![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sudby.-miry-vselennoy.-334694.jpg)
Текст книги "Судьбы. Миры вселенной."
Автор книги: Елена Шмидт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 26 страниц)
– Я согласен, – задумчиво произнёс он.
Тьма чуть не подскочила, услышав эти слова.
– Но для начала, – продолжил канцлер, – нужно оформить все бумаги. Составим договор.
– О, мой друг великий крючкотворец, – рассмеялся Дидрейн, – это самая сильная его сторона. Но послушайте, друзья, раз уж я так неожиданно приятно оказался в нужном месте, в нужный час, по предопределению судьбы, то хотелось бы и мне кусок вашего вкусного пирога. А что если мой мир получит эксклюзивное право на перекупку гематита? – Дидрейн вопросительно посмотрел на Ториона.
– А согласен, – и они хлопнули друг друга по рукам.
Тьма с улыбкой наблюдала за этими двумя, веселясь в душе, уж кто-кто, а она точно знала, что ничего им не светит.
– Ну, так оформляем бумаги, и через несколько дней подписываем договор, а я в свою очередь передаю камень, – подвёл черту канцлер. Настроение у всех троих, теперь уже партнёров, заметно улучшилось, и они решили всё же поужинать.
Во время неторопливого ужина, когда за столом сменяли блюда, Дидрейн решил обратиться к Тьме.
– Кстати, – мужчина слегка улыбнулся женщине, и та под столом почувствовала его руку, словно случайно коснувшуюся её бедра, – я ищу одну давно пропавшую из нашего мира женщину, сестру моего близкого друга. Друг предположил, что она может быть в Арагоне. Может быть, вы её встречали, дорогая Тьма? – он поднял бутылку и подлил женщине вина. – Хотя она совсем обычная, её единственная примета – это волосы, растущие разноцветными прядями, – он небрежно махнул рукой, словно не придавал значения такой мелочи, – представляете, какая насмешка природы и магии.
– Минутку, – слегка захмелевшая Тьма, помахала пальчиком, требуя внимания, – а ведь была здесь такая женщина, если не путаю, она была женой какого-то мага-портальщика. Не помню точно, как его звали, то ли Бран, то ли Брайн, она была с нами в одном из походов на Титанидию, это она потом сделала артефакт для открытия порталов.
– Ага, который ты потом и стянула, – вставил совсем опьяневший канцлер.
– Ну твой отец сам виноват, он просто не оставил мне выбора, – обиделась Тьма, – и чуть не завалил камнями, между прочим.
– Какие ужасные подробности, дорогая, – Дидрейн изобразил сострадание, – как так можно? Чтобы женщину? Да ещё и такую прекрасную, – лесть текла, не останавливаясь, полноводной рекой.
– Дидрейн, ты такой милый, – Тьма расчувствовалась.
– Я польщён. Так что там было в том ужасном походе? Ты не договорила, – он пьяно подпёр щёку, в упор уставясь на Тьму.
– О, то был первый мой переход, – женщина прикрыла глаза, вспоминая, – мы тогда попали под проклятое излучение в первый раз. Не правильно рассчитали время. Портальщики торопились вернуть нас назад. Успели выкинуть назад канцлера, меня, жену Брайна и ещё несколько человек, а сами практически все попали под излучение.
– И что было дальше? Это так захватывающе, – Дидрейн схватил руку Тьмы и прижал к губам, – вам столько пришлось пережить.
– Что дальше? – поморщилась Тьма, – почти все маги погибли.
– А жена Брайна? – посол поёрзал на стуле от нетерпения.
– Что? А…. Жена? Она оказалась беременной.
– Как беременной? – Дидрейн настолько удивился, что Тьма расхохоталась.
– Дидрейн, ой нет, не могу, ты бы себя видел. Как беременной? Да как обычно. Обычно беременной, – Тьма захлёбывалась от смеха.
– Подожди, подожди, – вдруг резко замолчала она и уставилась на него. – А что не так?
– Ну, понимаешь, – протянул Дидрейн, – в их семье женщина может быть беременной только после того, как их брак благословит старейший. А она сбежала.
– Ничего не поняла, – Тьма трезвела от интереса прямо на глазах, – Дидрейн, ты что-то сочиняешь? Не хочешь сказать правду?
