– Ладно, попробуем, – мрачно кивнул солдат, заталкивая в подствольник гранату.

Привычным движением, наведя ствол, он потянул спуск, и гранатомёт звонко тявкнул, выплёвывая осколочную гранату. Опытный солдат не промахнулся. Перелетев холмик, граната хлопнула, и яростный рёв огласил окрестности. Грендель вскочил на ноги и, оглушено тряся головой, сделал пару неловких прыжков, но запнувшись обо что-то, снова упал. Пока морпех перезаряжал гранатомёт, Солсбери судорожно огладывался, ожидая нападения с любой стороны. Но как оказалось, зверь здесь был один.

Увидев, что солдат пытается прицелиться, чтобы открыть огонь, профессор ухватил его за локоть и, подвинувшись вплотную, тихо зашептал:

– Не стреляйте. Сейчас он дезориентирован и не знает, где мы находимся. Ваши пули не причинят ему сильного вреда. Расстояние большое. Помните, что Смит говорил? Из нашего оружия, зверей можно бить только в упор.

– Думаете, что он уйдёт?– с потаённой надеждой спросил солдат.

– Если не привлечём его внимания, то вполне возможно, – кивнул Солсбери.