– Ничего не сочиняю. Их род старинный, очень старинный. Её поэтому и ищут, что она должна была стать женой высокопоставленного лица. На неё было наложено в детстве специальное заклятие. Поэтому и волосы такие, – Дидрейн сочинял не хуже Тьмы.
– Что-то сильно долго вы её ищете, она же уже не молоденькая девочка, может уже пора оставить её в покое?
– Слушай, Тьма, ты же уже тоже не молода, – он многозначно промолчал, – однако красивее женщины я не видел, – Дидрейн весело смеялся про себя, наблюдая, как изменяется лицо Тьмы от начала к концу его речи.
– Да ну тебя, Дидрейн, – махнула рукой женщина.
– Ну, дорогая, расскажи хоть, кто родился?
– Дидрейн, ты издеваешься? Я больше ничего не знаю, – взвилась разозлённая Тьма, – последнее, что слышала про неё, так это то, что она, чтобы не гибли портальщики, сделала артефакт. Это всё, больше я не интересовалась. Я вообще женщинами мало интересуюсь, знаешь ли.
– Тьма, ну не злись. Тебе не идёт, – Дидрейн заискивающе посмотрел на женщину.
– Знаешь, у меня такое чувство, что ты меня поимел, но где, я не поняла, – огрызнулась Тьма, – и я, пожалуй, пойду, а то мне захочется порезвиться.
И разобиженная Тьма, не попрощавшись с собеседниками, покинула двух мужчин. Вернувшись к себе, она плюхнулась в кресло. Ей надо было подумать. Дидрейн зацепил её, как мужчина. Давно уже она ими не интересовалась, а он, оказывается, всего лишь пытался узнать про эту абсолютно неинтересную Кэсс.
Что же так его заинтересовало? Она рассказала не всё. Она навещала Брайна перед тем, как они с женой уехали. Спрашивала, может ли она ему чем-то помочь? К сожалению, помочь было нечем. Его жена Кэсс, тогда ещё стройная и фигуристая, прятала свои волосы под сетку, было непонятно какого они цвета. Теперь Тьма догадывалась, что она так пряталась, но почему? Правду ли сказал Дидрейн? И правда ли, что Кэсс, как её звал муж, не хотела домой? Не хотела вернуться в семью? Ничего не понятно. И Тьма, покрутив вопросы без ответов и так и этак, в итоге плюнула и, сложив всю информацию в голове на полочку «до востребования», пошла спать.
Глава 9
Дидрейн.
А Дидрейн, быстро распрощавшись с Торионом, отправился в посольство. Вызвав к себе двух самых расторопных агентов, отправил одного в архив, поднять дела на всех магов, кто мог строить порталы, с именами типа Бран, Брайн и всех созвучных. Второго к своему старому знакомому с просьбой собрать всю информацию на некую особу – артефактора, посещавшую Титанидию в роли жены мага – портальщика и создавшую потом артефакт перехода. Дама, по всей видимости, не училась в магической школе Арагона.
Через несколько дней вся информация лежала у него на столе. Проанализировав всё, что удалось накопать, он тут же выехал в небольшой городок Гравиол, расположенный не очень далеко от столицы, и приятно удививший его своими чистыми улочками и весёлыми домами.
Здесь он нашёл дом, в котором когда-то проживал маг Брайн о'Дера, а сейчас его младший брат маг Густав о'Дера с семьёй. Дом весь был какой-то неухоженный, и на фоне других домов выглядел бедным родственником. Видно дела у хозяев шли не очень. Здесь он и услышал печальную историю о скончавшемся от неизвестной болезни Брайне. Когда он поинтересовался о судьбе его жены, то от него не ускользнуло, как зло зыркнул маг на женщину, а потом степенно рассказал, что жена Брайна, родив девочку, скончалась от родовой горячки. На вопрос «А где сейчас ребёнок?» ничего вразумительно не ответил, лишь сказав, что какая-то женщина украла девочку. Больше Дидрейну ничего выяснить не удалось, они и, правда, не знали, кто забрал ребёнка. Не узнав практически для себя ничего нового, он пошёл дальше. Вскоре, он нашёл повитуху, которая принимала роды у Кассандры, именно так звали женщину, как выяснил Дидрейн. Она то и рассказала Дидрейну, что прямо перед родами приходила какая-то женщина, громко кричала и обвиняла роженицу в смерти мужа. Больше она её не видела и ничего более вспомнить не могла. Всё. Больше Дидрейн ничего не узнал, хотя обегал весь городок. Времени прошло много. Кассандра особо никуда не ходила, ни с кем не встречалась, родных её никто не видел. След оборвался, но теперь появилась её дочь. Какая она? Где она? Надежда появилась вновь.
Дидрейн вернулся в столицу. Запершись в своём кабинете, он достал из шкатулки перстень с каким-то огромным камнем похожим на рубин, осторожно поднёс его к зеркалу и прочертил на нём три руны. При соприкосновении камня с зеркальной поверхностью посыпались огненные искры, последняя руна растеклась огненным кругом, и когда круг посветлел, в нем появилось мужское лицо.
– Мой господин, – Дидрейн почтительно склонил голову.
– Ты что-то нашёл? Следы, место?
– У меня две новости. Мне очень жаль, но та, которую мы ищем, давно мертва.
– Это точно?
– Да, мой господин, точнее не бывает, я всё проверил. Это точно была она.
– А вторая новость? Ты сказал у тебя их две. Порадуй хоть чем-то. А то весь день сегодня какой-то пакостный.
– У неё осталась дочь, мой господин.
– Дочь? Ты уверен? – мужчина с какой-то надеждой вглядывался через пространство в лицо Дидрейна.
– Да! То, что она родила ребёнка абсолютно точно.
– И где же она? Ты её нашёл? А волосы? Волосы ты видел?
– Она пропала, но я брошу все силы, чтобы её найти.
– Как пропала? – лицо удивлённо вытянулось.
– Никто пока не знает, где она, но мои люди начали проверять. Городок небольшой, что-нибудь да выплывет. Информация будет вся собрана, просеяна и результат вскоре будет.
– Я думаю даже то, что она есть, уже большая удача для нас. Если девочка растёт в другой среде, то и про нас она ничего не знает. Это замечательно. Ищи её.
И лицо исчезло, следом растворился круг. Дидрейн убрал перстень и отправился организовывать поиски. По дороге его посетила интересная, с его точки зрения, мысль. «А если использовать Тьму?» – подумал он. Дидрейн заметил, что понравился женщине, почему бы не совместить приятное с полезным и не подключить и её к поискам, пообещав каких-нибудь плюшек? Уж с женщинами демон умел договариваться.
Рей.
Рей, взяв двух псов, отправился в Тариньольский лес на поиски агростода. Он рассчитывал к вечеру уже загнать зверя в портал, всё же убивать его не хотелось, хотя это и был монстр, но всё же глубоко внутри в нём жил ни в чём не повинный лепроид. Агард знал, что они не по своей воле видоизменяются, превращаясь в монстров, их вынуждает враждебная среда, окружающая маленьких животных, или двуногие монстры в виде Тьмы, пугающие маленьких и беззащитных зверьков, подбивая на изменения размеров. Но бегая с псами по его следам, побывав в разрушенных поселениях контрабандистов, Рей, прячась от любопытных глаз, увидел и похороны убитых, и разнесённые из вредности по брёвнам дома, находил он и животных, затоптанных в лесу, и трупы двоих охотников. Эту живность Рей уже не хотел оставлять в живых, агростод перешёл черту. Мужчина понял, что его ждёт встреча с холоднокровным убийцей, полностью слетевшим с катушек. Через три дня постоянного выслеживания, зверь, словно чуя преследование, уходил всё дальше, вглубь леса, они всё же нашли его. Он стоял, опустив рогатую голову, и, похоже, дремал после праведных трудов. Рей с псами осторожно подходил с подветренной стороны. Внезапно агростод встрепенулся, крупная дрожь пробежала по телу, открыл глаза и уставился в сторону охотников. Ноздри щелевидного носа затрепетали, словно кузнечные меха, втягивая и выдыхая воздух. Зверь был в зоне видимости, и от Рея не укрылось насколько изменилось животное. Глаза сияли багрово-красной пеленой, где он нахватался магии, было непонятно, но весь его вид говорил о том, что агростод ею полон под завязку. Огромный воротник не был прижат как обычно вплотную к туше, а победно топорщился, хвост опасным хлыстом стегал по спине. Рей присмотрелся, у этого зверя на конце хвоста были шипы. «Магия мне помоги, – пролетело в голове, – этот агростод, как будто ещё немного подправил себя».
В целом силы, как обычно и бывало, были не равны. Псы едва слышно рычали, готовясь к схватке. Зверь начал рыть ногами землю, доносилось его яростное пофыркивание. Через несколько секунд огромная туша, ломая деревья и кустарник ломанула вперёд. Псы, словно тени бесшумно понеслись навстречу, обогнув животное, которое притормозив, не сразу поняло в какую сторону поворачиваться, бросились с разных сторон, пытаясь вцепиться в бока. Не тут-то было, прочная шкура оказалась им не по зубам и, проехав по ней клыками, не причинив агростоду никакого вреда, псы отскочили в сторону. Но, просто так, без боя собаки не намеривались сдаваться, и попробовали вцепиться агростоду в задние ноги, это решение не пришлось по душе монстру, и он ударами хвоста попробовал отогнать их, словно надоевших мух. Агростод уже никуда не бежал, а вертелся на месте, следя сразу за двумя противниками. Рей неслышно подходил к занятому возней с собаками огромному зверю. Он решил попробовать метнуть кинжалы. Эта тактика срабатывала и ранее, а разозлив, обезумевшего от боли агростода можно было попробовать зарубить того мечом. Выскочив из-за дерева, Рей метнул с двух рук кинжалы. Один отлетел от морды, не попав в щель носа, второй влетел точно в цель, но не причинил животному вреда. Фыркнув, словно чихнув, он выдул его из носа. Рей не верил своим глазам. Этот экземпляр перестроил себе носовую щель. Монстр, взрыв землю четырьмя ногами, закидал псов землёй и понёсся на мага, обогнув его по дуге, стеганул хвостом по ногам, сбивая с ног и оставляя на ногах рваные раны. Рей попробовал тьмой остановить кровотечение, тьма вырвалась, укутывая раны, останавливая кровь и уменьшая боль, давая Рею возможность подняться на ноги. Псы снова набросились на агростода, отвлекая его от Рея. Один из них заскочил на спину, норовя вцепиться в загривок. Монстр извернулся, вскинул воротник и резанул им пса краями. Практически разрезанное животное отлетело прочь. Рей, забыв про раны, бросился к псу, окутал тьмой, создав кокон, удерживающий жизненные силы. Второй пёс в это время набрасывался на агростода, хватая его зубами за задние ноги, и быстро отскакивая прочь. Однако, агростод не забыл про мага. Отвлекшись на пса, Рей снова пропустил удар злополучным хвостом, на этот раз по спине. Тьма снова бросилась на помощь, закрывая рану до момента оказания помощи лекарем. Рей упал, но через секунду был на ногах с мечом в руках. Монстр уже озверел и готовился броситься на главного обидчика. Оставшийся пёс, как мог, отвлекал его от Рея, не давая агростоду сконцентрироваться на маге. Удачно рванул тушу за ногу, так что агростод резко развернулся и подставил Рею бок. Мужчина, призвав всю тьму, что бурлила в его венах, и вложил её в силу удара мечом по основанию хвоста, лишая монстра его смертоносной плети. Ортодонская сталь не подвела, хвост отлетел. Агростод, резко развернувшись, чиркнул по груди не успевшего достаточно далеко отскочить мага. Рей устоял на ногах, а пёс снова бросился на помощь, нападая сзади. Агростод несмотря на огромный вес, был очень подвижный, он резко крутанулся за псом, пытаясь поддеть того на рог и подставил Рею под удар шею с оттопыренным воротником. Понимая, что это, скорее всего, единственный шанс убить монстра, иначе убьют его, мужчина попытался вложить всю свою силу в удар. Рубанув между воротником и шеей, отскочил, прекрасно понимая, что только что хорошо ранил, но не задел жизненно важных органов. Всё-таки шкура держала удары даже ортодонской стали. Агростод, взревев, бросился на мага, истекая кровью, он ещё пытался поднимать повреждённый воротник, но тот стремился прижаться к телу. Туша, тяжело дыша, приближалась, Рей вскинув меч, и точным мощным движением вогнал его в щель носа. Дикий вопль огласил окрестности. Меч вошёл по самую рукоять, прошло несколько секунд, показавшихся магу вечностью. Рей, ещё не успевший даже выдернуть меч, увидел, как взлетел смертоносный воротник, и в последние секунды жизни агростод отомстил обидчику, сложив вперёд своё опасное украшение, шипами пропорол Рею грудь, руки и предплечья. Рей рухнул на колени, а рядом, закрыв глаза, завалился агростод. Мужчина, пересиливая накатывавшую волнами слабость, с трудом концентрируясь, открыл портал, отправляя на Титанидию труп лепроида и замотанного в кокон пса, здоровый кобель запрыгнул следом сам. Там их встречал Агард, Рей проваливаясь в небытие, увидел, как закрылся портал. Здесь его и нашла Милли.
Когда Рей, лёжа на животе, выплыл из грани, он почувствовал, что кто-то, пыхтя, пытается его трогать. Подумав, что это какой-нибудь крупный хищник, например, медведь, пытается им закусить, он сжал меч, и когда его всё же перевернули, вскинул оружие, готовясь защищаться. И уставился в испуганные огромные серые глаза, с мелкими коричневыми пятнышками по краю радужки, совсем ещё молоденькой девушки. Она таращилась на него, он на неё, начиная осознавать, что она только что вытянула его с того света. Он хотел спросить кто она, но место этого, что-то прохрипел. Она что-то прошипела ему, и тут до него дошло, кого он пугает мечом. Он опустил его, но руку отпускать ему не хотелось. Он сам бы не мог сказать, почему тёплая ладошка грела его сердце. Внезапно он почувствовал, как его тьма от груди устремилась к незнакомке через сплетённые руки. Она дёрнулась, когда тьма переползла к ней, как к родной, и несколько прядей волос из-за спины упали на грудь. Рей с удивлением увидел разноцветные пряди. На груди покоились несколько ярко-рыжих, чёрная и тёмно-каштановые. Потом он никак не мог отвести глаз от разноцветной головы девушки, бегающей и переживающей за него. Тёплое чувство разливалось в груди, заползая в сердце. Она жутко стеснялась, полыхали румянцем щёки, делая её необычайно трогательной и нежной. Когда засобиралась домой, он пообещал её найти, и увидел, как вспыхнули радостью её глаза. Она ушла, а в душе поселилась пустота и грусть. Боль вернулась с прежней силой, погружая его в пучину мрака.
Второй раз он пришёл в себя, когда Агард тащил его сквозь портал. Что-то промычал и снова отключился. Третий раз он словно проснулся, ощутив прилив сил, даже попытался сесть. Приподнимаясь, заметил Агарда, мурлыкающего себе под нос незатейливую песенку. Он что-то перемешивал, перетирал, куда-то насыпал и самозабвенно, почти шёпотом пел, стараясь не тревожить Рея. А в это время Рей, кое-как сев на кушетку, куда его положил Агард, пытался побороть слабость и приступы тошноты, что накатывали волнами от дикой слабости.
– Агард, – прохрипел он и закашлялся, – слушай, ты прям как певчая птица божественных садов.
– Ты что соскочил, неугомонный? Тебе ещё лежать надо, – Агард разбухтелся, пытаясь скрыть смущение, что его застали за пением вольных песенок.
– Да належался я, спина уже плоской стала. Слушай, Агард, – Рей вспомнил, как Агард тащил его через портал, – а как ты умудрился портал построить? Ведь говорил, что не можешь.
– А ты про это? Ерунда, – Агард махнул рукой, – рад, что ты очухался. Ну-ка выпей вот это, – он подошёл и сунул магу в руки какую-то вонючую жидкость.
– Начинается. Что, опять очередной эксперимент? – скривился Рей.
– Сам ты эксперимент. Лучше скажи, кто затянул тебе практически все раны? Знаешь, если бы ни этот кто-то, я бы не успел.
– А ты про это? – и Рей сам не ожидая, вдруг заулыбался, вспоминая своего милого спасителя с копной необыкновенных волос.
– Понятно, – хмыкнул Агард, – была спасительница, ладно, захочешь рассказать расскажешь.
– Да нечего особо рассказывать. Я же без сознания был, спиной вверх лежал, сначала, когда в себя пришёл, думал, медведь меня ворочает, а оказалось, что лечит меня мелкая такая пигалица, самоучка, и маг света, представляешь? – и Рей снова заулыбался.
– А что цветёшь, как колючка в пустыне? Влюбился, что ли? – не сдержавшись, Агард засмеялся. – Ну и глупая у тебя сейчас физиономия.
– На свою посмотри, певец, – и засмеялся в ответ. Они долго весело смеялись друг над другом.
– Ладно, – отсмеялся Агард, – теперь о серьёзном. Скажи мне вот какого ты… тратил последние силы на открытие портала и переброски сюда дохлого агростода? А? Почему не закрыл раны и сам не ушёл порталом. Ладно, пса взял, я это понял, но запульнуть мне сюда труп вместо себя. Рей, у тебя мозги, где были? Я тут, как дурак бегал, восстанавливал координаты твоего местоположения. Скажи спасибо Октавии, если бы не она, дулю я бы тебя нашёл. Она с псом говорила, он, как не парадоксально это звучит, обо всём рассказал.
– Кто рассказал? – не понял Рей.
– Кто, кто? Пёс – Октавии. Она же менталист, а ты олух. Мне пришлось осваивать порталы, опять же спасибо Октавии. Это больше её заслуга, чем моя. Хотя она мне подсказала прекрасную идею. Буду пробовать воплотить её в жизнь. А потом Рей, помнишь, ты мне рассказывал, как у тебя на руке тьма создала что-то типа наручей. Давай-ка, пробуй создавать себе доспехи, я думаю у тебя получиться.
– Слушай, Агард, – мысли Рея были далеко, он слушал своего друга ровно в пол уха, – а разве так бывает, и магия света и магия тьмы одновременно?
– С чего ты взял? – Агард подошёл и уселся рядом с Реем. – Пей давай, потом будешь мне зубы заговаривать.
– Понимаешь, – Рей словно не слышал его, – моя тьма почти не ощущалась, а когда я эту пигалицу схватил, перепутав с медведем, – Агард весело хмыкнул, но маг не обратил на него никакого внимания, – она рванула к ней, как к родной, и перебралась к ней на руки. Абсурд какой-то.
– У тебя – то что-нибудь осталось? – Агард совсем развеселился.
– Слушай я тебе серьёзно, а ты как гусь гогочешь!
– Ладно тебе, не нервничай. А если серьёзно, сдаётся мне что она не в курсе, что обладает тьмой. Вспомни себя, когда ты узнал? А у девочки, значит, всё хорошо. Мне вот другое интересно. Как она тебя в этих дебрях нашла? Вот что интересно. Там рядом ни одной живой души нет. Сможешь ли ты её теперь найти, Рей?
– Я постараюсь, Агард.
– Ты всё же выпей то, что я тебе дал и давай-ка полежи ещё, не время тебе пока скакать. Надо дать организму восстановиться. Я думаю, ты найдёшь её, очень уж у тебя улыбка была многообещающая, – и мужчина снова рассмеялся, выходя за дверь и не слушая мага, обещающего поймать его и выдернуть ноги.
Высказав всё, что думает про болтливых учёных, Рей, стараясь не нюхать, выпил настойку и откинулся на подушку, успев только подумать, что гад Агард опять чем-то его напоил и что не плохо бы было рассказать обо всём Октавии. И отключился. Падая в туман подсознания, услышал знакомый мелодичный голос.
– Здравствуй, Рей, я рада, что ты её, наконец, нашёл, – произнесла Октавия, материализуясь в сознании Рея.
– Здравствуй, Октавия. Я действительно увидел женщину с такими волосами, о которых ты говорила. Но не я нашёл её, скорее она нашла меня. Юная девушка с удивительными волосами.
– Я чувствую на тебе чужеродную для тебя магию. Это её?
– Да. Она лечила меня.
– Маг света? – Октавия выжидательно смотрела на Рея, заметив утвердительный кивок, задумалась. – Птица и маг света? Удивительны ваши дела, творцы. Рей, ты знаешь, но ей надо помочь вырасти, – Рей с удивлением приподнял бровь, глядя на Октавию. – Нет, я не так выразилась. Она, насколько я поняла из твоих сумбурных мыслей в голове, извини, я не нарочно, ты не умеешь закрываться, и твои мысли летят во все стороны, совсем хрупкая и беззащитная девушка, а она должна будет научиться за себя постоять. Беда не в том, что она пытается лечить, нет, нет, это хорошо, что она лечит, а то, что рано или поздно о ней заговорят, и тогда я думаю, они её найдут. Твоя магия, Рей, странно на неё среагировала, я больше, чем уверенна, что это из-за её матери, которую зацепило облучение, значит эта девочка – дочь той, что создала артефакт. Из птиц только она одна была здесь. А это, Рей, большая удача для Титанидии. Возможно, ещё не всё потеряно. Рей, послушай, я дам тебе щенка псов Глубинных ледниковых ведьм. Ты, наверное, слышал об этих очень редких и уникальных собаках, их ещё зовут белой смертью. Он будет расти рядом с хозяйкой, свяжется с ней на уровне духовного восприятия и будет охранять. Щенка зовут Абшуг. Кличку не меняйте. Его имя будет на ошейнике. Эти собаки не терпят, чтобы их закрывали, они сами могут спрятаться, когда надо, накладывая на себя иллюзию, прекрасно понимают не только команды, но и простую речь. Да, да, не удивляйся, именно иллюзию. Можешь запросто спутать этого огромного белоснежного пса с обыкновенной дворняжкой. Ведьмы уже сказали ему, кому он будет служить, ему осталось только лизнуть капельку её крови, и он будет привязан к ней на всю свою жизнь. Найдёшь его недалеко от базы. Он сам к тебе подойдёт. Возьми его с собой, как пойдёшь через портал, он может помочь тебе найти её. Желаю удачи, – и исчезла.
«Опять не спросил, кто такие они», – подумал Рей, проваливаясь в темноту.
Глава 10
Миланда.
Милли задумчиво брела домой по лесной тропинке. Мысли то и дело возвращались к незнакомцу. «Как он там? Сможет ли теперь набраться сил и добраться домой? Может, надо было побыть с ним, – корила она себя, – а вдруг он умрёт?» – она даже остановилась, испугавшись. Потом успокоила себя тем, что раны почти все затянулись, и он всё же достаточно физически сильный. В голове тут же всплыл образ мужчины, и она сразу почувствовала, как опять загорелись щёки. «Нет, ну что за наказание? – промелькнуло в голове, – вот приду домой, как помидор, и что скажу? Вот, что я такая красная? Беатрис сразу решит, что заболела и закроет в комнате. Ещё и всякой гадости в рот насуёт».
Вот так пыхтя, Милли, наконец, добралась до дома и поняла, что на неё вряд ли кто обратит внимание. Домой из столицы приехала красавица Бианка. В доме стоял шум, гам, взрывы смеха то и дело сотрясали стены. Сёстры давно друг друга не видели, и теперь шквал новостей со всего королевства изливался ими друг на друга.
Милли забежала в гостиную, Бианка, как всегда безупречно одетая и причёсанная, схватила её в охапку и прижала к себе.
– Малыш, здравствуй, как ты выросла, настоящая красавица, – тормоша Милли, воскликнула она.
– Ты меня до старости малышом будешь называть? – надула губы Милли.
– Ну конечно, – рассмеялась Бианка, – ты всегда будешь младшей, даже когда станешь старушкой.
Милли не удержалась, рассмеялась вместе с ней и прижалась к сестре. После Беатрис и Феодотьи, Бианка была для Милли самым близким человеком. Остальные сёстры жили свое жизнью и появлялись на несколько дней раз в год. Крошка Милли их забавляла, они с ней сюсюкались и привозили подарки, а потом просто забывали о ней. Бианка приезжала чаще, возилась с девочкой, рассказывала сказки. Вот и сейчас подошла к саквояжу и достала оттуда удивительной красоты подвеску.
– Носи, сестрёнка, – вручила она подарок, онемевшей от радости девушке. Милли прижала подарок к груди, закружилась и взвизгнула от переполнявших её чувств.
– Милли, да что тебя до сих пор никто не научил себя прилично вести? – одна из сестёр – Матильда сурово поджала губы. Но посмотрев на замершую с прижатыми к груди кулачками Милли, улыбнулась. – Да ну тебя, но визжать надо потише, желательно шёпотом, а лучше вообще не надо.
Милли отошла в конец комнаты, развернулась, и церемонно поджав губы, опустив голову, посеменила к Бианке. Тут сёстры рассмеялись все.
–Милли, а где тебя носило? – Беатрис словно только что её увидела. – И почему ты такая лохматая?
Милли, не дожидаясь её следующего вопроса, вихрем унеслась в свою комнату. Заскочив к себе и захлопнув дверь, села к столу и стала рассматривать подвеску. Подвеска была из серебра, очень изящная и замысловатая филигрань оплетала кусочек бирюзы, словно сквозь летнюю тучку проглядывала синь летнего неба. Милли прикладывала её к себе, одевала, снимала, любовно гладила пальчиком.
Затем надела нарядное платье, повесила подвеску, расчесала и собрала волосы, не забыв надеть на них золотистую сеточку, как требовала Беатрис, и поспешила к сёстрам. Однако, пока она возилась в своей комнате, день потихоньку угасал, зажглись на небе, как светлячки, звёзды. Милли и не заметила, как затих большой дом и, выскочив из комнаты, удивлённо замерла. Потом решила потихоньку сходить на кухню, что-нибудь съесть, раз уж все ушли так рано отдыхать. Проходя мимо комнаты Беатрис, услышала чей-то разговор. Милли, раз пять напомнив себе, что подслушивать нехорошо, приложила ухо к двери.
–Бианка, ну как ты могла? Ты что не понимаешь? Если он выследит тебя, от нас мокрого места не оставят, – причитала Беатрис, – я не знаю, как ты вообще до этого додумалась?
– А ты что бы на моем месте сделала? А? Молчишь? Оставила бы этот камень, пусть отдаст Тьме? Только лопух Торион мог купиться на её обещания. Он думает, она ему что-то даст взамен. Ничего она ему не даст, – горячилась Бианка. – А ещё этот Дидрейн, ох не нравиться он мне. Хитрый, как лис. Льстивый, скользкий. Но внутри стальной стержень. Страшный он весь какой-то, не знаешь, что ждать. Я только обряд проведу с вами и сразу уеду. А завтра поутру давай камень в ущелье спрячем. На нашем месте. Проследи, чтобы мелкая в это не влезла. Нечего ей знать, целее будет. Да и вообще Беатрис никому ничего не говори, ни к чему это. Тебе рассказываю на тот случай, если меня не станет, чтобы знала, где камень искать, вдруг его надо будет на место вернуть, туда, откуда он был украден. Сто пудов это не просто камень, иначе Тьма бы за ним так яростно не охотилась, чуть глаза Ториону не выцарапала.
– Бианка, ты меня пугаешь, не кличь беду, может всё обойдётся. А откуда ты это всё знаешь? Опять подсматривала?
– Ну, было дело. Ты же знаешь, что я люблю быть в курсе происходящего.
– Ну да. У кого я спрашиваю? Ты в детстве то накрутила по дому кучу дырок, следя за всеми нами, а там всего лишь дворец. Подумаешь, какая мелочь. Покажешь хоть его?
– Конечно, покажу. Сейчас, только достану, – раздалось шуршание, и Милли ухом почти влипла в дверь, словно надеялась увидеть то, что происходит в комнате. От напряжения тело покрылось противным, липким потом.
– Смотри….
– Бианка… подожди…, – и в комнате повисла тишина.
– Бианка, ты знаешь, что это?
– Камень, а что не так?
– Это не просто камень, судя по всему это пропавший из пещеры Гемма-Тит, как его прозвали. Только почему-то всего половина?
– Ну, ясно, что не просто булыжник. А то, что половина? Так это наверно жук Торион распилил, чтобы не весь камень этой змее отдавать. Оказывается, не такой уж он лопух, как я думала.
– Бианка, ты не поняла, это третий камень из пещеры на Титанидии, все думали, что он пропал…
– Не может быть! С чего ты взяла?
– Помнишь профессора Федерико Гуанского?
– А-а…. Это который в тебе души не чаял? – слышно было, как Бианка развеселилась, она вообще не могла долго унывать.
– Ну, Би, хватит уже. Так вот он когда-то очень давно попал на Титанидию…
– Ой, Беатрис, сколько же лет было твоему профессору? – и Бианка залилась смехом. – Всё молчу-молчу.